Гражданский кодекс часть 1

предъявленное в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) закрытого акционерного общества «Навигатор» (344019, <...>; ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего: представитель ФИО2, доверенность от 02.02.2015 сроком до 31.12.2015;

от ответчика: представитель ФИО3, доверенность от 24.11.2014 сроком на три года

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Навигатор» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – заявитель) обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительным протокола урегулирования разногласий от 15.05.2014, чартер-партии от 15.05.2014 недействительными сделками, освобождении ЗАО «Навигатор» от выплаты 100 000 долларов США.

Представитель конкурсного управляющего просил приобщить к материалам дела ответ на запрос.

Представитель ответчика не возражал против приобщения.

Руководствуясь статьями 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд, приобщает представленные документы к материалам дела.

Представитель конкурсного управляющего поддержал заявление о признании протокола урегулирования разногласий, чартер-партии недействительными сделками.

Представитель ответчика огласил отзыв, просил суд отказать в удовлетворении заявления.

Изучив материалы дела, оценив доводы заявления, выслушал представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к выводу о том, что требование заявителя удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как следует из документов, представленных заявителем, решением Арбитражного суда Ростовской области от 22.07.2014 ЗАО «Навигатор» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.10.2014 конкурсным управляющим закрытого акционерного общества «Навигатор» утвержден ФИО1 из числа членов некоммерческого партнерства «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Сведения о введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 135 от 02.08.2014.

Между TURSA TARIM URUNLERI SAN. VE TIC. LTD. STI и ЗАО "Навигатор" 15.05.2014 был заключен Протокол урегулирования разногласий, чартер партия от 15.05.2014 об осуществлении перевозки груза. Согласно заключенному Протоколу и чартер партии ЗАО "Навигатор" обязался перевезти груз из порта ФИО8-на-Дону в один из портов Мармары или Самсун, Турция.

В соответствии с п.п. 2.1, 2.2 п. 2 Протокола от 15.05.2014 TURSA TARIM URUNLERI SAN. VE TIC. LTD. STI перечислил на расчетный счет третьего лица, указанного в Протоколе – ENDLAKE LLP, сумму в размере 100 000 долларов США стоимости услуг по перевозке груза в 2 этапа.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Навигатор» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – заявитель) обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительным протокола урегулирования разногласий от 15.05.2014, чартер-партии от 15.05.2014 недействительными сделками, освобождении ЗАО «Навигатор» от выплаты 100 000 долларов США.

Заявление мотивировано следующим.

Конкурсный управляющий должника указывает на то, что указанные сделки были совершены неуполномоченным лицом, поскольку генеральный директор должника ФИО4 постановлением по делу об административном правонарушении мирового судьи судебного участка №4 Пролетарского района г. Ростова-на-Дону от 28.08.2013 года признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 5.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и ему назначено наказание в виде дисквалификации сроком на 1 год. Из этого конкурсным управляющим сделан вывод о том, что сделка, заключенная между компанией TURSA TARIM URUNLERI SAN. VE TIC. LTD. STI и ЗАО «Навигатор» в лице дисквалифицированного генерального директора, попадает в круг сделок, которые могут быть оспорены в судебном порядке.

Указывая на то, что спорная сделка была совершена после введения в отношении должника процедуры наблюдения, конкурсный управляющий делает вывод об осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника. По мнению заявителя, поскольку на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, очевиден факт причинения вреда имущественным правам кредиторов. Также об этом свидетельствует, исходя из заявления, значительность суммы сделки.

Заявитель также ссылается на то, что на момент заключения спорной сделки интересы ответчика - TURSA TARIM URUNLERI SAN. VE TIC. LTD. STI, представляла русскоязычная фирма - «Эберг, ФИО5 и партнеры», которая наделена достаточными полномочиями для осуществления представления интересов турецкой компании, и должна была знать о факте введения процедуры наблюдения на дату совершения сделки 15 мая 2014 года.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может, в частности, оспариваться уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктами 5-7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться в том числе путем проверки его по указанной картотеке.

Как следует из материалов дела, между TURSA TARIM URUNLERI SAN. VE TIC. LTD. STI и ЗАО "Навигатор" 15.05.2014 был заключен Протокол урегулирования разногласий, чартер партия от 15.05.2014 об осуществлении перевозки груза. Согласно заключенному Протоколу и чартер партии ЗАО "Навигатор" обязался перевезти груз из порта ФИО8-на-Дону в один из портов Мармары или Самсун, Турция.

Конкурсный управляющий должника указывает, что данная сделка была совершена генеральным директором должника, дисквалифицированным Постановлением по делу об административном правонарушении мирового судьи судебного участка №4 Пролетарского района г. Ростова-на-Дону Федотовой Е.Н. от 28.08.2013 года.

Данный довод заявителя отклоняется в силу следующего.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иным правовым актам, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима или не предусматривает иных последствий нарушения.

Из разъяснений Президиума Высшего Арбитражного Суда, изложенных в Информационном письме от 23.10.2000 г. N 57 "О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что статьями 168, 174 Гражданского кодекса РФ, с учетом положений Постановления Пленума ВАС РФ от 14.05.1998 г. N 9 "О некоторых вопросах практики применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации", следует руководствоваться в случаях превышения полномочий органом юридического лица (статья 53 Гражданского кодекса Российской Федерации ГК РФ) при заключении сделки, то есть для признания сделки ничтожной необходимо установление факта превышения полномочий органом юридического лица, установленных законом (иными правовыми актами).

Судом установлено, что обстоятельства, на которые ссылался конкурсный управляющий в обоснование заявления, не связаны с осуществлением полномочий каким-либо органом юридического лица, а имеет место заключение сделки лицом без полномочий (отношения представительства), в связи с чем к правоотношениям сторон подлежит применению статья 183 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающая иные последствия.

В соответствии со статьей 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку.

Должником совершались действия, предусмотренные п.5 Информационного письма ВАС РФ от 23.10.2000 № 57 «О некоторых вопросах практики применения статья 183 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Так подписаны и проставлены оттиски печати ЗАО «Навигатор» на:

- Дополнительном соглашении № 1 от 20.06.2014 к Протоколу от 15.05.2014, что свидетельствует о заключенности Протокола об урегулировании разногласий от 15.05.2014 и чартер партий от 15.05.2014, а также о совершении действий во исполнение указанного Протокола;

-Соглашении № 2 от 07.07.2014 к чартер партии от 15.05.2014, тем самым совершив сделку во исполнение Протокола от 15.05.2014;

-Чартер партии от 15.05.2014, тем самым заключив сделку, которая заключена во исполнение Протокола от 15.05.2014.

Кроме того, ЗАО «Навигатор» предоставил ответ (Письмо Исх. № 78 от 02.07.2014 на Претензию Истца от 01.07.2014 с печатью ЗАО «Навигатор», в которой подчеркнул, что подтверждает наличие правоотношений между заявителем и ЗАО «Навигатор» в рамках Протокола об урегулировании разногласий от 15.05.2014 и чартер партий от 15.05.2014.

ФИО6 также направлял Письмо Исх. от 20.06.2014 в адрес бывшего арбитражного управляющего ЗАО «Навигатор» ФИО7, в котором также действовал как генеральный директор ЗАО «Навигатор». Из текста указанного письма тоже явствует о признании за ЗАО «Навигатор» обязательств, вытекающих из Протокола об урегулировании разногласий от 15.05.2014 и чартер партий от 15.05.2014.

Далее, ФИО6 совершал действия во исполнение Протокола от 15.05.2014 и указанные в нем, в частности, связанные с :

- Отзывом судна из бербоут чартерного владения Вентурес Инк., Панама;

- Подачей иска против Вентурес Инк., Панама о взыскании убытков;

- Подписанием протокола урегулирования разногласий с Истцом;

- Подписанием между третьей компанией и Истцом новой чартер партии;

- Предприятием всех мер для отправки судна из Ростова-на-Дону;

- Предприятием всех мер для подготовки документов на груз с целью нормального выхода судна из порта ФИО8;

- Подписанием и направлением оригинала Протокола и чартер-партии в «НАВИГАТОР» через юридическую фирму "Эберг, ФИО5 и партнеры»;

- Обеспечением доверенности и (или) иным достаточным доказательством в подтверждение того, что лицо, подписавшее настоящий протокол, обладает данными полномочиями.

Дисквалификация является административным наказанием, которое в данном случае никак не может влиять на гражданско-правовые и корпоративные отношения, в частности в виде лишения права на совершение сделок. Административное наказание в виде дисквалификации, назначенное Черноштану, в соответствии со ст.32.11 КоАП РФ должно было быть немедленно после вступления судебного акта в законную силу исполнено лицом, привлеченным к административной ответственности. Санкция за неисполнение административного наказания предусматривается административным законодательством (ст. 14.23 КоАП РФ) и не предусматривает отмену полномочий генерального директора. Дисквалификация никак не может влиять на корпоративные и гражданские правоотношения, так как полномочия генерального директора возникают на основании решения общего собрания акционеров, а не закона.

Кроме того, данный вопрос уже являлся предметом оценки суда. Так, в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2015 по делу №А53-15991/2014 указано, что по смыслу статей 3.11, 14.23, 32.11 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях применение такого вида административного наказания не влечет автоматическую утрату лицом управленческих полномочий. Постановление суда о дисквалификации должно быть исполнено дисквалифицированным лицом и юридическим лицом. В случае неисполнения постановления виновные лица могут быть привлечены к административной ответственности в соответствии со статьей 14.23 названного Кодекса.

Доказательств того, что данное постановление было доведено до сведения TURSA TARIM URUNLERI SAN. VE TIC. LTD. STI в дело не представлено.

Информации о том, что после дисквалификации ФИО4 руководителем должника избрано другое лицо, а именно протокол собрания, внесение изменений в ЕГРЮЛ о смене исполнительного органа, в материалы дела заявителем жалобы не представлено.

Заявитель указывает на то, что в соответствии с п.2.3 Протокола урегулирования разногласий платежи должны были быть оплачены в пользу бенефициара «ENDLAKE LLP», на факт непоступления денежных средств в соответствии с условиями Протокола и чартер-партий от 15.05.2014 в адрес ЗАО «Навигатор».

В соответствии с пунктом 1 статьи 787 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору фрахтования (чартер) одна сторона (фрахтовщик) обязуется предоставить другой стороне (фрахтователю) за плату всю или часть вместимости одного или нескольких транспортных средств на один или несколько рейсов для перевозки грузов, пассажиров и багажа.

По своей правовой природе Протокол и чартер партия от 15.05.2014 являются двусторонними сделками, то есть договором. Указанные договоры являются синаллагматическими договорами (двусторонними), из чего следует, что ЗАО «Навигатор» и компания Ответчик являются по отношению друг к другу одновременно и кредиторами и должниками.

Генеральный директор ФИО4 на момент заключения оспариваемых сделок являлся генеральным директором ЗАО «Навигатор» и был уполномочен от лица ЗАО «Навигатор» заключать соответствующие сделки. Участники гражданского оборота как самостоятельные и независимые лица вправе сами определять, если иное не установлено законом, модель своего поведения, в том числе вправе выбирать бенефициара по сделке, что прямо предусмотрено статьей 430 ГК РФ.

В соответствии со статьей 430 ГК РФ договором в пользу третьего лица является договор, в котором стороны установили, что должник обязан произвести исполнение не кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу, имеющему право требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу. Из этого следует, что на законодательном уровне предусмотрена возможность указывать в качестве непосредственного бенефициара иное лицо, нежели кредитор по двусторонней сделке. Таким третьим лицом-бенефициаром может быть любое лицо по усмотрению ЗАО «Навигатор».

В соответствии со ст.2 Протокола платежи со стороны компании Ответчика должны были быть осуществлены несколькими траншам» (ст.2, 2.1., 2.2., 2.3. Протокола). В соответствии с п.3 Протокола Платежи, указанные в статье 2.1. и статье 2.2., а также в статье 2.3. должны быть оплачены без банковских сборов на указанный в Протоколе ст.3 счет. Среди прочих реквизитов указанного счета, ЗАО «Навигатор» указало, что бенефициаром является компания ENDLAKE LLP.

Таким образом, компания Ответчик как должник кредитора ЗАО «Навигатор» в части обязанности по оплате суммы в размере 100 000 американских долларов USD во исполнение условий Протокола и чартер партии выполнила свое обязательство путем перечисления указанной суммы, что подтверждается SWIFT распечатками, на счет компании ENDLAKE LLP, которая фигурирует в тексте Протокола (ст.3) в качестве бенефициара. Условия Протокола составлялись и оговаривались двумя сторонами, ЗАО «Навигатор» знало и сознательно подтвердило, что желает, чтобы бенефициаром по заключаемой сделке была иная компания, нежели ЗАО «Навигатор», а именно компания ENDLAKE LLP.

Таким образом, указанный довод конкурсного управляющего также подлежит отклонению.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что оспариваемыми сделками был причинен имущественный вред правам кредиторов. Заявитель ссылается на наличие у Ответчика представителей в РФ, которые должны были знать о факте введения процедуры наблюдения на дату совершения оспариваемых сделок.

Действительно, оспариваемые Протокол и чартер партии от 14.05.2014 были заключены после принятия заявления о признании должника ЗАО «Навигатор» банкротом

Однако ответчик, как следует из его отзыва, будучи иностранной организацией, на момент совершения оспариваемых сделок не знало о том, что ЗАО «Навигатор» на тот момент отвечало признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества. У ответчика не было никаких оснований полагать об этом с учетом того, что от имени ЗАО «Навигатор» действовал генеральный директор ЗАО «Навигатор» г-н Черноштан. На момент заключения оспариваемых сделок между ЗАО «Навигатор» и компанией Ответчика не было ранее никаких правоотношений, поэтому знать о наличии каких-либо финансовых проблем должника Ответчик не мог.

Действительно, Ответчик имеет представителей в России, однако, представитель Ответчика не имел никаких поручений, связанных с анализом финансовой ситуации ЗАО «Навигатор».

К тому же, наличие доверенности свидетельствует лишь о наличии права осуществлять те или иные действия (в частности по поручению или заданию Представляемого) и не означает, что сделка, заключенная с ЗАО «Навигатор» была совершена представителем Ответчика. Как видно из оригинала Протокола сделка заключена именно Ответчиком, иностранной организацией. Таким образом, в данном правоотношении Ответчика с ЗАО «Навигатор» Ответчик действовал самостоятельно и от своего имени, без привлечения юридической фирмы «Эберг, ФИО5 и партнеры». Таким образом, действия представляемого, Ответчика, имеют юридическую силу и значение для представителя, но не влекут для него обязанности в данном случае знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в целях самостоятельного заключения представляемым, компанией Турса, оспариваемых сделок.

Более того, Ответчик - иностранная компания, которая по объективным причинам не знала и не могла знать о том, что ЗАО «Навигатор» отвечает признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, и тем более об обязательном опубликовании сведений о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Также конкурсный управляющий ссылается на значительную сумму оспариваемой сделки.

В соответствии с п.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. N63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и абзацем тридцать вторым статьи 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», под фактическим причинением вреда имущественным правам кредитора понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Ни одного из вышеперечисленных последствий по результатам заключения оспариваемых сделок не усматривается. Уменьшения размера имущества или стоимости имущества ЗАО «Навигатор» также не усматривается. Более того, по Протоколу и чартер партиям денежные средства уплачиваются компанией Ответчика, а не ЗАО «Навигатор», следовательно, такая сделка была осуществлена не только в интересах ЗАО «Навигатор» и с целью восстановления его платежеспособности, но в интересах кредиторов ЗАО «Навигатор». Поэтому в данной ситуации невозможно утверждать о факте причинения вреда имущественным интересам кредиторов ЗАО «Навигатор».

Кроме того, нужно отметить, что компания Ответчик является текущим кредитором ЗАО «Навигатор», поэтому её действия не могут считаться направленными (имеющими целью) на причинение вреда имущественным правам кредиторов, так как она сама является кредитором.

В силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; лица, участвующие в деле, несут риск последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, суд не находит оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

Конкурсным управляющим закрытого акционерного общества «Навигатор» при подаче заявления об оспаривании сделки должника заявлено ходатайство о предоставлении отсрочки по уплате государственной пошлины за рассмотрение заявления, в связи с отсутствием денежных средств на расчетном счете должника.

В связи с отказом в удовлетворении заявления по правилам статьи 110 АПК РФ и в соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ с закрытого акционерного общества «Навигатор» в доход федерального бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 6 000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

в удовлетворении заявления конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Навигатор» ФИО1 о признании недействительной сделки должника отказать.

Взыскать с закрытого акционерного общества «Навигатор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 6 000,00 рублей.

Определение может быть обжаловано в порядке и сроки, предусмотренные статьями 188, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом особенностей, установленных статьей 61 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Судья Харитонов А. С.