Определение № А19-614/2021 от 27.04.2021 АС Иркутской области
не следует. Ссылаясь на необходимость ведения именно процедуры реализации имущества, ФИО1 документально не подтвердил, что источника дохода, позволяющего утвердить план реструктуризации долгов, недостаточно, как не доказал факт принятия всех возможных мер к погашению задолженности и невозможности извлечения дохода в будущем. Как следует заявления из представленных в материалы дела документов, ФИО1 с 01.04.2004 по настоящее время работает в Иркутском филиале ФГАУ «НМИЦ «МНТК «Микрохирургия глаза» им. акад. ФИО2» Минздрава России в должности электромеханик по ремонту и обслуживанию медицинского оборудования , о чем свидетельствует копия трудовой книжки. Согласно справке с места работы от 01.03.2021 в период с 03.09.2019 по 18.06.2022 ФИО1 находится в отпуске по уходу за ребенком до 3-х лет. Согласно справкам о доходах физического лица общая сумма дохода за 2018 год составила 810 112 руб. 78 коп, в 2019 году – 697 295 руб. 17 коп., в 2020 году – 24 000 руб. 00 коп., в 2021 году –
Решение № 2-6401/9/19 от 22.10.2019 Петрозаводского городского суда (Республика Карелия)
локальным нормативным актом, определяющим порядок и размер данного вида стимулирующей выплаты. В частности, «Положением об установлении выплат стимулирующего характера работникам ГБУЗ РК «Родильный дом им. Гуткина К.А.». Данный вид выплат устанавливается работникам согласно «Перечню должностей работников ГБУЗ РК «Родильный дом им. Гуткина К.А.», участвующих в реализации мероприятий направленных на повышение эффективности их деятельности с учетом показателей и критериев эффективности и их значений. Ответчиком указывается, что в данном Перечне работников должность « электромеханик по ремонту и обслуживанию медицинского оборудования » отсутствует, в связи с чем, стимулирующая выплата, направленная на повышение эффективности деятельности, ФИО1 не выплачивалась в течение всего периода его работы в Учреждении. Данное обстоятельство стороной истца не оспаривалось. Вместе с тем, из материалов дела усматривается, что в период с января 2016 года по март 2018 года Работодателем с истцом регулярно заключались соглашения к трудовому договору, в соответствии с которыми ФИО1 устанавливалась ежемесячная стимулирующая выплата за интенсивность труда и высокие