Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) Коммерческого банка «Союзный» (ООО) (107014, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА БАБАЕВСКАЯ, ДОМ 6, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 07.08.2002, ИНН: <***>),

заявление конкурсного управляющего КБ «Союзный» (ООО) ГК АСВ о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки,

ответчик: ООО «Альба»,

третьи лица: ИП ФИО1, ООО «Строительный актив», ООО «Проксима Консалтинга», временный управляющий ООО «Проксима Консалтинга» ФИО2, ООО «Межрегиональная инженерно-строительная компания», ООО «Гранд Офис»,

в судебном заседании приняли участие: от КБ «Союзный» (ООО) в лице ГК АСВ – ФИО3 по доверенности от 21.07.2020, ФИО4 по доверенности от 21.07.2020, от ГК АСВ – ФИО5 по доверенности от 17.09.2020,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2020 в отношении Коммерческого банка «Союзный» (ООО) (107014, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА БАБАЕВСКАЯ, ДОМ 6, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 07.08.2002, ИНН: <***>) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ГК АСВ.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 16.07.2020 прекращено производство по делу № А40-270711/18-129-220 по заявлению ЦБ РФ о принудительной ликвидации ООО КБ «Союзный», материалы дела № А40-270711/18-129-220 переданы в дело № А40-4819/20-46-14 о признании ООО КБ «Союзный» несостоятельным (банкротом).

В судебном заседании подлежало рассмотрению заявление конкурсного управляющего КБ «Союзный» (ООО) ГК АСВ о признании недействительной сделкой соглашение от 03.09.2018 о расторжении договора ипотеки (залога недвижимости) от 30.12.2016 №1046-ЗИ-1, заключенного между ООО КБ «Союзный» и ООО «Альба», и применении последствий недействительности сделки в виде в виде восстановления залога по договору залога (ипотеки) от 30.12.2016 №1046-ЗИ-1, заключенному между ООО КБ «Союзный» и ООО «Альба».

Представитель конкурсного управляющего заявление поддержал в полном объеме.

Заслушав лиц, участвующих в деле, изучив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу положений статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление, об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Из материалов дела следует, что между Банком и ИП ФИО1 (заемщик) заключен кредитный договор от 30.12.2016 №1046, согласно которому Банк обязуется представить заемщику кредит в размере 42 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить полученные денежные средства и уплатить проценты на сумму кредита в размере и срок, установленные договором.

Согласно п.п. 1.2, 1.3 договора кредит предоставляется на срок до 30.12.2021 под 17% годовых.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 10.02.216 №1046 между Банком (залогодержатель) и ООО «Альба» (залогодатель) заключен договор залога (ипотеки) от 30.12.2016 № 1046-ЗИ-1, по условиям которого залогодатель передает залогодержателю объекты недвижимости, расположенные по адресу: <...>, с кадастровыми номерами:

- 50:26:160401:85 земельный участок площадью 3657 кв.м.;

- 50:26:0160401:527 нежилое помещение, общей площадью 464,7 кв. м.

В последующем между Банком и ООО «Альба» заключено соглашение от 03.09.2018 о расторжении договора ипотеки (залога недвижимости) от 30.12.2016 № 1046-ЗИ-1.

Между Банком (цедент) и ООО «Строительный Актив» (цессионарий) заключен договор уступки прав требования (цессия) от 24.10.2018 № 2/СА, в соответствии с которым цедент передает, а цессионарий принимает в полном объеме права требования на взыскание с ИП ФИО1 суммы долга, возникшего на основании кредитного договора от 30.12.2016 № 1046 в размере 41 602 755,38 руб., заключенного между банком и ИП ФИО1

В соответствии с п. 2.5 договора цессии за уступаемые права требования цессионарий выплачивает цеденту денежные средства в размере 41 602 755,38 руб. в срок до 26.10.2020.

Конкурсный управляющий ООО КБ «Союзный» полагает, что оспариваемая сделка подпадает под признаки недействительности в соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также является недействительной в силу ст.ст. 10, 168, п. 2 ст. 170 ГК РФ.

От ответчика в материалы дела поступило заявление о пропуске срока исковой давности для обращения с настоящим заявлением.

Суд, ознакомившись с доводами ответчика, приходит к следующим выводам.

Часть 1 статьи 4 АПК РФ предоставляет заинтересованному лицу право обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года.

Согласно ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу положений п. 3 ст. 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 настоящего Федерального закона, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

Из материалов дела следует, что Приказом Банка России от 25.10.2018 № ОД-2787 у ООО КБ «СОЮЗНЫЙ» отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Приказом Банка России от 25.10.2018 № ОД-2788 назначена временная администрация по управлению ООО КБ «СОЮЗНЫЙ».

Следовательно, в рассматриваемом случае срок исковой давности о признании оспоримой сделки недействительной, связанный с субъективным фактором осведомленности истца о нарушении его прав (п. 2 ст. 181 ГК РФ), не мог начать течь ранее появления права на предъявление иска; срок в любом случае начал течь не ранее 25.10.2018.

С рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий Банка обратился 18.10.2020 (согласно почтовому штампу), т.е. с пропуском годичного срока исковой давности, предусмотренных для оспоримых сделок.

Учитывая изложенное, требование конкурсного управляющего о признании соглашения от 03.09.2018 о расторжении договора залога (ипотеки) недействительной сделкой на основании специальных оснований, предусмотренных Законом о банкротстве, не могут быть рассмотрены. Вместе с тем, суд отмечает, что конкурсным управляющим не пропущен трехлетний срок давности, предусмотренный при оспаривании сделок по общегражданским основаниям ст. 196 ГК РФ.

Согласно п. 4 ст. 189.78 Закона о банкротстве конкурсный управляющий кредитной организации вправе направлять заявления о признании недействительными или применении последствий недействительности ничтожных сделок, совершенных кредитной организацией, в том числе в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве, об истребовании имущества кредитной организации у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных кредитной организацией, и совершать другие действия по защите прав и законных интересов кредитной организации и ее кредиторов, предусмотренные федеральным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 189.90 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией или иным лицом за ее счет, может быть признана арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве кредитной организации, недействительной по заявлению конкурсного управляющего в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве, ГК РФ и другими федеральными законами.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными по правилам ГК РФ и по основаниям гл. III. 1 Закона о банкротстве.

Гражданским законодательством предусмотрено, что «юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами» (п. 1 ст. 53 ГК РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ, 40 Федерального Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» действия единоличного исполнительного органа общества (председателя правления) от имени Банка должны быть добросовестными и разумными.

Согласно ст. 1 Федерального Закона «О банках и банковской деятельности» от 02.12.1990 № 395-1 кредитная организация - юридическое лицо, которое для извлечения прибыли как основной цели своей деятельности на основании специального разрешения (лицензии) Банка России имеет право осуществлять банковские операции, предусмотренные Федеральным законом. Одним из условий предоставления банковского кредита, помимо срочности, платности, возвратности, является наличие обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств заемщиком. Наличие обеспечения является обязательным условием для выдачи кредита, и оно должно сохраняться до полного исполнения обязательств заемщика.

В соответствии со ст. 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом. В случаях и в порядке, которые установлены законами, удовлетворение требования кредитора по обеспеченному залогом обязательству (залогодержателя) может осуществляться путем передачи предмета залога в собственность залогодержателя.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную в соответствии со ст. 10 и 168 ГК РФ, в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям, данным в п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы.

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Согласно указаниям Обзора судебной практики ВС РФ от 04.03.2015 № 1 (2015) злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной (ничтожной) на основании ст. 10 и 168 ГК РФ.

Кредитный договор от 30.12.2016 № 1046 заключался под условием обеспечения имущества, принадлежащего ООО «Альба» и при одобрении советом директоров Банка принятие залога, а именно объектов недвижимости принадлежащие ООО «Альба» на праве собственности (п.2.1.1 кредитного договора).

Соглашение о расторжении договора ипотеки (залога недвижимости) от 30.12.2016 № 1046-ЗИ-1 заключено между Банком и ООО «Альба» 03.09.2018 при отсутствии исполнения обязательств по кредитному договору от 30.12.2016 № 1046.

С целью соблюдения нормативов ЦБ РФ функции контроля за соблюдением условий кредитования и принятие решений о выдаче кредитов и принимаемого обеспечения возложены на кредитный комитет согласно положению о кредитном комитете ООО КБ «Союзный».

Так, Положением о кредитном комитете ООО КБ «Союзный» установлено, что к его компетенции относится решение вопросов, в том числе установление и изменение условий кредитования по выданным кредитам, однако сведения об одобрении кредитным комитетом снятия обременения или расторжении договора залога отсутствуют.

Кроме того, отсутствуют сведения и об одобрении Советом директоров Банка каких -либо фактический соглашений в отношении залога, принятого в обеспечение кредитного договора от 30.12.2016 № 1046, что подтверждает необоснованный отказ Банка от имеющегося права на заложенное имущество.

Какого-либо экономически рационального обоснования действий Банка по отказу от права залога (ипотеки) в указанных выше условиях не имеется.

Заключение соглашения от 03.09.2018 о расторжении договора ипотеки (залога недвижимости) от 30.12.2016 № 1046-ЗИ-1 при отсутствии исполнения обязательств по кредитному договору является ухудшением правового положения Банка как кредитора в связи с утратой возможности предъявления требования об обращении взыскания на заложенное имущество, такие условия существенно в худшую для Банка сторону отличаются от условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (предоставление иного ликвидного обеспечения), что свидетельствует о неравноценности сделки, о противоречии принципу добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений.

Заключая соглашение о расторжении договора залога Банк совершил убыточную сделку, в результате чего утратил ликвидное обеспечение по кредитному договору без соответствующей процедуры одобрения. При расторжении договора залога существенно ухудшались условия, при которых заемщику выдавался кредит, в связи с чем должна была быть проведена переоценка условий выдачи кредитов и отнесение заемщика в другую категорию качества с до формирования резерва на возможные потери.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ от 23.08.2018 по делу №А79-8396/2015 любой разумный банк не может без видимых к тому причин отказаться от залога по обязательству, которое не исполнено. Поведение Банка, отказывающегося от обеспечения по обязательству, должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности подобных действий.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 18.02.2021 (резолютивная часть определения объявлена 03.02.2021) судом признан недействительной сделкой договор цессии 24.10.2018 №2/СА. Признавая договор цессии недействительны, суд исходил из совокупности установленных обстоятельств, свидетельствующих о заключении указанного договора с целью вывода ликвидных активов Банка.

Таким образом, соглашение от 03.09.2018 о расторжении договора залога и заключение договора цессии 24.10.2018 №2/СА представляют собой единую притворную сделку, направленную на вывод имущественных прав Банка в пользу связанных с Банком лиц.

В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в п. 87 и 88 Постановления Пленума от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений разд. I ч. 1 ГК РФ» прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

Оспариваемая сделка (совокупность сделок) прикрывает вывод ликвидных активов Банка, на что указывает обход внутренних требований Банка по одобрению сделки, проведение сделки в течение менее года до отзыва у Банка лицензии при условии проверок регулятора и стабильного снижения стоимости активов Банка. Также прослеживается очевидная взаимосвязь между сделками, входящими в цепочку, что в свою очередь указывает на согласованность воли всех участников сделки. Сделка не имела для Банка экономической нецелесообразности и являлась нетипичной с точки зрения целей деятельности должника.

Соглашение о расторжении договора залога без согласования с кредитной комиссией, и без погашения задолженности по кредитному обязательству и последующая уступка прав требования представляют собой единую притворную сделку, направленную на вывод имущественных прав Банка в пользу связанных с Банком лиц (прикрываемая сделка).

Указанный вывод суда подтвержден следующими обстоятельствами.

Как указывалось ранее, 03.09.2018 Банк заключает соглашение о расторжении договора ипотеки (залога недвижимости) от 30.12.2016 № 1046-ЗИ-1 и 24.10.2018 уступает право требование по кредитному договору от 30.12.2016 №1046 ООО «Строительный Актив» с отсрочкой платежа до 26.10.2020 и уплатой ежемесячной дополнительной цены в размере 28 267,08 руб.

По данному договору залогу были переданы земельный участок с кадастровым номером 50:26:160401:85 и нежилое помещение с кадастровым номером.50:26:0160401:527.

После расторжения договора залога между ООО «Альба» и ООО «Проксима Консалтинг» (ИНН: <***>) заключен договор купли-продажи от 10.07.2018, предметом которого являлся земельный участок с кадастровым номером 50:26:160401:85.

В последующем спорное имущество от ОOO «Проксима Консалтинг» на основании договора купли-продажи от 08.12.2019 передано ООО «МИСК» (ИНН: <***>), а от ООО «МИСК» спорное имущество на основании договора купли-продажи от 01.04.2020 передано ООО Гранд Офис (ИНН: <***>).

Кроме того, после расторжения договора залога между Альба и «Проксима Консалтинг» заключен договор купли-продажи от 10.07.2018, предметом которого является нежилое помещение с кадастровым номером 50:26:0160401:527.

Спорное имущество на основании договора купли-продажи от 08.12.2019 было передано ООО «Проксима Консалтинг» в пользу ООО «МИСК». ООО «МИСК», в свою очередь, на основании договора купли-продажи от 01.04.2020 спорное имущество передало ООО «Гранд Офис».

Расторжение договора залога происходило 03.09.2018. В то же время, 10.07.2018 уже были заключены договоры купли-продажи между ООО «Альба» и ООО «Проксима Консалтинг» по двум объектам недвижимости. То есть, ООО «Проксима Консалтинг» как профессиональный участник рынка обязан был проверить наличие залога на данное имущество. Более того, ООО «Проксима Консалтинг» владел долей в ООО «Альба» в размере 0,74 % с 2010 по 2020 год, то есть вовремя заключение данной сделки.

ФИО6, согласно уведомлению от 01.02.2017, входила в состав Совета директоров ООО «Проксима Консалтинг». Также ФИО6 входила в состав членов Правления банка ООО «КБ Союзный» и имела долю в Банке в размере 19,57 %. Таким образом, ООО «Альба», ООО «Проксима Консалтинг» и ООО «КБ Союзный» входили в группу компаний с конечным бенефициаром ФИО6 согласно ст. 9 Закона о защите конкуренции. Следовательно, ООО «Проксима Консалтинг» не могло не знать о наличие залога и расторжении договора уступки прав требований.

Объекты недвижимости 08.12.2019 были проданы ООО «МИСК».

ФИО7 являлся владельцем доли в 76 % ООО «МИСК».

Также ФИО7 с 21.03.2018 по настоящий момент является генеральным директором ООО «Ринго Трейд». Данная компания является заемщиком ООО «КБ Союзный».

Доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированное юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

С наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В данном случае, оспариваемая сделка совершена без проведения торгов или иных процедур, где могут участвовать любые участника рынка. В данной ситуации, очевидно, наличие фактической аффилированности между ООО «Проксима Консалтинг» и ООО «МИСК», так как данная сделка была совершенна и исполнена на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Таким образом, ООО «МИСК» не могло не знать о наличие залога и расторжении договора уступки прав требований.

Между ООО «МИСК» и ООО» Гранд Офис» 01.04.2020 был заключен договор купли-продажи. В данном случае, продажа объектов недвижимости произошла через 5 месяцев после покупки. Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ООО «МИСК» не имеет в кодах ОКВЭД деятельности, связанной с продажей и покупкой недвижимости. Более того, ООО «МИСК» имела только 5 объектов недвижимости за время деятельности. Таким образом, продажа ООО «МИСК» недвижимости через 5 месяцев после покупки является нецелесообразным и экономическим невыгодным для предпринимательской деятельности. Данная сделка также совершена без проведения торгов или иных процедур, где могут участвовать любые участника рынка. В данной ситуации, очевидно, наличие фактической аффилированности между ООО «МИСК» и ООО «Гранд Офис», так как данная сделка была совершенна и исполнена на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом прикрывается одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В случае оспариваемой сделки следует понимать, что порок воли при ее заключении необходимо рассматривать с учетом правовых последствий.

Установленные в рамках настоящего спора обстоятельства позволяют квалифицировать оспариваемое соглашение недействительным на основании положений ст.ст. 10, 168, п. 2 ст. 170 ГК РФ.

По общему правилу ст. 167 ГК РФ последствием признания сделки недействительной является возвращение сторон в первоначальное положение.

В силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

С учетом существа прикрываемой сделки в виду порока воли ее сторон с учетом положений ст.ст. 10 и 168 ГК РФ в случае, если оспаривающая сторона не получила по ней встречного исполнения, - применяется односторонняя реституция, согласно требованиям п. 2 ст. 167 ГК РФ, в виде запрашиваемого конкурсным управляющим восстановления имущественных прав Банка на незаконно отчужденную недвижимость.

Учитывая изложенное, заявление конкурсного управляющего Банка подлежит удовлетворению в полном объеме.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат распределению в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст 10, 170 ГК РФ на основании ст. ст. 13, 71, 75, 176, 184 - 185, 223 АПК РФ арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

Признать недействительной сделкой соглашение от 03.09.2018 о расторжении договора ипотеки (залога недвижимости) от 30.12.2016 №1046-ЗИ-1, заключенное между ООО КБ «Союзный» и ООО «Альба».

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления залога по договору залога (ипотеки) от 30.12.2016 №1046-ЗИ-1, заключенному между ООО КБ «Союзный» и ООО «Альба».

Взыскать с ООО «Альба» в конкурсную массу должника ООО КБ «Союзный» расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.

Взыскать с ООО «Альба» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Определение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок.

Судья А.А. Архипов