Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании при участии в заседании конкурсного управляющего ФИО1, определение суда от 23 ноября 2015 года, представителя конкурсного управляющего должника ФИО2, доверенность от 20 февраля 2017 года, представителя общества с ограниченной ответственностью «Теплоснабжение», город Анжеро-Судженск Кемеровской области и общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилсервис», город Анжеро-Судженск Кемеровской области ФИО3, доверенности от 20 июня 2017 года и 2 мая 2017 года соответственно, руководителя общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилсервис», город Анжеро-Судженск Кемеровской области ФИО4,

заявление общества с ограниченной ответственностью «Кристалл 1», пгт Рудничный города Анжеро-Судженска Кемеровской области в лице конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительными сделок должника, совершенных с обществом с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилсервис», город Анжеро-Судженск Кемеровской области, обществом с ограниченной ответственностью «Теплоснабжение», город Анжеро-Судженск Кемеровской области и применении последствий недействительности сделок,

третье лицо Комитет по управлению муниципальным имуществом Администрации Анжеро-Судженского городского округа, город Анжеро-Судженск Кемеровской области,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 23 ноября 2015 года ликвидируемый должник – общество с ограниченной ответственностью «Кристалл 1», поселок городского типа Рудничный, город Анжеро-Судженск, Кемеровская область (ОГРН <***>, ИНН <***> (ООО «Кристалл 1») признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №225 от 5 декабря 2015 года. Срок конкурсного производства был продлен, судебное разбирательство по отчету конкурсного управляющего назначено в судебном заседании 21 ноября 2017 года.

В арбитражный суд 9 января 2017 года поступило заявление ООО «Кристалл 1» в лице конкурсного управляющего должника ФИО1 о признании недействительным договора о переводе долга от 1 октября 2014 года, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилсервис», город Анжеро-Судженск Кемеровской области (ОГРН <***>, ИНН <***>, ООО УК «Жилсервис», ответчик) по переводу на ответчика долга ООО «Кристалл 1» по договору субаренды недвижимого имущества от 1 сентября 2014 года, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «Теплоснабжение», город Анжеро-Судженск Кемеровской области (ОГРН <***>, ИНН <***>, ООО «Теплоснабжение») по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве).

Заявление мотивировано тем, что договор перевода долга от 1 октября 2014 года, договор субаренды недвижимого имущества от 1 сентября 2014 года являются ничтожными (мнимыми) сделками. Имущество, переданное должнику по договору субаренды от 1 сентября 2014 года (здание котельной № 1 и здание котельной № 2), с 2011 года находилось в аренде у должника от Комитета по управлению муниципальным имуществом (КУМИ) администрации Анжеро-Судженского городского округа, по его ходатайству было возвращено арендодателю. Поэтому оспариваемые сделки являются мнимыми, поскольку были заключены сторонами без намерения создать соответствующие данным сделкам правовые последствия.

Заявитель просит применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования должника к ответчику на сумму 2950000 руб. В качестве третьего лица конкурсным управляющим указано ООО «Теплоснабжение».

Определением суда от 1 февраля 2017 года после устранения заявителем обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения, заявление было принято к производству, ООО «Теплоснабжение»привлечено к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, судебное разбирательство по заявлению назначено в судебном заседании 27 февраля 2017 года.

15 февраля 2017 года от ООО «Теплоснабжение» поступил отзыв с возражениями на заявленные требования, мотивированными тем, что для заключения договора субаренды от 1 сентября 2014 года согласия КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа не требовалось, поскольку на момент заключения данного договора имущество не находилось в муниципальной собственности, так как было продано КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа ООО «РМБ-Лизинг» по договорам №№412, 413 от 11 августа 2014 года, которое, в свою очередь, передало данное имущество ООО «Теплоснабжение» по договорам финансовой аренды лизинга №№5338ДФЛ, 5339ДФЛ от 11 августа 2014 года. Договор субаренды от 1 сентября 2014 года недействительным не является, и поэтому, по мнению ООО «Теплоснабжение», доводы конкурсного управляющего о недействительности договора о переводе долга от 1 октября 2014 года не обоснованы.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего возразила на доводы третьего лица. Возражения мотивированы тем, что лизингодателем ООО «РМБ-Лизинг» следовало совершить ряд действий, направленных на приобретение в собственность предмета договоров лизинга (в т.ч. государственная регистрация), что позволило бы совершать дальнейшие действия по распоряжению, владению и пользованиюООО «РМБ-Лизинг» объектами без каких-либо ограничений, в частности без согласия КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа, однако договоры купли-продажи от 11 августа 2014 года не содержат в качестве приложений акты приема-передачи объектов, отсутствуют сведения об их государственной регистрации. Конкурсный управляющий в своих возражениях настаивает на доводах о том, что необходимость заключения договора субаренды отсутствовала, поскольку в тот момент действовало концессионное соглашение и фактически имущество было изъято 15 ноября 2014 года. Конкурсный управляющий отмечает, что доводы третьего лица противоречат действующему законодательству, поскольку муниципальное имущество переходит в собственность других лиц с момента регистрации договора в уполномоченном органе.

Определением от 27 февраля 2017 года судебное разбирательство по заявлению о признании недействительной сделки должника отложено в судебном заседании 13 апреля 2017 года, заявителю предложено привлечь второго ответчика.

В судебном заседании 13 апреля 2017 года представитель конкурсного управляющего должника уточнила заявленные требования, просила также признать недействительным договор субаренды от 1 сентября 2014 года, заключенный между ООО «Теплоснабжение» (арендатор) и должником (субарендатор), как заключенный неуполномоченным лицом с целью злоупотребления правом, просила привлечь ООО «Теплоснабжение» к участию в рассмотрении настоящего заявления в качестве второго ответчика. Суд в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) принял уточненные требования конкурсного управляющего должника к рассмотрению. Представитель ответчика ООО «УК «Жилсервис» заявила о пропуске конкурсным управляющим должника срока исковой давности.

Определением от 13 апреля 2017 года суд привлек ООО «Теплоснабжение» к участию в рассмотрении настоящего заявления в качестве второго ответчика, отложил судебное разбирательство в судебном заседании 16 мая 2017 года.

11 мая 2017 года от конкурсного управляющего должника поступили возражения относительно заявления о пропуске им срока исковой давности, мотивированные следующими обстоятельствами. Как указывает конкурсный управляющий, ему до сих пор ликвидатором должника ФИО5 не переданы бухгалтерская им иная документация должника, печати, штампы, материальные и иные ценности должника. Учитывая указанные обстоятельства, конкурсный управляющий, получив требование Ростехнадзора о предоставлении пояснений о непредставлении отчетности по опасным объектам, обратился в адрес КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа с целью получения сведений о том, о переходе зданий котельных №1, №2, инженерных сетей от КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа в пользование должника и обратно в муниципальную собственность, о предоставлении КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа соответствующего согласия на такой переход. На указанный запрос конкурсный управляющий получил ответ 9 декабря 2016 года о том, что с согласия КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа между ОО «УК «Жилищно-коммунального хозяйства «Рудничный» и должником были заключены договоры аренды сетей коммунального водоснабжения. Иных сведений о направлении в адрес КУМИ запроса о передаче в аренду объектов недвижимости, а также о даче согласия КУМИ на заключение иных договоров в отношении переданного по концессионному соглашению недвижимого имущества, не имеется. Таким образом, конкурсный управляющий указывает, что сведения о наличии признаков, позволяющих признать сделки должника недействительными, ему стало известно лишь 9 декабря 2016 года. Кроме того, конкурсный управляющий отмечает, что ответчик ООО «Теплоснабжение» приобрел имущество в собственность только 7 ноября 2014 года, то есть за пределами периода оспариваемого договора субаренды недвижимого имущества от 1 сентября 2014 года.

15 мая 2017 года от ответчика ООО УК «Жилсервис» поступили возражения на доводы конкурсного управляющего о том, что договор субаренды между ответчиком и должником был заключен в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, мотивированные тем, что благодаря тому, что котельные находились в аренде у должника, должник смог в сентябре 2014 года оказывать услуги по поставке тепловой энергии и горячему водоснабжению объектам жилого и нежилого фонда и получать при этом доход. Ответчик также настаивал на заявлении о применении срока исковой давности, оспорил доводы конкурсного управляющего о том, что указанный срок им не пропущен.

15 мая 2017 года поступил отзыв от ответчикаООО «Теплоснабжение», в котором он оспаривает доводы конкурсного управляющего об аффилированности ООО УК «Жилсервис» и ООО «Теплоснабжение». Ответчик также отмечает, что согласно приказу КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа №206 от 18 июля 2014 года у должника были изъяты и возвращены в муниципальную собственность котельные, однако должник на основании договоров аренды №720 от 23 июля 2014 года, субаренды от 1 сентября 2014 года продолжал оказывать услуги по поставке тепловой энергии и горячему водоснабжению объектам жилого и нежилого фонда.

Определением от 16 мая 2017 года суд привлек КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа к участию в рассмотрении заявления должника о признании недействительными сделок должника, совершенных с ОО «УК «Жилсервис» и ООО «Теплоснабжение», в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, отложил судебное разбирательство по заявлению в судебном заседании 14 июня 2017 года, обязал КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа представить документы, подтверждающие возврат должником зданий на основании приказа КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа №206 от 18 июля 2014 года в муниципальную собственность и последующую их передачу ООО «РМБ-Лизинг», обязал ООО «УК «Жилсервис» представить доказательства оказания ООО «Кристалл 1» услуг по теплоснабжению в сентябре 2014 года, а также предоставить документы, подтверждающие какие обязательства перед ООО «Кристалл 1» были погашены путем заключения договора о переводе долга от 1 октября 2014 года.

Определением суда от 14 июня 2017 года суд отложил судебное разбирательство по заявлению в судебном заседании 10 июля 2017 года, в котором судом объявлялся перерыв до 11 июля 2017 года.

10 июля 2017 года от КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа поступил отзыв, в котором указывается на то, что поскольку здания котельных являются социально-значимыми объектами, Комитетом данное имущество до подведения итогов аукциона было передано должнику по договору аренды №720 от 23 июля 2014 года. Третье лицо отмечает, что фактически должником в 2014 году был заключен договор аренды вышеуказанного имущества, срок действия договора с 23 июля 2014 года по 22 августа 2014 года, данный срок не продлевался. Ввиду того, что срок договора аренды составил менее 30 дней, необходимость в проведении торгов отсутствовала. По окончанию срока действия договора аренды деятельность должника на объекте была прекращена, и КУМИ в одностороннем порядке осуществило приемку имущества, и затем передало его ООО «РМБ-Лизинг» по договору купли-продажи от 11 августа 2014 года. КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа заявило о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для обращения в суд с заявлением о признании недействительным договора субаренды.

10 июля 2017 года от конкурсного управляющего поступило ходатайство о рассмотрении заявленных им требований в его отсутствие, в котором он также отмечает, что основания для уточнения ранее заявленных требований отсутствуют. Конкурсный управляющий указал на обязанность суду самому квалифицировать спорные правоотношения между сторонами. Конкурсный управляющий указывает, что поскольку стороны сделки являлись аффилированными лицами, а также ввиду того, что имущество было передано должнику в аренду в связи с изъятием имущества по концессионному соглашению по причине начала процесса ликвидации, ответчики не могли не знать о том, что ООО «Кристалл 1» находится в стадии ликвидации.

Определением суда от 11 июля 2017 года судебное разбирательство по заявлению было отложено в судебном заседании 1 августа 2017 года для уточнения требований конкурсного управляющего.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника и его представитель подтвердили, что просят признать недействительными оба договора, взаимозависимость ООО «Кристалл 1» и ООО «УК «Жилсервис» усматривают через физических лиц ФИО6 и ФИО7. Представители ответчиков возразили на доводы конкурсного управляющего, просили отказать в удовлетворении заявленных требований. Иные лица, участвующие в обособленном споре, явку в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом. Суд в порядке статьи 156 АПК РФ, провел судебное заседание в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив обстоятельства и материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, определенном Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пунктах 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве понимаются как сами сделки, совершенные должником, а также действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов. Следовательно, должник в лице конкурсного управляющего обоснованно обратился с настоящим заявлением об оспаривании сделки должника.

Как следует из представленных суду документов 2 марта 2009 года между муниципальным образованием «Город Анжеро-Судженск» и обществом с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилищно-коммунальное хозяйство», город Анжеро-Судженск (ООО УК «ЖКХ») было заключено концессионное соглашение о реконструкции систем коммунальной инфраструктуры и иных объектов коммунального хозяйства…поселка Рудничный (том 21 л.д. 51-77). В числе прочих объектов концессионеру были переданы для реконструкции здание котельной № 1 и здание котельной № 2. Концессионное соглашение было зарегистрировано в установленном законом порядке.

20 декабря 2011 года ООО УК «ЖКХ» уступило права и обязанности по концессионному соглашению от 2 марта 2009 года с согласия КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа должнику – ООО «Кристалл 1» (том 21 л.д. 78-97). Договор уступки от 20 декабря 2011 года был зарегистрирован в установленном законом порядке.

Дополнительными соглашениями от 3 марта 2014 года срок действия концессионного соглашения от 2 марта 2009 года был продлен до 31 декабря 2014 года (том 21 л.д. 100-109). Затем срок был изменен до 23 июля 2014 года (том 21 л.д. 110-111).

18 июля 2014 года КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа был издан приказ № 206 «Об изъятии муниципального имущества» у ООО «Кристалл 1» (зданий котельной № 1 и № 2) том 21 л.д. 122-124, в концессионное соглашение были внесены соответствующие изменения – том 21 л.д. 125-126, здания котельных должник возвратил в муниципальную собственность – том 21 л.д. 127.

Концессионное соглашение от 2 марта 2009 года было расторгнуто 30 октября 2014 года, остальное имущество должник возвратил в муниципальную собственность 1 ноября 2014 года – том 21 л.д. 129-135). ООО «Кристалл 1», являясь ресурсоснабжающей организацией, арендовал и сети водоснабжения.

23 июля 2014 года по договору аренды объектов нежилого фонда № 720 от КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа ООО «Кристалл 1» были приняты в аренду здания котельных № 1 и № 2 на срок с 23 июля 2014 года по 22 августа 2014 года (том 25 л.д 107-117) для обеспечения потребителей горячей водой . Одновременно указанное муниципальное имущество было выставлено на торги.

11 августа 2014 года между КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа ООО «РМБ-Лизинг» были заключены договоры купли-продажи муниципального имущества № 412 и № 413 зданий котельных № 1 и № 2 (том 25 л.д. 118-140). В тот же день 11 августа 2014 года ООО «РМБ-Лизинг» передало здания котельных № 1 и № 2 в аренду ООО «Теплоснабжение» по договорам финансовой аренды (лизинга) № 5338ДФЛ и № 5339ДФЛ (том 22 л.д. 118-139).

ООО «Теплоснабжение» в свою очередь передало здания котельных № 1 и № 2 ООО «Кристалл 1» по договору субаренды №2014/1 от 1 сентября 2014 года (том 21 л.д. 12-16) на один месяц до 30 сентября 2014 года.

Конкурсный управляющий считает договор субаренды №2014/1 от 1 сентября 2014 года мнимой сделкой, поскольку необходимости у должника в его заключении не было.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не собирались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия. Мнимая сделка не порождает правовых последствий, и стороны, заключая такую сделку, не имеют намерений ее исполнять либо требовать исполнения.

Суд считает, что договор субаренды №2014/1 от 1 сентября 2014 года не является мнимой сделкой, поскольку ООО «Кристалл 1» принял от ООО «Теплоснабжение» здания котельных № 1 и № 2 (договор является одновременно актом приема-передачи), ООО «Кристалл 1» в период с 1 по 30 сентября 2014 года с использованием котельных № 1 и № 2 оказывало услуги по теплоснабжению и по снабжению горячей водой (акт сверки взаиморасчетов между ООО «Кристалл 1» и УЖКХ Администрации города Анжеро-Судженска за период с 1 января 2014 года по 30 сентября 2014 года – том 23 л.д. 60-62, свидетельствующий о выделении должнику субсидий в качестве компенсации разницы в тарифах на услуги теплоснабжения).

Доводы конкурсного управляющего в той части, что договоры финансовой аренды (лизинга) и договор субаренды от 1 сентября 2014 года недействительны (ничтожны), поскольку право собственности ООО «РМБ-Лизинг» на здания котельных № 1 и № 2 зарегистрировано только 29 сентября 2014 года (том 23 л.д. 38-41), тогда как оспариваемый договор субаренды заключен 1 сентября 2014 года, а собственник имущества – КУМИ Анжеро-Судженского городского округа согласия на заключение оспариваемого договора не давал, основаны на неверном толковании правовых норм.

Из разъяснений, изложенных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2011 года № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса о договоре аренды» следует, что в соответствии со статьей 608 ГК РФ право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

Судам следует иметь в виду, что по смыслу названной статьи арендодатель, заключивший договор аренды и принявший на себя обязательство по передаче имущества арендатору во владение и пользование либо только в пользование, должен обладать правом собственности на него в момент передачи имущества арендатору. С учетом этого договор аренды, заключенный лицом, не обладающим в момент его заключения правом собственности на объект аренды (договор аренды будущей вещи), не является недействительным на основании статей 168 и 608 ГК РФ.

Кроме того, судам необходимо учитывать, что применительно к статье 608 ГК РФ договор аренды, заключенный с лицом, которое в момент передачи вещи в аренду являлось законным владельцем вновь созданного им либо переданного ему недвижимого имущества (например, во исполнение договора купли-продажи) и право собственности которого на недвижимое имущество еще не было зарегистрировано в реестре, также не противоречит положениям статьи 608 ГК РФ и не может быть признан недействительным по названному основанию.

ООО «РМБ-Лизинг» приобрело у муниципалитета здания котельных № 1 и № 2 для ООО «Теплоснабжения» с целью оформления договоров финансовой аренды (лизинга), получило по актам приема-передачи у КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа от 25 августа 2014 года. На основании данных договоров ООО «Теплоснабжение» передало в субаренду ООО «Кристалл 1» имущество на один месяц. Доказательств того факта, что арендатор не давал согласия на сдачу имущества в субаренду, суду не представлено. Представитель ООО «Теплоснабжение» суду пояснил, что лицензия еще не была оформлена, а услуги по теплоснабжению и снабжению горячей водой потребителям необходимо было оказывать.

ООО «Кристалл 1» являлось стороной договора субаренды №2014/1 от 1 сентября 2014 года, исполняло его, поэтому ссылаться на факт его ненадлежащего заключения не вправе. В данной части заявление конкурсного управляющего необоснованно и не подлежит удовлетворению.

Арендная плата по договору субаренды №2014/1 от 1 сентября 2014 года была установлена в размере 2950000 руб. в месяц. Поскольку имущество в виде зданий котельных № 1 и № 2 использовалось должником, у него была обязанность оплатить ООО «Теплоснабжению» арендную плату.

ООО «Кристалл 1» оказывало услуги по теплоснабжению и поставки горячей воды ООО «УК «Жилсервис» по договору № 20/1 на теплоснабжение и поставку горячей воды от 1 февраля 2013 года (том 21 л.д. 29-40, том 23 л.д. 35-45).

1 октября 2014 года между ООО «УК «Жилсервис» и ООО «Кристалл 1» был заключен договор перевода долга от 1 октября 2014 года (том 21 л.д. 17-18), по условиям которого с согласия ООО «Теплоснабжения» ООО «УК «Жилсервис» приняло на себя обязательства погасить долг за ООО «Кристалл 1» по договору субаренды №2014/1 от 1 сентября 2014 года в размере 2950000 руб., а в качестве оплаты за погашение задолженности ООО «Кристалл 1» на эту же сумму уменьшил задолженность ООО «УК «Жилсервис» по договору № 20/1 на теплоснабжение и поставку горячей воды от 1 февраля 2013 года.

Конкурсный управляющий ФИО1 оспаривает данный договор и как мнимую сделку и как подозрительную сделку по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Признаков мнимости у договора перевода долга от 1 октября 2014 года судом установлено не было. ООО «Теплоснабжение» получило арендную плату по договору субаренды №2014/1 от 1 сентября 2014 года от ООО «УК «Жилсервис», о чем свидетельствует письмо от 6 октября 2016 года (том 21 л.д. 46), ООО «Кристалл 1» уменьшил задолженность ООО «УК «Жилсервис» по договору № 20/1 на теплоснабжение и поставку горячей воды от 1 февраля 2013 года на сумму 2950000 руб. (том 23 л.д. 35-37).

По договору перевода долга от 1 октября 2014 года произошло одновременное погашение задолженности перед ООО «Теплоснабжение» в размере 2950000 руб. по обязательствам, возникшим в сентябре 2014 года, и выбыла из состава имущества должника дебиторская задолженности ООО «УК «Жилсервис» в размере 2950000 руб., поэтому он может быть оспорен конкурсным управляющим по правилам главы III.I Закона о банкротстве.

Дело о банкротстве должника возбуждено 28 октября 2015 года. Оспариваемый договор заключен 1 октября 2014 года, то есть в пределах трехгодичного срока до возбуждения дела о банкротстве ООО «Кристалл 1».

Таким образом предпочтительное удовлетворение требований ООО «Теплоснабжение» не может быть оспорено по статье 61.3 Закона о банкротстве, а только по пункту 2 статьи 61.2 Закона (пункт 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии, в частности, условия о том, что стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В отношении ООО «Теплоснабжения» суд не усматривает наличия такого признака для оспаривания сделки как цель у ООО «Кристалл 1» причинения вреда кредиторам и информирования ООО «Теплоснабжение» о такой цели у должника.

Действительно, как указывает конкурсный управляющий ФИО1 на момент заключения договора перевода долга от 1 октября 2014 года у ООО «Кристалл 1» имелись неисполненные обязательства перед АО «СУЭК-Кузбасс» за 2013 год, включенные в реестр требований кредиторов (определение суда от 4 апреля 2016 года). Следовательно, имелись признаки неплатежеспособности, установленные статьей 2 Закона о банкротстве.

Но доказательств того факта, что ООО «Теплоснабжению» было известно о наличии у ООО «Кристалл 1» цели причинить вред кредиторам, суду представлено не было. ООО «Теплоснабжение» не является заинтересованным лицом по отношению к ООО «Кристалл 1» (том 22 л.д. 72-84, том 22 л.д. 146-148). Поэтому презумпция информированности о наличии у должника признаков неплатежеспособности использована быть не может. Довод конкурсного управляющего, что у ООО «Теплонснабжение» и ООО «УК «Жилсервис» общий участник – ФИО8, не свидетельствует о наличии заинтересованности по отношению к ООО «Кристалл 1», к тому же ФИО8 вошел в состав участников ООО «Теплоснабжения» только в 2015 году.

Пунктом 2.4 договора перевода долга предусмотрено, что за принятие ООО «УК «Жилсервис» обязательств по оплате долга перед ООО «Теплоснабжение» ООО «Кристалл 1» уменьшает задолженность ООО «УК «Жилсервис» на данную сумму перед должником по договору № 20/1 на теплоснабжение и поставку горячей воды от 1 февраля 2013 года, то есть содержится условие о зачете.

Обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования (статья 410 ГК РФ).

Произведенным зачетом 1 октября 2014 года были погашены обязательства ООО «УК «Жилсервис» пред должником по договору № 20/1 на теплоснабжение и поставку горячей воды от 1 февраля 2013 года, то есть из состава имущества должника выбыла дебиторская задолженность в размере 2950000 руб.

Однако, в отношении ООО «УК «Жилсервис» суд не установил наличия такого признака для оспаривания сделки как цель причинения вреда кредиторам. Цель причинения вреда должна быть именно на дату заключения оспариваемого договора.

Доказательств того факта, что ООО «УК «Жилсервис» было известно о наличии у ООО «Кристалл 1» цели причинить вред кредиторам на дату совершения оспариваемой сделки, суду представлено не было. ООО «УК «Жилсервис» не является заинтересованным лицом по отношению к ООО «Кристалл 1» (том 22 л.д. 72-84, том 22 л.д. 144-145). Поэтому презумпция информированности о наличии у должника признаков неплатежеспособности использована быть не может. Довод конкурсного управляющего, что до 26 августа 2014 года ФИО6 и ФИО7 являлись одновременно участниками ООО «УК «Жилсервис» и участником и руководителем ООО «Кристалл 1», не свидетельствует о наличии заинтересованности по отношению к ООО «Кристалл 1» на 1 октября 2014 года. После 26 августа 2014 года состав участников и руководителей в ООО «Кристалл 1» и ООО «УК «Жилсервис» был совершенно различный. При этом в деле отсутствуют доказательства, что прежние участники ООО «УК «Жилсервис» предоставили новым его участникам и руководителю информацию о неплатежеспособности их контрагента – ООО «Кристалл 1».

В процессе рассмотрения заявления конкурсного управляющего ООО «УК «Жилсервис» заявило о пропуске срока исковой давности, поскольку конкурсный управляющий ФИО1 был утвержден 23 ноября 2015 года, а в суд с заявлением обратился только 9 января 2017 года.

О пропуске срока исковой давности было заявлено и третьим лицом – КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа. Однако, законодательство не наделяет третьих лиц, привлеченных судом к участию в деле, правом делать заявления о пропуске срока исковой давности при оспаривании сделок.

В соответствии со статьей 195 (ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности установлен законом в три года и начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (статьи 196 и 200 ГК РФ).

Сделки, оспариваемые по правилам Закона о банкротстве относятся к категории оспоримых, а не ничтожных сделок (пункты 4, 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В силу статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной составляет один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, об обстоятельствах её недействительности и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о признании оспоримой сделки недействительной.

Суд не может согласиться с позицией ООО «УК «Жилсервис» о том, что срок давности для признания недействительным договора перевода долга от 1 октября 2014 года следует исчислять с 23 ноября 2015 года, то есть с даты утверждения конкурсного управляющего должника.

Как разъяснено судам в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

При вынесении определения суда от 30 мая 2016 года о выдаче исполнительного листа на понуждение ликвидатора ООО «Кристалл 1» ФИО5 передать управляющему документацию и имущество общества судом было установлено, что документация должника не была передана конкурсному управляющему ФИО1 но он пытался получить и документацию общества и его имущество, то есть действовал добросовестно и разумно.

Поэтому суд для начала течения срока исковой давности может принять только ответ КУМИ администрации Анжеро-Судженского городского округа от 9 декабря 2016 года (том 21 л.д. 19-21), где были изложены обстоятельства заключения и исполнения оспариваемых договоров, управляющему были представлены копии соответствующих документов. Поскольку конкурсный управляющий с настоящим заявлением обратился 9 января 2017 года, то срок давности им не был пропущен.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как разъяснил Верховный суд Российской Федерации в постановлении Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

То есть именно управляющий должен был суду доказать наличие в действиях ООО «Кристалл 1», ООО «Теплоснабжение» и ООО «УК «Жилсервис» признаков злоупотребления правом при заключении оспариваемых договоров, но не доказал.

В силу положений статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Поскольку судом было отказано в удовлетворении заявления об оспаривании сделки должника, оснований для применения последствий недействительности сделки не имеется.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований государственная пошлина в размере 12000 руб. подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета, поскольку определением суда от 1 февраля 2017 года заявителю была предоставлена отсрочка в её уплате.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 32, 61.1, 61.3, 61.6, 61.8, 61.9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 года №127-ФЗ, статьями 110, 184, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

о п р е д е л и л :

Отказать обществу с ограниченной ответственностью «Кристалл 1», пгт Рудничный города Анжеро-Судженска Кемеровской области в лице конкурсного управляющего ФИО1 в удовлетворении заявления о признании недействительными сделок должника, совершенных с обществом с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Жилсервис», город Анжеро-Судженск Кемеровской области, обществом с ограниченной ответственностью «Теплоснабжение», город Анжеро-Судженск Кемеровской области и применении последствий недействительности сделок.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Кристалл 1», пгт Рудничный города Анжеро-Судженска Кемеровской области (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 12000 руб. государственной пошлины.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок со дня вынесения.

Судья Ж.А.Васильева