Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, видеопротоколирования секретарем судебного заседания Бледных Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление конкурсных кредиторов ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о привлечении контролирующих лиц должника ФИО7 и ФИО8 к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о признании ООО «Белогорье Инвест-Строй» несостоятельным (банкротом),

при участии:

от заявителей: ФИО1 – ФИО9, по доверенности 31 АБ 1052402 по доверенности от 30.06.2017, сроком действия три года, паспорт; ФИО2 – ФИО9, по доверенности 31 АБ 1025367 от 10.06.2017, сроком действия три года, паспорт; ФИО3 -ФИО9, по доверенности 31 АБ 0837926 от 07.04.2017, сроком действия три года, паспорт; ФИО4 – ФИО9, по доверенности 31 АБ 1154292 от 17.11.2017, сроком действия три года, паспорт; ФИО5 – ФИО9, по доверенности 31 АБ 1052434 от 05.07.2017, сроком действия три года, паспорт,

от конкурсного управляющего: ФИО10, по доверенности от 25.07.2018, сроком действия до 31.12.2019, паспорт,

от ФИО8: Бука А. В., по доверенности 31 АБ 1472995 от 13.09.2019, сроком действия до 13.01.2020, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

Конкурсные кредиторы ФИО1, ФИО2, ФИО3,

Щегленко В.Ф., Проскурнина А.Н., Чернышева А.Г. 20 марта 2019 года обратились в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Белогорье Инвест-Строй» контролирующих должника лиц Иваненко Сергея Вячеславовича и Пристан Вячеслава Семёновича.

В судебном заседании представитель заявителя заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в заявлении, просила удовлетворить.

Представитель ФИО8 просил отказать в удовлетворении заявленных требований в отношении ФИО8 по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Конкурсный управляющий в письменном отзыве и представитель в судебном заседании при разрешении спора полагается на усмотрение суда.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, уведомлены надлежащим образом о дате и месте судебного заседания.

Неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие (часть 5 статьи 156 АПК РФ).

Заслушав лиц, присутствующих в судебном заседании, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ООО «Белогорье Инвест-Строй» зарегистрировано 13.09.2011 в едином государственном реестре юридических лиц за номером <***> инспекцией ФНС по г. Белгороду. Основной вид деятельности предприятия – 68.10.23 – покупка и продажа земельных участков.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 31.05.2017 (резолютивная часть от 29.05.2017) признано обоснованным заявление ФИО11 о признании ООО «Белогорье Инвест-Строй» несостоятельным (банкротом), введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО12

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в едином Федеральном реестре сведений о банкротстве 30.05.2017, в официальном печатном издании «Коммерсантъ» № 98 от 03.06.2017 года.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 07.08.2017 в деле о банкротстве ООО «Белогорье Инвест-Строй» применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» - банкротство застройщика.

Сведения о применении при банкротстве должника правил параграфа «Банкротство застройщика» опубликованы в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве 09.08.2017.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 20.12.2017 (резолютивная часть оглашена 13.12.2017) ООО «Белогорье Инвест-Строй» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО12

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве 19.12.2017, в официальном печатном издании «Коммерсантъ» № 240 от 23.12.2017 года.

Определением суда от 13.07.2018 ФИО12 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве ООО «Белогорье Инвест-Строй» с 11 июля 2018 года, конкурсным управляющим ООО «Белогорье

Инвест-Строй» утвержден Корнеев И.Н., член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада».

Ссылаясь на то, что ФИО8 являлся учредителем, единственным участником ООО «Белогорье Инвест-Строй» в период с 13.09.2011 по 01.03.2017, а также единоличным исполнительным органом должника в период с 13.09.2011 по 01.05.2017, а ФИО7 являлся руководителем должника в период с 02.05.2017 до даты введения в отношении должника процедуры конкурсного производства и единственным участником должника с 02.03.2017 по настоящее время конкурные кредиторы обратились в арбитражный суд с рассматриваемым требованием.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности заявителями указано на несоблюдение ФИО8 и ФИО7 положений статьи 9 и пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, предусматривающей обязанность руководителя должника не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд; непередачу ФИО7 ни временному, ни конкурсному управляющему документов и имущества должника; искажение бухгалтерской отчетности общества, а также совершение действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, приведших к признанию должника несостоятельным (банкротом).

В соответствии со статьей 32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Статьей 61.14 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено право арбитражного управляющего, конкурсных кредиторов на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12, 61.13 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как указано в пункте 4 статьи 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем

собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), вступившим в силу 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу.

Пунктом 14 статьи 1 Закона № 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен новой главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», в том числе предусмотрена субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Пунктом 4 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 , подпунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19, 61.20 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Таким образом, исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ) и в силу специального указания пункта 4 статьи 4 Закона № 266 -ФЗ, положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ подлежат применению, в том числе в части положений о субсидиарной ответственности по обязательствам должника, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения соответствующих лиц к такой ответственности имели место быть после дня вступления в силу указанного Закона.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве

в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. Предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) также изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально- правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Принимая во внимание, что обстоятельства, на которые ссылаются конкурсные кредиторы, имели место до принятия Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, к спорным правоотношениям подлежат применению соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени.

Статьей 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу статьи 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При этом доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве срока, точная дата возникновения обязательства должника, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо (лица).

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по вышеназванному основанию установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и

его кредиторов.

В силу вышеуказанных положений конкурсные кредиторы должны доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о банкротстве.

При этом, сам по себе факт неисполнения должником обязательств перед отдельным кредитором также не свидетельствует о наличии оснований, предусмотренных абзацем 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В обоснование своих требований конкурсные кредиторы указывают на наличие неисполненных финансовых обязательств должником перед третьими лицами начиная с 2015 года.

Из представленного в материалы дела конкурсным управляющим реестра требований кредиторов следует, что у ООО «Белогорье Инвест-Строй» по стоянию на 01.01.2016 имелась задолженность, в том числе перед ФНС России, ФИО14, ФИО15, ФИО16

Между тем, сам по себе факт наличия у общества задолженности не свидетельствует о том, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Документальные доказательства, свидетельствующие о прекращении хозяйственной деятельности должника, в материалах дела отсутствуют и суду не представлены.

Кроме того, согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

В данном случае конкурсными кредиторами в нарушение статьи 65 АПК РФ не определена дата возникновения у руководителя должника обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Наличие лишь факта необращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в определенный период не является достаточным основанием для возложения субсидиарной ответственности на соответствующее лицо.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, имеет значение причинно- следственная связь между подачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Однако конкурсные кредиторы не представили суду доказательств, подтверждающих наличие совокупности условий для привлечения руководителей должника к субсидиарной ответственности в предусмотренном ФЗ «О

несостоятельности (банкротстве)» порядке (статья 9 АПК РФ).

В рассматриваемом случае, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности не содержит точной даты, с которой у ФИО8 и ФИО7 возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Белогорье Инвест-Строй» банкротом.

Заявители не определили момент возникновения у контролирующих лиц обязанности по принятию решения об обращении в суд с соответствующим заявлением, не обосновали ни дату неплатежеспособности, ни дату недостаточности имущества должника, в связи с чем у суда отсутствуют правовые основания для привлечения ФИО8 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Поскольку ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско - правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Судом установлено, что ФИО7 являлся единственным участником ООО «Белогорье Инвест-Строй» с 02.03.2017 и единственным законным представителем общества (директором) с 02.05.2017. Данный вывод лицами участвующими в деле, не оспаривается.

Определением арбитражного суда от 02 августа 2017 года по делу № А08- 1933/2017 удовлетворено ходатайство временного управляющего ООО «Белогорье Инвест-Строй» ФИО12 об истребовании у должника перечня имущества, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника. Суд обязал руководителя ООО «Белогорье Инвест-Строй» ФИО7 передать временному управляющему ФИО12 заверенные копии документов, а именно: перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения процедуры наблюдения. Ежемесячно информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника. Судом выдан исполнительный лист.

Определением суда от 26.03.2018 (резолютивная часть от 19.03.2018) удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ООО «Белогорье Инвест- Строй» ФИО12 о выдаче исполнительного листа на принудительное

исполнение бывшим директором должника Иваненко С.В. решения Арбитражного суда Белгородской области от 13.12.2017. Суд обязал бывшего руководителя ООО «Белогорье Инвест-Строй» в течение трёх дней передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему ООО «Белогорье Инвест-Строй» Маслиёву А.В. Выдан исполнительный лист на принудительное исполнение бывшим директором ООО «Белогорье Инвест-Строй» Иваненко С.В. решения Арбитражного суда Белгородской области от 13.12.2017г.

Однако ФИО7 истребуемые документы, ценности и информация ни временному управляющему, ни конкурсному управляющему представлены не были. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В судебном заседании и отзыве на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности представитель ФИО8 указывал, что всей хозяйственной деятельностью общества с момента его создания фактически руководил ФИО7, что следует и из рассматриваемого заявления, где заявители указывают на наличие его подписи на финансовых документах общества и фактическое получение им денежных средств.

Из представленной заявителями из картотеки судебных дел копии приговора Белгородского районного суда Белгородской области от 04 июля 2018 в отношении ФИО7 следует, что последний являлся директором с 01 августа 2016 года и совершал приходные и расходные операции по кассе с целью воспрепятствования исполнению решений судов.

Указанным приговором ФИО7 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных статьями 177 УК РФ – злостное уклонение руководителя организации от погашения кредиторской задолженности, а также 315 УК РФ – воспрепятствование служащим коммерческой организации исполнение вступившего в законную силу решения суда.

В соответствии с пунктом 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

При таких обстоятельствах, вследствие нарушения бывшим руководителем должника ФИО7 пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и неисполнения своей обязанности по передаче документов конкурсному управляющему, были нарушены интересы кредиторов должника. Не передача документации исключила возможность выявления в полном объеме конкретного имущества общества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы конкурсного управляющего.

Таким образом, принимая во внимание, что отсутствие необходимых документов (в том числе документов по инвентаризации имущества должника, сведений об имуществе должника, документов, обосновывающих наличие у должника дебиторской задолженности, бухгалтерской отчетности) не позволило конкурсному управляющему должным образом сформировать конкурсную массу должника, установить действительные активы должника, выявить наличие/отсутствие оснований для оспаривания сделок должника, то есть препятствовало осуществлению конкурсным управляющим мероприятий, подлежащих проведению в рамках процедуры банкротства должника, суд

приходит к выводу о доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, исходя из презумпции, изложенной в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Искажение документов бухгалтерского учета и отчетности при рассмотрении заявленного требования установить не представляется возможным в связи с непредставлением соответствующих доказательств в материалы дела.

Кроме того, конкурсные кредиторы в обоснование оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ссылаются на совершение ФИО8 сомнительных сделок и платежей в пользу контрагентов, а также возврат денежных средств по договорам займа.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность по обязательствам должника в случае недостаточности у него имущества может быть возложена на контролирующих должника лиц, если признание должника несостоятельным (банкротом) явилось следствием действий и (или) бездействия указанных лиц.

При этом по смыслу указанной нормы, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Исходя из подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в

этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно- следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями в виде банкротства соответствующего предприятия.

Из содержания приведенных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является наличие причинно-следственной связи между действиями данных лиц и банкротством должника.

Применение норм права о привлечении к субсидиарной ответственности допустимо при доказанности следующих обстоятельств:

- надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

- факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей;

- наличия причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника;

- вины контролирующего лица должника в несостоятельности (банкротстве) предприятия.

Согласно пунктам 1 и 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Из системного толкования п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В обоснование требований, конкурсные кредиторы указали на совершение в период исполнения ФИО8 обязанностей директора общества сделок с

имуществом должника, в том числе по отчуждению земельных участков общества по договорам от 25.12.2014, 20.01.2005, 06.05.2015, 14.05.2015, 29.05.2015, 25.02.2016.

Кроме того, ФИО8 совершен ряд сделок по возврату займов себе как физическому лицу, в частности: 14.05.2014 – 500 000 руб. (платежное поручение № 482), 14.05.2014 – 500 000 руб. (платежное поручение № 483), 14.05.2014 – 250 000 руб. (платежное поручение № 124), 21.07.2014 – 330 000 руб. (платежное поручение № 627), 09.09.2014 – 250 000 руб. (платежное поручение № 676), 18.09.2014 – 350 000 руб. (платежное поручение № 683), 19.09.2014 – 88 000 руб. (платежное поручение № 692), 26.09.2014 – 210 000 руб. (платежное поручение № 711), 23.12.2014 – 550 000 руб. (платежное поручение № 821), 29.07.2015 – 438 000 руб. (платежное поручение № 1103), а всего на сумму 3 466 000 руб., возращенных в трехлетний период, предшествующий принятию заявления о признании ООО «Белогорье Инвест-Строй» несостоятельным (банкротом).

Между тем, заинтересованные лица с заявлением об оспаривании данных сделок в судебном порядке не обращались, судебная проверка приведенных обстоятельств не проводилась.

Также заявителями в вину контролирующему должника лицу ФИО8 вменено обращение ФИО8 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «Белогорье Инвест-Строй» задолженности в размере 12 283 000,00 руб., основанной на договорах займа от 16.09.2011, 19.09.2011, 21.09.2011, 22.09.2011. Определением суда от 07.11.2017 (резолютивная часть от 30.10.2017) в удовлетворении заявленных требований отказано. Факт предоставления займа обществу не оспорен, однако, с учетом изменения правового подхода высшими судебными инстанциями к рассмотрению данной категории дел, суд пришел к выводу о том, что сделки ФИО8 и должника, связанные с заключением спорных договоров займа и предоставлением спорных денежных средств, фактически прикрывали обязательства, вытекающие из факта участия ФИО8 уставном капитале ООО «Белогорье Инвест-Строй».

Кроме того, заявителями указано, что конкурсным управляющим ФИО13 были выявлены и иные сделки должника, повлекшие причинение ущерба обществу, которого можно было бы избежать, если бы контролирующие деятельность должника лица не совершали указанных сделок. реп к

Так, определением Арбитражного суда Белгородской области от 13.08.2018 признана недействительной сделка по перечислению обществом ООО «Белогорье Инвест-Строй» с расчетного счета, открытого в Белгородском отделении ПАО «СБЕРБАНК» на счет ФИО8 денежных средств в размере 3 216 000 рублей, оформленные платежными поручениями: № 277 от 14.05.2014 г на сумму 500 000 рублей; № 471 от 14.05.2014 г на сумму 500 000 рублей; № 588 от 21.07.2014 г на сумму 330 000 рублей; № 6 от 09.09.2014 г на сумму 250 000 рублей; № 12 от 18.09.2014 г на сумму 350 000 рублей; № 623 от 19.09.2014 г на сумму 88 000 рублей; № 637 от 26.09.2014 г на сумму 210 000 рублей; № 759 от 23.12.2014 г на сумму 550 000 рублей; № 224 от 29.07.2015 г на сумму 438 000 рублей. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО8 в пользу ООО «Белогорье Инвест-Строй» денежных средств в размере 3 216 000 рублей. Определение вступило в законную силу.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 10.09.2018 года с ООО "ВИККОМПАНИ" (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Белгород) в

пользу истца ООО "Белогорье Инвест-Строй" (ИНН 3123287091, ОГРН 1113123014223, г. Белгород) взыскано 531 000 руб. Решение вступило в законную силу.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 25.09.2018 года с ООО "Март" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу истца ООО "Белогорье Инвест-Строй" (ИНН <***>, ОГРН <***>) взыскано 100 000 руб. Решение вступило в законную силу.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 18.01.2019 года в пользу ООО "Белогорье Инвест-Строй" взысканы денежные средства с ответчика индивидуального предпринимателя ФИО17 (ИНН <***>) в размере 2 838 000 руб. Решениевступило и законную силу.

По результатам открытых торгов право требования дебиторской задолженности реализовано ООО «ПАВ ГРУПП», денежные средства поступили в конкурсную массу.

В пункте 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя

наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 18 Постановления, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», закрепленная в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных

сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

При определении вреда имущественным правам кредиторов, как указывалось выше, следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По смыслу приведенных разъяснений на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости совершенной контролирующим лицом сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В материалы дела конкурсным управляющим представлены доказательства отсутствия в реестре требований кредиторов должника кредиторов первой очереди, фактического погашения текущих требований, денежных требований второй очереди в сумме 2,9 тыс. рублей, третьей очереди в сумме 8 893 тыс. рублей, а также достаточности имущества для погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований о передаче жилых помещений.

Определением суда от 28.08.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Белогорье Инвест-Строй» ФИО13 о погашении требования участников строительства многоквартирных жилых домов, строительство которых завершено, путем передачи им в собственность жилых помещений в этих домах, требования указанных участников строительства в реестре требований о передаче жилых помещений ООО «Белогорье Инвест-Строй» признаны погашенными. Согласно отчету об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества от 17.12.2018 № 128, выполненного ООО «Компания по оценке и экспертизе «ЭТАЛОН», общая стоимость многоквартирных домов составляет 117 126 605,00 руб.

На момент рассмотрения заявления в соответствии с представленными конкурсным управляющим данными непогашенная задолженность составляет 953

621 руб. 55 коп. основного долга, учитываемых в составе четвертой очереди реестра требований кредиторов.

Кроме того, учитываются отдельно в составе третьей очереди реестра требований кредиторов должника 22 449 033 руб. 44 коп. финансовых санкций.

Требования заявителей о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника в настоящий момент состоят из неустойки, которая по своей природе не может учитываться для определения признаков банкротства (абзац 4 пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве).

В данном случае конкурсными кредиторами в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представлено суду достаточных доказательств, с достоверностью подтверждающих, что вышеуказанные сделки совершены за пределами обычного делового риска и были направлены исключительно на причинение вреда имущественным интересам должника, его кредиторам.

Конкурсными кредиторами не представлены достаточные доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями вышеуказанных лиц и последствиями в виде наступления неплатежеспособности общества.

Надлежащие, достоверные и достаточные доказательства того, что указанные сделки повлекли несостоятельность должника, также заявителями не представлены, в материалах дела отсутствуют.

На основании изложенного, учитывая отсутствие причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством должника, суд не усматривает оснований для привлечения ФИО18 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Абзацем 8 пункта 4 статьи 10, пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве определено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, зависит от размера непогашенных в ходе конкурсного производства требований конкурсных кредиторов, в случае, когда конкурсной массы недостаточно для удовлетворения всех требований конкурсных кредиторов, и при этом все возможности для формирования конкурсной массы исчерпаны.

В силу пункта 7 статьи 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 - ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления

до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 9 данной статьи после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Вопрос об определении размера субсидиарной ответственности и отчет арбитражного управляющего о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, рассматриваются в одном судебном заседании.

В пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В этом случае суд, в том числе суд апелляционной инстанции (при установлении оснований для привлечения контролирующего должника лица к ответственности при рассмотрении апелляционной жалобы на определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении соответствующего требования), выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода. Такой судебный акт как в части вывода о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, так и в части приостановления производства по спору может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Судом установлено, что по состоянию на 18.12.2019 не все мероприятия, предусмотренные процедурой конкурного производства проведены рассматривается ходатайство конкурсного управляющего о погашении требований участников строительства, требования которых включены в реестр требований о передаче жилых помещений по адресу: Белгородская область, Белгородский район, с. Репное, микрорайон «Европа», ул. Венская д.13 путем передачи объекта незавершенного строительства созданному жилищно-строительному кооперативу; ввиду проведения мероприятий, необходимых для завершения конкурсного производства не определён размер текущих требований кредиторов.

На основании изложенного, в связи с тем, что на дату судебного заседания невозможно определить размер субсидиарной ответственности, суд считает возможным приостановить рассмотрение заявления конкурсных кредиторов

Малинецкого Я.П., Даниленко Л.Н., Фроловой Г.В., Щегленко В.Ф., Проскурнина А.Н., Чернышевой А.Г. о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц до окончания расчетов с кредиторами.

Руководствуясь ст. ст. 32, 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. ст. 184 - 188, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

Установить наличие оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Белогорье Инвест-Строй» вследствие действий (бездействия) контролирующего лица должника.

Установить отсутствие оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Белогорье Инвест-Строй» вследствие действий (бездействия) контролирующего лица должника.

Приостановить производство по обособленному спору по заявлению конкурсных кредиторов ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о привлечении контролирующих лиц должника ООО «Белогорье Инвест-Строй» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Белогорье Инвест-Строй» до окончания расчетов с кредиторами.

Определение может быть обжаловано в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области в установленный законом срок.

Судья Курепко Е. В.