Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Целищевой Е.В. (до перерыва), помощником судьи Россохиной Л.Н. (после перерыва)

рассмотрел в судебном заседании заявлениефинансового управляющего ФИО1 (дата рождения 29.01.1992, место рождения пос. Восточный Кировской области, ИНН <***>, место регистрации Кировская область, город Котельнич) ФИО2

к ФИО3

к участию в деле привлечены: ФИО4, ФИО5, ФИО6

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки

при участии в судебном заседании представителей (согласно протоколу),

установил:

ФИО1 (далее - должник) в порядке статей 37, 213.4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) обратилась в Арбитражный суд Кировской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 07.03.2019 заявление принято судом к производству.

Определением суда от 24.04.2019 (резолютивная часть определения объявлена 18.04.2019) заявление было признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

Сведения о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликованы в выпуске газеты «Коммерсантъ» от 18.05.2019 № 84.

Решением суда от 12.12.2019 (резолютивная часть определения объявлена 05.12.2019) ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

Сведения о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликованы в выпуске газеты «Коммерсантъ» от 21.12.2019 № 236.

Финансовый управляющий должника в порядке главы 3.1 Закона о банкротстве обратился в Арбитражный суд Кировской области с заявлением о признании недействительным договора от 11.04.2013 купли-продажи квартиры, общей площадью 21,9 кв.м, на 9 этаже по адресу: <...>, заключенного между ФИО1 и ФИО3 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств в размере 1 000 000 рублей с ФИО3 в пользу ФИО1.

К участию в деле привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО6.

Финансовый управляющий явку представителя в судебное заседание не обеспечил, представил ходатайство об истребовании следующих документов:

- у Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по Кировской области информацию о движении по квартире, расположенной по адресу <...>,корп 1,кв.84 за период с апреля 2013г. по декабрь 2019г.; документы, послужившие основание для регистрации по месту жительства ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

- у Управления Федеральной налоговой службы по Кировской области сведений о доходах и об удержанных суммах налогов за 2010-2013 годы ФИО3; сведений о предоставлении налоговой декларации по форме 3 НДФЛ за 2010-2013 года ФИО3;

- у ООО «Лепсе-уют плюс» сведения о выставляемых счетах по адресу <...>,корп 1,кв.84, за период с апреля 2013г. по сентябрь 2014г., а именно: на чье имя выставлялись счета, производилась ли оплата за коммунальные услуги и от имени кого (кто являлся плательщиком).

- у Управления записи актов гражданского состояния (ЗАГС) Кировской области (адрес 610019, <...>) информацию о степени родства между ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В соответствии с частью 1 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Согласно части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

В части ходатайства об истребовании сведений у Управления по вопросам миграции ГУ МВД по Кировской области арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения требований, поскольку заявителем не конкретизировано, какую информацию о каком движении по квартире он просит истребовать; невозможность самостоятельного получения сведений, на основании которых была внесена запись о регистрации супруга должника финансовым управляющим также не доказана (не представлен отказ от самостоятельного получения данной информации должником и его супругом, при этом арбитражный суд исходит из добросовестного взаимодействия должника и финансового управляющего в процедуре банкротства и оказания ФИО8 необходимого содействия финансовому управляющему в получении необходимой информации).

Более того, в судебном заседании представитель ответчика пояснила, что супруг должника был зарегистрирован в спорной квартире по просьбе самого ответчика в рамках условий договора о предоставлении должнику права пользования квартирой до 30.12.2014 для целей трудоустройства ФИО7, фактически там не проживал.

В отношении истребования сведений о декларациях ответчика арбитражный суд не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства, поскольку ответчик основывает свои возражения о наличии у него достаточных для оплаты квартиры денежных средств путем представления выписок по счетам, свидетельствующих о снятии наличных денежных средств, в связи с чем даже отсутствие в налоговой инспекции сведений о доходах ответчика, не опровергает снятия им денежных средств с собственного счета.

Оснований для истребования сведений у ООО «Лепсе-уют плюс» арбитражный суд также не усматривает, поскольку финансовым управляющим самостоятельно представлена квитанция за август 2014 года, выставленная для оплаты ФИО3, в которой указано количество человек – 1 (сведения о регистрации в данной квартире самой ФИО8 не представлены), равно как и не представлена невозможность самостоятельного получения финансовым управляющим в ООО «Лепсе-уют плюс» информации о произведенных должником оплатах за коммунальные услуги по спорной квартире.

Поскольку в ходе рассмотрения дела представитель ответчика пояснила, что ФИО3 является родным сыном ФИО4, постольку факт наличия близких родственных отношений не оспаривается в ходе рассмотрения дела, следовательно, оснований для истребований данной информации арбитражный суд не усматривает.

Представитель ответчика против заявленных требований возражала по основаниям, изложенным в отзыве на заявление.

Представитель ФИО4 также возражал против удовлетворения заявленных требований по основаниям, указанным в отзыве. Как указывает ФИО4, ФИО7 она ни разу не видела, в 2015 году в квартире она сделала ремонт, после чего сдавала квартиру, оплачивала коммунальные платежи. По договору от 02.09.2019 квартира была продана.

В материалы дела также отзыв на заявление ФИО5 ЛД.А., в котором она указала на отсутствие оснований для удовлетворения требований. На момент приобретения спорный квартиры о наличии каких-либо притязаний известно не было.

Финансовый управляющий, ФИО5, ФИО6, явку уполномоченных представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте извещены надлежащим образом.

Заявление рассматривается на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по имеющимся в материалах дела доказательствам в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующие обстоятельства.

11.04.2013 между должником (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи (далее - договор), по условиям которого продавец передает, а покупатель принимает и обязуется оплатить квартиру №84 общей площадью 21.9 кв.м., расположенную на 9 этаже в <...>.

Пунктом 3.1 договора определено, что стоимость предмета договора составляет 1 000 000 руб., оплата произведена в момент подписания договора.

На договоре имеется расписка о получении ФИО8 денежных средств в сумме 1 000 000 руб.

Пунктом 5.2 стороны определили, что ФИО9 обязуется в срок до 30.12.2014 выкупить у ФИО3 квартиру по цене 1 000 000 руб. при условии 100% предоплаты, по дополнительному согласованию с покупателем ФИО9 вправе до 30.12.2014 пользоваться недвижимым имуществом.

Переход права зарегистрирован в установленном законом порядке 25.04.2013.

10.01.2014 ФИО3 и ФИО4 подписали договор купли-продажи спорной квартиры по цене 1 000 000 руб., переход права зарегистрирован 21.03.2014.

В настоящее время собственниками спорной квартиры являются ФИО5 и ФИО6 на основании договора купли-продажи, заключенного с ФИО4 02.09.2019 по цене 1 150 000 руб.

Полагая, что договор заключен в целях прикрытия заемных обязательств при злоупотреблении сторонами своими правами, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Как указано в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Финансовый управляющий в качестве правового обоснования признания договора купли-продажи земельного участка недействительным указал статьи 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Следовательно, для квалификации сделок как совершенных со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели. В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Оспаривая сделку на основании положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, финансовый управляющий указал на отсутствие доказательств оплаты по спорной сделке.

Указанный факт опровергается представленной в материалы дела распиской должника, выполненной на договоре (документ поступил из Управления Росреестра по Кировской области по запросу суда) и выписками по счету ФИО3, из которых следует, что ответчиком 20.03.2013 сняты со счета, открытого в ПАО «Сбербанк России», денежные средства в сумме 856 348,54 руб., 27.04.2012 со счета в ПАО КБ «УБРиР» сняты денежные средства в сумме 268 365,25 руб., 13.06.2012 сняты денежные средства в сумме 482 949,77 руб., всего на общую сумму 1 607 663,56 руб.

Таким образом, в пределах 1 года до даты написания должником расписки о получении денежных средств ответчиком со своих расчетных счетов сняты денежные средства в сумме боле 1,5 млн. руб., что, по мнению суда, свидетельствует о достаточности денежных средств как для целей обеспечения минимальных потребностей ответчика в течение года, так и производства оплаты по договору купли-продажи от 11.04.2013.

Иных документов, опровергающих факт получения должником денежных средств, финансовым управляющим не представлено.

Отрицание должником получения денежных средств не является достаточным основанием для вывода об отсутствии оплаты по договору. Расходование денежных средств должником находится вне сферы контроля контрагента по сделке при условии отсутствия доказательств аффилированности его с самим должником. Такие доказательства не представлены.

При таких обстоятельствах наличие в действиях обоих сторон сделки признаков злоупотребления правом не доказано финансовым управляющим, в том числе с учетом отсутствия доказательств наличия в период заключения оспариваемой сделки кредиторов, чьи требования впоследствии были включены в реестр требований кредиторов.

При этом арбитражный суд также принимает во внимание, что в течение длительного времени (7 лет) сам должник не предъявлял каких-либо требований к ответчику, как о взыскании оплаты по договору, так и об оспаривании сделки.

Как указывает финансовый управляющий, согласно пояснениям ФИО8 в 2013 году между ФИО10 и третьими лицами (ФИО11) был заключен договор займа под залог спорной недвижимости, однако, во избежание возможных проблем с обращением взыскания на заложенное имущество, ФИО10 предложил оформить договор купли-продажи с ФИО3

По мнению финансового управляющего, ФИО3 является аффилированным лицом по отношению к ФИО10, поскольку они оба являются учредителями ООО «МИА ГУСТО».

ФИО10 обращался с заявлением о включении в реестр требований кредиторов, определением суда от 12.11.2019 принят отказ ФИО10 от заявленных требований. По мнению финансового управляющего отказ от требований обусловлен указанием финансовым управляющим в отзыве на получение ФИО10 квартиры.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №25) разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 88 Постановления №25).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что в случае признания сделки недействительной в связи с притворностью суду необходимо установить действительную волю сторон, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны. При этом следует учесть, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

В силу приведенных выше норм признаком притворности является отсутствие волеизъявления сторон на исполнение заключенной сделки, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.

Применительно к договору купли-продажи притворность сделки исключает намерение продавца прекратить свое право собственности и получить от покупателя денежные средства, а покупатель со своей стороны не намерен приобрести право собственности на предмет сделки и не передает продавцу какие-либо денежные средства.

Вместе с тем, в данном случае, фактические действия сторон свидетельствует о совершении действий, направленных на прекращение титула с одной стороны и приобретение его с другой стороны.

Из материалов дела следует, что ответчик распоряжался юридической судьбой вещи (заключение договора купли-продажи), имеется решение о выселении ФИО7 из спорной квартиры, на представленных в материалы дела квитанциях об оплате коммунальных услуг собственником также числится ответчик.

В материалы дела представлена заверенная печатью Банка распечатка оплаты задолженности по коммунальным услугам, образовавшейся с марта 2013 года по спорной квартире, произведенная 16.04.2016 в адрес ООО «Лепсе-уют плюс» со стороны ответчика, то есть с марта 2013 года должник перестал оплачивать коммунальные платежи по спорной квартире.

Представитель ФИО4 пояснял, что она производила ремонт в спорной квартире, в подтверждение чего представлен договор на проведение ремонтных работ от 05.03.2015, в котором указано лишь на производство монтажных работ, демонтажные работы отсутствуют. В ходе рассмотрения дела представитель ответчика пояснила, что квартира приобреталась с черновой отделкой; кассовые и товарные чеки на приобретение строительных материалов, расписки об оплате за произведенный ремонт, квитанции на доставку товаров по адресу: <...>. В подтверждение доводов о том, что квартира сдавалась в аренду, ФИО4 в материалы дела представлены договоры найма от 07.06.2016, 13.11.2016, 26.12.2018. В подтверждение доводов об оплате коммунальных услуг представлены чеки-ордера об оплате за период с марта 2016 по февраль 2017 года. Также в материалы дела представлены справки о доходах ФИО4 и выписки по счетам, в подтверждение произведенной ей оплаты по договору купли-продажи квартиры.

В данном случае финансовым управляющим не представлены доказательства, подтверждающие доводы о том, что оспариваемый договор является способом обеспечения исполнения обязательств третьих лиц перед ФИО10 Сам по себе факт наличия в производстве судов дел о взыскании задолженности по займам в пользу данного лица такие обстоятельства подтверждать не может.

Так не представлен договор займа, на который ссылается финансовый управляющий, не представлены пояснения относительно разумной экономической цели использования самой ФИО8 такой конструкции (не раскрыто существо отношений покрытия – залога по обязательствам третьих лиц).

Доводы о вселении ФИО7 после заключения договора сами по себе не свидетельствуют о притворности сделки, поскольку не противоречат условиям договора о предоставлении ФИО8 права пользования помещением до декабря 2014 года.

Доводы об отказе от требований ФИО10 ввиду указания ему на оставление за собой квартиры также не могут быть приняты во внимание, поскольку ФИО10 согласно сведениям ЕГРН правообладателем квартиры не являлся, помимо довода о передаче имущества, финансовый управляющий в своем отзыве на требования данного кредитора также указывала на пропуск срока исковой давности по договору поручительства от 10.06.2014 (основное обязательство – договор займа с ФИО7 от 10.06.2014) с учетом отмены судебного приказа о взыскании задолженности по договору займа в пользу ФИО10

Доводы финансового управляющего о введении должника в заблуждение ввиду ее незрелости и неграмотности в юридических вопросах не подтверждены документально.

При таких обстоятельствах, имеющаяся совокупность установленных по делу фактических обстоятельств не позволяет сделать вывод о том, что оспариваемый договор купли-продажи был заключен с целью прикрытия обеспечительной сделки – передачи имущества в залог по обязательствам третьих лиц.

С учетом изложенного не имеется оснований для удовлетворения заявления.

Руководствуясь статьями 61.1, 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

в удовлетворении требований отказать.

Определение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в течение 10 дней со дня его принятия.

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Кировской области.

Судья А.С. Калинина