Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании заявление финансового управляющего гражданина - должника ФИО1 (дата рождения: 31.01.1973, место рождения: г. Новгород, ИНН <***>, СНИЛС <***>, адрес: 173014, Великий Новгород, ул. Пестовская, д. 4, кор.1, кв.12) - ФИО2

о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки,

лица, в отношении которых совершена оспариваемая сделка:

ФИО3

при участии до перерыва:

ФИО1 лично по паспорту,

после перерыва: лица, участвующие в деле, не явились.

у с т а н о в и л:

ФИО1 (далее – ФИО1, должник) 23.09.2020 обратилась в Арбитражный суд Новгородской области с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением арбитражного суда от 29.09.2020 заявление принято к производству; возбуждено производство по делу.

Решением арбитражного суда от 26.11.2020 года (резолютивная часть объявлена 19.11.2020) ФИО1 признана несостоятельной (банкротом) и в ее отношении введена процедура банкротства - реализация имущества гражданина.

Финансовым управляющим должника утвержден член союза арбитражных управляющих «Созидание» ФИО4.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве № 5792570 от 25.11.2020.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2021 решение арбитражного суда от 26.11.2020 о признании должника банкротом отменено, заявление ФИО1 оставлено без рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 15.04.2021 в отношении ФИО1 введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО2.

Распоряжением исполняющего обязанности председателя Арбитражного суда Новгородской области от 16.08.2021 произведена замена судьи Будариной Е.В. по настоящему делу.

С использованием системы автоматизированного распределения дела в Арбитражном суде Новгородской области председательствующим по данному делу определена судья Сухинова И.В.

Решением арбитражного суда от 17.08.2021 (резолютивная часть объявлена 17.08.2021) ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества сроком на 6 месяцев; исполнение обязанностей финансового управляющего возложено на ФИО2.

Определением арбитражного суда от 15.10.2021 (резолютивная часть объявлена 14.10.2021) финансовым управляющим гражданина ФИО1 утвержден ФИО2

Финансовый управляющий ФИО2 04.02.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки должника – договора дарения от 07.03.2018 транспортного средства: легкового автомобиля, 2013 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN <***>, модель РЕНО LATITUDE, номер двигателя № 255734, заключенного с ФИО3 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 650 000 руб. в конкурсную массу должника.

Определением от 07.02.2022 рассмотрение обоснованности заявления назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Указанным определением к участию в деле в соответствии с пунктом 4 статьи 68 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве») (далее - Закон о банкротстве) привлечена ФИО3.

От финансового управляющего 12.05.2022 поступило уточненное заявление, в котором в качестве применения последствий недействительности сделки заявлено о взыскании с ФИО3 в конкурсную массу должника 829 600 руб. Финансовый управляющий полагает, что подлежит взысканию актуальная стоимость транспортного средства не на дату совершения сделки, а на дату подачи настоящего заявления об оспаривании сделки недействительной.

От финансового управляющего 13.05.2022 поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

ФИО1 в отзыве, поступившем в суд 16.05.2022, возражала против удовлетворения требований; ссылалась на то, что 25.11.2015 был заключен консенсуальный договор дарения, предметом которого предусмотрено обязательство безвозмездной передачи (дарения) спорного автомобиля; сторонами сделки были достигнуты все существенные условия, в марте 2018 года договор был исполнен; таким образом, оспариваемый договор дарения заключен за 5 лет 9 месяцев до объявления ее банкротом и исполнен за 3 года 6 месяцев до объявления ее банкротом; на момент совершения сделки в марте 2018 ни ФИО1 ни ООО «Терра Текс» не являлись неплатежеспособными, не имели признаков банкротства и недостаточности имущества, неисполненных обязательств или наступивших по сроку исполнения просроченных обязательств не имелось; ссылка финансового управляющего на статью 170 Гражданского договора необоснованна, мнимость сделки не доказана.

В судебном заседании ФИО1 поддержала позицию, изложенную в письменном отзыве, просила в удовлетворении заявления отказать; с позицией финансового управляющего об определении стоимости автомобиля на дату подачи заявления не согласна также как и с заявленной в уточненном заявлении суммой; указывает, что страховой организацией после дорожно-транспортного происшествия стоимость автомобиля определена в размере 658 260 руб.

В судебном заседании объявлен перерыв до 16 час. 00 мин. текущего дня в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены заблаговременно и надлежащим образом. Информация о судебном разбирательстве размещена на официальном сайте арбитражного суда 08.02.2022. При таких обстоятельствах и с учетом требований статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, доводы заявления финансового управляющего, возражения ФИО1 суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, за ФИО1 с 25.11.2015 было зарегистрировано транспортное средство: легковой автомобиль, 2013 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN <***>, модель РЕНО LATITUDE, номер двигателя N255734.

Впоследствии, 07.03.2018 между ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения указанного транспортного средства.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, финансовый управляющий ссылается на положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; сделка совершена в трехлетний период до возбуждения дела о банкротстве должника в пользу заинтересованного лица (дочь); на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и имел неисполненные обязательства перед кредиторами; целью сделки являлось выведение ликвидного имущества во избежание включения его в конкурсную массу должника.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с частью 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 указанного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.

Согласно части 2 указанной статьи право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основаниям, возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Если сделку оспаривает финансовый управляющий, срок для обращения в суд исчисляется с даты введения первой процедуры и назначения первого управляющего.

Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве (Определение Верховного Суда от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 по делу № А40?154653/2015).

Принимая во внимание, что решение арбитражного суда о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом) и введении процедуры реализации было отменено постановлением апелляционной инстанции, срок для обращения с заявлением об оспаривании сделки должника начинает исчисляться с даты введения процедуры реструктуризации и утверждения финансового управляющего - 15.04.2021.

Финансовый управляющий обратился с заявлением об оспаривании сделки должника в пределах установленного Законом о банкротстве срока исковой давности (04.02.2022).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце шестом пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу тридцать второго абзаца статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 указано, что согласно второму - пятому абзацам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 возбуждено определением от 29.09.2020, оспариваемый договор дарения заключен 07.03.2018, в связи с чем оспариваемая сделка подпадает под период регулирования пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий указывает, что на момент совершения сделки должник уже имел признаки неплатежеспособности; ссылается на наличие непогашенной кредиторской задолженности.

Согласно вышеуказанным нормам права одним из оснований для вывода о наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника является установление того обстоятельства, что на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется одно из обстоятельств, установленных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Под недостаточностью имущества следует понимать превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность предполагает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указывает финансовый управляющий, на момент совершения оспариваемой сделки у ФИО1 имелись следующие обязательства перед АКБ «Ланта-Банк», возникшие на основании решения Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 03.04.2019 по делу № 2-1216/2019 (с учетом апелляционного определения от 22.10.2020) в соответствии с которым:

С ООО «Терра Текс», ООО «ДельтаСтрой Плюс», ФИО5, ИП ФИО1, ФИО1, ООО «ДельтаСтрой», ООО «Квадратный метр», ООО «ДельтаСтрой Импорт», ООО «Стройтех» солидарно в пользу АКБ «Ланта-Банк» (АО) взыскана задолженность по договору от 09.12.2016 № 16/0026 с учетом дополнительных соглашений к нему от 20.03.2017 № 1, 17.01.2018 № 2, 28.02.2018 № 3, 09.06.2018 № 4, в размере 152 741 273,79 руб., в том числе, просроченный основной долг - 99 981 406, 16 руб., просроченные проценты за пользование кредитной линией - 6 532 206,12 руб., текущие проценты за пользование кредитной линией - 536 886,45 руб., пени на основной долг - 43 991 818,71 руб., пени на просроченные проценты - 1 698 956,35 руб.

С ООО «Терра Текс», ООО «ДельтаСтрой Плюс», ФИО5, ИП ФИО1, ФИО1, ООО «ДельтаСтрой», ООО «Квадратный метр», ООО «ДельтаСтрой Импорт», ООО «Стройтех» солидарно в пользу АКБ «Ланта-Банк» (АО) взыскана задолженность по договору от 08.06.2017 № 17/0011, с учетом дополнительных соглашений к нему от 28.02.2018 № 1, 09.06.2018 № 2, в размере 30 530 736,96 руб., в том числе, просроченный основной долг - 20 000 000 руб., просроченные проценты за пользование кредитной линией - 1 290 684,93 руб., текущие проценты за пользование кредитной линией - 107 397,26 руб., пени на основной долг - 8 800 000 руб., пени на просроченные проценты - 332 654,77 руб.

С ООО «Терра Текс», ООО «ДельтаСтрой Плюс», ФИО5, ИП ФИО1, ФИО1, ООО «ДельтаСтрой», ООО «Квадратный метр», ООО «ДельтаСтрой Импорт», ООО «Стройтех» солидарно в пользу АКБ «Ланта-Банк» (АО) взыскана задолженность по договору № 18/0019 от 10.05.2018 в размере 103 898 755,76 руб. 76 коп., в том числе, просроченный основной долг - 68 000 000 руб., просроченные проценты за пользование кредитной линией - 4 453 328,77 руб., текущие проценты за пользование кредитной линией - 365 150,68 руб., пени на основной долг - 29 920 000 руб., пени на просроченные проценты - 1 160 276,31 руб.

С ООО «Терра Текс», ООО «ДельтаСтрой Плюс», ФИО5, ИП ФИО1, ФИО1, ООО «ДельтаСтрой», ООО «Квадратный метр», ООО «ДельтаСтрой Импорт», ООО «Стройтех» солидарно в пользу АКБ «Ланта-Банк» (АО) взыскана задолженность по договору № 18/0020 от 18.05.2018 в размере 12 219 544 руб. 78 коп., в том числе, просроченный основной долг - 8 000 000 руб., просроченные проценты за пользование кредитной линией - 521 273,97 руб., текущие проценты за пользование кредитной линией -42 958,90 руб., пени на основной долг - 3 520 000 руб., пени на просроченные проценты – 135 311,91 руб.

С ООО «Терра Текс», ООО «ДельтаСтрой Плюс», ФИО5, ИП ФИО1, ФИО1, ООО «ДельтаСтрой», ООО «Квадратный метр», ООО «ДельтаСтрой Импорт», ООО «Стройтех» солидарно в пользу АКБ «Ланта-Банк» (АО) задолженность по договору № 18/0021 от 18.05.2018 в размере 16 653 695,17 руб., в том числе, просроченный основной долг - 10 784 069,16 руб., просроченные проценты за пользование кредитной линией - 635 615,56 руб., текущие проценты за пользование кредитной линией – 17 727,24 руб., пени на основной долг - 5 044 700,48 руб., пени на просроченные проценты - 170 321,27 руб., комиссия по овердрафту -1 261,46 руб.

Кроме того, обращено взыскание на заложенное ФИО1 имущество.

По мнению финансового управляющего, у ФИО1, являющейся как поручителем, так и залогодателем по договорам с банком, с учетом складывающейся обстановки по возникновению задолженности по выплате кредитов со стороны подконтрольного ей юридического лица, и риску обращения взыскания на ее имущество имелись достаточные основания для сокрытия принадлежащего ей имущества.

Отчуждение спорного имущества было произведено 07.03.2018, именно в тот период, когда ФИО1 заключались вышеперечисленные договоры с банком.

Кроме того, согласно данным Арбитражного суда Новгородской области ФИО1 обратилась в суд с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом) 23.09.2020, заявление принято к производству 29.09.2020, следовательно, на дату принятия судом заявления ФИО1 обладала признаками несостоятельности (банкротства), о чем сама указывала в своем заявлении.

Довод ФИО1 о том, что у нее отсутствовали признаки неплатежеспособности, сделка составила менее 20 % стоимости активов, размер которых превышал 263 831 640 руб., отклоняются судом.

Тот факт, что стоимость переданного в результате нескольких взаимосвязанных сделок имущества составляет менее двадцати процентов балансовой стоимости активов должника, может указывать на недопустимость применения презумпции, установленной в абзаце третьем пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Однако, это не препятствует применению иных презумпций, закрепленных в названной норме права. Следует отметить, что отсутствие оснований для применения всех презумпции, закрепленных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не препятствует квалификации оспариваемых сделок как недействительных. Презумпции лишь облегчают доказывание цели на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Их отсутствие не может и не должно служить препятствием для установления названной цели на основании совокупной оценки доводов сторон с учетом представленных в материалы дела доказательств.

Указанный правовой подход нашел свое отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4).

Несмотря на то, что судебное решение о взыскании задолженности в пользу АКБ «Ланта-Банк» вынесено позже (03.04.2019) после совершения оспариваемой сделки, однако оно лишь подтверждает наличие неисполненных обязательств у должника, которые возникли задолго до вынесения решения (кредитные договоры и обеспечительные договоры (поручительства и залога) заключены в период с 2016 по 2018 годы).

Из текста искового заявления АКБ «Ланта-Банк» (АО) (далее – Банк), представленного Кировским районным судом в рамках аналогичного обособленного спора о признании сделки должника недействительной, следует, что по состоянию на 23.11.2018 Банком установлены обстоятельства для досрочного истребования кредита, процентов за пользование чужими денежными средствами, в том числе допущенная заемщиком просрочка исполнения обязательств; факт ухудшения финансового состояния заёмщика по отношению к его финансовому состоянию на момент подписания кредитного договора, выразившееся в существенном снижении денежных оборотов заемщика по банковским счетам, наличия информации о просроченной задолженности заемщика перед другими кредиторами, в том числе по коммерческим контрактам, неисполнении обязанности по уплате налогов и иных обязательных платежей, присужденных санкциях, заработной плате, наличие у заемщика картотеки № 2 в Банке-кредиторе, а также ограничения на проведение операций по его банковским счетам в обслуживающих банках.

В связи с неисполнением обязательств по кредитным договорам, в ноябре 2018 года Банком вручены ответчикам (заемщику - ООО «Терра Текс» и поручителям, в том числе ФИО1) требования о досрочном погашении кредита, уплате процентов за пользование кредитом в срок до 22.11.2018.

Позже Банк обратился в суд, по состоянию на 03.04.2019 задолженность составила 505 592 086,06 руб.

Указанные обстоятельства отражены в решении Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 03.04.2018 по делу № 2-1216/2019, апелляционном определении Санкт-Петербургского городского суда от 22.10.2020.

Суд отмечает, что при установлении факта отчуждения имущества в отсутствие адекватного встречного предоставления, выявление наличия или отсутствия у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения сделки не является обязательным, так как неплатежеспособность гражданина наступает, в том числе в результате вывода его активов.

Довод ФИО1 о том, что консенсуальный договор дарения был заключен 25.11.2015, то есть более чем за 5 лет до признания ее банкротом, в связи с чем заключенный впоследствии договор дарения 07.03.2018 не может быть оспорен, отклоняется судом.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В данном случае, фактическая передача должником имущества совершена в марте 2018 в период подозрительности, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве (трехлетний срок до принятия заявления о признании должника банкротом – 23.09.2020), в связи с чем сделка может быть оспорена.

Пунктом 7 Постановления № 63 предусмотрено, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как следует из представленного финансовым управляющим ответа отдела Комитета ЗАГС и ООДМС Новгородской области от 28.04.2021 № 21-95300033-В00439 ФИО3 является дочерью ФИО1

Таким образом, с учетом положений статьи 19 Закона о банкротстве данный факт свидетельствует о совершении спорной сделки в отношении заинтересованного лица.

Следовательно, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, ответчик не мог не знать о признаках неплатежеспособности должника и ущемлении оспариваемой сделкой прав его кредиторов.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 23.12.2019 № 305?ЭС19?13326 определил, что существует возможность использования родителями личности детей в качестве инструмента для сокрытия, принадлежащего родителям имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов о возмещении вреда, причиненного родителями данным кредиторам.

В результате оспариваемой сделки, совершенной должником ФИО1 в пользу ответчика ФИО3, в том числе совершенной на безвозмездной основе, был нанесен вред имущественным правам кредиторов, поскольку сделка была совершена за счет имущества должника, в результате оспариваемой сделки из собственности должника выбыло ликвидное имущество.

Поскольку приобретателем спорного имущества по договору дарения является лицо, заинтересованное по отношению к должнику, в данном деле подлежит применению пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым другая сторона сделки считается осведомленной о цели сделки, если она является заинтересованным лицом.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ, доказательств того, что ФИО3 не могла знать о направленности сделки на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, суду не представлено.

В связи с этим, суд приходит к выводу о наличии в действиях должника при заключении договора дарения цели причинения вреда имущественным правам своих кредиторов и осведомленности об этом приобретателя по спорному договору.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд считает договор дарения недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку договор заключен в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, сделка совершена в отношении заинтересованного лица и другая сторона сделки считается осведомленной об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Также финансовый управляющий ссылался на положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Как следует из разъяснений абзаца 4 пункта 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Само по себе признание сделки недействительной (ничтожной) по мотиву злоупотребления сторонами (стороной) правом не противоречит действующему законодательству с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63.

Вместе с тем, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Между тем, правонарушение, заключающееся в совершении сделки при неравноценном встречном предоставлении, сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства, продолжение пользования и (или) владения имуществом, определении судьбы данного имущества охватывается диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом не установлено наличие иных обстоятельств, указывающих на злоупотребление правом со стороны ответчика, намерения реализовать какой-либо противоправный интерес, являющихся основанием для признания сделок недействительными и не охватываемый положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В этой связи, суд, оценив обстоятельства дела и представленные документы по правилам статьи 71 АПК РФ каждый в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Последствия признания сделки недействительной предусмотрены в пункте 2 статьи 167 ГК РФ и пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

В пункте 29 Постановления № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

По смыслу данных разъяснений, суд должен применить последствия недействительности сделки, предусмотренные Законом о банкротстве, независимо от формулировки указанных последствий конкурсным управляющим в заявлении об оспаривании сделки.

На основании статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Финансовый управляющий в качестве применения последствий недействительности сделки просил взыскать с ФИО3 в конкурсную массу должника 829 600 руб. (с учетом уточнений), поскольку полагает, что взысканию подлежит актуальная стоимость транспортного средства не на дату совершения сделки, а на дату подачи настоящего заявления об оспаривании сделки недействительной; расчет произведен финансовым управляющим самостоятельно на основании отобранных однотипных образцов транспортных средств.

Между тем, такая позиция не основана на нормах права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 названного Закона, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

Из представленных документов следует, что 19.06.2018, через три месяца после передачи автомобиля от должника ФИО3, спорный автомобиль был поврежден в результате дорожно-транспортного происшествия. Согласно письму ПАО СК «Росгосстрах» от 29.08.2018 № 07-03/1570 транспортное средство признано конструктивно погибшим. При этом стоимость транспортного средства определена в размере 658 260 руб.

Поскольку стороны установили в договоре дарения стоимость транспортного средства в размере 650 000 руб., о назначении судебной экспертизы в рамках настоящего спора не заявлено, стоимость автомобиля, определенная страховой организацией (658 260 руб.) сопоставима с установленной в договоре дарения, суд считает, что в порядке применения последствий недействительной сделки с ФИО3 подлежит взысканию в конкурсную массу 650 000 руб.

Согласно абзацу четвертому пункта 19 Постановления № 63 заявление об оспаривании сделки по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 18 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» судебные расходы лиц, в пользу которых был принят судебный акт по соответствующему обособленному спору, подлежат возмещению лицами, не в пользу которых был принят данный судебный акт.

Согласно пункту 24 Постановления № 63 судебные расходы арбитражного управляющего, связанные с рассмотрением заявления об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, осуществляются за счет средств должника (пункты 1 и 2 статьи 20.7 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 Постановления № 32, поскольку арбитражный управляющий при предъявлении от своего имени исков, связанных с недействительностью сделок должника, действует в интересах, в том числе и должника (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве) и осуществляет полномочия, предоставляемые ему в рамках соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, для достижения целей соответствующих процедур, судебные расходы, связанные с рассмотрением дел по указанным искам, в силу пункта 1 статьи 20.7 данного Закона, осуществляются за счет должника.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Понесенные финансовым управляющим расходы по госпошлине (п/п от 02.02.2022 № 916993) подлежат взысканию с ответчика в конкурсную массу должника.

Руководствуясь статьями 61.1, 61.2, 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127?ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 110, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

1. Заявление финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки – удовлетворить.

2. Признать недействительным договор дарения от 07.03.2018, заключенный между ФИО1 и ФИО3.

3. Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3в конкурсную массу 650 000 руб.

4. Взыскать с ФИО3в конкурсную массу ФИО1 6 000 руб. государственной пошлины.

5. Исполнительные листы выдать после вступления определения в законную силу.

6. Определение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня вынесения.

Судья

И.В. Сухинова