Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Донцовой А.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем Гоф О.А. (до перерыва), секретарем Казанцевой Л.А. (после перерыва), рассмотрев в открытом судебном заседании заявление финансового управляющего имуществом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., г. Рубцовск ФИО2 о признании недействительным брачного договора 22АА 2527907 от 30.09.2019 заключенного между должником и ФИО3, г.Рубцовск и применении последствий недействительности сделки,

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, г.Брянск,

при участии в судебном заседании:

третьего лица ФИО4 (посредством онлайн-связи),

от третьего лица – ФИО5, по доверенности (посредством онлайн-связи),

от должника – ФИО6, по доверенности (посредством онлайн-связи),

У С Т А Н О В И Л:

19.07.2021 (через сервис подачи документов «Мой арбитр») в Арбитражный суд Алтайского края (далее – суд) поступило заявление финансового управляющего имуществом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., г. Рубцовск (далее – должник, ФИО1) ФИО2 о признании недействительным брачного договора 22АА 2527907 от 30.09.2019, заключенного между должником и ФИО3, г.Рубцовск (далее – заинтересованное лицо, ФИО3) и применении последствий недействительности сделки.

Заявленные требования со ссылкой на статьи 61.1, 61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) обоснованы совершением должником действий, повлекших причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Определением суда от 26.07.2021 заявление оставлено без движения, заявителю предложено устранить недостатки в срок до 09.08.2021. В установленный срок обстоятельства, послужившие основанием для оставления заявления без движения, устранены, в связи с чем определением суда от 01.09.2021 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании на 09.09.2021. Указанным определением суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, г.Брянск (далее – третье лицо, ФИО4).

В представленном отзыве на заявление ФИО3 указала на отсутствие оснований для удовлетворения заявленных требований, пояснив, что с 18.03.1986 состоит в зарегистрированном браке с должником; целью заключения 30.09.2019 брачного договора было желание разделить имущество, находящееся в совместной собственности супругов и зарегистрированное за должником. При этом, вырученные от реализации квартиры после заключения спорного договора денежные средства были направлены на частичное погашение обязательств перед кредиторами должника, здание гаража реализовано не было. Впоследствии, 28.11.2019 брачный договор был расторгнут.

ФИО4 в отзыве на заявление указала, что 29.04.2020 между третьим лицом и ФИО3 подписан договор купли-продажи квартиры,находящейся по адресу: Санкт-Петербург, <...>, литера А, квартира 158; договор был удостоверен нотариусом, право собственности зарегистрировано в Управлении Росреестра. Поскольку продавец представил нотариусу уже расторгнутый брачный договор, а нотариус не проверил его действительность, ФИО4 не знала и не должна была знать о его расторжении. Оплата по договору купли-продажи произведена в полном объеме, по рыночной цене, в связи с чем ФИО4 является добросовестным приобретателем квартиры.

Определением от 09.09.2021 для ознакомления с поступившими отзывами на заявление суд отложил судебное разбирательство по рассмотрению обоснованности заявления на 29.09.2021, обязав финансового управляющего представить дополнительные доказательства наличия у оспариваемой сделки признаков недействительности; выразить свое отношение к возражениям третьего лица, изложенным в отзыве на заявление; должника – отзыв на заявление с доказательствами его направления в адрес участвующих в деле лиц, третье лицо – доказательства направления отзыва в адрес участвующих в деле лиц, ФИО3 - доказательства направления отзыва в адрес участвующих в деле лиц.

В судебном заседании 29.09.2021 по ходатайству финансового управляющего в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) был объявлен перерыв до 06.10.2021.

В дополнительных письменных пояснениях финансовый управляющий указал также на наличие у оспариваемой сделки признаков мнимости и злоупотребления правом, ввиду наличия на момент ее заключения неисполненных обязательств перед кредиторами.

04.10.2021 от должника в материалы дела поступил отзыв на заявление, в котором он указал на необоснованность заявленных требований, поскольку каких-либо юридически-значимых последствий для признания брачного договора недействительным не наступило – в период действия брачного договора квартира реализована добросовестному приобретателю по обоюдному согласию супругов, здание гаража осталось в собственности должника.

В продолженном после перерыва судебном заседании представитель должника поддержал изложенную в отзыве на заявление позицию, представитель третьего лица просил отказать в удовлетворении заявления в полном объеме.

Иные участвующие в деле лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд проводит судебное заседание в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав конкурсного управляющего, суд установил следующие обстоятельства.

Определением суда от 19.11.2019 по заявлению ФИО7 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявленных требований назначено на 19.12.2019.

Определением суда от 20.07.2020 (резолютивная часть объявлена 14.07.2020) заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО8. Объявление о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» 25.07.2020.

Решением суда от 24.12.2020 (резолютивная часть объявлена 22.12.2020) ФИО1, признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утверждена ФИО2. Объявление о введении процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» 16.01.2021.

Как следует из текста заявления и приложенных к нему документов, 30.09.2019 между ФИО1 и ФИО3 был заключен брачный договор 22АА 2527907, удостоверен ФИО9, нотариусом Рубцовского нотариального округа Алтайского края.

По условиям договора собственностью ФИО3 будет являться следующее имущество:

1. Здание гаража, находящееся по адресу: <...>, площадью 405,6 кв.м., кадастровый номер 22:70:020722:358;

2. Квартира, находящаяся по адресу: Санкт-Петербург, <...>, литера А, квартира 158, расположена на 5-м этаже многоквартирного жилого дома, площадью 34,5 кв. м, кадастровый номер 78:42:0018247:3956.

Во исполнение условий брачного договора 02.10.2019г. ФИО3 зарегистрировала на себя вышеуказанную квартиру.

28.11.2019 брачный договор был расторгнут.

В ходе исполнения финансовым управляющим своих обязанностей, стало известно, что 07.05.2020 ФИО3 реализовала квартиру на основании договора купли-продажи квартиры от 29.04.2020.

Ссылаясь на подозрительный характер брачного договора, заключенного с целью причинения вреда кредиторам, ввиду того, что до его заключения имущество супругов в силу статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) имело режим общей совместной собственности в равных долях, однако после совершения сделки супруга должника приобрела имущество, которое подлежало бы включению в конкурсную массу; сделка совершена в отношении заинтересованного лица, что свидетельствует о том, что другая сторона сделки знала или должна была знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность оспаривания сделок по специальному основанию при наличии признаков подозрительности (при неравноценном встречном исполнении, с причинением вреда).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Оспариваемая сделка совершена в пределах трехгодичного срока до принятия заявления о признании должника банкротом.

В соответствии со статьей 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

Статьями 40, 42 СК РФ предусмотрено, что брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющиеся, так и в отношении будущего имущества супругов. Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов.

Брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ для недействительности сделок (статья 44 СК РФ).

В рассматриваемом случае по условиям спорного брачного договора стороны определили переход в пользу супруги права собственности в отношении двух объектов недвижимости – квартиры и здания гаража.

По мнению финансового управляющего, заключение брачного договора преследовало целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку без совершения спорной сделки спорное имущество подлежало бы включению в конкурсную массу должника.

Как следует из материалов дела, 29.04.2020 между ФИО4 и ФИО3 подписан договор купли-продажи квартиры, находящейся по адресу: Санкт-Петербург, <...>, литера А, квартира 158; договор был удостоверен нотариусом, право собственности зарегистрировано в Управлении Росреестра.

Вместе с тем, в рамках дела о банкротстве и рассмотрения иных обособленных споров судом установлено, что денежные средства от реализации квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <...>, были направлены на частичное погашение требований должника перед кредиторами, в частности ФИО10, ФИО7 В отношении здания гаража каких-либо сделок, направленных на отчуждение указанного имущества, ФИО3 не совершалось.

На основании изложенного, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств отчуждения квартиры на нерыночных условиях, оснований полагать, что заключение брачного договора привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов, у суда не имеется.

В случае отчуждения спорной квартиры на условиях, содержащихся в тексте договора купли-продажи от 29.04.2020 между ФИО4 и ФИО3, должником с согласия супруги, основания для признания указанной сделки недействительной по предусмотренным Законом о банкротстве специальным основаниям, у суда бы также отсутствовали.

Финансовый управляющий в письменных пояснениях просил суд признать оспариваемый договор мнимой сделкой, совершенной со злоупотреблением правом.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых. При этом мнимая сделка не предполагает исполнения. Если же сделка исполнялась, она не может быть признана мнимой.

Таким образом, оснований для признания оспариваемого брачного договора мнимой сделкой на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ не установлено. Доказательств того, что данный договор был заключен исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника, также не имеется (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из установленных обстоятельств не следует, что должник и его супруга предприняли попытку сокрытия указанного имущества с целью не допустить обращение взыскания на него по требованию кредиторов.

Напротив, в ходе процедуры банкротства должник представил финансовому управляющему письменные пояснения с отражением судьбы имущества, раскрыл расходование денежных средств, поступивших в совместную собственность супругов от продажи квартиры.

С учетом изложенного, суд считает заявленные финансовым управляющим требования не подлежащими удовлетворению.

Поскольку не подлежат удовлетворению требования о признании сделки недействительной, не могут быть удовлетворены и требования о применении последствий ее недействительности.

Расходы по уплате госпошлины согласно пункту 1 статьи 110 АПК РФ подлежат отнесению на должника.

Руководствуясь главой III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и ст.ст. 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

О П Р Е Д Е Л И Л:

Финансовому управляющему имуществом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., г. Рубцовск ФИО2 в удовлетворении заявленных требований отказать

Взыскать с ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., г. Рубцовск в доход Федерального бюджета 6 000 руб. госпошлины.

Определение подлежит немедленному исполнению, но может быть обжаловано в течение десяти дней со дня его вынесения (изготовления в полном объеме) в Седьмой арбитражный апелляционный суд г.Томск.

Судья А.Ю. Донцова