Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Кутлугаллямова Р.Ш., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Хабибуллиной Р.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании заявление

ФИО1, ФИО2, ФИО3о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Сибайский завод буровых реагентов» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии:

от ФИО1, ФИО2: ФИО4, представитель по доверенностям от 16.08.2019, 18.08.2019,

иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, возражений не заявили. Лица, участвующие в деле о банкротстве, также извещены, о дате, месте и времени судебного заседания размещением информации о движении дела на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет,

поскольку неявка лиц, участвующих в деле о банкротстве, арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежащим образом извещенных о месте и времени рассмотрения дела, не является препятствием к рассмотрению дела, требование в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы сторон, суд

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Республики Башкортостан находится дело о признании ООО «Сибайский завод буровых реагентов» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.06.2018 (резолютивная часть от 18.06.2018) требования ООО «ПолиДом» (ИНН <***>, ОГРН <***>) признаны обоснованными, в отношении ООО «Сибайский завод буровых реагентов» введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден ФИО5, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №123 от 14.07.2018.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 25.02.2019 (резолютивная часть от 20.02.2019) ООО «Сибайский завод буровых реагентов» признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «Сибайский завод буровых реагентов» открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим ООО «Сибайский завод буровых реагентов» утверждена арбитражный управляющий ФИО6, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №38 от 02.03.2019.

Судом рассматривается заявление ФИО1, ФИО2, ФИО3, поступившее в суд 08.05.2019, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований кредиторов ООО «Сибайский завод буровых реагентов».

1.Степанов Владимир Никифорович просит включить в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 16 096 449,93 руб. по договорам аренды:

• №03-l/SZ/18 от 10.01.2018 в размере 4 180 000 руб.,

• №03-2/SZ/18 от 10.01.2018 в размере 1 508 833,37 руб.,

• №04/SZ/18 от 10.01.2018 в размере 2 574 000 руб.,

• №02/SZ/18 от 10.01.2018 в размере 2 640 000 руб.,

• недвижимости №1 от 25.05.2015 в размере 1 435 000 руб.,

• недвижимости №1 от 25.05.2015 и от 28.04.2016 в размере 32 500 руб.,

• движимого имущества №2 от 25.05.2015 в размере 800 000 руб.,

• субаренды №2 земельного участка от 25.05.2015 в размере 211 016,36 руб.,

• аренды земельного участка №1 от 04.09.2015, от 29.04.2016, от 01.02.2017 в размере 1 500 000 руб.,

• аренды железнодорожных путей №12 от 01.12.2015, 10.01.2017 в размере 144 480 руб.,

• аренды имущества №108/SZ/17 от 10.01.2017 в размере 1 050 000 руб.,

• по соглашениям и поставленным запасным частям в размере 20 620,20 руб.;

2. ФИО2 просит включить в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 2 233 500 руб. по договорам аренды:

• недвижимого имущества №02/SZ/18 от 10.01.2018 в размере 1 584 000 руб.,

• недвижимости №1 от 25.05.2015 и от 28.04.2016 в размере 19 500 руб.,

• аренды имущества №108/SZ/17 от 10.01.2017 в размере 630 000 руб.

3. ФИО3 просит включить в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 2 017000,00 руб. по договорам аренды:

• недвижимого имущества №02/SZ/18 от 10.01.2018 в размере 1 584 000 руб.,

• недвижимости №1 от 25.05.2015 и от 28.04.2016 в размере 13 000 руб.,

• аренды имущества №108/SZ/17 от 10.01.2017 в размере 420 000 руб.

В отзыве конкурсный управляющий должником возражает относительно требований заявителя.

В судебных заседаниях с участием представителя заявителя требования поддерживал с учетом уточнений.

В судебных заседаниях с участием представителей конкурсного управляющего должником возражали относительно требований заявителей, указывая на то, что требования заявителей вытекают от их участия в обществе. Также просили приминить срок исковой давности по части требований.

Суд, исследовав представленные в материалы дела доказательства, находит требования заявителя необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» №127-ФЗ (Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам АПК РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 6 ст. 16 Закона о банкротстве установлено, что требования кредиторов включаются в реестр и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве установление размера требований кредиторов в процедуре конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

В соответствии с абзацем 3 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

С учетом требований ст. 100 Закона о банкротстве в процедуре конкурсного производства требования кредиторов направляются в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов.

Доказательствами обоснованности требования кредитора могут служить судебные решения о взыскании с должника в пользу кредитора денежной суммы по неисполненному денежному обязательству или обязательному платежу, а также иные документы, подтверждающие наличие долга, если между должником и кредитором спор не разрешался судом.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Арбитражный суд при наличии возражений относительно требования кредиторов проверяет их обоснованность, по результату чего выносит определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов (пункт 3 статьи 71 Закона о банкротстве).

При рассмотрении требования конкурсным управляющим должником были заявлены возражения в отношении включения требования в реестр требований кредиторов должника.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Согласно статье 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства возникают из договора и иных оснований, предусмотренных ГК РФ.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В обоснование заявленных требований заявители указывают на то, что:

1) 25.05.2015 между ИП ФИО1 и ООО «СЗБР» был заключен договор аренды недвижимости №1. Согласно договору в аренду были переданы нежилые здания и строения, перечень которых указан в самом договоре. Договор аренды был заключен на 11 месяцев, сроком до 24.04.2016. Арендная плата была установлена в размере 200 000 рублей в месяц, в виде фиксированного платежа. Начисления по аренде по данному договору составили 2 000 000 руб. В счет исполнения обязательств по данному договору, должником ООО «СЗБР» выплачены ИП ФИО1 денежные средства в размере 565 000 руб., что подтверждается поступлением денежных средств №506 от 30.12.2016г. Задолженность в настоящий момент по данному договору составляет 1 435 000 руб. (2 000 000 руб. - 565 000 руб.).

Также заявители указывают, что по истечению срока действия вышеуказанного договора аренды, 28.04.2016г. был заключен новый договор аренды имущества, между ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ООО «СЗБР». Начисления арендной платы по данному договору составили 1 800 000 руб. В счет исполнения обязательств по данному договору, должником ООО «СЗБР» выплачены денежные средства в общем размере 1 680 000 руб., что подтверждается:

• поступлением денежных средств №259 от 02.03.2017 в размере 510000 руб.

• поступлением денежных средств №289 от 07.03.2017 в размере 400 000 руб.

• поступлением денежных средств №288 от 07.03.2017 в размере 600 000 руб.

• поступлением денежных средств №651 от 27.04.2017 в размере 55 000 руб.

• поступлением денежных средств №650 от 27.04.2017 в размере 170 000 руб.

Как указывают заявители, задолженность по данному договору составила 65 000 руб. (1 800000 руб. - 510000 руб. - 400000 руб. - 600000 руб. - 55000 руб. - 170000 руб.). Объекты недвижимого имущества, переданные в аренду по данному договору находятся в долевой собственности заявителей в следующих долях: ФИО1 доля в праве 1/2; ФИО2 доля в праве 3/10; ФИО3 доля в праве 2/10. Учитывая данный факт, заявители полагают, что должник ООО «СЗБР» имеет задолженность перед ИП ФИО1 в размере 32 500 руб. (65000 руб.:2), перед ФИО2 в размере 19 500 руб. (65000 руб.:10x3), перед ФИО3 в размере 13000 руб. (65000 руб.:10x2).

2) 25.05.2015 между ИП ФИО1 и ООО «СЗБР» был заключен договор аренды движимого имущества №2. Согласно договору ИП ФИО1 передал в аренду ООО «СЗБР» движимое имущество согласно приложению к договору, сроком на 3 года - на период с 25.05.2015 по 24.05.2018. Задолженность по данному договору составила 800 000 руб., оплата по договору должником не производилась.

3) 25.05.2015 между ИП ФИО1 и ООО «СЗБР» был заключен договор субаренды №2 земельного участка. Согласно договору ИП ФИО1 в субаренду был предоставлен земельный участок площадью 71 073 кв.м., из земель населенных пунктов, с кадастровым номером 02:61:011301:6452, расположенный по адресу: РБ, <...>. Срок действия договора был установлен с 25.05.2015 по 31.12.2015. Расчет годовой субарендной платы за участок оформлен сторонами в виде приложения к договору. Сумма арендной платы по договору составляла 506 898 руб. Поскольку фактически участок находился в аренде 3 месяца (июнь - 68 809,68 руб., июль - 71 103,34 руб., август - 71 103,34 руб.), арендная плата составила 211 016,36 руб. По данному договору оплата не производилась.

4) 04.09.2015 между ИП ФИО1 и ООО «СЗБР» был заключен договор аренды земельного участка №1. Согласно данному договору ФИО1, выступая в качестве самостоятельного арендодателя передает в аренду земельный участок, указанный в п. 3 настоящего заявления. Срок действия договора был установлен с 04.09.2015 по 31.12.2015. Начисления арендной платы по данному договору составили 700 000 руб.

29.04.2016 вышеуказанный договор аренды земельного участка был пролонгирован сроком до 31.12.2016. Начисления по договору составили 900 000 руб.

01.02.2017 договор аренды земельного участка также был пролонгирован сроком до 31.12.2017. Начисления по договору составили 1 000 000 руб.

Оплата по всем трем договорам аренды, указанным в п.п. 4, 4.1, 4.2 заявления, должником ООО «СЗБР» была произведена в размере 1 100 000 руб., что подтверждается поступлением денежных средств №1492 от 28.11.2017 в размере 500 000 руб., поступлением денежных средств №1525 от 07.12.2017 в размере 100 000 руб., поступлением денежных средств №216 от 12.03.2018 в размере 500 000 руб. Таким образом, задолженность ООО «СЗБР» перед ИП ФИО1 по всем трем договорам аренды земельного участка составляет 1 500 000 руб.

5) 01.12.2015 между ИП ФИО1 и ООО «СЗБР» был заключен договор аренды железнодорожных путей №12. Срок действия данного договора был установлен до 01.05.2016. Начисления составили 65 016 руб.

10.01.2017 между сторонами был заключен новый договор аренды железнодорожных путей №106/SZ/17. Начисления по данному договору составили 79 464 руб. По двум договорам аренды задолженность составила 144 480 руб. Оплата не производилась.

6) 10.01.2017 между ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ООО «СЗБР» был заключен договор аренды имущества №108/SZ/17. Срок действия договора был установлен до 31.05.2017. Начисления по договору составили 2 200000 руб. Оплата по данному договору была произведена в размере 100 000 руб., что подтверждается поступлением денежных средств №186 от 22.02.2018. Учитывая, что объекты недвижимого имущества, переданные в аренду по данному договору также находятся в долевой собственности заявителей в следующих долях: ФИО1 доля в праве 1/2; ФИО2 доля в праве 3/10; ФИО3 доля в праве 2/10. Должник ООО «СЗБР» имеет задолженность перед ИП ФИО1 в размере 1 050 000 руб., перед ФИО2 в размере 630 000 руб., перед ФИО3 в размере 420 000 руб.

7) ООО «СЗБР» имеет задолженность перед ИП ФИО1 также по следующим соглашениям, согласно которым ИП ФИО1 произвел оплату за ООО «СЗБР» за потребленную электроэнергию:

• соглашение об исполнении третьим лицом от 06.04.2015 в размере 25 000 руб. (продажа 3 от 09.04.2015), что подтверждается платежным поручением №91 от 10.04.2015;

• соглашение об исполнении третьим лицом от 06.04.2015 в размере 706,02 руб. (продажа 2 от 10.04.2015), что подтверждается платежным поручением №93 от 10.04.2015;

• соглашение об исполнении третьим лицом от 06.04.2015 в размере 25 000 рублей (продажа 4 от 10.04.2015), что подтверждается платежным поручением №89 от 09.04.2015;

• соглашение об исполнении третьим лицом от 06.04.2015 в размере 30 000 рублей (продажа 5 от 27.04.2015), что подтверждается платежным поручением №124 от 27.04.2015;

• соглашение об исполнении третьим лицом от 06.04.2015 в размере 16 000 рублей (продажа 6 от 08.05.2015), что подтверждается платежным поручением №143 от 08.05.2015;

• соглашение об исполнении третьим лицом от 06.04.2015 в размере 20 720,98 руб. (продажа 7 от 12.05.2015), что подтверждается платежным поручением №150 от 12.05.2015;

• соглашение об исполнении третьим лицом от 06.04.2015г. в размере 20 000 рублей (продажа 8 от 21.05.2015), что подтверждается платежным поручением №162 от 21.05.2015.

8) Также ИП ФИО1 для ООО «СЗБР» были поставлены запасные части:

• отгрузка запчастей (аккумулятор бст-140 Vega Веста) на сумму 9 750 руб., что подтверждается товарной накладной №420 от 30.10.2015;

• отгрузка запчастей (подшипник 4 шт. по 350 руб., манжета 6шт. по 25 руб.,) на сумму 1 550 руб., что подтверждается товарной накладной №486 от 15.12.2015;

• отгрузка запчастей (болты, гайки, РВД) на сумму 793 руб., что подтверждается товарной накладной №22 от 25.02.2016;

• отгрузка запчастей (воздушный фильтр) на сумму 1 100 руб., что подтверждается товарной накладной №241 от 24.06.2016.

Всего обороты по указанным соглашениям и поставленным запасным частям (п.7,8 заявления) составили 150 620,20 руб. Частичная оплата составила 130 000 руб. Остаток долга, исходя из расчета заявителя, составил 20 620,20 руб.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд приходит выводу о недоказанности заявителем, что воля сторон, выраженная при подписание и исполнении указанных в заявлении договоров была направлена на создание тех правовых последствий, которые характерны для достижения цели деятельности общества.

Из материалов дела следует, что ООО «СЗБР» зарегистрировано 12.12.2014.

Основной деятельностью общества является производство красителей и пигментов.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ, ФИО1 (33,33% доли, номинальной стоимостью 11900,00 руб.), ФИО2 (17% доли, номинальной стоимостью 6070,00 руб.) и ФИО3 (16,34% доли, номинальной стоимостью 5834,00 руб.), фактически с момента начало деятельности общества должника, являются участниками (учредителями) ООО «Сибайский завод буровых реагентов» и в силу ст. 19 Закона о банкротстве являются заинтересованными (контролирующими) в отношении должника лицами.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы участник общества не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Из материалов дела о банкротстве следует, что участники общества, создавая ООО «Сибайский завод буровых реагентов», определяя доли участия в обществе, номинальной стоимостью свои доли в рублях на общую сумму 35704,00 руб., не передавая в уставной капитал общества какое-либо имущество, в последующем, не приобретали на общество какое либо имущество, на котором общество могло бы осуществлять свою уставную деятельность.

При этом из материалов дела о банкротстве следует, что деятельность общества должника осуществлялось исключительно на арендованном у участников общества имуществе (недвижимое имущество, земли, железнодорожные пути, оборудование и т.д.).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства (определение Верховного Суда РФ от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734).

Суд считает, что договора аренды, указанные в заявлении, формально имеющие гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются.

Анализ перечисленных заявителем доказательств в совокупности, позволяет суду сделать вывод о том, что между участниками общества и должником возникли взаимоотношения, вытекающие из факта участия в обществе.

Обстоятельства, при которых возникли соответствующие обязательства должника перед участниками общества, не соответствует сложившейся практике хозяйственного оборота между независимыми лицами.

При рассмотрении обоснованности требований заявителя разумных пояснений того, в связи с чем, участники общества, создавая общество, не передавая уставной капитал принадлежащее им имущество, а общество, не приобретая имущество и оборудование, на которых могло бы осуществлять свою уставную деятельность, на протяжении всей деятельности, в том числе предбанкротном состоянии, заключало с участниками общества договора аренды и регулярно выплачивало арендные платы, частично выполняя обязательства, суду представлены не были.

Как указано выше, при функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 N 14- ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Из материалов представленных заявителем доказательств следует, что в период с апреля 2015 года по июнь 2016 года, участник общества должника - ФИО1, исполнял обязательства общества перед третьими лицами и осуществлял отгрузку запчастей.

Как указывает заявители, всего обороты по указанным соглашениям и поставленным запасным частям составили 150 620,20 руб. Частичная оплата составила 130 000 руб. Остаток долга, исходя из расчета заявителя, составил 20 620,20 руб.

При рассмотрении обоснованности требований заявителя разумных пояснений того, в связи с чем в течение длительного времени (более двух лет) до возбуждения дела о банкротстве ФИО1 не требовал полного исполнения должником обязательств, суду не представлено.

Анализ перечисленных заявителем доказательств в совокупности, позволяет суду сделать вывод о том, что между ФИО1, как участником общества и должником возникли взаимоотношения, вытекающие из факта его участия в обществе.

Обстоятельства, при которых возникли соответствующие обязательства должника перед данным участником общества, не соответствует сложившейся практике хозяйственного оборота между независимыми лицами.

Суд считает, что ФИО1, как участник общества, в период начало деятельности общества должника, в отсутствии последнего своих оборотных средств, финансировал деятельность общества, исполняя обязанности общества перед третьими лицами за потребленную электроэнергию, поставляя запчасти, фактически, на то имущество, который сам же предоставил в аренду должнику.

Если аффилированный кредитор не подтверждает целесообразность заключения сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 ГК РФ), что уже само по себе достаточно для отказа во включении требований в реестр.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения указанных требований, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Суд считает, что в рассматриваемом деле правоотношения, связанные с арендой имущества, исполнением обязательств должника перед третьими лицами, договора поставки, между сторонами отсутствовали, имели место отношения, вытекающие из факта участия в обществах (увеличения уставного капитала и получения дивидендов, корпоративные займы и т.д.), совершенные в обход закона, в силу чего полагает имеющими место основания для применения положений ст. 10 ГК РФ и отказа в удовлетворении исковых требований.

При рассмотрении настоящего дела конкурсным управляющим заявлено о пропуске сроков исковой давности по обязательствам, возникшим до 2016 года.

Вместе с тем, из представленных заявителем доказательств следует, что в пределах сроков исковой давности между сторонами подписывались акты сверки взаимных расчетов, должник частично исполнял свои обязательства, тем самым сроки исковой давности перерывались.

В связи с этим, оснований считать, что сроки исковой давности, по рассматриваемым требованиям, истекли, не имеется.

При этом, с учетом того, что требования настоящих кредиторов основаны на сделках, вытекающих из факта их участия в обществе, при этом, сделки на которые ссылаются заявители, совершенны в обход закона, злоупотреблением правом, суд отказывает во включении их требований в реестр требований кредиторов должника.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения рассматриваемого заявления не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

В удовлетворении заявления ФИО1, ФИО2, ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Сибайский завод буровых реагентов» (ИНН <***>, ОГРН <***>) требования – отказать.

Определение может быть обжаловано в порядке пункта 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его принятия.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший определение.

В случае обжалования определения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru.

Судья Р.Ш. Кутлугаллямов