Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Иванушкиной К.Ю.
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания
ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании заявления финансового управляющего ФИО2:

- о разрешении разногласий и признании имущества, принадлежащего одному
из супругов, совместной собственностью супругов;

- о признании недействительной сделки – договора дарения от 28.02.2008, заключенного между ФИО3 и ФИО4 и применении последствий недействительности сделки;

- о признании недействительной сделки – соглашения о разделе имущества 03.09.2008, заключенного между ФИО3 и ФИО4 и применении последствий недействительности сделки

по делу А24-1645/2018 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Витос» о признании несостоятельным (банкротом) гражданина ФИО3,

созаявитель по обособленным спорам об оспаривании сделок – кредитор ФИО5,

при участии:

от финансового управляющего: ФИО2 – лично;

от ФИО3:

от ФИО4:

от иных лиц, участвующих в деле:

ФИО6 – представитель по доверенности
от 24.09.2019, сроком на 3 года;

ФИО6 – представитель по доверенности
от 08.09.2020, сроком на 5 лет;

не явились,

установил:

02.04.2018 в арбитражный суд поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Витос» (далее – заявитель, ООО «Витос») о признании несостоятельной (банкротом) гражданки ФИО4 (далее – должник, ФИО4) (дело №А24-1645/2018).

Определением суда от 14.06.2018 заявление ООО «Витос» принято к производству.

Определением от 05.09.2018 заявление ООО «Витос» признано обоснованным,
в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком
на четыре месяца. Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2.

Кроме того, 03.05.2018 в арбитражный суд поступило заявление ООО «Витос»
о признании несостоятельным (банкротом) гражданина ФИО3 (далее – должник, ФИО3) (дело № А24-2433/2018).

Определением суда от 09.07.2018 заявление принято к производству.

Определением от 13.08.2018 заявление ООО «Витос» признано обоснованным,
в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком
на четыре месяца. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО7.

Определением суда от 19.03.2019 дело № А24-2433/2018 о банкротстве ФИО3 объединено с делом № А24-1645/2018 о банкротстве ФИО4

Финансовым управляющим в объединенном деле о банкротстве№ А24-1645/2018 утверждена ФИО2 Полномочия финансового управляющего ФИО7 в деле о банкротстве ФИО3 прекращены.

Решением от 03.07.2019 граждане О-вы признаны банкротами, в отношении должников введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим утверждена ФИО2

Объявление 77230703001 о введении в отношении должников процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 14.09.2019 № 167.

22.08.2021 в арбитражный суд через систему «Мой Арбитр» поступило заявление финансового управляющего о разрешении разногласий, возникших между финансовым управляющим и ФИО3, а также его супругой ФИО4 На основании пункта 1 статьи 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункта 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), пункта 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) финансовый управляющий просит:

- признать нежилое помещение площадью 137,3 кв. м, 1 этаж, расположенное по адресу: <...>, совместной собственностью ФИО3 и ФИО4;

- признать за ФИО3 право собственности на ? доли нежилого помещения площадью 137,3 кв. м, 1 этаж, расположенного по адресу: <...>;

- признать квартиру, назначение жилое, площадью 55,6 кв. м, 3 этаж, расположенную по адресу: <...>, совместной собственностью ФИО3 и ФИО4;

- признать за ФИО3 право собственности на ?доли на квартиры, назначение жилое, площадью 55,6 кв. м, 3 этаж, расположенной по адресу:
<...>;

- признать Здание Котельная, назначение: нежилое, 1-этажный, площадью 147 кв. м, и земельный участок, расположенные по адресу: <...>
, совместной собственностью ФИО3 и ФИО4;

- признать за ФИО3 право собственности на ? доли на Здание Котельная, назначение: нежилое, 1 этажный, площадью 147 кв. м, и земельный участок, расположенные по адресу: <...>.

Определением от 01.10.2021 производство по делу № А24-1645/2018 по заявлению ООО «Витос» в части признания несостоятельной (банкротом) ФИО4 (ИНН <***>) прекращено в связи с удовлетворением требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника – ФИО4 Прекращены полномочия ФИО2 в качестве финансового управляющего имуществом должника – ФИО4 (постановлениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2022 и Арбитражного суда Дальневосточного округа от 29.04.2022 определение от 01.10.2021 оставлено без изменения).

Определением от 10.03.2022 к участию в обособленном споре привлечена ФИО4.

10.03.2022 в арбитражный суд через систему «Мой Арбитр» поступили заявления финансового управляющего:

- о признании недействительной сделки – договора дарения от 28.02.2008, заключенного между ФИО3 и ФИО4 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу;

- о признании недействительной сделки – соглашения о разделе имущества 03.09.2008, заключенного между ФИО3 и ФИО4 и применении последствий недействительности в виде возврата имущества в конкурсную массу.

Определением от 11.05.2022 суд объединил вышеуказанные обособленные споры в одно производство для совместного рассмотрения и привлек к участию в обособленном споре в качестве созаявителя кредитора ФИО3 – ФИО5 (ИНН <***>) (на основании поданных ею ходатайств по спорам о признании недействительными договора дарения и соглашения о разделе имущества).

12.05.2022 от представителя О-вых поступил отзыв на заявления финансового управляющего, просит отказать в удовлетворении заявленных требований по причине пропуска исковой давности.

В судебном заседании 02.06.2022 представитель О-вых заявил устное ходатайство о пропуске ФИО5 срока исковой давности, полагал, что о нарушении своих прав созаявителю было известно с 2009 года.

21.06.2022 от ФИО5 поступили письменные возражения на заявление О-вых о пропуске срока исковой давности, в случае признания судом срока исковой давности пропущенным ходатайствует о его восстановлении.

21.06.2022 финансовый управляющий представил письменные возражения на заявление О-вых о пропуске срока исковой давности, дополнил основания заявленных требований и просил признать оспариваемые сделки не только по общим, но и по специальным основаниям в порядке главы III.1 Закона о банкротстве, а именно по пункту 2 статьи 61.2 названного закона.

08.08.2022, 22.08.2022 от представителя О-вых поступили дополнительные письменные возражения.

Лица, участвующие в деле, кроме указанных, явку своих полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Информация о времени и месте судебного заседания размещалась на официальном сайте Арбитражного суда Камчатского края в сети Интернет (http://kamchatka.arbitr.ru).

Судебное заседание проводится в отсутствие не явившихся лиц в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО2 поддержала заявленные требования в полном объеме, считает, что срок исковой давности ею не пропущен, заявление о разрешении разногласий, поступившее 22.08.2021, просила рассматривать в качестве требований о применении последствий недействительности сделок (договора дарения и соглашения о разделе имущества).

Заслушав объяснения финансового управляющего ФИО2, представителя граждан О-вых, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ доказательства по делу, суд пришел к следующему.

Как следует из материалов дела,28.02.2008 между супругами О-выми заключен договор дарения, по условиям которого ФИО3 (даритель, муж) подарил ФИО4 (одаряемая, жена) в собственность квартиру, находящуюся по адресу:
<...>, полезной площадью 55,6 кв. м, в том числе жилой площадью 34,2 кв. м, состоящую из двух комнат, расположенную на третьем этаже панельного дома (пункт 1 договора дарения) (том 1 , л. д. 11–12).

Договор дарения зарегистрирован в установленном законом порядке, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 06.03.2008
серии 41АВ № 015822 (том 1, л. д. 55).

03.09.2008 между ФИО3 и ФИО4 заключено соглашение о разделе совместно нажитого имущества в период проживания в зарегистрированном браке (том 1, л. д. 13), согласно пункту 1 которого в состав совместно нажитого имущества входит:

- нежилые помещения поз. 24–29 первого этажа в жилом доме по пр. Победы, дом 9 в г. Петропавловске-Камчатском, условный номер 41-41-01-/113/2208-559;

- здание котельной по адресу: <...>.

В соответствии с пунктом 2 соглашения раздел имущества производится в следующем порядке: ФИО4 получает право собственности на нежилые помещения поз. 24-39 первого этажа в жилом доме по пр. Победы, дом 9 в г. Петропавловске-Камчатском, условный номер 41-41-01-/113/2208-559 и право собственности на здание котельной по адресу: <...>.

Согласно имеющимся в материалах дела свидетельствам о государственной регистрации права от 26.09.2008 серии 41 АВ № 026233, серии 41 АВ № 027665 перечисленные выше объекты недвижимого имущества зарегистрированы на праве собственности за ФИО4 на основании соглашения о разделе имущества
от 03.09.2008.

По мнению финансового управляющего ФИО2, сделки, на основании которых ФИО8 приобрела объекты недвижимости, совершены с пороками, являются ничтожными, имеют признаки притворности, следовательно, не влекут никаких правовых последствий. Спорное имущество было приобретено в браке на средства ФИО3, в последующем на безвозмездной основе перешло к его супруге с целью сбережения активов и уклонения от исполнения обязательств перед кредитором ФИО5 Финансовый управляющий полагает, что при таких обстоятельствах ФИО3 имеет право претендовать на ? доли в отношении спорных объектов недвижимости, принадлежащих ФИО4

Вышеприведенные обстоятельства послужили основанием для обращения финансового управляющего ФИО2 22.08.2021 с заявлением о разрешении разногласий, возникших между ней, ФИО3 и его супругой ФИО4, в рамках дела о банкротстве А24-1645/2018. Согласно просительной части заявления о разрешении разногласий финансовый управляющий просит вышеуказанные объекты недвижимого имущества признать совместной собственностью супругов О-вых, а также признать за ФИО3 право собственности на ? доли в каждом из вышеперечисленных объектов недвижимого имущества (нежилые помещения по адресу: <...>; квартира по адресу: <...>; здание Котельная и земельный участок, расположенные по адресу: <...>).

Помимо этого, как указано выше, 10.03.2022 финансовый управляющий обратился с заявлениями о признании недействительнымисделок: договора дарения от 28.02.2008, соглашения о разделе имущества 03.09.2008, заключенных между ФИО3 и ФИО4, и применении последствий недействительности сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу. В обоснование заявлений финансовый управляющий сослался на то, что сделки совершены между заинтересованными лицами (супругами), со злоупотреблением правом, с целью избежать обращения взыскания спорное имущество, на момент совершения сделок у ФИО3 имелись неисполненные денежные обязательства перед кредитором ФИО5, в производстве Петропавловск-Камчатского городского суда находилось на рассмотрении исковое заявление ФИО5 к ФИО3 о взыскании суммы задолженности. По мнению финансового управляющего, заключение соглашения о разделе имущества и договора дарения привело к тому, что из состава имущества должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, в результате кредиторы не смогут получить удовлетворение требований за счет этого имущества, чем причинен вред имущественным правам кредиторов. Иное ликвидное имущество, на которое может быть обращено взыскание в объеме кредиторской задолженности, финансовым управляющим не выявлено.

Созаявитель по обособленным спорам о признании недействительными соглашения о разделе имущества и договора дарения ФИО5, привлеченная к участию в обособленном споре определением от 11.05.2022, поддерживает вышеизложенные доводы финансового управляющего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац 2 пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3–5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В данном случае оспариваемые сделки – договор дарения от 28.02.2008, соглашение о разделе имущества от 03.09.2009 заключены должником как физическим лицом до 01.10.2015.

Таким образом, учитывая, что оспаривание сделок должника-гражданина, не обладающего статусом индивидуального предпринимателя, по специальным основаниям Закона о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3) возможно только в отношении сделок, заключенных после 01.10.2015, суд приходит к выводу о том, что указанные сделки не могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

С учетом изложенного суд не рассматривает заявленное финансовым управляющим уточнение о признании сделок недействительными по специальным основаниям в порядке главы III.1 Закона о банкротстве, в частности, по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Таким образом, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 ГК РФ применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения и соглашения о разделе имущества может свидетельствовать совершение спорных сделок не в соответствии с их обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное должником имущество.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделок должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В пункте 8 Постановления № 25 разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. По смыслу пункта 2 статьи 170 ГК РФ сделка подлежит квалификации как притворная, если подтверждено, что воля сторон на момент совершения сделки не была направлена на установление соответствующих ей правовых последствий.

При совершении притворной сделки воля сторон направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду.

Суд отклоняет доводы финансового управляющего и созаявителя о том, что оспариваемые сделки направлены на причинение вреда кредиторам, и, что воля сторон не была направлена на установление соответствующих правовых последствий

Для того, чтобы квалифицировать сделку как недействительную по статьям 10 и 168 ГК РФ, необходимо установить недобросовестное поведение должника-банкрота в отношении своих кредиторов, направленность такого поведения на уменьшение конкурсной массы в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вместе с тем, как установлено судом в третью очередь реестра требований кредиторов должника – ФИО3 в деле №А24-2433/2018 (впоследствии присвоен №А24-1645/2018) включены требования следующих кредиторов: ООО «Витос» в размере 1 160 000 рублей убытков (определение от 16.08.2018 по делу №А24-2433/2018, период образования 2013–2016 гг.), ФНС в размере 575 983 рубля 40 копеек (определение от 18.01.2019 по делу №А24-2433/2018, период образования – 2018 г.), ООО «Витос» в размере 2 982 620 рублей убытков (определение от 15.03.2019 по делу №А24-2433/2018, период образования 2015 г.), ФИО5 в размере 3 220 300 рублей 61 копейка (определение от 14.10.2019, период образования 2009 год, на основании определения Петропавловск-Камчатского городского суда об утверждении мирового соглашения от 30.03.2009 по делу №2-1189/2009). Иные кредиторы в процедуре банкротства гражданина ФИО3 требования к нему не предъявляли.

По мнению суда, для определения того, что у должника при совершении сделок имелась цель причинения вреда своим кредиторам, необходимо установить, что в реестр включены требования кредиторов, обязательства перед которыми возникли до совершения оспариваемой сделки.

Вместе с тем, поскольку оспариваемые сделки совершены до возникновения у ФИО3 денежных обязательств перед кредиторами ООО «Витос» и ФИО5, они не могут быть оценены, как направленные на нарушение прав и законных интересов кредиторов, что является обязательным условием для квалификации сделок как совершенных со злоупотреблением правом в целях применения в деле о банкротстве.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для применения статьи 10 ГК РФ по требованиям финансового управляющего и ФИО5 о признании недействительными договора дарения от 28.02.2008, соглашения о разделе имущества от 03.09.2008.

Кроме того, представителем О-вых заявлено о пропуске срока исковой давности, как финансовым управляющим, так и ФИО5

Рассмотрев заявление представителя должника о пропуске срока исковой давности финансовым управляющим, суд пришел к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года.

Постановлением Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 60 «О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 60) пункт 10 Постановления № 32 дополнен новым положением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Как видно из материалов дела процедура реструктуризации долгов в отношении гражданина ФИО3 введена определением от 16.08.2018 по делу №А24-2433/2018 (резолютивная часть объявлена 13.08.2018), финансовым управляющим утвержден ФИО7

Впоследствии после объединения дела о банкротстве ФИО3 в одно производство с делом № А24-1645/2018 о банкротстве его супруги ФИО4 финансовым управляющим в объединенном деле о банкротстве 19.03.2019 утверждена ФИО2, полномочия финансового управляющего ФИО7 прекращены.

Таким образом, с учетом даты введения в отношении должника ФИО3 процедуры реструктуризации (13.08.2018), трехгодичный срок исковой давности по заявлению, поданному 22.08.2021, в котором фактически содержатся требования о признании договора дарения и соглашения о разделе имущества недействительными, по заявлениям, поданным 10.03.2022, об оспаривании договора дарения от 28.02.2008 и соглашения о разделе имущества от 03.09.2008, финансовым управляющим пропущен.

Суд также учитывает, что смена арбитражных управляющих не влияет на порядок исчисления срока исковой давности и не прерывает его течение, поскольку в силу пункта 6 статьи 20.2 Закона о банкротстве утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.

В связи с чем, суд отклоняет довод финансового управляющего ФИО2 о том, что она изначально не являлась финансовым управляющим ФИО3, поэтому узнала об оспариваемых сделках 24.08.2021 после получения документов из Управления Росреестра по Камчатскому краю.

С учетом разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», даты введения первой процедуры банкротства в отношении должника, суд считает, что финансовый управляющий, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, имел возможность своевременно принять исчерпывающие меры для получения информации в целях установления обстоятельств совершения оспариваемых сделок должника.

Пропуск срока исковой давности финансовым управляющим по всем трем заявлениям в силу статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных им требований.

В части заявления представителя должника о пропуске срока исковой давности ФИО5, привлеченной к участию в обособленных спорах созаявителем определением 11.05.2022, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии законодательством, действовавшим на момент заключения договора дарения от 28.02.2008 и соглашения о разделе имущества от 03.09.2008, начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной определялось не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки независимо от того, кем предъявлен иск (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Впоследствии положения гражданского законодательства о сроках исковой давности и правилах их исчисления были изменены Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Закон
№ 100-ФЗ).

Согласно действующей в настоящее время редакции пункта 1 статьи 181 ГК РФ течение срока исковой давности по указанным требованиям также исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а при предъявлении иска лицом, не являющимся стороной сделки, течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Переходными положениями (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ) определено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

Оспариваемые ФИО5 сделки совершены должником 28.02.2008 и 03.09.2008, следовательно, по ранее действовавшим нормам пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности истек 28.02.2011 и 03.09.2011 соответственно, то есть ранее вступления в силу Закона № 100-ФЗ (01.09.2013), следовательно, новая редакция пункта 1 статьи 181 ГК РФ в данном случае не подлежит применению.

Также суд учитывает, что Постановление № 60 издано после официального опубликования Закона № 100-ФЗ и разъясняет правила исчисления сроков исковой давности с учетом новой редакции пункта 1 статьи 181 ГК РФ, измененной Законом
№ 100-ФЗ.

На основании изложенного суд приходит к выводу об истечении трехлетнего срока исковой давности, исчисляемого по правилам, предусмотренным законодательством, действовавшим в период совершения спорных сделок, на дату обращения ФИО5 (11.05.2022) с заявлениями о вступлении в дело в качестве созаявителя (том 4, л. д. 16–17, 21–22). Оснований для восстановления данного срока суд не усматривает.

Поскольку кредитором ФИО5 пропущен срок исковой давности, в удовлетворении заявленных ею требований также надлежит отказать.

Иные доводы финансового управляющего не рассматривались судом как не влияющие на итог рассмотрения обособленного спора.

В связи с отказом в удовлетворении требований расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 60, 61.1, 61.2, 61.8, 61.9 Федерального закона
от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и статьями 184, 185, 188, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

определил:

отказать в удовлетворении заявления финансового управляющего о разрешении разногласий и признании имущества, принадлежащего одному из супругов, совместной собственностью супругов, а также в удовлетворении заявлений финансового управляющего и кредитора ФИО5 о признании недействительными договора дарения от 28.02.2008, соглашения о разделе имущества от 03.09.2008, заключенных между ФИО3 и ФИО4, и применении последствий недействительности указанных сделок.

Определение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий десяти дней со дня вынесения определения.

Судья К.Ю. Иванушкина