Гражданский кодекс часть 1

решением Арбитражного суда Курганской области от 23.08.2018 (резолютивная часть) общество с ограниченной ответственностью «Отель Москва» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, в отношении должника открыто конкурсное производство. Определением суда от той же даты конкурсным управляющим утвержден ФИО1 - член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражный управляющих «Южный Урал».

Сообщение о судебном акте опубликовано в информационном ресурсе газеты «Коммерсантъ» 01.09.2018.

23.07.2019 конкурсный управляющий ФИО1 (далее – заявитель) обратился в Арбитражный суд Курганской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО7 (далее – ответчики) на сумму 6 446 012 руб. 34 коп.

Конкурсный управляющий в предварительном судебном заседании 17.02.2020 уточнил нормативное обоснование заявленных требований со ссылкой на статью 10 Закона о банкротстве (л.д. 51-55, т. 3).

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представитель конкурсного управляющего ЗАО «Гостиница Москва» (конкурсный кредитор) заявление конкурсного управляющего поддержал.

ФИО3 с заявленными требованиями не согласен, считает, что заявителем в нарушении статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств о наличии вины, незаконных действий ФИО3, причинно-следственной связи между его действиями и наступившими последствиями.

Ранее указал, что при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 10 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должен обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта наличия вины и незаконных действий); размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

ФИО2 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом. В ранее представленном отзыве указал, что сделки, на которые указывает конкурсный управляющий: договор аренды нежилых помещений от 01.02.2015, договор аренды парковочных мест от 01.04.2015, не причинили вред имущественным правам кредиторов. На день признания ООО «Отель Москва» несостоятельным (банкротом) и возникновения обязанности по передаче документов бухгалтерского учета и отчетности конкурсному управляющего ФИО2 не являлся лицом, ответственным за ведение бухгалтерского учета, у него отсутствовала обязанность хранить указанные документы и передать их конкурсному управляющему. Определением Арбитражного суда Курганской области от 06.06.2019 по настоящему делу конкурсному управляющему отказано в удовлетворении его заявления об истребовании документов по причине недоказанности того, что истребуемые документы находятся у ФИО2 и ФИО3Ввиду отсутствия презумпций, предусмотренных п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, конкурсному управляющему следовало предоставить подробное обоснование и доказательства совершения контролирующими должника лицами действий, повлекших банкротство ООО «Отель Москва». Такие обоснование и доказательства конкурсным управляющим не представлены, что исключает удовлетворение его требований.

Уполномоченный орган явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, письменного отзыва по существу заявленных требований не представил, о месте и времени извещен надлежащим образом.

В силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие ФИО2 и представителя уполномоченного органа.

Изучив и оценив материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав объяснения представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 29 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53).

В силу части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время рассмотрения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, а также заявление о возмещении должнику убытков, причинённых ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Пунктом 12 статьи 142 Закона о банкротстве предусмотрено, что если требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа не были удовлетворены за счет конкурсной массы, конкурсный управляющий, конкурсные кредиторы и уполномоченный орган, требования которых не были удовлетворены, имеют право до завершения конкурсного производства подать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, указанных в статьях 9 и 10 настоящего федерального закона.

Поскольку ответственность контролирующих должника лиц и его руководителя является гражданско-правовой, то привлечение к субсидиарной ответственности возможно с учетом положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имели право давать обязательные для этого юридического лица указания или иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В силу пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Установлено, что 09.10.2014 ООО «Отель Москва» зарегистрировано Инспекцией Федеральной налоговой службы по г. Кургану под основным государственным регистрационным номером <***> (выписка из Единого государственного реестра юридических лиц том 1 л.д. 61-68).

Основной вид деятельности ООО «Отель Москва» - деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания.

Как указывает в своем заявлении конкурсный управляющий, контролирующими лицами ООО «Отель Москва» являются: ФИО2, учредивший ООО «Отель Москва» и являвшийся директором и учредителем до 05.10.2015 года.

ФИО3, являющийся исполнительным директором ООО «Отель Москва» на основании приказа от 01.02.2015 № 3 и согласно должностной инструкции «несет персональную ответственность за составление бюджета, за прибыль и убытки, как всего предприятия, так и в рамках конкретных проектов» и обладающий доверенностью от 20.01.2015 сроком до 20.01.2016, содержащей, в числе прочего, полномочия последнего на заключение сделок от имени ООО «Отель Москва», что подтверждается решением Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу № А34-4851/2015.

В силу положений пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, в том числе и в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества. В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона. Для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет значение наличие причинно-следственной связи между неподачей заявления и наступлением неблагоприятных для должника последствий в виде обязательств, возникших после истечения месячного срока, установленного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим были выявлены основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц в связи со следующими обстоятельствами.

1. Контролирующим лицом совершены сделки, повлекшие причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

Между ООО «Отель Москва» (арендатор) и ЗАО «Гостиница «Москва» (арендодатель) были заключены договоры аренды (со стороны должника - в лице ФИО8) по цене ниже рыночных, что повлекло признание их недействительными и, как следствие, причинило имущественный вред интересам Управления ФНС по Курганской области и ЗАО «Гостиница «Москва», которые стали в результате данного обстоятельства кредиторами должника и причинило убытки самому должнику в виде взысканного размера арендной платы ЗАО «Гостиница «Москва», что стало основанием для признания должника банкротом (то есть заключение порочных сделокпривело к признакам банкротства). Следовательно, порочность сделок повлекла в дальнейшем возникновение кредиторской задолженности ООО «Отель Москва» перед имеющимися кредиторами: Управления ФНС по Курганской области и ЗАО «Гостиница «Москва», причем, как установлено решением Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу № А34-4851/2015, ООО «Отель Москва» осознавало порочность сделки в момент её заключения и возникновения вышеуказанных последствий.

В результате начала судебного процесса по оспариванию договоров аренды (дата подачи заявления 04.08.2015) ООО «Отель Москва» в дальнейшем прекратило использовать арендуемое имущество в связи с подачей заявления в сентябре 2015 года о расторжении оспариваемого договора аренды, что лишило ООО «Отель Москва» источника дохода. В связи с отсутствием источника дохода образовалась задолженность перед Управлением ФНС по Курганской области, т.к. до этого согласно выписки с расчетного счета, обязательные платежи уплачивались, так начало возникновения задолженности по обязательным платежам приходится на август -ноябрь 2015 года (в размере более 300 тыс. рублей), то есть после начала судебного процесса по оспариванию договоров аренды.

Вместе с тем, ООО «Отель Москва» перестало сдавать отчетность ещё с 2015 года (единственный отчет за 2014 год - имеется в материалах настоящего дела о банкротстве по данным налогового органа). Единственный счет был закрыт 02.10.2015, в сентябре 2015 года прекращение аренды, 05.10.2015 смена руководителя и учредителя общества, следовательно, по мнению конкурсного управляющего хозяйственно-экономическая деятельность Общества прекратилась к началу подачи заявления о взыскании денежных средств в виде арендной платы (первое судебное заседание - 07.10.2015).

Как полагает конкурсный управляющий, ООО «Отель Москва» создавалось с целью заработать на гостиничном бизнесе за счет и в ущерб ЗАО «Гостиница «Москва».

Контролирующим ООО «Отель Москва» лицом в период совершения сделок, являлся ФИО2 (директор и учредитель должника, действующий в момент заключения сделок) и ФИО3 - исполнительный директор ООО «Отель Москва».

Доказательством наличия контроля со стороны вышеуказанных лиц, в том числе и ФИО3 в отношении должника, по мнению конкурсного управляющего, являются положения решения Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу № А34-4851/2015:

«Также спорные сделки заключены непосредственно перед досрочным прекращением полномочий ФИО9 в качестве генерального директора ЗАО «Гостиница «Москва» (протокол внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «Гостиница «Москва» от 09.04.2015 № 1, т. 1, л. д. 55) и в день принятия ФИО3 на должность исполнительного директора ООО «Отель Москва» (приказ от №3, т. 6, л. д. 145). Договор аренды от 01.02.2015 подписан на срок 11 месяцев, а через 2 месяца подписан договор аренды от 02.04.2015 в отношении тех же помещений на срок 4 года. Также материалами дела подтверждено наличие у ФИО3 доверенности от 20.01.2015 (т. 13, л. д. 80), содержащей, в числе прочего, полномочия последнего на заключение сделок от имени ответчика. Кроме того, у ФИО3 как у исполнительного директора согласно приказу от 01.02.2015 № 07 директора ООО «Отель Москва» ФИО2 имелось право подписи кассовых документов, а также согласно справке акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» от № 045-22-15/32 право распоряжения банковским счетом (т. 13, л. д. 51-54). Из указанного, в частности, следует, что в период заключения спорных договоров аренды ФИО3 являлся одним из руководителей ООО «Отель Москва», имевших полномочия на распоряжение имуществом и денежными средствами общества.

Кроме того, установлено, что оспариваемые сделки заключены по ценам, заведомо ниже рыночных и в ущерб интересам истца, о чем ответчик не мог не знать в силу того, что на момент заключения спорных сделок в ЗАО «Гостиница «Москва» директором являлась ФИО9 (бабушка ФИО3)».

Таким образом, совершенные порочные сделки причинили вред кредиторам, начиная с момента заявления в судебном порядке о их недействительности, что повлекло прекращение пользования арендованным имуществом, т.е. прекращение основной деятельности должника, в свою очередь, это повлекло, лишение источника дохода и, как следствие, формирование задолженности перед уполномоченным органом, после признания договоров аренды недействительными - появление задолженности перед ЗАО «Гостиница «Москва».

2. Контролирующими лицами не переданы конкурсному управляющему документы ООО «Отель Москва».

Конкурсным управляющим ООО «Отель Москва» были направлены письменные требования о предоставлении документации должника, после чего управляющий обратился в суд с заявлением об истребовании документов, в удовлетворении заявления было отказано в связи с отсутствием доказательств того, что документы, истребуемые заявителем находятся у ФИО2, ФИО3

Без бухгалтерской документации должника, которую обязан передать должник, управляющему не известна информация о наличии, размере дебиторской задолженности и дебиторах, что является активом должника и могло составлять конкурсную массу должника.

Так же, как видно из выписки по банковскому счету, в назначениях платежа: должником приобреталось имущество в виде дизель-генератора, однако, никакой документации о приобретении и дальнейшей судьбе данного имущества не имеется, при наличии такой документации была бы возможность проанализировать сделку, в случае необходимости её оспорить, определить местонахождение имущества, что составляло бы конкурсную массу должника.

Вместе с тем, у конкурсного управляющего в такой ситуации нет возможности изучить кассовые документы, а равно проанализировать доходы и расходы по кассовым документам должника.

Следовательно, без указанной документации отсутствуют какие-либо возможности для формирования конкурсной массы должника, однако, организация в 2014 и в 2015 году активно осуществляла деятельность, получала прибыль, осуществляла расходы (на выплату заработной платы работникам т.д.), что не представляется возможным проверить и проанализировать, в частности, определить разумность размеров заработной платы.

Согласно Федеральному закону от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые организацией, подлежат оформлению первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская отчетность подлежат хранению не менее пяти лет после отчетного года.

Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации, правом подписи кассовых документов обладал исполнительный директор ФИО8, что фактически свидетельствует о наличии доступа и права на распоряжение указанной документацией.

Возможность привлечения к ответственности за обеспечение сохранности бухгалтерского учета имеет своей целью обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

3. Контролирующими лицами должника не было подано заявление о признании банкротом.

Согласно п.1 ст. 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно определению Арбитражного суда Курганской области от 16.11.2018 задолженность по уплате обязательных платежей включена в реестр требований кредиторов на сумму 783 815 руб. 85 коп., так задолженность начала формироваться с конца 2015 года. Должнику было выставлено требование УПФР в г. Кургане Курганской области об уплате недоимки по страховым взносам, пеней и штрафов от 29.07.2015 в размере 334 219, 73 рублей, срок уплаты до 17.08.2015.Так же аналогичное требование от 16.11.2015 на сумму 394 038, 67 рублей, срок уплаты до 04.12.2015.Данные требования исполнены не были.

Таким образом, задолженность более 300 тыс. рублей имелась уже в августе 2015 года, следовательно, в сентябре 2015 годадолжник был обязан подать заявление о признании должника банкротом.

Согласно п. 11 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер требований, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Отель Москва» на сегодняшний день составляет 6 430 119,51 рублей.

Размер требований по текущим платежам составляет 15 892,83 рублей, в том числе 9 257,82 рублей - оплата публикации сообщений в ЕФРСБ, 367 рублей - почтовые расходы, 6 268,01 рублей - оплата публикации сообщения в газете «Коммерсантъ».

Итого общий размер задолженности ООО «Отель Москва» составляет 6 446 012,34 рублей.

Конкурсный управляющий полагает, что совокупность фактов, установленных арбитражным судом в рамках дела № А34-4851/2015, а также изложенных в заявлении, в полной мере подтверждает наличие у ФИО3 и ФИО7 статуса контролирующего лица ООО «Отель Москва», доказывает причинно-следственную связь между действиями контролирующих лиц ООО «Отель Москва» и причиненными кредитору убытками.

Суд, рассмотрев доводы заявления конкурсного управляющего, пришел к следующим выводам.

Заявитель указывает, что ФИО3 является контролирующим лицом ООО «Отель «Москва», так как являлся исполнительным директором ООО «Отель «Москва» на основании приказа от 01.02.2015 № 3; согласно должностной инструкции несёт персональную ответственность за составление бюджета, за прибыль и убытки как всего предприятия, так и в рамках конкретных проектов; имел доверенность от 20.01.2015 сроком до 20.01.2016, предусматривающую полномочия на заключение сделок от имени ООО «Отель «Москва».

В соответствии со ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

ФИО3 с 01.02.2015 был назначен исполнительным директором ООО «Отель «Москва».

Согласно должностной инструкции исполнительный директор подчиняется директору. Основные задачи и функции:

- организует работу и эффективное взаимодействие производственных единиц и структурных подразделений (горничных менеджеров, администраторов, плотника, сантехника, электрика, штукатура-маляра и другой обслуживающий персонал);

- участвует в разработке стратегии развития предприятия;

- организует, отслеживает и отвечает за выполнение всех приказов директора;

- работает над совершенствованием системы мотивации (вознаграждения) работников предприятия и отвечает за её реализацию;

- организует работу по проведению текущего и капитального ремонтов номерного фонда и других помещений, зданий и оборудования предприятия

- осуществляет контроль за качеством обслуживания клиентов персоналом;

- отвечает за соблюдение трудовой дисциплины, выполнение приказов и распоряжений, действующих по предприятию;

- контролирует соблюдение норм ТБ, пожарной безопасности, производственной санитарии;

- представление интересов предприятия в органах государственной власти и во взаимодействиях партнёрами;

- контролирует деятельность подразделений по выполнению утверждённых планов;

- принятие решения по приёму и увольнению сотрудников.

Исполнительный директор имеет право:

- представлять в рамках своей компетенции интересы предприятия во взаимоотношениях с другими предприятиями;

- в пределах своей компетенции подписывать и визировать документы, издавать за своей подписью распоряжения;

- устанавливать служебные обязанности для подчинённых;

- запрашивать от структурных подразделений предприятия информацию и документы, необходимые для выполнения его должностных обязанностей;

- вносить на рассмотрение руководства предложения и представления о назначении, перемещении, освобождении от занимаемых должностей подчинённых работников, предложения о поощрении отличившихся работников и о привлечении к дисциплинарной и материальной ответственности нарушителей трудовой, производственной и финансовой дисциплины;

- вносить на рассмотрение руководства предложения по совершенствованию работы, связанной с предусмотренными настоящей инструкцией обязанностями;

- на оплату своего труда согласно штатному расписанию, право на отдых согласно трудовому законодательству и внутренним документам предприятия;

- заключать трудовые договоры.

Анализ содержания должностной инструкции исполнительного директора ООО «Отель «Москва» свидетельствует о том, что исполнительный директор осуществляет действия исключительно связанные с внутренней деятельностью ООО «Отель «Москва» и управлением работниками и внутренними отделами предприятия. Никаких указаний директору и учредителям, определять условия сделок, он делать не вправе.

Соответственно нести ответственность исполнительный директор может только за осуществление задач, функций, прав исполнительного директора, предусмотренных должностной инструкцией. Кроме того, ответственность, предусмотренная должностной инструкцией не имеет правового значения для определения статуса лица контролирующего должника, поскольку она следует из осуществления вышеперечисленных функций и обязанностей исполнительного директора.

Следовательно, ссылка заявителя на ответственность исполнительного директора, предусмотренную должностной инструкцией, как доказательство статуса контролирующего лица должника необоснованна.

Также необоснованна ссылка конкурсного управляющего на доверенность от 20.01.2015 на имя ФИО3 на право заключения сделок от имени должника.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 -3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Каких-либо доказательств того, что ФИО3 использовал, предоставленное ему указанной доверенностью право, не представлено. Имеется только формальный факт наличия этой доверенности и не более того. Об этом и указано в решении Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу №А34-4851/2015.

Таким образом, ФИО3 не является контролирующим лицом ООО «Отель «Москва», так как никаких действий (бездействия), ставших причиной банкротства должника, не совершал, и не мог совершить в силу отсутствия у него права давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия должника.

Довод заявителя о том, что ФИО3, как контролирующим лицом, совершены сделки, повлёкшие причинение вреда имущественным интересам кредитора, т.к. ООО «Отель «Москва» были заключены договоры аренды 01.02.15 и 02.04.15 по цене ниже рыночных, что повлекло их признание недействительными и взыскание арендной платы в пользу ЗАО «Гостиница «Москва», а это привело к банкротству, является необоснован.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. №6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В решении Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 указано, что ФИО3 является внуком ФИО9, которая как директор ЗАО «Гостиница «Москва» заключила спорные договоры аренды; что у ФИО3 имелась доверенность от ООО «Отель «Москва»; что в день заключения спорного договора аренды ФИО3 был принят исполнительным директором в ООО «Отель «Москва».

Сами по себе эти факты не свидетельствуют о том, что ФИО3 заключал договоры аренды либо давал указания, совершал действия, направленные на их заключение. Отсутствует причинно-следственная связь между этими фактами и банкротством ООО «Отель «Москва».

Заявителем, в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено иных доказательств, что ФИО3 заключал эти договоры либо как-то влиял на их совершение, а также доказательств вины или противоправных действий со стороны ФИО3, являющихся основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Таким образом, отсутствуют основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности как контролирующего лица, совершившего сделки, повлёкшие причинение вреда имущественным интересам кредиторов, так как он не является контролирующим лицом и в нарушение статьи 65 АПК РФ заявителем не представлено доказательств совершения ФИО3 спорных сделок.

Довод, что ФИО3, как контролирующим лицом, не переданы конкурсному управляющему документы ООО «Отель Москва», - несостоятелен.

Конкурсный управляющий в рамках дела о банкротстве ООО «Отель «Москва» обратился с заявлением об истребовании документов у ФИО2 и ФИО3 за 2014, 2015, 2016, 2017, 2018 годы: 1. Свидетельства о регистрации ЕГРЮЛ, устав; 2. Документов, подтверждающих права на недвижимое имущество, земельный участок, технические паспорта; 3. Регистров бухгалтерского учета; 4. Сведения о составе и стоимости имущества, амортизации основных средств; 5. Документы статистической отчетности; 6. Документы налоговой отчетности и регистры налогового учета, отчетности внебюджетные фонды; 7. Книга учёта доходов и расходов, если применяется соответствующий налоговый режим; 8. Документы по банку и банковским операциям; 9. Кассовая книга; 10. Расшифровка расчетов с дебиторами по статье «Расчеты с персоналом по прочим операциям»; 11. Расшифровка авансов, выданных поставщикам и подрядчикам, обоснованность авансов; 12. Расшифровка краткосрочных финансовых вложений; 13. Расшифровку кредиторской и дебиторской задолженности с указанием почтовых адресов контрагентов и даты возникновения с указанием просроченной кредиторской задолженности; 14.Договоры, соглашения, контракты, заключенные со всеми юридическими и физическими лицами; 15. Номера расчетных и иных счетов, наименование и реквизиты обслуживающих учреждений банков; 16. Документы, свидетельствующие о выполнении или невыполнении денежных обязательств перед контрагентами, бюджетом и внебюджетньми фондами (неисполненные платежные требования, платежные поручения и т.п.); 17. Справку о задолженности перед бюджетом и внебюджетными фондами (акт сверки с налоговой инспекцией); 18. Лицензии; 19. Сертификаты; 20. Сведения об обременении имущества обязательствами перед третьими лицами (аренда, залог и т.п.); 21. Сведения о фактической численности работников в форме справки, утвержденное штатное расписание или штатную расстановку рабочих; 22. Сведения о выданных доверенностях в форме копии журнала учёта выдачи доверенностей; 23. Наименование и адреса организаций, в которых должник является учредителем (участником), сведения о доле участия.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 06.06.2019 в удовлетворении заявления было отказано.

Заявителем не представлено доказательств того, что документы ООО «Отель «Москва» находились и находятся у ФИО3, как и доказательств того, что у ФИО3 имелась обязанность обеспечивать их сохранность. В должностной инструкции исполнительного директора отсутствует обязанность по ведению, обеспечению сохранности бухгалтерской отчётности предприятия.

Довод заявителя, что ФИО3, как контролирующим лицом должника не было подано заявление о признании банкротом, - необоснован.

В силу статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Следовательно, для привлечения ФИО3 к ответственности по данному основанию необходимо установить, что на него возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в суд, принятию такого решения, подаче данного заявления.

Заявителем не представлено каких-либо доказательств о наличии указанной обязанности у ФИО3

Согласно статьи 9 Закона о банкротстве обязанность обратиться с заявлением должника в арбитражный суд лежит на руководителе.

В соответствии со статьей 37 Закона о банкротстве заявление должника подается в арбитражный суд в письменной форме. Указанное заявление подписывается руководителем должника - юридического лица или лицом, уполномоченным в соответствии с учредительными документами должника на подачу заявления о признании должника банкротом, либо должником-гражданином. Заявление должника может быть подписано представителем должника в случае, если такое полномочие прямо предусмотрено в доверенности представителя.

ФИО3 руководителем ООО «Отель «Москва» не являлся. Доверенностью, на которую ссылается заявитель, не предусмотрено полномочие на право подписания такого заявления. Более того, срок действия доверенности истёк 22.01.2016.

Довод, заявления, что причинение вреда кредитору заключается в реализации недобросовестной схемы ведения бизнеса: руководство ООО «Отель «Москва» заключило с ЗАО «Гостиница «Москва» сделки по аренде имущества, в результате которых арендатор получил возможность извлекать значительную прибыль, а арендодатель получал существенную упущенную выгоду, реализация данной схемы стала возможной вследствие наличия реального контроля над ООО со стороны ФИО3 и права заключать сделки у ФИО9 со стороны ЗАО «Гостиница Москва» со ссылкой на установленные факты в силу ч.2 ст.69 АПК РФ судебными актами по делу №А34-4851/2015 и А34-2086/2015 необоснован.

Согласно судебным актам по делам №А34-4851/2015 и №А34-2086/2015, на которые ссылается ЗАО «Гостиница Москва», в качестве лиц, участвующих в этих делах ни ФИО3, ни бабушка ответчика - ФИО9, ни отец ответчика ФИО10, лицами, участвующими в этих делах не являлись.

Следовательно,ссылка конкурсного кредитора на установленный факт «реального контроля со стороны ФИО3» указанными судебными актами необоснованна, так как ФИО3 не привлекался к участию и не участвовал в этих дела в качестве лица, участвующего в деле.

Доказательств наличия состава правонарушения, роли и конкретных действий ФИО3 в «реализации недобросовестной схемы ведения бизнеса» не представлено, а именно, нет доказательств тому, что именно ФИО3 заключил договоры аренды или как-то повлиял на их заключение.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года №53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника,либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 -3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Из чего следует, что применительно к настоящему делу в суде необходимо установить степень вовлеченности ФИО3 в процесс заключения договоров аренды, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно заключения этих договоров.

Материалами дела установлено, что договоры были заключены в день принятия на работу ФИО3 в качестве исполнительного директора. Заключение договоров аренды является процессом трудоёмким, так как этому предшествует многодневная подготовка (составление проекта договора, анализ условий договора, согласования и т.п.). Доказательств тому, что ФИО3, не будучи работником должника до 01.02.2015, принимал участие в подготовке договоров не представлено. Есть только факт принятия его на работу в день подписания договора, что не свидетельствует о вовлечённости и влияния ФИО3 в их заключении и определении условий.

Как указывалось ранее, согласно должностной инструкции исполнительного директора ФИО3 осуществлял действия исключительно связанные с внутренней деятельностью ООО «Отель «Москва» и управлением работниками и внутренними отделами предприятия. Никаких указаний директору и учредителям, определять условия сделок, он делать не вправе. Это свидетельствует об отсутствии влияния на принятия существенных деловых решений на заключение договоров. Кроме того, он не мог оказать его, так как устроился официально на работу работать в день заключения договоров аренды.

Суд также отмечает, что доводы конкурсного управляющего в отношении ФИО2 не состоятельны.

Конкурсный управляющий указывает, что ФИО2, будучи контролирующим должника лицом, совершил сделки, причинившие вред имущественным правам кредиторов, вследствие чего стало невозможным полное погашение требований кредиторов. Указанными сделками, по мнению конкурсного управляющего, являются договоры аренды, заключенные между ООО «Отель Москва» и ЗАО «Гостиница «Москва».

В обоснование данного довода заявитель ссылается на решение Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу №А34-4851/2015, которым признаны недействительными договор аренды нежилых помещений от 01.02.2015, договор аренды парковочных мест от 01.04.2015 на основании п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса РФ, применены последствия их недействительности в виде взыскания с ООО «Отель Москва» в пользу ЗАО «Гостиница «Москва» 5 592 612 руб. платы за пользование нежилыми помещениями и частью земельного участка (для парковки автотранспорта).

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пп. 1 п. 2 ст. 61.11 указанного закона пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 указанного закона.

Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абз. 35 ст. 2 Закона о банкротстве).

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают».

Как установлено решением Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу №А34-4851/2015, рассматриваемые договоры аренды заключены по цене ниже рыночной, то есть к выгоде ООО «Отель Москва», являющегося арендатором.

Вследствие исполнения указанных договоров ООО «Отель Москва» приобрело во владение и пользование нежилые помещения и часть земельного участка (для парковки автотранспорта), с использованием которых осуществляло основной и фактически единственный вид приносящей доход деятельности - оказание гостиничных услуг.

Сумма, взысканная с ООО «Отель Москва» решением Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу №А34-4851/2015, составляет разницу между размером арендной платы, фактически внесенной ООО «Отель Москва» по оспоренным договорам, и рыночным размером арендной платы. Следовательно, в результате исполнения оспариваемых договоров не произошло уменьшение стоимости или размера имущества ООО «Отель Москва» и (или) увеличение размера имущественных требований к ООО «Отель Москва», поскольку ООО «Отель Москва» по решению Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 обязано оплатить по рыночной цене аренду имущества, которое использовало в предпринимательской деятельности, то есть указанным решением уравнены встречные предоставления по оспоренным договорам.

Совершение указанных сделок также не привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований.

В период заключения оспоренных договоров у ООО «Отель Москва» отсутствовали неисполненные имущественные обязательства, то есть отсутствовали кредиторы.

Кредиторская задолженность перед бюджетом (УФНС по Курганской области) возникла у ООО «Отель Москва» после заключения и начала исполнения договора аренды нежилых помещений от 01.02.2015 и договора аренды парковочных мест от 01.04.2015.

Кредиторская задолженность перед ЗАО «Гостиница «Москва» возникла у ООО «Отель Москва» со дня вступления в законную силу решения Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу №А34-4851/2015, то есть с 30.10.2017. Указанная кредиторская задолженность является ценой пользования нежилыми помещениями и частью земельного участка, являющимися объектами оспоренных договоров. Одни и те же сделки одновременно не могут являться и основанием возникновения кредиторской задолженности и, причиной ущерба имущественным правам кредитора - стороны таких сделок.

Довод конкурсного управляющего о невозможности удовлетворения требований кредиторов вследствие не передачи конкурсному управляющему документов ООО «Отель Москва» от ФИО2, суд считает необоснованным.

По смыслу пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должно являться следствием бездействия контролирующего должника лица.

Конкурсный управляющий в рамках настоящего дела о банкротстве обращался в арбитражный суд с заявлением об истребовании у ФИО2, ФИО3 документов, относящихся к деятельности ООО «Отель Москва». Определением Арбитражного суда Курганской области от 06.06.2019 по настоящему делу конкурсному управляющему отказано в удовлетворении его заявления по причине недоказанности того, что истребуемые документы находятся у ФИО2 и ФИО3 Указанное определение не было обжаловано конкурсным управляющим и вступило в законную силу.

Довод конкурсного управляющего, что ФИО2 не подал заявление о признании ООО «Отель Москва» банкротом (ст. 61.12 Закона о банкротстве) является не состоятельным.

Полномочия ФИО2 в качестве генерального директора ООО «Отель Москва» прекращены в октябре 2015 года. К указанному времени отсутствовали основания для обращения с заявлением должника о несостоятельности (банкротстве), предусмотренные ст. 9 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 указанного закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Обязательства ООО «Отель Москва» перед конкурсными кредиторами возникли по основаниям, существовавшим до возникновения обязанности по обращению с заявлением должника о несостоятельности (банкротстве).

Кроме того, конкурсный управляющий и конкурсный кредитор ЗАО «Гостиница «Москва» указывают, что в качестве сделок, совершение которых повлекло неблагоприятные последствия для кредиторов ООО «Отель Москва», называет договор аренды нежилых помещений от 01.02.2015 и договор аренды парковочных мест от 01.04.2015, признанные недействительными решением Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу №А34-4851/2015 на основании п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса РФ.

Арбитражный суд Курганской области в рамках дела №А34-4851/2015 пришел к выводу о недействительности договоров аренды, поскольку рыночная стоимость пользования арендованным имуществом (рыночный размер арендной платы) значительно превышала размер арендной платы, предусмотренный данными договорами.

В соответствии с правилами п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса РФ решением Арбитражного суда Курганской области от 21.08.2017 по делу №А34-4851/2015 с ООО «Отель Москва» в пользу ЗАО «Гостиница «Москва» взыскано 5 592 612 руб. разницы между рыночным размером арендной платы и размером арендной платы, внесенной ООО «Отель Москва» в соответствии с условиями оспоренных договоров.

Требование ЗАО «Гостиница «Москва», установленное указанным решением арбитражного суда, включено в реестр требований кредиторов ООО «Отель Москва».

Согласно обстоятельствам, установленным в ходе рассмотрения дела № А34-4851/2015, последствием заключения и исполнения договоров аренды нежилых помещений от 01.02.2015 и договоров аренды парковочных мест от 01.04.2015 для ООО «Отель Москва» явилось приобретение во временное владение и пользование имущества (нежилых помещений в здании гостиница и части прилегающего земельного участка) по цене, ниже рыночной, то есть данные сделки с экономической точки зрения были выгодны ООО «Отель Москва». Последующее взыскание арбитражным судом в порядке реституции разницы между рыночной ценой пользования и ценой пользования, предусмотренной договорами, само по себе также не повлекло ухудшение финансового положения ООО «Отель Москва», поскольку в данном случае суд лишь уровнял встречные предоставления осуществленные сторонами оспоренных сделок; иными словами ООО «Отель Москва» обязано заплатить не больше, чем оно получило в виде пользования имуществом. ООО «Отель Москва» вследствие заключения и исполнения договоров аренды не лишилось какого-либо имущества, которое в последующем могло быть направлено на погашение требований кредиторов в рамках дела о банкротстве.

ЗАО «Гостиница «Москва» стало кредитором ООО «Отель Москва» вследствие заключения и исполнения договоров аренды нежилых помещений от 01.02.2015 и договора аренды парковочных мест от 01.04.2015. На день заключения и исполнения данных договоров ООО «Отель Москва» не имело кредиторов, следовательно, действия по заключению этих договоров в принципе не могли причинить вред правам кредиторов.

Таким образом, само по себе заключение и исполнение договора аренды нежилых помещений от 01.02.2015 и договора аренды парковочных мест от 01.04.2015 не повлекло уменьшение стоимости или размера имущества ООО «Отель Москва» или увеличение размера имущественных требований к нему, кредиторы вследствие указанных действий не утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет имущества ООО «Отель Москва».

В соответствии со статьей 3 ФЗ от 29 июля 2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Таким образом, данной нормой установлено применение только процессуальных норм. Материальные нормы, устанавливающие основания и виды ответственности, применяются в зависимости от даты совершения действия (бездействия), являющегося основанием для привлечения к ответственности. Если такое действие (бездействие) совершено до 30.07.2017, то применяются положения статьи 10 Закона о банкротстве (в ред. до 30.07.2017). Если действие (бездействие) совершено 30.07.2017 и позже, то применяются нормы Закона о банкротстве (в ред. Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017).

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137, по которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применениюредакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

С учетом изложенного, поскольку события, в связи с которыми управляющим поставлен вопрос о субсидиарной ответственности контролировавшего должника лица - имели место в апреле 2015 года, то в данном обособленном споре подлежит применению статья 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям».

При рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 10 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба. Соответственно, заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должен обосновать требования и представить соответствующие доказательства, которые суды должны исследовать и оценить в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом заявленных ответчиком возражений и представленных в их обоснование доказательств.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта наличия вины и незаконных действий); размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 3 статьи 3 Федерального закона «Об акционерных обществах» от 26.12.1995 №208-ФЗ если несостоятельность (банкротство) общества вызвана действиями (бездействием) его акционеров или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, то на указанных акционеров или других лиц в случае недостаточности имущества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Несостоятельность (банкротство) считается вызванной действиями (бездействием) его акционеров или других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, только в случае, если они использовали указанное право и (или) возможность в целях совершения обществом действия, заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

Возникновение оснований для привлечения к субсидиарной ответственности неразрывно связано с преднамеренным банкротством, поскольку и в том, и в другом случае лицо совершает действия заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несёт субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При рассмотрении обоснованности заявления о привлечении к субсидиарной ответственности суд должен исходить из факта доказанности материалами дела неправомерных действий бывших руководителей юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), имевших право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, неблагоприятных последствий в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника и причинно-следственной связи между действиями контролирующих лиц и наступившими неблагоприятными последствиями.

Суд приходит к выводу о том, что конкурсным управляющим не представлено надлежащих и допустимых доказательств вины ответчиков, наличия причинно-следственной связи между их указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших несостоятельность (банкротство) должника, а также причинно-следственной связи между действиями указанных лиц и последующим банкротством должника (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Соответственно, заявителем не доказана совокупность всех требуемых законом условий для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Отель Москва».

Руководствуясь статьями 9, 10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

определил:

в удовлетворении заявления отказать.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней с даты его вынесения (изготовления в полном объёме).

Апелляционные жалобы подаются через Арбитражный суд Курганской области.

Судья

М.С.Давыдова

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru