Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:
судьи Архипова Владимира Сергеевича (шифр 38-6/11сд),
при ведение протокола секретарем судебного заседания Краевым А.А.,

рассмотрев в судебном заседании заявление ФИО1 (607580, <...>) к Главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>, адрес: 607580, <...>), заинтересованные лица: ФИО3 (607580, <...>), ФИО4 (101000, г. Москва, п. Сосенское, пос. Коммунарка д. 7а кв. 49), ФИО5 (607580, <...>. кв.1), ФИО6 (607510, <...>) о признании недействительной сделки должника, применении последствий ее недействительности,

при участии в судебном заседании представителей:
от заявителя - ФИО7 (доверенность от 11.12.2019);

от конкурсного управляющего - ФИО8 (доверенность от 13.08.2019); от ответчиков:

от должника - ФИО2 (паспорт); ФИО9 (доверенность от 13.03.2019);
от ФИО6 - ФИО9 (доверенность от 17.07.2018);
от ФИО5 - ФИО9 (доверенность от 27.03.2018);

от ФИО4 - ФИО4 (паспорт); ФИО9 (доверенность от 27.03.2018);

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 30.11.2017 по данному делу Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (далее - должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО10.

Определением суда от 20.12.2017 ФИО10 утвержден конкурсным управляющим должника. Определением суда от 04.06.2019 ФИО10 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей, новым конкурсным управляющим должника утвержден ФИО11.

Определением суда от 27.07.2017 по обособленному спору № А43-998/2017 (38-6/1) в рамках настоящего дела о банкротстве должника, вступившим в законную силу, требования Симачкова Николая Серафимовича в размере 4 179 547, 39 руб. включены в реестр требований кредиторов должника третьей очереди.

Кроме того, определением суда от 01.02.2018 по обособленному спору № А43-998/2017 (38-26/7) в рамках настоящего дела о банкротстве должника, вступившим в законную силу, требования ФИО1 в размере в сумме 1 201 239,00 руб. включены в реестр требований кредиторов должника третьей очереди.

По данным реестра требований кредиторов должника, представленного конкурсным управляющим, в реестр включены требования кредиторов на общую сумму 17 548 077, 67 руб.

Таким образом, поскольку требования ФИО1 превышают 10 % общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, он, в силу положений пункта 2 статьи 61.9 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) обладает правом на самостоятельное оспаривание сделки должника.

В Арбитражный суд Нижегородской области 24.01.2019 обратился ФИО1 (заявитель, кредитор) с заявлением об оспаривании сделки должника, в котором просит признать недействительным договор уступки права требования (цессии) от 26.06.2016, заключенный между должником и ФИО5, ФИО4, а также договор уступки права требования от 27.03.2018, заключенный между ФИО5, ФИО4 и ФИО6, применении последствий их недействительности в виде возврата в конкурсную массу ФИО2 право требования к ФИО3 по договору займа от 04.04.2015, отчужденного по оспариваемым договорам.

Данное заявление конкурсного кредитора основано на положениях статей 61.1, 61.2, 61.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и мотивировано следующим.

Между ФИО2 и ФИО3 04.04.2015 был заключен договор беспроцентного займа, согласно которому должник передал ФИО3 денежные средства в размере 2 000 000 руб. на срок до 31.07.2016.

Впоследствии, в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Закона, между ФИО2, с одной стороны, и ФИО5, ФИО4, с другой, был заключен договор уступки права требования (цессии) № б/н от 26.06.2016, в соответствии с условиями которого должник передал принадлежащее ему право требования к ФИО3 цессионариям (ответчикам).

В дальнейшем, вышеуказанное право требования было переуступлено в пользу ФИО6 по соответствующему договору от 27.03.2018.

Данная сделка, по мнению ФИО1, совершена при неравноценном встречном предоставлении. Более того, заявитель полагает, что у ответчиков отсутствовала финансовая возможность произвести оплату за приобретаемое право требования. Принимая во внимание то обстоятельство, что на момент совершения сделки ФИО2 имел признаки неплатежеспособности, а сама сделка совершена между лицами, фактически аффилированными между собой, заявитель делает вывод о ее мнимости, совершенной при злоупотреблении правом с целью сокрытия имущества должника и причинения, тем самым, вреда имущественным правам его кредиторов.

В Арбитражный суд Нижегородской области 25.03.2019 от конкурсного управляющего поступил отзыв, в котором ФИО10 заявленное требование поддержал. Кроме того, просит признать оспариваемый договор недействительным по правилам пункта 2 статьи 62.2 Закона о банкротстве, как совершенный с целью причинения вреда кредиторам.

В Арбитражный суд Нижегородской области 27.03.2019 от ответчика поступил отзыв, в котором ФИО3 просит удовлетворить заявленное требование в части в силу следующего:

1) Петрунин Р.М. совершил оспариваемые сделки в период наличия у него признаков неплатежеспособности;

Таким образом, ФИО3 указывает, что требование заявителя в части возврата в конкурсную массу права требования к нему не подлежит удовлетворению, так как сам договор займа, права требования по которому были уступлены, является ничтожным.

В Арбитражный суд Нижегородской области 26.03.2018 от ответчиков в лице единого представителя поступил отзыв, в котором они просят в удовлетворении требований отказать.

Определением суда от 29.03.2019 производство по настоящему обособленному спору было приостановлено до вступления в законную силу решения Сеченовского районного суда Нижегородской области по делу № 2-143/2018 от 06.08.2018.

Определением суда от 23.12.2019 производство по данному делу возобновлено, так как апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Нижегородского областного суда от 17.12.2019 решение Сеченовского районного суда Нижегородской области по делу № 2-143/2018 от 06.08.2018 оставлено без изменения.

В Арбитражный суд Нижегородской области 14.02.2020 от ФИО9 поступило ходатайство о приостановлении производства по настоящему обособленному спору до рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника: признании недействительным соглашения № 2 от 10.05.2016 о передаче прав и обязанностей субарендатора по договору субаренды от 31.03.2015 и договору субаренды № 2 от 31.03.2015 по цене 3 000 000 руб., договора займа от 04.04.2015 на сумму 2 000 000 руб., рассматриваемого в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Болтинское» (дело № А43-2020/2017 шифр 26-11/36).

Должник, а также ответчик (ФИО3), извещенные надлежащим образом, в суд не явились, в связи с чем, по правилам пункта 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), заседание проводится в их отсутствие.

В судебном заседании представитель заявителя требование поддержал.
Представитель конкурсного управляющего поддержал позицию заявителя.

Представитель ответчиков заявил возражения, а также поддержал ранее представленное ходатайство о приостановлении производства по делу.

ФИО4 поддержал возражения, представил отзыв, а также дополнительные документы к нему, которые просит приобщить к материалам дела.

Представитель заявителя возразил относительно приобщения ряда документов указав, что они не относятся к рассматриваемому спору.

Рассмотрев заявленное ходатайство суд, исходя их предмета доказывания, удовлетворяет его частично, отказывает в приобщении нижеуказанных документов, как не относящихся к рассматриваемому делу (ст. 67 АПК РФ):

Кроме того, не подлежат приобщению к материалам дела копии судебных актов, часть из которых имеются в материалах дела (определение Арбитражного суда Нижегородской области от 01.02.2018 по делу № А43-998/2017 о включении требований Симачкова Н.С. в реестр требований кредиторов должника, а также решение Сеченовского районного суда Нижегородской области по делу № 2-143/201К от 06.08.2018), часть из которых обезличена (решение Сеченовского районного суда Нижегородской области по делу № 2-303/2016).

Также не подлежит удовлетворению ходатайство о приостановлении производства по делу ввиду следующего.

В соответствии с нормами главы 16 АПК РФ в случае возникновения обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в связи с тем, что данные обстоятельства могут повлиять на законность принятого судебного акта, арбитражный суд приостанавливает производство по делу на срок до момента устранения данных обстоятельств.

В частности, согласно положений пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Данная норма направлена на устранение конкуренции между судебными актами по делам, пересекающимся предметом доказывания. В силу названной нормы основанием к приостановлению может служить не любое дело, а только то, обстоятельства которого касаются одного и того же материального правоотношения, и разрешаемые по этому делу вопросы находятся в пределах рассматриваемого арбитражным судом спора.

Действительно, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Болтинское» рассматривается заявление СПК «Болтинское» о признании недействительным соглашения № 2 от 10.05.2016 о передаче прав и обязанностей субарендатора по договору субаренды от 31.03.2015 и договору субаренды № 2 от 31.03.2015 по цене 3 000 000 руб., договора займа от 04.04.2015 на сумму 2 000 000 руб. (дело № А43-2020/2017 шифр 26-11/36), производство по которому приостановлено в связи с назначением судебной экспертизы.

Однако наличие указанного обособленного спора не является безусловным препятствием для рассмотрения настоящего дела ввиду отсутствия необходимой связи таковых.

В судебном заседании 14.02.2020 в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв до 20.02.2020, до 26.02.2020 после чего судебное разбирательство было продолжено.

В Арбитражный суд Нижегородской области 20.02.2010 от представителя ответчиков поступило ходатайство о привлечении к участию в деле третьих лиц:

Данное ходатайство мотивировано рассмотрением вышеуказанного и взаимосвязанного, по мнению представителя, дела № А43-2020/2017 шифр 26-11/36.

Кроме того, в Арбитражный суд Нижегородской области 18.02.2020 от ФИО14, ФИО4 поступило аналогичное ходатайство, в котором они указывают, что их сын - ФИО4 получил денежные средства на приобретение права требования за счет средств семьи.

Представитель ответчиков поддержал ранее заявленное им ходатайство о привлечении к участию в деле третьих лиц; заявлены возражения.

В соответствии с нормой части 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

По смыслу положений статьи 51 АПК РФ третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с правоотношением, являющимся предметом разбирательства в арбитражном суде.

При этом, обязательным условием для привлечения третьих лиц является возможность решения суда повлиять на их права и обязанности по отношению к одной из сторон, в связи с чем наличие у таких лиц какой-либо заинтересованности в исходе дела само по себе не является основанием для привлечения их к участию в деле.

Поскольку ни представителем ответчиков, ни ФИО14, ФИО4 не представлено доказательств того, что судебным актом, который будет вынесен по итогам рассмотрения данного обособленного спора могут быть затронуты их права и обязанности, заявленные ходатайства не подлежат удовлетворению.

Также не подлежит удовлетворению заявленное ФИО4 ходатайство об истребовании сведений о доходах его родителей в силу следующего.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений.

В соответствии с положениями статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательства при отсутствии возможности самостоятельно получить необходимое доказательство у лица, у которого оно находится. При этом, лицо, участвующее в деле, обращающееся в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательства, должно обозначить доказательство, указать, какие обстоятельства могут быть установлены этим доказательством, назвать причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Таким образом, суд оказывает содействие в собирании доказательств только при невозможности их самостоятельного получения лицом, участвующим в деле.

Вместе с тем в материалах дела отсутствуют доказательства невозможности получения заявителем необходимых доказательств, наличия препятствий к их получению.

В силу части 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, что предполагает, в том числе, представление всех необходимых документов, обосновывающих требование, а также документов, подтверждающих полномочие лица, подписавшего заявление.

Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Правовая оценка совершения или несовершение процессуальных действий отнесена к компетенции суда, следовательно, при наличии соответствующих документов суд вправе дать правовую оценку действиям стороне, в том числе и при правовой квалификации действий по подаче заявления применительно к нормам статьи 10 ГК РФ.

Неблагоприятные последствия вследствие злоупотребления процессуальными правами лицами, участвующими в деле, наступают в случаях и порядке, предусмотренном АПК РФ.

Такие последствия предусмотрены, в частности, положениями части 5 статьи 159 АПК РФ, которая предоставляет суду право отказать в удовлетворении заявления (ходатайства) в случае, если оно не было своевременно подано вследствие злоупотребления процессуальным правом и явно направлено на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление (ходатайство) ранее по объективным причинам.

Принимая во внимание изложенное, а также то обстоятельство, что данное ходатайство заявляется спустя более года рассмотрения дела при наличии у ФИО4 представителя, который не мог не знать какие конкретно обстоятельства подлежат доказыванию в данном споре, суд отказывает в его удовлетворении как заявленном при злоупотреблении правом.

Кроме того, судом также было отказано в удовлетворении ходатайства Давыдова Андрея Александровича в отложении судебного заседания по причине невозможности явки ввиду нахождения на больничном, в силу следующего.

Отложение судебного заседания по ходатайству стороны, связанному с невозможностью явки лица, участвующего в деле, является правом, а не обязанностью суда (ст. 158 АПК РФ).

Невозможность явки одного из ответчиков в судебное заседание сама по себе не является уважительной причиной для отложения судебного заседания при том, что в рассматриваемом случае обеспечена явка его представителя - ФИО9

Отказывая в его удовлетворении суд также исходит из недопустимости неоправданного затягивания процесса и необходимости рассмотрения требования в трехмесячный срок со дня его поступления (ч. 1 ст. 152 АПК РФ).

В судебном заседании, состоявшимся 26.02.2020 представитель одного из ответчиков - ФИО6, ходатайствовал о предоставлении ему дополнительного времени для внесения в конкурсную массу денежных средств в размере уступленного права требования в целях мирного урегулирования спора. Представитель заявителя решительно возразил.

Настоящее ходатайство судом рассмотрено, отказано в его удовлетворении по правилам части 5 статьи 159 АПК РФ, так как у ответчиков было более чем достаточно времени (дело рассматривается с января 2019 г.) для мирного урегулирования спора. Согласие ФИО9 на внесение в конкурсную массу денежных средств вплоть до 2 миллионов рублей не может не вызывать обоснованные сомнения в его действиях.

Изучив данное требование, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, заслушав доводы участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 32 Закона о банкротстве, а также части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрены основания оспаривания сделок должника, имеющих признаки неравноценного встречного предоставления (пункт 1), либо совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2).

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 63 (далее - постановление № 63) неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Дело о несостоятельности (банкротстве) Главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 возбуждено определением суда от 27.01.2017.

Как следует из материалов дела, 04 апреля 2015 года между ФИО2 (заимодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа № б/н (далее - договор займа), в соответствии с условиями которого заимодавец передал в собственность заемщика денежные средства в общем размере 2 000 000 (два миллиона) руб. Договор займа является беспроцентным.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно части 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Частью 2 статьи 808 ГК РФ предусмотрено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей. Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (ч. 1 ст. 810 ГК РФ).

Факт передачи ФИО2 данной суммы денежных средств подтверждается распиской заемщика в их получении, выполненной ФИО3 в самом договоре займа.

В силу пункта 1.2 договора сумма займа возвращается равными частями по 1 000 000 руб. ежемесячно до последнего числа каждого месяца, начиная с июня 2016 года по июль 2016 года, но не позднее 31 июля 2016 года.

В случае несвоевременного возврата заемщиком суммы займа начисляется неустойка в размере 0,2 % с суммы просроченного платежа за каждый день просрочки (п. 3 договора).

Кроме того, договором займа предусмотрено право заимодавца уступить полностью или частично свои права требования по нему третьим лицам (п. 4 договора), а также указано, что заемщик согласен на уступку прав заимодавца любому третьему лицу (п. 6 договора).

Представленный договор займа в установленном порядке не оспорен, недействительным не признан. Решением Сеченовского районного суда Нижегородской области по делу № 2- 143/2016 от 06.08.2018, вступившим в законную силу, отказано в удовлетворении требования ФИО3 о признании договора займа недействительным в связи с его притворностью.

Допрошенный судом в качестве свидетеля ФИО13, бывший директор ООО «Болтинское» (ОГРН <***>, ИНН <***>), предупрежденный об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний (ст. 307, 308 УК РФ), дал пояснения, что знаком с ФИО2 с 2001 г. который был его коллегой по прежнему месту работы ПАО «Сбербанк России»; впоследствии они совместно вели общий бизнес в рамках деятельности ООО «Болтинское». ФИО2, испытывая финансовые трудности, обусловленные наличием кредиторской задолженности в значительном размере, в 2016 г. принял решение о заключении от имени ООО «Болтинское» соглашения о передаче прав и обязанностей субарендатора третьим лицам в отношении

принадлежащих юридическому лицу земельных участков. Для этого Тимину В.В. было дано поручение подготовить соответствующий проект соглашения с потенциальным контрагентом - Платоновым Михаилом Николаевичем; цена сделки - 5 000 000 руб. с рассрочкой платежа. Вместе с тем, в ходе согласования условий договора, Петрунину Р.М. потребовались наличные

денежные средства, для чего был подготовлен проект представленного договора займа. Как пояснил свидетель, содержащийся в материалах настоящего обособленного спора договор займа был составлен в мае 2016 года, был подготовлен им лично в качестве проекта, в котором допущена техническая ошибка в его датировке. При этом, денежные средства в рамках этого договора не передавались. Также свидетель пояснил, что знаком с ФИО4 который является другом детства ФИО2, а также с ФИО5 опосредованно, так как в ее пользу взыскивались алименты с ФИО15 который в свою очередь был трудоустроен в ООО «Болтинское» в качестве главного инженера.

Согласно части 1 и 2 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Норма статьи 65 АПК РФ содержит определенную иерархию доказательств, к которым относятся письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, а также аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Следовательно, исходя из «документарного» характера арбитражного процесса именно письменные доказательства являются наиболее значимыми и предпочтительными для суда.

Исходя из положений статьи 68 АПК РФ, обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Показания настоящего свидетеля (ФИО13), которые безусловно являются разновидностью доказательства в арбитражном процессе, но которые в силу статьи 88 АПК РФ подлежат оценке судом наравне с другими доказательствами, разняться как с самим договором займа, так и показаниями ФИО2, который в ходе своего выступления подтвердил факт заключения данного договора с ФИО3, а также передачу последнему денежных средств, в связи с чем суд относится к ним критически.

Более того факт передачи денежных средств не может подтверждаться/опровергаться свидетельскими показаниями, поскольку надлежащим и допустимым доказательством в данном случае будет является документ о передаче денег (расписка).

Допустимых и достоверных доказательств того, что денежные средства по договору займа ФИО3 не передавались, не представлено.

Таким образом, принимая во внимание изложенное, исходя из буквального толкования условий договора займа (ст. 431 ГК РФ), предмета рассматриваемого спора, суд приходит к выводу о наличии между сторонами: ФИО2 и ФИО3 заемных отношений.

Как следует из материалов дела, 26 июня 2016 года, то есть в течение года до принятия заявления о признании должника банкротом, между ФИО2 (цедент) и ФИО4, а также ФИО5 (цессионарии) заключен договор уступки права требования (цессии).

В соответствии с условиями данного договора, цедент передал цессионариям, которые приняли и оплатили в равных долях право требования цессионария к ФИО3, которое возникло из вышеуказанного договора займа.

Согласно пункту 5 договора, за уступаемое право (требование) цессионарии выплатили цеденту денежные средства в сумме 2 000 000 руб. до подписания договора.

Таким образом, право требование было реализовано по номинальной стоимости.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Данная норма предполагает недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума ВС РФ № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23.06.2015 положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Для констатации ничтожности сделки по данному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства либо участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Такая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума ВС РФ № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23.06.2015 (далее - Постановление № 25) следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о мнимости сделки, а также документов, подтверждающих ее исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства.

Заявляя настоящее требование, Симачков Николай Серафимович указывает, что сделка является мнимой, так как у должника, на момент ее совершения, имелась просроченная кредиторская задолженность (т.е. он отвечал признаку неплатежеспособности), а ответчики не имели финансовой возможности произвести оплату по ней.

Как указано в абзаце 5 пункта 6 Постановления № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В силу абзаца 34 пункта 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, исходя из буквального толкования приведенной нормы, для определения признака неплатежеспособности должника не обязательно прекращение им исполнения всех денежных обязательств, а достаточно лишь установления факта прекращения исполнения только части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей.

В материалы дела представлены вступившие в законную силу решения Сеченовского районного суда Нижегородской области о взыскании с ФИО2 кредиторской задолженности, которые подтверждают просрочку исполнения им обязательств перед кредиторами на дату совершения сделки, в том числе:

Более того, судебные акты содержат указание на то, что должником не исполнялись обязательства по выплате процентов по заключенным договорам займа с даты из получения, то есть еще ранее указанных сроков.

Кроме того, в материалы настоящего обособленного спора представлен финансовый анализ должника, подготовленный временным управляющим ФИО10, в соответствии с которым коэффициенты, характеризирующие платежеспособность должника (коэффициенты абсолютной и текущей ликвидности, обеспеченности собственными активами, и др.), ниже нормы начиная с января 2015 года.

Опровергая эту презумпцию, представитель ФИО2 ссылается на осуществление бывшей супругой микрофинансовой деятельности по предоставлению займов за счет общего имущества, получение займов должником, а также предоставление займа 04.04.2015.

В материалы дела представлены договоры займа, которые были заключены с должником как с заемщиком в 2015-2016 году, однако их заключение и предоставление займов само по себе не означает платежеспособность ФИО2 на дату сделки, поскольку заимодавцы предоставляя денежные средства не удостоверившись в возможности заемщика надлежащим образом исполнить свои обязательства, исходя из принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ) лишь несут соответствующие риски, обусловленные подобным неисполнением.

Осуществление ФИО16 - бывшей супругой должника (брак зарегистрирован в период с 08.09.2001 по 13.09.2016) деятельности по предоставлению займов на которые ссылается ответчик, и в подтверждение чего представляет документы, в том числе заочные решения мирового судьи Сеченовского района Нижегородской области о взыскании задолженности, не свидетельствует безусловно об отсутствии у должника вышеуказанного признака неплатежеспособности, поскольку остается неясным почему, в таком случае, при наличии финансовой возможности исполнить свои обязательства, ни ФИО2, ни его супруга не исполняли таковые, что подтверждено представленными решениями Сеченовского районного суда Нижегородской области.

Предоставление должником денежных средств Платонову Михаилу Николаевичу по договору займа от 04.04.2015 в рассматриваемом случае также не может однозначно указывать на отсутствие признака неплатежеспособности должника на дату совершения сделки, так как эта сделка была совершена в 2015 году, а уступка права требования - в 2016 году, когда у него имелась значительная просроченная кредиторская задолженность.

Обобщая изложенное, суд приходит к выводу, что ФИО3 имел признак неплатежеспособности на дату совершения сделки; доказательств, ясно и убедительно свидетельствующих об обратном, материалы дела не содержат.

Однако реализация должником в этой ситуации права требования к ФИО3 по его номинальной стоимости нельзя трактовать исключительно с точки зрения причинения вреда собственным кредиторам путем отчуждения предположительно ликвидного актива (возврат займа носит вероятностный характер), если таковая была реально оплачена.

Вместе с тем, заявляя о мнимости сделки, ФИО1 указывает, что ни у ФИО4, ни у ФИО5 не было и не могло быть достаточных средств для приобретения данного права требования.

В соответствии с приказом № 41-к от 10.03.2015 ФИО4 принят на работу в ООО «Болтинское» на должность заместителя директора по экономической и информационной безопасности с окладом 30 000 руб. Согласно копии трудовой книжки, был уволен 10.06.2017 по собственному желанию.

Согласно справке ООО «Болтинское» от 12.07.2017 начисленная, но не выплаченная ФИО4 заработная плата за период с марта 2016 года по июнь 2017 года включительно составляла 480 000 руб.

В декабре 2018 г. ФИО4 обратился в Мировой суд судебного участка Сеченовского района Нижегородской области за взысканием задолженности по заработной плате за указанный период.

Вместе с тем, как неоднократно пояснял в судебном заседании сам ФИО4, его мама - ФИО14 (которая была допрошена в качестве свидетеля по настоящему спору), денежные средства на приобретение права требования были предоставлены за счет средств семьи Д-вых, а не за счет его заработной платы.

В материалы дела представлены документы, подтверждающие наличие недвижимого имущества, автотранспортных средств у членов семьи ответчика, справки Пенсионного фонда о размере пенсии его родителей, и др.

Согласно справке Администрации Сеченовского района Нижегородской области № 3411 от 12.11.2018, ФИО4 (отец ответчика по его пояснениям) с 1992 года и по настоящее время занимается разведением молодняка крупного рогатого скота, свиней, кроликов, кур, гусей, уток, пчелосемей, выращиванием сельскохозяйственной продукции (лук, картофель, морковь, помидоры, огурцы). Также представлен акт о целевом использовании предоставленной субсидии на организацию предпринимательской деятельности от 01.02.2011 о направлении выделенных средств в том числе на приобретение пчелосемей по договору от 22.11.2010, и проч., в связи с чем представленный ветеринарно-санитарный паспорт пасеки не свидетельствует о ее отсутствии ранее даты его выдачи - 21 февраля 2020 года.

Таким образом, представленными в материалами дела доказательствами подтверждается как ведение личного подсобного хозяйства в которое вовлечены, согласно пояснениям, члены семьи Д-вых, так и благополучное имущественное положение семьи.

Кроме того, в период до 20.10.2011 ФИО4 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, основной деятельность которого являлось разведение пчел; дополнительный -розничная торговля пищевыми продуктами. В период до 02.08.2017 мама ФИО4 - ФИО14 также была зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, основным видом деятельности которой являлось выращивание зерновых культур.

Однако данные документы не свидетельствуют о наличии свободных денежных средств в размере, достаточном для оплаты по договору цессии при том, что, как пояснил в судебном заседании сам Давыдов Андрей Александрович, и что отражено в его письменной позиции, вся сумма уступаемого права в размере 2 000 000 руб. (которая является значительной) была оплачена им лично.

К тому же, нельзя не учитывать необходимость несения семьей Д-вых расходов как на содержание своего имущества, так и на личные потребности (нужды).

Более того, не представлено никаких доказательств, что средства семьи Д-вых были предоставлены ответчику на совершение сделки при том, что гражданско-правовые сделки между ними совершались, о чем свидетельствует ПТС от 10.03.2009 на автомобиль FORD FOCUS, 2008 г.в., который был реализован ФИО4 в пользу ФИО14

Не оформление сделки по предоставлению денежных средств в столь значительном размере лицами, которые в разное время занимались предпринимательской деятельностью, представляется странным с правовой точки зрения.

Исходя из представленных справок 2-НФДЛ за 2015, 2016 гг. у ФИО5 также не имелось финансовой возможности произвести оплату по сделке.

Исследовав данные документы, суд приходит к выводу, что ответчиками не представлено относимых и бесспорных доказательств, подтверждающих наличие у них столь значительной денежной суммы к моменту заключения сделки, т.е. к июню 2016 года.

Также остается не ясной сама цель сделки: приобретение гражданами права требования к должнику - физическому лицу по договору беспроцентного займа без какого-либо дисконта (по номинальной стоимости) в отсутствие сделок, обеспечивающих его исполнение, а также соответствующих доказательств, свидетельствует о выходе за пределы обычного поведения участников гражданского оборота, поскольку, в частности, возврат долга, как и неустойки в случае просрочки, носит вероятностный характер, а взыскание задолженности с физического лица в случае неуплаты долга в судебном порядке сопряжено с определенными трудностями.

Ссылка ответчика на возможность посредством заключения сделки привлечь имеющиеся ресурсы ФИО3 (сельскохозяйственной техники, удобрений, семян) - руководителя ООО «Левашовское» на развитие собственного бизнеса (10.06.2016 ФИО4 обратился в уполномоченный орган за регистрацией крестьянского (фермерского) хозяйства) не является логичной, поскольку в таком случае все необходимые гражданско-правовые сделки можно было заключить непосредственно с самим ФИО3, либо с возглавляемым им с августа 2015 года ООО «Левашовское» (ИНН <***> ОГРН <***>) без столь затратного «обеспечения».

Стоит также признать нетипичным поведение сторон по непринятию мер ко взысканию задолженности: возврат первой половины суммы займа должен был быть осуществлен через несколько дней после заключения договора, второй - чуть больше чем через месяц, однако не был произведен. При этом, материалы дела не содержат доказательств ведения претензионной либо исковой работы по ее взысканию цессионариями.

Уступлено соответствующее право требования к ФИО6 лишь спустя более года после неисполнения обязательства.

При этом стороны не скрывают, что были знакомы между собой и должником.

Таким образом, заключение договора на нерыночных условиях, отсутствие раскрытия разумных экономических мотивов сделки, при наличии пассивного последующего поведения ее сторон, может быть объяснено фактической аффилированностью сторон.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о наличии совокупности условий для признания недействительной оспариваемой мнимой сделки, которая заключена в период подозрительности неплатежеспособным должником с целью причинения вреда своим кредиторам путем последовательного совершения сторонами действий по выводу имущества должника для последующего недопущения обращения на него взыскания, что также указывает на злоупотребление сторонами сделки своими правами. В силу статьи 166 ГК РФ мнимость сделки является самостоятельным основанием для квалификации ее в качестве ничтожной.

Одной из таких сделок является договор уступки права требования заключенный между Давыдовым Андреем Александровичем, Авдониной Ириной Николаевной и Зозулей Олегом Михайловичем 27 марта 2018 г. в силу следующего.

Согласно условий данного договора, ФИО6 было уступлено право требования к ФИО3, которое возникло из договора займа № б/н от 04.04.2015 за 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Право требования к ФИО3 было уступлено тогда, когда уже имелась просрочка исполнения обязательства, однако в пределах трехлетнего срока исковой давности: на момент заключения сделки прошло менее двух лет течение срока, который подлежит исчислению с июня 2016 года по правилам статьи 200 ГК РФ.

При этом, это была уже вторая уступка права требования к ФИО3 которая, к тому же, была совершена не по рыночной цене, как указывает сам представитель ответчика, ссылаясь на информационное письмо от 13.02.2020, согласно которого стоимость данного права требования по состоянию на февраль 2020 года составляет 220 000 руб., с учетом пеней и штрафов - 418 000 руб., т.е. стоимость уступки была многократно, а именно в сорок раз меньше той цены, за которую ее приобретали цеденты, и которая,

Объективных, достоверных, допустимых доказательств стоимости реализованного права требования к ФИО3 на 2018 год материалы дела не содержат.

Представленное заключение от 13.02.2020, подготовленное ИП ФИО17 не может являться таковым поскольку не соответствует обязательным предъявляемым требованиям к оценке (не содержит исследовательской части, и проч.).

Однако не оспаривая заниженную стоимость права требования представитель ФИО6 пояснил, что между сторонами была устная договоренность, что в случае взыскания задолженности ФИО6 обязался дополнительно выплатить ФИО4 денежную сумму в счет приобретенного права требования.

Как следует из пункта 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ № 126 от 13.11.2008 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», цена, вдвое ниже рыночной свидетельствует о недобросовестности лица, которое приобретает имущество.

Существенно заниженная стоимость отчуждаемого имущества не могла не породить у добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности такого отчуждения.

Следовательно, ФИО6, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был принять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых цедент реализует в его пользу имущество по заявленной цене. Однако как следует из позиции его представителя от 27.03.2019, подобных мер ФИО6 не предпринимал; ему не было известно о том, какими средствами располагает ФИО3, и проч.

Участие ответчика в совершении подобной сделки свидетельствует о совершении группой лиц согласованных с должником противоправных действий, направленных на вывод актива должника в целях причинения вреда его кредиторам.

Изложенное также подтверждает фактическую аффилированность сторон (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014).

В пользу изложенного свидетельствует тот факт, что представителем ФИО4, ФИО5, ФИО6 является один и тот же представитель - ФИО9, у которого в рамках рассмотрения споров с участием этих лиц появляются документы ООО «Болтинское», директором которого ранее являлся ФИО2 (например, в рамках дела № А43-2020/2017 шифр 26- 11/45 данным представителем в материалы дела были представлены оригиналы платежных ведомостей ООО «Болтинское» от 18.07.2016).

Изложенные обстоятельства ответчиками не опровергнуты, позволяют прийти к выводу о наличии в действиях сторон злоупотребления правом.

В ходе судебного разбирательства Давыдов А.А. пояснил, что конечной экономической целью сделок являлось создание общего бизнеса с участием данных лиц, в рамках создания им КФХ, которое было зарегистрировано им 19.07.2016 (ОРГИНП 316527500032966).

Таким образом можно констатировать наличие скоординированных действий группы лиц, связанной едиными экономическими интересами.

Как предусмотрено в пункте 9 постановления № 63 если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи не требуется. При этом, самостоятельного заявления об оспаривании сделки должника на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона конкурсным управляющим не заявлено.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав представленные доказательства в их совокупности, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем обособленном деле, и сопоставив их, суд с учетом безвозмездности сделки, цену продажи, по которой они совершались, аффилированость ее сторон, приходит к выводу о недействительности указанных договоров по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, помимо ничтожности договора цессии от 26.06.2016 на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ, суд также приходит к выводу о том, что в действиях сторон этой сделки усматриваются признаки злоупотребления правом, как и при совершении договора уступки права требования от 27.03.2018, который является недействительным в соответствии с нормой статьи 167 ГК РФ, так как ни у ФИО4, ни у ФИО5 не имелось того права требования, которое было переуступлено ФИО6

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Расходы по делу составляют 6 000 руб., которые по правилам статьи 110 АПК РФ относятся на ответчика и подлежат взысканию в пользу должника.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 61.1. Федерального Закона № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 184-185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

6. Взыскать с Зозули Олега Михайловича государственную пошлину в размере 2 000 руб.

государственной пошлины, оплаченной по чек-ордеру № 50 от 22.01.2019.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение десяти дней с даты его вынесения.

Судья В.С. Архипов

Электронная подпись действительна.
Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ Судебного
департамента
Дата 11.07.2019 12:46:05
Кому выдана Архипов Владимир Сергеевич