Гражданский кодекс часть 1

при участии в заседании представителя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 06.09.2016, паспорт; представителя ООО «Эпта-Ойл Ресурс» - ФИО3, доверенность от 22.06.2016, паспорт; представителя ПАО АКБ «Связь-Банк» - ФИО4, доверенность от 17.02.2016, паспорт, временного управляющего ФИО5, определение суда от 18.07.2016, паспорт,

рассмотрев в открытом судебном заседании заявление ФИО1, город Кемерово об установлении размера требований кредитора общества с ограниченной ответственностью «Эпта-Ойл Ресурс», город Кемерово и приложенными к заявлению документами,

у с т а н о в и л:

В Арбитражный суд Кемеровской области 16 мая 2016 г. поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Авто-транспортное управление «Барель», город Кемерово (ООО «Авто-транспортное управление «Барель», заявитель, кредитор) о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью ««Эпта-Ойл Ресурс», город Кемерово», город Кемерово ОГРН <***>, ИНН <***> (ООО «Эпта-Ойл Ресурс», должник).

Определением от 08 июня 2016 г. заявление ООО «Авто-транспортное управление «Барель» принято к производству, возбуждено дело о банкротстве ООО «Эпта-Ойл Ресурс», судебно заседание назначено на 11 июля 2016 г.

В Арбитражный суд Кемеровской области 09 июня 2016 г. поступило заявление кредитора – ФИО1 о признании банкротом общества с ограниченной ответственностью ««Эпта-Ойл Ресурс», город Кемерово», город Кемерово ОГРН <***>, ИНН <***>. Определением от 28 июня 2016 г. заявление ФИО1 оставлено без движения.

Определением суда от 18 июня 2016 г. в отношении ООО «Эпта-Ойл Ресурс» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО5, судебное разбирательство по делу назначено в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции 22 ноября 2016 г.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 23 июля 2016 г.

Определением от 25 июля 2016 г. заявление ФИО1 принято для рассмотрения в судебном заседании 20 сентября 2016 г. в порядке, определенном статьей 71 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», как заявление об установлении размера требований кредитора.

В судебном заседании представитель заявителя на требованиях настаивал, ссылаясь на то, что требования подтверждены решением третейского суда, на принудительное исполнение которого выдан исполнительный лист, что по своей юридической силе равнозначно вступившим в законную силу судебным актам судов общей юрисдикции и арбитражных судов.

Представитель должника и временный управляющий на требования не возражали, согласны с позицией заявителя.

Представитель кредитора Межрегионального коммерческого банка развития связи и информатики (публичное акционерное общество) (далее - ПАО АКБ «Связь-Банк», Банк), также предъявившего свои требования к должнику в целях участия в первом собрании, на требования возражал, указав, что определение Центрального районного суда города Кемерово о выдаче исполнительного листа не вступило в законную силу, поскольку обжаловано и восстановлен срок на подачу частной жалобы. Полагает, что задолженность создана искусственно, представленные документы не подтверждают наличие обязательств, в связи с чем, заявил ходатайство об истребовании доказательств, которое составлено в письменной форме и приобщено судом к материалам дела.

В заседании 20.09.2016 судом отказано в удовлетворении ходатайства Банка об истребовании доказательств. Определением суда от 30.09.2016 судебное заседание по рассмотрению заявления ФИО1 было отложено на 18.10.2016.

Направлен судебный запрос в Центральный районный суд города Кемерово с целью получения и сведений по делу № 2-8644/2015.

До судебного заседания в материалы дела от Центрального районного суда города Кемерово поступил ответ на запрос, в соответствие с которым представлена копия определения от 01.07.2016 по делу № 2-8644/2015, а также копия апелляционного определения от 23.08.2016 по делу № 33-11385/2016, кроме того сообщено, что гражданское дело № 2-8644/2015 будет направлено 07.10.2016 в Кемеровский областной суд для рассмотрения частной жалобы.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания.

Представитель заявителя требования поддержал, настаивал на том, что требования подтверждены вступившим в законную силу судебным актом, возражения подлежат оставлению без рассмотрения. Временный управляющий и представитель должника возражений не заявили. Представитель ПАО АКБ «Связь-Банк» настаивал на доводах, изложенных в отзыве, просил отказать в удовлетворении заявления.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив обстоятельства и материалы дела по правилам статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным процессуальным законодательством, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Установление требований кредиторов в ходе процедуры наблюдения осуществляется в порядке, установленном статьей 71 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, заявитель основывает свои требования на решении постоянно действующего третейского суда «Эквитас» от 20.07.2015 по делу № 3-2015, определении Центрального районного суда города Кемерово от 20.11.2015 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.

Заявитель полагает, что определение Центрального районного суда города Кемерово от 20.11.2015 о выдаче исполнительного листа вступило в законную силу 08.12.2015, в связи с чем, имеет преюдициальное значение для арбитражного суда; в отношении требований не могут быть предъявлены возражения, касающиеся их состава и размера, возражения Банка подлежат оставлению без рассмотрения согласно пункту 10 статьи 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в компетенцию арбитражного суда не входит рассмотрение спора по существу.

Согласно пунктам 22, 23 Постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 35), если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов.

Воспользовавшись своим правом, Банк обратился в Центральный районный суд г. Кемерово с ходатайством о восстановлении срока на подачу частной жалобы на определение суда от 20.11.2015 о выдаче ФИО1 исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. Определением от 01.07.2016 по делу № 2-8644/2015 Банку было отказано в восстановлении пропущенного срока.Однако апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 23.08.2016 по делу № 33-11385/2016 определение Центрального районного суда г. Кемерово от 01.07.2016 отменено, срок на подачу частной жалобы на определение суда от 20.11.2015 восстановлен, дело направлено в суд для выполнения требований статьи 325 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации «Действия суда первой инстанции после получения апелляционных жалобы, представления».

Из ответа Центрального районного суда города Кемерово от 06.10.2016 следует, что гражданское дело № 2-8644/2015 будет направлено в Кемеровский областной суд 07.10.2016 для рассмотрения по частной жалобе. При этом, согласно информации, размещенной на официальном сайте Центрального районного суда города Кемерово (том 2 л.д. 150), определение суда от 20.11.2015 о выдаче ФИО1 исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда в законную силу не вступило, обжалуется. Согласно информации, размещенной на официальном сайте Кемеровского областного суда, дело поступило в суд для рассмотрения в порядке апелляционного производства 12.10.2016.

Таким образом, обжалование определения Центрального районного суда г. Кемерово от 20.11.2015 по делу № 2-8644/2015 в порядке, предусмотренном статьей 427 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 01.09.2016), направление и поступление дела в Кемеровский областной суд, означает, что определение Центрального районного суда города Кемерово от 20.11.2015 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения постоянно действующего третейского суда «Эквитас» от 20.07.2015 по делу № 3-2015 не вступило в законную силу.

Это прямо следует из положений статей 320, 331-335 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми в апелляционном порядке могут быть обжалованы только судебные акты, не вступившие в законную силу; и положений статей 324, 325 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым полномочие по возвращению апелляционной жалобы относится к полномочиям суда первой инстанции.

В этой связи доводы заявителя о том, что его требования подтверждены вступившим в законную силу определением суда общей юрисдикции о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, арбитражным судом отклоняются, как основанные на ошибочном толковании норм права.

Ссылку заявителя на пункт 22 Постановления Пленума ВАС РФ № 35 суд отклоняет, поскольку указанные разъяснения даны относительно возможности приостановления производства по требованию и не касаются вопроса вступления в законную силу соответствующего судебного акта.

Исходя из указанных разъяснений, у арбитражного суда отсутствуют основания для приостановления производства по рассмотрению требований ФИО1

Кроме того, в силу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 29 Постановления Пленума ВАС РФ № 35, если будут вынесены и определение по результатам рассмотрения требования в деле о банкротстве, и решение суда в рамках искового производства, то в случае противоречия этих судебных актов рассматривающий дело о банкротстве суд руководствуется принятым в рамках дела о банкротстве судебным актом.

Устные доводы заявителя об установлении аналогичных требований ФИО1 в делах о банкротстве солидарных должников суд отклоняет, так как при их рассмотрении отсутствовало имеющееся в данном деле обстоятельство - восстановление срока на обжалование определения суда общей юрисдикции и отсутствие судебного акта, имеющего преюдициальное значение. Суд не имеет возможности оценить устные доводы заявителя об удовлетворении его требований в деле о банкротстве № А27-5666/2016 Седьмым арбитражным апелляционным судом (при рассмотрении дела по правилам суда первой инстанции), так как на дату заседания по настоящему делу в картотеке арбитражных дел еще не размещен текст резолютивной части судебного акта суда апелляционной инстанции, и, тем более, его мотивированный текст. В связи с этим неизвестны мотивы, которыми руководствовался суд апелляционной инстанции, и невозможно сделать вывод о том, что обстоятельства данного и рассматриваемого дел идентичны.

При указанных обстоятельствах суд пришел к выводу, что заявленные требования подлежат рассмотрению, как требования, подтвержденные решением третейского суда, не имеющим преюдициального значения (статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), поскольку согласно статье 118 Конституции Российской Федерации, статье 4 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» третейские суды не входят в судебную систему Российской Федерации, и, по смыслу статьи 31 Федерального закона от 24.07.2002 № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» решение третейского суда обязательно только для лиц, заключивших третейское соглашение.

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 4 постановления от 23 июля 2010 г. № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Постановление № 60), при предъявлении требований в деле о банкротстве в соответствии со статьей 71 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» для требования, подтвержденного решением третейского суда, не требуется обязательного наличия определения о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение этого решения. При предъявлении такого требования против него может быть выдвинуто только возражение о наличии оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, предусмотренных статьей 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 426 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Если наличие таких оснований будет доказано, то рассмотрение указанного требования осуществляется судом по общим правилам как требования, не подтвержденного решением третейского суда.

По правилам статьи 426 (пункт 1) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до 01.09.2016) суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда только в случаях, если сторона третейского разбирательства, против которой принято решение третейского суда, представит доказательство того, что:

1) третейское соглашение недействительно по основаниям, предусмотренным федеральным законом;

2) сторона не была уведомлена должным образом об избрании (назначении) третейских судей или о третейском разбирательстве, в том числе о времени и месте заседания третейского суда, либо по другим уважительным причинам не могла представить третейскому суду свои объяснения;

3) решение третейского суда принято по спору, не предусмотренному третейским соглашением или не подпадающему под его условия, либо содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы третейского соглашения. Если постановления по вопросам, охватываемым третейским соглашением, могут быть отделены от постановлений по вопросам, не охватываемым таким соглашением, суд выдает исполнительный лист только на ту часть решения третейского суда, которая содержит постановления по вопросам, охватываемым третейским соглашением;

4) состав третейского суда или процедура третейского разбирательства не соответствовали третейскому соглашению или федеральному закону;

5) решение еще не стало обязательным для сторон третейского разбирательства или было отменено судом в соответствии с федеральным законом, на основании которого было принято решение третейского суда.

По правилам пункта 2 этой же статьи суд также отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что:

1) спор, рассмотренный третейским судом, не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом;

2) решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права.

Из решения третейского суда следует, что основанием для обращения в третейский суд послужило ненадлежащее исполнение заемщиком обязательств по договору займа № 1 от 24.02.2012 между ООО «Востокнефтепродукт» (Заимодавец) и ФИО6 (Заемщик). В последующем права требования к ФИО6 по договору займа № 1 от 24.02.2012, на основании договора уступки права(требования) от 26.02.2014 перешли от ООО «Востокнефтепродукт» к ООО «Автомир КМК». Последнее заключило с ООО «Эпта-Ойл Ресурс» договор поручительства № 6 от 27.08.2014. На основании договора уступки прав требований (цессии) 05.11.2014 право требования к ФИО6 по договору займа № 1 от 24.02.2012, а также по договору поручительства № 5 от 04.06.2014 было передано от ООО«Автомир КМК» ФИО1.

В результате решением третейского суда от 20.07.2015 в пользу ФИО1 с ФИО6 (заемщика) и с поручителей, в том числе, ООО «Эпта-Ойл Ресурс», взыскано солидарно 510 000 000 рублей основного долга по договору займа, 274 526 894,23 рублей процентов за пользование займом по состоянию на 20.07.2015, 1 626 000 рублей пени за просрочку возврата займа по состоянию на 20.07.2015, а также расходы по оплате третейского сбора в размере 2 174 638,87 рублей, всего – 788 327 533,10 рублей.

Учитывая, что дела о банкротстве направлены, в том числе, на защиту публичного порядка, интересов кредиторов должника, последние вправе оспаривать судебные акты, на которых основано заявленное в деле о банкротстве требование. Банк по настоящему делу воспользовался таким правом.

ПАО АКБ «Связь-Банк» полагает, что решение третейского суда «Эквитас» от 20.07.2015 нарушает основополагающие принципы права: реальности заключенного обязательства, добросовестности при осуществлении гражданских прав, недопущения осуществления гражданских прав с намерением причинить вред другим участникам гражданского оборота - кредиторам. Банк считает, что действия заявителя и солидарных должников направлены на создание в преддверии банкротства последних видимости спора с целью разрешения его в третейском суде при отсутствии возражений ответчиков и невозможности заявления иными кредиторами возражений, конечной целью чего являлось создание искусственной кредиторской задолженности с целью ее включения в реестр требований кредиторов.

Договор займа в силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации является реальным договором, то есть считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

По правилам пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 этой же статьи).

В силу правовой позиции, сформированной в судебных актах Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, при решении вопроса о легализации решения третейского суда, вынесенного против лица, в отношении которого возбуждено дело о банкротстве, суды должны исследовать вопрос о том, не влечет ли легализация решения третейского суда необоснованное удовлетворение требований одного из кредиторов и, как следствие, нарушение прав и законных интересов других кредиторов.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 13.05.2014 № 1446/14 указал на особый характер распределения бремени доказывания в случаях предъявления в деле о банкротстве требований, подтвержденных решением третейского суда. Поскольку возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора, подтвержденного решением третейского суда, обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга.

Аналогичная позиция изложена Верховным Судом Российской Федерации в определении от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805, где указано, что в подобных случаях бремя доказывания смещается. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, присужденного третейским судом, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. Кроме того, в противном случае на конкурсного кредитора налагалось бы бремя доказывания отрицательного факта, что недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.

Из текста решения третейского суда от 20.07.2015 следует, что факт передачи суммы займа подтверждается расходными кассовыми ордерами № 5 от 24.02.2012, № 18 от 29.02.2012, № 24 от 27.03.2012, № 30 от 15.03.2012, № 38 от 21.03.2012 на сумму 160 000 000 каждый, которые в рамках настоящего спора не представлены.

Кроме того, в пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ № 35 разъяснено, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить соответствующую экспертизу, в том числе по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В обоснование заявленных возражений Банк ссылается на то, что в рамках третейского разбирательства не исследовались и не представлены в рамках настоящего спора доказательства реальности договора займа, а именно: документы, свидетельствующие о наличии у займодавца денежных средств для выдачи займа в столь значительном размере; отражение соответствующих операций в кассовых документах и документах бухгалтерского учета займодавца; доказательств наличия у заемщика финансовых возможностей для возврата займа и уплаты процентов; доказательств наличия у должника-поручителя финансовой возможности исполнить принятые на себя акцессорные обязательства.

В то же время в подтверждение своих возражений Банком представлены документы бухгалтерской отчетности займодавца и должника-поручителя, которые, по мнению суда, подтверждают существенность сомнений в наличии долга, учитывая, что стоимость отраженных в них активов займодавца существенно меньше суммы займа – 800 000 000 рублей, а совокупная стоимость активов должника-поручителя меньше принятого акцессорного обязательства.

Более того, согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По условиям договора уступки прав требований (цессии) от 05.11.2014 (пункт 2.1) стоимость уступаемого права требования составляет 510 000 000 рублей.

Таким образом, ФИО1, принимая на себя обязательства по оплате за уступку в размере, равном сумме уступаемого ей права (требования), действуя разумно, в соответствии с общепринятыми правилами поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, прежде должна была проверить финансовую состоятельность солидарных должников. В противном случае это свидетельствует об отклонении ее поведения от добросовестного.

Между тем, соответствующие обстоятельства третейским судом не исследовались, в рамках настоящего спора заявителем не приведены доводы и представлены документы, свидетельствующие о разумности и добросовестности ее поведения.

В этой связи суд признает обоснованными возражения Банка о нарушении решением третейского суда основополагающих принципов российского права - принципа реальности обязательства, добросовестности при осуществлении гражданских прав, недопущения осуществления гражданских прав с намерением причинить вред другим участникам гражданского оборота - кредиторам.

Более того, Банком были заявлены возражения, основанные на нарушении принципа объективной беспристрастности при рассмотрении спора третейским судом.

Согласно информации, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда Кемеровской области, постоянно действующий третейский суд «Эквитас» создан при ООО «А.Б. Альянс» (ОГРН <***>).

В обоснование возражений в этой части Банком представлены сведения с сайта СПАРК, согласно которым один из участников третейского разбирательства ФИО6 являлся генеральным директором и учредителем ООО «А.Б. Альянс» (ОГРН <***>); третейский судья Баженов А.В., рассмотревший спор, являлся учредителем, генеральным директором, а впоследствии ликвидатором юридического лица с иным ОГРН <***>, но с аналогичным наименованием - ООО «А.Б. Альянс» и зарегистрированным по такому же юридическому адресу (том 5 л.д. 131-140).

Заявителем не представлены документы, позволяющие суду проверить легитимность создания третейского суда в конкретном составе, его беспристрастность.

У суда отсутствует возможность истребовать необходимые сведения у самого третейского суда в связи с его ликвидацией 01.06.2016 (соответствующая информация размещена в ЕГРЮЛ на официальном сайте регистрирующего органа).

Принимая во внимание все вышеизложенные обстоятельства, суд счел, что исполнение такого решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации, основанному на принципах равенства сторон гражданско-правовых отношений, добросовестности их поведения.

Следовательно, требование заявителя подлежит рассмотрению по общим правилам, как требование, не подтвержденное решением третейского суда.

Однако в соответствии с правилами распределения бремени доказывания, установленными статьей 65 АПК РФ, заявителем не доказана реальность займа, факт передачи суммы займа заемщику, наличия между сторонами заемных правоотношений. Также как не доказано отсутствие злоупотребления правом.

При этом суд полагает, что у заявителя имелась возможность представить необходимые доказательства, поскольку суд неоднократно определениями от 28.06.2016, 30.09.2016 предлагал заявителю представить подлинные первичные документы в подтверждение возникновения задолженности. Заявителем требования суда исполнены не были.

Более того, о предъявленных возражениях заявителю было известно заблаговременно, а в силу пункта 2.2 договора уступки прав требований (цессии) от 05.11.2014 все документы, подтверждающие уступаемое право требования, переданы цедентом цессионарию.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 21.04.2016 по делу № 302-ЭС14-1472, А33-1677/13, в соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения фактов, на наличие которых аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

В силу того, что заявителем не представлены доказательства реальности договора займа, существования уступаемого права в момент уступки, не опровергнуты доводы предъявленных Банком возражений о злоупотреблении правом и создании искусственной кредиторской задолженности, суд пришел к выводу о недоказанности наличия у должника обязательств перед заявителем.

Оснований для удовлетворения требований заявителя не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 4, 16, 32, 71, 134, 137 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

о п р е д е л и л :

отказать ФИО1, город Кемерово во включении требований в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Эпта-Ойл Ресурс», город Кемерово.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок со дня вынесения.

Судья О.А. Нецлова