АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Новосибирск Дело № А45-40522/2019

16 августа 2021 года

Резолютивная часть объявлена 14.07.2021

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Антошиной А. Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Поляниной Т.В. рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении арбитражного суда Новосибирской области по адресу: <...> заявление конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника, в рамках дела о банкротстве должника общества с ограниченной ответственностью «ПФК» (633004, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании представителя ФИО2 - ФИО3 (доверенность от 26.11.2020, паспорт), представителя ФИО4 - ФИО5.(паспорт, доверенность от 26.11.2020), посредством веб-конференции представителя ООО "МАШИНОСТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ "ТЕХНЭКС" - ФИО6.(паспорт, доверенность от 13.11.2019),

установил:

решением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.08.2020 должник - общество с ограниченной ответственностью «ПФК» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1.

28.09.2020 в Арбитражный суд Новосибирской области обратился конкурсный управляющий ФИО1 с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника – ФИО2, ФИО4.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности указаны следующие:

1.Искажение бухгалтерской отчетности, которая состоит в причинно-следственной связи с невозможностью формирования конкурсной массы.

2.Вывод активов должника (денежных средств, запасов, основных средств).

3.Непередача конкурсному управляющему документов, подтверждающих дебиторскую задолженность.

4.Неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

В судебных заседаниях позиция конкурсного управляющего была полностью поддержана представителем.

Конкурный кредитор ООО «Машиностроительная компания «Технекс» поддержал позицию конкурсного управляющего письменными отзывами и в судебных заседаниях.

Ответчик ФИО2 возражала против удовлетворения заявленных требований, утверждая, что все имеющиеся документы переданы должнику. Доводы о выводе активов должника и непередаче документов документально не подтверждены. Конкурсным управляющим ошибочно определен момент возникновения обязанности по подаче соответствующего заявления о признании должника несостоятельным - 19.12.2017 г., поскольку на указанную дату признаков банкротства Должника не было. Неподача заявления о банкротстве после вступления в силу судебного акта о взыскании не породила новых обязательств. Обязательства по неустойкам и убыткам возникли в рамках одних отношений с кредитором ООО Машиностроительная компания «Технэкс». Также ответчик полагает, что конкурсным управляющим в нарушение норм Закона о банкротстве не проведены мероприятия по выявлению конкурсной массы, поскольку в отчете конкурсного управляющего отсутствует информация о проведенной конкурсным управляющим работе по поиску имущества, установлению фактической судьбы оборудования, переданного ООО МК «Технэкс» с недостатками, физического наличия имущества, а при отсутствии - информации о размере убытков и причинителе вреда в связи с невозвратом оборудования. Ответчик полагает, что финанализ проведен некорректно, выводы недостоверны и носят явно предвзятый, необоснованно обвинительный характер в целях привлечения директора к субсидиарной ответственности. Также ответчик обращает внимание, что заявив о наличии такого основания для привлечения к субсидиарной ответственности, как совершение сделок во вред должнику и кредиторам, конкурсный управляющий при этом не обращался в рамках настоящего дела о банкротстве с заявлениями о признании сделок недействительными. В заключении временного управляющего также отсутствует информация о сделках, имеющих признаки недействительности. Сделки с ООО «Сибкон» и ООО «Агат» не являются крупными. Подробно позиция изложена в письменных отзывах, поддержанных ответчиком и представителем в судебных заседаниях.

Ответчик ФИО4 настаивал на том, что выводы конкурсного управляющего о наличии у ФИО4 признаков контролирующего лица не доказаны и противоречат обстоятельствам дела. Наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности не доказано. Целью конкурсного производства является взыскание с физических лиц задолженности по обязательствам юридического лица. Подробно позиция изложена в письменных отзывах, поддержана представителем в судебных заседаниях.

Рассмотрев материалы дела, суд установил следующие фактические обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «ПФК» зарегистрировано 08.08.2014.

Согласно данным выписки из ЕГРЮЛ, ФИО2 с момента регистрации юридического лица по дату открытия процедуры конкурсного производства являлась директором и единственным учредителем ООО «ПФК».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.12.2018г. по делу А60-27236/2018, вступившим в законную силу 17.04.2019г., исковые требования ООО «МК «Технэкс» удовлетворены частично, с ООО «ПФК» взыскано:

1) неосновательное обогащение в размере 3 840 000 (три миллиона восемьсот сорок тысяч) рублей 00 коп.,

2) неустойка в размере 403 200 (четыреста три тысячи двести) рублей 00 коп.,

3) убытки в размере 146 800 (сто сорок шесть тысяч восемьсот) рублей 00 коп.,

4) проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 38 242 (тридцать восемь тысяч двести сорок два) рубля 19 коп. за период с 21.02.2018 по 10.04.2018, с продолжением начисления по дату фактического исполнения решения.

На указанное решение выдан исполнительный лист.

Учитывая частичное взыскание задолженности в ходе исполнительного производства, с учетом доначисления процентов общая сумма задолженности с ООО «ПФК» в пользу ООО «МК «Технэкс» на 05.11.2019г. составляла 4 947 582 рубля 79 копеек.

Учитывая изложенное, кредитор обратился в суд с заявлением о признании ООО «ПФК» банкротом.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 20.12.2019 заявление ООО МК «Технэкс» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, требования кредитора включены в реестр требований кредиторов на общую сумму в размере 4 956 472 руб. 65 коп.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.08.2020 должник - ООО «ПФК» признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Иными кредиторами, кроме ООО МК «Технэкс» требования не заявлены, ни в ходе наблюдения, ни в ходе конкурсного производства.

Конкурсный управляющий, полагая, что банкротство Общества наступило по вине руководителя и участника организации, а также иных лиц, контролирующих должника, обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности на основании статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве).

Оценив представленные в материалы дела документы по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований. При принятии судебного акта суд руководствуется следующим.

Согласно п.1 ст.61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу п.2. ст.61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего, кредитора и возражения ответчиков по первому и третьему основаниям - искажение бухгалтерской отчетности, не передача документов и невозможность формирования конкурсной массы, суд приходит к следующим выводам.

Из переданных конкурсному управляющему документов первичного бухгалтерского учета, а также выписки с расчетного счета должника, следует, что должник на протяжении всего 2018 года вел активную хозяйственную деятельность. Однако согласно, бухгалтерского баланса должника за 2018 г., размер активов равен нулю.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, должник помимо прочего, осуществлял следующие виды деятельности: производство прочих готовых металлических изделий, не включенных в другие группировки; производство пневматических подъемников и конвейеров и прочего оборудования непрерывного действия для товаров или материалов; производство прочего грузоподъемного, транспортирующего и погрузочно-разгрузочного оборудования; производство машин и сельскохозяйственного оборудования для обработки почвы; производство механических устройств для разбрасывания или распыления жидкостей или порошков, используемых в сельском хозяйстве или садоводстве; производство машин и оборудования для добычи полезных ископаемых и строительства; ремонт машин и оборудования и пр.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 13.12.2018 по делу № А60-27236/2018 установлено, что должник своими силами и средствами произвел для кредитора оборудование -транспортер ленточный желобчатый реверсивный катучий, в котором впоследствии обнаружились недостатки.

При этом, должник не только своими силами и средствами выполнил работы по изготовлению оборудования для данного кредитора, но и заключал в тот же период времени иные договоры подряда и поставки, по условиям которых, также своими силами и средствами, без привлечения субподрядчиков, изготавливал оборудование, оказывал услуги, выполнял работы, и т.д.

Более того, 04.08.2016г., должник заключил договор №305/16 с ООО «Металл Инвест», по условиям которого, должник обязался передавать ООО «Металл Инвест» отходы производства, образовавшиеся из пришедших в негодность или утративших потребительские свойства изделий промышленного и бытового назначения и их частей, оборудования, конструкций и других механизмов.

Ранее, 01.10.2014 должник заключил договор аренды нежилых помещений и земельного участка №11 с ЗАО «СУ-26».

Между тем, согласно бухгалтерской отчетности должника за период с 01.01.2016 г. по 31.12.2017 г. из оборотных активов у должника имелись только запасы 2 366 (тыс. руб. на конец 2016 года), 3080 (тыс. руб. на конец 2017 года). Дебиторская задолженность (платежи по которой ожидаются в течение 12 месяцев после отчетной даты) 527 (тыс. руб. на конец 2016 года), 1060 (тыс. руб. на конец 2017 года). Денежные средства 205 (тыс. руб. на конец 2016 года), 111 (тыс. руб. на конец 2017 года).

Согласно пояснениям ответчика ФИО2, все имевшиеся у ООО «ПФК» запасы материалов и товаров в 2018г. израсходованы в ходе хозяйственной деятельности ООО «ПФК», что нашло свое отражение к документации должника, переданной арбитражному управляющему.

Однако указанные пояснения не подтверждаются первичной н бухгалтерской документацией должника, переданной им арбитражному управляющему.

Так согласно представленным в материалы дела налоговой и бухгалтерской отчетности, книгам покупок и продаж, приобретаемые материалы, товары и комплектующие должник отражал в двух оборотно-сальдовых ведомостях:

по счету 10 «Материалы» отражаются сырье и материалы, покупные полуфабрикаты и комплектующие изделия, конструкции и детали, запасные части, закупаемые для использования в производственной деятельности,

по счету 41 «Товары» отражаются комплектующие, оборудование и продукция, приобретенные должником для последующей перепродажи как самостоятельный товар.

По счету 40 «Готовая продукция» отражается продукция, произведенная самим предприятием. Самой дорогостоящей продукцией, изготавливаемой ООО «ПФК», были транспортеры (разновидность конвейров, предназначенная для перемещения сырья или товаров).

Должником переданы арбитражному управляющему ведомости (далее ОСВ) по счету 10, 40 и 41 - за 2016 и 2017 годы, и по счету 41 - за 2018г. Ведомости по счету 10 и 40 за 2018г. отсутствуют.

При сопоставлении отраженных в ОСВ сведений о приобретении и реализации продукции с первичной документацией по 3 видам продукции: моторы-редукторы, электродвигатели и транспортеры установлено, что за период с 2016 по 2018гг. данные, отраженные должником в ОСВ 10 и 41 по поступлению и реализации продукции, не соответствуют данным первичной документации за этот год, переданной должником арбитражному управляющему.

Так, согласно первичной документации в 2016г. приобретено 52 мотора-редуктора (приложение «Закупка моторов и двигателей в 2016»).

В ведомостях 10 и 41 отражено только 49 шт. То есть 3 приобретенных в 2016г. мотора не отражены в бухгалтерском учете должника ни в ведомости по счету 10, ни в ведомости по счету 41.

Согласно первичной документации в 2016г. приобретено 12 двигателей, что соответствует данным, отраженным в ведомостях по счетам 10 и 41.

По имеющейся первичной документации должника реализовано в 2016г. моторов-редукторов в качестве самостоятельного товара 12 штук, электродвигателей 4, то есть всего 16 шт. (приложение «Реализация моторов и двигателей в 2016»). По данным, отраженным в ОСВ, всего реализовано в 2016г. 71 мотор и двигатель, из них как самостоятельный товар 22 шт. (обороты по кредиту в ОСВ 41), что на 8 шт. больше, чем подтверждается первичной документацией за 2016г. Моторы и электродвигатели также могут использоваться в производственной деятельности ООО «ПФК» при изготовлении транспортеров. Оставшееся количество выбывших в 2016г. моторов и двигателей, отраженное в оборотах по кредиту в ОСВ 10 как материалы (а именно, 49 шт.) могло быть установлено на изготовленные должником транспортеры в 2016г. Однако в 2016г. должником изготовлено всего 17 транспортеров, следовательно, только 17 моторов и двигателей из указанных в ОСВ 10 сорока девяти могло быть использовано им в производственной деятельности. Таким образом, общее количество моторов и двигателей, на которые нет документации об основаниях выбытия их в 2016г. в учета ООО «ПФК», составило 38 шт. + еще 3 изначально не были отражены в бухгалтерском учете как приобретенные. Итого на 41 мотор и двигатель, выбывших в 2016г., нет документации о реализации или ином правомерном выбытии с баланса должника. По дебету и кредиту оборотов за период в ОСВ 10 отражены 19 транспортеров, приобретенные у поставщика ООО СП «Унисибмаш». Согласно пояснениям сторон это не сам транспортер целиком, а деталь конструкции транспортера, данная деталь могла быть использована в производственной деятельности должника. Однако в материалах дела нет первичных документов по реализации указанного товара в качестве самостоятельного. Общее количество приобретенных в 2016г. транспортеров у других поставщиков согласно переданной первичной документации составляет 38 штук (приложение «Закупка транспортеров в 2016»). Количество фактически приобретенных в 2016г. транспортеров отличается на 1 единицу от числа, отраженного в ОСВ должника (38 против 37). Первичной документацией подтверждается реализация должником в 2016г. 33 транспортеров (приложение «Реализация транспортеров в 2016»). Из 33 реализованных транспортеров - только 9 из всех приобретенных у других поставщиков транспортеров отражены по кредиту оборотов за период в ОСВ 41. Остается еще 24 реализованных за год транспортера, на которые отсутствуют документация об их приобретении должником, то есть часть этих транспортеров могла быть изготовлена самим должником. Согласно ОСВ 40 «Готовая продукция» должником изготовлено в 2016г. 17 транспортеров. Соответственно, остается еще 7 транспортеров, приобретенных и перепроданных должником в 2016г., которые изготовлены не должником и на которые отсутствуют документы об их приобретении. Также с учетом данных по ОСВ 40 «Готовая продукция» общее количество израсходованных в производственной деятельности моторов и двигателей за 2016г. не должно превысить 17 штук. 17 израсходованных и 16 проданных = всего 33 шт. – столько всего моторов и двигателей согласно данным первичной документации должника, переданной арбитражному управляющему, могло выбыть с бухгалтерского учета должника в 2016 году. Но в ОСВ 10 и ОСВ 41 отражено выбытие 71 шт. (58 моторов+13 двигателей). Следовательно, остаток в 38 шт. моторов и двигателей, якобы реализованных должником в 2016г., первичной документации не подтверждается. Данное несоответствие можно трактовать как в пользу выбытия имущества из владения должника в отсутствие правовых оснований для их выбытия, так и в пользу сокрытия первичной документации по реализации товара за 2016г. При этом еще 3 штуки, приобретенные в 2016г, вообще не были изначально отражены в бухгалтерской отчетности.

Согласно первичной документации в 2017г. должником приобретено 36 моторов (приложение «Закупка моторов и двигателей в 2017»). По данным ОСВ 10 и 41 в 2017г неизвестном направлении моторов за 2016. составило 41 штуку. На приобретение 12 моторов, составляющих разницу, первичных документов нет. Реализация моторов как самостоятельного товара в количестве 1 штука, отраженная по кредиту оборотов за период в ОСВ 41, тоже документально не подтверждается. Первичной документацией должника приобретение 1 электродвигателя в 2017г., отраженное по дебету оборотов за период в ОСВ 10, не подтверждается, также нет документов на реализацию 1 электродвигателя в качестве самостоятельного товара, отраженную по кредиту оборотов за период в ОСВ 41. Согласно данным должника в ОСВ 10 (обороты по кредиту) общее количество моторов и двигателей, которые были использованы должником в производственной деятельности за 2017г., составляет 38 штук (36+2). Однако в 2017г. ООО «ПФК» изготовлено только 10 единиц продукции, где могли быть использованы транспортеры. Следовательно, в производственной деятельности за весь 2017г. должник мог израсходовать лишь 10 моторов и двигателей из списанных с учета 38 штук. На остальные 28 моторов и двигателей первичной документации об их правомерном выбытии с предприятия нет. Из 13 транспортеров, приобретенных ООО «ПФК» в 2017г., на которые есть первичная документация, учитывая отраженную в ОСВ входящую цену и наименование товара, в ОСВ отражены фактически только 6 транспортеров и 1 конвейер из 13. На второй конвейер (цена приобретения без НДС 110 169,49 руб., обороты по дебету в ОСВ 41) и на 7 транспортеров, отраженных в оборотах по дебету в ОСВ 10 как материалы, первичной документации об их приобретении нет. Не отражены в ОСВ 41 в оборотах по дебету за 2017 год еще 6 транспортеров, на которые есть первичные документы об их приобретении: 2 транспортера ленточных желобчатых ТЛЖ-600 (12) и ТЛЖ-800 (12) (поставщик ООО «Велес», УПД 52 от 03.05.2017), транспортер 4,5м В-650 (поставщик ООО «Велес», УПД 101 от 11.08.2017), транспортер ленточный желобчатый ТЛЖ-650 (15) (поставщик ООО «Гермес», УПД 102 от 18.09.2017) и 2 транспортера ленточных желобчатых ТЛЖ-650 (15) (поставщик ООО «Сервис Групп», УПД 240 от 20.09.2017) (приложение «Закупка транспортеров в 2017»). Таким образом, согласно данных в ОСВ 41 и в имеющейся первичной документации в 2017г. ООО «ПФК» располагал приобретенными для перепродажи транспортерами и конвейерами - не 8, а как минимум 14. Общее количество реализованных должником ООО «ПФК» его покупателям транспортеров в 2017г. согласно первичной документации составляет 27 штук (приложение «Реализация транспортеров в 2017»), из которых 12 - это транспортеры, приобретенные у других поставщиков в 2017г. (все в приложении «Закупка транспортеров 2017» кроме транспортера 4,5м В-650, приобретенного у ООО «Велес» по УПД 101 от 11.08.2017.), и 1 транспортер, отраженный в ОСВ 41 как входящее сальдо (остатки товара с предыдущего периода -транспортер Пеноплекс, он же цепной скребковый L1000). 27-12 - 1 = 14 Остается еще 14 проданных транспортеров, на которых нет документов об их закупке у других поставщиков. Согласно ОСВ по счету 40 «Готовая продукция» в 2017г. ООО «ПФК» самостоятельно изготовило только 10 транспортеров. Соответственно, оставшиеся 4 были тоже приобретены у других поставщиков, но первичная документация об их приобретении отсутствует.

Таким образом, по результатам анализа данных в ведомостях ОСВ 10 и 41 и в первичной документации о приобретении и продаже транспортеров в 2017г., установлено, что не все приобретенные в 2017г. для реализации транспортеры отражены должником в бухгалтерском учете (по дебету оборотов по счету 41), и соответственно, не все реализованные транспортеры также отражены в бухгалтерском учете (по кредиту оборотов за период по счету 41); как минимум на 4 проданных в 2017г. транспортеров, изготовленных не должником, нет первичной документации об их приобретении; на реализацию 7 транспортеров, отраженных в ОСВ 10 как материалы, нет первичных документов; исходящее сальдо на конец года по остаткам транспортеров, которые должны перейти в 2018г. и отражены в ведомости по счету 41 за 2018г. как входящее сальдо на начало года, - 9 транспортеров.

Согласно ОСВ по счету 41 за 2018г. как самостоятельный товар должником в 2018г. реализовано 3 мотора-редуктора и 3 электродвигателя. При том, что все эти моторы приобретены им в 2018г. для перепродажи (обороты за 2018г. по дебету ОСВ 41), на начало 2018 входящего сальдо с остатками моторов по счету 41 нет. Однако первичной документацией должника фактически не подтверждается реализация 6 моторов и двигателей как самостоятельного товара в 2018 году. Согласно первичной документации в 2018г. приобретено еще 11 моторов и 1 двигатель (приложение «Закупка моторов и двигателей в 2018»). То есть разница с данными ОСВ 41 составляет 12 шт. Оставшиеся 11 моторов и 1 двигатель, не отражены по счету 41, но могли в ОСВ 10 как материалы, которая за 2018г. конкурсному управляющему не передана. Никаких первичных документов об их дальнейшем выбытии с предприятия в материалах дела нет, они также не могли быть использованы в производственной деятельности ООО «ПФК», т.к. в 2018г. должником изготовлено только 3 транспортера, а, следовательно, в производстве могло быть использовано только 3 мотора или двигателя из этих 12. При этом если учесть остатки моторов за прошлый период (даже если брать только официально отраженные в ОСВ 10 данные по остатку -исходящее сальдо на конец 2017г. в количестве 14 штук), то общее число моторов в 2018г., исчезнувших с баланса ООО «ПФК», в отношении которых нет подтверждающих обоснованность выбытия документов, составляет 23 шт. Кроме того, 5 транспортеров, отраженные как поступление за год по счету 41, приобретены у ООО СП «Унисибмаш» (упд 248 от 06.03.2018г.) и на следующий же день реализованы покупателю ООО «Рассвет» (упд 132 от 07.03.2018г.). Еще 3 транспортера, реализованные ООО «ПФК» в 2018г. согласно имеющейся первичной документации, изготовлены должником самостоятельно для покупателей ООО «НКУК», ООО «Водные технологии» и ООО Фирма «Гроспирон» (приложение «Реализация транспортеров в 2018г.»)

На перешедшие в 2018г. остатки транспортеров с прошлого года в кол-ве 9 штук (учтенных как входящее сальдо по ОСВ 41: 8 транспортеров Колос и 1 транспортер роликовый 440), и отраженных как самостоятельный товар, который якобы тоже полностью реализован в 2018г., также нет первичной документации об их реализации.

В результате сопоставления информации, содержащейся в ОСВ должника и в имеющейся у конкурсного управляющего первичной документации установлено следующее:

1. Отсутствует документация о приобретении 7 транспортеров в 2016г., закупленных у других поставщиков для перепродажи (отражены в ОСВ 41).

2. Отсутствует документация на выбытие 19 транспортеров колосового элеватора в 2016г. (отражены в ОСВ 10).

3. Отсутствуют первичные документы о выбытии 41 мотора и двигателя в 2016г.

4. Отсутствует документация о приобретении 12 моторов-редукторов в 2017г.

5. Отсутствует документация о выбытии 28 моторов-редукторов и двигателей в 2017г.

6. Отсутствуют документы о приобретении 4 реализованных в 2017г. транспортеров, изготовленных не должником.

7. Отсутствуют документы о реализации в 2017г. 7 транспортеров, отраженных в ОСВ 10, как материалы.

8. Отсутствуют документы о реализации 6 моторов-редукторов и двигателей в 2018г., приобретенных для перепродажи и отраженных в ОСВ 41.

9. Еще на 8 моторов и двигателей, приобретенных в 2018г. и не отраженных в ОСВ 41, также документы об их реализации отсутствуют.

10. На оставшиеся на конец 2017г. 9 транспортеров (входящее сальдо по ОСВ 41) первичной документации о реализации их в 2018г. тоже нет.

11. Данные о количестве приобретаемой и реализуемой продукции в ОСВ 10 и ОСВ 41 должника за 2016-2018гг. не соответствует переданной первичной документации: не вся приобретенная согласно первичным документам продукция отражалась в ОСВ, не вся реализация продукции по данным ОСВ подтверждается первичными документами.

Указанные несоответствия между бухгалтерской отчетностью и первичными документами, переданными арбитражному управляющему, должником не опровергнуты.

Представленная ответчиком в приложении к дополнениям к отзыву в судебное заседание 08.06.2021г. таблица под названием «Ведомость поступления и расходования материалов ООО «ПФК» за 2018г» отражает приобретение и расходование материалов в 2018г., однако изложенные в ней данные не подтверждаются имеющейся за этот период первичной документацией, представленной в материалы дела.

Так, из содержания данной ведомости следует, что ответчик отразил в ней совокупные данные по материалам и товарам, т.е. те данные, которые в бухгалтерском учете содержатся в ОСВ 10 и 41 - это видно из информации по моторам-редукторам, где поступление за год учитывает и количество остатка по ведомости 10 за 2017г., и то кол-во поступившей продукции в 2018г., которое отражено в оборотах по дебету в ОСВ 41 за 2018г. Однако общее количество реализованных моторов, указанное в этой таблице, первичной документацией не подтверждается. Реализация опоры конвейера в кол-ве 10 шт. общей стоимостью 127 855,93 руб., указанная на л.8 таблицы, документально не подтверждена. По остаткам на конец 2017 по ОСВ 41 значится 21 роликоопора, которые должник реализовал в 2018г., однако в данной таблице такой позиции вообще нет. По остаткам на конец 2017 по ОСВ 41 числится кронштейн боковой в кол-ве 600 шт, данная позиция в таблице ответчика также отсутствует. Реализация двух видеокамер в 2018г, указанная на л.1 таблицы ответчика, также документально не подтверждена. В 2018г. должником покупателю ООО «Сибкон» реализована оснастка для крепления колодок литьевой машины Десма 583/18, которая приобретена в том же году (упд 296 от 06.06.2018г.). По ОСВ 41 данная продукция не отражена за 2018г, следовательно, оно приобреталась как материал. Однако в таблице ответчика и эта позиция товара отсутствует. В 2018г. ООО «ПФК» приобрело шнеки соевый и зерновой общим количеством 40шт + 36 дисков на общую сумму 349 640 рублей. Данные операции также в таблице ответчика не отражены. Приобретенный ООО «ПФК» робот-пылесос 20.06.2018г. не отражен в ОСВ 41, и не отражен в таблице ответчика.

Также согласно материалам дела в таблице ответчика под названием «Ведомость поступления и расходования материалов за 2018», продукция, содержащаяся в счет-фактурах ООО «Агат», отражена не в тех количествах, в которых поставлена данным поставщиком. Так, согласно с/ф 45 от 12.01.2018г. ООО «Агат» поставило в адрес ООО «ПФК» КПУ 102x305 в количестве 550 шт. В то время как в таблице ответчика отражено всего 440 поступивших единиц данного товара за весь 2018г.

Материалами дела опровергаются возражения ответчика о том, что 3 шт. не отраженных в бухгалтерском учете моторов-редукторов отражены в ОСВ 41 за 2016г. как «Редуктор NMRV...». Так, как пояснял кредитор мотор-редуктор и редуктор это разные виды продукции, доказательства обратного в материалы дела не представлены. При этом согласно имеющимся в материалах дела документам, должник ООО «ПФК» приобретенную продукцию отражал в оборотно-сальдовых ведомостях точно под тем же наименованием, как она указана в первичных (отгрузочных) документах. Если должник закупал мотор-редуктор, то этот товар отражен в ОСВ как мотор-редуктор. Если закупал редуктор, то редуктор помтавлен на учет. Редукторы закупались должником в 2016г. тоже (например, УПД 1754 от 19.07.2016 и 79 от 08.12.2016). Приобретенная должником продукция также отражается в ОСВ по той цене, по которой она была приобретена и поступила на предприятие.

Указанные ответчиком редукторы отражены в ОСВ 41 как «редуктор NMRV 110,1=20, р=5,5 кВт, п=1400 с реакт.» и поступили на предприятие по стоимости 75 221,18 руб. за 3 шт. То есть цена за 1 шт. составляет 25 073,72 руб. Однако в первичной документации должника за 2016г. отсутствуют моторы-редукторы или редукторы с таким наименованием, приобретенные по такой стоимости. Из тех 52 моторов и двигателей, на приобретение которые есть первичная документация за 2016г., ни один мотор-редуктор не приобретен по той цене, которая отражена в ОСВ 41 для редуктора NMRV. По утверждению ответчика, эти три редуктора реализованы в 2016г. покупателю ООО «Дефриз» как моторы-редукторы. Но даже если принять как факт данное утверждение ответчика, что все 52 приобретенных мотора-редуктора отражены в ОСВ (из которых 3 как редуктор), то это все равно не объясняет расхождение в количестве реализованных в 2016г. моторов и двигателей между данными бухгалтерского учета должника и его первичной документацией. Три реализованных мотора-редуктора покупателю ООО «Дефриз» по товарной накладной 124 от 15.07.2016г. учтены в приведенных выше расчетах количества проданных должником моторов-редукторов за 2016г. Таким образом, всего по ОСВ 41 с учетом указанных ответчиком редукторов NMRV отражена реализация 21 шт. моторов-редукторов (из которых 18 как моторы-редукторы и 3 как редукторы NMRV). Однако, согласно первичной документации в 2016г. должником реализовано как-самостоятельный товар моторов только 12 шт. То есть утверждение ответчика об отражении трех моторов-редукторов как редукторов в 2016. может снять претензию к полному отражению в бухгалтерском учете должника кол-ва приобретенных моторов, но еще больше (на 3 шт) увеличит разрыв между отраженными в бух.учете и подтвержденными первичной документацией данными по их реализации. И такой разрыв невозможно объяснить расходованием материалов, поскольку не имеется документов о производстве соответствующего количества готовой продукции. Ответчиком не подтверждено документально утверждение об изготовлении в 2017г. 20 конвейеров. Стоимость изготовленных конвейеров в ведомости по счету 40 и стоимость реализованных конвейров по первичной документации должника опровергает данное утверждение ответчика. Стоимость изготовленной продукции (транспортеров) в ОСВ 40 и стоимость фактической реализации этих конвейеров покупателям - свидетельствует о том, что изготовленная должником продукция реализована покупателям с обычной для должника наценкой, и что в ОСВ 40 каждый указанный транспортер отражен по отдельности (в кол-ве 1 шт.)

Ответчиком не опровергнут также довод о неотражении всех приобретенных должником в 2017г. транспортеров в ОСВ 10 и ОСВ 41, а также об отсутствии первичной документации на приобретение и реализацию электродвигателя и расход всего отраженного в ОСВ 10 количества моторов.

Ответчик утверждает, что должником реализовано в 2017г. приводных барабанов и приводных станций 11 штук, в составе которых есть моторы-редукторы. Однако в ОСВ 41 отражено, что эти барабаны и станции он приобрел у других поставщиков. Согласно ведомости ОСВ 40 «готовая продукция» должником изготовлено в 2017 году ноль барабанов и всего 1 приводная станция - из реализованных 11.

Ответчиком не представлено доказательств об изготовлении в 2018г. рукава загрузочного, бункера питателя со шнеком, устройства для отсева мелких фракций и приводных станций в количестве 5 шт.

Согласно ОСВ 10 за 2016г.и 2017г. все приобретенные в 2016 и 2017 шины были израсходованы в том же году, в котором куплены должником. Остатков шин на начало 2018г. нет. В 2018г. согласно переданной должником первичной документации он шин не приобретал. Следовательно, отсутствуют документы, подтверждающие довод ответчика о том, что приобретенные им в 2016-2017гг. 3 комплекта автошин установлены на транспортеры покупателей:

- в 2016г. Сибпромтехнологии (отгрузка№ 92 от 31.05.2016); - в 2017г. Глобакс (отгрузка № 140 от 26.04.2017) и Сибромтехнологии (отгрузка №232 от 9.08.2017); - в 2018г. Стройтрест 43 (отгрузка № 330 от 3.07.2018).

Ответчик указывает, что в 2018г. должником реализовано 4500 роликов, обосновывая этим факт расходования всех приобретенных в 2018г. подшипников. При этом не подтверждает доказательствами, что все эти ролики или какая-то их часть изготовлена должником, а не приобретены у других поставщиков для перепродажи. Между тем, учитывая расходование от 2 до 4 подшипников на изготовление одного ролика, арифметически не доказан факт получения из 6488 подшипников 4500 роликов.

Кроме того, объясняя несоответствие приведенных выше данных между бухгалтерской отчетностью и первичной документацией, ответчик недостоверно указывает сумму поступивших на расчетный счет в 2018г. денежных средств и израсходованных в 2018г. на закупку товаров и материалов, так приход ден.средств ответчик указывает без учета НДС, а расход - с НДС.

Таким образом, материалами дела подтверждены факты несоответствия между бухгалтерской документаций должника и представленными им первичными документами. А поскольку должник утверждает, что арбитражным управляющим переданы все имеющиеся первичные документы, суд приходит к выводу о подтверждении материалами дела факта искажения данных бухгалтерского учета, факта не достоверного отражения информации о поступлении и выбытии материалов и товаров в оборотно-сальдовых ведомостях по счетам 10 и 41.

Как разъяснено в п.24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как указано выше при анализе бухгалтерской отчетности должника установлены ряд операций, из которых следует выбытие имущества из владения должника, в отношении которых при этом отсутствуют первичные документы, подтверждающие их обоснованность: как в плане объяснения несоответствий в отчетности, так и в плане объяснения выбытия имущества.

Кроме того, материалами дела установлено, что до момента возникновения обязательства перед кредитором ООО «МК «Технэкс» по погашению задолженности - до марта 2018г. - ООО «Сибкон» выступал только покупателем продукции ООО «ПФК». Однако в 2018г. согласно сведениям о движении денежных средств по расчетному счету ООО «ПФК» направляет контрагенту ООО «Сибкон» несколько платежей на общую сумму 305 600 рублей, как оплату за у него товары (пл/поручения от 29.03.2018г, 15.05.2018г., 15.06.2018г.). Первичные документы, подтверждающие реальность данных сделок, отсутствуют.

Так как руководитель должника не передал арбитражному управляющему ОСВ по счету «Основные средства» ни за один год на основании только данных бухгалтерских балансов невозможно установить, какие в принципе основные средства имелись у ООО "ПФК" в 2017 и 2018 годах, имелось ли в собственности должника другое грузовое оборудование. Так, в первичной документации имеются документы о приобретении и доставке в адрес ООО «ПФК» металлопродукции весом более 10 т у ООО «УралСибТрейд» в 2017г., доставка производилась транспортом поставщика - тягач с прицепом- но не автокраном. Для разгрузки такого веса груза тоже требуется грузоподъемное оборудование. В первичной документации за 2018 г. транспортные накладные отсутствуют, не передана ни одна транспортная накладная по поставкам, совершенным в 2018г., равно как акты о заказе транспортных и экспедиторских услуг у транспортных компаний. Между тем продукция должником активно как отгружается, так и закупается в 2018г., а аренда производственных площадей у ООО «ПФК» прекратилась еще в декабре 2017г. и собственного транспорта нет.

Также в представленных должником книгах продаж за 2017г. отражено 1316 операций по продажам. Из них авансовых счетов-фактур 340. Т.е. «чистых» продаж без учета выставленных на предоплату счетов - 976 операций на общую сумму 29 984 655,4 руб. без НДС (35 381 893,37 с НДС). При этом передано должником УПД, товарных накладных и актов выполненных работ (то есть первичной документации по совершенным продажам) всего по 339 отгрузкам (товаров, работ, услуг). Не передано документов еще на 637 операций. По реестрам должника, которые были приложены им к переданной временному управляющему ФИО7 первичной документации по отгрузкам за 2017г. числится всего 355 документов.

В книге покупок должника за 2017г. отражено всего 1018 операций по закупкам товаров и услуг. Из них авансовых - 318. То есть «чистых» операций по закупкам без учета авансов совершено в 2017г. - 700 на общую сумму 13 395 906,6 руб. без НДС (15 807 169,8 руб. с НДС). Передано первичной документации всего по 511 закупкам товаров и услуг должником в 2017г. То есть по 200 операциям по закупкам должника в 2017г. документы не переданы. По реестру документов должника о покупках за 2017г. числится только 435 документов. При этом не все их них - товарные накладные, УПД или акты, по существенной части поставок есть только счет-фактура.

В книге продаж должника за 2018г. отражено 347 операций по продажам. Из них авансовых - 99. То есть чистых продаж без учета авансов всего 248 на общую сумму 14 400 398,41 руб. без НДС (16 992 470,12 руб. с НДС). То есть должны быть переданы документы по 248 операциям по реализации продукции и услуг в 2018г. Фактически передано только 207. То есть без учета погрешности на дублирующиеся по ряду отгрузок документы, по 41 операции по продажам в 2018г. документы должником не переданы.

В книге покупок должника за 2018г. отражено 557 операций. Из них авансовые - 140. «Чистых» операций по приобретению товаров и услуг должником в 2018г. без учета авансов всего 417 на общую сумму 11 481 223,36 руб. без НДС (15 381 276,56 руб. с НДС). Передано первичной документации по закупкам в 2018г. всего по 245 операциям. По 172 операциям по закупкам первичная документация не передана.

Как следует из ч. 1 ст. 6, ч. 2 ст. 13 Закона от 6 декабря 2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" вести бухучет и составлять бухгалтерскую отчетность обязаны все без исключения организации. На эту обязанность никак не влияет то, какой метод ведения бухгалтерского учета использует предприятие, метод начисления или какой-то иной. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, отчетность подлежат хранению в течение 5 лет (ст.29ФЗ № 402-ФЗ).

Одним из наиболее распространенных регистров синтетического учета при составлении бухгалтерского баланса является оборотно-сальдовая ведомость. В этом регистре за определенный период по каждому синтетическому счету приводится информация об остатке на начало периода, оборотах за период и сальдо на конец периода. Оборотно-сальдовые ведомости должно вести каждое предприятие. Малое предприятие (МСП), к каковым себя относит должник, может отказаться от полного рабочего плана счетов (приказ Минфина России от 21 декабря 1998 г. № 64н). План счетов при ведении упрощенного бухгалтерского учета можно сократить так: — применять счет 10 «Материалы» вместо счетов 07, 11 — использовать счет 20 «Основное производство» вместо счетов 23, 25, 26. Но совсем отказать от ведения плана счетов МСП не может исходя их приведенных норм.

В материалы дела временным управляющим вместе с отчетом о результатах процедуры наблюдения переданы полученные от должника положения об учетной политике для целей бухгалтерского учета за 2015-2018гг. Они были переданы не в полном объеме, в частности, положения об учетной политике за 2016-2018г. переданы должником не было. Однако как

Как пояснил представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании 19 мая 2020г. по рассмотрению заявления временного управляющего об истребовании документов должника, учетная политика для целей бухгалтерского учета была создана в ООО «ПФК» один раз в 2014г. и не менялась до 2019г. Следовательно, для целей бухгалтерского учета в 2018г. применялось та же учетная политика, что и в 2015,2016 и 2017гт.

Согласно выписке из Реестра субъектов малого и среднего предпринимательства ООО «ПФК» получило статус микропредприятия 01 августа 2016г.

Однако никаких изменений в связи с этим в учетную политику для целей бухгалтерского учета ООО «ПФК» на следующие годы внесено не было, и должник продолжил применять ту же учетную политику, что использовалась им и в 2015 году. Таким образом ООО «ПФК» и в 2016 и в 2017 и в 2018 годах должно было вести полный план счетов. Но ни за один год руководителем должника не переданы о/с ведомости по счетам 01,02,03,04,05,08,45,52,58,63,67,73,75.

При этом, отказывая определением от 22.05.2020 временному управляющему в истребовании оборотно-сальдовых ведомостей, суд исходил из их отсутствия у должника, то есть отсутствия субъективной и объективной возможности передачи истребуемых документов.

Однако тот факт, что такие документы в нарушение ФЗ о бухгалтерском должником в рассматриваемый период не велись, не освобождает руководителя должника от ответственности за организацию бухгалтерского учета, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций и организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности.

Также из той части документов, которая фактически была передана руководителем должника временному управляющему, видно ООО «ПФК» вело оборотно-сальдовые ведомости по ряду бухгалтерских счетов в 2016,2017 и 2018гг.

Возможность ведения бухгалтерского учета в упрощенном порядке не освобождает такого субъекта от обязанности соблюдения сроков хранения документов бухгалтерского учета, обязательных к оформлению всеми юридическими лицами, независимо от наличия у них статуса субъекта малого предпринимательства. Кроме того, возможность ведения плана счетов в сокращенном объеме при применении упрощенного порядка ведения бухгалтерского учета никак не объясняет тот факт, что за разные годы временному управляющему был передан разный состав ОСВ, хотя перечень их в 2016г. не должен отличаться от 2017 и 2018г.

Из состава переданных ОСВ за 2016-2018гг видно, что:

• ОСВ в 2017 и 2018 по счетам 50 и 44 велись должником, учетная политика не менялась, значит, они должны быть и в 2016г, но за 2016 их нет.

• За 2017: не переданы о/с ведомости по счетам 71 и 44. Хотя за 2016 и 2018гг. они есть.

• За 2018: не переданы о/с ведомости по счетам 10,25, 26, 40, 50, 66, 71. А они должны быть, потому что велись должником и в 2016 и в 2017г,

То есть намеренно не переданы ведомости, на основании которых арбитражный управляющий мог бы проследить судьбу приобретенных материалов, комплектующих и товаров в 2018г. в том числе на наличие оснований для оспаривания сделок.

Кроме того, из материалов дела следует, что ответчиком осуществлялось

ненадлежащее ведение бухгалтерского учета, нарушение требований к форме книг продаж и покупок.

Ответчик ссылается, что ряд отраженных счетов-фактур в книге продаж (операций по продажам) фактически являются авансовыми счет-фактурами.

Форма книги продаж утверждена Постановлением Правительства РФ от 26.12.2011 № 1137 (в ред. Постановления Правительства от 19.08.2017 № 98, образец бланка должен содержать :- графу За "Регистрационный номер таможенной декларации"; - графа 36 "Код вида товара".

Согласно установленным Правительством РФ требованиям счет-фактура на аванс должна заноситься в книгу продаж с обязательным обозначением кода вида операции (КВО).

Продавец фиксирует зачет аванса в книге продаж кодом 02, а покупатель на основании полученного авансового счета-фактуры в книге покупок тоже проставляет КВО 02. Перечень шифров, используемых для обозначения типа фиксируемой операции, приведен в приказе ФНС от 14.03.2016 г. № ММВ-7-3/136. Документ содержит единый список, в который входят коды, применяемые в книге продаж и других учетных журналах, в налоговой декларации по НДС.

Однако книги продаж и покупок должника за 2016-2(118гг. кодов операций не содержит, что не позволяет арбитражному управляющему отделить авансовые счет-фактуры от реально совершенных отгрузок.

То есть при неполном комплекте первичной документации по отгрузкам, включая авансовые счета-фактуры, товарные накладные или иные передаточные документы по отгрузкам, и счета-фактуры, выставленные после отгрузки, на основании одних только книг продаж и книг покупок невозможно достоверно установить ни объем совершенных сделок по отгрузке товара, ни объем закупленных товаров, ни состояние расчетов за товар с покупателями и поставщиками.

Также из материалов дела следует, что арбитражному управляющему не передана в полном объеме первичная документация по совершенным сделкам: отгрузочные документы, то есть те, которые подтверждают реальность совершенных сделок - договоры, товарные накладные, акты выполненных работ.

Так у конкурсного управляющего отсутствует первичная документация по ряду закупок у поставщиков, которым ООО «ПФК» производило оплату за продукцию в 2018г.

Так Согласно переданным ФИО2 первичным документам ООО «Вега», ИНН <***> поставлен товар в адрес ООО «ПФК» на общую сумму 960 560 руб. По данным поставкам у ООО «ПФК» имеются только счета-фактуры: №VG1806210001 от 21.06.2018 на сумму 296 400 руб. №VG1806260001 от 26.06.2018 на сумму 322 180 руб. №VG1806280001 от 28.06.2018 на сумму 331 980 руб. Отгрузочные и платежные документы отсутствуют.

Из анализа расчетных счетов должника установлено, что в 2018г. ООО «ПФК» оплачено в адрес ООО «Велес» (ИНН <***>) и за продукцию 2 196 302,6 рублей (согласно выписке по расчетному счету). Отгрузочные документы, подтверждающие поставку продукции в адрес ООО «ПФК» на указанную сумму, в переданной ФИО2 арбитражному управляющему первичной документации отсутствуют.

В 2018г. ООО «ПФК» ООО Компания «Вира-плюс» (ИНН <***>) оплатило за продукцию 24 828,6 рублей по с/ф №212 от 05.03.2018г. Отгрузочные документы по этой поставке ООО «ПФК» не переданы.

В 2018г. ООО «ПФК» оплатило ООО «Метинвест» (ИНН <***>) за продукцию 1 200 470 рублей, с/ф №5/04/06 от 04.06.2018 на сумму 500 000 руб., № з/01 /06 от 01.06.2018 на сумму 150 870 руб., № 5/13/06 от 13.06.2018 на сумму 305 200 руб., № 3/27/03 от 27.03.2018 на сумму 253 400 руб. По данным поставкам ООО «ПФК» переданы только счета-фактуры, отгрузочные документы, подтверждающие совершение поставок в адрес ООО «ПФК» не переданы.

В 2018г. ООО «ПФК» оплатило ООО «НТК Премиум» (ИНН <***>) за продукцию 325 327 рублей по с/ф №7 от 22.01,2018г. Отгрузочные документы по этой поставке ООО «ПФК» не переданы.

В 2018г. ООО «ПФК» оплатило ООО «Группа компаний Демидов» (ИНН <***>) за продукцию 167 408,52 руб. По данным поставкам переданы счета-фактуры: с/ф №ГКД07/НВС050318003 от 05.03.2018г. на сумму 77 562,3 рублей, №ГКД07/ФИЛ280618011 от 28.06.2018г. на сумму 25 465 рублей, №ГКД07/ФИЛ280618010 от 28.06.2018г. на сумму 64 381,22 рублей. Отгрузочные документы, подтверждающие совершение поставки в адрес ООО «ПФК» не переданы.

В 2018г. ООО «ПФК» оплачено ООО ТД «УралСибТрейд» (ИНН <***>) за продукцию 1 975 600,25 рублей. Представлены счета-фактуры, отгрузочные документы, подтверждающие совершение поставки в адрес ООО «ПФК» на указанную сумму не переданы.

Согласно счету-фактуре №А1277 от 01.06.2018г. ООО Торговый дом «Спаркс» (ИНН <***>) в адрес ООО «ПФК» должен был быть поставлен буфет д/документов на сумму 42 000 руб. Отгрузочные документы на этот шкаф не переданы. При этом у ООО «ПФК» на июнь 2018г. не было собственного офиса, чтобы понадобилось приобретать офисную мебель. В реализации товаров покупателя ООО «ПФК» данный шкаф не фигурирует, то есть товар приобретался не для перепродажи, а для собственных нужд.

Также не передана документация по сделкам с покупателями.

Так, ООО «ПФК» в апреле 2018г. участвовало в торгах, организатором которых выступал ОАО «Агрохолдинг Сибирский премьер». По результатам данной закупки ООО «ПФК» был заключен договор на монтаж экструдера и изготовление осевого шнекового транспортера для АО «Новосибирская птицефабрика» (протокол подведения итогов от 27.04.2018г., лот№ Т-0006128/1). Арбитражному управляющему данный договор и первичные документы по этой сделке не переданы, хотя оплата от этого покупателя согласно выписке по расчетному счету на счет ООО «ПФК» в 2018г. поступала, и в книге продаж данная сделка также фигурирует. В отсутствие же первичных документов невозможно установить в полном ли объеме, или частично, была исполнена данная сделка в том числе контрагентом должника, то есть нет возможности проверить наличие дебиторской задолженности.

В переданных конкурсному управляющему документах имеется договор взаимозачета между ООО «ПФК», ООО «Сибкон» и ООО «Агат» от 30.06.2018г., на основании которого считается погашенной задолженность ООО «Сибкон» перед ООО «ПФК». При этом не переданы документы (договоры, отгрузочные документы), подтверждающих реальность совершения сделок, взаимные обязательства по которым зачтены. Кроме того договор взаимозачета от 30.06.2018г. был передан временному управляющему только после предъявление требований временным управляющим ООО «ПФК» к дебитору ООО «Сибкон» о погашении установленной задолженности в качестве доказательства погашения задолженности. Ранее этот документ временному управляющему в составе первичной документации за 2018г., полученной им от руководителя должника 24.01.2020г., не был передан, и оригинал данного Договора отсутствует. Учитывая изложенное, кредитором заявлены сомнения в реальности прекращения обязательств по уплате задолженности ООО «Сибкон» зачетом. Однако в отсутствие первичных документов, подтверждающих обоснованность сомнений, сделка не была оспорена.

Таким образом, материалами дела в полном объеме подтверждаются как доводы об искажении бухгалтерской отчетности, так и доводы о неполной передаче документов должника, обязанность ведения которых подтверждается материалами дела. При этом, как искажение отчетности, так и не передача документов не позволили в полной мере проанализировать деятельность должника, определить основные активы должника, идентифицировать их, в том числе дебиторскую задолженность; выявить подозрительные сделки, проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

ФИО2 как руководитель должника имела возможность ведения бухгалтерского учета в должном виде, составления всех первичных документов по оформлению хозяйственных операций и хранению таких документов необходимое количество времени и впоследствии при введении процедуры передать в полном объеме арбитражным управляющим. Однако из материалов дела следует, что обязанности руководителя в указанной части исполнялись ФИО2 ненадлежащим образом, бухгалтерская отчетность содержит несоответствия, не опровергнутые документально. Имеющиеся документы содержат данные о хозяйственных операциях, имеющих признаки подозрительных сделок, проверить которые отсутствует возможность ввиду не передачи первичных документов. Имеются данные о перечислениях, которые ввиду отсутствия первичных документов не имеется возможности проверить на предмет наличия оснований для взыскания дебиторской задолженности.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о доказанности совокупности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по указанному основанию – подпункт 2 пункта 1 ст.61.11 Закона о банкротстве.

Рассмотрев доводы конкурсного управляющего, кредитора и возражения ответчиков по второму основанию - вывод активов должника (денежных средств, запасов, основных средств), суд приходит к следующим выводам.

В главе 1 настоящего заявления, конкурсный управляющий привел доводы со ссылками на доказательства, подтверждающие наличие у должника машин и оборудования для производства работ и оказания услуг контрагентам.

Кроме того, в бухгалтерском балансе за 2017г. указано, что запасы должника составляют 3 080 000 руб.

Однако никаких материальных ценностей бывшим руководителем конкурсному управляющему не было передано. При этом никаких пояснений относительно судьбы запасов должника и причин отсутствия основных средств у последнего, ответчики не представили.

Кроме того, после возникновения задолженности перед ООО «МК «Технэкс» согласно материалам дела должник начинает предпринимать активные действия по прекращению своей хозяйственной деятельности и избавлению от имеющегося у предприятия имущества. Фактически ООО «ПФК» прекратило свою производственную деятельность 01.06.2018г - к этому времени истек срок действия договора аренды помещения ООО «ПФК», иных помещений в аренде не было, ведение книг продаж и покупок завершено должником 30.06.2018г.

С июля по октябрь должник производственную и торговую деятельность уже не осуществлял, а оставшиеся и поступающие от покупателей по ранее совершенным сделкам денежные средства направил на погашение кредиторской задолженности перед банками, работниками и бюджетом -задолженность по арендным платежам, комиссии банков, налоговые платежи и страховые взносы, выплата заработной платы, оплата охранных услуг и тп.

Однако согласно выписке с расчетного счета вплоть до конца июня 2018г. ООО «ПФК» продолжало операции по активному приобретению и оплате товаров, в большом количестве закупив металлы и комплектующие при отсутствии заключенных с контрагентами договоров на поставку товаров или изготовление оборудования, для которого понадобились бы эти материалы и комплектующие.

При этом согласно оборотно-сальдовой ведомости по счету 10 «Материалы» за 2017г. на конец 2017 года на балансе ООО «ПФК» оставалось материалов на сумму 2 790 986,8 рублей, а также готовой продукции на сумму 288 820,64 рубля (ОСВ по счету 41 «Номенклатура»).

Но при введении процедуры наблюдения в отношении ООО «ПФК» временным управляющим никакого имущества у ООО «ПФК» не обнаружено. Оборотно-сальдовую ведомость по счету 10 «Материалы» за 2018 год, из которой было бы видно, куда направлены остатки материалов в 2018 году, должник временному управляющему и конкурсному управляющему не передал.

Вместе с тем в период с марта 2018г. по октябрь 2018г. ООО «ПФК» продало контрагенту ООО «Сибкон» материалы и комплектующие по ряду сделок. Общая сумма сделок по оформленным с данным контрагентам документам составила 743 157 рублей. Однако продажа материалов и комплектующих осуществлена ООО «ПФК» по заниженным ценам, в ущерб интересам ООО «ПФК». В частности, в 2016г.-2017гг. ООО «ПФК» продавало ролики для конвейеров по 530-869 руб. за штуку. В 2018г. ООО «ПФК» продает те же модели роликов контрагенту ООО «Сибкон» по цене в 8-10 раз ниже, 80-160 рублей за штуку, одновременно другим незаинтересованным покупателям аналогичный товар продается по рыночным ценам.

Так, т/н № 137 от 17.08.2016г, покупатель ООО «Карьермаш», цена ролика 102х245 для ООО «Карьермаш» 530,55 руб. б/ндс, для ООО «Сибкон» - 388,89 руб. (с/ф № 330/1 от 29.06.2018г.) Средняя рыночная цена на эту модель роликов 600 (+ -100р.) за штуку.

Ролики диаметра 89х200 проданы покупателю ООО «Сибкон» по цене 123,9 руб. с НДС. (с/ф № 330/1 от 29.06.2018г.)

Само ООО «Сибкон» реализует ролики этой модели по цене от 619 руб. (прайс-лист ООО «Сибкон»).

Ролики диаметра 127* ООО «Сибкон» приобрел у ООО «ПФК» по цене 466,67 руб. за штуку (с/ф № 149 от 15.03.2018г.), в то время как само ООО «Сибкон» реализует ролики данного диаметра по ценам от 975р. до 4 163р. за штуку.

В 2018г. ООО «Сибкон» проданы шнеки соевые и зерновые по цене 7 220,12 руб. и 7 009,2 руб. за штуку с НДС соответственно (с/ф № 330/1 от 29.06.2018). Товар продан при этом по цене ниже даже тех, по которым ранее этот товар приобрел сам должник ООО «ПФК» (закуплены данные шнеки у ООО «Одис» и ООО «Промсибальянс» в 2017г. по более высоким ценам - шнек зерновой за 7 778 руб. за штуку, а шнек соевый за 7 440 руб. за штуку, т/н № 7 от 24.01.2017г. ООО «Одис», № 30 от 22.03.2017г., № 43 от 04.04.2017г. ООО «Промсибальянс»).

Помимо заниженных цен сбыта оставшегося у ООО «ПФК» имущества, ООО «Сибкон» не оплатил в полном объеме полученную от ООО «ПФК» по данным сделкам продукцию. Так в 2017г. ООО «Сибкон» приобрело у ООО «ПФК» товаров на сумму 369 720 рублей, в 2018г. на сумму 788 897 рублей. Оплачено покупателем ООО «Сибкон» за 2 года всего 521 21 0 рублей. Долг 637 407 рублей -ООО «ПФК» под руководством ФИО2 с дебитора ООО «Сибкон», не взыскивался.

В ответ на требование временного управляющего к ООО «Сибкон» о погашении задолженности, ФИО2 от имени ООО «ПФК» временному управляющему представлена копия договора от 30.06.2018г. о проведении взаимозачета ООО «ПФК», ООО «Сибкон» и третьим лицом ОО «Агат» о погашении взаимной задолженности в размере 654 307 рублей.

Как указано выше документы, подтверждающие реальность погашенных зачетом обязательства не представлены.

Также заслуживают внимания следующие обстоятельства.

Последний транспортер в 2018г. был изготовлен и поставлен ООО «ПФК» 13.04.2018г. (в адрес ООО «Водные технологии», УПД 205 от 13.04.2018г.).

Хотя должник ООО «ПФК» далее производством транспортеров не занимался, он продолжил закупать специфическую продукцию, используемую для изготовления транспортеров. Например, 01.06.2018г. по с/я 3/01/06 приобрело у ООО «Метинвест» опору конвейера. Документов на дальнейшую перепродажу кому-либо этой опоры конвейера нет, товар не отражен как товар для перепродажи в ОСВ по счету 41, ни одного транспортера после 01 июня 2018г. должник больше не изготовил.

Также в июле должник приобрел 12 колес большегрузных (УПД 21232 от 10.07.2018г.), которые в производственной деятельности в июле 2018 года уже не использовались Документы об их последующей реализации в переданной арбитражному управляющему документации за 2018г. отсутствуют. Данная закупка не отражена и в ведомости по счету 41 за 2018г.

По данным ответчика (в таблице «Ведомость материалов за 2018») должником приобретено в 2018г. 6 488 подшипников, подшипники используются при изготовлении роликов, однако такого количества роликов в 2018г. должник не произвел и не реализовывал, иных документов, обосновывающих выбытие от должника более чем 6 тысяч подшипников тоже нет.

В 2017г. и в 2018г. должник закупал большое количество металла - круг обрезной, стальные листы, трубы, круг лепестковый, фермы, прокат арматурный и т.д., которые он, по словам ответчика, якобы использовал для производства своей продукции. В 2017 г. по данным ОСВ 10 «Материалы» должником приобретено более 31 тонн круга металлического разного диаметра и более 200 тонн трубы. Первичная документация об использовании указанного металла должником при производстве или дальнейшей его реализации отсутствует. То есть 230 тонн металла исчезли с баланса должника только в 2017г.

Несмотря на прекращение производственной деятельности в апреле 2018г., должник и в мае и в июне и в июле продолжал закупать металл, то есть производственное сырье при отсутствии фактической производственной деятельности, где бы оно могло быть использовано.

Как самостоятельный товар должник этот металл не перепродавал. Из анализа первичной документации об отгрузках товаров покупателям в 2018г. следует, что с мая 2018г. реализация продукции должником заключалась лишь в перепродаже готовых запчастей и комплектующих - ролики, муфты, шайбы, болты, кронштейны, уголки, втулки, винты, переходники, адаптеры, уголки, крепежные втулки, барабаны и т.д. Закупаемые им металлы (круг обрезной, лист стальной, труба) в производственной деятельности, которую он уже не вел, использоваться не могли. Однако и остатков металлов на конец 2018г. у должника нет.

Согласно анализу расчетного счета должника 17 485 186,24 рублей поступило на счет должника в 2018г. (ОСВ по счету 51 за 2018). Из них согласно книге покупок за 2018г. 15 381 276,56 руб. с НДС направлено на закупку материалов в 2018г.. Из этой суммы только 4 028 708 руб. - на приобретение товаров для перепродажи. Остальные 11,3 млн.руб. потрачены на закупку материалов, расходование которых в 2018г. первичной документацией не подтверждается, но которые фактически выбыли из владения должника к концу 2018г.

В 2016-2018гг. должником приобреталась продукция, не используемая им в производственной деятельности, которой тоже не оказалось в наличии у должника на конец 2018г., но документов о ее реализации или ином правомерном выбытии с баланса должника в 2018г. нет.

Так, в 2016-2018гг. должник закупил:

- 3 комплекта автошин (товарные накладные ООО «ТШ-Сервис» №ТШ-1526 от 17.07.2017, ЖПН-0699 от 20.04.2017, №ТШ-0678 от 07.04.2016г.). При том, что транспортных средств на балансе ООО «ПФК» никогда не было.

- автошампунь для бесконтактной мойки (УПД 25103 от 31.08.2017г.).

- 2 видеокамеры с картой памяти и модулем памяти (товарная накладная №12537 от 19.12.2017г., с/ф 1190 от 12.02.2018г.)

- монитор и системный блок (товарная накладная № 31 от 20.02.2017г).

- по данным ОСВ по счету 10 за 2017г. отражено также приобретение ноутбука DNS в 2017г., который согласно данным ОСВ в том же году был реализован. Однако никаких документов о его реализации нет.

- в ОСВ 10 за 2017г. отражено приобретение стиральной машины.

- также в 2018г. должником приобретен робот-пылесос Polaris у ООО «Колорлон» (УПД 82 от 20.06.2018), данная операция не отражена в ОСВ 41 и документов на выбытие этого товара с ООО «ПФК» не имеется.

Относительно приобретенных видеокамер, стиральной машины и компьютера (системный блок с монитором) согласно данным ОСВ 10 и 41 - они перешли как остатки материалов и товаров в 2018г. Никаких документов об их реализации в 2018г. также нет, и по данным должника никакого имущества у него на конец года уже не было.

Кроме того, в материалы дела представлены документы, подтверждающие, что с момента прекращения работы ООО «ПФК», находящееся во владении ФИО4 ООО «Сибкон» продолжило ту же деятельность, которую вел должник.

Так, до июня 2018г. ООО «Сибкон» было зарегистрировано в г.Новосибирске. С 06 июня 2018г. предприятие меняет адрес регистрации на Бердск (ул.Химзаводская, 1).

На сайте ООО «ПФК» вносятся изменения в части наименования компании (название ООО «ПФК» заменено на ООО «Сибкон»), а описание продукции компании, опыта работы на рынке, описание информации о самой компании, контактные телефоны, и адрес сайта, ранее принадлежавшего ООО «ПФК», остались те же (что подтверждается нотариальными протоколами осмотра доказательств от 28.03.2018г. и 25.06.2019г.).

После прекращения работы ООО «ПФК» резко возрастают обороты ООО «Сибкон». Так, согласно данным его бухгалтерской отчетности: за 2017г. общий объем выручки компании составлял 2 354 рубля за год, за 2018г. выручка предприятия увеличилась на 38 417 000 рублей и составила 42 418 000 рублей. Также увеличились оборотные активы ООО «Сибкон» по строке «Запасы» с 350 000 рублей до 8 520 000 рублей. По строке «Запасы» отражаются активы, используемые в качестве сырья, материалов и т. п. при производстве продукции, предназначенной для продажи (выполнения работ, оказания услуг), приобретаемые непосредственно для перепродажи, а также используемые для управленческих нужд организации.

ООО «ПФК» затратило на покупку металлов, материалов и комплектующих перед прекращением своей деятельности не менее 20 миллионов рублей, и из всех закупленных материалов к моменту введения банкротства на предприятия ничего не осталось. Приведенный выше анализ бухгалтерской отчетности, имеющий явные несоответствия, подтверждает довод конкурсного кредитора и управляющего о том, что данные активы выведены на ООО «Сибкон», фактически принадлежащее бенефициару ФИО4.

Также выше приведены данные о том, что активы должника ООО «ПФК» выбыли в рамках неэквивалентных сделок - ООО «ПФК» в 2018г. длительное время реализовало ООО «Сибкон» материалы по заведомо заниженным ценам, в ряде случаев даже ниже цены приобретения, а также продало основные средства, участвовавшие в производственной деятельности (автопогрузчик), что не характерно для обычной хозяйственной деятельности. Согласно прайс-листу самого ООО «Сибкон» продукцию, приобретенную у ООО «ПФК» по заниженным ценам, оно реализует по более (в 8-10 раз) высоким ценам.

Фактически ООО «Сибкон» использовалась с целью двойной перепродажи приобретенных у должника материалов по более высокой цене. В результате прибыль от реализации имущества получала компания ООО «Сибкон», а задолженность по обязательствам перед контрагентами образовывалась у должника ООО «ПФК».

Данная схема позволила ФИО4 и ФИО2, после прекращения деятельности ООО «ПФК», продолжить ведение деятельности через ООО «Сибкон», не утрачивая активы. Погашение должником задолженности перед кредитором ООО «МК «Технэкс» стало невозможным из-за отсутствия какого-либо имущества, в том числе денежных средств, которые могли бы поступить от реализации закупленного на ООО «ПФК» товара. Также ввиду не передачи документов, искажения бухгалтерской отчетности погашение требования кредитора стало невозможным и в ходе конкурсного производства.

Также из материалов дела следует, что в процессе переговоров о заключении сделки с ООО «МК «Технэк» ООО «ПФК» направило в адрес кредитора с коммерческим предложением «Презентацию» своей деятельности, в составе которой фигурировали 2 документа: сертификат соответствия на продукцию «Запасные части к конвейрам шахтным ленточным» № 1985506, выданное на имя ООО «ПФК», а также Патент на полезную модель «Конвейерная система для перемещения грузов в зону их обработки», патентообладателем указан ФИО4, патент зарегистрирован в 2013г.

В первичной документации ООО «ПФК» отсутствуют какие-либо документы о передаче интеллектуальных прав (право на использование полезной модели) ФИО4 обществу «ПФК». То есть ООО «ПФК» пользовалось данной интеллектуальной собственностью ФИО4 без юридического оформления, что помимо прочего подтверждает доводы кредитора о фактической заинтересованности ФИО2, ФИО4 и как следствие ООО «ПФК» и ООО «Сибкон».

В настоящее время на сайте ООО «Сибкон» по адресу www.pfkon.ru в разделе «О компании» размещены эти же самые документы - Сертификат соответствия № 1985506, выданный на имя ООО «ПФК», и Патент на полезную модель № 133518, которые теперь использует в своей деятельности ООО «Сибкон». В составе имеющейся у конкурсного управляющего документации ООО «ПФК» отсутствуют документы о передаче права на использование сертификата соответствия, выданного ООО «ПФК», компании «Сибкон».

Таким образом, в общество «Сибкон», принадлежащее бенефициару ФИО4, в 2018г. фактически выведены активы должника ООО «ПФК» по экономически не выгодным для него сделкам и отсутствием встречного исполнения со стороны покупателя, в целях воспрепятствования обращения взыскания на них по требованию иных кредиторов.

ООО «Сибкон» продолжает вести ту же самую деятельность, что вел должник, и производить ту же самую продукцию, что и должник. На сайте ООО «Сибкон» сообщает потенциальным заказчикам, что его производство по изготовлению конвейерного оборудования включает в себя более чем 60 единиц промышленного оборудования, в т.ч.: фрезерные станки, токарные станки, выльцовочные станки, гильотинные ножницы, сварочные посты, механические и гидравлические прессы, а также станки для газовой резки, плазменной резки металла и шнегобичный пресс.

При этом по утверждению ФИО2 для ведения той же самой деятельности ООО «ПФК» обходилось отвертками и плоскогубцами без специального оборудования.

В материалах дела имеются иные доказательства фактической аффилированности ООО «Сибкон» и ООО «ПФК».

Так, в январе - июле 2018г. практически весь товар, который ООО «ПФК» забирал у поставщиков самовывозом - от имени ООО «ПФК» получал некий ФИО8, указанный в отгрузочных документах, как водитель (например, УПД № 2 от 10.01.2018, № 5364 от 22.02.2018, №345 от 27.02.2018, № 212 от 05.03.2018, №449 от 14.03.2018, № 388 от 17.05.2018, № 10999 от 28.06.2018.и т.д.)

Между тем, документы, подтверждающие наличие водителя в штате ООО «ПФК» не представлено, а также документов, подтверждающих наличие у должника у должника собственных либо арендованных транспортных средств для осуществления грузоперевозок.

Также согласно данным отчетности ООО «ПФК» за 2016-2018г. (справки о доходах и суммах налога физического лица, которые ООО «ПФК» предоставлял в ПФ РФ ежегодно как налоговый агент по каждому из сотрудников), из данных ОСВ по счету 70 (сотрудники, виды начислений), и приказов об увольнении сотрудников в 2018г., переданных временному управляющему руководителем должника, работника ФИО8 у ООО «ПФК» не было ни в 2016, ни в 2017, ни в 2018гг.

Одновременно данное лицо - ФИО8 - принимало товар у поставщиков в интересах покупателя ООО «Сибкон» (например, УПД КЦ-937 от 06.07.2018, товарная накладная № БД-000006115 от 05.07.2018г., товарная накладная № 526 от 04.07.2018г. и другие согласно приложению № 10 к настоящим дополнениям).

Кроме того, по отгрузочным документам, в которых фигурирует данный водитель, ООО «ПФК» регулярно приобретало такие нестандартные для его деятельности товары, как масло индустриальное И-20А (напр., УПД №151 от 09.02.2018 ООО «Сиббензинсервис»), которое согласно ГОСТ 20799-88 «Масла индустриальные» предназначено для применения в качестве рабочих жидкостей в гидравлических системах станочного оборудования, автоматических линий, прессов, для смазывания легко- и средненагруженных зубчатых передач, направляющих качения и скольжения станков, где не требуется специальные масла. Однако в составе имущества ООО «ПФК» станков, по утверждению ответчиков, и согласно документам бухгалтерского учета, не было.

Учитывая изложенное, суд относится критически к письменным и устным пояснениям ФИО2 по организации производственного процесса ООО «ПФК», согласно которым фактически производственный процесс представлял собой ручную сборку, не требующую использования станков и оборудования. Пояснения относительно того, зачем предприятию при отсутствии станков может понадобиться промышленное масло для их смазывания, и зачем в штате нужен сотрудник на должности «Станочник широкого профиля», в материалы дела не представлены.

Также обращает на себя внимание следующее обстоятельство: в договоре № 11 от 07.02.2018г., заключенном ООО «ПФК» с ООО «НКУК», в и.5.2. указано, что поставка товара производится поставщиком ООО «ПФК» путем выборки его покупателем со склада, находящеюся но адресу ул.Химзаводская, д. 1/1. Документы, подтверждающие наличие у ООО «ПФК» склада по этому адресу не представлены. При этом по указанному адресу находится ООО «Сибкон». Также в материалах дела имеются документы, подтверждающие, что товар, закупаемый ООО «ПФК» у его поставщиков, доставлялся по адресу ООО «Сибкон» - на ул Химзаводская, д. 1/1. Так по запросу конкурсного управляющего поставщик ООО ТД «Спаркс» предоставил отгрузочный документ и путевой лист на доставку товара по поставке, совершенной в адрес ООО «ПФК» 18 мая 2018г. (УПД № 1420 от 18.05.2018г.). Доставка товара до покупателя ООО «ПФК» производилась силами поставщика. Согласно путевому листу ООО ТД «Спаркс» № 88 от 18.05.2018г. товар для ООО «ПФК» доставлялся по адресу Химзводская, 1 к. 1.

Также из переданной арбитражному управляющему документации ООО «Сибкон» видно, что:

• в 2018г. ООО «Сибкон» начал закупать продукцию у поставщиков, с которыми до этого работало ООО «ПФК», а ООО «ПФК» напротив, прекратило у них закупки. Так, ООО «ПФК» систематически весь 2017г. и до мая 2018г. закупало продукцию у ООО «Крепеж Центр». С мая ООО «ПФК» перестает сотрудничать с этим поставщиком. А с июля 2018 закупать такую же продукцию (болт, гайка, гровер) у ООО «Крепеж Центр» начинает ООО «Сибкон». ООО ТД «УралСибТрейд» активно поставляет ООО «ПФК» продукцию в 2017 году и до июня 2018г. Последняя поставка в адрес ООО «ПФК» произошла 26.06.2018г. А с июля 2018г. у ООО ТД «УралСибТрейд» начинает закупать эту же самую продукцию (труба, прокат арматурный, круг, лист г/к) уже ООО «Сибкон». ООО «РесурсБелт» весь 2017г. и до мая 2018г. поставляет продукцию в адрес ООО «ПФК». Последняя отгрузка происходит 17.05.2018г. А с июня 2018г. закупать ту же продукцию у ООО «РесурсБелт» начинает ООО «Сибкон» (клей двукомпонентный, футировочная резина). ООО «НСК Подшипник Сервис» - весь 2017г. и до мая 2018г. поставляет продукцию в адрес ООО «ПФК». С июля 2018г. закупать продукцию у этого поставщика начинает ООО «Сибкон» и закупает ту же самую продукцию, что и ООО «ПФК» (подшипники). ЗАО «Энергокомплектсервис» весь 2017г. и до мая 2018г. поставляет продукцию в адрес ООО «ПФК». Последняя отгрузка происходит 15.05.2018г. С июля 2018г. закупать ту же самую продукцию (контактор КМИ, реле) у этого поставщика начинает ООО «Сибкон». Такая же смена покупателя происходит и у поставщиков ООО Сибирский торговый дом «МСС», ООО «СибТрейд», ООО «Фирма «Чалдон», ООО «Сиббензинсервис», ООО «Ратэк». При этом прослеживается тенденция: ООО «Сибкон» начинает приобретать продукцию у тех же поставщиков непосредственно после того, как это перестает делать ООО «ПФК»; закупается та же самая продукция, что ранее закупал ООО «ПФК».

Также заслуживают внимания следующие обстоятельства.

В материалах дела имеются документы о датах прекращения трудовых отношений с должником ООО «ПФК», каждого из работников, уволенных в 2018г., когда предприятие прекратило свою деятельность (приказы об увольнении работников ООО «ПФК» в 2018г., оборотно-сальдовая ведомость по счету 70 за 2018г. «Сотрудники, виды начислений (выплат)на сотрудников ООО «ПФК» и справки о доходах и суммах налога физического лица за 2018г., сданные в составе отчетности должника по его сотрудникам за 2018г).

При сопоставлении этих сведений с информацией, предоставленной Пенсионным Фондом, установлено, что 8 из 10 работников должника после увольнения в 2018г. из ООО «ПФК» были практически сразу же приняты на работу в аффилированные организации - 7 в ООО «Сибкон», а один - ФИО9 - в настоящее время работает в ООО ПК «Сибпромтехнологии», руководителем и единственным учредителем которого является брат ответчика ФИО4 - ФИО10:

ФИО11 до 31.07.2018г. сотрудник ООО «ПФК», с августа 2018г. по настоящее время – ООО «Сибкон».

ФИО12 до 31.07.2018г. сотрудник ООО «ПФК»с августа 2018г. по настоящее время– ООО «Сибкон».

ФИО13 до 01.08.2018г. сотрудник ООО «ПФК» с августа 2018г. по настоящее время– ООО «Сибкон».

ФИО14 до 30.11.2018г. сотрудник ООО «ПФК» с ноября 2018г. по настоящее время– ООО «Сибкон».

ФИО15 до 31.07.2018г. сотрудник ООО «ПФК», с августа 2018г. по настоящее время– ООО «Сибкон».

ФИО9 до J6.01.2018. сотрудник ООО «ПФК» В настоящее время работает в ООО ПК «Сибпромтехнологии».

Еще один работник - ФИО16, работавший в ООО «ПФК» в 2017г. (согласно отчетности ООО «ПФК» по выплатам сотрудникам за 2017г), с января 2018г. принят на работу в ООО «Сибкон», где он проработал до мая 2019г.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о доказанности доводов конкурсного управляющего и конкурсного кредитора о выводе активов должника на аффилированное лицо – ООО «Сибкон» с целью продолжения деятельности, ранее осуществляемой должником, чем в конечном итоге причинен вред кредитору должника в виде невозможности удовлетворения его требований, как по причине отсутствия у должника имущества и средств, так и по причине фактического прекращения деятельности конкретным Обществом, при продолжении той же деятельности иным зависимым Обществом. Учитывая, что фактически на ООО «Сибкон» переведено все производство должника, суд отклоняет доводы ответчиков о незначительности конкретных, указанных кредитором, подозрительных сделок должника с ООО «Сибкон».

Таким образом, материалами дела в полном объеме подтверждается наличие основания для привлечения к субсидиарной ответственности – подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротсве.

Согласно пп. 3 п. 4 ст. 61.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» лицо предполагается контролирующим, если оно извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ. По указанному признаку возможно привлечь любое лицо, которое извлекает выгоду из незаконного или недобросовестного поведения менеджмента компании (вне зависимости от наличия формально-юридических связей), в т.ч. когда бенефициар извлек существенную выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не смогла бы образоваться, если действия менеджмента соответствовали закону, а также принципу добросовестности.

В соответствии с п. 3 Пленума №53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В данном случае к таким бенефициарам недобросовестного поведения ФИО2 при управлении должником ООО «ПФК» относится ФИО4.

ФИО4 является единственным участником и руководителем ООО «Сибкон», ИНН <***>. Компания создана 01.03.2017г. Основной вид деятельности компании - ОКВЭД 46.69 «Оптовая торговля машинами и оборудованием», в числе дополнительных видов деятельности - ОКВЭД 46.90 «Торговля оптовая неспециализированная», ОКВЭД 28.22 «Производство подъемно-транспортного оборудования».

ФИО2. ООО ПФК - должник. Компания создана 08.08.2014г. Основной вид деятельности - ОКВЭД 46.90 «Торговля оптовая неспециализированная», в числе дополнительных видов деятельности ОКВЭД 46.69 «Оптовая торговля машинами и оборудованием», ОКВЭД 28.22.7 и 28.22.9.

ФИО4, несмотря на то, что согласно справке о доходах физического лица за 2017г., прекратил свою работу в ООО «ПФК» с августа 2017г., в период с сентября 2017 по февраль 2018г. продолжал представлять интересы ООО «ПФК» в гражданско-правовых отношениях с третьими лицами - контрагентами должника.

При этом такое представительство осуществлялось не на основании гражданско-правовой сделки между ООО «ПФК» и ФИО17 (например, поручение). ФИО4 представлял интересы ООО «ПФК» как представитель руководящего аппарата общества, вел переписку с контрагентами, называя себя техническим директором ООО «ПФК» (также участвовал в совещаниях от имени ООО «ПФК» как лицо, занимающее такую должность), электронная переписка с контрагентом ООО «МК «Технэкс» велась ФИО4 с электронного адреса ОрО «ПФК», хотя работником ООО «ПФК» он уже юридически не являлся. ФИО4 вел переговоры с ООО «МК «Технэкс» от имени ООО «ПФК» как технический директор ООО «ПФК» - до заключения сделки на изготовление транспортера, в процессе ее исполнения в целях урегулирования вопроса об устранении обнаруженных дефектов оборудования и после расторжения сделки.

В подтверждение представлена переписка с ООО «ПФК» в лице ФИО4 в период с 25.08.2017г. по 02.03.2018г. (сделка заключена 06.09.2017г):

• письмо от 25.08.2017г. - подтверждение возможности изготовления на производственной базе ООО «ПФК» конвейера по запросу ООО «МК «Технэкс».

• письмо от 07.09.2017г. - обсуждение способа подключения конвейера.

• письма от 13.12.2017г., 20.12.2017г и 22.12.2017г. - обсуждение возможности и способов устранения недостатков оборудования.

• Также 14.12.2017г. ООО «МК «Технэкс» в связи с обнаруженными при монтаже конструктивными дефектами поставленного транспортера направило в адрес ООО «ПФК» вызов на техническое совещание 19.12.2017г. с целью принятия решения о возможности ввода в эксплуатацию с учетом обнаруженных дефектов. Для участия в этом совещании от ООО «ПФК» прибыл ФИО4 лично, в акте осмотра реверсного конвейера от 19.12.2017г. зафиксировано, что со стороны изготовителя ООО «ПФК» участвует технический директор ФИО4, в акте есть его подпись.

Поскольку недостатки так и не были устранены к февралю 2018г. - 28.02.2018г. ООО «МК «Технэкс» направило в адрес ООО «ПФК» уведомление о необходимости согласования вопроса по выносу дефектного конвейера с места его установки. Данное уведомление было вручено должнику путем передачи телефонограммы лично ФИО4 на номер мобильного телефона. 02 марта 2018г. с адреса ФИО4 поступило в адрес кредитора электронное письмо с прикрепленным файлом официального ответа, подписанного директором ФИО2 20.04.2018г. в адрес ООО «ПФК» кредитором была направлена претензия о возмещении убытков (экспресс-почтой Даймиф). Согласно почтовым документам данная претензия получена от имени должника ООО «ПФК» заместителем директора ФИО4 (принял по описи с досмотром при доставке).

Также по завершении судебного процесса 25.12.2018г. по делу А60-27236/2018 ООО «МК «Технэкс» направило поставщику ООО «ПФК» требование забрать некачественный товар и вывезти его с территории объекта, где он был размещен на хранение, или иным образом распорядиться им в срок до 14.01.2019г. Данное требование также направлено экспресс-почтой, согласно почтовым документам, требование получено 10.01.2019г. от имени ООО «ПФК» ФИО4 (подпись в Описи вложения о принятии с досмотром при доставке).

Таким образом, материалами дела подтверждается, что ФИО4, несмотря на отсутствие формально-юридических отношений с обществом «ПФК», на протяжении двух лет представлял интересы общества с отношениях с третьими лицами, в частности, с контрагентом ООО «МК «Технэкс», именуя себя при этом техническим директором и заместителем директора ООО «ПФК».

Также ФИО4 заключал в 2017 г. сделки от имени ООО «ПФК» с правом подписания договоров (например, договор поставки № 2017/1-п от 24.03.2017г.), ему была выдана доверенность ООО «ПФК» на заключение сделок № 1 от 16.01.2017г.

Таким образом, фактически данное ФИО4 имел возможность и средства не только оказывать влияния на решения ООО «ПФК» и его руководителя, но и распоряжаться активами общества.

Также в материалах дела имеются документы, подтверждающие, что ФИО4 и ФИО2 проживали совместно и были зарегистрированы по одному адресу <...> (справки о доходах ф.л., расширенные выписки из ЕГРЮЛ на ООО «Промфактор» и ООО «Сибкон»).

Кроме того выше указано на то обстоятельство, что в процессе переговоров о заключении сделки с ООО «МК «Технэк» ООО «ПФК» направило с коммерческим предложением «Презентацию» своей деятельности Патент на полезную модель «Конвейерная система для перемещения грузов в зону их обработки», где патентообладателем указан ФИО4, патент зарегистрирован в 2013г., документы о передаче интеллектуальных прав отсутствую, без которых использование действительно чужого патента было бы невозможно.

Также выше указано, что в настоящее время на сайте ООО «Сибкон» по адресу www.pfkon.ru в разделе «О компании» размещен Сертификат соответствия № 1985506, выданный на имя ООО «ПФК» при отсутствии документов о передаче права на использование сертификата соответствия, выданного ООО «ПФК», компании «Сибкон». Кроме того в Сертификате соответствия на продукцию № 1985506, выданном на имя ООО «ПФК» в качестве контактных данных указаны мобильный телефон <***>. принадлежащий ФИО4, этот же номер телефона в настоящее время фигурирует как контактный номер ООО «Сибкон», размещен на их сайте в разделе «Контакты», что видно из нотариального протокола осмотра доказательств от 25.06.2019г., скриншота сайта ООО «Сибкон» по состоянию на 20.01.2021г.

Учитывая изложенное, суд признает ФИО4 контролирующим должника лицом, которое наряду с директором ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 ст.61.11 Закона о банкротстве.

Согласно п.8 ст.61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Также конкурсным управляющим в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности заявлено неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ внесены изменения в Закон о банкротстве, который дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции настоящего Федерального закона.

Поскольку заявление конкурсного управляющего подано в арбитражный суд после 01.07.2017, его рассмотрение производится по правилам главы 3.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ в части применения норм процессуального права.

Кроме того, поскольку датой возникновения обязанности подачи заявления конкурсный управляющий указывает 19.12.2017 года, применению подлежат также положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

В соответствии с п.1 ст.61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно п.12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Таким образом, целью правового регулирования, содержащегося в пунктах 1,2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Конкурсный управляющий определил дату возникновения обязательства по подаче заявления – 19.12.2017, дату составления должником и ООО МК «Технэкс» акта об устранении недостатков оборудования, изготовленного должником для кредитора. Впоследствии в связи с не устранением недостатков, в результате которых использование оборудования невозможно, с должника была взыскана задолженность в пользу ООО МК «Технэкс» непогашение которой явилось поводом к возбуждению настоящего дела о банкротстве.

Как следует из материалов дела с момента инициирования ООО МК «Технэкс» спора о взыскании задолженности с ООО «ПФК», последним приняты меры к переводу активов на ООО «Сибкон» в результате чего и стало невозможным удовлетворение требований ООО МК «Технэкс», установленных вступившем в законную силу решением от 13.12.2018.

При указанных обстоятельствах не имеется оснований для выводов, что признаки объективного банкротства у должника появились в момент составления акта о недостатках.

С учетом вышеуказанных разъяснений и обстоятельств, а также того, что размер субсидиарной ответственности за неподачу заявления составляет размер требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли после даты, когда руководитель должника должен был обратиться с заявлением о признании общества банкротом, а такие обязательства отсутствуют, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований в данной части.

Поскольку в настоящее время не завершены мероприятия в конкурсном производстве, не представляется возможным определить размер субсидиарной ответственности, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для приостановления производства по делу на основании статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

О П Р Е Д Е Л И Л:

Привлечь ФИО2 и ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Общества с ограниченной ответственностью «ПФК».

Приостановить производство по заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 солидарно до окончания расчетов с кредиторами.

Определение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) в течение десяти дней со дня его вынесения. Жалоба подается через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья

А.Н. Антошина