Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Нижегородской области в составе судьи Пишина Алексея Георгиевича (шифр дела судьи 18-21/5с), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ериковой Ю.Э., рассмотрев в судебном заседании заявление ФИО1 о признании недействительной сделки по выходу ФИО2 из состава участников общества с ограниченной ответственностью «Туристическое агентство «Триэл-тур»,

лица, участвующие в рассмотрении заявления об оспаривании сделки должника: общество с ограниченной ответственностью «Туристическое агентство «Триэл-тур», ФИО3,

МРИ ФНС России №15 по Нижегородской области,

при участии сторон:

от заявителя: ФИО4 (доверенность от 22.11.2018)

от ФИО2: ФИО5 (доверенность от 28.05.2018)

от ООО «Туристическое агентство «Триэл-тур»: ФИО6 (доверенность от 03.12.2018)

от финансового управляющего: ФИО7

от ФИО1: ФИО8 (доверенность от 23.06.2017)

от УФНС России по Нижегородской области: ФИО9 (доверенность от 11.03.2019)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Нижегородской области от 08.05.2018 принято к производству заявление ФИО2 о признании несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 08.08.2018 заявление ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС <***>, ИНН <***>, адрес: 606036, <...>) о признании несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. Введена процедура реструктуризации долгов ФИО2 сроком на 4 месяца.

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 07.03.2019 прекращена процедура реструктуризации долгов в отношении ФИО2. ФИО2 признан несостоятельным (банкротом). Введена в отношении должника процедура реализации имущества гражданина сроком на 6 месяцев. Утвержден финансовым управляющим ФИО7.

16.11.2018 в Арбитражный суд Нижегородской области поступило заявление ФИО1 о признании недействительной сделки по выходу ФИО2 из состава участников общества с ограниченной ответственностью «Туристическое агентство «Триэл-тур».

22.02.2019 в Арбитражный суд Нижегородской области поступило заявление финансового управляющего ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС <***>, ИНН <***>, адрес: 606036, <...>) ФИО7 о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки. Лица, участвующие в рассмотрении заявления об оспаривании сделки должника, ООО «Туристическое агентство «Триэл-Тур» и ФИО3.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области объединены дела А43-8813/2018 (шифр 18-21/5с) с делом А43-8813/2018 (шифр 18- 21/6с) для их совместного рассмотрения. Присвоен объединенному делу номер А43-8813/2018 (шифр 18-21/5с).

В судебном заседании представитель заявителя и финансовый управляющий поддержали заявленные требования.

Представитель ФНС также поддержали заявленные требования, представил дополнительный отзыв.

Представитель должника и ООО «Туристическое агентство «Триэл-Тур» возражали против заявленных требований, представили дополнения к отзывам.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлялся перерыв до 16.04.2019. После перерыва судебное заседание продолжено.

В обоснование заявления конкурсный кредитор и финансовый управляющий указали, что спорная сделка по выходу ФИО2 из состава участников ООО «Туристическое агентство «Триэл-Тур» (далее – Общество) являются ничтожной в силу положений статей 10, 170 ГК РФ как совершенной в обход закона, с противоправной целью, с заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав (злоупотреблением правом), совершенной лишь для вида во избежание обращения взыскания на имущество должника (мнимой сделкой) по следующим основаниям.

30 июня 2017 года определением Дзержинского городского суда Нижегородской области по делу №2-2948/2017 по иску ФИО1 к ФИО2 приняты обеспечительные меры: наложен арест на имущество, принадлежащее ФИО11, в пределах суммы заявленной к взысканию – 12 711 331, 26 рубля, выдан исполнительный лист серия ФС №017758038 от 30.06.2017.

03 июля 2017 года Дзержинским региональным отделом УФССП по Нижегородской области возбуждено исполнительное производство №95660/17/52029-ИП по исполнительному листу серия ФС №017758038 от 30.06.2017, выданному Дзержинским городским судом, предмет исполнения – наложение ареста.

17 июля 2017 года в судебном заседании Дзержинского городского суда Нижегородской области по делу №2-2948/2017 участвовал представитель ФИО11 ФИО5 по нотариально удостоверенной доверенности 52 АА 2951966 от 14 июля 2017 года выданной ФИО11

14 июля 2017 года ФИО2 произвел реализацию и снятие с регистрационного учета автомобиля BMW-X5, универсал, 2008 г.в., серый. Отчуждение автомобиля произведено ФИО2 в пользу дочери ФИО12, состоящей на регистрационном учете по месту регистрации ФИО2 (л.д.37-38).

18 июля 2017 года ФИО2 произвел реализацию и снятие с регистрационного учета автомобиля FORD TRANZIT, фургон, 2008 г.в., светло-серый.

21 июля 2017 года ФИО2 оформлено заявление о выходе из состава участников ООО "ТУРИСТИЧЕСКОЕ АГЕНТСТВО "ТРИЭЛ-ТУР" (ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее – Общество) (л.д.36).

Указанные сделки совершены в период действия обеспечительных мер, наложенных 30 июня 2017 года определением Дзержинского городского суда Нижегородской области по делу №2-2948/2017, о наличии которых ФИО2 знал или должен был знать ввиду:

- участия в деле №2-2948/2017;

- размещения на сайте Дзержинского городского суда Нижегородской области сведения о выдаче исполнительного листа №ФС 017758038 от 30.06.2017;

- возбуждения 03 июля 2017 года Дзержинским региональным отделом УФССП по Нижегородской области исполнительного производства №95660/17/52029-ИП по исполнительному листу №ФС 017758038 от 30.06.2017, выданному Дзержинским городским судом, предмет исполнения – наложение ареста (информация размещена в публичном доступе на официальном сайте ФССП);

- совершения в короткий период времени (с 14.07.2017 до 21.07.2017) множества сделок по отчуждению в пользу ближайших родственников всего принадлежащего ФИО2 ликвидного имущества, на которое в соответствии с законом могло быть обращено взыскание.

ФИО2, зная по состоянию на 21 июля 2017 года о наложении ареста на его имущество в сумме 12 711 331, 26 руб. и об отсутствии у него иного ликвидного имущества в указанной сумме, обратился с заявлением о выходе из Общества и произвел отчуждение иного имущества.

При этом, погашения требований кредиторов в результате совершения сделок по отчуждению имущества ФИО2 не производилось.

Супруга должника - ФИО3 также злоупотребила правом в силу следующего.

ФИО13 является заинтересованным лицом по отношению к должнику (супруга). На дату совершения сделок по отчуждению имущества ФИО2 и ФИО3 проживали по одному адресу.

Согласно Протоколу судебного заседания Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода от 18.10.2017 года по делу №2-11569/17 по иску ФИО2 к ФИО1 о признании договора новации заключенным, в судебном заседании по ходатайству ФИО2 была допрошена свидетель ФИО3 и пояснила, что ФИО14 является ее мужем; ФИО1 ФИО14 знает примерно с 2010 года; ФИО1 был представлен ФИО14 как человек, который дал денег моему мужу для передачи денег другому человеку на развитие бизнеса; у ФИО14 есть задолженность перед ФИО1.

Кроме того, о злоупотреблении правом ФИО2 и ФИО3 при совершении спорной сделки свидетельствует согласованность действий ФИО2 с проведением государственной регистрации перехода 60% доли в Обществе к своей супруге ФИО3, совершаемой на основании заявительных действий ФИО3

01 марта 2018 года ФИО3 подано заявление по форме Р14001 №7710А о внесении изменений в ЕГРЮЛ сведений о принадлежности доли 60% в уставном капитале Общества, ранее принадлежащей ФИО11

12 марта 2018 года Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №15 по Нижегородской области внесены соответствующие сведения в ЕГРЮЛ (ГРН 2185275273676 от 12.03.2018 года), 100 % доля в уставном капитале Общества зарегистрированы за ФИО3

15 марта 2018 года, т.е. сразу же после окончания регистрационных действий по переходу 60% доли в Обществе от ФИО2 к его супруге ФИО3 и вывода ФИО2 из своей собственности всего ликвидного имущества, на которое могло быть обращено взыскание, ФИО2 обращается в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве.

По состоянию на дату совершения ФИО2 спорной сделки в пользу своей супруги ФИО3 они являлись супругами, проживали по одному адресу, имели доверительные отношения (протокол судебного заседания Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода от 18.10.2017 года по делу №2-11569/17).

Исходя из пояснений ФИО3, данными ею в ходе судебного заседания 14 марта 2019 года по настоящему делу, сама ФИО3 деятельностью по управлению Обществом не занимается. Управление и аренду имущества Общества осуществляло и осуществляет ООО «ТРИАЛ-ТУР» (ИНН <***>, ОГРН <***>), участником и руководителем которого является ФИО2 с долей участия 66,67% (ГРН <***> от 21.07.2005). Т.е. в результате спорной сделки контроль над имуществом Общества фактически из владения ФИО2 не выбывал. Выход ФИО2 из состава участников Общества без цели прекращения контроля над имуществом Общества также указывает на мнимый характер спорной сделки, совершенной лишь для вида во избежание обращения взыскания на имущество должника. Более того, согласно сведениям ЕГРЮЛ вторым участником ООО «ТРИАЛ-ТУР» (ИНН <***>, ОГРН <***>) является ФИО3 с долей участия 33,33% (ГРН 2075249055561 от 04.06.2007). Должник и его супруга ФИО3 с 04.06.2007 года и по настоящее время осуществляли и продолжают осуществлять совместную предпринимательскую деятельность, в том числе по управлению имуществом Общества.

Возражая против заявленных требований ООО «Туристическое агентство «Триэл-тур» указало, что факт причинения вреда кредиторам данной сделкой не подтверждается собранными по делу доказательствами. В материалах дела представлен расходный кассовый ордер, согласно которому из кассы общества ФИО2 выплачено 5 975 354 руб., а также выписка из Оборотно-сальдовой ведомости за 2017 год, где в 67 и 85 строках отражены операции по приходу денежных средств в указанной сумме и выдаче денежных средств в этой же сумме. Расходный кассовый ордер подписан кассиром и бухгалтером ФИО15 Данная операция отражена в Оборотно-сальдовой ведомости за 2017 года, равно как и операция по внесению денежных средств в Общество ФИО3 Согласно отчету № 01-02/2019 от 08.04.2019 рыночная стоимость 60 % доли в уставном капитале составила 5 314 000 рублей. Таким образом, принцип равноценности не нарушен. ФИО2 была выплачена реальная (рыночная) стоимость его доли.

Не доказан факт недобросовестности другого участника ФИО3 и самого Общества. В силу п. 7 ст. 23 Федерального закона от 08.02.98 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества перестает быть таковым с момента получения обществом его заявления о выходе. Согласно п. 8 ст. 23 закона № 14-ФЗ, получив заявление о выходе участника, Общество обязано выплатить бывшему участнику действительную стоимости его доли. Закон № 14-ФЗ Об ООО устанавливает прямой запрет только на выплату доли или части доли бывшему участнику, если само общество отвечает признакам несостоятельности или если в результате выплаты или выдачи имущества в натуре такие признаки появятся у самого общества (абз. 4 п. 8 ст. 23 закона № 14-ФЗ). На момент принятия заявления Общество не подпадало под признаки банкротства, заявления о банкротстве в отношении ФИО2 не было подано никем, таким образом, у Общества не имелось оснований не выплачивать долю. Сам по себе выход должника из состава участников общества не может быть признан недействительной сделкой, поскольку в соответствии с положениями корпоративного законодательства должник как бывший участник вправе претендовать на выплату ему обществом действительной (равноценной) стоимости доли. Мотивы и цели выхода ФИО2 Обществу и другому участнику не были известны. Реальная стоимость доли была выплачена.

С 2015 года ФИО2 и ФИО3 (ставшая в последующем единоличным исполнительным органом и участником общества) фактически прекратили брачно-семейные отношения еще в 2015 году, в связи с чем был подписано первое соглашение о разделе общего имущества в виде имущественных прав к Обществу. По договоренности супругов, достигнутого еще в 2015 году, в результате добровольного раздела имущества Общество перейдет супруге - ФИО3, в связи с чем в рамках достигнутых договоренностей постепенно происходил выкуп доли ФИО2 О каких-либо иных мотивов и целей ФИО2 ФИО3 и Обществу известно не было. В настоящее время супруги не только прекратили имущественное взаимодействие, но и проживают по разным адресам. Поскольку ни ФИО3, фактически с 2015 года не состоявшая в брачно-семейных отношениях, ни Общество не знали о целях и намерениях ФИО2 (а из заявления нам стало известно, что обязательства возникли у него в 2017 году, то есть после начла процедуры раздела имущества и прекращения брачно-семейных отношений), соответственно в силу п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» отсутствуют основания для признания недействительным выхода ФИО2 из общества.

Относительно доводов о том, что выход осуществлен в период, когда определением Дзержинского городского суда Нижегородской области применены обеспечительные меры Общество пояснило, что заявление было подано на выход 21 июля 2017 года, то есть еще до судебного заседания, на котором принимал участие представитель ФИО2 Определение не направлялось ни в ООО «ТА «ТРИЭЛ-ТУР», ни ФИО3 как участнику общества. Соответственно, на 21 июля 2017 года (дату подачи заявления ФИО2) о выходе ни у Общества как юридического лица, ни у ФИО3 как участника не было сведений о том, что в отношении имущества ФИО2 приняты какие-либо обеспечительные меры. Ссылаясь на определение Дзержинского городского суда Нижегородской области от 30 июня 2017 года как на доказательство намеренного сокрытия имущества должником и незаконный выход, заявитель не представил доказательства того, что на 14 июля 2017 года (с учетом положений ст. 141 ГПК РФ о вынесении определения в отсутствие сторон) ФИО2 обладал сведениями о вынесенном определении. В налоговой инспекции никаких запретов установлено не было, ФИО3 как участник Общества не обладала информацией относительно вынесенного запрета в отношении имущества ФИО2 (определение ей или в Общество не направлялось). Учитывая вышеизложенные обстоятельства, даже исходя из позиции заявителя, факт принятия Дзержинским городским судом 30 июня 2017 года обеспечительных мер в отношении имущества должника ФИО2 не свидетельствует об осведомленности ФИО3 и ее недобросовестности как участника общества, равно как и самого Общества.

Возражая против заявленных требований, ФИО2 указал, что Согласно представленному в ходе судебного разбирательства расходному кассовому ордеру № 48 от 02.10.2017 при выходе из общества ФИО2 получил денежные средства в размере 5 975 354 руб., что подтверждается расходным кассовым ордером № 48 от 02.10.2017. В качестве основания выплаты указано следующее: «выплата доли чистых активов при выходе из состава учредителей». В ходе судебного заседания представителем ООО «ТА «Триэл Тур» был представлен отчет № 01-02/19 об оценке рыночной стоимости доли в уставном капитале. Согласно представленному отчету, стоимость 60 % доли в уставном капитале ООО «ТА «Триэл-Тур» составляет 5 314 000 руб. Непосредственный выход участника из состава участников общества является односторонней сделкой, которая в момент ее совершения не предусматривает встречного предоставления по той причине, что выплата действительной стоимости является последствием уже состоявшейся сделки по выходу из состава участников общества. Право на определение участника по вопросу участия последнего в делах общества, то есть на выход из числа участников, является основным. А выплата действительной стоимости доли -производным от первого обстоятельства действием - юридическим последствием принятого участником решения. Право участника на выход является безусловным и может быть ограничено только уставом общества. Доказательств неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной сделки финансовым управляющим должника ни при рассмотрении данного обособленного спора не приведено, в связи с чем является верным вывод об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительным по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве. ФИО1, ФИО7. не являются участником Общества и, следовательно, не имеют права на оспаривание решения единственного участника, т.к. фактически заявители пытаются причинить вред обществу, а не действует в интересах ФИО2. ООО «ТА «Триэл-Тур» не обладает долей в размере 60 % уставного капитала, т.к. на основании решения единственного участника в соответствии с действующим законодательством доля была перераспределена. В настоящее время невозможно возвратить долю ФИО2, т.к. решение единственного учредителя ООО «Туристическое агентство «Триэл-Тур» является законным, т.к. принято в соответствии с компетенцией и без нарушения требований действующего законодательства. Довод заявителей о том, что ФИО2 знал или должен был знать об обеспечительных мерах в момент совершения сделок, например, 14 июля 2017 г. не подтверждается доказательствами по делу, т.к. заявление рассматривается судьей без извещения сторон. Определение о принятии обеспечительных мер не направлялось ФИО2.

Оценив по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению в силу следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как указано в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Арбитражным судом установлено, что сделка по отчуждению доли в обществе совершена 21.07.2017, т.е. в течение одного года до возбуждения дела о банкротстве (08.05.2018).

Как указано в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обосновании равноценности спорной сделки ООО «Туристическое агентство «Триэл-тур» представило в материалы дела расходный кассовый ордер, согласно которому из кассы общества ФИО2 выплачено 5 975 354 руб., а также отчет № 01-02/2019 от 08.04.2019 согласно которому рыночная стоимость 60 % доли в уставном капитале составила 5 314 000 рублей. Таким образом, принцип равноценности не нарушен. ФИО2 была выплачена реальная (рыночная) стоимость его доли.

В процессе рассмотрения спора ФИО3 пояснила, что денежные средства для выплаты действительной стоимости доли появились у Общества в результате заключения договора займа от 02.10.2017 согласно которому ФИО3 передала Обществу путем внесения в кассу 5 975 354 руб. для последующей выплаты ФИО2

В последующем, 01.03.2018 между Обществом и ФИО3 подписано соглашение о зачете взаимных требований согласно которому стороны договорились о зачете требований Общества к ФИО3 в сумме 5 975 354 руб. возникших в результате перераспределения доли Общества к ФИО3 в размере 60 % и требований ФИО3 к Обществу возникших на основании договора займа от 02.10.2017.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете
и отчетности и т.д. Также в таких случаях при наличии сомнений во времени изготовления документов суд может назначить при установлении требований в деле
о банкротстве не подлежит применению соответствующую экспертизу, в том числе
по своей инициативе (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве).

В связи с изложенным часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу № 6616/2011,
при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчётного счёта (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Таким образом, при наличии сомнений суд не лишён права самостоятельно потребовать представления документов, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12).

В обоснование наличия у ФИО3 финансовой возможности выдачи займа Обществу в сумме 5 975 354 руб. в материалы дела представлены справки о доходах за 2017 год, согласно которым доход ФИО3 составил в общей сложности 100 163,42 руб., расписка в получении денежных средств от ФИО16 в сумме 1 500 000 рублей, расписка в получении денежных средств от ФИО17 в сумме 3 000 000 рублей, договор на оказание услуг по поиску клиентов от 01.03.2016 согласно которому ФИО3 оказывает ООО "Сплит" услуги по поиску клиентов за 50 000 рублей.

В обоснование наличия у ФИО16 и ФИО17 финансовой возможности выдачи займа ФИО3 в материалы дела представлены свидетельства о праве собственности на 2 объекта недвижимости (жилой дом и автомастерская), а также выписки из ЕГОРЮЛ, согласно которым указанные лица являются учредителями ряда обществ.

Изучив представленные доказательства, суд относится к ним критически.

Указывая на отсутствия у ФИО16 и ФИО17 финансовой возможности выдачи займа ФИО3 уполномоченный орган представил в материалы дела справки о доходах, согласно которым доход ФИО16 за 2016 и 2017 годы составил 388 262 рублей, доход ФИО17 за 2016 и 2017 годы - 152 000 рублей.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Таким образом, ФИО3 не представила в материалы дела объективные доказательства наличия у нее финансовой возможности выдачи займа Обществу в сумме 5 975 354 руб.

С учетом изложенного доводы ООО «Туристическое агентство «Триэл-тур» и ФИО2 о том, что ФИО2 была выплачена реальная (рыночная) стоимость его доли опровергаются представленными в дело доказательствами.

При таких обстоятельствах ввиду отсутствия доказательств реальной выплаты действительной стоимости доли ФИО2, равно как и выдача ФИО3 займа Обществу с целью указанной выплаты сделка по выходу ФИО2 из состава участников ООО «Туристическое агентство «Триэл-тур» (ИНН <***>), а также сделка по распределение доли ФИО2 в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Туристическое агентство «Триэл-тур» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 являются недействительными согласно части 1 статьи 61.2. Закона о Банкротстве.

Как следует из представленных в дело доказательств и пояснений сторон, действия должника, Общества и ФИО3, такие как произведение якобы имевших место расчетов в сумме более 5 миллионов рублей наличными деньгами, минуя зачисление денежных средств на расчетный счет Общества, были направлены на невозможность представления бесспорных доказательств перечисления денежных средств посредством представления выписки по счету, заверенную банком.

Такие взаимоотношения сторон сделки ни коим образом нельзя признать действиями соответствующими нормальным обычаем делового оборота.

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для квалификации сделки как совершенной с целью причинения вреда кредиторам в дело должны быть представлены доказательства того, что обе стороны осознавали противоправность данной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оценив спорные сделки на предмет наличия признаков недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд установил, что на дату совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства, подтвержденные

Как следует из материалов дела спорные последовательные сделки совершены в процессе рассмотрения в Дзержинском городском суде искового заявления о взыскании с должника задолженности в сумме более 12 миллионов рублей.

На основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Согласно записи акта о заключении брака между должником и ФИО3 21.01.1989 зарегистрирован брак, который не был расторгнут. Следовательно сделки совершены между заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

В результате совершения спорных последовательных сделок фактически отчуждение Общества (имущественных прав) в пользу супруги должника.

Более того, спорные сделки совершены после вынесения Дзержинским городским судом Нижегородской области 30.03.2017 определения о принятии обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО11, в пределах суммы заявленной к взысканию – 12 711 331, 26 рубля.

Из содержания определения видно, что истец просил наложить арест именно на имущественные права должника, в том числе и на долю должника в Обществе, являющуюся предметом настоящего спора, но ввиду отсутствия в материалах дела сведений о действительной стоимости долей суд указал принял меры в виде наложения ареста на имущество, принадлежащее ФИО11, в пределах суммы заявленной к взысканию.

В процессе рассмотрения спора (аудиозапись судебного заседания от 14.03.2019) ФИО3 указала на то, что совершение спорных сделок фактически являлось разделом совместно нажитого имущества супругов, а также пояснила, что до того как стала директором и участником (с долей 100%) Общества не принимала участие в делах Общества.

Совершая спорную сделку по распределению доли ФИО2 в уставном капитале ООО «Туристическое агентство «Триэл-тур» ФИО3 очевидно знала о противоправной цели указанных действий.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о явном злоупотребления правом со стороны всех участников сделок.

Приведенные выше обстоятельства опровергают ссылки должника, ООО «Туристическое агентство «Триэл-тур» и ФИО3 об отсутствии доказательств злоупотребления правом со стороны участников спорных сделок.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства и объяснения стороны, суд приходит к выводу о том, что фактически имели место притворные сделки прикрывающие безвозмездное отчуждение ликвидного имущества в пользу близкого родственника должника (супруги), с целью причинения вреда кредиторам, совершенные в процессе рассмотрения в Дзержинском городском суде искового заявления о взыскании с должника задолженности в сумме более 12 миллионов рублей.

Об указанных противоправных целях очевидно свидетельствуют ряд обстоятельств, таких как: якобы имевшее место выплата действительной стоимости доли в сумме более 5 миллионов рублей должнику наличными (по словам представителя должника ФИО14 потратил эти средства на личные нужды), выдача ФИО14 займа Обществу путем внесения средств в кассу (вследствие чего указанные действия невозможно подтвердить такими надлежащими доказательствами как выписка по счету), которые ни коим образом нельзя признать действиями соответствующими нормальным обычаем делового оборота.

Кроме того, сама ФИО3 указала, что совершение спорных сделок фактически являлось разделом совместно нажитого имущества супругов (несмотря на то, что брак между супругами не расторгнут).

Приведенные обстоятельства также свидетельствуют о явном злоупотреблении правом со стороны супругов Г-вых.

Касаемо квалификации оспариваемой сделки как мнимой, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Как отметил Верховный Суд РФ в определении от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В процессе рассмотрения спора ФИО3 пояснила, что Общество фактически предпринимательскую деятельности в области туризма не ведет, штат соответствующих сотрудников отсутствует, фактическую деятельность в области туризма осуществляет ООО "Триал тур" (до сих пор принадлежащее супругам ФИО14), которому Общество сдает в аренду принадлежащее Обществу недвижимое имущество.

Отвечая на вопросы суда ФИО3 поясняла, что в штате Общества состоят 2 человека: генеральный директор и главный бухгалтер. Также ФИО3 указывала на то, что до совершения спорных сделок по выходу ФИО2 из Общества ФИО3 была сотрудником Общества, но не смогла указать наименование должности.

Приведенные обстоятельства, в том числе противоречивые пояснения ФИО3 также свидетельствуют о признаках мнимости спорных сделок.

Ссылка должника на то, что ФИО1, ФИО7. не являются участником Общества и, следовательно, не имеют права на оспаривание решения единственного участника, несостоятельна поскольку в настоящем споре, с учетом того, что как до совершения спорных сделок, так и после их совершения Общество осталось под управлением одной семьи (супругов Г-вых), указанные действия совершены с единственной целью вывода ликвидного имущества должника и причинения вреда кредиторам.

Иное толкование закона означало бы возможность вывода ликвидного имущества должника под видом волеизъявления участника общества, направленного на выход из его участников.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине подлежат отнесению на ФИО2.

Руководствуясь статьями 184-188, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

О П Р Е Д Е Л И Л :

заявление ФИО1 и ФИО7 финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными сделок удовлетворить.

Признать недействительной сделку по выходу ФИО2 из состава участников общества с ограниченной ответственностью «Туристическое агентство «Триэл-тур» (ИНН <***>).

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника 60% доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Туристическое агентство «Триэл-тур» (ИНН <***>).

Признать недействительной сделкой распределение доли ФИО2 в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Туристическое агентство «Триэл-тур» (ИНН <***>) в пользу ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления ФИО2 в числе участников общества с ограниченной ответственностью «Туристическое агентство «Триэл-тур» (ИНН <***>) с долей участия в размере 60 %.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 6 000 руб. государственной пошлины.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение десяти дней со дня его вынесения.

Судья А.Г.Пишин