другого дела, в котором участвуют те же лица. Приведенные выше положения процессуального закона обязывают все государственные органы и организации, в том числе судебные органы, исходить из обязательности вступивших в законную силу решений суда. Поэтому арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, не проверяет вновь установленные вступившим в законную силу решением суда обстоятельства при предъявлении кредитором денежных требований к должнику. Поскольку факт наличия задолженности установлен вступившими в законную силу судебными актами, доказательств погашения задолженности не представлено, суды обеих инстанций правомерно и обоснованно признали требования заявителя обоснованными в части основного долга и расходов по госпошлине. Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом ВерховногоСуда Российской Федерации 29.01.2020, очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том
проведения торгов, не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе. Таким образом, в соответствии с позицией Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в названном Определении от 23.04.2013 № 640-О, возможность получения должником компенсации за принадлежащие должнику социально значимые объекты обеспечивается обязательностью проведения конкурса по его продаже. В случае же, если имущество не было реализовано и, соответственно, указанный механизм не позволил получить компенсацию, это имущество без каких-либо дополнительных условий, в том числе компенсации за счет бюджета, передается в муниципальную собственность соответствующего муниципального образования в лице органов местного самоуправления. В свою очередь механизм справедливой компенсации за счет средств бюджета, в соответствие с разъяснением Обзора судебнойпрактикиВерховногоСуда Российской Федерации № 3 (2019), должен применяться по отношению к объектам централизованных систем холодного водоснабжения и (или) водоотведения, постольку, поскольку они изначально не подлежат включению в конкурсную массу и не подлежат реализации в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве и, соответственно, к ним
административного правонарушения. Судом первой инстанции учтено, что ответственность по части 1 статьи 14.5 КоАП РФ наступает при реальной продаже товара, выполнении работ, оказании услуг потребителю при отсутствии установленной информации об изготовителе (исполнителе, продавце) либо иной информации, обязательность предоставления которой предусмотрена законодательством Российской Федерации. Различия в объективной стороне правонарушений, предусмотренных частью 1 статьи 14.5 КоАП РФ и частью 1 статьи 14.8 КоАП РФ, сводятся к наличию (часть 1 статьи 14.5 КоАП РФ) или отсутствию (часть 1 статьи 14.8 КоАП РФ) самого события продажи товара, выполнения работ, оказания услуг при отсутствии информации о реализуемом товаре (работе, услуге), продавце, изготовителе в объеме, установленном законодательством Российской Федерации. Соответствующая правовая позиция изложена в Обзоре судебнойпрактикиВерховногоСуда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020 (пункт 39). В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006 № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части
подано заинтересованным лицом в арбитражный суд по истечении указанных трех лет при условии, что вплоть до подачи такого заявления товарный знак не использовался. Из системного толкования норм статей 1484 и 1486 ГК РФ следует, что правообладатель обязан использовать зарегистрированный товарный знак как условие сохранения права на него. Обязательность использования права на товарный знак призвана обеспечивать реальное функционирование товарных знаков в гражданском обороте. При рассмотрении дел о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования истец должен доказать свою заинтересованность в удовлетворении заявленных требований (пункт 42 Обзора судебнойпрактики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом ВерховногоСуда Российской Федерации 23.09.2015 (далее – Обзор)), а на ответчика – правообладателя возложено бремя доказывания использования товарного знака (пункт 41 Обзора). В соответствии с пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный
