Гражданский кодекс часть 1

от ответчика (ООО «Сибрай»): представителя ФИО4 по доверенности от 16.05.2014, паспорт; представителя Фабричной А.В. по доверенности от 16.05.2014, паспорт;

от конкурсного кредитора (ООО «ЧАЙНА 38»): представителя ФИО5 по доверенности от 22.04.2014, удостоверение;

от конкурсного кредитора (ООО «Система Чибис»): не присутствовал, уведомлен;

от уполномоченного органа: представителя ФИО6 по доверенности № 06-17/001794 от 05.02.2015, удостоверение;

от третьих лиц: не присутствовали;

В судебном заседании 20.08.2015 Арбитражным судом Иркутской области на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до часов минут 27.08.2015, о чем сделано публичное извещение, размещенное в сети Интернет на сайте Арбитражного суда Иркутской области www.irkutsk.arbitr.ru, после перерыва судебное заседание объявлено продолженным в том же составе суда;

при участии в заседании суда:

от конкурсного управляющего: представителя ФИО3 по доверенности № 07/10-14 от 27.10.2014, удостоверение;

от конкурсного кредитора (ООО «ЧАЙНА 38»): представителя ФИО5 по доверенности от 22.04.2014, удостоверение;

от конкурсного кредитора (ООО «Система Чибис»): не присутствовал, уведомлен;

от уполномоченного органа: представителя ФИО6 по доверенности № 06-17/001794 от 05.02.2015, удостоверение;

от третьих лиц: не присутствовали;

установил:

ООО «ЧАЙНА 38» (правопреемник ООО «Белый ручей», ООО «Мастер Кейк») в порядке статьи 7 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» 07.06.2011 обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к ООО «Складские технологии и логистика» о признании несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 24.06.2013 должник – ООО «Складские технологии и логистика» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО1

Конкурсный управляющий ФИО1 22.04.2014 обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Сибрай» о признании недействительными сделок по отчуждению имущества должника – нежилого помещения магазина, кафе-кулинария, расположенного на 1, 2, 3 этажах панельного здания, общей площадью 772 кв.м., расположенного по адресу: г. Иркутск, б. ФИО7, 20Б, кадастровый номер 38-38-01/007/2005-983, об истребовании данного имущества из незаконного владения ООО «Сибрай». Также просила применить последствия недействительности оспариваемых сделок в виде истребования из чужого незаконного владения ООО «Сибрай» в пользу ООО «Складские технологии и логистика» спорного имущества.

Уточнения судом приняты; заявление рассматривается в уточненной редакции.

Конкурсный управляющий ФИО1 в судебном заседании требования в уточненной редакции поддержала. В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указала, что ряд гражданско-правовых сделок между ООО «СТиЛ» и ФИО2, между ФИО2 и Учителем Аркадием, передача Учителем Аркадием имущества в уставный капитал ООО «Система», между ООО «Система» и ООО «Сибрай» являются одной притворной сделкой. Конкурсный управляющий утверждает, что ООО «СТиЛ» по договору купли-продажи от 17.08.2009 произвело отчуждение кафе-кулинарии в пользу ФИО2 за 17 000 000 руб., но ФИО2 не произвел оплату по данному договору. А все сделки прикрывают собой одну сделку дарения между ООО «СТиЛ» и ООО «Сибрай».

Представитель конкурсного кредитора ООО «Система Чибис», извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не прибыл, о причинах неявки не уведомил. Ранее позицию конкурсного управляющего поддерживал и настаивал на удовлетворении требования.

Ответчик, возражая против иска, в письменном отзыве сослался на необоснованность требований и доводов арбитражного управляющего. Ответчик указал, что ООО «Сибрай» приобрело спорное имущество именно у ООО «Система» по договору купли-продажи и оплатило за него согласованную сторонами денежную сумму в размере 20 000 000руб., а не у должника ООО «СТиЛ». Должник в силу пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации и не мог выступать стороной такой сделки, так как не являлся собственником данных объектов недвижимости. Между ООО «Сибрай» и ООО «СТиЛ» никогда не подписывался договор купли-продажи спорной недвижимости и не согласовывались существенные условия такого договора. Ответчик указал, что ООО «Сибрай» не является взаимозависимым или аффилированным лицом с ООО «СТиЛ», ООО «Система», ни с другими ответчиками, следовательно, доводы конкурсного управляющего о притворной сделке купли-продажи или дарения спорного имущества между ООО «Сибрай» и ООО «СТиЛ» несостоятельны. Ответчик считает, что никаких правовых оснований для юридической квалификации ряда гражданско-правовых сделок в качестве одной сделки дарения конкурсным управляющим ООО «СТиЛ» не приведено, не считая ссылок на статьи 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и что конкурсный управляющий полагает несуществующую в природе сделку между ООО «СТиЛ» и ООО «Сибрай» ничтожной в силу дарения со ссылкой на пункт 4 статьи 575 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчик указал, что конкурсным управляющим не приведены доказательства недействительности сделки ни по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), ни по основаниям, предусмотренным ст. 103 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в связи с чем отсутствуют основания для истребования недвижимого имущества у добросовестного приобретателя ООО «Сибрай». Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности. Кроме того, ответчик просил производство по рассматриваемому требованию прекратить со ссылкой на пункт 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указав на то, что ранее в производстве Арбитражного суда Иркутской области уже имелось дело по иску между теми же сторонами о том же предмете и по тем же основаниям.

Ответчик ФИО2 заявленные требования отклонил по изложенным в письменном отзыве доводам, заявил о пропуске срока исковой давности. По существу, заявленных требований указал, что спорный договор между должником и ФИО8 по отчуждению спорных объектов недвижимости являлся реальной сделкой, со стороны покупателя была произведена оплата в сумме 17 000 000руб. Переход права собственности был зарегистрирован в ЕГРП. Впоследствии объект был продан Учителю А., что также было зарегистрировано. В связи с реализацией объекта недвижимости ФИО8 сдал налоговую декларацию по налогу на доходы физических лиц (форма – 3НДФЛ). Считает, что оснований для признания сделок притворными не имеется. Также указал, что ООО «Складские технологии и логистика» при продаже спорного объекта получило прибыль, поскольку балансовая стоимость имущества составляла 13 996 875 руб. Ответчик также указал, что конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что на момент совершения сделки ООО «Складские технологии и логистика» отвечало признакам неплатежеспособности.

Третьи лица ООО «Маяк», ОАО «Сбербанк России», а также конкурсный кредитор ООО «Чайна 38»» возражали против удовлетворения заявления конкурсного управляющего по основаниям, изложенным в письменных отзывах.

Уполномоченный орган, надлежащим образом уведомленный о месте и времени рассмотрения дела, своего представителя для участия в судебном заседании не направил; об уважительности неявки суд не уведомил, ходатайств не заявил, отзыв на заявление не представил.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежащим образом уведомленные о месте и времени рассмотрения заявления, своих представителей для участия в судебном заседании не направили; ходатайств не заявили.

Исследовав материалы дела, выслушав конкурсного управляющего, представителя третьего лица, суд приходит к следующему.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом и Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 2 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» на конкурсного управляющего возложена обязанность по принятию мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящихся у третьих лиц. Для действительной реализации вышеуказанных полномочий законодатель предусмотрел возможность обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с заявлением о признании сделок должника недействительными, а также о применении последствий недействительности сделок, т.е. возможность применения общих способов защиты гражданских прав.

Одним из способов защиты гражданских прав в соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки.

Общие положения о недействительности сделок установлены § 2 Главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрены специальные основания оспаривания сделок должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

Порядок рассмотрения заявлений об оспаривании сделок в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), а также основания оспаривания сделок урегулированы Главой III.I Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Лицом, уполномоченным подавать заявления об оспаривании сделки должника в ходе конкурсного производства в соответствии со статьей 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве), является конкурсный управляющий.

Из указанной нормы следует, что при оспаривании сделки конкурсный управляющий действует от имени должника и оспаривает сделки по своей инициативе, либо по решению собрания кредиторов.

Следовательно, конкурсный управляющий ООО «Складские технологии и логистика» ФИО1 правомерно обратилась в рамках дела о банкротстве с заявлением об оспаривании сделки должника.

Судом рассматривается обоснованность заявления конкурсного управляющего ФИО1 об оспаривании сделки по отчуждению должником в пользу ООО «Сибрай» следующего недвижимого имущества: нежилого помещения магазина, кафе-кулинария, расположенного на 1, 2, 3 этажах панельного здания, общей площадью 772 кв.м., расположенного по адресу: г. Иркутск, б. ФИО7, 20Б, кадастровый номер 38-38-01/007/2005-983 (далее – спорное недвижимое имущество).

Как следует из материалов дела, 17.08.2009 между Обществом с ограниченной ответственностью «Складские технологии и логистика» (далее - продавец), в лице генерального директора ФИО9 и гражданином ФИО10 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, согласно условиям которого Продавец продает, а Покупатель приобретает в собственность спорное недвижимое имущество.

Стоимость указанного недвижимого имущества согласно условиям договора купли-продажи, составила 17 000 000 рублей.

В Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним была внесена запись № 38-38-01/122/2009-112 от 11.09.2009 о переходе права собственности на объект недвижимости от ООО «СТиЛ» к ФИО2.

Между ФИО2 и Учитель Аркадием 16.12.2009 заключен договор купли-продажи в отношении Объекта. Договорная стоимость определена в размере 17 000 000 рублей. Оплата осуществляется в течение трех банковских дней (п. 2.3.3. договора).

Государственная регистрация перехода права собственности была осуществлена 29.12.2009.

Учитель Аркадий и ФИО5 26.04.2010 приняли решение о создании ООО «Система» с внесением в качестве вклада в уставный капитал общества спорного недвижимого имущества.

Впоследствии 23.08.2010 между ООО «Система» (далее - продавец) и ООО «Сибрай» (далее – покупатель) был заключен договор купли-продажи № 3/КП спорного недвижимого имущества.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним ООО «Сибрай» является правообладателем спорного объекта.

Полагая, что недвижимое имущество отчуждено должником по цене, которая существенно ниже его рыночной стоимости, чем причинен вред имущественным интересам кредиторов должника, а также на притворность этой сделки, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим требованием, ссылаясь на пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации под притворной сделкой понимается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 02.08.2005 № 2601/05, по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки для применения пункта 2 статьи 170 Кодекса недостаточно.

В предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

При этом во внимание принимаются не только содержание договора, но и иные обстоятельства, включая соответствующее поведение сторон (совокупность обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора). Цель - прикрыть истинную сделку - может достигаться как оформлением одного договора, так и путем составления нескольких сделок. Признаком притворности сделки является несовпадение волеизъявления сторон с их внутренней волей при совершении сделки.

По основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки для применения указанной нормы недостаточно.

Кроме того, из содержания пункта 2 статьи 170 Кодекса следует, что притворная сделка должна быть совершена между теми же сторонами, что и «прикрываемая».

Обращаясь с иском о признании сделок ничтожными по указанному основанию, согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец должен доказать, что воля сторон была направлена на совершение прикрываемой сделки, что они не имели намерения исполнять притворные сделки, что они действительно не были исполнены и не породили правовых последствий для третьих лиц.

Как уже отмечено, истец полагает, что спорные сделки заключены с целью прикрыть безвозмездную передачу имущества ООО «Складские технологии и логистика» в пользу ООО «Сибрай».

Между тем из содержания предмета договора купли-продажи от 17.08.2009, а также действий сторон вследствие его исполнения следует, что к данной сделке невозможно применение положения части 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации в части притворности, поскольку доказательств, обосновывающих фактическое прикрытие данной сделкой какой-либо иной сделки судом не установлено.

Договор купли-продажи от 17.08.2009 сторонами исполнен, а в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним была внесена запись № 38-38-01/122/2009-112 от 11.09.2009 о переходе права собственности на объект недвижимости от ООО «СТиЛ» к ФИО2.

То есть, сделка совершена в полном объеме с достижением результата, который преследовали стороны, заключая данную сделку.

Доводы о безвозмездности данной сделки голословны и документально не подтверждены, а текст договора купли-продажи и дальнейшие действия не позволяют отнести его к безвозмездным, поскольку квалифицирующим признаком дарения согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации является его безвозмездность.

В силу пункта 2 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательным признаком договора дарения должно служить вытекающее из соглашения очевидное намерение передать имущество или право требования в качестве дара.

Из оспариваемого договора такое намерение не усматривается.

Все последующие сделки также исполнены, недвижимое имущество передано покупателю и, впоследствии, за ним зарегистрировано; денежные средства уплачены продавцу, в связи с чем приходит к выводу о том, что совершенные сделки купли-продажи имущества не свидетельствуют о наличии признаков притворности.

Заявитель, оспаривая доводы ответчика Вагнера А., указал, что представленные ответчиком чеки ККМ (от 16.09.2009 на сумму 8 100 000 руб., от 16.09.2009 на сумму 8 100 000 руб., от 16.09.2009 на сумму 720 000 руб., от 16.09.2009 на сумму 80 000 руб.) в подтверждение осуществления платежей в пользу ООО «СТиЛ» являются мнимыми, поскольку ФИО2 на момент оформления чеков ККМ не имел реальной финансовой возможности осуществить расчет по договору от 17.08.2009 на сумму 17 000 000 руб., у Вагнера А. отсутствовали реальные источники дохода, позволяющие привести оплату в указанном размере, в связи с чем, им заявлено о фальсификации указанных документов.

В судебном заседании 02.06.2015 в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представителю ФИО2 ФИО11 разъяснены последствия фальсификации доказательств, установленные статьей 303 Уголовного кодекса Российской Федерации за фальсификацию доказательств, о чем отобрана подписка, приобщенная к протоколу судебного заседания. Представителю конкурсного управляющего ФИО3 разъяснены уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств, установленные статьей 306 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем отобрана подписка, приобщенная к протоколу судебного заседания.

ФИО2 в отзыве на заявление о фальсификации, представленном суду 08.04.2015, указал, что данные доказательства оплаты являются подлинными, относимыми и допустимыми, факт реальной оплаты денежных средств по договору от 17.08.2009 также подтверждается иными доказательствами, в том числе декларацией по налогу на прибыль ООО «СТиЛ», в которой отражен факт получения обществом прибыли при совершении данной сделки, налоговыми декларациями ответчика, в которых отражен факт оплаты по договору от 17.08.2009; финансовое положение Вагнера А. позволяло совершить данную сделку, денежные средства, переданные в оплату денежные средства, получены 14.08.2009 по договору займа с ФИО12; факт того, что денежные средства из кассы ООО «СТиЛ» не сданы в банк, не свидетельствует о том, что они не внесены Вагнером А. в кассу общества.

Ответчику предложено исключить из числа доказательств по делу, оспариваемые чеки ККМ.

Представитель ответчика против заявления о фальсификации доказательств возразил, от исключения доказательств отказался.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения заявления и признания спорных документов сфальсифицированными, не установлены, поскольку доводы представителя конкурсного управляющего ФИО3 опровергаются документами представленными ответчиком и подтверждают факт наличия у него денежных средств для оплаты приобретенного имущества. Косвенно факт реализации подтверждается представленными налоговыми декларациями о предоставлении налогового вычета с указанной суммы.

Суд установил и материалами дела подтверждено, что собственником и фактическим владельцем спорных объектов недвижимости является ООО «Сибрай», которое самостоятельно использует данные объекты недвижимости и несет бремя расходов по их содержанию, а также произвело улучшения данных объектов недвижимости.

Кроме того, субъектный состав притворных («прикрывающих») и ничтожной («прикрываемой») сделок единым не является (неоднороден): отчуждателем по первой сделке путем передачи имущества другому собственнику – ФИО2 являлось ООО «СТиЛ», а лицо, получившее имущество – ФИО2, Аркадий Учитель, ООО «Система», продавцом по последней сделке выступало ООО «Система», а покупателем – ООО «Сибрай».

Доказательств того, что указанные лица действовали от имени и в интересах ООО «СТиЛ» и ООО «Сибрай», не имеется.

У суда также не имеется оснований считать, что ряд гражданско-правовых сделок между должником и ФИО2, между ФИО2 и Учителем А., между Учителем и ООО «Система», между ООО «Система» и ООО «Сибрай» являются одной притворной сделкой, поскольку какая-либо взаимозависимость (заинтересованность) со стороны ООО «Сибрай», как по отношению к должнику ООО «СТиЛ», так и по отношению к остальным участникам сделок оспариваемых конкурсным управляющим, отсутствует.

Согласно п. 1 ст. 19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником (подробно понятие группы лиц раскрыто в ст. 9 ФЗ «О защите конкуренции»);

- лицо, которое является аффилированным лицом должника (подробно понятие аффилированного лица раскрыто в ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1).

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также (п. 2 ст. 19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»):

- руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве;

- лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

- лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Вместе с тем в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что ООО «Сибрай» на момент совершения оспариваемой сделки входило в одну группу лиц с должником, являлось аффилированным лицом должника, участником должника или лицом, имеющим право давать обществу обязательные для него указания.

Материалами дела также не подтверждается, что при первоначальной купле-продажи спорного объекта и последующее его отчуждении ФИО2, данное лицо или следующий собственник Учитель Аркадий имели намерение осуществить в будущем отчуждение спорных объектов недвижимости именно ООО «Сибрай».

Суд считает, что конкурсный управляющий ООО «Складские технологии и логистика» не доказал всю совокупность обстоятельств для признания сделки – по отчуждению спорного объекта имущества должника в пользу ООО «Сибрай» недействительной.

Таким образом, оснований для признания оспариваемых договоров недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда не имеется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия данного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходима совокупность следующих обстоятельств: сделка должна быть совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате ее совершения такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из названных обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Суд приходит к выводу, что совокупность условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания спорных сделок недействительными не доказана, поскольку доказательств совершения ответчиками сделок лишь с намерением причинить вред кредиторам должника не имеется, как и не имеется доказательств злоупотребления со стороны ответчиков.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности конкурсным управляющим одного из необходимых условий признания спорной сделки недействительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, что, в свою очередь, является достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Далее, поскольку в удовлетворении требования о признании недействительными сделок судом отказано, следовательно, основания для применения последствий недействительности данных сделок у суда отсутствуют.

Кроме того, ответчиками – ООО «Сибрай» и ФИО2 заявлено о пропуске срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления.

В соответствии с положениями статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с п. 1 ст. 197 Гражданского кодекса Российской Федерации, для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Вместе с тем, заявление ответчиков о применении срока исковой давности является обоснованным.

На требования о признании ничтожной сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности распространяется трехлетний срок исковой давности, установленный пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение которого начинается со дня, когда началось исполнение сделки.

В рассматриваемом случае течение данного срока начинается с момента принятия ООО «Складские технологии и логистика» решения о создании ООО «Иркутская недвижимость» и внесения имущества в уставный капитал и его исполнения. Сделка совершена в 2009 году, а именно в январе, апреле, а последняя в мае 2010. Таким образом, течение срока исковой давности заканчивается в 2013 году. В связи с тем, что первоначально иск был предъявлен 22.04.2014, срок исковой давности истцом пропущен.

Принимая во внимание заявленные исковые требования, обоснованные истцом статьями 168, пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, у суда имеются основания к отказу в иске и за пропуском истцом срока исковой давности.

Всем существенным доводам сторон судом дана соответствующая оценка, что нашло отражение в данном решении; иные доводы и пояснения несущественны и на выводы суда не влияют.

Расходы по государственной пошлине суд относит на истца в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 61.2, 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛ:

Отказать конкурсному управляющему ООО «Складские технологии и логистика» ФИО1 в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными и о применении последствий недействительности сделок.

Определение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня вынесения определения через Арбитражный суд Иркутской области.

Судья Е.Ю. Колосова