Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Губарь И.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Гавриловой А.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление конкурсного управляющего Акционерного общества «Зернобанк» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Барнаул к индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Барнаул Алтайского края (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «РусАвто», г. Барнаул Алтайского края (ОГРН <***>, ИНН <***>), конкурсный управляющий ООО «РусАвто» ФИО2, г. Барнаул Алтайского края, ФИО3, г. Барнаул Алтайского края,

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя – ФИО4, доверенность № 22 АА 1606634 от 26.04.2016 (до перерыва), ФИО5, доверенность № 22 АА 1606631 от 26.04.2016 (после перерыва),

У С Т А Н О В И Л:

01.08.2016 в Арбитражный суд Алтайского края поступило заявление конкурсного управляющего Акционерного общества «Зернобанк» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Барнаул к индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Барнаул Алтайского края (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определением от 08.08.2016 заявление принято к производству, судебное заседание по рассмотрению заявления назначено на 03.10.2016.

Заявление со ссылкой на положения статей 10, 166, 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее, - ГК РФ), статей 61.1, п.1 и ст. 61.2, п. 2 ст. 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее, - Закон о банкротстве) мотивировано тем, что оспариваемый договор 31.08.2015 совершен в период менее месяца до отзыва у Банка лицензии (24.09.2015) в условиях фактической неплатежеспособности Банка, оплата оспариваемого договора от 31.08.2015 произведена безденежным способом; оспариваемый договор уступки права требования от совершен в целях причинения вреда кредиторам, получение ИП ФИО1 удовлетворения своих требований к Банку по договору банковского счета повлекло уменьшение конкурсной массы и предпочтительное удовлетворение требований ИП ФИО1 перед другими кредиторами. В результате оспариваемого договора Банк лишился возможности получить в конкурсную массу исполнение обязательств заемщика ООО «РусАвто», в том числе, за счет обращения взыскания на его ликвидное залоговое имущество, получив взамен дебиторскую задолженность, которая не погашена до настоящего времени. Оспариваемый договор не относится к обычной хозяйственной деятельности, так как банковские операции, по исполнению платёжных поручений клиентов банка, совершаемые «выборочно», полностью удовлетворяющие требования одних кредиторов и ущемляющие права иных кредиторов, осуществляемые при отсутствии на корреспондентском счёте банка остатка денежных средств, достаточного для исполнения всех предъявленных Банку платёжных документов клиентов банка, - не являются обычной хозяйственной деятельностью Банка, несмотря на их размер и соответствие 1% от стоимости активов Банка, направлены на причинение имущественного вреда кредиторам Банка в связи с уменьшением конкурсной массы.

Заинтересованное лицо представило отзыв, в котором возражает против удовлетворения заявленных требований.

В дальнейшем заявитель уточнил заявленные требования, уточнение в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято судом к рассмотрению.

Согласно содержанию уточненного заявления конкурсного управляющего, заявитель просит суд:

1. Признать недействительной сделкой договор об уступке права (требования) от 31.08.2015, заключенный АО «Зернобанк» с ИП ФИО1.

2. Применить последствия недействительности сделки:

восстановить право требования АО «Зернобанк» к ООО «РусАвто», ФИО3 по обязательствам, вытекающим из договора кредитной линии №8033 от 15.11.2013, договора поручительства от 15.11.2013, договоров залога автомобилей № 1 от 15.11.2013, №2 от 17.12.2013, №3 от 05.02.2014, №2 от 15.11.2013, и установленные Решением Железнодорожного районного суда г. Барнаула Алтайского края от 05.05.2015 по делу № 2-2048/2015, которым с общества с ограниченной ответственности «РусАвто», ФИО3 в солидарном порядке в пользу АО «Зернобанк» взыскано 27 078 748,49 руб., в том числе 26 648 000 руб. основного долга, 430 748,49 руб. процентов, а также 66 000 руб. расходов по уплате государственной пошлине, по 33 000 руб. с каждого.

обязать ИП ФИО1 возвратить АО «Зернобанк» подлинные документы, полученные по акту приема-передачи от 31.08.2015.

восстановить в бухгалтерском учете АО «Зернобанк» требование ИП ФИО1 к АО «Зернобанк» на сумму 28 298 278,36 руб.

3. Взыскать с ИП ФИО1 в пользу АО «Зернобанк» 3 000 руб. расходов по госпошлине.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 10.02.2017, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2017, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.07.2017 определение от 10.02.2017 Арбитражного суда Алтайского края и постановление от 12.04.2017 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-20515/2015 отменены. Обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего акционерным обществом «Зернобанк» о признании недействительным договора об уступке права (требования) от 31.08.2015 и применении последствий недействительности сделки направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.

Определением от 07.08.2017 судебное заседание по рассмотрению заявления назначено на 18.09.2017.

В судебном заседании представитель заявителя на требованиях с учетом уточнения настаивал. В обоснование своих доводов пояснил следующее. Между АО «Зернобанк» и ИП ФИО1 был заключен договор банковского счета, соответственно, ИП ФИО1 являлась кредитором банка по обязательствам, вытекающим из указанного договора. Конкурсный управляющий полагает, что требование ИП ФИО1 о направлении денежных средств со счета на оплату по договору уступки прав требований от 31.08.2015 было исполнено Банком с предпочтением относительно требований иных кредиторов, чьи требования существовали на дату совершения оспариваемой сделки и не были исполнены Банком до настоящего времени, включены в реестр.

Заявитель также полагает, что к моменту совершения оспариваемой сделки, должник был неплатежеспособным, поскольку предъявленные в июне-июле 2015 года требования кредиторов ООО «Мельник», Б-вых, ФИО6 так и не были исполнены. Также полагает, что оспариваемая сделка была осуществлена с нарушением календарной очерёдности поступления платёжных документов клиентов АО «Зернобанк», то есть в обход платёжных поручений клиентов, ожидающих исполнения, что повлекло предпочтительное удовлетворение требований ИП ФИО1 перед требованиями других кредиторов должника по договору банковского счёта (вклада). Последнее исключает возможность применения к оспариваемой сделке положений статьи 61.4 Закона о банкротстве, поскольку сделка не является обычной для АО «Зернобанк».

Кроме того, в своих пояснениях представитель конкурсного управляющего ссылался на то, что расчет по оспариваемому договору произведен следующим образом: внутрибанковскими проводками денежные средства, полученные ИП ФИО1 по кредитному договору с АО «Зернобанк», списаны с ее счета в оплату договора уступки. Указанное, по мнению заявителя, свидетельствует о мнимости кредитного договора, отсутствии расчета по договору уступки от 31.08.2015 и, как следствие, о неравноценности встречного предоставления (подозрительности сделки по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В обоснование заявленных требований представитель конкурсного управляющего ссылался то обстоятельство, что фактически в результате заключения оспариваемого договора из состава активов АО «Зернобанк» выбыла дебиторская задолженность к ООО «РусАвто», обеспеченная его имуществом, а поступил актив в виде дебиторской задолженности ИП ФИО1, которая и ранее была закредитована в АО «Зернобанк» и имела просроченную задолженность, при этом новая задолженность не обеспечена ликвидным имуществом.

Представитель конкурсного управляющего АО «Зернобанк» в пояснениях также указал, что действительно дебиторскую задолженность ИП ФИО1 выставлена на торги, поскольку нет судебного акта, опровергающего кредитные обязательства ИП ФИО1, однако, если такой судебный акт будет вынесен, в том числе, удовлетворено настоящее требование Банка, право требования Банка к ИП ФИО1 будет снято с торгов.

Относительно вопроса о ценности полученного Банком права требования от ИП ФИО7 по кредитному договору взамен уступленного в преддверии своего банкротства права требования задолженности от ООО "РусАвто", обеспеченного залогом имущества общества, представитель конкурсного управляющего пояснил следующее. Экономическая ценность возврата права требования к ООО «РусАвто» обусловлена наличием ликвидного предмета залога (автотранспортных средств), который, несмотря на отчуждение, по мнению конкурсного управляющего, сохранил обременение в пользу залогодержателя.

При предыдущем рассмотрении заявленных требований представитель заинтересованного лица давал пояснения согласно доводам отзыва. Полагала, что договор уступки не подлежит признанию недействительным, поскольку оплата произведена в полном объеме, ИП ФИО1 является должником по кредитным обязательствам перед АО «Зернобанк», стоимость уступаемого права не занижена, фактическая неплатежеспособность Банка на момент совершения оспариваемой сделки конкурсным управляющим не доказана. Кроме того, заявителем не оспаривается кредитный договор, по которому ИП ФИО7 получила кредитные средства от АО «Зернобанк», которые направила на оплату за уступленное право. ООО «РусАвто» является банкротом, ведется конкурсное производство, часть залогового имущества утрачена. Доказательства того, что дебиторская задолженность ИП ФИО1, которая конкурсным управляющим в данный момент выставлена на торги, является менее ликвидной, чем уступленная по оспариваемому договору задолженность ООО «РусАвто», конкурсным управляющим не представлены. Одновременное оспаривание договора уступки и ссылки на мнимость кредитного договора являются взаимоисключающими. Кроме того, признание договора уступки прав требований недействительным при сохранении кредитных обязательств ИП ФИО1 перед АО «Зернобанк» влечет двойную обязанность ИП ФИО1 по выплате денежных средств.

При новом рассмотрении требований конкурсного управляющего представитель заинтересованного лица в заседание не явился, извещен надлежаще, дополнительно позицию по требованиям не выразил.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, при первоначальном рассмотрении требований направлял в суд отзыв, в котором по требованиям конкурсного управляющего возражал по доводам, аналогичным позиции заинтересованного лица.

Третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «РусАвто», г. Барнаул Алтайского края (ОГРН <***>, ИНН <***>), конкурсный управляющий ООО «РусАвто» ФИО2, г. Барнаул Алтайского края, в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, отношения к требованиям конкурсного управляющего в суд не направили. Суд рассматривает заявленные требования в отсутствие неявившихся в заседание заинтересованного лица и третьих лиц.

Судебное заседание откладывалось, объявлялся перерыв для предоставления отношения к требованиям заинтересованным и третьими лицами с учетом результатов кассационного рассмотрения спора.

После перерыва стороны представитель заявителя свои доводы поддерживал.

Выслушав представителя конкурсного управляющего, исследовав материалы дела о банкротстве Банка и настоящего обособленного спора, суд установил следующее.

Между АО «Зернобанк» и ИП ФИО1 был заключен договор банковского счета, согласно которому Банк открыл Клиенту расчетный счет № <***>.

31.08.2015 между АО «Зернобанк» (Цедент) и ИП ФИО1 (Цессионарий) был заключен договор об уступке права (требования) по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает в полном объеме права (требования) к ООО «РусАвто» по следующим обязательствам: - Договору кредитной линии <***> от 15.11.2013, задолженность по которому составляет 28 298 278, 36 руб., из которых: задолженность по основному долгу - 26 648 000 руб., задолженность по процентам - 1 584 278,36 руб.; - договору залога автомобиля № 1 от 15.11.2013, - договору залога автомобиля № 2 от 17.12.2013; - договору залога автомобиля № 3 от 05.02.2013; - договору залога № 2 от 15.11.2013; - договору поручительства от 15.11.2013; - обязательства по компенсации расходов Цедента по оплате государственной пошлины в сумме 66 000 руб.

Согласно п. 2.2.1. указанного договора стоимость уступаемого права требования составила 28 298 278,36 руб. Перечисление указанных денежных средств Цессионарий обязуется произвести не позднее 1 сентября 2015 г. на счет Цедента.

В целях финансирования затрат ИП ФИО1 по оплате по договору уступки, 31 августа 2015 г. между АО «Зернобанк» и ИП ФИО1 был заключен кредитный договор <***>_1323 , по условиям которого Банк предоставил Заемщику кредит в сумме 28 298 278,36 рублей, сроком погашения 29 августа 2020 года включительно, под 15 % годовых.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору <***>_1323 от 31.08.2015 по уплате основного долга, процентов, пени между АО «Зернобанк» и ИП ФИО1 был заключен договор залога прав требования от 31.08.2015, по которому ИП ФИО1 (Залогодатель) передала в залог АО «Зернобанк» (Залогодержатель) права требования задолженности от ООО «РусАвто».

Также 31.08.2015 между АО «Зернобанк» и ФИО3 был заключен договор поручительства, по условиям которого поручитель (ФИО3) обязался отвечать перед АО «Зернобанк» за исполнение ИП ФИО1 обязательств по кредитному договору <***>_1323 от 31.08.2015 по возврату кредитных средств.

Из материалов дела следует, что 31.08.2015 на банковский счет ИП ФИО1 № <***> Банком была зачислена сумма в размере 28 298 278,36 рублей и списано со счета предпринимателя 28 298 278,36 руб. в оплату договора об уступке права (требования) от 31.08.2015.

Конкурсный управляющий полагает, что договор уступки права требования от 31.08.2015 является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2, пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, статями 10, 168, 170 ГК РФ.

Из материалов дела о банкротстве Банка следует, что 25.08.2015 отделением по Алтайскому краю Сибирского главного управления Центрального банка РФ на основании постановления судебного пристава-исполнителя от 19.08.2015 № 22020/15/497704, вынесенного в рамках исполнительного производства от 19.08.2015 № 70944/15/22020-ИП возбужденного на основании определения Арбитражного суда Алтайского края от 18.08.2015 по делу № А03-15890/2015, - был наложен арест на находящиеся на корреспондентском счете в Банке России средства в размере 179 427 869,71 руб.

Арест на денежные средства, находящиеся на корреспондентском счете Банка, в том числе на денежные средства, которые будут поступать на этот счет в пределах суммы 179 427 869,71 рублей, был наложен 25.08.2015, а снят только 09.09.2015.

В результате ареста денежных средств на корреспондентском счете Банка были парализованы платежи клиентов на сумму 179 427 869, 71 руб., вследствие чего в Банке с начала сентября 2015 возникла острая проблема платежеспособности, что в дальнейшем привело сначала к задержке платежей, а с 01.09.2015 и к образованию на счете 30223 «Незавершенные переводы и расчеты по банковским счетам клиентов при осуществлении расчетов через подразделения Банка России» необычно больших остатков (01.09.2015 - 86 970 631,59 рублей, 02.09.2015 - 80 242 046,77 рублей, 03.09.2015 - 132 093 689,58 рублей). Помимо всего, на счете 30220 «Незавершенные переводы денежных средств, списанных с банковских счетов клиентов» образовались остатки: на 01.09.2015 - 7 464 802,09 рублей, на 02.09.2015 - 9 282 979,67 рублей, на 03.09.2015 - 3 928 221,83 рублей.

На конец операционного дня 03.09.2015 в Банке сформирована картотека на счете 47418 «Средства, списанные со счетов клиентов, но не проведенные по корреспондентскому счету кредитной организации из-за недостаточности средств».

С даты формирования и вплоть до отзыва лицензии у Банка, картотека неисполненных платежей в полном объеме никогда не погашалась.

Приказом Банка России от 24.09.2015 № ОД-2534 в связи неисполнением должником федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, учитывая неоднократное применение мер, предусмотренных Федеральным законом «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», принимая во внимание наличие реальной угрозы интересам кредиторов и вкладчиков, в соответствии с пунктом 6 части первой статьи 20 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», частью одиннадцатой статьи 74 и статьей 75 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», у Банка с 24.09.2015 была отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.26 Закона о банкротстве с 24.09.2015 приказом Банка России от 24.09.2015 № ОД-2535 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией должника.

Приказы Банка России от 24.09.2015 № ОД-2534 и № ОД-2535 опубликованы в журнале «Вестник Банка России» от 30.09.3025 № 82.

Определением суда от 30.10.2015 по делу №А03-20515/2015 в отношении Банка возбуждено дело о банкротстве.

Решением суда от 07.12.2015 (резолютивная часть решения объявлена 01.12.2015) по делу №А03-20515/2015 Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ».

Из материалов дела о банкротстве следует, что конкурсным управляющим Банка в деле о банкротстве установлены требования кредиторов на общую сумму 1 047 тыс. руб., в том числе, кредиторов первой очереди на сумму 519 070 тыс. руб., кредиторов третьей очереди на сумму 452 113 тыс. руб.

Согласно подпункта 2 пункта 3 статьи 189.92 Закона о банкротстве требования физических лиц, являющихся кредиторами кредитной организации по заключенным с ними договорам банковского вклада и (или) договорам банковского счета (за исключением лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, если такие счета (вклады) открыты для осуществления предусмотренной федеральным законом предпринимательской деятельности, удовлетворяются в первую очередь.

Требования кредиторов каждой последующей очереди удовлетворяются после полного удовлетворения требований кредиторов предыдущей очереди (п. 4 ст.189.96 Закона о банкротстве).

При недостаточности денежных средств кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов одной очереди денежные средства распределяются между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам их требований, включенных в реестр требований кредиторов (п. 9 ст.189.96 Закона о банкротстве).

При недостаточности денежных средств кредитной организации для удовлетворения требований (части требований), указанных в абзаце втором пункта 2 статьи 189.94 настоящего Федерального закона, денежные средства распределяются между кредиторами пропорционально суммам соответствующих требований (части требований) (п. 10 ст.189.96 Закона о банкротстве).

Давая оценку обоснованности доводов конкурсного управляющего о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 1 ст.61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Обращаясь с заявлением о признании договора уступки права требования от 31.08.2015 недействительным по основаниям неравноценности встречного предоставления, заявитель исходит из того, что фактически оплата за переданное право требования заинтересованным лицом не была произведена, поскольку реально кредитные средства ИП ФИО1 не выдавались.

Как уже отмечалось выше, статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительными подозрительных сделок должника, совершенных при неравноценном встречном исполнении обязательств контрагентом, а также подозрительных сделок, заключенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании данной нормы может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Заключая договор уступки АО "Зернобанк" было известно о том, что у контрагента по сделке нет реальных денежных средств для предоставления ему встречного исполнения.

Учитывая изложенные выше обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что по состоянию на 31.08.2015 Банк отвечал признакам неплатежеспособности, соответственно, доказательств реальности оплаты по оспариваемой сделке в условиях лишь технического оформления АО "Зернобанк" записей зачисления по кредитному договору денежных средств на счет ИП ФИО7, а также ее возможности распорядиться этими денежными средствами, не имеется. Как следствие, отсутствуют и доказательства предоставления встречного исполнения по оспариваемому договору уступки от 31.08.2015, а также совершения договора уступки в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.

При таких обстоятельствах суд соглашается с конкурсным управляющим о неравноценности встречного предоставления по уступленному праву требования, в связи с чем, оспариваемый договор признаётся судом недействительным как подозрительная сделка в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценивая по существу доводы конкурсного управляющего о недействительности сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд выясняет наличие или отсутствие оснований для применения положений статьи 61.4 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьёй 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 указанного закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Разрешая вопрос о наличии оснований для применения положений пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, суду необходимо установить, превышает ли сумма оспариваемой сделки пороговое значение в 1 процент, и если нет, то был ли спорный договор совершен в рамках обычной хозяйственной деятельности Банка.

Согласно опубликованному бухгалтерскому балансу, размер активов АО «Зернобанк» на 01.07.2015г. составил 3 865 145 тыс. руб. Таким образом, один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период, составляет 38 651 459 рублей.

Как следует из содержания оспариваемого договора уступки, сумма сделки на момент ее заключения составляла 28 298 278,36 руб., что не превышает установленного порогового значения.

Вместе с тем, доводы заинтересованного лица о совершении оспариваемой сделки в пределах обычной хозяйственной деятельности, следует отклонить в силу следующего.

Как разъяснил Пленум ВАС РФ в пункте 14 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.).

По мнению суда, оспариваемую сделку нельзя признать обычной для сторон, поскольку заключение договора уступки от 31.08.2015 происходило в условиях неплатежеспособности Банка, оплата по уступке фактически не осуществлялась.

Также, ряд презумпций выхода сделки кредитной организации за пределы обычной хозяйственной деятельности определен пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве.

В частности, по смыслу подпункта первого пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве наличие картотеки неисполненных платежных документов уже само по себе свидетельствует о том, что сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности. При этом, поскольку не доказано иное, недостаточность денежных средств на корреспондентском счете должника предполагается в силу того, что поручения иных клиентов остаются неисполненными (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2015 N 305-ЭС15-58158).

Как уже отмечалось выше, с начала сентября 2015 года в Банке началась задержка платежей клиентов, что привело с 01.09.2015 к образованию на счете 30223 "Незавершенные переводы и расчеты по банковским счетам клиентов при осуществлении расчетов через подразделения "Банка России" больших остатков (01.09.2015-86 970 631,59 руб., 02.09.2015-80 242 046,77 руб., 03.09.2015-132 093 689,58 руб.). Помимо всего, на счете 30220 "Незавершенные переводы денежных средств, списанных с банковских счетов клиентов" образовались остатки: на 01.09.2015-7 464 802,09 руб., на 02.09.2015-9 282 979,67 руб., на 03.09.2015-3 928 221 руб.

Поскольку спорная сделка совершена фактически в условиях формирования картотеки неоплаченных платежных документов клиентов банка из-за недостаточности средств на корреспондентском счете, отнесение оспариваемой сделки к совершаемой Банком в процессе обычной хозяйственной деятельности невозможно.

Оплата в пользу Банка оспариваемого договора от 31.08.2015 была произведена ИП ФИО1 за счет кредитных средств самого же Банка, т.е. поступления денежных средств извне, необходимых Банку для удовлетворения требований собственных кредиторов, не произошло.

Учитывая, что в условиях ареста корреспондентского счета Банка в период по 09.09.2015 и установленной недостаточности у Банка денежных средств для исполнения всех платежных поручений клиентов Банка, предъявленных Банку, начиная с 01.09.2015, суд приходит к выводу о том, что Банк не располагал денежными средствами для выдачи ИП ФИО1 кредитных средств в сумме 28 298 278,36 руб. по кредитному договору <***> 1323 от 31.08.2015.

В условиях, когда Банк является фактически неплатежеспособным, не исполняет обязательства перед своими клиентами, в том числе не исполняет платежные поручения плательщиков в связи с недостаточностью денежных средств на корреспондентском счете, остатки на счетах в самом Банке перестают быть реальными деньгами, а становятся лишь записями на счетах, обозначающими размер обязательств банка, возникших из договора банковского вклада (счета).

Денежные средства на счетах клиентов такого Банка утрачивают важнейшее свойство денег, предусмотренное ст. 140 Гражданского кодекса Российской Федерации - оборотоспособность. Таким образом, в кредитной организации технически могут совершаться любые операции, однако они не влекут ни экономических, ни правовых последствий.

Данная позиция подтверждается, в том числе, Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 25 июля 2001 г. № 138-0, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 марта 2007 г. №3077/07.

Конституционный Суд РФ, в частности, указал, что "исполнение банком обязательств по зачислению поступающих на счет клиента денежных средств и их перечислению со счета, а также распоряжение клиентом находящимися на его счете денежными средствами, зачисленными банком, в том числе при исполнении собственных обязательств перед клиентом, могут осуществляться лишь при наличии на корреспондентском счете банка необходимых денежных средств".

Высший Арбитражный Суд РФ в Определении от 30.03.2007 № 3077/07 по делу № А40- 40133/06-47-248 посчитал, что «исполнение банком обязательств по зачислению на счет клиента денежных средств и их перечисление со счета, равно как и фактическая возможность клиента распорядиться денежными средствами, числящимися на его счете, зависит от их наличия на корреспондентском счете банка. При отсутствии денежных средств на корреспондентском счете банк не в состоянии реально выполнить поручения клиента по причине неплатежеспособности».

Соответственно, банковские операции по зачислению кредитных средств на р/счет <***> ИП ФИО1, а затем, по их списанию в пользу Банка в качестве оплаты договора от 31.08.2015 уступки права требования, являются техническими записями на счетах Банка, то есть, безденежными операциями.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 807 ГК РФ договор займа является реальным, поскольку считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Если будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от заимодавца, договор займа считается незаключенным (пункт 3 статьи 812 ГК РФ).

На этом основании, суд оценивает кредитный договор <***> 1323 от 31.08.2015 между Банком и ИП ФИО1 незаключенным, кредитные средства в сумме 28 298 278,36 руб. ИП ФИО1 не полученными, кредитные обязательства ИП ФИО1 - не возникшими.

Это является основанием для отказа в признании преимущественного удовлетворения требований ИП ФИО1 к Банку, основанных на договоре банковского счета (п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве) и применения последствий недействительности в виде восстановления обязательств Банка перед ИП ФИО1 в сумме 28 298 278,36 руб. по договору банковского счета с клиентом.

В соответствии с положениями ст.821 ГК РФ ИП ФИО1 не вправе потребовать выдачи кредита, неполученного в связи с неплатежеспособностью Банка, что исключает применение последствий недействительности сделки в виде восстановления прав требования ИП ФИО1 по кредитному договору.

В свою очередь, этот вывод суда влечет установление факта полного отсутствия оплаты со стороны ИП ФИО1 оспариваемого договора от 31.08.2015 уступки права требования к ООО «РусАвто».

Ссылку конкурсного управляющего на «замещение» активов Банка в виде дебиторской задолженности ООО «РусАвто», обеспеченной залогом имущества общества, дебиторской задолженностью ИП ФИО1, которая является менее ликвидной, поскольку не исполняет и иные кредитные обязательства перед Банком, заинтересованное лицо не опровергает, ее следует признать обоснованной.

В своем заявлении конкурсный управляющий указывает на недействительность оспариваемого договора уступки от 31.08.2015 по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления N 63, пункте 10 Постановления от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11).

Между тем, в чем именно состоит, по мнению заявителя, злоупотребление сторон при заключении договора уступки конкурсный управляющий не указывает.

Как следует из содержания заявления о признании сделки недействительной с учетом уточнения от 09.11.2016, о применении данных норм конкурсный управляющий говорит скорее в отношении кредитного договора от 31.08.2015. Оценка данным доводам заявителя дана судом выше.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ и в силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой 111.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Таким образом, в порядке применения последствий недействительности оспариваемого договора от 31.08.2015 Банк и ИП ФИО1 возвращаются в первоначальное положение, то есть, восстанавливается право требования Банка к ООО «РусАвто» исполнения обязательств по кредитному договору <***> от 15.11.2013 в размере 28 298 278,36 руб., восстанавливаются права и обязанности Банка и ООО «РусаАвто» ФИО3 по договорам поручительства и залога.

В восстановлении прав и обязанностей Банка и ИП ФИО1 по договору банковского счета суд отказывает, поскольку зачисления кредитных средств на банковский счет ИП ФИО1 не состоялось, кредит фактически не был выдан.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 и п.3 ст. 189.67 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты заявлений о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решений третейского суда (подпункт 8 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, далее, - НК РФ) в сумме 3 000 руб.

При обращении заявителя в суд с настоящим заявлением была уплачена государственная пошлина в размере 3 000 руб.

При изготовлении печатного текста резолютивной части определения о признании сделки недействительной судом допущена опечатка, а именно: ошибочно указан абзац следующего содержания: «Признать недействительным перечисление 31.05.2015 индивидуальным предпринимателем ФИО1, г. Барнаул Алтайского края (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) денежных средств в сумме 28 298 278,36 руб. с банковского счета <***> в оплату договора уступки права требования от 31.08.2015». В настоящем судебном акте суд в порядке статьи 179 АПК РФ исправляет данную опечатку, исключив из резолютивной части судебного акта указанный абзац.

Руководствуясь статьями 64, 65, 71, 75, 110, 123, 156, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

О П Р Е Д Е Л И Л:

Заявление конкурсного управляющего Акционерного общества «Зернобанк» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Барнаул к индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Барнаул Алтайского края (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) о признании недействительным договора об уступке права (требования) от 31.08.2015, применении последствий недействительности удовлетворить.

Признать недействительным договор уступки права (требования) от 31.08.2015, заключенным между Акционерным обществом «Зернобанк» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Барнаул и индивидуальным предпринимателем ФИО1, г. Барнаул Алтайского края (ОГРНИП <***>, ИНН <***>).

Применить последствия недействительности сделки.

Восстановить право требования Акционерного общества «Зернобанк» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Барнаул к обществу с ограниченной ответственностью «РусАвто», ФИО3, г. Барнаул Алтайского края в размере 28 298 278,36 руб., по обязательствам, вытекающим из договора кредитной линии <***> от 15.11.2013, договора поручительства от 15.11.2013, договоров залога автомобилей № 1 от 15.11.2013, № 2 от 17.12.2013, № 3 от 05.02.2014, № 2 от 15.11.2013, и установленным в части решением Железнодорожного районного суда города Барнаула по делу № 2-2048/2015, о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «РусАвто», ФИО3 в солидарном порядке в пользу акционерного общества «Зернобанк» задолженности.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Барнаул Алтайского края (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) возвратить Акционерному обществу «Зернобанк» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Барнаул подлинные документы, полученные по акту приема-передачи от 31.08.2015.

Требование заявителя о восстановлении в бухгалтерском учете акционерного общества «Зернобанк» требования индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Барнаул Алтайского края (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к акционерному обществу «Зернобанк» на сумму 28 298 278,36 руб. оставить без удовлетворения.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Барнаул Алтайского края (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в пользу Акционерного общества «Зернобанк» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Барнаул 3 000 руб. в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины.

Определение может быть обжаловано в течение десяти дней со дня его вынесения (изготовления в полном объеме) в Седьмой арбитражный апелляционный суд г. Томск.

Судья И. А. Губарь