Гражданский кодекс часть 1

- представителей ответчика ПАО «ФСК ЕЭС» - ФИО19 (паспорт, доверенность № 60-19/ИД-2019 от 17.12.2019 г., диплом ВСБ 0556820), ФИО20 (паспорт, доверенность № 264-19 от 03.12.2019 г., диплом ВСГ 2934634),

-представителя третьего лица – ФИО21 (паспорт, доверенность от 15.01.2021 г.),

- представителя ответчика ФИО3 – ФИО22 (паспорт, доверенность от 11.02.2020 г.),

- представителя ответчика ФИО23 – ФИО24 (паспорт, доверенность от 07.02.2021 г.),

- ответчика ФИО8 – не явился, извещен;

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.02.2018 г. АО «Энергострой-М.Н.» (ОГРН <***>, ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (ИНН <***>, адрес: 125009, <...>, а/я 78).

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 25 от 10.02.2018 г.

15.01.2019 г. в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника АО «Энергострой-М.Н.» ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.06.2019 г. суд принял заявление кредитора ПАО Банк «ФК Открытие» (далее по тексту Банка) о привлечении в качестве соистца в обособленном споре.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.10.2019 г. в качестве соответчиков привлечены ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО15, ФИО7

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2020 г. в качестве соответчиков привлечены ФИО8, ФИО23 и ПАО «ФСК ЕЭС».

В судебном заседании подлежала рассмотрению обоснованность заявленных требований.

Представители конкурсного управляющего и ПАО Банк «ФК Открытие» поддержали заявленные требования в полном объеме.

ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО15, ФИО7, ФИО23, ФИО8 и ПАО «ФСК ЕЭС» возражали против удовлетворения заявленных требований по основаниям, указанным в письменных отзывах.

Кроме того, ФИО4, ФИО15, ФИО7 заявили о пропуске срока на подачу данного заявления.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, суд считает, что заявление подлежит удовлетворению частично по следующим основаниям.

В указываемый конкурсным управляющим период (2016г.), действовал ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакциях № 66 от 03.07.2016 (с началом действия редакции 01.09.2016), №67 от 03.07.2016 (с началом действия редакции 01.09.2016), №68 от 03.07.2016 (с началом действия редакции 01.01.2017).

В соответствии с положениями абзаца 34 статьи 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» ( в редакции изменений №66, 67, 68)- контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Таким образом, в абзаце 34 статьи 2 Закона о банкротстве, четко ограничен круг лиц, которые могут быть признаны контролирующими должника лицами.

Согласно вышепоименованным редакциям ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в период спорных правоотношений действовала статья 10, где пунктом предусмотрено, что неподача заявления должником в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве (в редакции действовавшей в тот период), влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче такого заявления.

Вместе с тем, пунктом 4 статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) было предусмотрено, что, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

• причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

• документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

• требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Из положений абзаца 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует, что контролирующими должника лицами может быть отнесен, единоличный исполнительный орган должника в период совершения должником или его единоличным исполнительным органом соответствующего правонарушения.

По мнению, конкурсного управляющего указанные лица являлись для должника контролирующими лицами.

Как следует из материалов дела:

- ФИО2 – с 2013 до 05.12.2016г. являлся единственным акционером, 2013-2016 председатель Совета Директоров должника, с 05.03.2016 по 24.01.2017 генеральный директор должника;

- ФИО8 – с 05.12.2016г. являлся единственным акционером должника;

- ФИО3 - генеральный директор должника с 24.01.2017г. и ликвидатор должника с 27.03.2017г.,

- ФИО4, ФИО5, ФИО15, ФИО7 – члены Совета директоров должника;

- ФИО23 – главный бухгалтер должника;

- ПАО «ФСК ЕЭС» - иное лицо.

Исходя из заявления конкурсного управляющего должника и Банка, имеется три основания для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности:

а) п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (за не передачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов и иных материальных ценностей должника);

б) п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (за неподачу заявления о банкротстве должника в добровольном порядке);

в) п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (по отчуждению имущества привели к уменьшению активов предприятия и прекращению осуществления им хозяйственной деятельности).

Согласно ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Привлечение к субсидиарной ответственности ФИО2

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. При этом пока не доказано иное предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из перечисленных в названной норме обстоятельств, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Суд признает, что необходимость применения данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

В пункте 16 Постановления N 53 разъяснено, что под действиями действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из обстоятельств, указанных в абзацах 2 - 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В соответствии с абз.37 ст.2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как считает конкурсный управляющий, признаки неплатежеспособности должника наступили на 01.01.2017г.

На указанную дату должник имел неисполненные обязательства перед:

- ОАО «ЭНЕКС» в размере 3 874 288 руб.;

- налоговыми органами в размер в сумме 2 055 787,54 руб.;

- ПАО Банк «ФК Открытие» в размере 8 864 671,19 руб.

Как указывают заявители, в период с 25.03.2016 по 24.01.2017 ФИО2 были заключены следующие сделки:

- Определением Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2019 г. признаны недействительным перечисление денежных средств в адрес ООО «ИКБ ИНСАЙТ ПЛЮС» в общем размере 4 170 000,00 рублей с назначением платежа: Авансовый платеж по договору, оплата по договору, перечисление денежных средств в адрес ООО «К-ЭЛЕКТРОТЕХНИК», в общем размере 3 550 000,00 рублей с назначением платежа: Авансовый платеж по договору, оплата по договору.

- Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.04.2019 г. признана недействительной сделкой: сделки по перечислению денежных средств в адрес ООО СК «ЕВРОСТРОЙ-ГАРАНТ» в размере 2 808 075,90 руб.; применены последствия признания сделок недействительными - взыскано с ООО СК «ЕВРОСТРОЙ-ГАРАНТ» в пользу АО «Энергострой-М.Н.» денежные средства в сумме 2 808 075,90 рублей.

- Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.04.2019 г. признана недействительной сделкой: сделки по перечислению денежных средств в адрес ООО «СТК» в размере 12 111 720,00 руб.; применены последствия признания сделок недействительными - взыскано с ООО «СТК» в пользу АО «Энергострой-М.Н.» денежные средства в сумме 12 111 720,00 рублей. "ЛИДЕР" в размере 1002434,66 руб.

- Определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.05.2019 г. по делу №А40-111/2017 признана недействительной сделка по перечислению денежных средств в адрес ООО "ЭНЕРГОСТРОЙИНВЕСТ" в общем размере 3 501 000 рублей с назначением платежа: Авансовый платеж по договору, оплата по договору.

- Определениями Арбитражного суда г. Москвы от 28.05.2019 г. признан недействительным Договор уступки б/н от 27.05.2016 г., заключенного между АО "Энергострой-М.Н." и ООО "ДЭКОР"

- Определениями Арбитражного суда г. Москвы от 06.06.2019 г. признана недействительной сделка по перечислению денежных средств в адрес ООО «СТК» в размере 2 000 000,00 руб.

- Определениями Арбитражного суда г. Москвы от 28.06.2019 г. признана недействительной сделка по перечислению денежных средств в адрес ООО "ИСТ ТЕХНОЛОДЖИС" в общем размере 3 800 000 рублей с назначением платежа: Авансовый платеж по договору, оплата по договору.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.07.2019 г. признана недействительной сделка по перечислению денежных средств в адрес ООО «ИКБ ИНСАЙТ ПЛЮС» в размере 1 080 000,00 руб.

- Определением Арбитражного суда г. Москвы от 07 июня 2019 г. признана недействительной сделка перечисление денежных средств в адрес ООО «Альтернатива» в общем размере 46 460 000 руб. с назначением платежа: Авансовый платеж по договору, оплата по договору а также:

- перечисление денежных средств в адрес ООО "ТСП - ПАРТНЁР" в общем размере 6 031 840,38 рублей с назначением платежа: Авансовый платеж по договору, оплата по договору;

- перечисление денежных средств в адрес ООО "КБЗ" в общем размере 1 856 000 рублей с назначением платежа: Авансовый платеж по договору, оплата по договору.

- перечисление денежных средств в адрес ООО "БРС" в общем размере 2 151 600 рублей с назначением платежа: Авансовый платеж по договору, оплата по договору.

- определением Арбитражного суда г. Москвы от 23.07.2019 г. признано недействительным перечисление денежных средств в адрес АО "СЕВКАВГИПРОВОДХОЗ" в общем размере 3 481 609,07 рублей.

Таким образом, общая сумма оспоренных сделок превышает 80 000 000 рублей. Данные сделки, по мнению заявителей, причинили существенный вред интересам кредиторов и в том числе способствовали банкротству должника.

Более того, 31 марта 2016 года между АО «Энергострой-М.Н.» (цедент) и ООО «Перспектива К» (цессионарий) был заключен договор цессии 08/02, согласно условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял на себя права требования в размере 62 094 303,71 рублей к АО «Курорты Северного Кавказа» (ИНН <***>).

Согласно Договору цессии, за уступаемые права цессионарий уплачивает 5 000 000,00 рублей.

По мнению Конкурсного управляющего, указанная стоимость является заниженной. К тому же, в результате заключения данного договора актив должника выводился на условиях отсрочки платежа без какого-либо обеспечения обязательств со стороны ООО "Перспектива К". По результатам, в конкурсную массу не поступили денежные средства, чем нарушили права и имущественные интересы кредиторов на получение соразмерного и своевременного удовлетворения своих требований.

В связи с заключением оспариваемого договора должник утратил право требования к ООО «Курорты Северного Кавказа» в размере 62 094 303,71 рублей.

Таким образом, в результате совершения незаконных платежей произошло уменьшение размера имущества должника, что привело к частичной утрате возможности других кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Что касается доводов заявителей о совершении ФИО25 сделок по перечислению со счетов должника на счета компаний (АО «Энергострой МН», ООО «ТД ФИО26», ООО «Энергострой МН»), которые, по их мнению, являются фиктивными поставщиками, то суд считает, что указанные сделки были совершены за пределами трехлетнего срока оспаривания, а поэтому не могут вменяться в вину ответчику.

Вопреки утверждению заявителей, денежные средства, полученные ФИО5 в размере 31 010 000 руб. были им полностью возвращены в 2013г.

Денежные средства, полученные ФИО2 в размере 35 869 000 руб., это дивиденды от акций ПАО «Сбербанк» и КБ «Инвестиционный союз» за 2011-2016г.г.

Что касается заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 за не передачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей должника, то суд считает, что оно не подлежит удовлетворению.

В п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

Однако конкурсный управляющим с таким заявлением в суд не обращался.

Таким образом, совершение должником недействительных сделок по перечислению денежных средств свидетельствует о наличии оснований для привлечения ФИО2 лица к субсидиарной ответственности в порядке п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Привлечение к субсидиарной ответственности членов Совета директоров должника

Как следует из материалов дела, ФИО4, ФИО5, ФИО15, ФИО7 до 10.08.2016г. являлись членами Совета директоров должника.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Согласно ст. 69 Федерального закона N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества(директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным исполнительным органом общества явлением, дирекцией). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров.

Таким образом Совет директоров не отнесен законодателем к органам общества, осуществляющим руководство текущей деятельностью общества (пункт 1 статьи 69 Закона об акционерных обществах).

В соответствии с п. 5.8 Устава Должника, действовавшего до момента упразднения Совета директоров Общества (Редакция №20 Устава Общества, утверждённая внеочередным общим собранием акционеров АО «Энергострой-М.Н.» (протокол №05-15/ВОСА- от 28.12.2015г.), в компетенцию Совета директоров входило решение вопросов общего руководства деятельностью Общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания акционеров, а именно:

1) определение приоритетных направлений деятельности общества;

2) созыв годового и внеочередного общих собраний акционеров, за исключением случаев, смотренных Федеральным законом «Об акционерных обществах»;

3) утверждение повестки дня общего собрания акционеров;

4) определение даты составления списка лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, и другие вопросы, отнесенные к компетенции совета директоров Общества в соответствии с положениями Федерального закона «Об акционерных обществах» и связанные подготовкой и проведением общего собрания акционеров;

5) увеличение уставного капитала Общества путем размещения Обществом дополнительных акций в пределах количества и категорий (типов) объявленных акций, за исключением случаев размещения дополнительных акций Общества посредством закрытой подписки;

6) размещение Обществом облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг, за исключением случаев размещения посредством закрытой подписки эмиссионных ценных бумаг Общее конвертируемых в акции;

7) определение цены (денежной оценки) имущества, цены размещения и выкупа эмиссионных ценных бумаг в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом «Об акционерных обществах»;

8) приобретение размещенных Обществом акций, облигаций и иных ценных бумаг в случае предусмотренных Федеральным законом «Об акционерных обществах»;

9) образование исполнительного органа общества и досрочное прекращение его полномочий;

10) рекомендации по размеру выплачиваемых членам ревизионной комиссии (ревизору) Общества вознаграждений и компенсаций и определение размера оплаты услуг аудитора;

11) рекомендации по размеру дивиденда по акциям и порядку его выплаты;

12) использование резервного фонда и иных фондов Общества;

13) утверждение внутренних документов Общества (за исключением внутренних документов регламентирующих деятельность органов Общества, а также внутренних документов, связанных выполнением функций, отнесенных к компетенции исполнительных органов Общества);

13) создание филиалов и открытие представительств Общества;

14) одобрение крупных сделок в случаях, предусмотренных п. 3.8 настоящего Устава;

15) одобрение сделок, предусмотренных п. 3.10 настоящего Устава;

16) утверждение регистратора Общества и условий договора с ним, а также расторжения договора с ним;

17) иные вопросы, предусмотренные настоящим Уставом.

Таким образом, Совет директоров Должника руководство текущей деятельностью Общества не осуществлял. Положения устава Общества не содержат полномочий Совета директоров сверх полномочий, оговоренных для данного органа законодательством.

Решением №5-16/ЕА единственного акционера АО «Энергострой-М.Н.» от 25.07.2016г. утверждена редакция №21 Устава АО «Энергострой-М.Н.», согласно которому был упразднен Совет директоров должника.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ указанные изменения внесены в ЕГРЮЛ 10.08.2016г.

В Редакции №21 решения по вопросам, относящимся ранее к компетенции Совета директоров, стали приниматься единственным акционером Общества и генеральным директором Общества (только в части созыва и проведения общих собраний акционеров).

Следовательно, обстоятельства, которые являются основаниями для привлечения к ответственности членов Совет директоров должника, могли возникнуть только до 10.08. 2016г.

Между тем, возникновение признаков неплатежеспособности должника, по мнению конкурсного управляющего, является январь 2017г.

Между тем, конкурсным управляющим не представлены протоколы заседаний Совета директоров должника, состоявшихся до 10.08.2016, в которых имелись бы рекомендация об одобрении каких-либо сделок.

Других доказательств, которые бы подтверждали, что члены Совета директоров одобряли какие - либо сделки, в том числе связанные с отчуждением имущества должника.

Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017.

Согласно пункту 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Таким образом, в судебном заседании не установлено, что членами Совета директоров были совершены действия с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов, давались указания, которые могли быть выражены в решениях, обязывающих должника не исполнять взятые на себя обязательства.

Таким образом, оснований к субсидиарной ответственности членов Совета директоров не имеется.

Привлечение к субсидиарной ответственности ФИО23

Как указывают заявители, ФИО23, являлась главным бухгалтером АО «Энергострой-М.Н.» с июля 2012 г. до ноября 2016 г., в связи с чем осуществляла ведение всех бухгалтерской документации и обязана была осуществить ее сохранность и передачу конкурсному управляющему.

Общая сумма оспоренных сделок должника по перечислению денежных средств превышает 80 000 000 (восемьдесят миллионов) рублей.

Данные сделки, по мнению конкурсного управляющего, причинили существенный вред интересам кредиторов и в том числе способствовали банкротству должника.

Являясь главным бухгалтером ФИО23 знала и не могла не знать о порочности вышеуказанных сделок, причиняющей значительный ущерб кредиторам.

Кроме того, по состоянию на 01.01.2017 г. в бухгалтерской отчетности была искажена информация.

Так, запасы/сырье/товары, указанные в бухгалтерской отчетности в 2016 г. списаны с баланса - отрицательный капитал (-796) компании в отчетности на 01/01/2017 при том, что в отчетности по итогам Зкв 2016 года капитал составляет 857 млн. рублей.

Таким образом, по итогам 4го квартала компания отразила прочие расходы на сумму 1816 млн. рублей.

Таким образом, по мнению конкурсного управляющего, участие в совершении недействительных сделок должника, перечисление денежных средств на аффилированные компании без получения подтверждающей документации об исполнения обязательств в натуре (в частности, на ООО «ТД «Энергострой-М.Н.»), искажение бухгалтерской отчетности без предоставления документов, свидетельствующих о реализации ранее существовавших запасов/сырья/товаров, а также необеспечение сохранности и передачи бухгалтерской программы привело к существенным затруднениям в проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, и к причинению имущественного вреда кредиторам, в связи с чем она подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Из положений абзаца 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, следует, что контролирующими должника лицами считаются лица, на которых возложена обязанность по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Исходя из разъяснений абзаца 4 пункта 3 Постановления N 53 лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Согласно пункту 7 Постановления N 53, к указанным преимуществам может быть отнесено получение выгоды из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы по правилам, предусмотренным статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что в материалах дела отсутствуют доказательств того, что ФИО23 извлекла преимущества из занимаемого ею положения, а также каких-либо доказательств или свидетельств участия главного бухгалтера в управлении обществом или совершения сделок, повлекших убытки для должника (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, также не представлено доказательств того, что непосредственно главным бухгалтером ФИО23 была искажена информация в бухгалтерской документации, совершены действия, заведомо влекущие причинение организации ущерба, существенно ухудшившего его финансовое положение, и последующее банкротство должника.

Относительно доводов конкурсного управляющего о том, что в материалы дела представлены доказательства наличия существенных ошибок в бухгалтерском учете и отчетности должника, суд считает, что наличие данных обстоятельств не свидетельствует о том, что они обусловлены непосредственно противоправным поведением ответчика.

В материалы дела не представлены доказательства того, что ФИО23 являлась единственным лицом, имеющим доступ к бухгалтерской отчетности.

Документального подтверждения тому, что в результате поведения ответчика существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, в деле не имеется.

Кроме того, судом не установлено, что на ФИО23 возлагалась обязанность по хранению бухгалтерской документации должника.

Отказывая в привлечении ФИО23 к субсидиарной ответственности, суд считает, что она, являясь главным бухгалтером общества, не организовывала ведение и хранение документов бухгалтерского учета.

Вместе с тем, как разъяснено в п. 24 Постановления №53 по смыслу подпунктов 2 и 4 пункта 2, пунктов 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве лица, не признанные контролирующими должника, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), несут солидарно с бывшим руководителем субсидиарную ответственность за доведение до банкротства как соучастники, если будет доказано, что они по указанию бывшего руководителя или совместно с ним совершили действия, приведшие к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений.

Однако таких доказательств заявителя ми представлено не было.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований считать ФИО23 контролирующим должника лицом и, соответственно, об отсутствии оснований для возложения на нее субсидиарной ответственности.

Привлечение к субсидиарной ответственности ПАО «ФСК ЕЭС»

Привлекая ПАО «ФСК ЕЭС» к субсидиарной ответственности, заявители считают, что ПАО «ФСК ЕЭС» является иным лицом, которое имеет возможность определять действия должника.

Исходя из перечисленных выше норм законодательства действовавшего на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности), усматривается, что ПАО «ФСК ЕЭС» не относится к контролирующим должника лицам, то есть, не являлось лицом, подпадающим под критерии статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве») в редакции, действовавшей в период вменяемых правонарушений.

Что касается сделки по продаже акций должника, совершенной 05.12.2016 ФИО2 и ФИО8 - с лицом, никак не связанным с деятельностью ПАО «ФСК ЕЭС».

То факт, что ФИО8 в период с 2002 по 2005 года занимал должность Заместителя Председателя Правления ОАО «ФСК ЕЭС», никакого отношения к указанной сделки не имеет.

Таким образом, покупка акций должника ФИО8 не имеет причинно-следственной связи с ПАО «ФСК ЕЭС» и является самостоятельной сделкой ФИО8, последствия данной сделки и риски, связанные с ней, не распространяются на ПАО «ФСК ЕЭС».

Привлечение к субсидиарной ответственности ФИО8

05.12.2016 между ФИО8 (покупатель) и ФИО2 (продавец) былзаключен Договор купли - продажи ценных бумаг, согласно которому продавец передал покупателю 90.000 штук обыкновенных акций АО «Энергострой - М.Н.» номинальной стоимостью 100 рублей по цене 555 рублей за штуку, а всего 49.950.000 рублей.

Ссылаясь на то, что с 05.12.2016 г. ФИО8 владел 100% пакет акций АО «Энергострой-М.Н.» и, как следствие, являлся контролирующим должника лицом, конкурсный управляющий считает, что ФИО8 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Как указано выше, привлечение к субсидиарной ответственности допустимо при доказанности следующих обстоятельств:

- надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия;

- факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявления должника о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по оплате обязательных платежей;

- наличия причинно-следственной связи между обязательными указаниями, действиями вышеперечисленных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями, при этом следует учитывать, что возложение на них ответственности за бездействие исключается;

- вины контролирующего лица должника в несостоятельности (банкротстве) предприятия.

Как указано выше, заявление ОАО «ЭНЕКС» о признании должника АО «Энергострой-М.Н.» несостоятельным (банкротом) поступило в суд 09.01.2017, решение о ликвидации было принято 27. 03.2017г, в связи с чем оснований для привлечения ФИО8 за неподачу заявления о банкротстве должника не имеется.

Сам по себе факт констатации отнесения ответчика к органам управления должника не является достаточным доказательством для привлечения лица к субсидиарной ответственности.

Для целей привлечения лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов надлежит установить какими именно указаниямиили иными действиями (бездействием) ФИО8 вызвана несостоятельность должника.

Что касается доводов о том, что ФИО8 являлся контролирующим должника лицом в связи с тем, что до 2005г. в ходил в состав правления ПАО «ФСК ЕЭС», является несостоятельным.

Привлечение к субсидиарной ответственности ФИО3

Как указано выше, ФИО3 являлся генеральный директор должника с 24.01.2017г. и ликвидатором должника с 27.03.2017г.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника), работники и сотрудники должника уведомляются о предстоящем увольнении.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность, предусмотренную действующим законодательством Российской Федерации.

В заявлении конкурсный управляющий должника указывает, что бездействие ФИО3, выразившееся в не передаче конкурсному управляющему документации должника, существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы

Как следует из материалов дела, в марте-мае 2018 года ФИО3 были переданы конкурсному управляющему следующие документы: аудиторские заключения за 2014-2015, инвентарные карточки учета объектов, личные дела сотрудников, инвентаризационные описи за 2017, приказы о вводе в эксплуатацию основных средств, договора подряда, субподряда, купли-продажи, поставки, аренды, хранения, Акты сдачи-приемки работ, Акты выполненных работ, товарные накладные, оборотно-сальдовые ведомости, приказы, авансовые отчеты.

Вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ конкурсный управляющий не указал в заявлении какие документы и материальные ценности должника не были переданы ликвидатором.

В соответствии с п. 24 Постановления Пленума Верховного суда №53 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Однако, конкурсным управляющим не было указано не только точный перечень документов, материальных ценностей должника, которые ему не были переданы, но и не представил объяснений о том как именно отсутствие документации, материальных и иных ценностей должника повлияло на проведение процедуры банкротства.

Вместе с тем, сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Однако учитывая незначительный период исполнения обязанности руководителя должника (с января по март 2017года) ФИО3 и направления в этот период трех запросов ФИО2 (30.01, 26.02.и 16.03.2017), суд считает, что он предпринял все возможные действия для получения документов по дебиторской задолженности должника.

Таким образом, заявителем не приведены достаточные доказательства для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию.

Привлечение к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о банкротстве должника

Как видно из материалов настоящего обособленного спора, наличие оснований для привлечения ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий и Банк усматривали в неисполнении ответчиками обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, которая, по мнению заявителей возникала в связи неисполнением должником обязательств перед кредиторами в декабре 2016г.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в указанный период, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно заявлению конкурсного управляющего должника, ФИО2 и ФИО3 как руководителями должника не исполнены обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), что свидетельствует о нарушении пункта 3 статьи 9 Закона о банкротстве и наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 10 Закона о банкротстве.

Исходя из этого, законодатель в статье 9 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности, то на руководителя должника может быть возложена субсидиарная ответственность только по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона, а не за весь период работы привлекаемого к ответственности руководителя.

Кроме того, помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены в статье 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности.

Между тем, конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что в случае своевременного исполнения руководителем должника обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника задолженность перед кредитором должника была бы погашена. То есть наличие прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов, не было доказано.

По заявлениям о применения срока исковой давности.

Течение срока исковой давности определяется правилам статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ, что согласуется с разъяснениями, данными в пункте 2, в силу которых процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности (пункты 6 - 8 статьи 10 Закона о банкротстве) подлежат применению судами после вступления в силу Закона N 73-ФЗ независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Согласно статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (абзац 4 части 5 статьи 10 Закона о банкротстве).

Согласно п. 5 ст. 61.4 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 58 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечение контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", указанный в п. 5 ст. 61.4 Закона о банкротстве трехлетний срок является специальным сроком исковой давности, который ограничен объективным обстоятельством - он в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом.

Принимая во внимание, что должник признан банкротом решением от 05.02.2018, а заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступили в суд: 15.01.2019 в отношении ФИО2, 29.10.2019 - в отношении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, 16.10.2020 - в отношении ФИО8, ФИО23 и ПАО «ФСК ЕЭС», т. е. в течение трех лет с со дня признания должника банкротом, то оснований для применения срока исковой давности не имеется.

Согласно п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной
ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру
требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также
заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов
по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности
имущества должника.

В настоящее время не представляется возможным определить размер ответственности лица,привлекаемого к субсидиарной ответственности, поскольку не завершены конкурсным управляющим мероприятия поформированию конкурсной массы.

В силу п. 7 ст. 61.16 Закона о банкротстве (в редакции Федерального
закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), если на момент рассмотрения заявления о привлечении
к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11
настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной
ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение
для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение,
содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для
привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о
приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами
либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания
расчетов с кредиторами.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание невозможность на
данный момент определения размера субсидиарной ответственности контролирующего
должника лица, а также правовую возможность приостановления производства по
обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности до момента
завершения всех мероприятий конкурсного производства, установленную Законом о
банкротстве, суд приходит к выводу о наличии оснований для приостановления
производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами по настоящему делу.

Согласно п. 9 ст. 61.16 Закона о банкротстве (в редакции Федерального
закона от 29.07.2017 №266-ФЗ) после завершения расчетов с кредиторами
арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения
процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд
ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении
к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11
настоящего Федерального закона, указав размер требований каждого кредитора,
которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а
также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом
требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Таким образом, конкурсный управляющий должника обязан уведомить суд об
устранении обстоятельств, послуживших основанием для приостановления, т.е. о
проведении окончательных расчетов с кредиторами и сумме задолженности,
подлежащий взысканию в порядке субсидиарной ответственности с ФИО2.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

Признать доказанными наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Энергострой-М.Н.» ФИО2 (13.08.1959 г., место рождения: г. Буйнакск Дагестанской АССР).

Приостановить рассмотрение вопроса о размере субсидиарной ответственности.

В остальной части заявления конкурсного управляющего отказать.

Определение может быть обжаловано в 10-дневный срок в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Никифоров С.Л.