Гражданский кодекс часть 1

Общество с ограниченной ответственностью «Агроном плюс» (далее – ООО «Агроном плюс») 17.01.2017 обратилось в Арбитражный суд Новгородской области с заявлением конкурсного кредитора о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Бристоль» (далее – ООО «Бристоль», Общество).

Также 10.02.2017 в арбитражный суд поступило заявление публичного акционерного общества «Банк «Санкт- Петербург» (далее – Банк, кредитор) о признании ООО «Бристоль» несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 13.02.2017 заявление Банка принято к производству в качестве заявления о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением от 06.03.2017 арбитражный суд прекратил производство по делу в части заявления ООО «Агроном плюс» о признании ООО «Бристоль» банкротом в связи с отказом ООО «Агроном плюс» от заявленных требований.

Определением от 06.07.2017 заявление Банка о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Бристоль» признано обоснованным и в отношении Общества введена процедура банкротства – наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО1, член союза арбитражных управляющих «Континент» (саморегулируемая организация).

Решением арбитражного суда 09.10.2017 года (резолютивная часть объявлена 09.10.2017) ООО «Бристоль» признано несостоятельным (банкротом) и в его отношении открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве от 12.10.2017 № 2152882, в газете «Коммерсантъ» № 197(6191) от 21.10.2017.

Конкурсный управляющий ФИО1 01.12.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Бристоль», по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Одновременно конкурсный управляющий просил суд восстановить срок для подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Определением арбитражного суда от 22.02.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО2 – ФИО5.

ФИО6 в отзыве, поступившем в суд 22.02.2022, возражал против удовлетворения заявленных требований; решением Мещанского районного суда города Москвы от 11.09.2017 по делу № 02-9829/2017 исковые требования ПАО «Банк «Санкт-Петербург» по обращению взыскания на долю в уставном капитале ООО «Бристоль» в размере 93%, являющуюся предметом залога по договору, залоговой стоимостью 26 681 700 руб. и принадлежащую ФИО2, были удовлетворены; на долю в уставном капитале обращено взыскание путем её продажи с публичных торгов, определена начальная стоимость 1 552 000 руб.; с момента вступления в силу решения суда, единственным законным представителем собственника со 100% долей в уставном капитале ООО «Бристоль» является ПАО «Банк «Санкт-Петербург»; с момента заключения кредитных договоров <***> и № 0119-15-001263 от 26.08.2016 и дополнительных соглашений к ним, обществом без согласования с ПАО «Банк «Санкт-Петербург» не осуществлялось никаких финансовых операций; ПАО «Банк «Санкт-Петербург» располагало полным перечнем документации, подтверждающим хозяйственную деятельность общества, в том числе контрактами и паспортами валютных сделок, осуществляло финансовый мониторинг; ФИО2 12.05.2017 с должности генерального директора был уволен; все имущество, находящееся в собственности ООО «Бристоль», по поручению ФИО2 было передано конкурному управляющему ФИО1; кроме того, решением Арбитражного суда Новгородской области 11.04.2019 по делу № А44-5101/2018 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина; в связи с тем, что ФИО2, являлся поручителем по кредитным договорам, заключенным с ООО «Бристоль» и ПАО «Банк «Санкт-Петербург», требования ПАО «Банк «Санкт-Петербург» в размере 302 737 318, 11 руб. уже включены в реестр требований кредиторов в рамках его личного банкротства по делу № А44-5101/2018.

Конкурсный управляющий в судебном заседании 29.03.2022 заявленные требования поддержал; ФИО2 не были переданы временному управляющему документы, истребованные определением арбитражного суда от 30.08.2017 по делу № А44-199/2017; у должника имелась дебиторская задолженность в размере 59 000 000 руб.; при анализе банковских выписок по счету, были выявлены сделки, которые впоследствии были оспорены на сумму 7 995 392, 12 руб., в остальной части у конкурсного управляющего отсутствуют первичные документы; конкурсным управляющим также был выявлен контракт от 28.08.2015 между аффилированными лицами, согласно которому в Эстонию были перечислены денежные средства в счет поставки сельскохозяйственной техники, между тем, сельскохозяйственная техника поставлена не была; в результате указанных действий ООО «Бристоль» привлечено к административной ответственности в размере 28 493 339, 67 руб.; кроме того, ФИО2 совершены сделки, которыми был причинен вред имущественным правам кредиторов, в том числе сделки с ПАО «Банк «Санкт-Петербург» по получению кредитов, с компанией AS «UVIC», а также сделка по строительству комплекса, по которой не был произведен расчет.

Представитель ФИО2 пояснил, что сделка по строительству комплекса производилась, в том числе за счет заемных средств ПАО «Банк «Санкт-Петербург»; ни одной операции не производилось без одобрения Банка; контракт между ООО «Бристоль» и AS «UVIC» также имеется у ПАО «Банк «Санкт-Петербург»; ФИО2 не имел намерений причинить имущественный ущерб обществу.

Конкурсный управляющий также поддержал ходатайство о восстановлении срока для подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, поскольку сведениями о совокупности обстоятельств обращения с настоящим заявлением конкурсный управляющий не мог располагать ранее реализации имущества, включённого в конкурсную массу в результате регистрации права собственности на него, которое осуществлено в 2021 году; сведениями о неправомерном бездействии ФИО2, повлекшего привлечение ООО «Бристоль» к административной ответственности в виде штрафа в размере 28 493 339, 67 руб., конкурсный управляющий не мог располагать ранее получения постановления Санкт-Петербургской таможни № 10210000-4520/2018 от 29.11.2018.

От ФИО7 16.05.2022 поступило ходатайство о применении срока исковой давности.

В судебном заседании 16.06.2022 представители конкурсного управляющего и ФИО2 поддержали ранее изложенные позиции.

В судебном заседании 15.06.2022 объявлен перерыв до 10 час. 27 мин. 16.06.2022 в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

После перерыва судебное заседание продолжено 16.06.2022 в 10 час. 27 мин. в том же составе суда.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены заблаговременно и надлежащим образом. Информация о судебном разбирательстве размещена на официальном сайте арбитражного суда 27.05.2022, об объявленном перерыве – 15.06.2022. При указанных обстоятельствах и с учетом требований статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ и статьей 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Конкурсный управляющий в заявлении указывает, что недостаточность средств, вырученных от реализации имущества должника, для расчетов с кредиторами обусловлена действиями бывшего руководителя ООО «Бристоль» ФИО2, не обеспечившего конкурсному управляющему документацию о финансово-хозяйственной деятельности Общества.

Определение арбитражного суда от 30.08.2017 об истребовании документации и имущества должника не было исполнено ФИО2, что привело к невозможности формирования конкурсной массы ООО «Бристоль» в полном объеме, взыскания либо продажи дебиторской задолженности и невозможности осуществления расчетов с кредиторами.

Непередача документов привела к невозможности выполнения соответсвующих мероприятий конкурсным управляющим.

Также конкурсный управляющий указывает, что постановлением Санкт-Петербургской таможни от 29.11.2018 № 10210000-4520/18 ООО «Бристоль» привлечено к административной ответственности по части 5 статьи 15.25 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации (далее – КоАП РФ) в виде штрафа в размере 28 493 339,67 руб. Назначение данного наказания обусловлено также действиями ФИО2, не обеспечившего соблюдение должником норм валютного законодательства и возврат денежных средств от контрагента-нерезидента, не исполнившего условия контракта.

Согласно расчету, представленному конкурсным управляющим, размер субсидиарной ответственности ФИО2 составляет 320 097 244,75 руб. (436 899 157,88 – 152 475 568,99 + 38 886 401,02 – 3 212 745,16), где 38 886 401,02 руб. – задолженность по текущим обязательствам, 3 212 745,16 руб. – имеющиеся у должника денежные средства.

Конкурсный управляющий полагает, что из общего размера субсидиарной ответственности подлежит исключению сумма требований AS«UVIC» в размере 152 475 568,99 руб., поскольку ФИО2 являлся (либо является) руководителем (участником) ФИО2

В обоснование ходатайства о восстановлении срока конкурсный управляющий ссылается на то, что сведениями о неправомерном бездействии ФИО2, повлекшего привлечение ООО «Бристоль» к административной ответственности по части 5 статьи 15.25 КоАП в виде штрафа, конкурсный управляющий не мог располагать ранее получения постановления Санкт-Петербургской таможни от 29.11.2018.

Кроме того, конкурсный управляющий проводил работу по образованию новых земельных участков на основании решения комитета кредиторов от 24.0.2019-06.11.2019; права собственности ООО «Бристоль» на 11 земельных участков зарегистрированы, проведена их инвентаризация, оценка и продажа, завершившаяся лишь в 2021 году.

Как указывает конкурсный управляющий, сведениями о совокупности обстоятельств для обращения с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, о недостаточности активов должника для проведения расчетов с кредиторами, конкурсный управляющий не мог располагать ранее реализации имущества, включенного в конкурсную массу.

В соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Так, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Поскольку заявление конкурсного управляющего Общества подано в суд после 01.07.2017, а рассматриваемые действия бывшего руководителя, связанные с непередачей документации должника, были совершены после указанной даты, в данном случае подлежат применению нормы материального и процессуального права, предусмотренные в новой редакции Закона о банкротстве (глава III).

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Таким образом, в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между невозможностью полного погашения требований кредиторов в результате существенного затруднения проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и действиями (бездействием) контролирующего должника лица, связанными с отсутствием документов бухгалтерского учета и (или) отчетности.

Как видно из материалов дела, ООО «Бристоль» зарегистрировано в качестве юридического лица 17.06.2014.

С момента основания генеральным директором Общества и участником должника с долей 93 % уставного капитал являлся ФИО2

Первое заявление о банкротстве должника от ООО «Агроном плюс» поступило 17.01.2017, процедура конкурсного производства открыта в отношении должника 09.10.2017; заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим в арбитражный суд 01.12.2021.

Определение об истребовании у бывшего руководителя документов должника, на неисполнение которого ссылается конкурсный управляющий, вынесено арбитражным судом 30.08.2017 в процедуре наблюдения; 21.09.2017 выдан исполнительный лист серии ФС № 014104068.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего, в ходе исполнительного производства № 144585/17/77055-ИП, возбужденного на основании указанного исполнительного листа, судебный акт не был исполнен.

В процедуре конкурсного производства конкурсный управляющий обращался с заявлением об истребовании транспортных средств и иного движимого имущества ООО «Бристоль» (определение суда от 09.01.2018).

Представитель конкурсного управляющего в судебном заседании пояснил, что определение об истребовании имущества частично было исполнено; с заявлением об истребовании документов и сведений должника у бывшего руководителя, в том числе подтверждающую дебиторскую задолженность, в процедуре конкурсного производства конкурсный управляющий не обращался, принимая во внимание, что ранее вынесенное определение (от 30.08.2017) не было исполнено ФИО2

Относительно доводов ответчика о пропуске срока исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Согласно второму абзацу 2 указанной статьи, в случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

Между тем, Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу № А33‑1677/2013 поясняется следующее. Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Положения абзаца второго пункта 5 и абзаца второго пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к правилам статьи 205 ГК РФ. Срок исковой давности арбитражному управляющему, кредиторам, являющимся юридическими лицами или предпринимателями, может быть восстановлен лишь в исключительных случаях, когда они действительно были лишены возможности своевременно обратиться в суд по независящим от них причинам. При этом, не подлежат восстановлению предельные объективные трехлетний и десятилетний сроки, исчисляемые со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или завершения конкурсного производства, совершения неправомерных действий (бездействия), причинивших вред кредиторам и влекущих субсидиарную ответственность (пункт 62).

Конкурсный управляющий ФИО1, исполняя обязанности временного управляющего, и, приступив к исполнению обязанностей конкурсного управляющего, должен был принять меры к истребованию документов, подтверждающих дебиторскую задолженность, в случае, если они не были переданы добровольно бывшим руководителем должника.

Интересы кредиторов в процедуре банкротства в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Для реализации этих интересов конкурсный управляющий наделен, помимо прочего, правами по обращению по своей инициативе в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

При этом вводя ограничение по сроку исковой давности, законодатель предусмотрел возможность подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности после введения процедуры конкурсного производства, не дожидаясь расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

В пункте 41 Постановления № 53 разъяснено, что по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

Таким образом, конкурсный управляющий ФИО1, приступив к своим обязанностям, имел возможность, не дожидаясь формирования реестра требований кредиторов и окончательного формирования конкурсной массы, обратиться с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности при наличии таковых оснований.

Срок исковой давности исчисляется со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Судебный акт об обязании ФИО2 в десятидневный срок передать бухгалтерскую и иную документацию должника, вынесен судом 30.08.2017 в процедуре наблюдения.

Судебный акт не был исполнен, в том числе в ходе исполнительного производства.

В случае непередачи таких документов конкурсный управляющий должен был в разумный срок обратиться в суд с заявлением об их истребовании.

Следует отметить, что в процедуре наблюдения истребуются копии, а в процедуре конкурсного производства – подлинные документы финансово-хозяйственной деятельности должника. С таким ходатайством в процедуре конкурсного производства управляющий не обращался.

Также следует обратить внимание на то, что необходимость передачи документов в процедуре наблюдения сопряжена с целями проведения указанной процедуры - подготовка финансового анализа должника, подготовка заключения о наличии оснований для оспаривания сделок должника, заключения о наличии фиктивного/преднамеренного банкротства.

В то же время передача подлинных документов, подтверждающих хозяйственную деятельность должника, в процедуре конкурсного производства необходима конкурсному управляющему для формирования конкурсной массы, однако об отсутствии таких документов конкурсный управляющий до обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности не заявлял.

В настоящее время срок исковой давности по требованию о привлечении контролирующего лица к ответственности составляет три года (пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

С заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился 01.12.2021, более чем через четыре года после своего утверждения (09.10.2017) и возникновения реальной возможности узнать об обстоятельствах, положенных в обоснование своих требований, то есть за пределами срока исковой давности.

Применительно ко второму основанию, образующего презумпцию невозможности удовлетворения требований кредиторов, конкурсный управляющий ссылается на совершение сделок ФИО2 по перечислению денежных средств в общем размере 7 995 329,12 руб. Определением Арбитражного суда Новгородской области от 06.06.2019 указанные сделки признаны недействительными.

Кроме того, постановлением Санкт-Петербургской таможни от 29.11.2018 № 102‑10000-4520/2018ООО «Бристоль» признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 5 статьи 15.25 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, назначено наказание в виде административного штрафа в размере ¾ размера суммы денежных средств, не возвращенных в Российскую Федерацию, что составило 28 493 339,67 руб.

Конкурсный управляющий указывает, что о неправомерном бездействии ФИО2, повлекшего привлечение Общества к административной ответственности, конкурсный управляющий не мог узнать ранее получения постановления таможни.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Исковая давность является институтом материального права (статья 195 ГК РФ).

Заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности подано в суд 01.12.2021, следовательно, в части применения процессуальных положений оно подлежит рассмотрению по правилам главы III.2 Закона о банкротстве, действовавшего на указанную дату (пункт 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В качестве основания для привлечения ответчика к ответственности ФИО2 вменяется перечисление денежных средств в период 06.08.2015-08.08.2017, 24.03.2017-09.08.2017, а также установленные таможенным органом нарушения положений актов валютного законодательства Российской Федерации и актов валютного регулирования при исполнении контрактов, заключенных в 2015 году в редакции дополнительных соглашений (постановление таможенного органа от 28.11.2018).

С учетом того, что сделки были совершены как до, так и после 01.07.2017, к спорным правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ и нормы главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Законом № 266-ФЗ в зависимости от даты заключения той или иной сделки.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в том числе следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве вред, причиненный имущественным правам кредиторов - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Предусмотренная пунктом 4 статьи 10 ответственность соотносится с нормами об ответственности по обязательствам юридического лица, установленной в пункте 3 статьи 56 ГК РФ, действовавшем в спорный период, по правилам которого в случае, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В связи с этим субсидиарная ответственность лиц по названным основаниям наступает в зависимости от того, привели ли их действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

При этом контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ).

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и действующие нормы статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

Поэтому положения Постановления № 53, подлежат применению в части, не противоречащей статье 10 Закона о банкротстве.

Презумпция банкротства должника вследствие совершения контролирующим лицом сделок, причинившим вред имущественным правам кредиторов, включена в пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Федеральными законами от 22.12.2014 № 432-ФЗ, от 23.06.2016 № 222-ФЗ, от 28.12.2016 № 488-ФЗ в названную статью вносились изменения, в том числе в положение пункта 5 о сроке исковой давности по заявлению о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности.

Так, в соответствии с абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 432-ФЗ) срок исковой давности по такому требованию составлял один год.

Данная применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Согласно редакции, введенной Законом № 488-ФЗ, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

По общему правилу пункта 1 статьи 4 Закона № 488-ФЗ он вступил в силу по истечении ста восьмидесяти дней со дня его официального опубликования.

При этом в соответствии с пунктом 3 названной статьи пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, введенной Законом № 488-ФЗ, применяется к поданным после 01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Согласно статье 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В пункте 21 раздела «Практика применения законодательства № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Конкурсный управляющий самостоятельно осуществляет функции руководителя должника в пределах своей компетенции и несет ответственность за нарушение требований закона. Таким образом, деятельность арбитражного управляющего должна осуществляться при условии соблюдения принципа разумности и добросовестности при осуществлении процедур банкротства с учетом обоснованности и целесообразности предпринятых действий.

Суд не может согласиться с доводом представителя конкурсного управляющего о том, что срок исковой давности следует исчислять с момента вынесения определения о признании сделок недействительными (06.06.2019).

Необходимо принимать во внимание, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Как следует из материалов дела, процедура наблюдения в отношении ООО «Бристоль» введена определением от 06.07.2017; временным управляющим утвержден ФИО1

Конкурсное производство в отношении должника открыто 09.10.2017 (дата объявления резолютивной части); конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Приступив к исполнению обязанностей, конкурсный управляющий должен запросить у бывшего руководителя всю бухгалтерскую документацию, а также мог направить запросы в регистрирующие органы, получить сведения из кредитных учреждений о движении денежных средств по счетам должника в любой момент с даты своего назначения, обратиться за получением соответствующих документов к контрагентам должника, провести необходимый анализ и выявить подозрительные сделки.

Суд отмечает, что с заявлением об оспаривании сделок (09.01.2019) спустя 2 года после открытия конкурсного производства и своего назначения обратился именно конкурный управляющий, не получив иных документов от бывшего руководителя.

Определением от 06.06.2019 суд установил факт совершения сделок с нарушением положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротства.

Как видно из судебного акта, решение об оспаривании сделок было принято конкурсным управляющим по результатам анализа движения денежных средств по счету должника. В указанном определении также отмечено со ссылкой на пояснения конкурсного управляющего, что руководителем должника документы первичного бухгалтерского учета (в том числе кассовая книга, приходные и расходные ордера, авансовые отчета, приказы, распоряжения, сведения о работниках должника и т.д.) ему не передавались.

При этом, как было указано, в процедуре конкурсного производства конкурсный управляющий с заявлением об истребовании документов у бывшего руководителя не обращался.

Следовательно, при таких обстоятельствах конкурсный управляющий имел возможность оспаривания сделок и ранее своего обращения 09.01.2019.

При этом, оспаривание сделок не является обязательным условием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке (пункт 23 Постановления № 53).

Поэтому датой, с которой конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о совершении сделок ФИО2 в период 06.08.2015-08.08.2017, 24.03.2017-09.08.2017, и, соответственно, с которой началось течение срока исковой давности для его привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию, следует признать 09.10.2017 (дату объявления резолютивной части об открытии конкурсного производства).

С настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился 01.12.2021, то есть с пропуском годичного и трехлетнего сроков, в том числе субъективного и объективного.

Кроме того, квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность и направленность на причинение вреда кредиторам путем не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) имущественной массы.

При разрешении вопроса о реальной цели совершения тех или иных сделок должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, доказательства того, что совершение должником сделок в размере 7 995 392,12 руб., исходя из масштабов его хозяйственной деятельности, имеющегося у него имущества и размера неисполненных обязательств, явились причиной банкротства ООО «Бристоль» конкурсным управляющим не представлено.

В отношении постановления таможенного органа о привлечении ООО «Бристоль» суд также считает срок исковой давности пропущенным.

Как видно из материалов дела, проверка соблюдения должником действующего валютного законодательства проводилась в период проведения процедуры конкурсного производства, о чем конкурсный управляющий не мог не знать.

Из постановления следует, что конкурсный управляющий был извещен о необходимости явки в Санкт-Петербургскую таможню для составления протокола об административном правонарушении; от арбитражного управляющего были получены объяснения.

Конкурсное производство открыто 09.10.2017, постановление вынесено таможенным органом 28.11.2018, с заявлением конкурсный управляющий обратился 01.12.2021, то есть трехлетний субъективный и объективный сроки пропущены.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что он проводил мероприятия по формированию земельных участков; собранием кредиторов в октябре-ноябре 2019 было принято решение об обязании конкурсного управляющего провести работу по образованию новых земельных участков из земельных долей и регистрации права собственности ООО «Бристоль» на вновь образованные земельные участки; права собственности на 11 земельных участок зарегистрированы, проведена их инвентаризация, оценка и продажа завершились в 2021 году; ранее завершения мероприятий по реализации имущества конкурсный управляющий не мог знать о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Как пояснил представитель конкурсного управляющего в судебном заседании, с проведением оценки земельных долей возникли трудности; конкурсный управляющий обращался с двум оценщикам – индивидуальным предпринимателям, которые раньше сотрудничали с ООО «Бристоль», которые отказались от проведения такой оценки; позже собранием кредиторов было принято решение о выделении земельных участков в натуре.

Также представитель пояснил, что, согласно проведенной оценке стоимость земельных участков составляла в сумме около 8 млн. руб., однако они были проданы по стоимости, существенно ме́ньшей, в связи с изменившейся экономической ситуацией.

Приведенные конкурсным управляющим доводы судом отклоняются ввиду следующего.

О наличии земельных участков конкурсному управляющему, исполнявшему обязанности и временного управляющего, должно быть известно не позднее открытия конкурсного производства.

Проведение мероприятий по инвентаризации, оценке, реализацией имущества должника наряду с оспариванием сделок, взысканием дебиторской задолженности охватываются общим понятием «формирование конкурсной массы».

Принимая во внимание размер требований, включенных в реестр требований кредиторов, который на дату закрытия реестра составлял 493 522 459,11 руб., является очевидным, что требования кредиторов в полном объеме не могли быть удовлетворены за счет продажи земельных участков, стоимость которых, согласно отчету об оценке составила 5 101 200 руб.

Безотносительно к дате совершения правонарушения контролирующими лицами, срок исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности должен исчисляться с момента, когда конкурсному управляющему и кредиторам, стало известно или должно было стать известно о наличии у них реальной возможности для предъявления заявления (как правило, этот момент не может быть много позже даты открытия конкурсного производства).

При этом, начиная с даты вступления в силу Закона № 134-ФЗ (30.06.2013) конкурсные управляющие и кредиторы в делах о банкротстве имели возможность заявлять требования к контролирующим лицам без указания точного размера (он подлежал определению в дальнейшем), установление точного размера ответственности перестало быть обязательным условием для обращения в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Это правило имело процессуальный характер и поэтому распространялось на все процессуальные действия, совершаемые после данного правила, в том числе по возникшим ранее материальным основаниям.

Как профессиональный участник конкурсного производства арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о сроках подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности и последствиях пропуска срока исковой давности.

Рассмотрев ходатайство о восстановлении пропущенного срока, суд ненаходит оснований для его удовлетворения в связи тем, что заявителем не приведеноуважительных причин, в соответствии с которыми срок может быть восстановлен; доказательств наличия исключительных обстоятельств для восстановления срока исковой давности для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности не представлено; причины, объективно препятствовавшие обращению с соответствующим заявлением в установленный срок, конкурсным управляющим не приведены.

В рассмотренном случае заявитель мог получить судебную защиту своего нарушено права при обращении в арбитражный суд с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности до истечения трех со дня признания должника банкротом.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего не имеется.

Руководствуясь статьей 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Бристоль» ФИО1 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности – отказать.

Определение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его вынесения.

Судья

И.В. Сухинова