Гражданский кодекс часть 1

Судья Арбитражного суда Республики Карелия Соколова Н.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Рагендиной Н.В. (до перерыва) и помощником судьи Гибескул А.Ю. (после перерыва), рассмотрев заявление ФИО1 об установлении и включении в реестр требований кредиторов гражданина ФИО2 требования в размере 1 800 000 руб. основного долга,

при участии в судебном заседании (до перерыва):

представителя ФИО1 - ФИО3 по доверенности от 20.01.2020.

финансового управляющего ФИО4, уполномоченной решением суда от 19.11.2019 по настоящему делу,

представителя финансового управляющего ФИО5 по доверенности от 01.10.2019,

установила: определением Арбитражного суда Республики Карелия от 19 июля 2019 года принято к производству заявление ФИО6 (далее – ФИО6, заявитель; дата рождения: 19.11.1981, адрес: 185035, <...>) о признании ФИО2 (далее – ФИО2, должник, дата рождения: ДД.ММ.ГГГГ, дата смерти: 04.07.2016, адрес на момент смерти: 185035, <...>) несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 19 ноября 2019 года (резолютивная часть решения объявлена 15.11.2019) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) по правилам параграфа 4 главы X Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев – до 14 мая 2020 года, финансовым управляющим утверждена ФИО4, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада», регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих 7253, адрес для направления почтовой корреспонденции финансовому управляющему: 185030, г. Петрозаводск, а/я 30. Соответствующие сведения опубликованы 22.11.2019 на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве и в газете «КоммерсантЪ» №221(6701) от 30.11.2019.

21 января 2020 года в суд от ФИО1 (далее – ФИО1, заявитель) поступило заявление об установлении и включении в реестр требований кредиторов гражданина ФИО2 требования в размере 1 800 000 руб.

Определением от 24.01.2020 рассмотрение обоснованности заявленного требования назначено в судебном заседании 25 февраля 2020 года с участием заявителя и финансового управляющего.

До судебного заседания 25.02.2020 в суд поступил отзыв финансового управляющего, в котором ФИО4 считала требование не подлежащим удовлетворению.

В судебном заседании 25 февраля 2020 года представитель ФИО1 заявление поддержал, просил приобщить к материалам дела банковскую выписку, подтверждающую погашение заявителем обязательств ФИО2 в размере 1 800 000 руб.

Протокольным определением от 25.02.2020 судебное разбирательство отложено на 18.03.2020 в целях представления письменных возражений на отзыв финансового управляющего и дополнительных документов.

В судебном заседании 18 марта 2020 года представитель ФИО1 требование поддержал, финансовый управляющий и его представитель возражали против его удовлетворения по основаниям, изложенным в отзыве.

Протокольным определением от 18.03.2020 в судебном заседании объявлен перерыв до 24.03.2020 в целях представления дополнительных документов.

В суд 19.03.2020 от ФИО1 поступила копия договора залога от 24.04.2015.

20.03.2020 представитель заявителя ходатайствовал о проведении судебного заседания 24.03.2020 в его отсутствие.

После перерыва судебное заседание продолжено 24 марта 2020 года в том же составе суда и в отсутствие участвующих в деле лиц.

Рассмотрев письменные материалы дела, суд считает установленными следующие обстоятельства и приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что 24.04.2015 между ООО «СКапитал», в лице ООО «САНА+» (далее – Займодавец), и гражданином ФИО2 (далее – Заемщик) заключен договор займа №009950077, по условиям которого Займодавец обязуется не позднее 24.04.2015 предоставить Заемщику заем в размере 31 579,12 У.Е. на срок до 01.02.2017 с уплатой за пользование займом 14,25 процентов годовых. Заем предоставляется для погашения задолженности Заемщика по ранее заключенному договору займа №009950026 между ООО «Трейд Мастер» (в лице ООО «САНА +») и Заемщиком от 04.02.2014 (пункты 1.1. и 2.1. договора). Согласно пункт 3.1. договора займа исполнение заемщиком обязательств по возврату займа, уплате процентов, пени, возмещению убытков, причиненных Займодавцу неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств по договору, а также издержек Займодавца, связанных с взысканием задолженности с Заемщика, обеспечивается залогом (ипотекой) следующего недвижимого имущества – помещение офиса, назначение нежилое, расположенное по адресу: <...>, согласно договору залога (ипотеки) недвижимого имущества, заключенному между ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, действующим от имени ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на основании доверенности, и Займодавцем в городе Петрозаводске 24.04.21015 (л.д. 9-11).

04 июля 2017 года ФИО2 умер. ООО «САНА+» 02.08.2016 направило в адрес ФИО2 и ФИО1 извещение о принятом решении о полном досрочном возврате долге на общую сумму 2 331 723,23 руб. (л.д. 12).

02.02.2017 между ООО «СКапитал» и ФИО1 подписано соглашение об исполнении обязательства залогодателем, в котором отражено, что в связи с допущенной по договору займа №009950077 от 24.04.2015 Заемщиком просрочкой исполнения денежного обязательства, Займодавец имеет право обратить взыскание на предмет залога. В этом случае Залогодатель рискует утратить собственное имущество и в связи с этим имеет прямой интерес в исполнении обязательства за Заемщика на условиях, определенных соглашением. Пунктами 6 и 7 соглашения стороны договорились ограничить ответственность Заемщика и его наследников суммой в размере 1 800 000 руб., уплачиваемой в срок до 01.03.2017. Займодавец согласился принять исполнение платежа третьим лицом за Залогодателя и как Залогодержатель дал согласие на заключение договора купли-продажи предмета залога (пункт 8). Пунктом 10 соглашения предусмотрено, что с момента исполнения Залогодателем обязательства за Заемщика к Залогодателю в силу норм статей 313 и пункта 3 статьи 387 ГК РФ переходят права кредитора по отношению к Заемщику по требованиям, вытекающим из договора займа №009950077 от 24.04.2015 (л.д. 17).

Письмом от 02.03.2017 ООО «СКапитал» в адрес ФИО1 направило подтверждение о полном исполнении обязательства в соответствии с соглашением от 02.02.2017 (л.д. 18).

Вступившим в законную силу решением Петрозаводского городского суда от 29.06.2018 установлен размер наследственной массы ФИО2 в сумме 16 286 514,68 руб. (л.д. 13-15).

Указанным решением, а также заочным решением Петрозаводского городского суда от 21.12.2018 установлено, что требования ООО «СКапитал» к ФИО2 были погашены ФИО1 в размере 1 800 000 руб. В этой связи и на основании статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с учетом положений статей 1112, 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны обоснованными требования ФИО1 о взыскании денежных средств с ФИО6 (бывшей супруги ФИО2 и законного представителя двух несовершеннолетних детей умершего должника) в сумме 1 350 000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины (л.д. 16).

В суд 25.02.2020 финансовый управляющий представила возражения против заявленных требований ФИО1 по тем основаниям, что заявитель, являющаяся одним из наследников, принявших наследство, не имеет самостоятельного требования к должнику, а также первоначальным кредитором пропущен шестимесячный срок для предъявления требований, предусмотренный статьей 63 Основ законодательства о нотариате, в связи с чем в удовлетворении заявления просила отказать в полном объеме.

Возражая против доводов финансового управляющего, представитель ФИО1 в письменных пояснениях указал, что при исполнении обязанности за умершего не происходит совпадения личности умершего должника и наследника, в том числе и с учетом того, что ФИО1 не является единственным наследником, следовательно, обязательства не могут быть прекращены совпадением личности кредитора и должника по правилам статьи 413 Гражданского кодекса Российской Федерации. ФИО1 является кредитором ФИО2 в силу закона (статья 387 Гражданского кодекса Российской Федерации) и вправе предъявить свои требования в полной сумме долга к конкурсной массе на общих основаниях и в порядке, установленном Законом о банкротстве. Доводы о сроке исковой давности представитель заявителя считал необоснованными, основываясь на положениях пункта 3 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Материалами дела, в частности копией договора залога (ипотеки) недвижимого имущества от 24.04.2015, подтверждается, что ФИО1 (по договору – залогодатель) являлась собственником недвижимого имущества (помещение офиса, назначение нежилое, расположенное по адресу: <...>), переданного в залог в счет обеспечения исполнения обязательств ФИО2 по договору займа №009950077 от 24.04.2015, заключенного между ООО «СКапитал» (займодавцем) и ФИО2 (заемщиком).

После смерти заемщика ФИО1 исполнила обязательства ФИО2 перед ООО «СКапитал» на условиях, предусмотренных соглашением от 02.02.2017 (л.д. 17-18).

Подпунктом 3 пункта 1 статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем.

Таким образом, суд приходит к выводу, что, вопреки возражениям финансового управляющего, ФИО1 имеет самостоятельное требование кредитора к наследственной массе должника.

Согласно положениям статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

Пунктом 1 стати 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. №9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в том числе долги (имущественные обязанности) в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства (пункт 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. №9).

В силу пункта 1 статьи 418 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается смертью должника, если исполнение не может быть произведено без личного участия должника, либо обязательство иным образом неразрывно связано с личностью должника.

Обязательство должника, возникшее из договора займа, носит имущественный характер, не обусловлено его личностью, поэтому такое обязательство смертью должника не прекращается, а входит в состав наследства и переходит к его наследникам в порядке универсального правопреемства.

По общему правилу, установленному в пункте 1 статьи 321 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в обязательстве участвуют несколько кредиторов или несколько должников, то каждый из кредиторов имеет право требовать исполнения, а каждый из должников обязан исполнить обязательство в равной доле с другими постольку, поскольку из закона, иных правовых актов или условий обязательства не вытекает иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации, при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (пункт 2).

Согласно пункту 1 и подпункту 1 пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору. Если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками, должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого.

По смыслу приведенных положений закона наследник должника, при условии принятия им наследства, становится должником кредитора наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Из существа спорных правоотношений усматривается, что в обязательстве по возврату долга наследодателя по договору займа №009950077 от 24.04.2015 участвуют четыре должника – ФИО6, двое ее несовершеннолетних детей и ФИО1, при том, что ФИО1 является одновременно и должником и кредитором, как лицо, исполнившее обязательство за заемщика ФИО2 по договору займа.

Пунктом 3 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований.

При предъявлении требований кредиторами наследодателя срок исковой давности, установленный для соответствующих требований, не подлежит перерыву, приостановлению и восстановлению (абзац 2 пункта 3 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности установлен в три года.

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Оценив представленные в дело документы, в том числе заочное решение от 21.12.2018, суд приходит к выводу, что ФИО1 реализовала свое право на предъявление требования кредитора в пределах установленного Гражданским кодексом Российской Федерации срока, в связи с чем заявления финансового управляющего об истечении срока исковой давности подлежат отклонению.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно правилу пункта 1 статьи 223.1 Закона о банкротстве производство по делу о банкротстве гражданина может быть возбуждено после его смерти или объявления его умершим по заявлению конкурсного кредитора или уполномоченного органа.

В случае смерти гражданина или объявления его умершим при рассмотрении дела о банкротстве гражданина в части, не урегулированной настоящим параграфом, применяются правила настоящей главы (пункт 2 статьи 223.1 Закона о банкротстве).

В силу положений пункта 4 статьи 223.1 Закона о банкротстве права и обязанности гражданина в деле о его банкротстве в случае смерти гражданина или объявления его умершим по истечении срока, установленного законодательством Российской Федерации для принятия наследства, осуществляют принявшие наследство наследники гражданина.

В конкурсную массу включается имущество, составляющее наследство гражданина (пункт 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона; пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

По смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Принимая во внимание дату обращения ФИО1 в суд с требованием о включении в реестр, суд приходит к выводу, что предусмотренный Законом о банкротстве двухмесячный срок заявителем не пропущен.

Порядок предъявления требований к наследникам должника установлен статьями 1112 и 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применительно к пункту 1 статьи 131 Закона о банкротстве наследственное имущество составляет конкурсную массу.

Требования кредиторов погашаются за счет конкурсной массы (денежных средств, вырученных от реализации имущества) в порядке, предусмотренном статьей 134 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных норм с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 14, 58, 60, 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 №9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники, принявшие наследство, отвечают по обязательствам наследодателя, не прекратившимся смертью последнего, в пределах рыночной стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Между тем в деле о банкротстве умершего должника вопрос о размере ответственности его наследников не разрешается.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», наследники умершего должника привлекаются судом к участию в деле о банкротстве в качестве заинтересованных лиц по вопросам, касающимся наследственной массы, с правами лица, участвующего в деле о банкротстве. Указанные лица должниками по смыслу Закона о банкротстве не становятся.

Таким образом, ограничение размера ответственности наследников стоимостью перешедшего к ним наследственного имущества не ограничивает кредиторов наследодателя в установлении в реестре полной суммы задолженности, не покрываемой стоимостью принятого наследниками имущества. Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации №304-ЭС18-2981 (1,2) от 16.04.2018, №305-ЭС18-5948 от 01.06.2018.

Учитывая изложенное, суд отклоняет возражения финансового управляющего о необходимости ограничения размера требований ФИО1 суммой регрессных требований к другим наследникам, установленной заочным решением Петрозаводского городского суда от 21.12.2018, и признает обоснованным и подлежащим включение в реестр требование в размере 1800 000 руб. основного долга.

Руководствуясь статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 16, 100, 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

1. Заявление ФИО1 удовлетворить. Признать обоснованным требование ФИО1 в сумме 1 800 000 руб. основного долга.

2. Обязать финансового управляющего должником включить установленное требование в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2.

3. Определение подлежит немедленному исполнению, но может быть обжаловано в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в течение десяти дней со дня вынесения определения в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд (191015, <...>, лит. А).

Судья

Н.А. Соколова