Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Алтай в составе судьи Кулаковой Л.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Сметанниковой Ю.А., рассмотрев в судебном заседании в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «МАЙМА-МОЛОКО» (ОГРН <***>, ИНН <***>, ул. Нагорная, 1, с. Майма, <...>) заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице Алтайского отделения № 8644 (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>) о признании недействительным плана внешнего управления должника с учетом изменений, утвержденных решениями собрания кредиторов от 05.12.2017, 01.02.2018, 07.05.2018,

при участии представителей:

публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице Алтайского отделения № 8644 – ФИО1, по доверенности от 06.03.2017 № 344-Д (в деле);

конкурсного управляющего ФИО2 (личность установлена),

установил:

решением Арбитражного суда Республики Алтай от 20.03.2015 общество с ограниченной ответственностью «МАЙМА-МОЛОКО» (далее по тексту – ООО «МАЙМА-МОЛОКО», общество, должник) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника назначен ФИО3

Определением суда от 24.02.2016 конкурсным управляющим ООО «МАЙМА-МОЛОКО» утверждена ФИО2.

Определением от 08.12.2016 суд прекратил процедуру конкурсного производства в отношении должника и ввёл в ООО «МАЙМА-МОЛОКО» процедуру внешнего управления сроком на 12 месяцев, внешним управляющим утвердил ФИО2, члена Некоммерческого партнёрства «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса». Определением от 12.02.2018 срок внешнего управления в обществе продлен до 08.06.2018.

30.03.2018 публичное акционерное общество «Сбербанк России» в лице Алтайского отделения № 8644» (далее – Сбербанк, Банк, заявитель) обратилось в арбитражный суд с заявлением (с учетом уточнения) о признании недействительным плана внешнего управления с учетом изменений, утвержденных решениями собраний кредиторов от 05.12.2017, 01.02.2018.

В заявлении Банк указал, что представленный план внешнего управления с изменениями от 05.12.2017, 01.02.2018 и 07.05.2018 принят с нарушением норм Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве), не отвечает признаками исполнимости и не имеет экономического обоснования, не отвечает требованиям статьи 106 Закона о банкротстве, не содержит достаточного обоснования возможности восстановления платежеспособности должника, нарушает права кредитора.

Так, решение о передаче в аренду движимого и недвижимого имущества должника третьим лицам с согласия залогового кредитора, а также модернизация, предусматривающая исключение из производственного цикла оборудования, недвижимого имущества, находящегося в залоге у Банка, и его реализация в течение 3-12 месяцев противоречит статье 18.1 Закона о банкротстве и нарушает права Банка, который является залоговым кредитором, и не намерен давать согласия на передачу в аренду залогового имущества и его отчуждение. В нарушение пункта 1 статьи 106 Закона о банкротстве план внешнего управления не содержит сведений о порядке, условиях реализации меры по передаче в аренду заложенного имущества третьим лицам, предполагаемых доходах от реализации этой меры. В нарушение пункта 2 статьи 106 Закона о банкротстве план внешнего управления в части указания сроков погашения кредиторской задолженности и иных сроков исполнения октябрь-ноябрь-декабрь 2018 года предусматривает сроки его исполнения за пределами срока внешнего управления, в т.ч. максимального срока, предусмотренного Законом о банкротстве. Реализация части оборудования, находящегося в залоге у Банка, входящего в единый производственный цикл, не позволит привлечь к участию в торгах действительно заинтересованных в его приобретении покупателей, снизит привлекательность и рыночную стоимость имущества, потери кредиторов от продажи не в составе комплекса остального имущества составят 50,48 % от общей стоимости бизнеса, что подтверждается заключением эксперта – оценщика от 15.05.2018. Кроме того, предусмотренная планом внешнего управления реализация недвижимого имущества станции КНС-2 общей площадью 22,9 кв.м., литер Г и резервуара площадью 150 кв.м. без продажи земельного участка, на котором они расположены, нарушает положения статьи 552 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ). Начальная продажная стоимость залогового имущества определена кредитором, не являющимся залогодержателем, без проведения оценки в нарушение пункта 4 статьи 131, пункта 4 статьи 139 Закона о банкротстве.

07.06.2018 Банк представил уточненное заявление, в котором просил признать недействительным план внешнего управления с учетом изменений, утвержденных решениями собраний кредиторов от 05.12.2017, 01.02.2018, 07.05.2018, и указал, что реализация части оборудования, находящегося в залоге у Банка, входящего в единый производственный цикл, не позволит привлечь к участию в торгах действительно заинтересованных в его приобретении покупателей, снизит привлекательность и рыночную стоимость имущества, потери кредиторов от продажи не в составе комплекса остального имущества составят 50,48 % от общей стоимости бизнеса, что подтверждается заключением эксперта – оценщика от 15.05.2018. Кроме того, предусмотренная планом внешнего управления реализация недвижимого имущества станции КНС-2 общей площадью 22,9 кв.м., литер Г и резервуара площадью 150 кв.м. без продажи земельного участка, на котором они расположены, нарушает положения статьи 552 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ). Начальная продажная стоимость залогового имущества определена кредитором, не являющимся залогодержателем, без проведения оценки в нарушение пункта 4 статьи 131, пункта 4 статьи 139 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Республики Алтай от 15.06.2018, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2018, в удовлетворении заявления Банка отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 30.10.2018 определение от 15.06.2018 и постановление от 10.08.2018 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

Решением Арбитражного суда Республики Алтай от 06.12.2018 ООО «МАЙМА-МОЛОКО» суд прекратил процедуру внешнего управления ООО «МАЙМА-МОЛОКО» и признал должника несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство. Определением суда от 18.01.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2

26.02.2019 от Банка поступило дополнение к заявлению, в котором им заявлено ходатайство о распределении судебных расходов в сумме 180000 руб. (по оплате заключения эксперта-оценщика ФИО4).

Данное ходатайство принято судом к рассмотрению в порядке статьи 49 АПК РФ.

Кредиторы ФИО5, УФНС по РА, ФИО6 в настоящее судебное заседание не явились, хотя надлежащим образом были уведомлены о времени и месте его проведения, в том числе публично путем размещения сведений в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Указанные обстоятельства не являются препятствием для проведения судебного заседания в отсутствие не явившихся лиц согласно статье 156 АПК РФ.

Представитель Банка в судебном заседании требование поддержал в полном объеме.

Конкурсный управляющий ФИО2 в заседании указала на необоснованность предъявленного требования и просила отказать в его удовлетворении.

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 16.05.2019 объявлен перерыв до 09 час. 15 мин. 22.05.2019.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, суд считает, что заявление о признании недействительным плана внешнего управления должника подлежит удовлетворению.

Из материалов дела следует, что собранием кредиторов 07.02.2017 утвержден план внешнего управления ООО «МАЙМА-МОЛОКО».

На стадии проведения в отношении ООО «МАЙМА-МОЛОКО» процедуры внешнего управления, введенной определением суда от 08.12.2016, решением собрания кредиторов должника от 05.12.2017 внесены изменения в план внешнего управления:

добавлен раздел VI «Внешний управляющий вправе с согласия залогового кредитора и в соответствии ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сдавать в аренду третьим лицам движимое и недвижимое имущество ООО «МАЙМА-МОЛОКО»;

в таблице «График погашения кредиторской задолженности» изменены сроки погашения реестровой задолженности на октябрь-ноябрь 2018 года;

разделы плана внешнего управления, в которых указаны сроки исполнения до декабря 2017 года, изменены до декабря 2018 года.

Решением собрания кредиторов должника от 01.02.2018 внесены изменения в план внешнего управления:

дополнен подраздел VII в раздел VI: Модернизация производства, предусматривающая исключение из производственного цикла оборудования, недвижимого имущества, находящегося в залоге у ПАО Сбербанк и его реализация в течение 3-12 месяцев:

Полученные от продажи денежные средства будут направлены на погашение требований залогового кредитора.

Решением собрания кредиторов должника от 07.05.2018 утверждены изменения в плане внешнего управления ООО «МАЙМА-МОЛОКО»:

дополнен подраздел VII в раздел VI: Модернизация производства

«первый этап модернизации производства ООО «МАЙМА-МОЛОКО» включает:

- продажа имущества должника, находящегося в залоге у кредитора ПАО «Сбербанк России», которое не используется в производственной деятельности;

- продажа имущества должника, находящегося в залоге у кредитора ПАО «Сбербанк России», которое используется в производстве сыров.

Согласно пункту 4 статьи 138 Закона о банкротстве продажа заложенного имущества осуществляется внешним управляющим в порядке, предусмотренном пунктами 4, 5, 8-19 статьи 110, пунктом 3 статьи 111 Закона о банкротстве.

Порядок и условия проведения торгов определяются конкурсным кредитором ПАО Сбербанк, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества, в той мере, в которой это допускается указанными положениями Закона о банкротстве.

Перечень имущества, которое должник не использует, либо в ближайшее прекратит использовать, указан в Приложении № 1.

Данный перечень не является исчерпывающим и подлежит изменению при высвобождении иного имущества из производственного процесса.».

Считая, что план внешнего управления в части внесенных изменений, принят с нарушением требований статей 18.1, 106, пункта 2 статьи 111 Закона о банкротстве, не отвечает признакам исполнимости, не имеет экономического обоснования, не содержит обоснования возможности восстановления платежеспособности должника, влечет затягивание процедуры банкротства, увеличение текущих расходов на её проведение, уменьшение конкурсной массы, нарушает права залогового кредитора, Банк обратился в суд с заявлением о признании его недействительным.

Исходя из содержания главы VI Закона о банкротстве, внешнее управление представляет собой реабилитационную процедуру, применяемую в деле о банкротстве к должнику в целях восстановления его платежеспособности.

На основании статей 12,15, 107 Закона о банкротстве рассмотрение вопроса об утверждении и изменении плана внешнего управления относится к исключительной компетенции собрания кредиторов.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 106 Закона о банкротстве план внешнего управления должен предусматривать меры по восстановлению платежеспособности должника, условия и порядок реализации указанных мер, расходы на их реализацию и иные расходы должника.

В силу положений статьи 109 Закона о банкротстве планом внешнего управления могут быть предусмотрены следующие меры по восстановлению платежеспособности должника: перепрофилирование производства; закрытие нерентабельных производств; взыскание дебиторской задолженности; продажа части имущества должника; уступка прав требования должника; исполнение обязательств должника собственником имущества должника - унитарного предприятия, учредителями (участниками) должника либо третьим лицом или третьими лицами; увеличение уставного капитала должника за счет взносов участников и третьих лиц; размещение дополнительных обыкновенных акций должника; продажа предприятия должника; замещение активов должника; иные меры по восстановлению платежеспособности должника.

В соответствии с пунктом 6 статьи 107 Закона о банкротстве план внешнего управления может быть признан недействительным полностью или частично арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, по ходатайству лица или лиц, права и законные интересы которых были нарушены.

Основанием для принятия судебного акта о признании плана внешнего управления недействительным являются, как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение положениями этого плана гражданских прав и охраняемых законом интересов конкурсного кредитора, обратившегося в суд с соответствующим требованием. Обязанность по доказыванию наличия приведенных обстоятельств возлагается на заявителя.

Суд в рамках настоящего обособленного спора оценивает по существу изменения, внесенные в план внешнего управления решением собраний кредиторов должника от 05.12.2017, от 01.02.2018, от 07.08.2018, поскольку сам план внешнего управления был предметом судебного разбирательства (определение от 12.09.2017) и признан соответствующим Закону о банкротстве.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, суд установил, что план внешнего управления ООО «МАЙМА-МОЛОКО» с учетом изменений, утвержденных собраниями кредиторов от 05.12.2017, 01.02.2018, 07.05.2018:

в соответствии со статьей 107 Закона о банкротстве одобрен большинством голосов от общего числа голосов кредиторов, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника;

содержит меры по восстановлению платежеспособности должника, предусмотренные статьей 109 Закона о банкротстве;

предусматривает график погашения кредиторской задолженности (текущей и реестровой).

Вместе с тем, план внешнего управления с внесенными в него решениями собрания кредиторов от 05.12.2017, 01.02.2018, 07.05.2018 изменениями не соответствует требованиям Закона о банкротстве.

В нарушение пункта 1 статьи 106 Закона о банкротстве план внешнего управления должника не содержит сведений о порядке, условиях реализации меры по передаче в аренду заложенного имущества третьим лицам; состав имущества, предполагаемого для передачи в аренду, планируемый к получению доход от этой меры.

Внесенные в план изменения, предусматривающие передачу имущества должника в аренду, модернизацию производства посредством продажи части залогового имущества в нарушение статьи 106 Закона о банкротстве также не подтверждены экономическим и документальным обоснованием, не подкреплены сведениями о предполагаемых доходах от реализации этих мер и расходах на их реализацию.

Кроме того, план внешнего управления не содержит сведений о расходах на реализацию мер по модернизации производства и продаже залогового имущества.

Согласно пункту 3 статьи 346 ГК РФ залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.

В силу пункта 4 статьи 18.1 Закона о банкротстве должник вправе отчуждать имущество, являющееся предметом залога, передавать его в аренду или безвозмездное пользование другому лицу либо иным образом распоряжаться им или обременять предмет залога правами и притязаниями третьих лиц только с согласия кредитора, требования которого обеспечены залогом такого имущества, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором залога и не вытекает из существа залога.

Отступление от названного подхода (преодоление отказа залогового кредитора) допустимо только в исключительных случаях при явно недобросовестном поведении залогодержателя.

Анализ названной нормы позволяет сделать вывод о том, что она предусматривает обязательное согласие залогового кредитора в случае совершения должником любых действий по распоряжению залоговым имуществом.

Судом установлено, что Банк, являясь залогодержателем имущества должника, подлежащего сдаче в аренду и продаже в рамках запланированной модернизации производства, не давал согласия на его отчуждение или передачу в аренду.

Вынося на разрешение собраний кредиторов вопрос о передаче залогового имущества в аренду и продаже части заложенного в пользу Банка имущества, внесении соответствующих изменений в план внешнего управления, внешний управляющий за получением предусмотренного законом согласия к Банку не обращался. Решения о внесении изменений в план внешнего управления продаже заложенного имущества приняты на собраниях кредиторов от 05.12.2017, от 01.02.2018, от 07.05.2018 мажоритарным кредитором ФИО5 - единственным участником ООО «МАЙМА-МОЛОКО» без учета мнения залогового кредитора – Сбербанка.

С учетом этого, план внешнего управления, предусматривающий продажу залогового имущества, его передачу в аренду без предварительного согласия залогового кредитора - Сбербанка, является заведомо неисполнимым.

Суд считает несостоятельными доводы конкурсного управляющего о том, что являясь предшествующим залогодержателем недвижимого имущества должника по договору ипотеки № 35.01-10/005-1з кредитор ФИО5 дал согласие на его продажу.

Сбербанк также является залогодержателем этого же недвижимого имущества должника по договорам ипотеки № 35.01-10/197-10и и № 35.01-11/111-2и.

Статьей 18.1 Закона о банкротстве не предусмотрено, что для продажи и передачи в аренду имущества, являющегося предметом залога перед разными залогодержателями, достаточно согласия одного из них на отчуждение залогового имущества. При этом установленная статьей 342.1 ГК РФ очередность погашения требований предшествующего и последующего залогодержателя не имеет правового значения для реализации всеми залоговыми кредиторами своего права на дачу согласия о продаже или передаче в аренду залогового имущества.

Таким образом, Закон о банкротстве не содержит норм, исключающих применение этих правил в процессе банкротства, что не позволяет арбитражному управляющему и иным участникам дела о банкротстве распоряжаться имуществом должника без согласия его залогодержателя.

Суд не принимает во внимание доводы конкурсного управляющего о том, что вывод о праве собрания кредиторов решать вопрос о продаже залогового имущества без согласия Сбербанка сделан судом при оспаривании решений собраний кредиторов от 01.02.2018 и от 07.05.2018 о внесении изменений в план внешнего управляющего.

Из материалов дела следует, что определениями от 09.04.2018 и от 04.07.2018 суд отказал Сбербанку в удовлетворении заявлений о признании недействительными решений собраний кредиторов должника от 01.02.2018 и от 07.05.2018 о внесении изменений в план внешнего управляющего ООО «МАЙМА-МОЛОКО» по продаже имущества, находящегося в залоге у Банка. Постановлениями суда апелляционной инстанции данные определения оставлены без изменения.

Вместе с тем, постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 30.10.2018 отменено определение суда первой инстанции от 15.06.2018 и постановление апелляционной инстанции от 10.08.2018, которыми суды отказали Банку в признании недействительными плана внешнего управления должника с изменениями, внесенными решениями собрания кредиторов от 01.02.2018 и от 07.05.2018 (обособленный спор направлен на новое рассмотрение).

В данном постановлении суд кассационной инстанции сделал вывод о том, что включение в план внешнего управления меры по продаже части имущества должника, находящегося в залоге у Банка, без согласия залогового кредитора, противоречит статье 18.1 Закона о банкротстве, пункту 2 статьи 346 Гражданского кодекса.

В соответствии с пунктом 2.1 статьи 289 АПК РФ указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

В силу статьи 109 Закона о банкротстве планом внешнего управления может быть предусмотрена продажа части имущества как мера по восстановлению платежеспособности должника.

Согласно абзацу 15 статьи 2 Закона о банкротстве целью применения к должнику процедуры внешнего управления является восстановление его платежеспособности. Это значит, что все принимаемые меры, в том числе продажа части имущества, должны быть направлены на достижение указанной цели.

Положения статьи 111 Закона о банкротстве регулируют правоотношения, связанные с реализацией части имущества должника, в процедуре внешнего управления, когда хозяйственная деятельность должника не прекращается.

В силу пункта 2 статьи 111 Закона о банкротстве продажа части имущества должника не должна приводить к невозможности осуществления должником своей хозяйственной деятельности в период внешнего управления.

Это обусловлено в частности тем, что выведение из производственного процесса имущества может воспрепятствовать восстановлению платежеспособности должника и повлечь нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Из материалов дела следует, что в период внешнего управления должник осуществлял деятельность по переработке и изготовлению молочной продукции, сыра. В плане внешнего управления также указано на то, что часть имущества используется должником в хозяйственной деятельности и не исключено из производственного цикла.

Вместе с тем, продажа части залогового имущества, включенного в план внешнего управления, может привести к невозможности осуществления должником своей хозяйственной деятельности. В плане внешнего управления указано на то, что часть оборудования используется должником в хозяйственной деятельности и не исключено из производственного цикла.

Внешним управляющим и учредителем не представлены доказательства того, что предполагаемое к продаже имущество выведено из производственного процесса, поскольку безусловно непригодно к использованию. Не представлены доказательства замены указанного оборудования и имущества на другое оборудование, приобретенное за счет инвестиционных вложений в период внешнего управления, не представлены документы о списании имущества после введения внешнего управления. Собранием кредиторов не принято решение о продаже какого – либо имущества в связи с его непригодностью для производственного процесса, либо в связи со списанием данного имущества.

Имущество, используемое в производстве сыров было предметом оценки, проведенной ИП ФИО7 в марте 2018 года. Согласно отчету об оценке № 03/18 (имеется в материалах обособленного спора по оспариванию решения собрания кредиторов от 18.09.2018) данное имущество также используется в производственной деятельности, имеет удовлетворительное состояние (контейнеры для посолки сыра), хорошее состояние (сети трубопроводов), условно-пригодное состояние (стеллажи для хранения сыра). Внешним управляющим и учредителем не представлены доказательства замены данного оборудования на иное, его списание, о невозможности приведения его в состояние, пригодное для использования в производственной деятельности (стеллажи).

В связи с этим суд находит обоснованными доводы Банка о нецелесообразности продажи части имущества, входящего в единый производственный цикл, связанного между собой единым технологическим процессом, поскольку это снизит покупательскую привлекательность и рыночную стоимость имущества.

Ко всему прочему внешним управляющим не представлено в дело техническое заключение (обоснование) возможности демонтажа спорного оборудования, в том числе, в предусмотренные планом внешнего управления сроки, а также возможность его дальнейшей эксплуатации.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что план внешнего управления с учетом изменений от 05.12.2017, от 01.02.2018, от 07.05.2018 не соответствует требованиям, установленным законодательством о банкротстве, и нарушает права и законные интересы Сбербанка как кредитора должника.

В связи с этим, требование Банка о признании недействительным плана внешнего управления ООО «МАЙМА-МОЛОКО» с учетом изменений от 05.12.2017, от 01.02.2018, от 07.05.2018 подлежит удовлетворению.

Из материалов дела следует, что 06.12.2018 ООО «МАЙМА-МОЛОКО» признано банкротом, поскольку процедура внешнего управления прекращена. Следовательно, оспариваемый план внешнего управления не может быть реализован и в настоящее время не нарушает прав Банка.

Вместе с тем, основанием для принятия судебного акта о признании плана внешнего управления недействительным являются, как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение положениями этого плана прав и охраняемых законом интересов конкурсного кредитора, обратившегося в суд с соответствующим требованием. В связи с чем, прекращение процедуры внешнего управления не является препятствием для признания недействительным плана внешнего управления в случае его несоответствия требованиям Закона о банкротстве.

Суд оценил требование Банка о взыскании с ООО «МАЙМА-МОЛОКО» судебных расходов в сумме 180000 руб., понесенных им на оплату услуг эксперта-оценщика ФИО4 и считает его не подлежащим удовлетворению.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Статьей 101 АПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В силу статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Из материалов обособленного спора следует, что Банком понесены расходы на оплату заключения эксперта-оценщика ФИО4 от 15.05.2018 в размере 180000 руб. Указанные расходы подтверждены заключением-отчетом эксперта-оценщика №15-03/2018 от 15.05.2018, договором оказания услуг №15-03-2018 от 26.06.2018, актом об оказании услуг от 30.07.2018.

Суд считает, что данные расходы не относятся к тем судебным издержкам, которые подлежат возмещению в порядке статьи 106 АПК РФ.

При этом суд исходит из того, что в рамках настоящего обособленного спора судом не выносилось определение о назначении судебной экспертизы по оценке имущества должника, определении размера ущерба при реализации части залогового имущества должника. В ходе рассмотрения спора Банком такое ходатайство не заявлялось.

Судом установлено, что данное заключение – отчет было подготовлено экспертом ФИО8 по заданию (инициативе) Банка и не является тем заключением эксперта в смысле, придаваемом статьей 106 АПК РФ.

Суд учитывает, что данное заключение было составлено ФИО4 по результатам осмотра и обследования оборудования залогового имущества с целью определения функционального назначения исследуемого имущества, наилучшего экономического использования, степени износа каждой единицы оборудования, возможности использования оборудования отдельно, вне состава имущественного комплекса, экономической целесообразности реализации имущества поэлементно либо в составе имущественного комплекса, а также определения рыночной стоимости залогового имущества ООО «МАЙМА-МОЛОКО» на дату оценки. Изложенные в данном заключении выводы

В соответствии со статьей 71 АПК РФ любое экспертное заключение не имеет для суда заранее установленной силы. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Представленное в настоящий обособленный спор заключение ФИО4 не является самостоятельным доказательством незаконности внесенных в план внешнего управления изменений, касающихся модернизации производства и продажи оборудования, не использовано судом как безусловное доказательство при разрешении настоящего спора.

Суд полагает, что в данном случае взыскание расходов на оплату услуг эксперта-оценщика в заявленном размере не соответствует статье 106 АПК РФ, определяющей состав судебных издержек, к которым не отнесены расходы стороны по сбору доказательств для реализации собственных процессуальных прав и обязанностей по статьям 9, 41, 65 АПК РФ. Объем и необходимость их несения определяют сами стороны. Проведение такой оценки является правом стороны спора, направлено на достижение приемлемого результата судебного разбирательства, отвечает принципу состязательности сторон.

Таким образом, несмотря на исход спора не в пользу ООО «МАЙМА-МОЛОКО», суд не усматривает оснований для возложения на него расходов Банка на оплату услуг ФИО4

Суд считает несостоятельным довод Банка о том, что указанные расходы подлежат взысканию с должника как судебные расходы, поскольку заключение-отчет ФИО4 учтено судом кассационной инстанции при вынесении постановления от 30.10.2018. Из теста постановления следует, что в нем действительно отражен факт представления Банком данного заключения, в котором сделаны соответствующие выводы. Вместе с тем, суд кассационной инстанции в постановлении не сделал вывод о том, что данное заключение является основанием для признания недействительным плана внешнего управления. Заявление Банка не было рассмотрено по существу судом кассационной инстанции, определение суда было отменено, спор направлен на новое рассмотрение для оценки всех доказательств при новом рассмотрении.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 60, 106 Федерального закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

определил:

признать недействительным план внешнего управления общества с ограниченной ответственностью «МАЙМА-МОЛОКО» (ОГРН <***>, ИНН <***>, ул. Нагорная, 1, с. Майма, <...>) с учетом изменений, утвержденных решениями собрания кредиторов от 05.12.2017, 01.02.2018, 07.05.2018.

Отказать публичному акционерному обществу «Сбербанк России» в лице Алтайского отделения № 8644 (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>) в удовлетворении требования о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «МАЙМА-МОЛОКО» (ОГРН <***>, ИНН <***>, ул. Нагорная, 1, с. Майма, <...>) судебных расходов в сумме 180000 руб. на оплату услуг эксперта-оценщика ФИО4

Определение может быть обжаловано в десятидневный срок с момента его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Алтай.

Судья

Л.А. Кулакова