Гражданский кодекс часть 1

при участии в судебном заседании: представителей конкурсного управляющего ФИО1 (доверенность от 07.02.2018 г., паспорт), ФИО2 (доверенность от 01.03.2019 г., паспорт), представителя ФИО3 ФИО4 (доверенность от 01.02.2018 г., паспорт), представителя ФНС России – ФИО5 (доверенность от 02.10.2018 г., служебное удостоверение) - до перерыва,

рассмотрев в открытом судебном заседании в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью производственно - коммерческая фирма «Электра» (ИНН <***>, ОГРН <***>; улица Дзержинского, дом 3, <...>) заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков и привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника,

установил:

В рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью производственно - коммерческая фирма «Электра» (ООО ПКФ «Электра»я. Должник, общество) конкурсный управляющий обратился с заявлениями о привлечении бывшего руководителя должника ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскании убытков.

В качестве оснований для взыскания убытков в совокупном размере 151 720 206,25 рублей конкурсный управляющий ссылается на следующие обстоятельства:

- перечисление денежных средств с расчетных счетов должника на счет бывшего руководителя ФИО3 с назначением платежа - возврат займа по договорам от 29.05.2015 г., 24.10.2014 г., 30.09.2013 г., 25.04.12 г., 12.08.2011 г., всего на сумму 15 740 000 рублей, выдача за период с 2015 – 2017 гг. ФИО3 из кассы предприятия, наличных денежных средств на сумму 1 425 210,87 рублей с указанием назначения выдачи – возврат займа.

Не оспаривая обстоятельства предоставления ФИО3 обществу беспроцентных займов, что свидетельствует об отсутствии цели получения выгоды, тем не менее, полагает, что, предоставляя финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, ФИО3 должен был осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы и то, что данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами.

- ненадлежащее хранение и последующая утеря имущества (товары) на сумму 55 968 995,38 рублей, при отсутствии документов, подтверждающих оценку утилизации и реализации товара;

- не передача бухгалтерской отчетности и первичной документации, повлекшая невозможность проведения анализа дебиторской задолженности, отраженной в отчете временного управляющего в размере 75 млн., тогда как по сведениям ФИО3 в виде списка дебиторов фактически дебиторская задолженность составила порядка 6 млн. руб. (л.д. 114 Т.62),

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в размере реестра требований кредиторов и текущих обязательств на сумму 86 096 524 руб. 48 копеек конкурсный управляющий указывает следующие основания:

- ненадлежащее ведение бухгалтерского учета, в отсутствие обязательного аудита, что привело к искажению (в сторону завышения) сведений бухгалтерской отчетности, в том числе и предоставляемой в кредитные учреждения с целью получения кредита, при наличии и без того значительной финансовой нагрузки;

- не передача бухгалтерской документации и уклонение от восстановления утраченной, что не позволило сформировать конкурсную массу, в том числе, за счет взыскания дебиторской задолженности.

В судебном заседании 11.06.2019 г. заявления объединены для совместного рассмотрения.

Представитель конкурсного управляющего настаивала на заявленных требованиях. Пояснила, что в связи с реализацией залогового имущества и погашением требований залоговых кредиторов размер требований, включенных в реестр и текущих обязательств по состоянию на июнь 2019 года составляет 46 988 171 рубль 80 копеек.

Представитель ФИО3 просила в удовлетворении заявлений отказать, ссылаясь на доводы многочисленных отзывов.

Представитель ФНС поддержал позицию конкурсного управляющего.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения заявления, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили, отзывов относительно заявленных требований не представили, что, в силу ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является препятствием для рассмотрения заявления в их отсутствие.

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

На основании статьи 61.11 Закона о банкротстве основанием для взыскания убытков с контролирующих должника лиц выступает причинение имущественного вреда действиями ответчиков.

В соответствии с положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что убытки являются одним из способов возмещения вреда.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Таким образом, в предмет доказывания по делу о взыскании убытков входит установление следующих обстоятельств: противоправность действий (бездействия) ответчика; факт и размер понесенного ущерба; причинная связь между действиями ответчика и возникшими убытками; наличие вины в причинении ущерба. Недоказанность одного из перечисленных элементов из юридического состава убытков влечет необходимость отказа в иске.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие подлежащих возмещению убытков, их размер и причинную связь между убытками и действиями лица, нарушившего обязательство, то есть наличие всех перечисленных элементов деликтной ответственности.

Из содержания статьи 9, части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что бремя доказывания наличия оснований для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности возлагается на истца.

Из содержания указанных норм следует, что требование о возмещении убытков может быть удовлетворено при наличии в совокупности доказательств, подтверждающих условия наступления гражданско-правовой ответственности. При этом неправомерность действий, размер ущерба и причинная связь доказываются истцом, а отсутствие вины - ответчиком.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера убытков, предусмотренных Законом о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Так как обстоятельства, которые, как считает заявитель, являются основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в 20 году, то есть до вступления в силу Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, а заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности поступили в суд после 01.07.2017, то спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Из смысла ст. 10 Закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ следует, что на руководителя организации - должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность отсутствуют; содержат заведомо искаженную информацию, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, 29 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Как следует из материалов дела, ООО ПКФ «Электра» зарегистрировано 23.02.1999 г. Территориальным управлением центрального района администрации города Кемерово.

ФИО3 являлся (до открытия конкурсного производства) генеральным директором общества и участником (70 % доли).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 09 июня 2016 года возбуждено дело о банкротстве общества по заявлению ООО «ЭНКОР-ИНТРУМЕНТ-ВОРОНЕЖ», в связи с неоплаченной задолженностью по мировому соглашению в размере 501 300 рублей.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 22.08.2016 г. в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» № 152 от 20 августа 2016 года.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 19 января 2017 года (резолютивная часть объявлена 16 января 2017 года) ООО ПКФ «Электра» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №16 от 28.01.2017 года.

В настоящий момент все мероприятия конкурсного производства, по мнению конкурсного управляющего, выполнены. Вместе с тем, по результатам конкурсного производства, очевидно, что требования кредиторов, включенные в реестр, не будут погашены.

Как следует из материалов дела ФИО3 производилось перечисление денежных средств с расчетных счетов должника с назначением платежа - возврат займа по договорам от 29.05.2015 г., 24.10.2014 г., 30.09.2013 г., 25.04.12 г., 12.08.2011 г., всего на сумму 15 740 000 рублей, из кассы предприятия в период с 2015 – 2017 гг. ФИО3 выданы наличные денежные средства на сумму 1 425 210,87 рублей с указанием назначения выдачи – возврат займа.

Наличие заемных отношений между обществом и ФИО3 на условиях беспроцентного займа в ходе судебного разбирательства не оспаривалось.

Ссылаясь на наличие задолженности перед работниками в период возврата займов, конкурсный управляющий полагает, что данными выплатами, совершенными в приоритетном порядке, должнику причинены убытки.

Суд исходит из того, что руководитель, как единоличный исполнительный орган, несет ответственность за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несет риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

Изъятие вложенных в качестве займа денежных средств при вышеуказанных обстоятельствах не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника при определенных обстоятельствах может свидетельствовать как злоупотребление правом со стороны руководителя.

В ходе судебного разбирательства не нашли подтверждения обстоятельства, что займы от 12.08.2011 г., 25.04.12 г., 30.09.2013 г., 24.10.2014 г., 29.05.2015 г., были выданы руководителем в ситуации неудовлетворительной структуры баланса должника.

Как следует из переданных ФИО3 конкурсному управляющему по акту приема – передачи от 23.01.2017 г., справок о задолженности и сведений о ее структуре по каждому работнику, задолженность, на наличие которой на даты возврате заемных средств ссылается заявитель, сформировалась за разные периоды, но не ранее марта, апреля, мая 2016 года.

Таким образом, доводы о приоритетном погашении займов перед ФИО3 не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Конкурсным управляющим не представлено сведений, в каком размере и перед кем имелась задолженность на каждую из дат, в которые производился возврат займов ФИО3

Довод о наличии задолженности у ФИО3 перед должником в сумме 1 425 210,87 рублей, - денежных средств, полученных из кассы и не возвращенных - по мнению заявителя, опровергается документами должника, кассовыми книгами (касса передана по акту приема передачи 01.08.2017. Указанные денежные средства в период со второго полугодия 2015 года, были получены ФИО3, с разным назначением платежа в том числе, заработная плата, оплата корпоративной связи, оплата энергоснабжающим организациям, оплата в счет возврата долга по договорам беспроцентного займа от 24.10.2014 года и от 29.05.2015 года, в соответствие с условиями которых задолженность ООО ПКФ «Электра» перед ФИО3, составляла 2 100 000 рублей и 3 887 000 рублей соответственно и погашалась частями, что подтверждается предоставленной конкурсным управляющим банковской выпиской.

В настоящее время задолженность по заработной плате перед ФИО3, не погашена, задолженность по договорам займа так же не погашена.

Конкурсному управляющему была передана касса за требуемый им период (счет № 50), сведения о движении денежных средств по счетам предприятия должника (счет № 51) у конкурсного управляющего имеется, (акт приема передачи от 01.08.2017 г., Приложение №1 на 22 листах) Указанные сведения позволяют определить основания внесения и выдачи и (или перечисления) денежных средств. Задолженность у ФИО3, перед Обществом отсутствует, о чем свидетельствует сводный анализ кассы за указанный период.

Поскольку действия руководителя, предоставившего предприятию займы без взимания процентов за пользование, сами по себе не свидетельствуют о противоправном поведении, в удовлетворении убытков в указанной части судом отказано.

Суд не находит оснований для взыскания убытков в размере 55 968 995,38 рублей, в обоснование которых управляющий ссылается на ненадлежащее хранение и последующую утерю имущества (товары) на вышеуказанную сумму, при отсутствии документов, подтверждающих оценку утилизации и реализации товара, принимая во внимание следующее.

Как следует из материалов дела, ФИО3 конкурсному управляющему переданы по акту от 10.03.2017 г.: акт инвентаризации ТМЦ от 29.12.2015 г., приказ о проведении расследования выявленной недостачи от 29.12.2015 г., № 43 акт расследования выявленной недостачи от 15.01.2016 года, по результатам которого комиссией было установлено наличие актов на списание товаров в периоде 2010-2012 гг. и не отражение данного факта по результатам финансового года в бухгалтерской программе в 2012 году.

В судебном заседании не оспаривалось, что конкурсному управляющему ФИО3 переданы документы по списанию товара по причинам:

ненадлежащее хранение в 2010,2011,2012 года на сумму 11 117 271,32 руб.;

порча товара в 2010,2011,2012 года на сумму 9 961 032,69 руб.;

потеря ретейла в 2010,2011,2012 годах на сумму 10 812 390,36 руб.,

Поскольку в судебном заседании установлено, что фактически списание произведено за пределами трехлетнего срока, предшествующего банкротству, само по себе нарушение в виде несвоевременного отражения данного списания в бухгалтерской отчетности, выявленное в 2016 году не свидетельствует о причинении убытков таким списанием в пределах трехлетнего срока, предшествующего банкротству.

Суд не усматривает оснований для выводов о возможности привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности в связи с ненадлежащим ведением бухгалтерского учета, выраженного в отсутствие обязательного ежегодного аудита.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что само по себе нарушение финансовой политики в организации в виде не проведения ежегодной аудиторской проверки повлекло неплатежеспособность должника.

В той же степени суд находит неубедительными доводы управляющего относительно того, что несвоевременное внесение в бухгалтерскую отчетность каких – либо сведений, либо иное искажение бухгалтерской отчетности находится в причинно – следственной связи с увеличением долговой нагрузки должника.

Суду не представлено убедительных доказательств того, что предоставление бухгалтерской отчетности, содержащей искаженные данные, сыграло решающую роль при принятии решения о кредитовании должника, поскольку выданные кредиты были обеспечены залогом имущества.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной абзацем 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Доводы о причинно-следственной связи в связи с искажением бухгалтерской отчетности и не невозможностью удовлетворения требований кредиторов не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В части заявленных конкурсным управляющим аналогичных оснований, как для субсидиарной ответственности, так и взыскания убытков, в связи не передачей бухгалтерской отчетности и первичной документации, повлекшей невозможность взыскания дебиторской задолженности суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела частично бухгалтерская документация ФИО3 передана конкурсному управляющему.

Также материалы дела содержат сведения о принятии мер бывшим руководителем должника по передаче документации, о чем свидетельствует заказное письмо от 07.07.2017 г., от 31.07.2017 г. с описью вложения повторно с требованием о допуске в помещение для составления акта приема-передачи оставшейся документации и о предоставлении ранее переданных для подписи актов, с отметками о приемке документации, заявление, направленное ФИО3 в арбитражный суд 10.07.2017 г., суть которого сводилась к тому, что конкурсный управляющий уклоняется от исполнения обязанности о приемке ТМЦ и документов по актам приема-передачи.

Доводы конкурсного управляющего относительно того, что ввиду ненадлежащего оформления передаваемой документации она была не принята последним, судом отклоняются, поскольку оценка достаточности и полноты переданной документации проводится конкурсным управляющим в целях определения возможности или невозможности пополнения конкурсной массы.

Из надписи, произведенной конкурсным управляющим на описи документов, возращенных представителю ФИО8 не следует, какие конкретно документы управляющим считает ненадлежащими, по какой причине нельзя провести мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, используя данные, содержащиеся в представленных документах.

При данных обстоятельствах суд учитывает разъяснения, изложенные в абзаце 10 пункта 24 Постановления № 53, согласно которым к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Судом отклоняются доводы представителя ФИО3 относительно того, что дебиторская задолженность, отраженная в бухгалтерской документации, фактически завышена на 51 683 000 рублей, со ссылкой на аудиторское заключение о годовой бухгалтерской отчетности ООО АКФ «Электра» за 2015 г., поскольку, в материалы дела данное заключение не представлено в полном объеме, за исключением краткой пояснительной записки (л.д.65 т.56).

В ходе судебного разбирательства не оспаривалось, что ФИО3 конкурсным управляющему в полном объеме аудиторское заключение не передавалось, местонахождение заключения в полном объеме последним не указано.

Конкурсным управляющим предприняты меры к получению указанного заключения, однако, они результата не принесли.

Доводы представителя должника о завышенном размере задолженности, ввиду дублирования данных по ряду контрагентов, судом отклоняются, ввиду недоказанности.

Причин, по которым ФИО3 не были предприняты меры по приведению документации в соответствие до истечения сроков сдачи в налоговый орган, которые истекли до даты возбуждения дела о банкротстве, доказательств наличия препятствия в этом, суду не представлено.

В отсутствие доказательств, подтверждающих доводы представителя ответчика о несоответствие сведений о размере дебиторской задолженности, суд считает необходимым руководствоваться данными, содержащимися в бухгалтерской отчетности за 2015 г., представленной в налоговый орган ФИО3, из которой следует, что размер дебиторской задолженности отраженный в балансе за 2015 год составил 72 932 568,78 руб.

Как установлено в судебном заседании, ФИО3 передан конкурсному управляющему список дебиторов и были предприняты попытки передать бухгалтерскую документацию, отклоненную конкурсным управляющим по причинам, признанными судом неуважительными, в подтверждение дебиторской задолженности на сумму 6 227 866,32 руб.

Конкурным управляющим не представлено убедительных доказательств проведения мероприятия по взысканию дебиторской задолженности на сумму 6 227 866,32 руб. и результатов этих мероприятий, свидетельствующих о невозможности взыскания.

Исходя из этого, суд приходит к выводу о причинении обществу в результате неправомерных действий бывшего руководителя должника убытков в размере 66 704 702,46 рублей (72 932 568,78 руб. - 6 227 866,32 руб.), находящихся в причинно – следственной связи с не передачей ФИО3 документации по дебиторской задолженности на указанную сумму.

При этом, поскольку размер требований, включенных в реестр и текущих обязательств должника по состоянию на июнь 2019 года составляет 46 988 171 рубль 80 копеек, суд считает возможным ограничить размер взыскания указанной суммой, учитывая, что целью конкурсного производства является погашение требований кредиторов, а не условное восстановление платежеспособности предприятия, путем взыскания «позитивных» убытков в размере, сверх необходимого для полного удовлетворения требований кредиторов.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

о п р е д е л и л:

Заявления конкурсного управляющего удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью производственно - коммерческая фирма «Электра» убытки в размере 46 988 171 рубль 80 копеек, в удовлетворении заявлений в остальной части отказать.

Определение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок со дня вынесения путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья Виноградова О.В.