Эндоскопическое оборудование - гражданское законодательство и судебные прецеденты

Верховного Суда Российской Федерации Ксенофонтова Н.А., изучив кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Интербио» (истец, г. Москва, далее – общество) на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.07.2019 по делу № А32-3972/2019, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2019 и постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.01.2020 по тому же делу по иску общества к государственному казенному учреждению «Главное управление строительства Краснодарского края» (г. Краснодар, далее – учреждение) о признании недействительным (ничтожным) договора хранения эндоскопического оборудования от 15.12.2016, установила: решением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.07.2019, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.10.2019 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.01.2020, в иске отказано. В кассационной жалобе общество просит о пересмотре судебных актов, ссылаясь на противоречие договора контрактному законодательству и наличие у него признака недопустимого дарения. В силу части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской

лицо выпускает несколько групп товаров, в том числе медицинские видеоэндоскопы; аксессуары для эндоскопов; периферийные устройства; ветеринарные эндоскопы. Также судами первой и апелляционной инстанций установлено, а истцом не оспаривается, что иностранное лицо широко использует собственную серию средств индивидуализации, сходных до степени смешения с товарными знаками истца с более ранней датой приоритета, чем средства индивидуализации истца для формирования у потребителей устойчивой ассоциативной связи между продукцией и производителем. При этом судами установлено, что истец не производит собственное эндоскопическое оборудование , не маркирует свое оборудование товарными знаками «AOHUA» и «ДОНИД». Между тем ответчик, вводит в оборот оригинальную продукцию третьего лица, в подтверждение чего в материалы дела были представлены соответствующие доказательства, которые не были оспорены истцом при рассмотрении дела. Указанные обстоятельства, позволили судам первой и апелляционной инстанций прийти к выводу о том, что действия истца по регистрации товарных знаков совершены не с намерением использовать их в предпринимательской деятельности с целью индивидуализации производимых товаров и услуг