Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Крамер О.А., при ведении аудиозаписи и протокола секретарем Кечиным А.К., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление акционерного общества «Щелково Агрохим», г. Щелково Московской области, о признании обоснованным и включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Королевское» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Алтайский край, Тюменцевский район, п. Королевский требования в размере 110 830 090 руб. 76 коп., с участием в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Агро-Тюменцево», с.Тюменцево (ОГРН <***>, ИНН <***>) и общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство Сибирь» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и заявление конкурсного управляющего ООО «Королевское» о признании недействительными договора поручительства № 370/2015/ОДО от 20.04.2015, договора залога №881/2015/ОДО от 21.04.2015, договор залога № 880/2015/ОДО от 21.04.2015, договора о залоге № 886/2015/ОДО от 21.04.2015,

при участии в судебном заседании:

от заявителя – не явился, извещен;

от конкурсного управляющего – ФИО1, по доверенности от 22.09.2016,

от уполномоченного органа – не явился, извещен,

от третьих лиц - не явились, извещены.

установил:

Акционерное общество «Щелково Агрохим», г. Щелково Московской области (далее – заявитель, АО «Щелково Агрохим») 24.08.2016г. обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов ООО «Королевское» (ОГРН <***>, ИНН <***>) требования в размере 110 830 090 руб. 76 коп., а также о признании АО «Щелково Агрохим» залоговым кредитором по данным обязательствам с требованием в размере 6 379 812 руб. 50 коп.

В соответствии с распоряжением председателя судебной коллегии по рассмотрению дел, возникающих из административных и иных публичных отношений, о распределении дел № 11-АПК от 17.11.2016, в связи с назначением судьи Назарова А.В. судьей Седьмого арбитражного апелляционного суда дело №А03-23540/2015, находившееся в производстве судьи Назарова А.В., передано судье Крамер О.А.

Рассмотрение заявления неоднократно откладывалось в связи с привлечением к участию в деле третьих лиц (определение от 13.10.2016), с целью проверки наличия залогового имущества (определение от 07.11.2016), для представления сторонами дополнительных доказательств (определение от 30.11.2016), по ходатайству конкурсного управляющего и для представления расчета требований обеспеченных залогом (определение от 15.12.2016), для представления подлинников документов 18.01.2017, для истребования документов для проведения экспертизы (определение от 01.02.2017, 02.03.2017), с целью осмотра залогового имущества (определение от 18.04.2017), для вызова свидетеля и истребования сведений о возрасте КРС с целью проверки заявления о фальсификации (определение от 25.05.2017).

29.11.2016 конкурсный управляющий ООО «Королевское» ФИО2 обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) договора поручительства № 370/2015/ОДО от 20.04.2015, договора о залоге будущего урожая №881/2015/ОДО от 21.04.2015, договора о залоге КРС № 880/2015/ОДО от 21.04.2015, договора о залоге № 886/2015/ОДО от 21.04.2015.

Определением суда от 30.11.2016 заявление принято к рассмотрению, назначено судебное заседание.

Определением от 30.11.2016 суд объединил указанные заявления в одно производство для совместного рассмотрения.

Конкурсный управляющий в отзыве на заявление кредитора и в судебном заседании возражал в части признания требований обеспеченных залогом имущества в связи с отсутствием заложенного имущества в натуре. Обосновывая заявление о признании оспариваемых договоров недействительными, указывал, что размер обязательств, за которые поручился должник, превышал 20% балансовой стоимости его активов.

Представитель АО «Щелково Агрохим» полагает, что конкурсный управляющий не доказал, что общество действовало с целью причинения вреда кредиторам должника. Настаивал на удовлетворении заявления о включении в реестр требований кредиторов должника.

Третье лицо ООО «Агро-Тюменцево» отзыв на заявление о признании сделок недействительными и на заявление АО «Щелково Агрохим» о включении в реестр требований кредиторов не представило. Ранее в судебных заседаниях представитель ООО «Агро-Тюменцево» поддерживал доводы конкурсного управляющего. Возражал против удовлетворения заявления АО «Щелково Агрохим».

Третье лицо ООО «Крестьянское хозяйство Сибирь» отзыв на заявления конкурсного управляющего и АО «Щелково Агрохим» также не представило, в судебное заседание не явилось при надлежащем извещении.

На основании статьи 156 АПК РФ настоящий обособленный спор рассмотрен в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав материалы обособленного спора, выслушав участников процесса, суд установил следующее.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 23.12.2015 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Юг Сибири» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Королевское» (ИНН <***>, ОГРН <***>, Алтайский край, Тюменцевский район, п. Королевский), (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 22.01.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Королевское» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 658582, Алтайский край, Тюменцевский район, п. Королевский) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО2.

Объявление о введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 30.01.2016.

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 22.06.2016 общество с ограниченной ответственностью «Королевское» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Алтайский край, Тюменцевский район, п. Королевский признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего назначен ФИО2.

Определением суда от 17.08.2016 конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Объявление о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 25.06.2016.

Из материалов дела следует, что между АО «Щелково Агрохим» (продавец) и ООО «Королевское» (покупатель) был заключен договор поставки химических средств защиты растений №320/2015/СХ от 02.03.2015(далее – Договор 1) и договор № 363/2015/СЕМ от 02.03.2015 поставки семян гибридов подсолнечника (далее - Договор 2).

Кроме того, между ООО «Королевское» (поручитель) и АО «Щелково Агрохим» (кредитор) 20.04.2015 заключен договор поручительства №370/2015/ОДО, по условиям которого поручитель обязуется отвечать перед кредитором за исполнение ООО «Агро-Тюменцево» обязательств по решению Арбитражного суда Московской области от 23.05.2014 по делу №А41-19365/2014 («Долг»).

В обеспечение исполнения обязательств ООО «Королевское», вытекающих из договора поручительства №370/2015/ОДО от 20.04.2015, договора №363/2015/СЕМ от 02.03.2015, договора поставки №320/2015/СХ от 02.03.2015, между АО «Щелково Агрохим» и должником были заключены:

-договор о залоге будущего урожая № 881/2015/ОДО от 21.04.2015 г., в соответствии с которым, ООО «Королевское» передает в залог урожай льна 2015 г. 3 сорта, сорт «Северный», масляничный, влажность 8, масляничность 44, с полей общей площадью 767,95 га, с качественными характеристиками согласно ГОСТ, на полях №22:52:090010:670 площадь 309,4 га, № 22652:090010:673 площадь 458,55 га, расположенных по адресу: АК, Тюменцевский район, Королевский сельский совет;

-договор о залоге КРС № 880/2015/ОДО от 21.04.2015 г., в соответствии с которым, ООО «Королевское» передает в залог крупнорогатый скотосновного стада в количестве 138 голов, согласно приложению к договору;

- договор о залоге № 886/2015/ОДО от 21.04.2015 г. в соответствии с которым, ООО "Королевское" передает в залог строительные материалы: площадка асфальтированная площадью 68x12 м., состоящая из деревянных перекрытий, крытых металлическими листами, и трубы металлической диаметром 40 см.; строительные материалы: летняядойка площадью 9,44 кв.м, с пристройкой 3x4 м., состоящая из: деревянных перекрытий, профильной оцинкованной обшивки, оцинкованной обшивки крыши, плитки дорожной 3x4 в количестве 150 штук, металлической трубы; строительные материалы: летний лагерь площадью 13,5x60 м., состоящий из фермы с металлическими перекрытиями, обшивкой стен из профиля, бетонным полом и металлической трубой.

Полагая, что имеются основания для признания договора поручительства от 20.04.2015, договоров о залоге от 21.04.2015 №881/2015/ОДО, № 880/2015/ОДО и № 886/2015/ОДО недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий от имени ООО «Королевское» обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд не находит оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в части признания недействительными договора поручительства от 20.04.2015, договоров о залоге от 21.04.2015 №881/2015/ОДО, № 886/2015/ОДО в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Оспариваемые договоры заключены 20.04.2015 и 21.04.2015, то есть в пределах установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве срока.

Вместе с тем, как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона о несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63), судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (п.6 Постановления Пленума №63).

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Пунктом 5 Постановления Пленума № 63 установлено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки; в случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В заявлении об оспаривании сделки конкурсный управляющий просит признать договоры залога и договор поручительства недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Указал, что по состоянию на конец 2015 года активы должника составляли 10 328 тыс. руб. В реестр требований кредиторов ООО «Королевское» включены требования на сумму 302 092 166,15 руб. Размер взятых на себя должником обязательств превышал 20% балансовой стоимости его активов, следовательно, имела место цель причинения вреда.

В отзыве на заявление и пояснениях данных в судебном заседании представитель ООО «Щелково Агрохим» возражал против признания сделок недействительными, указывая, что конкурсный управляющий не представил доказательств того, что заявителю было известно о цели причинения вреда кредиторам при совершении сделок, о неплатежеспособности должника на дату заключения обеспечительных договоров. Конкурсный управляющий не доказал совокупность обстоятельств, указанных в п.5 Постановления Пленума ВАС РФ №63.

В подтверждение доводов о неплатежеспособности должника заявитель указывает на наличие у ООО «Королевское» на сегодняшний день задолженности перед кредиторами в размере 302 092 166,15 руб., называя в числе прочих АО «Россельхозбанк» с суммой 235 775 593,26 руб. При этом заявителем не учтено, что требование указанного кредитора, включенное в реестр требований кредиторов должника определением от 08.06.2016, на дату совершения оспариваемой сделки еще не было предъявлено. Вместе с тем, признаки недостаточности имущества должника или его неплатежеспособности должны иметь место до момента совершения оспариваемых сделок, а не возникнуть позднее.

Квалификация договоров поручительства и залога как ничтожных вследствие нарушения прав потенциальных, еще не существующих на дату совершения сделок кредиторов не может быть признана соответствующей нормам гражданского законодательства, в том числе правилам о свободе договора и презумпции добросовестности участников гражданского оборота.

Кроме того, на момент предоставления поручительства в отношении должника не была инициирована процедура банкротства, дело о банкротстве в отношении ООО «Королевское» возбуждено 23.12.2015.

Доказательства, свидетельствующие о том, что заключая оспариваемые договоры, стороны действовали исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника, в материалах дела отсутствуют.

Каких-либо иных доводов, которые позволили бы суду сделать однозначный вывод о неплатежеспособности должника на момент заключения оспариваемых договоров, равно как и об осведомленности АО «Щелково Агрохим» о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника при заключении оспариваемой сделки конкурсный управляющий не привел.

Из разъяснений, изложенных в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», а также в пункте 15.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительств общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества).

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что должник (поручитель) и ООО «Агро-Тюменцево» являлись аффилированными лицами, имеющими общий круг хозяйственных интересов.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Королевское» основным видом деятельности должника является животноводство (код по ОКВЭД 01.4). Основным видом деятельности ООО «Агро-Тюменцево» является разведение крупного рогатого скота (код по ОКВЭД 01.21).

Учредителем и директором ООО «Королевское» является ФИО3, который также являлся директором ООО «Агро-Тюменцево» в период заключения оспариваемых сделок. Согласно пояснениям представителя ООО «Агро-Тюменцево» смена директора произошла в июне-июле 2015 года.

Направленность договора поручительства на реализацию нормальных экономических интересов должника (например, на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса) признается обстоятельством, имеющим существенное значение для оценки сделки с точки зрения ее соответствия закону (пункт 15.1 Постановления N 32).

При этом относительная недостаточность размера активов поручителя при заключении договоров, обеспечивающих обязательства аффилированного, имеющего общий с поручителем бизнес лица, не может свидетельствовать о наличии признаков злоупотребления правом со стороны участников такой сделки.

Указывая на недостаточность активов должника и наличие у него признаков неплатежеспособности, конкурсный управляющий не учел, что ООО «Королевское» и ООО «Агро-Тюменцево» являлись аффилированными лицами, имеющими общий круг хозяйственных интересов.

Данный факт конкурсным управляющим не опровергнут.

Вместе с тем, указанные обстоятельства не могут свидетельствовать о справедливости лишения таких договоров юридической силы, поскольку поручительство, как правило, и выдается при наличии корпоративных, либо иных связей между поручителем и должником, в силу чего один лишь факт, что поручительство дано при названных обстоятельствах, сам по себе не подтверждает порочность сделки по выдаче такого обеспечения.

Помимо этого, довод конкурсного управляющего о том, что размер взятых на ООО «Королевское» обязательств превышал размер его активов, подлежит отклонению, поскольку поручительство и передача в залог имущества имеют односторонний характер, следовательно, у ООО «Щелково Агрохим» отсутствовала обязанность заботиться о выгодности сделок для должника.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что между участниками спорных правоотношений имелись определенные хозяйственные связи, обусловившие экономическую целесообразность заключения оспариваемых договоров (доказательств обратного в материалы дела не представлено), что исключает умысел на причинение вреда, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых договоров залога от 21.04.2015 №881/2015/ОДО о залоге будущего урожая и № 886/2015/ОДО от 21.04.2015, договора поручительства от 20.04.2015 недействительными сделками.

Конкурсный управляющий в порядке статьи 161 АПК РФ заявил о фальсификации договора залога КРС №880/2015/ОДО от 21.04.2015 и договора поручительства № 370/2015/ОДО от 20.04.2015.

В подтверждении довода о фальсификации договора поручительства № 370/2015/ОДО от 20.04.2015 конкурсный управляющий не представил каких-либо убедительных и достоверных доказательств, вызывающих у суда обоснованные сомнения в дате его изготовления.

В обоснование довода о фальсификации договора залога КРС №880/2015/ОДО от 21.04.2015 конкурсный управляющий представил в материалы дела акты на оприходование приплода животных за период с января по июнь 2015 года (том 2, л.д.41-58) и за период с июля по декабрь 2015 года (том 9, л.д.1-11), из которых следует, что на дату заключения договора залога КРС №880/2015/ОДО от 21.04.2015 в ООО «Королевское» в апреле 2015 года родилось 223 теленка, а за весь 2015 год – 390 телят, в то время как в приложении к договору залога были указаны телки с номерами 400 и более, которые на момент заключения договора залога еще не были рождены. Кроме того, указал, что в инвентарных номерах, присваиваемых телятам, первые две цифры номера - это год рождения теленка, далее – порядковый номер (том 2, л.д. 32).

Заявление о фальсификации просил проверить посредством проведения экспертизы давности изготовления оспариваемого договора.

С целью проверки заявления о фальсификации суд неоднократно истребовал от госорганов подлинные документы, содержащие оттиски печати АО «Щелково Агрохим», необходимые для проведения экспертизы и определения «давности» составления оспариваемых документов.

Поскольку истребованные судом документы не поступили, проведение экспертизы не представляется возможным, конкурсный управляющий не настаивал на ходатайстве о назначении экспертизы.

Вместе с тем, в пункте 1 статьи 161 АПК РФ установлено, что помимо назначения экспертизы суд принимает, в том числе иные меры для проверки заявления о фальсификации доказательств, истребует другие доказательства.

Суд учитывает также правовую позицию, изложенную в Определении Конституционного Суда РФ от 25 января 2012 г. № 159-О-О, о том, что у суда имеется право, а не обязанность проверить заявление о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, назначив для этого экспертизу, или предложить сторонам представить иные доказательства, что вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; при поступлении такого заявления суд оценивает его в совокупности с другими доказательствами и обстоятельствами дела, исходя из лежащей на нем обязанности вынести законное и обоснованное решение по делу.

Таким образом, назначение экспертизы не является единственным и неизбежным способом проверки заявления о фальсификации.

С целью проверки заявления о фальсификации договора залога КРС №880/2015/ОДО от 21.04.2015, суд по ходатайству конкурсного управляющего истребовал сведения о численности и возрасте телят, народившихся в 2015 году в ООО «Королевское».

Согласно поступившему ответу Администрации Тюменцевского района Алтайского края от 07.06.2017 №508 (том 9, л.д. 43-45) в связи с установленными в ООО «Королевское» правилами учета животных (КРС) при присвоении инвентарного номера первые две цифры номера присваивались по году рождения, а последующие три цифры – порядковый номер. В 2015 году родилось 387 телят. Согласно представленной Администрацией таблице возраст телят с инвентарными номерами, начинающимися на 14…, в настоящее время составляет 3 года.

Аналогичные сведения о возрасте КРС содержатся в ответе КГБУ «Управление ветеринарии государственной ветеринарной службы Алтайского края по Тюменцевскому району» от 06.06.2017, где возраст КРС указан по состоянию на дату проведения экспертизы (том 9, л.д.39).

Кроме того, в судебном заседании в качестве свидетеля была допрошена ФИО4, которая пояснила, что работала в ООО «Королевское» в должности осеменатора с ДД.ММ.ГГГГ года по 2016 год (копия трудовой книжки том 9, л.д.47-54). Кроме того, дополнительно выполняла обязанности бригадира по КРС, присутствовала при забоях, взвешивании КРС, вела акты оприходования приплода. В хозяйстве было принято, что при рождении телятам присваивались инвентарные номера, где первые две цифры номера означали год рождения теленка, а последующие три цифры – порядковый номер.

В судебном заседании свидетелю для обозрения был представлен перечень КРС (приложение к договору залога №880/2015/ОДО от 21.04.2015). Свидетель ФИО4 пояснила, что корова с инвентарным номером, например, 13119 родилась в ДД.ММ.ГГГГ году, в представленном документе указан возраст животного 3 года, следовательно, по мнению свидетеля, указанный документ составлен в 2016 году, животные с номерами 15400 и далее родились в 2015. Свидетель представил суду на обозрение личный рабочий журнал учета народившихся телят в 2015 году.

Конкурсный управляющий в качестве дополнительного основания признания договора залога КРС №880/2015/ОДО от 21.04.2015 недействительным указал пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, полагая, что оспариваемый договор заключен после 21.12.2015 (том 8 л.д.135-137).

Сопоставив данные по году рождения и сведения о возрасте КРС, суд установил, что если животные с инвентарными номерами, начинающимися на 14… родились в 2014 году и в настоящее время их возраст 3 года, то на дату заключения договора залога (апрель 2015) этим животным должно было быть 1 год, а не 2 года как указано в приложении к договору залога №880/2015/ОДО от 21.04.2015, соответственно коровам с номерами, начинающимися на 13…., в 2015 году было 2 года, а не 3.

Проанализировав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в дело доказательства, в том числе договор залога КРС в совокупности с актами на оприходование приплода, показаниями свидетеля и полученными сведениями о возрасте КРС, суд критически относится к дате заключения договора залога КРС №880/2015/ОДО и соглашается с доводами конкурсного управляющего о том, что договор залога №880/2015/ОДО был заключен не 21.04.2015, а позднее, после 21.12.2015, т.е. в пределах срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве установлено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Согласно разъяснения, изложенным в пункте 11 Постановления Пленума ВАС РФ №63 если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Из анализа совокупности доказательств суд пришел к выводу о том, что договор залога КРС №880/2015/ОДО заключен в 2016 году, но не ранее 21.12.2015, что подпадает под условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве (дело о банкротстве должника возбуждено 23.12.2015).

АО «Щелково Агрохим» в силу пункта 1 статьи 334 ГК РФ как кредитор по обеспеченному залогом обязательству имеет преимущественное перед другими кредиторами право получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога).

Следовательно, в результате заключения оспариваемого договора залога КРС АО «Щелково Агрохим» как залоговому кредитору было оказано предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности, установленной статьей 134 Закона о банкротстве.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, для признания недействительным договора залога КРС №880/2015/ОДО от 21.04.2015, как сделки с предпочтением, совершенной в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В соответствии с частью 1 статьи 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. Реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Кредитор предъявил требование в установленный законом срок.

Требование АО «Щелково Агрохим» основано на договоре поставке химических средств защиты растений №320/2015/СХ от 02.03.2015 (Договор 1), договоре поставки семян №363/2015/СЕМ от 02.03.2015 (Договор 2) и договоре поручительства №370/2015/ОДО от 20.04.2015. Общий размер требований по расчетам заявителя с учетом уточнения составляет 119 379 894 руб.

В соответствии с п.п. 1.1 и 1.2 Договора 1, АО «Щелково Агрохим» приняло на себя обязательство поставить химические средства защиты растений, а ООО «Королевское» - оплатить поставленный товар на условиях 100% отсрочки платежа в срок до 01 декабря 2015 года (п. 4.1 Договора 1).

Согласно пункту 6.1 договора за несвоевременную или не полную оплату продукции Поставщик вправе требовать от Покупателя выплаты пени в размере 0,1% от неоплаченной суммы за каждый день просрочки платежа.

Во исполнение условий Договора 1 АО «Щелково Агрохим» на основании заявки должника по товарной накладной № 86/Нб от 02.03.2015 поставило ООО «Королевское» товар на сумму 47 771 440 руб. 52 коп. Факт передачи товара подтверждается товарной накладной, содержащей в графе «Груз принял» подпись уполномоченного лица, заверенную печатью должника.

Должник оплату товара не произвел, в связи с чем образовалась задолженность в размере 47 771 440 руб. 52 коп.

На основании п.6.1. Договора 1 должнику начислены пени в размере 0,1 % от неоплаченной суммы за каждый день просрочки платежа за период с 02.12.2016 по 16.06.2016 в размере 9 410 973 руб. 78 коп.

В соответствии с п.п. 1.1 и 1.2 Договора 2, АО «Щелково Агрохим» обязано передать в собственность покупателю семена гибридов подсолнечника, а ООО «Королевское» оплатить поставленный товар на условиях 100% отсрочки платежа в срок до 01 декабря 2015 года (п. 2.7 Договора 2).

Согласно пункту 3.1 договора в случае нарушения сроков оплаты товара Покупатель выплачивает неустойку в размере 0,1 % от суммы неоплаченного товара за каждый день просрочки.

По товарной накладной № 85/Нб от 02.03.2015 АО «Щелково Агрохим» поставило ООО «Королевское» товар на сумму 9 997 500 руб. Факт передачи товара подтверждается товарной накладной, содержащей в графе «Груз принял» подпись уполномоченного лица, заверенную печатью должника.

Должник в установленный договором срок оплату товара не произвел, в связи с чем образовалась задолженность в размере 9 997 500 руб.

Товарные накладные оформлены в соответствии с положениями ст.9 Закона о бухгалтерском учете, поскольку содержат наименование, количество и цену товара, реквизиты сторон, имеют оттиски печатей.

Оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд считает подтвержденным факт поставки товара по договорам поставки №320/2015/СХ от 02.03.2015 и №363/2015/СЕМ от 02.03.2015.

Кроме того, суд принимает во внимание, что по делу №А03-13108/2015 при рассмотрении требования ОА «Щелково Агрохим» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Агро-Тюменцево» (основного должника) задолженности по спорным договорам поставки №320/2015/СХ от 02.03.2015 и №363/2015/СЕМ от 02.03.2015 факт поставки товара, наличие и размер задолженности установлен судом и конкурсным управляющим не оспаривался. Определением суда от 16.01.2017 требование ОА «Щелково Агрохим» включено в реестр требований кредиторов ООО «Агро-Тюменцево» в размере 57 768 940 руб. 52 коп. основного долга.

Таким образом, с учетом установленных фактических обстоятельств довод конкурсного управляющего об отсутствии у должника транспортных средств для самовывоза товара и земельных участков для посева семян суд находит несостоятельным.

Отклоняя заявленные возражения, суд исходит из того, что заявителем представлены все необходимые доказательства наличия и размера задолженности. Товар принят должником, доказательств оплаты не представлено. Иное не доказано.

На основании п.3.1. Договора 2 должнику начислены пени в размере 0,1 % от неоплаченной суммы за каждый день просрочки платежа 02.12.2016 по 16.06.2016 в размере 1 969 507 руб. 50 коп.

Проверив расчет договорной неустойки, суд установил, что неустойка начислена неверно (по состоянию на 16.06.2016).

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований.

Судебное заседание дважды откладывалось представления расчета неустойки и уточнения требований в соответствии со статьей 137 Закона о банкротстве.

Представитель АО «Щелково Агрохим» в судебном заседании в порядке статьи 49 АПК РФ уточнил требования в части неустойки, представил окончательный расчет договорной неустойки, начисленной по состоянию на 20.01.2016, т.е. на дату введения процедуры наблюдения в отношении должника (т.2 л.д.63-64).

Так, размер неустойки по договору поставки семян №363/2015/СЕМ от 02.03.2015 за период с 02.12.2015 по 20.01.2016 составил 489 877,50 руб., по договору №320/2015/СХ от 02.03.2015 за аналогичный период – 2 340 800,59 руб.

Расчет судом проверен и признан верным.

Конкурсным управляющим заявлено ходатайство об уменьшении неустойки на основании статьи 333 ГК РФ. В обоснование ходатайства представлены сведения о ставках по кредитам на пополнение оборотных средств ПАО «Сбербанк России» и Альфа-Банк.

В судебном заседании вопрос о снижении неустойки был поставлен на обсуждение.

Представитель АО «Щелково Агрохим» возражал против уменьшения размера договорной неустойки, поскольку конкурсным управляющим не представлено доказательств явной несоразмерности.

Как следует из положений статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Относительно применения названной нормы права Пленумом Верховного Суда Российской Федерации даны разъяснения в постановлении от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 7), согласно пункту 69 которого подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В пункте 71 Постановления N 7 указано, что если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ) (пункт 73 Постановления Пленума ВС РФ N 7).

Согласно пункту 77 Постановления Пленума ВС РФ N 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Поскольку требование о применении статьи 333 ГК РФ заявлено должником, именно на нем в силу статьи 65 АПК РФ лежит бремя представления доказательств, подтверждающих явную несоразмерность взысканной судом неустойки последствиям нарушенного обязательства.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требует статья 71 АПК РФ.

Оценивая доводы о наличии оснований для применения статьи 333 ГК РФ, суд исходит из того, что должник соответствующих доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств, не представил.

Стороны свободны в определении условий о договорной ответственности. Размер неустойки (0,1% за каждый день просрочки) был согласован сторонами, действующими своей волей и в своем интересе, что соответствует принципу свободы договора.

В рамках настоящего обособленного спора явная несоразмерность последствиям нарушения обязательства судом не установлена.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для снижения заявленного размера неустойки.

Аналогичная позиция изложена в постановлении АС ЗСО от 13.10.2016 по делу №А46-9589/2015.

По договору поручительства №370/2015/ОДО ООО «Королевское» приняло обязательство отвечать перед кредитором за исполнение ООО «Агро-Тюменцево» обязательств по решению Арбитражного суда Московской области от 23.05.2014 по делу №А41-19365/2014 (Долг).

Согласно пункту 2 договора поручительства поручитель обязался отвечать перед кредитором солидарно с должником за исполнение обязательств по догу в том же объеме, как и должник, включая в случае неисполнения обязательств должником, возврат суммы основного долга и уплату штрафных санкций на день расчетов.

Согласно ч.1 ст.329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно ст.361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

В соответствии с ч.1 ст.363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

В п.51 постановления от 12 июля 2012 г. N 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством" Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ разъяснил, что если требования кредитора уже установлены в деле о банкротстве основного должника, то при заявлении их в деле о банкротстве поручителя состав и размер требований к поручителю определяются по правилам статьи 4 Закона о банкротстве, исходя из даты введения процедуры банкротства в отношении основного должника.

Судом установлено, что решением Арбитражного суда Алтайского края от 17.06.2016 по делу № А03-13108/2015общество с ограниченной ответственностью «Агро-Тюменцево», с.Тюменцево (ОГРН <***>, ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Определением суда от 02.03.2016 по делу № А03-13108/2015 требование АО «Щелково Агрохим» признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов ООО «Агро-Тюменцево» в размере 50 230 472 руб. 20 коп.

АО «Щелково Агрохим» предъявило свои требования к ООО «Королевское» как поручителю и залогодателю одновременно. Размер требований, обеспеченных залогом имущества должника, по расчету кредитора, составляет 6 379 812 руб. 50 коп.

В соответствии с ч.1 ст.334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Предъявление требований в деле о банкротстве к должнику-залогодателю, обеспечивающему исполнение обязательств третьего лица, имеет свои особенности.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, данным в п.20 постановления от 23 июля 2009 г. N 58 "О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя" судам при рассмотрении требований залогодержателя в деле о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по основному обязательству, необходимо принимать во внимание следующее.

В соответствии с пунктом 5 статьи 138 Закона о банкротстве требования залогодержателей по договорам о залоге, заключенным с должником в обеспечение исполнения обязательств иных лиц, также удовлетворяются в порядке, предусмотренном статьей 138 Закона. Указанные залогодержатели обладают правами конкурсных кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, во всех процедурах, применяемых в деле о банкротстве.

При решении вопроса об установлении требований залогодержателя в деле о банкротстве следует исходить из того, что размер этих требований определяется как сумма денежного удовлетворения, на которое может претендовать залогодержатель за счет заложенного имущества, но не свыше оценочной стоимости данного имущества. Стоимость заложенного имущества определяется арбитражным судом на основе оценки заложенного имущества, предусмотренной в договоре о залоге, или начальной продажной цены, установленной решением суда об обращении взыскания на заложенное имущество, с учетом доводов заинтересованных лиц об изменении указанной стоимости в большую или меньшую сторону.

Таким образом, размер требований кредитора к должнику-залогодателю по обеспечению исполнения обязательств третьих лиц, ограничен размером стоимости имеющегося в наличии имущества, являющегося предметом залога.

В материалы дела сторонами представлен двусторонний акт осмотра имущества ООО «Королевское» от 02.11.2016, из которого следует, что заложенное имущество по договору залога №886/2015/ОДО от 21.04.2015 не представляется возможным идентифицировать (том 1 л.д.92-93). Из пояснений представителя конкурсного управляющего следует, что при осмотре было установлено, что строительные материалы не совпадают ни по площади, ни по материалу с предметом залога, описанным в договоре залога №886/2015/ОДО от 21.04.2015.

Учитывая содержание акта от 02.11.2016, наличие предмета залога по договору залога №886/2015/ОДО от 21.04.2015 не подтверждено.

Доказательств наличия в натуре предмета залога по договору о залоге будущего урожая №881/2015/ОДО от 21.04.2015 в материалы дела также не представлено.

Таким образом, АО «Щелково Агрохим» не может быть признано залоговым кредитором в части обязательств, обеспеченных залогом имущества по договорам залога от 21.04.2015 №881/2015/ОДО и №886/2015/ОДО.

При изложенных обстоятельствах, с учетом статей 134, 137 Закона о банкротстве, суд признает требование заявителя обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 103 234 101 руб. 12 коп. основного долга. Сумма неустойки в размере 7 595 989 руб. 64 коп. подлежит отдельному учету и удовлетворению после погашения всех требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности.

В части признания статуса залогового кредитора суд отказывает.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Пункт 2 части 1 статьи 333.21 НК РФ устанавливает, что госпошлина по спорам о признании сделок недействительными уплачивается в сумме 6 000 руб.

При обращении конкурсного управляющего с заявлением об оспаривании сделок должнику была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ, расходы по уплате государственной пошлины относятся на должника и заинтересованное лицо пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Руководствуясь статьями 4, 16, 61.3, 61.8, 100, 142, 223 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184-185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

Признать недействительным договор о залоге КРС № 880/2015/ОДО от 21.04.2015.

В остальной части в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Королевское» отказать.

Включить требование акционерного общества «Щелково Агрохим», г. Щелково Московской области в реестр требований кредиторов ООО «Королевское» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Алтайский край, Тюменцевский район, п. Королевский в следующем составе и размере:

-103 234 101 руб. 12 коп. основного долга в третью очередь реестра,

-7 595 989 руб. 64 коп. неустойки, подлежащей отдельному учету и удовлетворению после погашения всех требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности.

В остальной части в удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Королевское» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Алтайский край, Тюменцевский район, п. Королевский в доход федерального бюджета 18 000 руб. госпошлины.

Взыскать с акционерного общества «Щелково Агрохим» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Щелково Московской области в доход федерального бюджета 6 000 руб. госпошлины.

Определение может быть обжаловано в течение 10 дней с даты его изготовления в полном объеме в Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск.

Судья О.А. Крамер