Гражданский кодекс часть 1

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: 347069, Ростовская область, Тацинский район, х. Надежевка, ул. Заводская, д. 45, корп. 10),

при участии:

от представителя учредителей ФИО3 – представитель ФИО4 по доверенности от 22.04.19;

от ответчика – представитель ФИО5 по доверенности от 22.05.2020;

установил: 13.02.2020 (нарочно) через канцелярию суда в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» поступилозаявление конкурсного управляющего о признании недействительной сделки по списанию с корпоративной карты должника ответчиком денежных средств в размере 2 332 700 руб.

Представитель ответчика в судебном заседании ходатайствовал о приобщении к материалам дела дополнительных документов. Возражал против удовлетворения заявления конкурсного управляющего ООО «Мариинский спиртзавод» - ФИО1 о признании недействительной сделки, применении последствий недействительности сделки, путем взыскания с ответчика в пользу ООО «Мариинский спиртзавод» 2 332 700 руб.

Руководствуясь статьями 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд, приобщает представленные документы к материалам дела.

Представитель представителя учредителей ФИО3 оставил разрешение заявленных требований на усмотрение суда.

Представитель ответчика возражал против отложения судебного заседания, просил суд в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

От конкурсного управляющего в материалы дела поступило ходатайство о рассмотрении заявления в его отсутствие.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, явку представителей не обеспечили.

Рассмотрев заявленное ходатайство об отложении, суд счел его подлежащим отклонению по следующим обстоятельствам.

В соответствии с частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Отложение судебного разбирательства является правом, но не обязанностью арбитражного суда.

Суд, рассмотрев заявленное ходатайство в порядке части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отклонил его, поскольку, принимая во внимание положения названной статьи, обстоятельств, препятствующих рассмотрению в данном судебном заседании заявления, не установлено.

Заявление рассматривается в порядке ст. 156 АПК РФ, согласно которой при неявке в судебное заседание арбитражного суда лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, суд установил, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.03.2018 в отношении должника введена процедура банкротства – конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 55 от 31.03.2018.

Как следует из материалов дела, в период с 07.08.2015 по 25.05.2016 с расчетных счетов ООО «Мариинский спиртзавод» произведены перечисления на банковскую карту ФИО2 на общую сумму 2 332 700 руб.

Полагая, что указанная сделка по перечислению денежных средств является недействительной, конкурсный управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на причинение данной сделкой вреда имущественным интересам кредиторов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что требования заявителя не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 31 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 может быть подано арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Таким образом, суд не связан правовой квалификацией заявленных требований, поскольку именно в компетенцию суда входит правовая квалификация обстоятельств, послуживших основанием для обращения за судебной защитой.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертым статьи 2 Закона о банкротстве.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя необходимую по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных в пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Учитывая данные разъяснения, поскольку производство по делу о банкротстве должника возбуждено 13.02.2017, действительность оспариваемых в рамках настоящего спора перечислений в период с 07.08.2015 по 25.05.2016 должна оцениваться судом применительно к правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что в период с 07.08.2015 по 25.05.2016 со счетов должника на счет ФИО2 перечислены денежные средства на общую сумму 2 332 700 руб. с назначением платежа «списание со счета карты № 4282480615787442 на основании реестра платежей от / / 20. Выдача наличных в АТМ банка НДС не облагается».

Оспаривая указанные перечисления, конкурсный управляющий ссылается на то обстоятельство, что данные сделки совершены с заинтересованным лицом, в отсутствие какого-либо встречного предоставления.

Так, согласно письма ПАО «БАЛТИНВЕСТБАНК» (исх. № 04-01-02\8880 от 11.12.2019 года), главная корпоративная карта № 4282480615578064 являлась именной. Держателем данной корпоративной карты была ФИО2.

В отношении списаний денежных средств по корпоративной карте № 4282480615578064, держателем которой является ФИО2, у конкурсного управляющего отсутствуют документы, подтверждающие правомерность расходования денежных средств, использование их для хозяйственной деятельности должника или на командировочные и представительские расходы, возврат денежных средств и предоставление авансовых отчетов с подтверждающими документами.

В отсутствие документов, подтверждающих обоснованность расходования денежных средств должника, не имеется экономических оснований и целесообразности в безвозмездном списании ответчиком денежных средств. Такие действия направлены на вывод активов и причинение имущественного вреда интересам кредиторов.

В результате оспариваемых списаний имущество должника уменьшилось на сумму 2 332 700 руб. без какого-либо встречного предоставления.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

Из материалов дела следует, что определением суда от 06.02.2020 суд признал недействительной сделкой перечисления денежных средств со счета общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» на счет ФИО6 в размере 1 693 270 руб. Применил последствия недействительности сделки. Взыскал с ФИО6 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» 1 693 270 руб.

Поскольку сведения о том, что держателем корпоративной карты № 4282480615578064 являлась ФИО2 и произведенные операции по снятию наличных денежных средств с данной корпоративной карты не являлись предметом рассмотрения в споре к ответчику ФИО6, конкурсный управляющий считает необходимым заявить к надлежащему ответчику требования о признании недействительными сделок по списанию ФИО2 со счета главной корпоративной карты № 4282480615578064 денежных средств в общем размере 2 332 700 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

В данном случае при наличии признаков аффилированности между должником и ответчиком к доказательствам реальности правоотношений между указанными лицами должен применяться повышенный стандарт доказывания.

Указанный правовой подход обусловлен тем, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда «дружественный» кредитор и должник вступают в правоотношения с целью уменьшения конкурсной массы последнего. По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками указанных правоотношений, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы.

В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и «дружественным» кредитором (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Бремя опровержения этих сомнений в данном случае лежит на ответчике. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На момент совершения оспариваемых перечислений у ООО «Мариинский спиртзавод» имелись неисполненные обязательства перед кредиторами: ООО «Виноградное», ООО «Экспресс», ООО «Южная пищевая машиностроительная компания», ООО «Алмаз», администрацией муниципального образования Темрюкский район.

Поскольку ответчик являлся заинтересованным по отношению к должнику лицом, следовательно, в силу разъяснений, изложенных в пункте 7 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, предполагается, что он знал о совершении сделки.

В рамках рассмотрения настоящего дела, судами трех инстанций по различным обособленным спорам неоднократно установлено, что по состоянию на последнюю относительно оспариваемых в настоящем споре сделок отчетную дату - 31.12.2013, соотношение принятых на себя обязательств и чистых активов должника, свидетельствовало о тяжелом финансовом положении должника, поскольку, чистые активы должника на 31.12.2014 также составили отрицательное значение.

Факты неплатежеспособности и недостаточности имущества должника с 2013 года установлены временным управляющим должника при проведении финансового анализа должника. При этом установлено наличие непогашенной кредиторской задолженности должником на дату оспариваемых сделок перед ООО «Южный Аграрий», администрацией муниципального образования Темрюкского района, ЗАО «Газдиагностика» и иными кредиторами, что подтверждается судебными актами.

Определением суда от 25.12.2014 по делу № А53-1388/2014 установлено наличие в отношении должника в 2014 году 29 исполнительных производств и сводного исполнительного производства и факт нахождения должника в тяжелом финансовом положении.

Суды также отметили, что факт прекращения исполнения должником части обязательств по уплате обязательных платежей, в силу статьи 2 Закона о банкротстве является признаком неплатежеспособности должника.

Согласно выписке по расчетному счету, открытому в банке, в период с 05.08.2014 по 25.12.2014 в отношении должника производились взыскания денежных средств по решениям государственных органов, УПФР в Семикаракорском районе, УПФР в Тацинском районе. Из выписки по расчетному счету, открытому в КБ «Кредит Экспресс», видно, что в феврале 2014 года, непосредственно перед заключением оспариваемой сделки, с должника взысканы пени по транспортному и земельному налогу за 2013 год, а 14.03.2014, 17.03.2014 с расчетного счета должника взысканы пени по решению УПФР. В феврале 2014 года Тацинским районным отделом судебных приставов взысканы денежные средства с расчетного счета должника по постановлению ФССП от 24.02.2014. Данные факты подтверждают наличие задолженности у должника, неисполненной в добровольном порядке.

Кроме того, суды установили, что на дату совершения оспариваемых платежей у должника перед банком имелась просроченная задолженность по кредитным договорам от 25.11.2009 № КРД/059/016, от 31.12.2009 между № КРД/059/019, от 11.02.2010 № КРД/510/002, от 17.03.2010 № КРД/510/006, от 09.06.2010 № КРД/10/201, от 03.06.2011 № КРД/11/207 в сумме более 104 млн. рублей, согласно расчетам и приложениям банка.

Суды установили так же, что в материалы дела представлены доказательств неоднократного обращения должника в 2011 – 2014 годах к банку с ходатайствами об увеличении срока погашения задолженности, пролонгации срока действия договора, уменьшения процентной ставки по договору, указывая на наличие финансовых трудностей, связанных с проблемами в осуществлении предпринимательской деятельности.

Таким образом, в период совершения оспариваемых списаний посредством использования корпоративной карты № 4282480615578064 ООО «Мариинский спиртзавод» перестало исполнять свои обязательства перед кредиторами, что свидетельствует о неплатежеспособности должника, определение которой указано в абзаце 37 статьи 2 Закона о банкротстве (неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное).

В случае, если бы оспариваемые сделки не были совершены, кредиторы должника могли получить удовлетворение своих требований за счет денежных средств, списанных со счета должника посредством использования корпоративной карты № 4282480615578064, держателем которой является ФИО2

Таким образом, должник на дату заключения оспариваемых перечислений не имел достаточных денежных средств для расчетов со своими кредиторами, и обладал признаками неплатёжеспособности и недостаточности имущества.

Возражая против удовлетворения заявления, ответчик указывает, что данные денежные средства использованы им для ведения хозяйственной деятельности, о чем свидетельствуют представленные им в материалы дела отчеты, приходные кассовые ордеры, авансовые отчеты.

Оценивая обстоятельства по делу № А53-2505/2017, судом установлено, что исходя из Инструкции по применению Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций, утвержденной Приказом Минфина России от 31.10.2000 № 94н, корпоративная банковская (расчетная) карта является денежным документом и учитывается на счете 50 «Касса», субсчет 50-3 «Денежные документы». Выдача работнику такой карты отражается по дебету счета 71 «Расчеты с подотчетными лицами», субсчет 71-1 «Расчеты по выданным денежным документам», и кредиту счета 50, субсчет 50-3. Подотчетное лицо заполняет графы 1 - 6 оборотной стороны авансового отчета по форме № АО-1. В графы 2-6 работник заносит сведения из первичных документов, подтверждающих расходование подотчетных денег, а в графе 1 нумерует эти документы по порядку. Если работник снимал наличные с корпоративной карты, то на оборотной стороне формы № АО-1 реквизиты чека банкомата и снятая сумма не отражаются. Полученная работником через банкомат по корпоративной карте сумма считается выданной ему под отчет.

Таким образом, с учетом изложенных выше требований, перечисления денежных средств с расчетного счета на специальный банковский счет и карту должны быть совершены исключительно в целях осуществления хозяйственной деятельности организации. Расходование денежных средств с корпоративной карты должно иметь под собой определенные законом и договором банковского счета основания, такие операции являются операциями по выдаче денежных средств под отчет сотруднику - держателю карты, и такой сотрудник обязан представить первичные документы в подтверждение обоснованности расходования таких денежных средств, в том числе их наличного снятия в банкомате.

Подотчетные суммы представляют собой денежные средства, выдаваемые штатным сотрудникам организации на хозяйственные и операционные расходы, а также на служебные командировки.

Порядок их выдачи, подтверждения их использования, возврата неиспользованных средств является общим независимо от целей, на которые они выданы. Исключением являются отдельные положения гражданского и трудового законодательства, которыми могут устанавливаться особые правила.

Выдача денег под отчет проводится при условии полного погашения подотчетным лицом задолженности по ранее полученной под отчет суммы денег (Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.07.2017 № Ф08-4420/2017 по делу № А53-18232/2016).

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2016 № 305-ЭС15-12239 по делу № А40-76551/2014, судебная коллегия по экономическим спорам, отменяя решения нижестоящих судов, указала, что в случае установления цепочки сделок, по которым был выведен актив в преддверии банкротства за счет средств самого должника, бремя доказывания реальности осуществленных операций ложится на контрагентов по указанным сделкам. Применительно к оспариванию сделки, в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что конкурсный управляющий может представить минимально достаточные доказательства для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 по делу № А07-3169/2014 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Кроме того, принимая во внимание установленную аффилированность сторон сделок, следует руководствоваться положениями абзаца 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, согласно которому цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Таким образом, в данном случае обязанность доказывания того, что оспариваемые сделки не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, лежит на ответчике по настоящему делу.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Ответчиком в обоснование своей позиции в материалы дела представлены: акт сверки от 06.07.2020, отчеты кассира от 19.10.2015, 31.10.2015, 25.11.2015, 23.11.2015, 29.01.2016, 04.02.2016, 29.04.2016, №№ 45, 48, 55 54, 2, 3, 15, авансовые отчеты от 10.09.2015, 07.09.2015, 17.09.2015, 23.09.2015, 30.09.2015, 07.10.2015, 10.10.2015, 24.10.2015, 31.10.2015, 06.11.2015, 11.11.2015, 18.11.2015, 09.02.2016, 15.02.2016, 29.02.2016, 09.03.2016, 14.03.2016, 19.03.2016, 22.03.2016, 30.03.2016, 31.03.2016, 0704.2016, 20.04.2016, 28.04.2016, 14.05.2016, 23.05.2016, 31.05.2016, №№68, 67, 70, 71, 72, 73, 75, 76, 77, 78, 80, 81, 83, 84, 85, 86, 87, 6, 7, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 20, 23, 24, 25, приходные кассовые ордера кассира, из которых следует, что снятые с корпоративной карты денежные средства ООО «Мариинский спиртзавод», ответчик вносил в кассу для приобретения Товарно-материальных ценностей, что соответствует требованиям договора № 885/5-РК от 30.09.2014, в соответствии с которым, ответчику и была выпущена корпоративная карта.

Доказательств несоответствия, недостоверности или фальсификации представленных документов и прилагаемых к ним отчетов конкурсным управляющим и иными лицами, участвующими в деле, не заявлено.

Таким образом, для целей совершения текущих хозяйственных операций и сделок обществом, у ответчика имелась именная корпоративная карта, целевым образом предназначенная для осуществления указанных операций.

Списание подотчетных сумм с держателя карты осуществлялось в общем порядке на основании авансового отчета, предоставленного держателем карты.

В Письме Минфина России от 07.03.2018 № 03-03-06/1/14620 разъяснено, что в данном случае в состав оправдательных документов, прилагаемых к авансовому отчету, обязательно включаются документы, подтверждающие операции с использованием платежных карт, оформляемые в соответствии с Положением № 266-П (слипы, электронные квитанции терминалов и так далее).

С целью соблюдения приведенных норм в материалах дела представлены доказательства наличия на расчетном счете должника выданных под отчет средств, документы, отражающие расчеты с подотчетными лицами в бухгалтерском учете должника, авансовые отчеты, оправдательные документы. Сведения о расходовании наличными сумм, отвечающие требованиям п.п. 6.3 п. 6 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» в материалы дела также представлены.

При установленных обстоятельствах суд считает, что документы, подтверждающие обоснованное расходование полученных наличными сумм с учетом Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» в материалы дела представлены.

Нецелевое расходование денежных средств компании ответчиком (без хозяйственной необходимости, в личных целях директора) заявителем не доказано.

С учетом указанных обстоятельств, доводы конкурсного управляющего о совершении оспариваемой сделки с противоправной целью - причинения вреда кредиторам должника не нашли своего подтверждения.

Поскольку конкурсный управляющий не доказал наличия условий, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной, основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат распределению судебные расходы.

В пункте 19 Постановления № 63 разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В силу подпункта 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче в арбитражный суд искового заявления по спорам, возникающим при заключении, изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании сделок недействительными уплачивается государственная пошлина в размере 6 000 руб.

При подаче заявления государственная пошлина не уплачивалась, в связи с предоставлением отсрочки определением от 19.02.2020.

Учитывая, что требования конкурсного управляющего не подлежат удовлетворению, расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на должника.

Руководствуясь статьями 176, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» - ФИО1 о признании сделки недействительной, отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 6 000 руб.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней с даты принятия определения, через суд, вынесший определение.

Судья В.М. Комягин