Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем Михалевой А.Н., рассмотрел в открытом судебном заседаниизаявление финансового управляющего о признании сделки должника недействительной, поданными в рамках дела по заявлению публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» (119048, <...>, <...>; ИНН <***>; 1020280000190) о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: с. Матвеево Лысьвенского района, Пермской обл.; 618900, <...>; ИНН <***>; ОГРНИП <***>),

к ответчику: ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; <...>).

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены (часть 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ).

Суд установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 27.11.2019 (резолютивная часть от 20.11.2019) ФИО1 (далее – должник) признана несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества сроком на пять месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Объявление об открытии процедуры реализации имущества должника опубликовано в ЕФРСБ 20.12.2020.

Финансовый управляющий 31.03.2021 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора дарения от 30.11.2015 по передаче 1/5 доли в праве на жилое здание, кадастровый номер 59:09:0014006:64, общей площадью 33,8 кв.м., расположенное по адресу: <...> доли в праве на земельный участок, кадастровый номер 59:09:0014006:5, общей площадью 730 кв.м., расположенный по адресу: <...>, заключенный между ФИО1, ФИО4 и ФИО2.

Определением суда от 28.04.2021 заявление принято к производству.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Орган опеки и попечительства над несовершеннолетними, ФИО5, ФИО6, ФИО7.

ФИО1 в письменном отзыве считает заявление необоснованным и не подлежащим удовлетворению, указав, что спорное имущество является единственным жильем для должника и членов его семьи.

Заинтересованные лица, уведомленные надлежащим образом, в судебное заседание не явились, заявлений, ходатайств не представили.

Арбитражный суд, исследовав материалы дела, установил следующее.

30.11.2015 между ФИО1, ФИО4 (Дарители) и ФИО2 (Одаряемая) заключен договор дарения жилого дома и земельного участка.

Согласно п.1.1 договора Дарители безвозмездно передают в собственность по 1/5 доли каждый на объекты недвижимости – жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Пермский край, Лысьвенский район, Лысьвенское г/п, <...>, а Одаряемая принимает их в качестве дара.

Переход права собственности был зарегистрирован 26.09.2019 года.

Финансовый управляющий полагая, что вышеуказанный договор дарения является недействительной сделкой по основаниям ст.61.2 Закона о банкротстве, ст. 10 ГК РФ, обратился в суд с соответствующим заявлением.

В соответствии со ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Из положений п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений по порядку ее применения следует, что в силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Арбитражный суд учитывает позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 N 52-КГ16-4 о том, что добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Учитывая дату заключения сделки (30.11.2015) и дату перехода права собственности к ответчику (26.09.2019), а дело о банкротстве должника возбуждено определением Арбитражного суда Пермского края от 01.10.2019, суд полагает, что заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной на предмет ее соответствия признакам статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» является правомерным.

В силу статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности.

На момент совершения сделки у ФИО1 имелись просроченные неисполненные обязательства по погашению суммы задолженности перед ПАО «БАНК УРАЛСИБ» в размере 1 767 706,88 рублей по кредитному договору №0123-VN2/00005, и 1 275 442,32 руб. по кредитному договору №0123-G02/00014, данное обстоятельство подтверждается решением Лысьвенского городского суда по делу 2-1906/2016 от 20.10.2016 года.

Также 04.10.2016 года определением Лысьвенского городского суда по делу 2-1906/2016 были наложены обеспечительные меры по заявлению Банка ПАО «БАНК УРАЛСИБ» на имущество в отношении Должника, ее супруга ФИО4 и ООО «Сфинкс».

Имущество было отчуждено в момент взыскания задолженности в пользу банка ПАО «Банк Уралсиб».

В Арбитражный суд Пермского края 27.09.2019 поступило заявление публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1.

В обоснование требований Банка указано, что решением Лысьвенского городского суда Пермского края по делу № 2-984/2019 от 09.09.2019, вступившим в законную силу 17.10.2019, взыскано солидарно с ФИО1, ФИО4, ООО «Сфинкс» в пользу ПАО «Банк Уралсиб» задолженность по кредитному договору № 0123-VN2/00005 от 27.11.2013 по состоянию на 10.07.2019 в общей сумме 1 079 295 руб. 46 коп.

Взыскано солидарно с ФИО1, ФИО4, ООО «Сфинкс» в пользу ПАО «Банк Уралсиб» задолженность по кредитному договору по договору № 0123-G02/00014 от 18.09.2014 по состоянию на 10.07.2019 в общей сумме 678 797 руб. 71 коп.

Взыскано солидарно с ФИО1, ФИО4, ООО «Сфинкс» в пользу ПАО «Банк Уралсиб» расходы по уплате госпошлины в сумме 60 000 рублей.

Взыскано солидарно с ФИО1, ФИО4, ООО «Сфинкс» в пользу ПАО «Банк Уралсиб» проценты за пользование кредитным средствами по кредитному договору № 0123-VN2/00005 от 27.11.2013 по ставке 19,5 % годовых, начисляемых на остаток суммы основного по кредиту за период с 11.07.2019 до дня полного погашения суммы основного долга по кредиту.

Взыскано с солидарно с ФИО1, ФИО4, ООО «Сфинкс» в пользу ПАО «Банк Уралсиб» проценты за пользование кредитным средствами по кредитному договору 0123-G02/00014 от 18.09.2014 по ставке 15,6 % годовых, начисляемых на остаток суммы основного долга по кредиту за период с 11.07.2019 до дня полного погашения суммы основного долга по кредиту.

Решением суда от 27.11.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника. Включено требование публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» в сумме 3 086 647,60 рублей основного долга, 1 211 921,23 рублей финансовых санкций в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1.

Таким образом, на дату совершения спорной сделки должник имел неисполненные обязательства перед вышеуказанным кредитором, срок исполнения которых на дату совершения сделки наступил.

Как установлено судом, ФИО2 является дочерью должника ФИО1

Должник поясняет, что жилье, находящееся по адресу: <...>, является единственным местом для проживанияФИО1 и членов ее семьи, иного жилья не имеет. Дочь должника посещает школу «СОШ №5», которая расположена недалеко от места проживания. В подтверждение фактического проживания и несения расходов по содержанию жилого дома, должником представлены справки по оплате за жилищно-коммунальные услуги.

Согласно выписке из ЕГРН следует, что дом, принадлежащий ФИО7 (мама должника), где ФИО1 зарегистрирована до настоящего времени, продан по договору купли-продажи от 12.06.2021г. По условиям договора купли продажи от 12.06.2021г. должник обязан сняться с регистрационного учета.

Должник поясняет, что один из собственников в настоящее время находится в местах лишения свободы, в связи с чем зарегистрироваться по месту жительства без его согласия не представляется возможным.

В спорном доме прописаны ФИО5 и ФИО6. При этом, как следует из пояснений лиц, участвующих в деле, в спорном доме фактически проживают ФИО5, ФИО1 ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО4.

При этом, ранее (с 2002 года) спорный дом принадлежал матери должника – ФИО7

Судом установлено, что 06.04.2011 между ФИО7 (Продавец) и ФИО4, ФИО1, действующая за себя и свих несовершеннолетних детей ФИО6, ФИО2, ФИО5, действующий с согласия своей матери ФИО1 (Покупатели) заключен договор купли-продажи, по условиям которого Продавец продает, а Покупатели покупают в долевую собственность по 1/5 доле в праве каждый 1-этажный бревенчатый жилой дом, общей площадью 33,8 кв.м., в том числе жилой площадью 23,3 кв.м., лит. А, находящийся по адресу: Пермский край, Лысьвенский район, Лысьвенское г/п, <...> и земельный участок, расположенный по тому же адресу, площадью 730 кв.м. разрешенное использование: под индивидуальным жилым домом, категория земель: земли населенных пунктов, под кадастровым номером 59:09:001 40 06:0005, а также пристрой (лит. a, al) и служебные строения (лит. Г, Г1, Г2, ГЗ, Г4,Г5), находящиеся по тому же адресу.

В п.2 договора отражено, что в продаваемом доме, прописаны и проживают ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, лиц сохраняющих право пользования вышеуказанным домом после его передачи в долевую собственность.

Стоимость имущества определена сторонами в размере 358 860,36 рублей.

Вышеуказанное имущество приобретено с использованием средств материнского капитала в размере 338 860,36 рублей, что следует из п. 4 договора.

Учитывая вышеуказанные обстоятельства, суд пришел к выводу, что указанное имущество является единственным жильем для должника и его семьи.

Между тем, исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" разъяснено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанное ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 456-О).

Судом установлено, что должник и его семья проживает в спорном доме до настоящего времени. После совершения оспариваемой сделки должником какие либо иные помещения, пригодные для постоянного проживания не приобретались, соответственно указанное спорное имущество не подлежит включению в конкурсную массу для последующей реализации в силу положений ч. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве, а так же ст. 446 ГПК РФ.

Доказательств наличия принадлежащего должнику иного жилого помещения, пригодного для постоянного проживания, в материалы дела не представлено.

Исходя из изложенного, суд установил, что в материалах дела отсутствуют надлежащие и достаточные доказательства, свидетельствующие о наличии в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии со ст.61.2 Закона о банкротстве.

Положения, предусмотренные статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не освобождают заявителя от необходимости доказывания наличия умысла у обоих участников сделки, их сознательного, целенаправленного поведения на причинения вреда иным лицам (конкурсным кредиторам). Также необоснованным является довод финансового управляющего о том, что сам факт заключения договора дарения говорит о злоупотреблении правом, учитывая, что по спорной сделке была доля в жилом доме, в котором проживают члены семьи должника.

Доказательства того, что в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, при совершении оспариваемой сделки стороны действовали исключительно с целью причинения вреда третьим лицам и нарушением пределов осуществления гражданских прав, в материалах дела отсутствуют.

Финансовым управляющим не представлены доказательства, подтверждающие факт злоупотребления должником своими правами при заключении договора дарения.

Проживание и регистрация в настоящее время должника и членов его семьи в спорной квартире само по себе о мнимости дарения не свидетельствует, соответствует обычной практике семейных отношений.

Заявленный финансовым управляющим подход способствует потенциальному возникновению долевой собственности несвязанных между собою лиц, ведет к ситуации, когда для членов одной семьи квартира, по сути, становится коммунальной и, в конечном счете, к нарушению права на достойную жизнь, достоинство личности и неприкосновенность жилища, что недопустимо (статья 25 Конституции Российской Федерации).

В случае несовершения сторонами спорной сделки по дарению, спорное имущество (1/5 доли в праве) обладало бы исполнительским иммунитетом и подлежало исключению из конкурсной массы по правилам пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве. Предложенное финансовым управляющим решение ухудшает положение совместно проживавшего с должником членов семьи в отсутствие к тому законных оснований.

Суд, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства на предмет наличия у оспариваемых сделок признаков их недействительности по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел выводу о том, что заявителем не представлено достаточных доказательств злоупотребления правом сторонами сделок, экономической нецелесообразности сделок, а также совершения спорной сделки в нарушение интересов должника и с намерением причинить вред как самому должнику, так и его кредиторам, в связи с чем, отсутствуют основания для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Госпошлина за рассмотрение заявления об оспаривании сделки должника в соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ должны быть отнесены на заявителя.

Руководствуясь ст.110,176,184-188,223 АПК РФ, ст.61.8 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» Арбитражный суд Пермского края

ОПРЕДЕЛИЛ:

В удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 6 000 рублей в счет возмещения расходов по уплате госпошлины.

Определение подлежит немедленному исполнению, может быть в течение десятидневного срока с момента принятия (изготовления в полном объеме) обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Пермского края.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет- сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда www.17aas.arbitr.ru.

Судья Л.В. Саликова