Гражданский кодекс часть 1

Дело слушалось 31 мая 2018 года, в порядке ст.163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлялся перерыв. Резолютивная часть определения объявлена 04 июня 2018 года. Определение в полном объеме изготовлено 09 июня 2018 года.

Арбитражный суд Орловской области в составе судьи И.В. Нефёдовой,при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания С.А. Викторовой, рассмотрев в открытом судебном заседании заявление ФИО1 (Орловская область, Урицкий район) к обществу с ограниченной ответственностью «Ореол» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 303830, <...>) о несостоятельности (банкротстве) – проверка обоснованности требований заявителя, при участии: от заявителя – представитель ФИО2 (доверенность от 26.02.2018), от ликвидатора должника – ФИО3 (доверенность от 30.05.2018 №1), присутствует ФИО4 (паспорт), после перерыва: представители те же, установил:

ФИО1 (далее заявитель, кредитор) обратился в арбитражный суд с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Ореол» (далее – должник, ООО «Ореол»), в котором просит суд признать должника банкротом, ввести в отношении должника процедуру конкурсного производства; включить его требования к должнику в третью очередь реестра требований кредиторов в размере 333 250 руб., из них 330 000 руб. – сумма основного долга; 3250 руб. – расходы по госпошлине; утвердить конкурсным управляющим ФИО5 из числа членов Некоммерческого партнерства «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса».

В материалы дела поступило (30.05.2018) ходатайство о процессуальном правопреемстве, в котором ФИО4 просит произвести процессуальную замену заявителя по делу №А48-2010/2018 с ФИО1 на гражданина ФИО4 в связи с оплатой последним задолженности ООО «Ореол» перед ФИО1 путем внесения денежных средств в депозит нотариуса. Также ФИО4 заявлено ходатайство об отказе от заявления и прекращении производства по делу.

Представитель заявителя просит отказать в удовлетворении ходатайства ФИО4, по мнению кредитора, единственной целью погашения требования ФИО6, является утверждение в деле о банкротстве должника конкурсного управляющего, кандидатура которого предложена иными кредиторами. При этом ФИО6 указал, что по состоянию на текущую дату требования его требования составляют более 1,4 млн. руб., в связи с чем его правовой интерес, как кредитора, заключается в погашении всех своих требований.

Представитель ликвидатора по ходатайству о процессуальном правопреемстве полагается на усмотрение суда.

После перерыва представитель заявителя указал, что денежные средства не получены ФИО6, поскольку невозможно было установить режим работы нотариуса. На вопрос суда: когда обязательство считается исполненным, представитель заявителя сослался на пункт 160 Правил нотариального делопроизводства.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд считает установленными следующие обстоятельства.

При обращении в суд с заявлением о признании должника – ООО «Ореол» банкротом заявитель по делу – ФИО6 в обоснование своих требований ссылался на наличие задолженности должника перед заявителем по договору №8 от 16.08.2017 в сумме 330 000 руб., подтвержденной вступившими в законную силу судебным приказом мирового судьи судебного участка №2 Заводского района г.Орла от 30.10.2017 по делу №2 -2661/2017, которым также в пользу заявителя взысканы 3 250,00 рублей - расходов по уплате государственной пошлины.

23.05.2018 ФИО4 в порядке подп. 1 п. 2 ст. 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) в счет погашения просроченной задолженности ООО «Ореол» на депозит нотариуса Орловской областной нотариальной палаты ФИО7, перечислено 333 250 руб. в счет уплаты на основании судебного приказа № 2-2661/2017 от 30 октября 2017 года, что подтверждается извещением о внесении в депозит нотариуса, представленным в материалы дела.

На основании изложенного ФИО4 обратился в суд с ходатайством о процессуальном правопреемстве, ссылаясь на подп. 1 п. 2 ст. 313 ГК РФ.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ) арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к выводу о том, что заявление ФИО4 о процессуальном правопреемстве и отказе от заявления о признании должника банкротом подлежит удовлетворению. При этом суд исходит из следующих обстоятельств.

В соответствии с п. 1 ст. 313 ГК РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях: 1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; 2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество (п. 2 ст. 313 ГК РФ в ред. Федерального закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ).

В рассматриваемом случаеимеется просрочка исполнения денежного обязательства ООО «Ореол» перед ФИО6.

Доказательств того, что обязательство должника должно было быть исполнено лично, материалы дела не содержат.

Таким образом, ФИО4 имел право исполнить обязательство должника перед кредитором в соответствии с п. 2 ст. 313 ГК РФ, а ФИО6 обязан принять данное исполнение.

При этом судом учтено, что юридически значимым обстоятельством для применения статьи 313 ГК РФ в данной редакции является не момент возникновения основного обязательства, а момент исполнения обязательства третьим лицом, который влечет возникновение прав и обязанностей у сторон правоотношений.

Аналогичный вывод изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2016г. № 305-ЭС16-8619 по делу №А41-61444/2015.

В силу п. 5 ст. 313 ГК РФ к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса.

Возможность исполнения третьим лицом обязательства посредством внесения долга в депозит нотариуса предусмотрена пунктом 4 статьи 313 ГК РФ.

В подпункте 4 пункта 1 статьи 327 ГК РФ определено, что при уклонении кредитора от принятия исполнения должнику предоставляется право внести причитающиеся с него деньги в депозит нотариуса.

В силу п. 2 ст. 327 ГК РФ внесение денежной суммы в депозит нотариуса считается исполнением обязательства.

В соответствии со статьей 87 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Верховным Советом Российской Федерации 11.02.1993 N 4462-1, нотариус в случаях, предусмотренных гражданским законодательством Российской Федерации, принимает от должника в депозит денежные суммы и ценные бумаги для передачи их кредитору.

О поступлении денежных сумм и ценных бумаг нотариус извещает кредитора и по его требованию выдает ему причитающиеся денежные суммы и ценные бумаги.

Принятие в депозит денежных сумм и ценных бумаг производится нотариусом по месту исполнения обязательства.

Арбитражным судом установлено, что 23.05.2018 ФИО4 внес на депозитный счет нотариуса Орловской областной нотариальной палаты ФИО7 333 250 руб. в счет уплаты на основании судебного приказа № 2-2661/2017 от 30 октября 2017 года, что подтверждается извещением о внесении в депозит нотариуса, представленным в материалы дела.

При этом указанные обстоятельства были известны заявителю до объявления перерыва в судебном заседании 31.05.2018. Более того, в материалы дела представлены доказательства направления заявителю 01.06.2018 телеграммы, содержащей информацию о месте нахождения нотариуса, режим работы нотариуса.

При таких обстоятельствах, арбитражным судом отклоняются как необоснованные доводы представителя ФИО6 о том, что денежные средства не были получены заявителем, поскольку невозможно было установить режим работы нотариуса.

Как обоснованно указал ФИО4, нежелание ФИО1 получать денежные средства с депозита нотариуса не означает отказ от перехода права требования к ФИО4, поскольку переход уже произошел в силу императивного характера п. 5 ст. 313 ГК РФ.

Кроме того, довод представителя ФИО6 о том, что обязательство считается исполненным в случае передачи наследникам или кредиторам всех внесенных в депозит нотариуса причитающихся им денег и ценных бумаг не основан на нормах права, поскольку в силу положений п. 2 ст. 327 ГК РФ внесение денежной суммы в депозит нотариуса считается исполнением обязательства.

При этом, арбитражный суд считает необходимым отметить, что законодательство о банкротстве не содержит запрета на исполнение обязательства должника третьим лицом на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом.

На основании статьи 10 ГК РФ суд может признать переход прав кредитора к третьему лицу несостоявшимся, если установит, что, исполняя обязательство за должника, третье лицо действовало недобросовестно, исключительно с намерением причинить вред кредитору или должнику по этому обязательству, например, в случаях, когда третье лицо погасило лишь основной долг должника с целью получения дополнительных голосов на собрании кредиторов при рассмотрении дела о банкротстве без несения издержек на приобретение требований по финансовым санкциям, лишив кредитора права голосования (абз. 3 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 №54).

По смыслу Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) законный материальный интерес любого кредитора должника прежде всего состоит в наиболее полном итоговом погашении заявленных им требований. Все предоставленные кредиторам права, а также инструменты влияния на ход процедуры несостоятельности направлены на достижение названной цели.

Одним из таких инструментов является полномочие первого заявителя по делу о банкротстве (чье требование признано обоснованным) на предложение кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации, из числа членов которой подлежит назначению арбитражный управляющий для проведения первой введенной судом процедуры (пункт 9 статьи 42 Закона о банкротстве). При этом интерес в осуществлении данного полномочия в любом случае должен быть обусловлен наличием конечного интереса в получении удовлетворения по включенному в реестр требованию.

Арбитражным судом установлено, что обязательства перед ФИО1, являющиеся основанием для возбуждения производства по делу №А48-2010/2018 считаются исполненными, следовательно, у ФИО1 отпал подлежащий защите правовой интерес как в предложении кандидатуры арбитражного управляющего, так и в самом участии в деле о банкротстве.

Факт исполнения обязательств перед заявителем в полном объеме до введения первой процедуры несостоятельности не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ФИО4.

Ссылка заявителя на правовые позиции, изложенные в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 30.03.2015 №302-ЭС15-1618, от 16.06.2016 N 302-ЭС16-2049, от 16.07.2016 N 305-ЭС16-7422, от 15.08.2016 N 308-ЭС16-4658, ошибочна, поскольку названные судебные акты приняты по делам, обстоятельства которых не схожи с обстоятельствами, установленными по настоящему делу.

Следовательно, в данном случае отсутствуют основания для применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2017 N 305-ЭС16-15945.

Довод заявителя о наличии долговых обязательств должника «Ореол» перед ФИО6 не имеют правового значения при рассмотрении настоящего обособленного спора, поскольку в соответствии с пунктом 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, ФИО6, как заявитель по делу о банкротстве, самостоятельно определил объем требований к должнику при подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), не заявив требование в размере 1 114 288,16 руб. Кроме того, в материалы дела не представлен судебный акт, подтверждающий обоснованность заявленных требований.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При этом, арбитражный суд обращает внимание ФИО6, что кредитор не лишен возможности реализовать свои притязания к должнику в установленном законом порядке, в том числе путем предъявления требования для включения его в реестр при ведущемся производстве по делу о банкротстве должника.

Каких-либо иных мотивированных и документально обоснованных доводов в обоснование своей позиции по делу ФИО6 суду не привел.

Согласно ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим федеральным законом.

В силу п. 1 ст. 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Из разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что при переходе требования заявителя к другому лицу после возбуждения дела о банкротстве, в том числе на этапе рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом, рассматривающий дело о банкротстве суд самостоятельно производит замену заявителя его правопреемником, при этом не требуется предварительной замены его в деле, по которому был вынесен подтверждающий его требование судебный акт.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ходатайство о процессуальном правопреемстве и замене заявителя ФИО1 на ФИО4 подлежит удовлетворению.

Одновременно с ходатайство о процессуальном правопреемстве ФИО4 заявил об отказе от заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

В статье 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцу предоставляется право до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично. При этом согласно ч. 5 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ от иска истца, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

Согласно пункту 1 статьи 7 Закона о банкротстве, правом на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом обладают должник, конкурсный кредитор, уполномоченные органы.

Таким образом, ФИО4 с учетом произведенного процессуального правопреемства в данном деле пользуется правами истца.

Закон о банкротстве не содержит запрета на отказ заявителя от заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Отказ от заявленных требований представляет собой акт распоряжения процессуальным правом – правом на судебную защиту.

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Поскольку предъявление требования о признании должника несостоятельным (банкротом) представляет собой одну из форм осуществления гражданского права, кредитор вправе отказаться от его реализации.

Отказ от заявленных требований в данном случае подписан непосредственно ФИО4.

Последствия отказа от заявления, предусмотренные ч. 3 ст. 151 Арбитражного процессуального кодекса РФ заявителю известны и понятны (протокол судебного заседания от 04.06.2018).

При таких обстоятельствах,учитывая, что заявленный отказ не противоречит закону и не нарушает права других лиц, арбитражный суд в соответствии с пунктами 2, 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимает заявленный ФИО4 отказ от заявления о признании ООО «Ореол» несостоятельным (банкротом).

Согласно пункту 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если истец отказался от иска, и отказ принят арбитражным судом, арбитражный суд прекращает производство по делу.

Вместе с тем, согласно п. 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, если до принятия судом определения по результатам рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом заявитель (в том числе сам должник) откажется от своего требования о признании должника банкротом (часть 2 статьи 49 АПК РФ), то при наличии других заявлений о признании должника банкротом суд прекращает производство по заявлению, от которого заявитель отказался, применительно к пункту 4 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Судом установлено наличие поданного в арбитражный суд заявления ФИО8 (Орловская область, г.Ливны) о признании ООО «Ореол» несостоятельным (банкротом).

При таких обстоятельствах суд считает необходимым прекратить производство по заявлению ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Ореол», от которого кредитором заявлен отказ, применительно к пункту 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Производство по делу №А48-2010/2018 о несостоятельности (банкротстве) должника в данном случае прекращению не подлежит.

В соответствии с ч. 1 ст. 112, ч. 1 ст. 151 Арбитражного процессуального кодекса РФ при вынесении определения о прекращении производства по делу суд, руководствуясь общим принципом отнесения судебных расходов на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ), разрешает вопрос о распределении расходов.

Согласно п. 3. ч.1 ст. 333.40 Налогового кодекса РФ при прекращении производства уплаченная по делу госпошлина подлежит возврату, за исключение случаев добровольного удовлетворения ответчиком требований истца после обращения последнего в арбитражный суд и вынесения определения о принятии искового заявления к производству.

При таких обстоятельствах, учитывая, что погашение задолженности произведено за должника третьим лицом без возложения должником на него такой обязанности, государственную пошлину в размере 300 руб. 00 коп., уплаченную при обращении в суд первоначальным заявителем по делу по чек-ордеру от 20.03.2018, следует возвратить ФИО1 (Орловская область, Урицкий район) из федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. ст. 49, 110, 150, 151, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

О П Р Е Д Е Л И Л:

Ходатайство ФИО4 (г. Орел) о процессуальном правопреемстве удовлетворить.

Произвести процессуальную замену заявителя по делу №А48-2010/2018 с ФИО1 на ФИО4.

Принять отказ ФИО4 от заявления о признании общества с ограниченной ответственностью «Ореол» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 303830, <...>) несостоятельным (банкротом).

Производство по заявлению ФИО4 о признании общества с ограниченной ответственностью «Ореол» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 303830, <...>)несостоятельным (банкротом) прекратить.

Возвратить ФИО1 (Орловская область, Урицкий район) из федерального бюджета госпошлину в размере 300 руб. 00 коп., уплаченную по чек-ордеру от 20.03.2018г.

Выдать справку на возврат госпошлины

На определение может быть подана апелляционная жалоба в Девятнадцатый Арбитражный апелляционный суд (г. Воронеж) через Арбитражный суд Орловской области в течение одного месяца со дня вынесения определения.

Судья И.В. Нефёдова