Гражданский кодекс часть 1

Решением от 12.04.2018 Общество с ограниченной ответственностью «ГОЛДЕНБЕРГ» (ОГРН <***> ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

В Арбитражный суд г. Москвы 26.04.2018, согласно штампу канцелярии, от ирландской компании «ФИО2 Лимитед» поступило требование о включении в реестр требований кредиторов в порядке статьи 100 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в котором заявитель просит: Включить в реестр требований кредиторов ООО «ГОЛДЕНБЕРГ» в третью очередь требование ФИО8 КАПИТАЛ ЛИМИТЕД (юридическое лицо по законодательству Республики Ирландия, зарегистрировано Регистрационной палатой <...>) в размере 474 039 921 (Четыреста семьдесят четыре миллиона тридцать девять тысяч девятьсот двадцать один) рубль 21 копейку.

Судом 21.08.2018 в порядке ст.49 АПК РФ удовлетворено заявление компании «ФИО2 Лимитед» об уменьшении размера требований до 416 857 921,21 (Четыреста шестнадцать миллионов восемьсот пятьдесят семь тысяч девятьсот двадцать один) рубля 21 копейки в связи частичным погашением 23.03.2018 долга по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2018 заявление ООО СМП «МЕТАН ЛТД» о процессуальном правопреемстве удовлетворено. Заменен кредитор компания ФИО2 Лимитед на его правопреемника ООО СМП «МЕТАН ЛТД». Требование ООО СМП «МЕТАН ЛТД» признано обоснованным. Включено в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью «ГОЛДЕНБЕРГ» (ОГРН <***> ИНН <***>) требование ООО СМП «МЕТАН ЛТД» в размере 416 857 921 руб. 21 коп.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2019 №09АП- 65423/18 определение Арбитражного суда г. Москвы от 01.11.2018 по делу №А40-80513/17-175-117Б оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.04.2019 Определение Арбитражного суда города Москвы от 01 ноября 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 января 2015 года по делу № А40-80513/17 отменено в части включения в реестр требований кредиторов ООО «Голденберг» требования ООО СМП «МЕТАН ЛТД» в размере 416 857 921 рублей. В отмененной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы. В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 01 ноября 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 января 2019 года по делу № А40-80513/17 оставлено без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Судом 02.03.2020 в порядке ст.49 АПК РФ удовлетворено ходатайство об уточнении заявления, согласно которому ООО СМП «МЕТАН ЛТД» в связи с погашением долга в размере 2 335 000 долларов США просит: включить требования ООО СМП «МЕТАН ЛТД» в третью очередь реестра требования кредиторов ООО «Голденберг» в размере 267 277 821, 21 руб.

В Арбитражный суд города Москвы 03.08.2018 от конкурсного управляющего ФИО9 поступило заявление, в котором он просит:

1. Признать недействительным Договор №2015/02-16/1 от 16.02.2015 года.

2. Применить последствия недействительности Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 года и взыскать с ФИО2 ЛИМИТЕД в пользу ООО «Голденберг» 2.335.000,00 долларов США.

3. Взыскать с ФИО2 ЛИМИТЕД в пользу ООО «Голденберг» 35.266.872,34 рублей процентов за пользование в период с 21.11.2015 года по 26.07.2018 года включительно, а также проценты за пользование, начисляемые на сумму остатка невозвращенных денежных средств до момента их фактического возврата.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2018 заявление конкурсного управляющего ФИО9 о признании недействительной сделки к ответчику - ФИО2 Лимитед оставлено без рассмотрения.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2018 №09АП- 63769/2018 определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.10.2018 по делу №А40-80513/17-175-117Б оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04.02.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2018 по делу №А40-80513/17 отменены, обособленный спор направлен на рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

В Арбитражный суд города Москвы 15.04.2019, согласно штампу канцелярии, от АО «Калифорния» и ЗАО ПФК «Полихрон» поступило заявление, в котором они просят:

1. Признать недействительным Договор №2015/02-16/1 от 16.02.2015.

2. Признать недействительной сделку в форме совершенного ООО «Голденберг» в пользу компании «ФИО2 лимитед» платежа в размере 2 335 000,00 долларов США с назначением: PAYMENT FOR ENGINEERING SERVICES UNDER CONTRACT 2015/02-16/1 (ОПЛАТА ИНЖЕНЕРНЫХ УСЛУГ ПО КОНТРАКТУ 2015/02-16/1).

3. Применить последствия недействительности путем взыскания с компании «ФИО2 лимитед» в пользу ООО «Голденберг» 2 335 000,00 долларов США неосновательного обогащения, 669 088,96 долларов США процентов за пользование за период с 21.11.2015 по 12.04.2019, а также проценты за пользование в сумму, рассчитанной до дня фактического возврата основного долга.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.07.2019 заявления конкурсного управляющего, поступившие в суд 03.08.2018 и заявление АО «Калифорния» и ЗАО ПФК «Полихрон» поступившее в суд 15.04.2019 о признании сделок недействительными к ответчику - ФИО2 лимитед, о признании недействительным Договора №2915/02-16/1 от 16.02.2016 и применении последствий недействительности сделок объединены в одно производство для совместного рассмотрения в рамках дела о банкротстве ООО «Голденберг».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.06.2019 конкурсным управляющим Общества с ограниченной ответственностью «ГОЛДЕНБЕРГ» (ОГРН <***> ИНН <***>) утвержден ФИО3 (ИНН <***>), являющийся членом Ассоциации МСОПАУ.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.01.2020 заявление ФИО2 Лимитед (правопреемник ООО «СМП «МЕТАН-ЛТД») о включении требований в реестр требований кредиторов должника, заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника и заявление АО «Калифорния» и ЗАО ПФК «Полихрон» об оспаривании сделки должника объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Судом 02.03.2020 в порядке ст. 49 АПК РФ удовлетворено ходатайство об уточнении заявления, согласно которому АО «Калифорния» и ЗАО ПФК «Полихрон» просит:

1. Признать недействительным Договор №2015/02-16/1 от 16.02.2015.

3. Применить последствия недействительности путем взыскания с компании «ФИО2 лимитед» в пользу ООО «Голденберг» 2.335.000,00 долларов США основного долга и 136.285,31 долларов США процентов за пользование за период с 21.11.2015 по 02.03.2020, а также проценты за пользование в сумме, рассчитанной до дня фактического возмещения неосновательного обогащения.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 10.03.2020 конкурсный кредитор АО «Калифорния» заменен на его правопреемника – ИП ФИО1

Судом 20.04.2021 в порядке ст. 49 АПК РФ удовлетворено ходатайство об уточнении заявления, согласно которому ИП ФИО1 и ЗАО ПФК «Полихрон» и конкурсный управляющий ФИО3 просят:

1. Признать недействительным Договор №2015/02-16/1 от 16.02.2015.

2. Признать недействительной сделку в форме совершенного ООО «Голденберг» в пользу компании «ФИО2 лимитед» платежа в размере 2.335.000,00 долларов США с назначением: PAYMENT FOR ENGINEERING SERVICES UNDER CONTRACT 2015/02-16/1 (ОПЛАТА ИНЖЕНЕРНЫХ УСЛУГ ПО КОНТРАКТУ 2015/02-16/1).

3. Применить последствия недействительности путем взыскания с компании «ФИО2 лимитед» в пользу ООО «Голденберг» 2.335.000,00 долларов США основного долга и 170.381,97 долларов США процентов за пользование за период с 21.11.2015 по 20.04.2021, а также проценты за пользование в сумме, рассчитанной до дня фактического возмещения неосновательного обогащения.

ФИО10 Кэпитал Лимитед в судебное заседание не явился, о месте, времени и дате судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представитель ООО «СМП «МЕТАН ЛТД» заявление о включении требований в реестр требований кредиторов должника поддержал, против заявления об оспаривании сделки возразил.

Конкурсный управляющий заявление об оспаривании сделки поддержал, против заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника возразил.

ИП ФИО1 заявление об оспаривании сделки поддержал, против заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника возразил.

Представитель ФИО5 заявление о включении требований в реестр требований кредиторов должника поддержал, против заявления об оспаривании сделки возразил, заявил ходатайство об отложении судебного заседания или объявлении перерыва.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного заседания или объявлении перерыва, суд пришел к выводу, что оно не подлежит удовлетворению, поскольку суд считает данное ходатайство необоснованным, т.к. причины, названные заявителем не уважительны. Руководствуясь ст.ст. 158, 159, 163, 184 АПК РФ, суд протокольным определением ходатайство об отложении судебного разбирательства или объявлении перерыва отклонил.

Представитель ФИО5 заявил ходатайство об отложении судебного заседания для предоставления дополнительных доказательств.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного заседания, суд пришел к выводу, что оно не подлежит удовлетворению, поскольку суд считает данное ходатайство необоснованным, т.к. причины, названные заявителем не уважительны. Руководствуясь ст.ст. 158, 159, 184 АПК РФ, суд протокольным определением ходатайство об отложении судебного разбирательства отклонил.

Изучив материалы дела, заслушав представителей участвующих в деле лиц, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В обоснование заявления о включении требования в реестр требований кредиторов ООО «Голденберг» компания ФИО2 Лимитед и ее правопреемник - ООО СМП «Метан ЛТД» приводит следующие доводы.

Между компанией «ФИО2 Лимитед» и Должником был заключен Договор № 2015/02-16/1 от 16 февраля 2015 на оказание инжиниринговых услуг (далее по тексту - Договор). В соответствии с условиями Договора компанией «ФИО2 Лимитед» обязался по заданию Должника оказать ему комплекс инжиниринговых услуг в виде инженерно- управленческого и консультационного обеспечения в части технического надзора и строительного контроля осуществления строительно-монтажных работ на объектах АЭС «Руппур» в Народной Республике Бангладеш и/или «Здание культурно-делового центра «Дом Москвы» в г. Вильнюс (Литовская Республика), а Должник обязался оплатить эти услуги в соответствии с условиями Договора. Цена договора - 7 400 О ОО долларов США . В соответствии с законодательством Российской Федерации о валютном контроле Должнику был оформлен паспорт внешнеторговой сделки. Компания «ФИО2 Лимитед» свои обязательства по Договору выполнила в полном объеме, что подтверждается Актом №1 от 25 ноября 2015 года и Актом № 2 от 29 ноября 2015 года. Общая стоимость оказанных услуг (выполненных работ), принятых ООО «ГОЛДЕНБЕРГ « составила 7 399 636 ( Семь миллионов триста девяносто девять тысяч шестьсот тридцать шесть) долларов США. Никаких претензий по объему качеству и срокам выполненных работ от ООО «ГОЛДЕНБЕРГ» не поступало. Акты подписаны Должником без замечаний. В связи с тем, что в нарушение указанных норм права и условий Договора №2015/02 -16/1 от 16 февраля 2015 года Должник свои обязательства по оплате образовавшейся задолженности не исполнил, Конкурсный кредитор на основании третейской оговорки обратился с соответствующим иском в арбитражное учреждение /третейский суд/. Арбитражным решением Первого арбитражного учреждения от 29 августа 2017 года №У/ЮЮ 47-08-17 с Должника - ООО «ГОЛДЕНБЕРГ « в пользу Компании ГОЛДЕН БЭР ЛИ КАПИТАЛ ЛИМИТЕД взыскано 7 399 636 (Семь миллионов триста девяносто девять тысяч шестьсот тридцать шесть) долларов США.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения контролируемого банкротства.

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия у должника обязательства перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

При рассмотрении обоснованности требований кредиторов подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно пункту 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №60 «О некоторых вопросах, связанных с применением Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» при предъявлении требований в деле о банкротстве в соответствии со статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, для требования, подтвержденного решением третейского суда, не требуется обязательного наличия определения о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение этого решения. При предъявлении такого требования против него может быть выдвинуто только возражение о наличии оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, предусмотренных статьей 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Если наличие таких оснований будет доказано, то рассмотрение указанного требования осуществляется судом по общим правилам, то есть как требования, не подтвержденного решением третейского суда.

В соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, если установит, что решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права.

Согласно действующей редакции пункта 2 части 4 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд отказывает в выдаче исполнительного листа, если приведение в исполнение решения третейского суда противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Сторона, заявляющая о противоречии признания и приведения в исполнение третейского решения публичному порядку государства исполнения, должна обосновать наличие такого противоречия (п. 3 Обзора, утвержденного информационным письмом от 26.02.2013 №156).

Защита охраняемых законом интересов третьих лиц, в том числе в отношениях с неплатежеспособным должником, важная функция правосудия, являющаяся элементом публичного порядка государства. Следовательно, при рассмотрении заявления о признании и приведении в исполнение третейского решения вопрос о защите интересов третьих лиц подлежит судебному контролю как элемент публичного порядка государства исполнения в силу полномочий государственного суда, в том числе ввиду заявления данного довода участниками разбирательства. Принудительное исполнение третейского решения, нарушающее публичный порядок, является судебной ошибкой, свидетельствующей о незаконности судебного акта.

При этом суды осуществляют такой контроль исходя из общих принципов права, правовых принципов, действующих в отдельной сфере правоотношений (например, в сфере несостоятельности (банкротства)), и с учетом норм законодательства, регулирующих конкретную сферу правоотношений.

Защита охраняемых законом интересов третьих лиц, в том числе в отношениях с неплатежеспособным должником, является важной функцией правосудия, являющейся элементом публичного порядка государства и осуществляющаяся с учетом принципов и норм законодательства о несостоятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях указывал, что процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.), то есть целью данного института является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные, интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Поэтому нарушением публичного порядка Российской Федерации является создание в преддверии банкротства видимости частноправового спора с отнесением его на рассмотрение третейского суда для получения в последующем формальных оснований для упрощенного включения необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве. Такие действия затрагивают не только частные интересы должника и его кредитора - участника третейского разбирательства, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).

Из разъяснений, изложенных в пункте 25 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с выполнением функций содействия и контроля в отношении третейских судов и международных коммерческих арбитражей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.12.2018, и в Обзоре практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений N 156, утвержденном Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 26.02.2013, следует, что под публичным порядком в целях применения пункта 2 части 4 статьи 233 и пункта 2 части 4 статьи 239 АПК РФ сложившаяся судебная практика понимает фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы государства.

Решение третейского суда может быть признано противоречащим публичному порядку Российской Федерации в том случае, если в результате его исполнения будут совершены действия либо прямо запрещенные законом, либо наносящие ущерб суверенитету или безопасности государства, затрагивающие интересы больших социальных групп, являющиеся несовместимыми с принципами построения экономической, политической, правовой системы государств, затрагивающие конституционные права и свободы граждан, а также противоречащие основным принципам гражданского законодательства, таким как равенство участников, неприкосновенность собственности, свобода договора.

Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указал на то, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

Защита интересов конкурсных кредиторов - третьих лиц в процессе признания и принудительного исполнения третейского решения осуществляется также с учетом принципов и норм законодательства о несостоятельности.

В соответствии с п.24 постановления Пленума ВАС РФ №35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» кредитору по делу о банкротстве принадлежит право оспаривать в установленном порядке судебные акты, подтверждающие наличие и обоснованность требований других кредиторов.

Также Президиумом ВАС РФ сформулирована правовая позиция (Постановление от 13.05.2014 №1446/14), получившая свое развитие в правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ (Определение от 09.10.2015 №305-КГ15-5805), по вопросу доказывания нарушений публичного порядка по заявлениям третьих лиц - конкурсных кредиторов в делах о принудительном исполнении решений третейских судов. Возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора, подтвержденного решением третейского суда, обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, присужденного третейским судом, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

В рассматриваемом случае применение указанных правовых позиций предусматривает проверку Третейского решения на соблюдение принципа добросовестности и запрета злоупотребления правом, а также специального принципа, содержащегося в законодательстве о несостоятельности, а именно запрета получения незаконных и необоснованных преимуществ кем-либо из кредиторов.

Кроме того, в деле о банкротстве стандарты доказывания являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса, при этом арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу хозяйственных отношений, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

Как это следует из материалов дела, исковое заявление в третейский суд Компанией «ФИО2 Лимитед» было подано во вторник, 22.08.2017. В пятницу 25.08.2017, постановлением третейского суда от 25.08.2017 иск принят к производству №У/ЮЮ 47-08-17 и судебное заседание назначено на 29.08.2017, то есть через всего 1 рабочий день считая от даты возбуждения производства по делу. Решение по существу спора было вынесено во вторник, 29.08.2017, что означает то, что спор между Компанией «ФИО2 Лимитед» и Должником был рассмотрен третейским судом в период с 25.08.2017 по 29.08.2017, то есть в течение всего 2 рабочих дней.

При этом Компания «ФИО2 Лимитед» обратилась в третейский суд только 22.08.2017, то есть спустя почти два года после подписания актов от 25.11.2015 и 29.11.2015 к Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015, и уже после принятия 05.05.2017 заявления о признании Должника несостоятельным (банкротом) в рамках дела №А40-80513/2017.

Из содержания как протокола от 29.08.2017 судебного заседания по делу №У/ЮЮ 47-08-17, так и решения Первого арбитражного учреждения от 29.08.2017 по делу №У/ЮЮ 47-08-17, следует, что Компания «ФИО2 Лимитед» и Должник непосредственного участия в судебном заседании не принимали.

Также из содержания решения Первого арбитражного учреждения от 29.08.2017 по делу №У/ЮЮ 47-08-17 следует, что третейский суд со ссылкой на ч.3.1 ст. 70 АПК РФ установил, что Должник признал все обстоятельства, на которых основан иск, поскольку доказательств оплаты не представил, сумму долга не оспорил.

При этом Должник в очевидный ущерб собственным интересам и интересам его кредиторов не сообщил третейскому суду и не представил очевидно имевшееся у него доказательство того, что Должником в пользу Компании «ФИО2 Лимитед» 20.11.2015 был осуществлен платеж в размере 2.335.000,00 дол. США с назначением: PAYMENT FOR ENGINEERING SERVICES UNDER CONTRACT 2015/02-16/1 (ОПЛАТА ИНЖЕНЕРНЫХ УСЛУГ ПО КОНТРАКТУ 2015/02-16/1), то есть именно по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015.

То обстоятельство, что уже при новом рассмотрении настоящего обособленного спора компания «ФИО2 Лимитед» в порядке ст.49 АПК РФ уменьшила размер своего требования на 2.335.000,00 долларов США - сумму полученного от Должника 20.11.2015 платежа по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015, во взаимосвязи с выше установленными судом обстоятельствами свидетельствует о наличии согласованности действий Компании «ФИО2 Лимитед» и Должника, направленных на получение решения третейского суда, подтверждающего наличие задолженности Должника перед Компанией «ФИО2 Лимитед», за счет которого существенно упрощался процесс включения требования Компании «ФИО2 Лимитед» в реестр кредиторов Должника.

Кроме того, как это следует из материалов дела, в ходе судебного разбирательства третейским судом были допущены существенные нарушения норм процессуального права.

В соответствии с п.4 ст.42 Регламента Первого арбитражного учреждения секретарь заседания проверяет явку лиц, участвующих в судебном заседании, ведет и подписывает протокол заседания. Однако в протоколе от 29.08.2017 судебного заседания отсутствует подпись секретаря заседания.

При таких обстоятельствах, свидетельствующих о создании компанией «ФИО2 Лимитед» и Должником видимости частноправового спора с отнесением его на рассмотрение третейского суда для получения в последующем формальных оснований для упрощенного включения необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов Должника, исходя из изложенных в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 №1446/14, а также определениях СКЭС ВС РФ от 09.10.2015 №305-КГ15-5805, от 28.04.2017 №305-ЭС16-19572, от 17.10.2017 №310-ЭС17-8992, от 28.02.2018 №308-ЭС17-12100 правовых позиций арбитражный суд должен обеспечить эффективное средство судебной защиты конкурсной массы путем полного и всестороннего установления относящихся к основной задолженности обстоятельств, которые третейский суд самостоятельного не исследовал, в связи с чем решение Первого арбитражного учреждения от 29.08.2017 № У/ЮЮ47-08-17, которым с Должника в пользу Компании «ФИО2 Лимитед» взыскано 7 399 636 долларов США не может являться основанием для установления права требования ООО СМП «Метан ЛТД».

В силу правовой позиции, изложенной в постановлениях Президиума ВАС РФ от 10.06.2014 № 8095/12 и от 26.03.2013 № 14828/12, в ситуации, когда вопрос о применении положений российского законодательства, защищающих третьих лиц, ставится в отношении оффшорной компании, бремя доказывания наличия либо отсутствия обстоятельств, защищающих оффшорную компанию как самостоятельного субъекта в ее взаимоотношениях с третьими лицами, должно возлагаться на оффшорную компанию.

Такое доказывание осуществляется, прежде всего, путем раскрытия информации о ее конечном выгодоприобретателе. Если оффшорная компания не раскрывает своего выгодоприобретателя, это является указанием на недобросовестность такого лица.

Следовательно, иностранное юридическое лицо, не раскрывающее сведения о своем бенефициаре, несет риск наступления последствий, предусмотренных в ст. 10 ГК РФ.

Высший арбитражный Суд РФ в постановлении Президиума ВАС РФ от 26.03.2013 №14828/12 указал на то, что если доказывание недобросовестности существенно затруднено из-за наличия в соответствующем правопорядке особых правил о раскрытии информации о выгодоприобретателях компании, добросовестной компании при разрешении судебного спора надлежит самостоятельно предоставить информацию о том, кто в действительности стоит за этой компанией.

В силу ст.9 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

С учетом длительности рассмотрения настоящего обособленного спора Компанией «ФИО2 Лимитед» не были добросовестно раскрыты сведения о конечных бенефициарах данного лица.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015 отражено, что согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В случае представления доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В соответствии с разъяснениями п.3 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Компания «ФИО2 Лимитед» и ее правопреемник - ООО СМП «Метан ЛТД» являются аффилированным с Должником лицами в связи со следующим.

В силу п.3 ч.4 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГК РФ.

Согласно п.7 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в соответствии с указанным в п.3 ч.4 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

Применительно к п.3 ч.4 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» таким недобросовестным поведением руководителя Должника явилось поведение, состоящее в следующем.

Как это следует из материалов дела, в период с 28.05.2015 по 06.06.2015 включительно в отношении Должника судебным приставом-исполнителем МОСП по ОИП УФССП России по г. Москве (далее – судебный пристав-исполнитель) были возбуждены исполнительные производства №33124/15/77011-ИП, №33124/15/77011-ИП, №33463/15/77011-ИП и №33465/15/77011-ИП, впоследствии объединенные в сводное исполнительное производство №33124/15/77011-СД.

Взыскателями по сводному исполнительному производству, в том числе, являлись ЗАО ПФК «Полихрон», ЗАО «Перкон», ЗАО «Велес» и ПО «Союз Кредит», которые впоследствии стали конкурсными кредиторами Должника в рамках настоящего дела.

Постановлениями судебного пристава-исполнителя от 27.05.2015 и 28.05.2015 на все имевшиеся расчетные счета Должника был наложен арест в размере суммы взыскания.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 24.07.2015 о наложении ареста на имущество должника-организации руководителю и иным должностным лицам Должника было запрещено заключать, одобрять, регистрировать сделки, направленные на отчуждение (обременение) или любое другое изменение статуса движимого и недвижимого имущества, в том числе имущественных прав, принадлежащих Должнику на праве собственности, в том числе имущества, находящегося в залоге у третьих лиц.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 24.07.2015 об обращении взыскания на денежные средства должника организации руководителю и иным должностным лицам Должника было запрещено расходовать без письменного разрешения судебного пристава-исполнителя денежные средства, находящиеся и поступающие на все счета и с кассу Должника в пределах суммы оставшейся задолженности по сводному исполнительному производству №33124/15/77011-ИП/СД до полного ее погашения.

Оба постановления от 24.07.2015 были получены руководителем Должника 27.07.2015.

В связи с тем, что 19.06.2015 руководитель Должника злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности в крупном размере, подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами по делу №А40-18278/2014 и №А40-137734/2014, 27.10.2015 Управлением организации дознания ФССП России в отношении ФИО5 по признакам преступления, предусмотренного ст.177 УК РФ (злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности) было возбуждено уголовное дело №227602.

Будучи осведомленным о наложенных в рамках сводного исполнительного производства арестах на существовавшие на тот момент расчетные счета, руководитель Должника 17.11.2015 открыл в филиале ПАО «АТБ» г. Москвы новые расчетные счета Должника в рублях РФ и долларах США, о чем умышленно судебному приставу-исполнителю не сообщил.

20.11.2015, в день заключения Соглашения о расторжении Договора №7764/141499 от 06.02.2015 АО «Атомстройэкспорт» перечислило Должнику 546.120.328,35 руб., которые, за исключением остатка в размере 1.344,57 руб., в день их получения Должник израсходовал на цели, не связанные с исполнением вступивших в законную силу судебных актов, которыми с Должника были взысканы денежные средства.

Среди осуществленных Должником 20.11.2015 с нарушением требований ФЗ «Об исполнительном производстве» и ст.177 УК РФ платежей был платеж в размере 2.335.000,00 долларов США по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015.

Обстоятельства израсходования руководителем Должника денежных средств в ущерб интересам взыскателей послужили основанием для возбуждения 16.12.2015 в отношении руководителя Должника второго уголовного дела №227603 по признакам преступления, предусмотренного ст.177 УК РФ.

При таких обстоятельствах незаконность и недобросовестность действий руководителя Должника по осуществлению платежа по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 в пользу компании «ФИО2 лимитед» в размере 2.335.000,00 долларов США обусловлена нормами ч.4 ст.1, ч.1 ст.10 ГК РФ, ч.2 ст.855 ГК РФ, ФКЗ «Об арбитражных судах Российской Федерации», ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», ч.1 ст.16 АПК РФ, ФЗ «Об исполнительном производстве» и ст.177 УК РФ.

В тоже время, если бы поведение руководителя Должника было бы законным и добросовестным, то компания «ФИО2 лимитед» не могла бы получить платеж по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 в размере 2.335.000,00 долларов США ранее, чем Должником были бы исполнены вступившие в законную силу судебные акты, вынесенные в пользу взыскателей по исполнительному производству, в настоящее время являющимися конкурсными кредиторами.

Как это следует из материло дела, компания «ФИО2 лимитед» письмом №321-01/Б от 23.03.2018, то есть уже после введения 20.10.2017 процедуры наблюдения, потребовала от Должника в счет погашения задолженности по оспариваемому Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 исполнить обязательство компании «ФИО2 лимитед» по договору №18/03 от 19.03.2018 с ООО «Агентство недвижимости БЕСТ».

В тот же день 23.03.2018, Должник исполнил предъявленное письмом №321-01/Б от 23.03.2018 требование компании «ФИО2 лимитед» и перечислил 57.182.000,00 руб. в пользу ООО «Агентство недвижимости «БЕСТ» в счет частичного удовлетворения требования компании «ФИО2 лимитед», основанного на Договоре №2015/02-16/1 от 16.02.2015.

Вместе с тем, по состоянию на 31.12.2016 размер активов Должника согласно данным бухгалтерского баланса составлял 195.321.000,00 руб.

В этой связи руководитель Должника не мог не знать, что размер указанного компанией «ФИО2 лимитед» в письме №321-01/Б от 23.03.2018 денежного требования в несколько раз превышает дозволенный п.1 ст.64 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» лимит на совершение сделки без согласия временного управляющего.

При таких обстоятельствах совершая 23.03.2018 платеж в счет исполнения обязательства перед Ответчиком руководитель Должника заведомо знал, что не только погашает требование, которое текущим не является, но и делает это в нарушение запрета, установленного п.1 ст.64 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

То обстоятельство, что и руководитель Должника, и компания «ФИО2 лимитед» знали о том, что задолженность, которую требовал погасить заявитель, текущей не является, очевидно следует из того, что впоследствии компания «ФИО2 лимитед» за счет полученных от Должника посредством платежа в пользу ООО «Агентство недвижимости «БЕСТ» 57.182.000,00 руб. в порядке ст.49 АПК РФ уменьшила размер своего требования, которое компания «ФИО2 лимитед» заявила ко включению в реестр требований кредиторов Должника, а бывший руководитель Должника, являющийся единственным участником Должника, поддержал заявленное требование именно как конкурсное.

Незаконность, в том числе, и недобросовестность вышеприведенных действий руководителя Должника подтверждается обстоятельствами, установленными Постановлением 9ААС от 08.04.2019 по делу №А40-80513/2017, которым сделка в форме перечисления 23.03.2018 в пользу ООО «Агентство недвижимости «БЕСТ» денежных средств размере 57.182.000,00 руб. с назначением платежа «Частичная оплата согласно решению первого арбитражного третейского суда № У/ЮЮ 47-08-17 от 29.08.17 (текущий платеж-задолженность после 05.05.2017) сумма 57182000-00, без налога (НДС)» была признана недействительной по основаниям, предусмотренным ч.1 и ч.2 ст.61.3, ч.2 ст.64 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также ст.10 и ст.168 ГК РФ.

В рамках указанного обособленного спора судом апелляционной инстанции было установлено, что в то время как Должник и компания «ФИО2 лимитед» знали, что требование компании «ФИО2 лимитед» к Должнику текущим не является, компания «ФИО2 лимитед» требовала его удовлетворения, а Должник его удовлетворил несмотря на то, что им было известно о наличии иных конкурсных кредиторов Должника, которым это очевидно причиняло убытки, в связи с чем согласованные действия компании «ФИО2 лимитед» и Должника по предпочтительному удовлетворению требования компании «ФИО2 лимитед» апелляционным судом были квалифицированы как действия в обход закона с противоправной целью.

Апелляционным судом также было установлено, что в результате совершения Должником платежа в размере 57.182.000,00 руб. в пользу ООО «Агентство недвижимости «БЕСТ» в счет удовлетворения требования компании «ФИО2 лимитед», основанного на Договоре №2015/02-16/1 от 16.02.2015, компании «ФИО2 лимитед» было оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, и это удовлетворение было получено компанией «ФИО2 лимитед», который располагал сведениями о недостаточности имущества Должника и о его неплатежеспособности. При этом из конкурсной массы Должника посредством этого платежа выбыли денежные средства в размере 57.182.000,00 руб., что причинило вред имущественным правам конкурсных кредиторов.

В постановлении 9ААС от 08.04.2019 по делу №А40-80513/2017 также установлено, что действия компании «ФИО2 лимитед» через ООО «Агентство недвижимости «БЕСТ» были направлены на получение удовлетворения своих требований не взирая на наличие иных кредиторов у Должника, перед которыми уже существовала задолженность, о чем Должнику и компании «ФИО2 лимитед» было известно.

При таких обстоятельствах осуществление руководителем Должника платежа в размере 57.182.000,00 руб. в пользу ООО «Агентство недвижимости «БЕСТ» в счет удовлетворения требования компании «ФИО2 лимитед», основанного на Договоре №2015/02-16/1 от 16.02.2015, являлось недобросовестным и незаконным поведением.

Таким образом, обстоятельства того, что по требованию компании «ФИО2 лимитед» руководитель Должника осуществил в ее пользу частичное исполнение оспариваемого Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 несмотря на то, что для этого ему пришлось нарушить как требования закона, так и интересы конкурсных кредиторов Должника, свидетельствуют о том, что Должник находился под влиянием компании «ФИО2 лимитед», которая определяла действия Должника в степени, достаточной для обеспечения незаконного, в том числе, и недобросовестного поведения Должника, в свою пользу и, следовательно, имела возможность контролировать деятельность Должника и давать Должнику обязательные для исполнения указания по осуществлению сделок.

В определении ВС РФ от 27.01.2015 №81-КГ14-19 указано, что по смыслу ст. 1064 ГК РФ вред рассматривается как всякое умаление охраняемого законом материального или нематериального блага, любые неблагоприятные изменения в охраняемом законом благе, которое может быть как имущественным, так и неимущественным (нематериальным).

В этой связи и учитывая, что вред и выгода противопоставляются (выгоду контролирующее лицо получает за счет причинения вреда неправомерным подконтрольным поведением должника), под выгодой для целей применения п.3 ч.4 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» возможно понимать всякое увеличение охраняемого законом материального или нематериального блага, любые благоприятные для контролирующего лица изменения в охраняемом законом благе, которое может быть как имущественным, так и неимущественным (нематериальным).

Существенной относительно масштабов деятельности Должника выгодой компании «ФИО2 лимитед» явилось получение ей исполнения по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 в размере 2.335.000,00 долларов США и 57.182.000,00 руб., в то время как кредиторы, денежные обязательства Должника перед которыми уже на тот момент были подтверждены вступившими в законную силу судебными актами, никакого исполнения от Должника не получили.

Таким образом, с учетом установленных судом обстоятельств и поскольку существенная относительно масштабов деятельности Должника вышеуказанная выгода Ответчика в виде увеличения активов на сумму 2.335.000,00 дол. США и 57.182,000,00 руб. не могла бы образоваться, если бы действия руководителя Должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности, в силу установленной п.3 ч.4 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» презумпции и в отсутствие соответствующего ее опровержения суд приходит к выводу о том, что компания «ФИО2 лимитед» являлась контролирующим Должника лицом.

ООО СМП «МЕТАН ЛТД» также является аффилированным с Должником лицом поскольку владелец 50% долей ООО СМП «МЕТАН ЛТД», ФИО11, является родным сыном единственного участника и бывшего генерального директора Должника ФИО5 (т.162, л.д.138), что в силу п.7 ч.1 ст.9 ФЗ от 26.07.2006 №135-ФЗ означает вхождение ФИО11 и ФИО5 в одну группу лиц; владелец вторых 50% долей ООО СМП «МЕТАН ЛТД» и его генеральный директор ФИО12 приходится родной матерью ФИО11 и бывшей женой ФИО5 (т.51, л.д.83-92).

Кроме того, об аффилированности свидетельствует то, что Должник и ООО СМП «МЕТАН ЛТД» имеют одинаковые юридические и фактические адреса.

С учетом того, что определением Арбитражного суда г. Москвы от 24.09.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2021, установлены обстоятельства совершения ФИО5 и ФИО11, до признания Должника банкротом являвшимся заместителем генерального директора ООО «Голденберг» (Должника) по общим вопросам, недобросовестных действий, направленных на вывод имущества Должника в их пользу, установленные судом обстоятельства в их взаимосвязи позволяют констатировать наличие у ФИО11 возможность определять действия Должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Таким образом поскольку компания «ФИО2 лимитед» и ООО СМП «МЕТАН ЛТД» являлись лицами, способными оказывать влияние на деятельность Должника, компания «ФИО2 лимитед» и ООО СМП «МЕТАН ЛТД» являлись аффилированными лицами Должника и, следовательно, в силу ст.19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заинтересованными по отношению к Должнику лицами.

В рамках отношений, рассматриваемых в настоящем обособленном споре, фактическая аффилированность компании «ФИО2 лимитед» и ООО СМП «МЕТАН ЛТД» с Должником указанными лицами не опровергнута.

Рассматриваемое в рамках настоящего обособленного спора требование к Должнику ООО СМП «Метан ЛТД» получило на основании Договора уступки прав требования (цессии) № 01 от 04.08.2018 с Компанией «ФИО2 лимитед», согласно которому Компания «ФИО2 лимитед» уступила ООО СМП «Метан ЛТД» права требования к ООО «Голденберг» на сумму 6 393 603,18 долларов США и 30.000,00 руб.

Пунктом 2.1. указанного договора цессии предусмотрено, что цена уступаемого права составляет 1 200 000 долларов США в рублях по курсу ЦБ РФ на день оплаты.

Согласно п. 2.2. указанного договора, оплата уступки производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет в течение 1 (одного) года с даты подписания настоящего договора или иным не запрещенным действующим законодательством РФ способом.

Таким образом, договор уступки права заключен между аффилированной с Должником иностранной компанией и аффилированным с Должником лицом с дисконтом более 80% и годовой отсрочкой платежа. По общему правилу заключение договоров цессии на подобных условиях не характерно для независимых участников хозяйственного оборота и свидетельствует об их фактической аффилированности. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

В пункте 6 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) разъяснено, что очередность удовлетворения требования, перешедшего к контролирующему должника лицу в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника.

В судебном заседании представитель ООО СМП «Метан ЛТД» документально факт оплаты по договору уступки прав требования (цессии) № 01 от 04.08.2018 не подтвердил. При таких обстоятельствах уступленное право было компанией «ФИО2 лимитед» передано ООО СМП «Метан ЛТД» на нерыночной основе.

По смыслу определений Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6) и от 06.07.2017 №308-ЭС17-1556, нерыночное накопление прав требований к должнику аффилированным лицом и последующее предъявление этих требований в деле о банкротстве в целях конкуренции с требованиями конкурсных кредиторов не является добросовестным поведением, прикрывает корпоративные интересы, которые не подлежат защите в рамках споров о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Указанные обстоятельства порождают объективные сомнения как в реальности правоотношений между кредитором и должником, так и в реальности наличия заявленной задолженности, и указывает на то, что заявленная задолженность была создана искусственно.

Из пункта 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. 9 и 65 АПК РФ).

В нарушение требований ст. 65 АПК РФ ООО СМП «Метан ЛТД» не представлено доказательств возмездного приобретения прав требований к Должнику.

Поскольку получение ООО СМП «МЕТАН ЛТД» требования к Должнику является результатом нерыночного накоплении аффилированным лицом прав требований к Должнику для включения этого требования в реестр требований конкурсных кредиторов Должника в целях конкуренции с требованиями независимых конкурсных кредиторов, которое не является добросовестным, прикрывает корпоративные интересы, которые не подлежат защите в рамках споров о включении требований в реестр требований кредиторов, требование ООО СМП «МЕТАН ЛТД» не подлежит защите в рамках настоящего обособленного спора.

Исходя из норм статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве, п.26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

По смыслу правовых позиций, изложенных в п.15 Обзора №1(2017) от 16.02.2017, п.20 Обзора №5(2017) от 27.12.2017, п.17 Обзора №2(2018) от 04.07.2018, п.13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах Верховного Суда Российской? Федерации по конкретным делам, в частности, в определениях Судебнои? коллегии но экономическим спорам Верховного Суда России?скои? Федерации №305-ЭС18-413, №305-ЭС18-17629(2), №305-ЭС16-20992(3), №305- ЭС16-10852, №305-ЭС16-10308, №305-ЭС16-2411, №309-ЭС17-344, №305-ЭС17-14948, №308-ЭС18-2197, в ситуации, когда независимые кредиторы представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы недобросовестности контрагентов по сделкам, аффилированное лицо не может ограничиться представлением минимального набора документов в подтверждение реальности рассматриваемых отношений.

Таким образом, при рассмотрении требований о включении в реестр требований кредиторов применяется более строгий стандарт доказывания, в соответствии с которым заявители по таким требованиям должны не только представить ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности, но и опровергнуть возможные сомнения относительно обоснованности их требований, возникающие как у других лиц, участвующих в деле о банкротстве, так и у суда.

В условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

Согласно изложенной в п.86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой, то есть совершенной только для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, сделки могут осуществить ее формальное исполнение.

Согласно изложенной в п.20 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №5 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017) правовой позиции, если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки.

Как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также – «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения, по существу, фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Конкурирующий кредитор не является стороной сделки, в силу чего объективно ограничен в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора. Поэтому предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга. Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения.

О недействительности (мнимости) Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 свидетельствуют следующие фактические обстоятельства.

Как это следует из материалов дела, согласно п.1.1 Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 в его предмет входят оказание компанией «ФИО2 лимитед» Должнику услуг при выполнении Должником работ на основании двух правоотношений, а именно: заключенного между Должником и Департаментом строительства г. Москвы Государственного контракта №0173200001414000839 от 31.07.2014 на выполнение подрядных работ по завершению строительства объекта «Здание культурно-делового центра «Дом Москвы» в г. Вильнюсе (далее – госконтракт от 31.07.2014) на общую сметную стоимость 677.084.053,17 руб.; и заключенного между Должником и АО «Атомстройэкспорт» Договора №7764/141 от 06.02.2015 на выполнение строительно-монтажных работ на АЭС «Руппур» в Народной республике Бангладеш (далее - Договор №7764/141 от 06.02.2015) на общую сметную стоимость 31.748.268,18 долларов США.

В целях выполнения предусмотренных Договором №7764/141 от 06.02.2015 работ Должник, уже имевший Лицензию ГС №0449284 рег. №20259 Управления ФСБ России по г. Москве и Московской обл. на осуществление работ, связанных с использованием сведений, составляющих государственную тайну и являвшийся членом СРО НП «ССОЮЗАТОМСТРОЙ», получил от Ростехнадзора Лицензию №ЦО-02-101-8540 (бланк серия АВ №373714) рег. № ЦО-02-101-8540, предоставляющую право на сооружение атомных электростанций (блоков АС), в части выполнения работ и предоставления услуг эксплуатирующей организации.

Пунктом 10.1 Договора №7764/141499 от 16.02.2015 предусмотрено, что Исполнитель (Компания «ФИО2 лимитед») приступает к оказанию услуг с момента получения предварительной оплаты (п. 3.2.1 настоящего Договора). Согласно указанного пункта договора предварительная оплата (аванс) в сумме 3 700 000 (Три миллиона семьсот тысяч) долларов США производится с даты подписания настоящего Договора.

Согласно материалам дела, вопреки условиям п. 3.2.1, 10.1 Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 компания «ФИО2 лимитед» приступила к исполнению договора и фактически завершила его выполнение до получения от Заказчика какой-либо предварительной оплаты (аванса).

Однако у компании «ФИО2 лимитед» отсутствовали правовые основания для начала оказания услуг по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015. Например, какое-либо соглашение о предоставлении Должнику отсрочки по перечислению предоплаты сторонами не подписывалось. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют.

Более того, несмотря на отсутствие не только предоплаты, но и какой-либо оплаты оказанных услуг компания «ФИО2 лимитед», согласно утверждениям заявителя, продолжала оказывать Должнику услуги без гарантий дальнейшей оплаты, наращивая при этом задолженность, что не соответствует обычаям делового оборота.

Как следует из представленных ООО СМП «МЕТАН ЛТД» актов приема-передачи Компания «ФИО2 лимитед» оказала Должнику услуги согласно договору: в феврале 2015 года на сумму - $1 028 416, в марте - $1 350 963, в апреле - $1 328 295, в мае - $780 379, в июне - $1 175 855, в июле - $527 096, в августе - $598 969, в сентябре - $215 632, в октябре - $397 031.

При этом размер вознаграждения иностранной компании не был поставлен в зависимость от объема и сложности оказываемых услуг, что не соответствует практике хозяйственных взаимоотношений в сфере строительного контроля и принципам разумности и экономической обоснованности.

Из сопоставления стоимости указанных в Акте №1 от 25.11.2015 и Акте №2 от 29.11.2015 услуг каждого этапа следует, что указанная в Акте №2 от 29.11.2015 стоимость услуг каждого из 31 этапа ровно в 2,17 раза больше стоимости услуг соответствующего этапа, указанной в Акте №1 от 25.11.2015.

Такое одинаково пропорциональное отношение стоимостей оказанных услуг по одному и тому же этапу с учетом отсутствия в Договоре №2015/02-16/1 от 16.02.2015 условий, определяющих ценообразование оказания каждой из услуг, не может являться результатом естественного процесса ценообразования и в во взаимосвязи с иными установленными судом обстоятельствами свидетельствует об искусственном создании путем составления Акта №1 от 25.11.2015 и Акта №2 от 29.11.2015 задолженности Должника перед Компания «ФИО2 лимитед» в размере стоимости якобы оказанных компанией «ФИО2 лимитед» по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 инжиниринговых услуг.

Об искусственном создании задолженности Должника перед компанией «ФИО2 лимитед» также свидетельствует обстоятельство того, что Акт №2 от 29.11.2015 на сумму 5.064.636 дол. США был составлен и подписан на третий рабочий день после подписания Акта №1 от 25.11.2015. При этом Акт №2 от 29.11.2015 подписан на сумму 5.064.636 дол. США - то есть более, чем в два раза большую, чем сумма Акта №1 от 25.11.2015, равная 2.335.000,00 дол. США, но с перечнем оказанных услуг, тождественным указанному в Акте №1 от 25.11.2015, и по тем же этапам, указанным в Акте №1 от 25.11.2015.

С учетом того, что того, что в п.2 Акта №1 от 25.11.2015 и в п.2 Акта №2 от 29.11.2015 указано, что услуги оказаны за период с 16.02.2015 по 20.11.2015, то есть в один и тот же период, вопреки вышеприведенным правовым позиция ООО СМП «МЕТАН ЛТД» не представлены какие-либо разумные объяснения подписания двух актов об оказании услуг в один и тот же период, в который Должником выполнялись одни и те же работы по Договору №7764/141 от 06.02.2015.

Как следует из его содержания, равная 7.400.000,00 долларов США цена Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 включала в себя оказание компанией «ФИО2 лимитед» услуг при исполнении Должником работ как основании госконтракта от 31.07.2014 на выполнение подрядных работ по завершению строительства объекта «Здание культурно-делового центра «Дом Москвы» в г. Вильнюсе, так и Договора №7764/141 от 06.02.2015 на выполнение строительно-монтажных работ на АЭС «Руппур» в Народной республике Бангладеш.

При том, что в Договоре №2015/02-16/1 от 16.02.2015 также отсутствует какое-либо разделение объемов, состава и стоимости услуг, подлежавших оказанию компанией «ФИО2 лимитед» Должнику при выполнении Должником Договора №7764/141 от 06.02.2015 и госконтракта от 31.07.2014, из его содержания следует, что вся полная стоимость услуг, равная 7.400.000,00 долларов США, подлежала уплате компании «ФИО2 лимитед» в случае полного выполнении Должником работ по каждому из вышеуказанных правоотношений Должника.

Вместе с тем, как это следует из Акта №1 от 25.11.2015 и Акта №2 от 29.11.2015, услуги при выполнении Должником работ по госконтракту от 31.07.2014 компанией «ФИО2 лимитед» Должнику не оказывались.

В тоже время в Акте №1 от 25.11.2015 и Акте №2 от 29.11.2015 указаны как фактически оказанные компанией «ФИО2 лимитед» при выполнении Должником Договора №7764/141 от 06.02.2015 услуги на общую сумму 7.399.636,00 долларов США, то есть всего на 364 долларов США меньше, чем общая цена Договора №7764/141 от 06.02.2015, в которую были включены стоимость услуг, которые подразумевались быть оказанными компанией «ФИО2 лимитед» при выполнении Должником не только Договора №7764/141 от 06.02.2015 с АО «Атомстройэкспорт», но и госконтракта от 31.07.2014 с Департаментом строительства г. Москвы.

С учетом вышесказанного отсутствие разумных объяснений того, в связи с чем, согласно Акта №1 от 25.11.2015 и Акта №2 от 29.11.2015, компания «ФИО2 лимитед» оказала Должнику все предусмотренные Договором №2015/02-16/1 от 16.02.2015 услуги при том, что Договор №7764/141 от 06.02.2015 между Должником и АО «Атомстройэкспорт» был расторгнут с 20.11.2015 в обстоятельствах неполного выполнения Должником предусмотренных им обязательств, а услуги при выполнении Должником работ по госконтракту от 31.07.2014 компанией «ФИО2 лимитед» Должнику вообще не оказывались, свидетельствует об искусственном создании задолженности Должника перед компанией «ФИО2 лимитед».

Согласно п. 3.3. Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом ВС РФ 29.01.2020) разновидностью компенсационного финансирования является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по отношению к общим правилам о сроке платежа. Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

Такое поведение должника и кредитора свидетельствует об их аффилированности и намеренном создании «искусственной» кредиторской задолженности, что является злоупотреблением правом и основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов должника в силу ст. ст. 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса РФ.

Как это следует из материалов дела, заявление о включении денежного обязательства в размере в реестр требований конкурсных кредиторов Должника было компанией «ФИО2 лимитед» по истечении длительного периода после того момента, с которым компания «ФИО2 лимитед» связывала появления у Должника денежного обязательства перед ней, что во взаимосвязи с иными установленными судом обстоятельствами, дополнительно свидетельствует об аффилированности компании «ФИО2 лимитед» и намеренном создании «искусственной» кредиторской задолженности, что является злоупотреблением правом и основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов Должника в силу ст. ст. 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса РФ.

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу N А41-36402/2012, возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов.

При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга.

При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

В условиях несостоятельности Должника, когда требование кредитора противоречит интересам прочих кредиторов, не участвовавших в согласовании цены, последние, а также арбитражный управляющий вправе оспаривать как сам факт оказания этих услуг, так и их стоимость, ссылаясь помимо прочего на явно завышенную цену услуг по сравнению со среднерыночной.

При этом наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Такой подход позволяет противодействовать злоупотреблениям со стороны должника и кредитора, использующих договорную конструкцию возмездного оказания услуг и право на свободное согласование цены договора в целях искусственного формирования задолженности, в том числе и для создания фигуры фиктивного доминирующего кредитора, контролирующего банкротство в своих интересах в ущерб независимым кредиторам. Эта цель не совместима с задачами института банкротства, противоправна и не подлежит судебной защите.

Ввиду того, что противоправная цель скрывается сторонами сделки, ее наличие устанавливается судом по совокупности косвенных признаков. Сам же факт установления неоправданно высокой цены услуг, явно нехарактерной для обычных правоотношений, наряду с прочими обстоятельствами может указывать на злоупотребление правом.

Системный анализ условий договора № 2015/02-16/1 от 16.02.2015 между ООО «Голденберг» и Компанией «ФИО2 Лимитед» (п. 1.1, 1.2, 6.1, 6.2), позволяет сделать вывод, что его предметом является оказание услуг в части технического надзора и строительного контроля в порядке ст. 748, 749 ГК РФ и п. 5,6 Положения о проведении строительного контроля при осуществлении строительства, реконструкции и капитального ремонта объектов капитального строительства, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 21.06.2010 № 468.

Между тем, пунктами 7.1.1, 7.1.7 Договора №7764/141 от 06.02.2015 между АО «Атомстройэкспорт» и ООО «Голденберг» осуществление контроля и надзора за ходом и качеством выполняемых работ относилось к обязательствам АО «Атомстройэкспорт», а не ООО «Голденберг».

Таким образом, ООО «Голденберг» не могло передать по договору № 2015/02-16/1 от 16.02.2015 выполнение указанных функций компании «ФИО2 Лимитед», поскольку не было наделено соответствующими полномочиями заказчика строительства.

С учетом того, что финансирование строительно-монтажных работ на объектах АЭС «Руппур» в Народной Республике Бангладеш осуществлялось АО «Атомстройэкспорт» за счет выделяемых Министерством финансов Российской Федерации средств (п. 5.6.1 Договора), порядок определения размера затрат на проведение строительного контроля определялся Постановлением Правительства РФ от 21 июня 2010 г. № 468.

Пунктом 14 Положения, утвержденного указанным постановлением, установлено, что нормативы расходов заказчика на осуществление строительного контроля при строительстве объектов капитального строительства, финансируемых полностью или частично с привлечением средств федерального бюджета, определяются согласно приложению к данному постановлению.

Согласно указанному приложению, норматив расходов заказчика на осуществление строительного контроля определяется в процентах (от 2.14% до 1.09%) в зависимости от стоимости строительства в базисном уровне цен по состоянию на 1 января 2000 г. (от 30 до 900 млн. рублей).

Поскольку дополнительным соглашением № 1 от 10.04.15 к Договору №7764/141499 твердая цена договора определена в размере 31.748.268,18 долларов США включая НДС, норматив расходов ООО «Голденберг» на осуществление строительного контроля по Договору №7764/141499 не мог превышать 346 056,12 долларов США.

В отношении госконтракта от 31.07.2014 между Должником и Департаментом строительства г. Москвы применению подлежал Порядок определения нормативов затрат на содержание службы заказчика и осуществление строительного контроля при строительстве, реконструкции или капитальном ремонте объектов капитального строительства, финансирование которых осуществляется с привлечением средств бюджета города Москвы, утвержденный приказом Москомэкспертизы от 20.03.2014 № 29.

Согласно указанному Порядку, норматив затрат на содержание службы заказчика и осуществление строительного контроля при строительстве также определялся в процентах (от 2.14% до 1.09%) в зависимости от стоимости строительства. Применительно к твердой цене госконтракта от 31.07.2015 в размере 677 074 053,17 руб. указанные затраты ООО «Голденберг» не могли превышать 7 380 107,18 руб.

Между тем, согласно договору № 2015/02-16/1 от 16.02.2015 г. стоимость услуг Компании «ФИО2 Лимитед» для ООО «Голденберг» составила сумму 7.399.636,00 долларов США., что в несколько раз превышает норматив.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Из материалов настоящего дела следует, что ООО «Голденберг» заключило договор с ЗАО «Инжиниринговая компания «Научно-исследовательский, проектно-технологический и конструкторский институт «Севзапэнергомонтажпроект» (ЗАО «ИК «НИПТИКИ «СЗЭМП») на оказание услуг от 01.07.2015, предметом которого являлось оказание следующих услуг: взаимодействие Заказчика с Генподрядчиком и субподрядными организациями при исполнении контракта на сооружение Строительно-монтажной базы I очереди АЭС «Руппур» на территории Народной Республики Бангладеш», услуги по координации и организации взаимодействия Заказчика с Генподрядчиком и субподрядными организациями при исполнении контракта на сооружение Строительно-монтажной базы 1 очереди АЭС « Руппур « на территории Народной Республики Бангладеш. Размер вознаграждения за оказываемые услуги за период с 01.07.2015 по 31.08.2016 (т.е. более чем годичный срок) составлял 15 млн. руб.

Кроме того у ООО «Голденберг» имелся договор от 09.07.2015 с ЗАО «ИК «НИПТИКИ «СЗЭМП» на оказание инжиниринговых услуг (ППР), предметом которого являлось оказание следующих базовых услуг: (1) Разработка организационно технологической документации (ППР) на строительство Строительно-монтажной базы 1 очереди АЭС «Руппур»; (2) Техническое сопровождение разработанной организационно – технологической документации; (3) Консультирование Заказчика по техническим вопросам, связанным с организацией работ по строительству Строительно-монтажной базы I очереди АЭС «Руппур» на основании разработанной Исполнителем организационно-технологической документации; (4) Согласование ППР с Заказчиком. Стоимость базовых услуг по данному договора составляла 161 293 дол. США.

Таким образом, предусмотренные Договором №2015/02-16/1 от 16.02.2015 с компанией «ФИО2 лимитед» инжиниринговые услуги не являлись эксклюзивными и могли быть оказаны российскими компаниями по более низкой цене.

Об этом свидетельствуют условия вышеприведенных договоров с ЗАО «ИК НИПТИКИ СЗЭМП» со схожим до степени смешения перечнем оказываемых услуг с ценами на несколько порядков ниже, чем по оспариваемому договору.

Изложенное подтверждает, что стоимость услуг Компании «ФИО2 лимитед» по договору № 2015/02-16/1 от 16.02.2015 г. на момент его заключения существенно в худшую для Должника сторону отличалась от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки по проведению строительного контроля, по объектам, финансируемым полностью или частично с привлечением бюджетных средств.

В силу своей аффилированности с Должником компания «ФИО2 лимитед» не могла не знать о том, что стоимость услуг договору № 2015/02-16/1 от 16.02.2015 является для Должника экономически необоснованной (убыточной) и в несколько раз превышает норматив затрат на содержание службы заказчика и осуществление строительного контроля при строительстве, установленных Постановлением Правительства РФ от 21.06.2010 № 468 и приказом Москомэкспертизы от 20 марта 2014 г. № 29.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2018 № 302-ЭС17-17018, свобода договора, подразумевающая самостоятельное определение сторонами сделки условий связывающих их обязательств, не означает, что эти стороны могут осуществлять права недобросовестно, причиняя вред иным лицам, не являющимся участниками рассматриваемых договорных отношений. Участники договора свободны в волеизъявлении и совершении сделок по цене ниже рыночной является их правом. Вместе с тем, когда деятельность контрагента регулируется законодательством о банкротстве, затрагиваются права не только самого должника, но и его кредиторов, вся хозяйственная деятельность должника должна быть подчинена необходимости сохранения конкурсной массы и соблюдения прав кредиторов должника. Таким образом, неплатежеспособный должник в преддверии своего банкротства не праве заключать сделки с неравноценным встречным исполнением, ссылаясь на принцип свободы договора.

В соответствии с материалами дела, стоимость услуг Компании «ФИО2 лимитед» по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 в размере 7 400 000 долларов США в несколько раз превышала балансовую стоимость активов Должника, составляющую на последнюю отчетную дату (31.12.14) 228 428 000 руб.

Таким образом, имеется обстоятельство, предусмотренное абз. 3 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, устанавливающее презумпцию цели причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемой сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В Определениях Верховного Суда РФ от 05.02.2018г. №305-ЭС17-14948, от 25.09.2017г. №309-ЭС 17-344(2), от 11.09.2017г. №301-ЭС17-4784 отражена позиция, согласно которой бремя доказывания экономической целесообразности сделки, на которой основано требование о включении в реестр требований кредиторов, возлагается на иностранное юридическое лицо.

Заключение договора на оказание инжиниринговых услуг с иностранной компанией по такой высокой цене в условиях фактической неплатежеспособности Должника не имело разумного экономического обоснования, поскольку ухудшало его финансовое состояние и означало заведомую убыточность для Должника исполнения заключенного между Должником и Департаментом строительства г. Москвы Государственного контракта №0173200001414000839 от 31.07.2014 на выполнение подрядных работ по завершению строительства объекта «Здание культурно-делового центра «Дом Москвы» в г. Вильнюсе, а также заключенного между Должником и АО «Атомстройэкспорт» Договора №7764/141 от 06.02.2015 на выполнение строительно-монтажных работ на АЭС «Руппур» в Народной республике Бангладеш.

При таких установленных судом обстоятельствах Договор № 2015/02-16/1 от 16.02.2015 является недействительной (ничтожной) сделкой как совершенный со злоупотреблением правом (ст. 10, 168 ГК РФ) в ущерб интересам ООО «Голденберг», о чем компания «ФИО2 лимитед» как аффилированное с Должником лицо не могла не знать.

Представленные ООО СМП «МЕТАН ЛТД» в материалы дела копии актов приема-передачи услуг и прилагаемых к ним документов не подтверждают фактического оказания услуг компанией «ФИО2 Лимитед», которые бы имели для Должника реальную потребительскую ценность, в связи со следующим.

Как указано в определении ВС РФ от 05.02.2017 №305-ЭС17-14948, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда «дружественный» с должником кредитор инициирует судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы «дружественного» кредитора и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному «дружественным» кредитором и должником, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств в подтверждение своих доводов.

В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и «дружественным» кредитором.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Таким образом, для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов, к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления N 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)). Предъявление к конкурирующим кредиторам высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов.

На необходимость руководствоваться повышенным стандартом доказывания при обжаловании решений по искам к ответчикам, находящимся в процедуре банкротства, указано также в Определении Верховного Суда РФ от 13.07.2018 г. № 308-ЭС 18-2197, согласно которому в таком случае основанием к удовлетворению иска являлось бы представление истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности и опровергающих возражения кредитора, обжалующего судебный акт.

В Определении Верховного Суда РФ от 29.10.2018 г. № 308-ЭС 18-9470 отмечено, что как правило, конкурирующему кредитору достаточно заявить такие доводы или указать на такие прямые или косвенные доказательств, которые подтверждали бы малую вероятность развития событий таким образом, на котором настаивает истец, либо которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в доказательствах, представленных должником и «дружественным» кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последних.

При этом суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

С учетом неоднократно сформулированной Верховным Судом РФ позиции о необходимости применения повышенного стандарта доказывания при рассмотрении требований аффилированных лиц, бремя опровержения сомнений в реальности оказанных услуг и образования задолженности в данном случае лежит на ООО СМП «МЕТАН ЛТД, которое должно обладать всеми доказательствами правоотношений компании «ФИО2 Лимитед» с несостоятельным Должником.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что компания «ФИО2 Лимитед» является публичной компанией, она известна на рынке строительных услуг, у нее имеется опыт соответствующей работы, имеется интернет-сайт, какое-либо представительство в Российской Федерации и/или республике Бангладеш.

Доказательства того, что у компании «ФИО2 лимитед» имелась фактическая возможность оказывать предусмотренные Договором №2015/02-16/1 от 16.02.2015 инжиниринговые услуги, в том числе сведения о наличии соответствующе квалифицированных специалистов (кадров), в материалы дела не представлены.

Вместе с тем, пунктом 12.6 Единый отраслевой стандарт закупок (Положение о закупке) Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» с изменениями, утвержденными решением наблюдательного совета Госкорпорации «Росатом» (протокол от 15.02.2013 № 46, от 25.09.2013 № 53, от 03.12.2013 № 54, от 10.04.2014 № 59, от 14.05.2014 № 61, от 04.06.2014 № 62, от 26.06.2014 № 63), установлены требования к привлекаемым субподрядчикам (соисполнителям).

В соответствии с п. 13.2 Документации по открытому одноэтапному запросу предложений без квалификационного отбора на право заключения договора на выполнение строительно-монтажных работ по лоту №11-RPRB-02-14 «Планировка Площадки Строительно-монтажной базы, сооружение и ввод Объектов Строительно-монтажной базы, монтаж Оборудования и ввод его в эксплуатацию, для нужд строительства АЭС «Руппур»« и пунктами 13.2, 13.2.3-13.2.6 раздела 5 «Информационная карта запроса предложений» установлены следующие требования к привлекаемым субподрядчикам: наличие опыта выполнения работ - должен иметь не менее 1 (одного) завершенного проекта за период с 2011 по 2014 по выполнению строительно-монтажных работ по капитальному строительству, а именно проектирование, планировка площадки строительства, сооружение и ввод объектов строительства в эксплуатацию, монтаж и ввод оборудования в эксплуатацию (включая испытания, если требовались); привлекаемые субподрядчики должны иметь достаточное для исполнения договора количество собственных или арендованных материально-технических ресурсов (машин и механизмов, специальных приспособлений и инструментов) для выполнения работ, в том числе, самосвал (грузоподъемность – не менее 15 тонн) – не менее 2 (двух) единиц; экскаватор (объем ковша – не менее 0,5 м3) – не менее 2 (двух) единиц; должны иметь достаточное для исполнения договора количество собственных кадровых ресурсов соответствующей квалификации, в том числе, субподрядчики, выполняющие более 5 % от всего объема работ, в любом случае должны иметь не менее 1 (одного) инженера-строителя; наличие системы управления охраной труда (СУОТ).

Доказательств соответствия компании «ФИО2 Лимитед» указанным требованиям в материалы дела не представлено.

Представленные ООО СМП «МЕТАН ЛТД» в подтверждение обстоятельств оказания услуг Акты приема-передачи услуг со стороны компании «ФИО2 Лимитед» подписаны неким ФИО13 Рахманом.

Однако доказательств наличия у ФИО13 Рахмана полномочий подписывать документы от имени Компании «ФИО2 Лимитед» не представлены.

В материалах дела сведений о владении ФИО13 Рахманом русским и/или английским языком не имеется. Также не имеется сведений о наличии у ФИО13 Рахмана статуса специалиста в области строительства (нахождение в Национальном реестре специалистов в области строительства и т.п.). Доказательств наличия в штате компании «ФИО2 Лимитед» этого специалиста, а также иных специалистов в области строительства, наличия у них каких-либо разрешений и лицензий на указанную деятельность в материалах дела также не имеется.

Не имеется в материалах дела, в том числе и в отчетности компании «ФИО2 лимитед», доказательств наличия у компании «ФИО2 лимитед» надлежащим образом организованного офиса в Народной Республике Бангладеш в соответствии со статьям 376-387 Закона о компаниях (Народной Республики Бангладеш) 1994 года.

Приложенные к актам документы либо не подписаны вовсе, либо подписаны работниками ООО «Голденберг», работниками иных российских подрядчиков Должника и/или сотрудниками АО «Атомстройэкспорт», в должностные обязанности которых непосредственно входило составление таких документов. Доказательств фактического формирования и составления приложенных к актам документов именно сотрудниками компании «ФИО2 Лимитед» в материалах дела не имеется.

Кроме того, большая часть представленных ООО СМП «МЕТАН ЛТД» документов касается строительства следующих объектов: Объединенная стоянка грузовых автомобилей и специальной техники на 150 ед., Гараж (мастерская по ремонту строительной техники), Бытовой корпус, Ограждение площадки, КПП, Автобусные остановки №№2,3 (2шт), Склад инертных материалов, Склад цемента, Склад химических добавок, Строительная лаборатория, Узел мойки автобетоносмесителей и автотранспорта, Наружное освещение в т.ч. прожекторное, Офис генподрядчика и здравпункт, Склад закрытый, Площадка для хранения материалов и оборудования, Открытый склад металла с крановой эстакадой, Цех для пескоструйных красильных и антикоррозийных работ, Служебно-бытовой корпус, Временные автодороги, Благоустройство территории, Внутриплощадочный объединенный хозяйственно-технический противопожарный водопровод, Наружная система сбора и отведения ливневых вод, Внутриплощадочная хозфекальная канализация, Очистные сооружения суммарной максимальной мощностью 200м3/сут., Энергоснабжение 11кВ и 0,4 кВ включая КТП 11/04В, Сооружения внешней связи строительства.

Между тем, с учетом расторжения договора Должника с АО «Атомстройэкспорт» с 20.11.2011 выполнение указанных работ входило в перечень обязательств ООО «Интер РАО - Инжиниринг» по договору с АО «Атомстройэкспорт» № 7764/151303 от 15.12.2015 на выполнение работ по объектам строительства СМБ-1 АЭС «Руппур» в НРБ, в связи с чем не имело отношение к оспариваемому Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015.

Вышеуказанные обстоятельства опровергают наличие какой-либо потребительской ценности от якобы оказанных Должнику услуг Компанией «ФИО2 Лимитед» по указанным объектам поскольку работы по ним Должник ни в какой части АО «Атомстройэкспорт» на условиях договора №7764/141499 от 06.02.2015 не сдал.

В соответствии с представленными ООО СМП «МЕТАН ЛТД» актами и приложениями к ним результатом оказания компанией «ФИО2 Лимитед» услуг, в том числе, являлись Стандарты организации (СТО) и Процедуры (правила) как часть системы документов по стандартизации, в которых с учетом соответствующей специфики юридически закрепляются локальные требования, нормы и правила, необходимые для обеспечения деятельности Должника по проведению работ при сооружении объектов использования атомной энергии.

Вместе с тем, в соответствии с ч.2 ст.4 ФЗ от 01.12.2007 №315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» саморегулируемая организация разрабатывает и утверждает стандарты и правила предпринимательской или профессиональной деятельности (далее - стандарты и правила саморегулируемой организации), под которыми понимаются требования к осуществлению предпринимательской или профессиональной деятельности, обязательные для выполнения всеми членами саморегулируемой организации.

В период исполнения Договора №7764/141 от 06.02.2015 с АО «Атомстройэкспорт» Должник являлся членом СРО НП «СОЮЗАТОМСТРОЙ» (119017, <...>) с рег.№320 от 22.01.2010, решением общего собрания которой от 12.02.2015 приняты стандарты организаций, разработанные по Программе разработки совместных нормативно-технических документов Госкорпорации «Росатом» и СРО атомной отрасли.

Приказом Министерства регионального развития РФ (зарегистрирован Минюстом России 15.04.2010, рег. №16902) утвержден Перечень видов работ по инженерным изысканиям, по подготовке проектной документации, по строительству, реконструкции, капитальному ремонту объектов капитального строительства, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства.

Приказом от 19.03.2015 №259 и приказом от 19.05.2015 №345 бывший генеральный директор ООО «Голденберг» ФИО5 руководствуюсь письмом №ВО-02/837 от 02.03.2015 СРО НП «СОЮЗАТОМСТРОЙ» и Приказом Министерства регионального развития РФ от 30.12.2009 №624 ввел, соответственно, с 10.03.2015 и с 19.05.2015, перечисленные в приказах стандарты, соответствующие выполняемым работам и свидетельству о допуске к вида и работ, выданному СРО НП «СОЮЗАТОСТРОЙ» №СРО-С-016-00352/6-24102014.

При таких обстоятельствах и с учетом того, что в силу Федерального закона от 01.12.2007 №315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» Должник как член СРО НП «СОЮЗАТОСТРОЙ» был обязан следовать стандартам организации, разработанным именно СРО НП «СОЮЗАТОСТРОЙ», необходимость в получении от компании «ФИО2 Лимитед» услуг по разработке стандартов организации и правил, необходимых для обеспечения деятельности Должника по проведению работ при сооружении объектов использования атомной энергии, заведомо для Должника и компании «ФИО2 Лимитед» отсутствовала.

В соответствии с Договором №2015/02-16/1 от 16.02.2015 привлечение ООО «Голденберг» компании «ФИО2 Лимитед» для выполнения технического надзора и строительного контроля по Договору подлежало обязательному предварительному согласованию с АО «Атомстройэкспорт» (п. 2.2, 7.3.45, 7.4.2, 9.4; 10.1 и 11.3 договора).

В соответствии с письмом АО «Атомстройэкспорт» от 21.05.2021 №007–02/14533, полученным Должником в ответ на запрос конкурсного управляющего ФИО3 №26/04-1 от 26.04.2021, с учетом положений п. 9.4, 10.1, 11.3 договора №7764/141499 от 06.02.2015 персонал ООО «Голденберг» должен был иметь всю необходимую квалификацию, знания и опыт, необходимые для выполнения работ по договору, в том числе для самостоятельного осуществления технического надзора и строительного контроля за своими субсубподрячиками. Привлечение ООО «Голденберг» компании «Голдэн Бэрли Капитал Лимитед» для выполнения технического надзора и строительного контроля по Договору подлежало обязательному предварительному согласованию с АО АСЭ (п. 2.2, 7.3.45, 7.4.2 Договора). АО АСЭ не согласовывало привлечение ООО «Голденберг» Компании «Голдэн Бэрли Капитал Лимитед» для выполнения технического надзора и строительного контроля по договору. АО «Атомстройэкспорт» не имеет каких-либо документальных подтверждений фактического выполнения компанией «ФИО2 Лимитед» функций технического надзора и строительного контроля по Договору Должника с АО «Атомстройэкспорт» (переписка, подписанные с участие данной иностранной компании, документы и пр.). Компания «ФИО2 Лимитед» не имела законного доступа к проектной, исполнительной и иной документации по договору. Согласно условиям п.17.8 Договора с АО «Атомстройэкспорт» любая информация о совместных разработках, выполненных в рамках настоящего Договора, может передаваться третьим лицам только с предварительного письменного согласия обеих сторон. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что АО «Атомстройэкспорт» давало свое согласие на передачу указанной документации в какой-либо части компании «ФИО2 Лимитед».

Вышеприведенные обстоятельства также подтверждаются письмами АО «Атомстройэкспорт» от 25.03.2021, от 05.03.2021, от 08.07.2020 и от 07.02.2020, содержание которых ни компанией «Голдэн Бэрли Капитал Лимитед», ни ООО СМП «МЕТАН ЛТД» не оспорено, в нарушение ст. 65 АПК РФ иное не доказано.

Вместе с тем из материалов дела следует, что ООО «Голденберг» было в достаточной мере обеспечено собственными специалистами, обладающими достаточной квалификацией для оказания услуг по техническому надзору и строительному контролю за своими суббподрядчиками, а также для самостоятельного выполнения иных работ, предусмотренных в Приложении №1 к договору с Компанией «ФИО2 лимитед», а именно: ФИО14 - руководитель филиала, ФИО15 - руководитель проекта, ФИО16 - директор по строительству, ФИО17, ФИО18 - главный инженер, ФИО19 - заместитель главного инженера по строительству, ФИО20 - заместитель главного инженера по производству, ФИО7, ФИО21 - начальник ПТО, ФИО22 - главный специалист отдела технического надзора, ФИО23, ФИО24 - инженеры по техническому надзору, ФИО25 - инженер производственно-технического отдела, ФИО26 - начальник строительной лаборатории, ФИО27 - инженер-энергетик, ФИО28 - главный геодезист, ФИО29 - инженер-геодезист, ФИО30 - инженер по охране труда, промышленной безопасности и охране окружающей среды.

Данные обстоятельства подтверждаются положениями имеющихся в материалах дела должностных инструкций сотрудников ООО «Голденберг», выполнявших в рамках выполнения своей трудовой функции обязанности, идентичные работам (услугам), указанным в Приложении №1 к Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 с компанией «ФИО2 лимитед».

Как это следует из материалов дела, согласно штатным расписаниям, по состоянию на 19.12.2014 ежемесячный фонд оплаты труда составлял 2 520 150,00 рублей (из которых 675 000 рублей оплата труда работников филиала), в штате ООО «Голденберг» состояло 32 человека, из которых в филиале числились 4 человека, в том числе, руководитель филиала, зам. руководителя главный инженер филиала, зам.директора по строительству и бухгалтер.

По состоянию на 07.08.2015, ежемесячный фонд оплаты труда составлял 5 656 100,00 рублей (из которых 2 378 000,00 рублей оплата труда работников филиала), в штате ООО «Голденберг» состояло 55 человек, из которых в филиале числилось 22 человека, в том числе, зам.главного инженера, начальник строительной лаборатории, инженер-лаборант, переводчик, начальник ПТО, три инженера по тех.надзору, зам.главного инженера по производству, зам.начальника ПТО, инженер-энергетик, главный геодезист, инженер-геодезист, системный администратор, зам.руководителя, бухгалтер, зам.директора по строительству, главный инженер и руководитель филиала.

При таких установленных судом обстоятельствах объективная необходимость для Должника привлекать компанию «ФИО2 Лимитед» для оказания Должнику поименованных в Приложении №1 к Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 инжиниринговых услуг отсутствовала. Обратное компанией «ФИО2 Лимитед» и ООО СМП «МЕТАН ЛТД» не доказано.

Согласно представленным конкурсным управляющим соответствующим отчетам системы «Антиплагиат», большую часть приложенных к актам документов составляет цитирование открытых источников в сети интернет (учебные пособия, рефераты, журнальные статьи и т.п.), а также нормативных актов, решений территориальных управлений органов исполнительной власти, типовых образцов документации, форм договоров, положений ГОСТов, СНиПов и судебной практики.

В нарушение требований ст.65 АПК РФ, несмотря на основанные на доказательствах доводы конкурного управляющего и конкурсного кредитора о мнимости Договора №7764/141499 от 06.02.2015 и вопреки положениям сложившейся судебной практики ООО СМП «МЕТАН ЛТД» не представило дополнительных доказательств, устраняющих все разумные сомнения по поводу мнимости Договора №7764/141499 от 06.02.2015, например, исполнительную документацию, которая должна была бы оформляться между Компанией «ФИО2 Лимитед» и Должником в случае фактического оказания компанией «ФИО2 Лимитед» указанных в Акте №1 от 25.11.2015 и Акте №2 от 29.11.2015 предусмотренных Договором №2015/02-16/1 от 16.02.2015 инжиниринговых услуг; документы, подтверждающие несение компанией «ФИО2 Лимитед» при исполнении им Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 соответствующих расходов; лицензии, разрешения, кадровые и другие документы, подтверждающие наличие у Компании «ФИО2 Лимитед» возможности исполнить обязательства по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015; доказательства оказания Компанией «ФИО2 Лимитед» подобных услуг иным компаниям и т.п.

Исходя из смысла ч.1 ст.170 ГК РФ мнимость сделки обусловлена тем, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения (Определение Верховного Суда РФ от 06.09.2016 №41-КГ16-25)

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных результатов. Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной (Определение Верховного Суда РФ от 25.07.2016 по делу №305-ЭС16-2411, А41-48518/2014).

В силу ч.1 ст.170 ГК РФ для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая подобную сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения (Определение Верховного Суда РФ от 01.12.2015 №22-КГ15-9).

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (п.86 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

20.11.2015 между АО «Атомстройэкспорт» и Должником было заключено соглашение о расторжении Договора №7764/141499 от 06.02.15 г. между ООО «Голденберг» и АО «Атомстройэкспорт», согласно которому АО «Атомстройэкспорт» обязался возместить ООО «Голденберг» фактически произведенные последним по Договору №7764/141499 затраты в размере 8 413 241,44 долларов США, а именно: срезка плодородного слоя грунта, включая мобилизацию техники, необходимой для производства работ и перемещение грунта в отвал на сумму 466 896,26 долларов США; устройство насыпи с послойным уплотнением, 1 слой (0,3 м на площади 117 025 м2), включая мобилизацию техники, необходимой для производства работ, стоимость материалов, уплотнение грунта на сумму 442 308,51 долларов США; устройство насыпи с послойным уплотнением до проектных отметок, включая мобилизацию техники, необходимой для производства работ, стоимость материалов, уплотнение грунта на сумму 7 943 253,57 долларов США; планировка насыпи на сумму 3 585,28 долларов США.

Как это установлено выше, Должник подписал с Компанией «ФИО2 лимитед» Акт №1 от 25.11.2015 и Акт № от 29.11.2015, согласно которых Должнику были оказаны инжиниринговые услуги при выполнении Должником строительно-монтажных работ на АЭС «Руппур» в Народной республике Бангладеш на общую сумму 7.399.636,00 дол. США.

При этом из установленных судом обстоятельств следует, что подписывая с компанией «ФИО2 лимитед» Акт №1 от 25.11.2015 и Акт № от 29.11.2015 об оказании инжиниринговых услуг на общую сумму 7.399.636,00 долларов США Должник заведомо знал, что указанные услуги не подлежат компенсации по соглашению с АО «Атомстройэкспорт» от 20.11.2015 г.

Данное обстоятельство свидетельствует о том, что принятие Должником обязательств по оплате услуг Компании «ФИО2 лимитед» было направлено на причинение вреда кредиторам.

В финансовой отчетности как Должника, так и Компании «ФИО2 Лимитед» полностью отсутствуют какие-либо сведения о том, что по состоянию на 31.12.2015 у Должника имелась задолженность по оплате оказанных по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 услуг, хотя из материалов дела следует, что обязанность по оплате якобы оказанных по Договору №2015/02-16/1 от 16.02.2015 услуг наступила не позднее 30.11.2015 – дня досрочного расторжения по взаимному согласию сторон Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 Соглашением от 30.11.2015.

Таким образом, с учетом установленных выше судом обстоятельств, в том числе того, что Договор №2015/02-16/1 от 16.02.2015 был заключен в условиях неплатежеспособности Должника, не имел для него разумного экономического смысла, являлся заведомо убыточным и преследовал цель причинения вреда имущественным правам кредиторов Должника, Договор №2015/02-16/1 от 16.02.2015 является мнимой сделкой, заключенной между Должником и компании «ФИО2 Лимитед» в иных нежели целях реального оказания компанией «ФИО2 Лимитед» Должнику предусмотренных договором инжиниринговых услуг.

Как это следует из материалов дела, в случае включения в реестр требований кредиторов Должника требования ООО СМП «МЕТАН ЛТД», аффилированное с Должником ООО СМП «МЕТАН ЛТД» могло бы иметь более 40% большинство голосов на собрании кредиторов Должника.

В п.13 Обзора судебной практики №4 (2017) Верховный Суд РФ указал, что не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 г. №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Наличие совокупности предусмотренных п. 5-7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.10 № 63 условий для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а именно: наличие вреда имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели, является доказанным.

В п. 1, 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в силу п. 3 ст. 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Оспариваемые сделки были совершены не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия Определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.05.2017 заявления ЗАО «Перкон» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Голденберг», в связи с чем они могут быть признаны недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно материалам дела, 20.11.2015 во исполнение Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 Должником в пользу компании «ФИО2 Лимитед» был осуществлен оспариваемый платеж в размере 2.335.000,00 дол. США с назначением: PAYMENT FOR ENGINEERING SERVICES UNDER CONTRACT 2015/02-16/1 (ОПЛАТА ИНЖЕНЕРНЫХ УСЛУГ ПО КОНТРАКТУ 2015/02-16/1).

В п. 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На момент совершения оспариваемых сделок Должник обладал признаком неплатежеспособности и недостаточности имущества, что подтверждается материалами сводного исполнительного производства №33124/15/77011-ИП/СД.

На момент заключения Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 Должник имел признаки неплатежеспособности применительно к требованиям Департамента ЖКХ г. Москвы, АО «Калифорния» и ЗАО ПФК «Полихрон», возникших в 2012, 2013 годах.

Неплатежеспособность Должника в указанный период подтверждается следующими доказательствами: решением Арбитражного суда г. Москвы от 22.09.2014 по делу №А40-1544/13, установившим отсутствие у ООО «Голденберг» материальных и кадровых ресурсов для устранения аварийной ситуации, возникшей при выполнении работ по Госконтракту (акт от 19.11.12 г.); неисполненной претензией ДЖКХ г. Москвы от 16.10.2013 о выплате неустойки в размере 308.752.327.90 руб. за нарушение сроков выполнения работ по Госконтракту, подтвержденной решением Арбитражного суда г. Москвы от 05.06.2018 по делу № А40-181257/13 руб. и определением Арбитражного суда г. Москвы от 09.11.2018 по делу № А40-80513/17-175-117Б (размер неустойки снижен по ст. 333 ГК РФ до 74 560 880 руб.); решениями Арбитражного суда г. Москвы суда от 16.07.2014 делу № А40-18278/14 и от 12.01.2015 по делу № А40-137734/14, установившими необоснованное уклонение с 2012 года ООО «Голденберг» от оплаты выполненных ЗАО ПФК «Полихрон» по Договору подряда работ на общую сумму 294 217 605 руб. 69 коп.; наличием картотеки неисполненных инкассовых поручений на расчетном счете ООО «Голденберг» с 31.12.2014; материалами сводного исполнительного производства МО по ОИП УФССП России по Москве №33124/15/77011-ИП/СД в отношении ООО «Голденберг»; материалами уголовного дела № 227602; заключением о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства и Анализом финансового состояния ООО «Голденберг», подготовленными временным управляющим ФИО9

Также судом установлены следующие обстоятельства, устанавливающие презумпцию цели причинения вреда имущественным правам кредиторов (абз. 3, 4 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

Размер совершенного Должником оспариваемого платежа существенного превышал 20% балансовой стоимости активов Должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности Должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок (абз.4 п.2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Цена Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 в размере 7 400 000 долларов США существенно превышала балансовую стоимость активов Должника, составляющую на последнюю отчетную дату (31.12.14) 228 428 000 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2020 №09АП-2668/2020, оставленным в силе постановлением Арбитражного суда Московского круга от 17.06.2020 по настоящему делу, установлено, что бывший руководитель должника ФИО5 до настоящего времени уклоняется от исполнения возложенных на него законом и судебным актом обязанностей по передаче документации Должника арбитражному управляющему.

В отношении бывшего руководителя должника ФИО5 продолжаются исполнительные производства №№ 61449/19/77035-ИП, 61447/19/77035-ИП, 61444/19/77035-ИП, постановления об окончании которых были отменены на основании заявления конкурсного управляющего. В отношении ФИО5 составлены протоколы от 29.11.2019 об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст.17.15 КоАП РФ. Требования указанного судебного акта ФИО5 до настоящего времени не исполнены, что подтверждается справками по исполнительным производствам.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.11.2020 по настоящему делу, оставленным в силу постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2021, удовлетворено заявление конкурсного управляющего ФИО3 об истребовании у ФИО5 документов Должника, в том числе касающихся взаимоотношений с компанией «ФИО2 Лимитед». Требования данного судебного акта ФИО5 также не исполнены. Доказательства обратного в материалах дела не представлены.

В соответствии с разъяснениями п.7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если, в том числе, она признана заинтересованным лицом. Данная презумпция является опровержимой - она применяется, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Судом установлено, что компания «ФИО2 Лимитед» и ее правопреемник ООО СМП «МЕТАН ЛТД» являлись заинтересованными по отношению к Должнику лицами, в связи с чем подлежит применению не опровергнутая указанными лицами презумпция того, что компания «ФИО2 Лимитед» знала о совершении сделок с целью причинить вред имущественным правам кредиторов Должника.

В силу правовой позиции, изложенной в постановлениях Президиума ВАС РФ от 10.06.2014 № 8095/12 и от 26.03.2013 № 14828/12, то, что компания «ФИО2 Лимитед» не раскрыла своего выгодоприобретателя, является указанием на недобросовестность данного лица, что подтверждает презумпцию осведомленности о совершении оспариваемых сделок с целью причинить вред имущественным правам кредиторов Должника.

С учетом установленных судом обстоятельств, свидетельствующих о недействительности (ничтожности) Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015, вред имущественным правам кредиторов Должника заключается перечислении Должником в пользу компании «ФИО2 Лимитед» денежных средств в размере 2 335 000,00 долларов США в счет оплаты инжиниринговых услуг, которые фактически оказаны компанией «ФИО2 Лимитед» не были или не имели для Должника никакой потребительной ценности.

В результате исполнения оспариваемого Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 произошло безвозмездное отчуждение денежных средств Должника без увеличения стоимости или иного приращения его активом, за счет которых могло быть произведено удовлетворение требований кредиторов.

Доводы отзыва ООО СМП «МЕТАН ЛТД», суть которых сводится к недоказанности оснований заявлений конкурсного управляющего и конкурных кредиторов о признании подозрительных сделок недействительными, судом отклоняются в связи с установленными выше обстоятельствами обратного.

Данные в судебном заседании 20.04.2021 свидетелем ФИО14 показания основанные на материалах дела утверждения конкурсного управляющего и конкурсных кредиторов об отсутствии у компания «ФИО2 Лимитед» возможности (отсутствие специалистов, лицензий, разрешений, филиала, опыта и т.п.) фактически оказать Должнику предусмотренные Договора №2015/02-16/1 от 16.02.2015 инжиниринговые услуги не опровергают.

Показания свидетеля ФИО14 о том, что Должником предусмотренные Договором №7764/141499 от 06.02.2015 с АО «Атомстройэкспорт» строительно-монтажные работы выполнялись сами по себе фактическое оказание компанией «ФИО2 Лимитед» предусмотренных Договором №2015/02-16/1 от 16.02.2015 инжиниринговых услуг, равно как и действительность этого договора, не подтверждают.

Заявление ООО СМП «МЕТАН ЛТД» о пропуске АО «Калифорния» и ЗАО ПФК «Полихрон» срока исковой давности подлежит отклонению ввиду следующего.

Как указано в п.4 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 №99 «О процессуальных сроках», в соответствии с ч.6 ст.114 АПК РФ если заявление, жалоба, другие документы либо денежные суммы были сданы на почту, переданы или заявлены в орган либо уполномоченному их принять лицу до двадцати четырех часов последнего дня процессуального срока, срок не считается пропущенным. Указанная норма подлежит применению и в случае, если заявление, жалоба, другие документы были поданы через систему подачи документов в электронном виде «Мой арбитр». При этом датой подачи документов через систему «Мой арбитр» считается дата поступления документов в систему, которая определяется по дате, содержащейся в уведомлении о поступлении документов в систему, а момент подачи документов данным способом определяется по московскому времени.

В силу п.4.3 Порядка подачи в арбитражные суды РФ документов в электронном виде, в том числе в форме электронного документа, утвержденного Приказом Судебного департамента при ВС РФ от 28.12.2016 №252, дата и время поступления документов в информационную систему определяются по московскому времени, фиксируются автоматически и учитываются судом при рассмотрении вопроса о соблюдении срока для направления обращения в суд согласно процессуальному законодательству (ч.6 ст.114 АПК РФ).

Как это следует из материалов дела, а также извещения, полученного после загрузки в систему «Мой Арбитр», заявление ЗАО ПФК «Полихрон» и АО «Калифорния» было загружено в «Мой Арбитр» и поступило в систему подачи документов 12.04.2019 в 23 ч. 07 м. (МСК).

Таким образом, с учетом того, что датой подачи документов в электронном виде является дата поступления их в систему подачи документов, заявление ЗАО ПФК «Полихрон» и АО «Калифорния» было подано 12.04.2019 – то есть в пределах годичного срока, исчисляемого с даты признания ООО «Голденберг» банкротом, что исключает пропуск исковой давности как таковой.

В соответствии ч.3 ст.128 АПК РФ в случае, если обстоятельства, послужившие основанием для оставления искового заявления без движения, будут устранены в срок, установленный в определении арбитражного суда, заявление считается поданным в день его первоначального поступления в суд и принимается к производству арбитражного суда.

То обстоятельство, что заявление АО «Калифорния» и ЗАО ПФК «Полихрон» определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.04.2019 было оставлено без движения, в силу норм ч.3 ст.128 АПК РФ не влияет на время подачи этого заявления (12.04.2019 в 23 ч. 07 м.) поскольку в связи с устранением обстоятельств, послуживших основанием для оставления без движения, определением Арбитражного суда г. Москвы от 14.05.2019 заявление АО «Калифорния» и ЗАО ПФК «Полихрон» было принято к производству.

Довод ООО СМП «МЕТАН ЛТД» о необходимости оставления заявления конкурсных кредиторов без рассмотрения подлежит отклонению поскольку согласно Реестра требований кредиторов ООО «Голденберг» на 10.04.2019 в него было включено требований на общую сумму 913.230.803,04 руб., из них 218.108.065,98 руб. - ЗАО «ПФК «Полихрон» (23,88%) и 173.059.909,59 руб. (18,95%) - АО «Калифорния», которые совместно составляли, соответственно 23,88% + 18,95% = 36,62% от общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

На основании п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В пункте 29.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.10 г. № 63 разъяснено, что если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Указанный порядок расчета процентов подлежит применению в случаях, когда денежное обязательство выражено в рублях, поскольку ключевая ставка Банка России, являясь основным индикатором денежно-кредитной политики, устанавливается Центральным Банком Российской Федерации в процентном отношении и используется при расчетах в национальной валюте - рубль.

Вместе с тем в соответствии с законодательством о валютном регулировании и валютном контроле в определенных случаях денежное обязательство может быть выражено в иностранной валюте, может допускаться использование иностранной валюты при осуществлении расчетов по обязательствам. Также в самом денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (пп. 1, 2 ст. 317 ГК РФ).

Исходя из толкования ст.ст. 309, 317 и 395 ГК РФ в их взаимосвязи при просрочке исполнения денежного обязательства, валютой долга которого является иностранная валюта, проценты за неправомерное удержание денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат исчислению в иностранной валюте, поскольку целью уплаты указанных процентов является восстановление имущественного положения кредитора и компенсация неполученного им дохода от возможного использования денежных средств, не возвращенных в срок должником.

Принимая во внимание, что ключевая ставка Банка России представляет собой процентную ставку по операциям предоставления Банком России коммерческим банкам краткосрочных кредитов на аукционной основе, размер процентов, уплачиваемых за нарушение денежного обязательства, валютой долга которого является иностранная валюта, должен определяться с учетом аналогичных показателей и исчисляться исходя из средних процентных ставок в валюте долга.

Источниками информации о средних ставках по краткосрочным кредитам в иностранной валюте являются официальный сайт Банка России в сети «Интернет» и официальное издание Банка России «Вестник Банка России». Если средняя ставка в соответствующей иностранной валюте за определенный период не опубликована, размер подлежащих взысканию процентов устанавливается исходя из самой поздней из опубликованных ставок по каждому из периодов просрочки.

Когда отсутствуют и такие публикации, сумма подлежащих взысканию процентов рассчитывается на основании справки одного из ведущих банков в месте нахождения кредитора, подтверждающей применяемую им среднюю ставку по краткосрочным валютным кредитам.

С учетом вышесказанного с Компании «ФИО2 Лимитед» в пользу ООО «Голденберг» подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами с 21.11.2015.

В силу п. 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.10 г. № 63 если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Частью 1 ст.61.6 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что все, переданное должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъятое у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

При таких обстоятельствах, заявленные требования не подлежат включению в реестр требований кредиторов, поскольку основываются на сделках, признанных недействительными в судебном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 32, 61.1, 61.3, 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст.10, 168, 170, 184.1, ГК РФ, статьями 65, 110, 184-186, 223 АПК РФ, арбитражный суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

Удовлетворить заявление ИП ФИО1 и конкурсного управляющего ФИО3

Признать недействительным Договор №2015/02-16/1 от 16.02.2015.

Признать недействительной сделку в форме совершенного ООО «Голденберг» в пользу компании «ФИО2 лимитед» платежа в размере 2 335 000,00 долларов США с назначением платежа: PAYMENT FOR ENGINEERING SERVICES UNDER CONTRACT 2015/02-16/1 (ОПЛАТА ИНЖЕНЕРНЫХ УСЛУГ ПО КОНТРАКТУ 2015/02-16/1).

Применить последствия недействительности путем взыскания с компании «ФИО2 лимитед» в пользу ООО «Голденберг» 2 335 000,00 долларов США основного долга и 170 381,97 долларов США процентов за пользование за период с 21.11.2015 по 20.04.2021, а также проценты за пользование в сумме, рассчитанной до даты фактического возврата суммы задолженности.

Отказать ООО «СМП «МЕТАН ЛТД» в удовлетворении заявления о включении его требований в размере 267 277 821, 21 руб. в реестр требований кредиторов ООО «Голденберг»

Определение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок со дня вынесения.

Судья Е.А. Пахомов