Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании заявление кредитора ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя ФИО2, заместителя руководителя ФИО3, бывших участников должника – ФИО4 и ФИО5 и взыскании с них солидарно денежных средств в общем размере 14 005 311 рублей 73 копейки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ахон» (ИНН <***>, ОГРН <***>; юридический адрес: 630039, <...>),

при участии в судебном заседании представителя кредитора ФИО1 – ФИО6 (доверенность от 14.11.2017), ответчика – ФИО2 (паспорт), представителя ответчика – ФИО7 (доверенность от 01.02.2018), представителя ответчика – ФИО3 – ФИО8 (доверенность от 03.08.2018),

установил:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 20.02.2017 должник – ООО «Ахон» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО9.

Кредитор ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц – и взыскании с них солидарно денежных средств в размере 14 005 311 рублей 73 копейки.

Заявленные уточнения приняты судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

От ответчиков ФИО2 и ФИО3 поступили письменные отзывы, в которых заявлены возражения.

Ответчики ФИО5 и ФИО4, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились. Письменные отзывы на заявление не представили.

Дело рассмотрено по правилам статьи 156 АПК РФ.

В судебном заседании судом рассмотрено и отказано в удовлетворении ходатайства представителя кредитора ФИО1 о признании доказательств недопустимыми и исключении из числа доказательств по делу первичных документов, представленных ответчиком ФИО2 в обоснование своих возражений.

Оценив представленные доказательства, суд пришел к выводу о том, что они отвечают критериям относимости и допустимости, в связи чем им будет дана надлежащая оценка при вынесении судебного акта по существу.

Рассмотрев материалы дела, суд установил следующие фактические обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «АМПС-Восток» 08.07.2016 обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «АХОН» несостоятельным (банкротом), в связи с наличием просроченной свыше трёх месяцев задолженности в размере 338 333 рубля 80 копеек.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 09.08.2016 в отношении должника – ООО «АХОН» введена процедура банкротства – наблюдение.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 20.02.2017 должник – ООО «Ахон» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО9.

В ходе процедуры конкурсного производства проведена инвентаризация имущества должника, о чем составлены инвентаризационные описи № 1 от 20.03.2017, № 2 от 21.03.2017, акты № 3 от 21.03.2017, № 4 от 21.03.2017 Имущества у должника не выявлено.

В реестр требований кредиторов включены кредиторы третьей очереди на общую сумму 15 897 044 рубля 04 копейки, в том числе, требование кредитора ФИО1 на сумму 12 178 195 рублей 42 копейки.

Конкурсный управляющий в рамках дела о банкротстве обратилась в суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи транспортных средств, заключенного между ООО «Ахон» и гр. ФИО10 по основаниям, установленным статьей 61.2 Закона о банкротстве. Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 09.08.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Кредитор, ФИО1, полагая, что контролирующими должника лицами, причинен вред кредиторам, обратился в суд с заявлением и просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя – ФИО2, заместителя руководителя должника – ФИО3, бывших участников должника - ФИО5 и ФИО4. В качестве правового обоснования указан подпункт 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Возражая против заявленных требований, ответчик ФИО2 указал следующее.

Документация не передана конкурсному управляющему в связи с тем, что 23.12.2015 в период времени с 18-00 до 18-20 неустановленное лицо проникло в салон автомобиля «Тойота Камри» и тайно похитило имущество ФИО2, в числе которого находилась документация ООО «Ахон». В связи с указанными обстоятельствами ФИО2 было подано заявление о возбуждении уголовного дела. 23.12.2015 отделом полиции № 7 «Ленинский» СУ УМВД России по г. Новосибирску было возбуждено уголовное дело № 534901, по признакам состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 158 УК РФ. В настоящее время предварительное следствие приостановлено, в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, в соответствии с п.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.

Документы, восстановленные руководителем должника после хищения (полученные из ФНС России копии учредительных документов ООО «Ахон») переданы конкурсному управляющему.

В письменных дополнениях к отзыву ФИО2 указал следующее.

11.05.2015 между ООО «ГК АМПС» (покупатель) и ООО «Ахон» (поставщик) был заключен договор поставки, по которому ООО «Ахон» обязался поставлять в адрес ООО «ГК АМПС» строительные материалы.

21.05.2015 между ООО «Ахон» и ФИО10 был заключен предварительный договор купли-продажи двух транспортных средств марки «ФОТОН», по которому ФИО10 29.05.2015 внесла аванс в сумме 6 700 000 рублей. Окончательный расчет за транспортные средства в сумме 480 000 рублей был внесен ФИО10 11.07.2015. На полученные от ФИО10 денежные средства ООО «Ахон» закупало у различных поставщиков (в том числе ООО «ПИК «Архипелаг плюс», ООО «Фаворит Трейд») за наличный расчет отделочные и строительные материалы, большая часть которых впоследствии была передана в адрес ООО «ГК АМПС» по договору поставки № 85 от 11.05.2015. Актом взаимозачета № 27 от 31.12.2015, подписанным между ООО «ГК АМПС» и ООО «Ахон», произведен зачет стоимости стройматериалов, поставленных по договору поставки № 85 от 11.05.2015, в счет оплаты транспортных средств «ФОТОН», полученных по договору купли-продажи № 84 от 08.05.2015. Актом сверки расчетов от 10.03.2016, подписанным между ООО «ГК АМПС» и ООО «Ахон» подтвержден факт полного окончательного расчета ООО «Ахон» за полученные транспортные средства строительными материалами. Таким образом, полученные денежные средства, по сути, были израсходованы ООО «Ахон» на расчеты за эти же транспортные средства с первоначальным продавцом ООО «ГК АМПС». Не внесение денежных средств на расчетный счет обусловлено риском блокировки счета организации, а также его последующей фактической блокировки по решению налоговой инспекции о приостановлении операций по счетам за несоблюдение правил электронного документооборота. Денежные средства, полученные от ФИО3 по договору цессии от 22.03.2016 в этот же день были внесены в кассу ООО «Пульсар» в счет оплаты ранее выполненных субподрядных работ.

Ответчик ФИО3 в письменном отзыве указал следующее.

В период с апреля 2014 по декабрь 2015 он работал в ООО «Ахон» в должности заместителя директора. В связи с личными обстоятельствами, в период с января по март 2015 года ФИО3 занимал у своего работодателя незначительные суммы по 10 000 – 20 000 рублей. В общей сложности сумма займа составила 100 000 рублей. Денежные средства были полностью возвращены в кассу организации, что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру № 14 от 06.05.2015. В марте 2016, когда ФИО3 уже не работал в ООО «Ахон», директор предложил ему выкупить у организации с небольшим дисконтом задолженность ФИО11, в связи с чем, 22.03.2016 был заключен договор цессии, по которому право требования к ФИО11 на сумму 454 260 рублей перешло к ФИО3 В свою очередь, ФИО3 оплатил ООО «Ахон» за уступленное право 400 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 11 от 29.04.2016. На основании изложенного, ответчик просил суд отказать в удовлетворении заявленных требований, поскольку никакого вреда кредиторам данные сделки не причинили.

Оценив представленные в материалы дела документы по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривает субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего перед кредиторами, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему спору входит установление факта отсутствия либо искажения бухгалтерской документации должника, невозможность либо затруднительность формирования конкурсной массы и наличие правовой связи между названными фактами.

Обязанность руководителя предприятия-банкрота передать конкурсному управляющему в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности установлена статьей 126 Закона о банкротстве, неисполнение данной обязанности влечет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При этом субсидиарная ответственность руководителя предприятия по обязательствам должника наступает при отсутствии документов бухгалтерского учета или отчетности должника на момент принятия решения о признании должника банкротом, а также в случае их неполноты и недостоверности. Факт отсутствия документов бухгалтерского учета и отчетности подтверждается неисполнением руководителя должника обязанности по передаче такой документации конкурсному управляющему, установленной статьей 126 Закона о банкротстве. При этом обязательности обращения конкурсного управляющего в суд с требованием об обязании руководителя должника передать такую документацию закон не требует, такая обязанность должна быть исполнена руководителем самостоятельно в силу закона, а не судебного акта.

Из материалов дела следует, что в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов третьей очереди на сумму 14 453 917 рублей 39 копеек, в том числе требования кредитора ФИО1 на сумму 12 178 195 рублей 42 копейки.

Руководителем должника на момент введения процедур банкротства являлся ФИО2.

Согласно данным бухгалтерского баланса должника по состоянию на 31.12.2014 года активы должника были представлены основными средствами на сумму 4,7 млн. рублей (запасы и денежные средства).

Бухгалтерская и иная документация должника, (за исключением уставных документов), материальные и иные ценности конкурсному управляющему бывшим руководителем должника не переданы.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что не передача первичных документов произошла в результате утери документов ООО «Ахон».

Так, в возражениях ответчик ФИО2 указал на то, что 23.12.2015 произошла кража документов организации из его автомобиля. Указанный факт подтверждается справкой от 07.12.2016 за подписью следователя отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории отдела полиции № 7 «Ленинский» СУ УМВД России по г. Новосибирску. (л.д. 15, том 1).

Вместе с тем, материалами дела подтверждается, что у бывшего руководителя ФИО2 имелась возможность восстановить утраченные документы, поскольку часть первичной документации была предоставлена бывшим руководителем должника суду при рассмотрении обособленного спора об оспаривании сделки должника и при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Так, в материалы дела ФИО2 представил первичные документы, подтверждающие хозяйственные взаимоотношения с ООО «ГК АМПС», ООО «ПИК Архипелаг плюс», ООО «Фаворит Трейд», ООО «Пульсар» (л.д. 78-126, том 2).

Из указанных документов усматривается, что должником в преддверии банкротства были свершены сделки с предпочтением. При этом, при своевременном восстановлении этих документов и передаче их конкурсному управляющему, у последнего имелась бы возможность оспорить сделки, совершенные с предпочтением и сформировать конкурсную массу должника.

Как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12 при установлении факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо учитывать, приняло ли привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса).

Суд должен исследовать обстоятельства, связанные с принятием руководителем должника всех мер для исполнения обязанностей, перечисленных в пункте 1 статьи 6, пункте 3 статьи 17 Закона о бухгалтерском учете, а также выяснить, проявлялись ли при принятии данных мер требуемые степени заботливости и осмотрительности, например, каким образом обеспечивалась сохранность документации; какие меры принимались лицом для восстановления документации в случае ее гибели, если таковая имела место по не зависящим от него основаниям; явилась ли гибель документации следствием ненадлежащего ее хранения либо совершением лицом иных действий без должной заботы и осмотрительности.

При этом в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Поскольку ФИО2 не восстановил своевременно и не передал документы конкурсному управляющему, последний не смог сформировать конкурсную массу должника, своевременно обратиться в суд с заявлениями об оспаривании подозрительных сделок должника, и удовлетворить требования кредиторов.

Довод ответчика ФИО2 о том, что восстановление документов носило затруднительный характер, поскольку контрагенты должника находятся в других городах, судом во внимание не принимается, поскольку указанные обстоятельства не являются основанием для освобождения руководителя должника от обязанности по восстановлению документов. Кроме того, доказательств того, что восстановление документов носило затруднительный характер, материалы дела не содержат. Более того, данный довод опровергается представленными в материалы дела первичными документами, которые были представлены ФИО2 в обоснование своей правовой позиции по настоящему обособленному спору.

Возражая против приобщения первичных документов, представленных директором ФИО2, представитель кредитора ФИО1 указала следующее.

ООО «ПИК «Архипелаг плюс» не является действующей организацией, поскольку 11.07.2018 налоговой инспекцией принято решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ. Кроме того, представленные приходно-кассовые ордера составлены с нарушением требований статьи 861 ГК РФ, поскольку наличные расчеты в рамках одного договора, заключенного юридическими лицами, могут производиться в размере, не превышающем 100 000 рублей.

Представленные ФИО2 документы ООО «Фаворит Трейд» подписаны неуполномоченным лицом, поскольку директором ООО «Фаворит Трейд» являлась ФИО12, а не ФИО13 Согласно распечатки с сайта ФНС 13.12.2017 ООО «Фаворит Трейд» было ликвидировано, соответственно к 06.08.2018 ФИО2 не могу получить от указанной фирмы какие-либо документы.

Согласно распечатки с сайта ФНС на ООО «Пульсар» 24.08.2016 была исключена запись из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». Таким образом, к 06.08.2018 ФИО2 не мог получить от указанной фирмы какие-либо документы.

Все представленные документы невозможно соотнести с договором купли-продажи самосвалов, заключенных с гражданкой ФИО10, а также получением и расходованием денежных средств, полученных от реализации транспорта.

В ходе судебного разбирательства указанные доводы кредитора, касающиеся невозможности получения документов от уже ликвидированных юридических лиц, ответчиком ФИО2 никак не опровергнуты, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что данные документы имелись у руководителя должника до момента ликвидации его контрагентов, однако они не были переданы ни временному, ни конкурсному управляющему.

Доказательств того, что ФИО2 обращался с какими-либо запросами к своим контрагентам о предоставлении первичных документов с целью восстановления своих документов, материалы дела не содержат.

Суд также не может принять в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего утерю всех первичных документов, справку Следственного управления МВД России по г. Новосибирску от 07.12.2016, поскольку в указанном документе не поименован перечень похищенной документации. Так в справе отражено, что среди похищенного находился портфель кожаный черного цвета, документация фирмы ООО «Ахон», ручка «Паркер» (л.д. 15, том 1).

Кроме того, о недобросовестности руководителя свидетельствует то обстоятельство, что расчеты по сделкам производились руководителем ФИО2 наличными денежными средствами, минуя расчетный счет должника, что в результате также не позволило конкурсному управляющему проанализировать банковские операции по расчетному счету должника и установить реальных дебиторов должника, проверить правильность хозяйственных операций ООО «Ахон».

В судебном заседании ответчик ФИО2 пояснил, что денежные средства, полученные по сделкам от контрагентов, не зачислялись на расчетный счет должника, поскольку у Общества имелась вероятность блокировки расчетного счета налоговым органом.

Вместе с тем, такое подведение руководителя должника нельзя признать добросовестным. Проведение расчетов с контрагентами через кассу организации, без дальнейшего зачисления их на расчетный счет, нарушает нормы действующего гражданского законодательства и влечет соответствующую ответственность.

Оценивая доводы кредитора о совершении должником сделки по реализации транспортных средств на сумму 7 000 000 рублей, заключение договора цессии от 22.03.2016 и заключение договора займа от 28.01.2015, суд пришел к следующим выводам.

11.07.2015 между ООО «Ахон» (продавец) и ФИО10 (покупатель) заключено два договора купли –продажи транспортных средств FOTONBJ3313DMPKCAA 2013 г.в., регистрационный номер 54 УР413538 и FOTONBJ3313DMPKCAA 2013 г.в., регистрационный номер 54 КР411437. Цена сделки составила 7 000 000 рублей. Денежные средства внесены покупателем в кассу ООО «Ахон». В дальнейшем на расчетный счет денежные средства не перечислены.

28.01.2015 между ООО «Ахон» и ФИО3 заключен договор займа на сумму 100 000 рублей. Возврат денежных средств в кассу предприятия подтверждается приходно-кассовым ордером. На расчетный счет денежные средства не поступили.

22.03.2016 между должником ООО «Ахон» и ФИО3 заключен договор цессии, согласно условиям которого ООО «Ахон» уступило ФИО3 право требования к ФИО11 по договору № 6 от 04.07.20015 на сумму 454 260 рублей. Цена уступки составила 400 000 рублей. Денежные средства в размере 400 000 рублей внесены ФИО3 в кассу предприятия, на расчетный счет денежные средства руководителем должника не перечислялись.

Поскольку активы должника за 2014 год составляли чуть более 4 000 000 рублей, сделка по реализации грузовых автомобилей на сумму 7 000 000 рублей для должника являлась крупной и при ее заключении руководитель должника должен был получить одобрение сделки участниками ООО «Ахон».

Вместе с тем, доказательств такого одобрения материалы дела не содержат.

В ходе рассмотрения указанного обособленного спора суд пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим оснований для признания сделки недействительной по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, как указано в постановлении Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Учитывая, что денежные средства в общем размере 7 500 000 рублей, поступившие в кассу от сделки купли-продажи транспортных средств, договора займа и договора цессии не поступили на расчетный счет должника, и руководителем не представлены доказательства расходования данных денежных средств, суд пришел к выводу о причинении вреда кредиторам должника указанными сделками.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о доказанности кредитором ФИО1 обстоятельств, установленных подпунктом 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применительно к ответчику ФИО2

Рассмотрев доводы, касающиеся вины ответчиков ФИО3, ФИО5 и ФИО4, суд пришел к выводу о недоказанности кредитором ФИО1 обстоятельств, связанных с виной указанных лиц.

Так, из материалов дела следует, что ФИО3 являлся заместителем генерального директора ООО «Ахон». Между ним и ООО «Ахон» был заключен договор займа и договор цессии.

Как пояснил, ФИО3 в своем отзыве, в связи с личными обстоятельствами, в период с января по март 2015 года ФИО3 занимал у своего работодателя незначительные суммы по 10 000 – 20 000 рублей. В общей сложности сумма займа составила 100 000 рублей. Денежные средства были полностью возвращены в кассу организации, что подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру № 14 от 06.05.2015.

В марте 2016 года, когда ФИО3 уже не работал в ООО «Ахон», директор предложил ему выкупить у организации с небольшим дисконтом задолженность ФИО11, в связи с чем, 22.03.2016 был заключен договор цессии, по которому право требования к ФИО11 на сумму 454 260 рублей перешло к ФИО3 В свою очередь, ФИО3 оплатил ООО «Ахон» за уступленное право 400 000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № 11 от 29.04.2016.

То обстоятельство, что денежные средства по договору были внесены ФИО3 не на расчетный счет организации, а в кассу предприятия, не может являться выводом о наличии вины в действиях заместителя руководителя ФИО14, поскольку согласно частью 1 статьи 861 ГК РФ расчеты с участием граждан, не связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, могут производиться наличными деньгами (ст. 140 ГК РФ) без ограничения суммы или в безналичном порядке.

На основании пункта 6 Указания ЦБР от 07.10.2013 N 3073-У, наличные расчеты в валюте РФ и иностранной валюте между участниками наличных расчетов в рамках одного договора, заключенного между указанными лицами, могут производиться в размере, не превышающем 100 000 руб. либо сумму в иностранной валюте, эквивалентную 100 тысячам руб. по официальному курсу Банка России на дату проведения наличных расчетов. В целях применения этого ограничения под участниками расчетов понимаются юридические лица и индивидуальные предприниматели (пункт 2 Указания N 3073-У). В отношении наличных расчетов с участием граждан, не связанных с осуществлением ими предпринимательской деятельности, таких ограничений не установлено.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В статье 61.11 закреплен перечень оснований, по которым контролирующее должника лицо, может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Кредитором ФИО1 не указано, по какому конкретно основанию ФИО3 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и в связи с какими конкретно обстоятельствами, суд должен отнести данное лицо к числу контролирующих должника лиц.

В ходе судебного разбирательства суд также пришел к выводу о недоказанности кредитором обстоятельств, связанных с виной бывших участников должника по доведению организации до банкротства.

Так, из материалов регистрационного дела ООО «Ахон» следует, что ФИО5 (50% доли) и ФИО4 (50% доли) являлись учредителями должника ООО «Ахон» с 07.09.2010 по 11.12.2015 г.г., что подтверждается протоколом № 1 собрания учредителей от 07.09.2010 и протоколом общего собрания участников № 2/15 от 11.12.2015.

В связи с выходом участников из состава Общества доли переданы на баланс Общества и распределены следующим образом: ФИО2 – 20% номинальной стоимостью 2 500 рублей, Общество – 80% номинальной стоимостью 10 000 рублей.

Заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственной бывших участников должника - ФИО5 и ФИО4, кредитор ФИО1 не привел доводов и не указал конкретных обстоятельств, на основании которых указанные лица должны быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и тому подобное), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и так далее.

Суду не представлено доказательств того, что бывшие участники должника ФИО4 и ФИО5 давали какие-либо указания руководителю должника, которые впоследствии привели организацию к банкротству, не представлено доказательств, подтверждающих одобрение каких-либо невыгодных для должника сделок.

В судебном заседании представитель кредитора устно поясняла, что в деле не имеется доказательств одобрения участниками должника крупной сделки – договора купли-продажи транспортных средств.

Вместе с тем, как раз отсутствие таких доказательств не позволяет суду прийти к выводу о том, что участникам должника было известно о совершении директором должника сделки по продаже транспортных средств, цена которой превышала 25% всех активов должника.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд пришел к выводу о наличии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника только бывшего руководителя должника - ФИО2.

Проверив размер субсидиарной ответственности, суд пришел к выводу о том, что он определен кредитором неверно.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Вместе с тем, кредитор, уточняя заявленные требования, просил суд взыскать солидарно с контролирующих должника лиц, сумму основного долга в размере 11 036 273 рубля, проценты в размере 1 141 92 рубля, и проценты, начисленные в соответствии с пунктом 2.1 пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве в размере 1 827 116 рублей 31 копейка.

Поскольку включение в размер субсидиарной ответственности процентов, начисленных в соответствии с п. 2.1 пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве, противоречит пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, требование кредитора в части 1 827 116 рублей 31 копейка удовлетворению не подлежит.

При взыскании размера субсидиарной ответственности только в части неудовлетворенных требований кредитора ФИО1 суд исходит из пассивного поведения остальных кредиторов, которые не участвовали в рассмотрении данного обособленного спора и не просили суд взыскать в их пользу размер непогашенных перед ними требований.

Руководствуясь статьями 184, 185, 223 АПК РФ, Арбитражный суд Новосибирской области

определил:

привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Ахон» бывшего руководителя должника ФИО2.

Взыскать с ФИО2 в пользу кредитора ФИО1 денежные средства в размере 12 178 195 рублей 42 копейки.

В остальной части заявленных требований отказать.

Определение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение 10-ти дней с момента его принятия. Жалоба подается через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья Н.В. Гофман