Определение Конституционного Суда РФ от 09.06.2026 N 1691-О "По жалобе общества с ограниченной ответственностью Страховая компания "Сбербанк страхование" на нарушение его конституционных прав статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также подпунктом "б" статьи 7, пунктами 15, 15.1, 15.2, 15.3, 16.1 и абзацем восьмым пункта 17 статьи 12 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств"

заслушав сообщение судьи Е.В. Тарибо, проводившего на основании статьи 41 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" предварительное изучение жалобы общества с ограниченной ответственностью Страховая компания "Сбербанк страхование",

1. Общество с ограниченной ответственностью Страховая компания "Сбербанк страхование" (далее также - ООО СК "Сбербанк страхование") оспаривает конституционность статьи 15 "Возмещение убытков" ГК Российской Федерации, подпункта "б" статьи 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее также - Закон об ОСАГО), устанавливающего страховую сумму в 400 000 руб., в пределах которой страховщик обязуется возместить вред, причиненный имуществу каждого потерпевшего, а также следующих положений статьи 12 Закона об ОСАГО:

пункта 15, согласно которому страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего (за исключением легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации), может осуществляться по выбору потерпевшего: путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего на станции технического обслуживания, которая выбрана потерпевшим по согласованию со страховщиком в соответствии с правилами обязательного страхования и с которой у страховщика заключен договор на организацию восстановительного ремонта (возмещение причиненного вреда в натуре), или путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя);

пункта 15.1, который закрепляет среди прочего общее правило о возмещении вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, в натуре путем организации страховщиком его восстановительного ремонта, а также устанавливает обязанность страховщика оплатить стоимость проводимого станцией технического обслуживания ремонта в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, и исключает, если иное не определено соглашением страховщика и потерпевшего, использование при этом бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) при их замене;

пункта 15.2 о требованиях к организации восстановительного ремонта станцией технического обслуживания по направлению страховщика;

пункта 15.3, который среди прочего предусматривает, что при наличии согласия страховщика в письменной форме потерпевший вправе самостоятельно организовать проведение восстановительного ремонта своего поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания, с которой у страховщика на момент подачи потерпевшим заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков отсутствует договор на организацию восстановительного ремонта;

пункта 16.1, закрепляющего исчерпывающий перечень оснований, при наличии которых страховое возмещение вреда, причиненного указанному автомобилю, осуществляется в денежной форме путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя), в том числе если стоимость восстановительного ремонта превышает страховую сумму при условии, что потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания (подпункт "д"), и если имеется соглашение в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем) о замене формы возмещения с натуральной на денежную (подпункт "ж");

абзаца восьмого пункта 17, согласно которому обязательства страховщика по организации и оплате восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего, принятые им на основании абзаца второго пункта 15 или пунктов 15.1 - 15.3 той же статьи, считаются исполненными страховщиком надлежащим образом с момента получения потерпевшим отремонтированного транспортного средства.

Как следует из представленных материалов, решением суда, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, с ООО СК "Сбербанк страхование" - страховой организации, осуществляющей обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - ОСАГО), взысканы убытки, превышающие страховую сумму, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая обязуется возместить потерпевшим причиненный вред - 400 000 руб. (подпункт "б" статьи 7 Закона об ОСАГО).

Потерпевший, чей автомобиль был поврежден в дорожно-транспортном происшествии, в досудебном порядке обратился с заявлением к страховщику, в котором просил организовать натуральное возмещение - восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства. Потерпевший был согласен на доплату за ремонт на станции технического обслуживания автомобилей (далее - СТОА) в размере, превышающем максимальный размер страхового возмещения. Страховщик отказался от организации восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего, сославшись на отсутствие договоров со СТОА, объясняя это тем, что он связан положениями Федерального закона от 18 июля 2011 года N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" и не может в установленные Законом об ОСАГО сроки провести закупочные процедуры в целях заключения договора со СТОА. Направление на ремонт транспортного средства потерпевшего на СТОА выдано не было, осуществлено страховое возмещение в денежной форме в размере страховой суммы - 400 000 руб.

Для определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего по заказу страховщика проведена экспертиза, согласно заключению которой стоимость ремонта без учета износа составляла 1 318 307 руб., а с учетом износа - 838 600 руб. В соответствии с экспертным заключением, подготовленным по инициативе потерпевшего, действительная стоимость ремонта без учета износа составила 1 506 447 руб. В этом размере - за вычетом 400 000 руб. осуществленного страхового возмещения - с заявителя были взысканы убытки (1 106 447 руб.).

Суды руководствовались в том числе разъяснением, содержащимся в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", согласно которому при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе произвести ремонт самостоятельно и потребовать от страховщика возмещения убытков.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев жалобу заявителя на решение суда первой инстанции, пришел к выводу, что довод страховщика о наличии определенных ограничений, установленных для него Федеральным законом "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц", существующих и на момент заключения с истцом договора ОСАГО, но не послуживших для страховщика препятствием в совершении данного действия, не может являться уважительной причиной неисполнения обязательств по организации ремонта транспортного средства в рамках страхового полиса.

По мнению заявителя, оспариваемые нормы не соответствуют Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 1 (часть 1), 2, 8, 17 (часть 3), 18, 19 (часть 1), 34, 35 (части 1 и 2), 46 (часть 1), 54 (часть 2), 55 (часть 3) и 75.1, в той мере, в какой данные законоположения - при отсутствии в системе действующего правового регулирования как специальных правовых механизмов согласованного применения требований к исполнению обязанности страховщика по страховому возмещению в случае выбора потерпевшим именно и только его натуральной формы (восстановительный ремонт) и действующих в отношении страховщика требований законодательства о закупках, так и специальных норм о правовых последствиях неисполнения страховщиком указанной обязанности вследствие безрезультатности закупочных процедур - допускают, по смыслу, придаваемому им судебной практикой, взыскание со страховщика полной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего в рамках неограниченной деликтной ответственности в размере, превышающем страховую сумму, и в отсутствие противоправности действий страховщика.

2. В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 43 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" Конституционный Суд Российской Федерации отказывает в принятии обращения к рассмотрению, если по предмету обращения Конституционным Судом Российской Федерации ранее было вынесено постановление, сохраняющее свою силу.

Конституционным Судом Российской Федерации 26 мая 2026 года принято Постановление N 34-П по делу о проверке конституционности пунктов 15.1, 15.2 и 16.1 статьи 12 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", а также подпункта "б" статьи 7 данного Федерального закона во взаимосвязи со статьей 15 ГК Российской Федерации в связи с жалобой акционерного общества "Т-Страхование", в котором названные законоположения признаны не соответствующими статьям 17 (часть 3), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 75.1 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, выступают основанием для взыскания со страховщика в пользу потерпевшего в качестве убытков расходов на восстановительный ремонт транспортного средства в размере, превышающем страховую сумму, если страховщик не смог исполнить обязанность по организации восстановительного ремонта транспортного средства в пределах страховой суммы.

Допускаемое правоприменительной практикой возложение на страховщика полной имущественной ответственности, если он не смог исполнить обязанность по организации восстановительного ремонта транспортного средства в пределах страховой суммы, - как указано Конституционным Судом Российской Федерации в названном Постановлении - нарушает баланс прав участников страховых правоотношений.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации указал, что восстановительный ремонт транспортного средства, находящегося в собственности гражданина и зарегистрированного в Российской Федерации, является приоритетной формой осуществления страхового возмещения вреда, и не исключил обязанности страховщика предложить потерпевшему осуществить доплату за ремонт в случаях, когда рыночная стоимость ремонта превышает страховую сумму и когда потерпевший настаивает на восстановительном ремонте транспортного средства на СТОА по направлению страховщика, что предполагает возникновение права страховщика осуществить потерпевшему страховое возмещение в денежной форме в размере страховой суммы в случае отказа потерпевшего от осуществления такой доплаты или несообщения им в разумный срок о своем решении. Поскольку на потерпевшего возлагается обязанность осуществить доплату за ремонт транспортного средства в указанных выше случаях, со страховщика, нарушившего свою обязанность по организации данного ремонта, могут быть взысканы соответствующие убытки в полном объеме, но - как указал Конституционный Суд Российской Федерации - без включения в них той суммы, которую надлежало доплатить самому потерпевшему.

Поскольку вопрос о соответствии Конституции Российской Федерации пунктов 15.1, 15.2 и 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, а также его подпункта "б" статьи 7 во взаимосвязи со статьей 15 ГК Российской Федерации в оспариваемом заявителем аспекте - как допускающих возложение на страховщиков по ОСАГО ответственности за непринятие мер по организации ремонта транспортного средства потерпевшего в размере, превышающем страховую сумму, - разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в сохраняющем свою силу постановлении, жалоба ООО СК "Сбербанк страхование" в этой части не может быть принята Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению. В данном случае отсутствуют основания для применения части пятой статьи 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" и для указания в настоящем Определении на то, что конкретное дело ООО СК "Сбербанк страхование" подлежит пересмотру, поскольку его обращение подано в Конституционный Суд Российской Федерации после принятия к рассмотрению жалобы акционерного общества "Т-Страхование".

Таким образом, поскольку по поставленному заявителем вопросу о нарушении его конституционных прав статьей 15 ГК Российской Федерации, а также подпунктом "б" статьи 7, пунктами 15.1, 15.2 и 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО не требуется вынесения итогового решения в виде постановления, его жалоба в этой части не подлежит дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации.

3. Что касается других оспариваемых положений статьи 12 Закона об ОСАГО (пункты 15, 15.3 и абзац восьмой пункта 17), регламентирующих порядок осуществления страхового возмещения причиненного потерпевшему вреда, то они являются частью механизма защиты прав потерпевших, имеющего целью повышение уровня защиты их права на возмещение вреда, причиненного при использовании транспортных средств иными лицами, и направлены на обеспечение баланса экономических интересов всех участвующих в страховом правоотношении лиц, на доступность цены договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, а также на предотвращение противоправных внеюрисдикционных механизмов разрешения споров по возмещению вреда.

Данные нормы подлежат применению с учетом выраженных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2026 года N 34-П правовых позиций, сохраняющих свою силу.

Пункт 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО содержит закрытый перечень оснований, при наличии которых страховщик может изменить форму страхового возмещения вреда с восстановительного ремонта на денежную выплату. В перечень таких оснований не входит отсутствие у страховщика договора со СТОА. Подпункт "е" того же пункта допускает указанную замену, если потерпевший осуществляет выбор возмещения вреда в форме страховой выплаты в соответствии с абзацем шестым пункта 15.2 той же статьи или абзацем вторым пункта 3.1 статьи 15 Закона об ОСАГО.

Так, согласно абзацу шестому пункта 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО, если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций; в случае отсутствия указанного согласия возмещение вреда, причиненного транспортному средству, осуществляется в форме страховой выплаты.

В силу абзаца второго пункта 3.1 статьи 15 Закона об ОСАГО при подаче потерпевшим заявления о прямом возмещении убытков в случае отсутствия у страховщика возможности организовать проведение восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего на указанной последним при заключении договора обязательного страхования СТОА потерпевший вправе выбрать возмещение причиненного вреда в форме страховой выплаты или согласиться на проведение восстановительного ремонта на другой предложенной страховщиком станции технического обслуживания, подтвердив свое согласие в письменной форме.

Оспариваемый пункт 15.2 статьи 12 Закона об ОСАГО содержит положение, согласно которому, если у страховщика заключен договор на организацию восстановительного ремонта со СТОА, соответствующей установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик направляет его транспортное средство на эту станцию для проведения восстановительного ремонта такого транспортного средства (абзац пятый).

С учетом закрепленного в законе приоритета восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего указанные нормы не могут толковаться как позволяющие страховщику уклоняться от организации натурального возмещения вреда (восстановительного ремонта) в случаях, если соответствующие договоры со СТОА страховщиком не заключались или им заключены договоры с такими СТОА, которые не соответствуют установленным правилам (например, требованию удаленности от места жительства потерпевшего и т.п.). В подобных случаях замена формы страхового возмещения вреда на денежную выплату возможна лишь с согласия потерпевшего.

4. Сами по себе организационные сложности, возникшие у страховщика в поисках СТОА, не могут рассматриваться в качестве препятствующих страховому возмещению причиненного вреда в натуре, притом что бремя доказывания принятия всех необходимых мер для организации ремонта должно быть возложено на страховую организацию как более сильную сторону в страховых правоотношениях.

Такие организационные сложности могут быть связаны и с необходимостью для страховщика соблюдать требования Федерального закона "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" (если он отнесен к соответствующей категории заказчиков), прежде всего - осуществлять конкурентный отбор контрагента. Однако порядок проведения закупок в рамках указанного Федерального закона не препятствует своевременному заключению договора со СТОА в целях организации восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего в установленные по Закону об ОСАГО сроки.

Федеральный закон "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" допускает осуществление закупок у единственного поставщика. При этом необходимость соблюдения сжатых сроков проведения восстановительного ремонта транспортного средства потерпевшего по ОСАГО может рассматриваться в качестве уважительной причины осуществления неконкурентной закупки. Это соответствует сложившемуся в практике Верховного Суда Российской Федерации подходу, допускающему закупку у единственного поставщика при наличии разумных и объективных причин, объясняющих, что применение конкурентных процедур либо является неэффективным, либо в значительной степени лишает заказчика того результата, которого он намеревался достичь, планируя закупку (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16 сентября 2021 года N 306-ЭС21-13429).

Кроме того, не исключена Федеральным законом "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" и возможность заключения рамочного договора со СТОА единственным поставщиком, поскольку названный способ определения контрагента не требует конкретизации объекта закупки, как это предписывает стандарт осуществления конкурентных закупок.

Следовательно, пункты 15, 15.3 и абзац восьмой пункта 17 статьи 12 Закона об ОСАГО не могут рассматриваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя, в том числе в аспекте его доводов о необходимости соблюдения требований законодательства о закупках. Тем более что осуществление предпринимательской деятельности в сфере ОСАГО для коммерческой организации - исходя из самостоятельности и рискового характера предпринимательской деятельности - является добровольным, что предполагает и осознанное принятие ею возможных ограничений и требований, предусмотренных законодательством о закупках.

Таким образом, жалоба в части поставленного в ней вопроса о нарушении конституционных прав заявителя пунктами 15, 15.3 и абзацем восьмым пункта 17 статьи 12 Закона об ОСАГО, как не отвечающая требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой, не может быть принята к рассмотрению Конституционным Судом Российской Федерации.

Установление же и оценка фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения конкретного дела, а также проверка правильности применения судами норм права с учетом данных обстоятельств к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", не относятся.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктами 2 и 3 части первой статьи 43 и частью первой статьи 79 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации

1. Признать жалобу общества с ограниченной ответственностью Страховая компания "Сбербанк страхование" в части оспаривания конституционности статьи 15 ГК Российской Федерации, а также подпункта "б" статьи 7, пунктов 15.1, 15.2 и 16.1 статьи 12 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесения предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" итогового решения в виде постановления.

2. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью Страховая компания "Сбербанк страхование" в части оспаривания конституционности пунктов 15, 15.3 и абзаца восьмого пункта 17 статьи 12 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

3. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.