Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ванюковой Е.В., рассмотрев в судебном заседании в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Свинокомплекс Максимовский», 249053, Калужская область, Малоярославецкий район, д. Максимовка, ОГРН <***>, ИНН <***>

заявление акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк», 119034, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***> в лице Калужского РФ АО «Россельхозбанк», 248001, <...>,

и конкурсного управляющего должника ФИО1

о признании недействительными договора залога (ипотеки) № З-02/2016 от 11.11.2016, договора залога имущества № З-01/2016 от 20.10.2016, заключенных между должником и ФИО2,

в отсутствие участвующих в деле лиц,

У С Т А Н О В И Л:

В производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Свинокомплекс Максимовский».

Определением Арбитражного суда Калужской области от 21.02.2018 (резолютивная часть объявлена 19.02.2018) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО1.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 25.12.2018 (резолютивная часть объявлена 20.12.2018) общество с ограниченной ответственностью «Свинокомплекс Максимовский» признано банкротом, конкурсным управляющим утвержден член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО1.

Акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» и конкурсный управляющий должника Каретников Леонид Михайлович обратились в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными договора залога (ипотеки) № З-02/2016 от 11.11.2016, договора залога имущества № З-01/2016 от 20.10.2016, заключенных между должником и Барановым О.В.

В обоснование требования заявители ссылались на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", указывая, что сделка направлена на причинение вреда кредиторам и причинила вред кредитору АО «Россельхозбанк», поскольку последний является залогодержателем в отношении смежного объекта, а также что заключение сделки повлечет преимущественное удовлетворение требований одного из кредиторов, при заключении сделок допущено злоупотребление правом.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, к участию в обособленном споре привлечена ФИО3 как реестровый кредитор, требование которого признано обеспеченным залогом имущества должника на основании оспариваемых сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Исходя из положений пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе, право на неуплаченные проценты.

Законом о банкротстве особенностей в отношении регулирования вопросов о процессуальном правопреемстве в рамках дела о банкротстве не содержит, в связи с чем, при рассмотрении вопроса о процессуальном правопреемстве в деле о банкротстве следует руководствоваться положениями статьи 48АПК РФ.

Частью 1 статьи 48 АПК РФ предусмотрено, что в случае выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка права требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательстве) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает об этом в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Таким образом, для удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве суду следует проверить соответствие договора цессии положениям главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации и установить, что фактические обстоятельства, являющиеся основанием для правопреемства, подтверждены надлежащими доказательствами.

Согласно договору № 102700/017UP уступки прав (требований) от 14.05.2019 года АО «Россельхозбанк» (цедент) уступил ФИО4 (цессионарий) права требования к ООО «Свинокомплекс Максимовский».

Согласно договору уступки прав требования от 29.04.2019 года Баранова Е.О. (цедент) уступила ООО «Максимовский Бекон» (цессионарий) права требования по договору займа № ЗМ-02-2017/01 от 01.06.2010, заключенного между Барановым Олегом Валерьевичем и обществом с ограниченной ответственностью "Свинокомплекс Максимовский".

Определениями Арбитражного суда Калужской области от 31.07.2019 осуществлена соответствующая процессуальная замена кредиторов в реестре требований кредиторов.

С учетом изложенного, на основании заявлений ФИО4 и ООО «Максимовский Бекон» суд производит процессуальную замену заявителя АО «Российский Сельскохозяйственный банк» на ФИО4, третьего лица ФИО3 на правопреемника Общество с ограниченной ответственностью «Максимовский бекон».

Конкурсным кредитором ФИО4 заявлен отказ от заявления об оспаривании сделок должника.

Изучив материалы заявления, суд находит, что отказ заявителя от заявленных требований не противоречит закону, не нарушает права других лиц, в связи с чем, в силу статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом принимается.

Конкурсный управляющий должника представил дополнительную письменную позицию к заявленному им требованию, в соответствии с которой объем имущества должника позволяет полностью погасить текущую и реестровую задолженность, а также частично погасить задолженность перед залоговыми кредиторами по результатам реализации залогового имущества, в связи с чем конкурсный управляющий должника оставляет разрешение заявления на усмотрение суда, на удовлетворении заявления не настаивает.

Изучив заявленное требование и приложенные к нему документы, суд приходит к следующим выводам.

Определением от 20.11.2017 к производству было принято заявление о признании ООО «Свинокомплекс Максимовский» несостоятельным (банкротом) и определением Арбитражного суда Калужской области от 21.02.2018, резолютивная часть которого объявлена 19.02.2018, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 25.12.2018, резолютивная часть которого объявлена 20.12.2018 года, ООО «Свинокомплекс Максимовский» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден член Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО1.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по

правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.

На основании пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в силу пункта 1 статьи 61.1 данного закона) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Арбитражным судом Калужской области в определении от 14.12.2018 и Двадцатым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 27.02.2019 по нестоящему делу установлены следующие обстоятельства.

Согласно п. 1.2. договора предмет залога: газопровод высокого давления, назначение: газопровод, протяженностью 802 м, адрес (местонахождение) объекта: Калужская область, Малоярославецкий район, д. Максимовка, кадастровый номер: 40:13:000000:1237.

Указанный договор зарегистрирован в Управлении Росреестра по Калужской области 21.11.2016.

Кроме того, 20.10.2015 года между ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью "Свинокомплекс Максимовский"

был заключен договор залога имущества № З-01/2016 в обеспечение полного и надлежащего исполнения обязательств залогодателя (заемщика) перед залогодержателем (займодавцем), возникших на основании заключенного между сторонами договора займа № ЗМ-02-2017/01 от 01.06.2010, согласно которому залогодатель передает залогодержателю в залог имущество, подробное описание которого, его индивидуализирующие признаки указаны в приложении № 1 к договору.

Согласно приложению № 1 к договору залога имущества № З-01/2016 в залог было предано движимое имущество: автоматические кормушки в здании откорма на 2880 мест (48 штук), автопоилки в здании откорма на 2880 мест (1 комплект), система охлаждения и регулировки влажности в здании откорма на 2880 мест (1 комплект), автопоилки в здании опороса и доращивания (2 комплекта), система охлаждения и регулировки влажности в здании опороса и доращивания (2 комплекта), комплект ограждения в здании опороса и доращивания (1 комплект), оборудование и комплектующие для лаборатории (согласно товарной накладной № 2), оборудование и комплектующие для лаборатории (согласно товарной накладной № 3), электроагрегатор дизельный 250 кВт (313 кВа (1 шт), трансформатор ТМГ11 (1 шт), жироуловитель «ЖЛ-6П» (1 шт), крематор УД-300 (1 шт.).

Возражая против установления требования кредитора ФИО3 в качестве обеспеченного залогом имущества должника в рамках обособленного спора, рассмотренного судом 14.12.2018, управляющий ссылался на аффилированность участвующих в правоотношениях лиц, а также на то обстоятельство, что сделки по передаче имущества в залог являются подозрительными сделками и заключены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а именно на п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суды, проверив указанные доводы, указали, что согласно пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", в силу которого сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или

после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как указано в разъяснениях, данных в п. 5, 6, 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", п. 2 ст. 61.2 указанного закона предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Судами при рассмотрении обособленного спора об установлении требования кредитора ФИО3 в качестве обеспеченного залогом имущества должника произведен подробный анализ финансового состояния должника, по результатам которого не установлено причинение вреда имущественным правам кредиторов совершением указанных сделок по залогу.

Вышеуказанные установленные судами обстоятельства принимаются судом в порядке статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве не подлежащих повторному доказыванию.

В настоящем обособленном споре конкурсным управляющим заявлены те же доводы, при этом конкурсный управляющий должника самостоятельно подтверждает отсутствие надлежащих доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав представителей участвующих в деле лиц, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных требований.

Довод заявления о том, что заключение оспариваемых сделок было направлено на причинение вреда кредитору АО «Россельхозбанк» путем снижения стоимости залогового имущества АО «Россельхозбанк», отклоняется судом.

Конкурсный управляющий указал, что в залог передано имущество (газопровод, кормушки, поилки, система вентиляции и прочее), без которого нормальное функционирование свинокомплекса невозможно.

Суд неоднократно предлагал участвующим в деле лицам представить экономическое обоснование довода об уменьшении цены имущества, находившегося в залоге у указанного кредитора, в результате реализации иного имущества в качестве залогового, по сравнению с реализацией этого же имущества без применения специальных правил о залоге.

Такие сведения суду представлены не были.

Каких-либо иных новых доводов, не являвшихся предметом оценки суда при рассмотрении обособленного спора об установлении требования кредитора Барановой Е.О. в качестве обеспеченного залогом имущества должника, конкурсным управляющим должника не заявлено.

В части применения положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации заявителем не указано, на причинение вреда кому и каким образом направлено заключение оспариваемых сделок, с учетом выводов, изложенных Арбитражным судом Калужской области в определении от 14.12.2018 и Двадцатым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 27.02.2019, а также имеющейся очевидной экономической цели обеспечения исполнения денежного обязательства, действительность которого не оспаривается сторонами.

Судом апелляционной инстанции в постановлении от 27.02.2019 указано, что действующее законодательство не содержит запрета на совершение обеспечительных сделок с аффилированными лицами. Более того, в деловой практике очень часто финансирование деятельности предприятия осуществляется его участниками или действующими руководителями в тот период, пока предприятие выйдет на самоокупаемость, либо завершит процесс перевооружения или реконструкции своих основных средств. Согласно ст.45 ФЗ № 14 «Об обществах с ограниченной ответственностью» такие сделки являются сделками с заинтересованностью и требуют утверждения на общем собрании участников.

Вышеназванные обеспечительные сделки по передаче в залог ФИО2 имущества и оборудования были одобрены общим собранием участников должника, в подтверждение чего в материалы дела была представлена копия протокола общего собрания, при этом, заинтересованное лицо ФИО2 в голосовании по этим вопросам участия не принимал. Из материалов дела также следует, что по условиям кредитной заявки должника все имеющееся на тот момент его имущество передавалось в залог конкурсному кредитору, поэтому у должника не было возможности предоставить в залог свое имущество в обеспечение обязательств перед ФИО2 по договору займа № ЗМ- 02- 2017/01 от 01.06.2010. Такая возможность появилась у должника только после завершения строительства газопровода высокого давления в середине 2015 года. До подписания договора ипотеки газопровода высокого давления последний письменно обращался к конкурсному кредитору с просьбой разрешить должнику передать в повторный залог часть имущества, уже заложенного ему в обеспечение обязательств должника по кредитным договорам, но получил письменный отказ.

После завершения строительства газопровода высокого давления и ввода его в эксплуатацию этот объект оказался свободным от залога, т.к. располагался на земельном участке районной администрации, а не на уже находящихся в залоге земельных участках Должника. Тем не менее, должник сначала неоднократно предлагал конкурсному кредитору передать ему в залог весь свиноводческий комплекс, как один производственный объект (включая и газопровод высокого давления), но получал письменный отказ. Только после этого должник подписал спорный договор залога (ипотеки) газопровода высокого давления с ФИО2

Оборудование, переданное в залог ФИО2 было приобретено должником лишь 2014 году на собственные средства должника и в залоге у конкурсного кредитора не состояло. Таким образом, должник не имел возможности

подписать с Барановым О.B. одновременно обеспечительные договоры в 2010 году при заключении договора займа.

Судом апелляционной инстанции также указано, что ссылки заявителей жалоб, в том числе банка, на то, что заключение вышеназванных обеспечительных сделок с ФИО2 наносит вред имущественным интересам других кредиторов, несостоятельны и противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления об оспаривании сделок должника.

На основании статей 61.1, 61.2, 61.6, 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», руководствуясь статьями 110, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

Произвести замену заявителя Акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» на правопреемника ФИО4, произвести замену третьего лица ФИО3 на правопреемника Общество с ограниченной ответственностью «Максимовский бекон».

Принять отказ ФИО4 от заявления об оспаривании сделки должника, прекратить производство по заявлению от 18.01.2019.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Свинокомплекс Максимовский» ФИО1 о признании недействительными сделок - договора залога (ипотеки) № З-02/2016 от 11.11.2016, договора залога имущества № З-01/2016 от 20.10.2016, заключенных между должником и ФИО2, отказать.

Определение вступает в силу немедленно и может быть обжаловано в Двадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его вынесения путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Калужской области.

Судья А.В. Сыбачин