Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании 06 июля 2020 года заявление заявление АО «ФИА-Банк» в лице конкурсного управляющего «Агентство по страхованию вкладов»

к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11

о привлечении к субсидиарной ответственности (вх 152480 от 05.09.2018)

по делу о несостоятельности (банкротстве) Акционерного общества «ФИА-БАНК» г. Самара, регистрационный номер 2542, дата регистрации – 25.10.1993, ОГРН <***>, ИНН <***>

при участии в заседании, протокол которого вел помощник судьи Макарова В.Р.

от заявителя – ФИО12, доверенность от 04.9.2018, паспорт,

ФИО2, паспорт, ФИО13, доверенность от 10.10.2018,

от ФИО5 – ФИО14, доверенность от 10.10.2018, ФИО15, доверенность от 10.12.2018, паспорт,

от ФИО1 – ФИО16, доверенность от 08.10.2018, паспорт,

от ФИО8, паспорт (лично),

от Сосновской (Густавсон) Юлианы –не явился, извещен ,

от ФИО4 – ФИО17, доверенность от 10.10.2018, паспорт,

от ФИО7 – ФИО17, доверенность от 10.10.2018,

от ФИО6 – ФИО18, доверенность от 20.02.2019, ФИО19, доверенность от 01.02.2019,

от ФИО11 – ФИО20, доверенность от 30.10.2018, паспорт,

от ФИО3 – ФИО20, доверенность от 11.10.2018, паспорт,

ФИО21 – не явилась, извещена,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, извещены,

Установил:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 06.07.2016 АО «ФИА-БАНК» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

АО «ФИА-Банк» в лице конкурсного управляющего «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением в котором просит:

Возложить субсидиарную ответственность по обязательствам Акционерного общества «ФИА-БАНК» на контролирующих лиц: ФИО1; ФИО2, ФИО3; ФИО4; ФИО5; ФИО6; ФИО7; ФИО8; Сосновскую Юлианну; ФИО10; ФИО11, взыскав с них в пользу Акционерного общества «ФИА-БАНК» солидарно 6 042 357 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02.07.2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена ФИО21.

Представитель конкурсного управляющего в судебном заседании поддержал заявленные требования, в материалы дела представлены дополнительные документы.

Представители ответчиков возражали относительно удовлетворения заявления, в материалы дела представлены дополнительные документы.

От ФИО8 поступило ходатайство о назначении почерковедческой судебной экспертизы, проведение почерковедческой экспертизы просит поручить экспертной организации: Общество с ограниченной ответственностью «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» (ООО «МЛСЭ») ИНН <***>, юридический адрес: 443022 <...>, почтовый адрес: 443077 <...>. в материалы дела представлен чек- ордер от 21.05.2019г., свидетельствующий о внесении денежных средств в размере 40 000 руб., на депозитный счет Арбитражного суда Самарской области для оплаты экспертизы по настоящему заявлению.

В материалы дела о ЦБ РФ Волго-Вятского главного управления Отделения по Самарской области в материалы дела представлены: протокол Наблюдательного совета ЗАО «ФИА-БАНК» № 376 от 26.05.2014, план мероприятия по повышению финансовой устойчивости ЗАО «ФИА-Банк» на 2014 год с изменениями от 26.05.2014г.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02.07.2019 года ходатайство о назначении судебной экспертизы – удовлетворено, проведение судебной экспертизы, поручено эксперту ФИО22, члену экспертной организации – Общество с ограниченной ответственностью «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» (юридический адрес: 443022 <...>, почтовый адрес: 443077 <...>).

Перед экспертом поставлен следующий вопрос:

ФИО8 или другим лицом, выполнена подпись:

- расположенная в графе: «ФИО8/ФИО23.» в документе Разрешение Инвестиционного комитета на выдачу Протокол №34 «23» апреля 2015 г. Наименование клиента ООО ТК «ТРАНСОЙЛ»?

- расположенная в графе: «ФИО8/ФИО23.» в документе Разрешение Инвестиционного комитета на выдачу Протокол №34 «23» апреля 2015 г. Наименование клиента ООО ТК «ТРАНСОЙЛ», и подпись, выполненная от имени И.о. начальника отдела правового обеспечения клиентских операций ФИО24 в документе «Заключение», дата документа 24.08.2014 г. (в отношении ООО «Созидание» ИНН <***>)?

- расположенная в графе: «ФИО8/ФИО23.» в документе Разрешение Инвестиционного комитета на выдачу Протокол №64 «31» июля 2015 г. Наименование клиента ООО «Пензавтодор»?

- расположенная в графе: «ФИО8/ФИО23.» в документе Разрешение Инвестиционного комитета на выдачу Протокол №64 «31» июля 2015 г. Наименование клиента ООО «Пензавтодор», и подпись, расположенная в графе «ФИО23.» в документе Кредитное разрешение «02» сентября 2014 г. Наименование клиента ООО «ТрансОйл»?

Срок проведения экспертизы установлен до 17.07.2019.

В материалы дела от эксперта поступило ходатайство о предоставлении оригиналов документов, в котором просит представить:

-оригиналы исследуемых документов, которые представлены в копиях: кредитное разрешение от 02.09.2014г.; протокол №34 разрешение инвестиционного комитета от 23.04.2015г., протокол №64 разрешение инвестиционного комитета от 31.07.2015г.,

-оригинал исследуемого документа «Заключение» от 24.08.2014 (в отношении ООО «Созидание ИНН <***>), содержащего подпись от имени ФИО24, копия которого не представлена;

-дополнительные свободные и условно-свободные образцы подписи ФИО8 за 2014-2016гг в количестве - 5-10 подписей, предпочтительно повышенной степени достоверности (нотариальные документы, документы из гос.органов и т.п.).

В судебном заседании от ФИО8 поступило ходатайство о прекращении проведения судебной экспертизы, назначенной определением Арбитражного суда Самарской области от 02.07.2019г.

Определением суда от 23.07.2019 года ходатайство ФИО8 о прекращении проведения судебной экспертизы удовлетворено.

Представитель конкурсного управляющего ходатайствовал об истребовании информации о наследниках ФИО10 у нотариуса ФИО25, в материалы дела представлены письменные пояснения.

В судебном заседании 18.10.2019 года представитель конкурсного управляющего ходатайствовал о процессуальном правопреемстве (вх 200301 от 16.10.2019).

В материалы дела представлена справка нотариуса ФИО25 о круге наследников.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 25.10.2019 года (резолютивная часть оглашена 18.10.2019) произведена замена ответчика - ФИО10 на правопреемника - ФИО21 по обособленному спору о привлечении контролирующих АО «ФИА-Банк» лиц к субсидиарной ответственности по делу о несостоятельности (банкротстве) Акционерного общества «ФИА-БАНК».

В судебном заседании 15.01.2020 года представитель конкурсного управляющего поддержал заявленные требования, ходатайствовал назначении судебной экспертизы, в котором просит:

Поставить перед экспертом следующий вопрос: Какова рыночная стоимость недвижимого имущества:

1) Нежилое помещение (общ.пл. 1697,1 кв.м),эт.22,23,24 .<...>) на 01.01.2014 года:

2) Нежилое помещение Г/О (Зэт.) (958.7кв/м)по адр.Новый пр-8 на 01.01.2014 года;

3) Нежилое помещение Д/О-11 (пл.376,40кв.м) по адр.Автостроителей-5 на 01.01.2014 года:

4) Нежилое помещ. (пл.476,01кв/м)по адр.г.Ульяновск.ул.Радищева-ЗОА) на 01.01.2014 года;

5) Нежилое помещ. ГО (1.2.3 тг.(н.т. 1412,50кв.м), Новый пр-8(по лог.мены №17827 с ООО ф. "Тайм- Финанс") на 01.01.2014 года;

6) Нежилое помещ. Г/О (2 и Ззт.(общ.пл.325.6кв.м),Новый проезд-8 на 01.01.2014 года;

7) Нежилое помещение (пл. 1030,5кв.м) по адр. г.Тольятти. ул.Баныкина-14 на 15.06.2015 года;

8) Нежилое помещение (пл. 1354.50 кв.м.) по адр. <...> на 22.06.2015 года;

9) Нежилое помещение Г О (1.2тг)(пл. 1695.10кв.м) по адр. Новый пр-д 8 на 01.01.2014 года;

10) Нежилое помещение Д/О-1 (пл.494кв.м) по адр.ул.Свердлова-45а на 01.01.2014 года;

11) Нежилое помещение Д/О-12 (пл.857.50кв.м.)г.Тольятти,Южное шоссе-85 на 01.01.2014 года;

12) Нежилое помещение ДО-2 (пл.547,7кв.м) ул.70 лет Октября -15 на 01.01.2014 года;

13) Нежилое помещение.ДО-4 (пл.317,5кв.м )по ул,Коммунист-22 на 01.01.2014 года;

14) Зем. участок 6835 кв.м Тольятти ул. Борковская д.99. стр. 3 на 29.09.2015 года;

15) Ди.тлерский зал: выстав.склад, склад запчастей и помет, по рем. авто 3761,90 кв. м ул. Борковская 99 стр. 23 на 29.09.2015 года;

3. Проведение экспертизы просят поручить экспертам ООО «Региональный Центр «ПРОФОЦЕНКА».

4. В случае удовлетворения заявления АО «ФИА-Банк» прошу привлечь в качестве эксперта ФИО26, эксперта ООО «Региональный Центр «ПРОФОЦЕНКА».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 20.02.2020 года на основании статьи 82 АПК РФ, в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о назначении судебной экспертизы судом отказано.

В судебном заседании 02.03.2020 года от представителя ФИО1 поступило ходатайство о применении сроков исковой давности с приложением судебной практики.

Заслушав мнения лиц, участвующих в деле, исследовав доказательства, представленные в материалы дела суд приходит к следующим выводам.

Как следует из обстоятельств дела, приказом Банка России от 08 апреля 2016 года № ОД - 1179 у Акционерного общества «ФИА-БАНК» с 08.04.2016г. отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 4 июля 2016 года (дата объявления резолютивной части) по делу № А55-9320/2016 Банк признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. На дату отзыва лицензии активы составляли 10 000,3 млн.руб. (высоколиквидные активы - 1654,7 млн. руб., чистая ссудная задолженность –4 118,9 млн.руб., прочие активы –198,8 млн.руб., чистые вложения в ценные бумаги 1233,2 млн.руб., требование по текущему налогу на прибыль – 117 тыс. руб., отложенный налоговый актив – 21,7 млн. руб., основные средства, нематериальные активы и материальные запасы – 1637,1 млн. руб., долгосрочные активы, предназначенные до продажи 564,1 млн. руб.); обязательства Банка представлены следующим образом: средства клиентов на счетах, открытых в Банке –17274,3 млн.руб.; остатки на счетах учета собственных долговых инструментов- 18,2 млн. руб., прочие обязательства – 17,9 млн.руб., резервы на возможные потери по уловным обязательствам кредитного характера, прочим возможным потерям – 61,5 млн. руб.

Причиной неплатежеспособности АО "ФИА-Банк" и его последующего банкротства, по мнению конкурсного управляющего, послужила выдача необеспеченных кредитов "техническим" компаниям, в результате чего АО "ФИА-Банк" нес необоснованный повышенный кредитный и правовой риски, а также риск потери ликвидности. Данные действия совершались в условиях, когда Банк испытывал финансовые проблемы, что только существенно ухудшило его финансовое положение и не позволило предупредить признаки несостоятельности (банкротства). К данному выводу суд приходит с учетом нижеследующего.

Пунктом 3.1 Положения Банка России от 26.03.2004 N 254-П установлено, что оценка кредитного риска по каждой выданной ссуде (профессиональное суждение) должно проводиться кредитной организацией на постоянной основе. В п. 1.4 Приложения N 2 к указанному Положению указывается перечень информации, на основании которой по результатам комплексного и объективного анализа деятельности заемщика выносится профессиональное суждение.

Так для заемщика - юридического лица к числу такой информации относят годовую бухгалтерскую отчетность в полном объеме, публикуемую отчетность за три последних завершенных финансовых года, бухгалтерский баланс, отчет о финансовых результатах на последнюю отчетную дату, сведения, представляемые в составе форм федерального статистического наблюдения в федеральную службу государственной статистики (Росстат), данные по формам налоговой отчетности, представляемые в налоговые органы.

Кроме того, банк в соответствии с п. 3.5 указанного Положения на всех этапах оценки финансового положения заемщика для принятия неполной или необъективной информации. При наличии возможности банк должен проверить информацию и удостовериться в подлинности документов, предоставляемых заемщиком.

Однако, как установлено судом, указанные нормы Положения Банка России от 26.03.2004 N 254-П при принятии решения о выдаче спорных кредитов не выполнялись. Подлинность представленных сведений не была проверена АО "ФИА-Банк". Реальность осуществления хозяйственной деятельности организаций в качестве дополнительных сведений о финансовом положении заемщиков АО "ФИА-Банк" также не проверялась. Меры для получения АО "ФИА-Банк" объективной информации и выявлению действительного финансового положения и адресов регистрации заемщиков контролировавшими должника лицами не предпринимались, а оценка их финансового положения носила формальный характер.

К спорным кредитным договорам конкурсный управляющий отнес 14 кредитных договоров, заключенный с 7 заемщиками, на общую сумму 1 120 079 585,00 рублей, а именно, с ООО "СОЗИДАНИЕ" заключено 2 кредитных договоров на общую сумму 59 500 000 рублей; с ООО ТК "ТРАНСОЙЛ" заключено 3 кредитных договора на общую сумму 172 670 000 рублей; с ООО "ТРАНСОЙЛ" заключено 2 кредитных договора на общую сумму 150 000 000 рублей; с ООО "ПЕНЗАВТОДОР" заключено 2 кредитных договора на общую сумму 530 000 000 рублей; с гр-ном ФИО27 заключен 1 кредитный договор на общую сумму 43 200 000 рублей; с ООО "Орфей" заключен 1 кредитный договор на общую сумму 130 000 000 рублей; с гр-ном ФИО28 заключено 3 кредитных договоров на общую сумму 34 709 585 рублей.

В силу ст. 11.1 Закона о банках и банковской деятельности, органами управления кредитной организации наряду с общим собранием ее учредителей (участников) являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган. Текущее руководство деятельностью кредитной организации осуществляется ее единоличным исполнительным органом и коллегиальным исполнительным органом.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 69 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" руководство текущей деятельностью АО "ФИА-Банк" осуществляется единоличным исполнительным органом - председателем правления, который без доверенности действует от имени Общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки, распоряжается имуществом и средствами АО "ФИА-Банк".

В соответствии с пунктом 1 статьи 70 Закона об акционерных обществах, коллегиальный исполнительный орган общества (правление, дирекция) действует на основании Устава Общества, а также утверждаемого общим собранием акционеров внутреннего документа Общества.

Пунктом 10.42 – 10.43 и 10.51 Устава АО "ФИА-Банк" (в ред. от 28.07.2011 года) предусмотрено, что руководство текущей деятельностью Банка осуществляет Правление АО "ФИА-Банк" - коллегиальный исполнительный орган, которое возглавляет председатель Правления.

К компетенции Правления АО "ФИА-Банк", в том числе, относятся принятие решения о признании качества обслуживания долга и классификации ссуд по группам риска, утверждает лимиты и полномочия кредитного комитета Банка. (пункт 10.51 Устава АО "ФИА-Банк").

Согласно п. 8.1. Положения о правлении АО "ФИА-Банк", Правление Банка подотчетно Наблюдательному совету и Общему собранию акционеров Банка.

Постоянно действующим органом Банка, который принимал решение о предоставлении Банком ссудных средств заемщикам, являлся кредитный комитет и инвестиционный комитет Банка.

Согласно ст. 14 Закона о банкротстве кредитных организаций (в ред. до 22.12.2014 года), если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий или бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц (далее - контролирующие лица), на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей.

К указанному периоду (до 22.12.2014 года) относятся совершение следующих сделок, причинивших ущерб Банку:

1. ООО "СОЗИДАНИЕ" (договор № 24976 от 27.08.2014 на сумму 27 млн. руб., и договор № 24977 от 27.08.2014 на сумму 32,5 млн. рублей), подписанты: ФИО1, ФИО3, ФИО29, ФИО7, ФИО8, ФИО2, ФИО5

2. ООО "ТРАНСОЙЛ" (договор № 252-П-1 от 06.10.2014 на сумму 50 млн. руб. и договор № 246-П от 02.09.2014 на сумму 100 млн. рублей), подписанты: ФИО4, ФИО2, ФИО3

3. ООО ТК «Трансойл» кредитный договор от 06.10.2014 на сумму 670 000 руб.

В отношении указанных договор как основания привлечения к субсидиарной ответственности ответчиками заявлено о применении срока исковой давности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» сроки исковой давности в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности являются специальными сроками исковой давности, предусмотренными статьей 197 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, срок исковой давности для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является материальной нормой права и определяется в соответствии с федеральным законодательством, действующим на момент возникновения обстоятельств, которыми вызвано начало течения срока исковой давности.

Как следует из обстоятельств дела, вмененные конкурсным управляющим ответчикам незаконные действия в части выдачи спорных кредитов совершены в период с 27.08.2014 по 14.08.201 5.

Федеральный закон от 25.02.1999 № 40-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций» (далее -- Закон о банкротстве кредитных организаций) утратил силу 22.12.2014 в связи с принятием Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации», вступившего в силу 23.12.2014.

Положения Закона о банкротстве кредитных организаций, в частности ст. 14, на которую ссылается конкурсный управляющий, определяет следующее:

1. Если банкротство кредитной организации наступило в результате виновных действий или бездействия ее руководителей, членов совета директоров (наблюдательного совета), учредителей (участников) или других имеющих право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия лиц (далее -контролирующие лица), на указанных лиц при недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов арбитражным судом может быть возложена субсидиарная ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности указанных лиц, если будет установлено, что размер вреда, причиненного по их вине имущественным правам кредиторов, существенно ниже размера требований, подлежащих удовлетворению за счет указанных лиц.

Лица, указанные в абзаце нервом настоящего пунша, признаются виновными, если их решения или действии (в том числе превышение полномочий), повлекшие за собой возникновение признаков банкротства, не соответствовали принципам добросовестности и разумности, соответствующим нормативным правовым актам Российской Федерации, банковским правилам, уставу кредитной организации или обычаям делового оборота, а также если они при наличии оснований, предусмотренных статьей 4 настоящего Федерального закона, не предприняли предусмотренные настоящим Федеральным законом меры для предупреждения банкротства кредитной организации. Учредители (участники) кредитной организации несут ответственность за такое бездействие в случае, если они знали о наличии данных оснований.

2, При недостаточности имущества кредитной организации для удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам кредитной организации и (или) исполнению ее обязанности по уплате обязательных платежей, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, иные документы, которые отражают экономическую деятельность кредитной организации и обязанность по подготовке, составлению или хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, а также базы данных кредитной организации на электронных носителях (резервные копии баз данных), которые содержат информацию об имуществе, обязательствах кредитной организации, их движении и обязанность ведения которых установлена Федеральным законом «О банках и банковской деятельности", не переданы в установленном порядке временной администрации кредитной организации или конкурсному управляющему либо полностью или частично отсутствуют, руководители кредитной организации, обязанные обеспечить сохранность ее документации и (или) имущества, несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам кредитной организации и (или) ее обязанностям по уплате обязательных платежей.

Довод ГК «АСВ» о том, что отсутствие в Законе о банкротстве кредитных организаций указания на применение специального срока, свидетельствует о необходимости применения общего срока исковой давности согласно положений Гражданского кодекса РФ, противоречит положениям пункта 3 статьи I Закона о банкротстве кредитных организаций.

Нормы указанной статьи прямо предполагают, что, отношения, связанные с несостоятельностью (банкротством) кредитных организаций, не урегулированные настоящим Федеральным законом, регулируются Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» и в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, нормативными актами Банка России.

Принимая во внимание, что Закон о банкротстве кредитных организаций не содержал норм, касающихся сроков исковой давности на обращение в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, считаем, что в рассматриваемом случае при рассмотрении вопроса о соблюдении заявителем срока исковой давности подлежат применению положения Закона о банкротстве, действующие в спорный период.

Согласно статье 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В случае применения данной нормы в делах о банкротстве суду следует учитывать особенности процедур банкротства и соответствующие специальные нормы законодательства о банкротстве.

Статья 14 Закона о банкротстве кредитных организаций не устанавливала срок исковой давности, в течение которого кредиторы могли подать заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Отсутствие в данной статье положения о применении срока исковой давности не свидетельствует о том, в данных ситуациях необходимо применять общий срок исковой давности в три года, как утверждает ГК «АСВ» в своем Отзыве.

В подобных ситуациях, арбитражные суды применяют положения абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, редакция которой была введена в действие Законом №134-Ф3 (срок действия с 30.06.2013 г. по 28.06.2017 - ФЗ №488-ФЗ от 28.12.2016 г. «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ»), заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом

Как следует из содержания Предписания ЦБ РФ от 17.02.2016 №> т436-9-9/4644/ДСП, на которое также неоднократно ссылался конкурсный управляющий, по состоянию на 17.02.2016 были установлены обстоятельства, имеющие отношение к основаниям предъявления конкурсным управляющим части требований к ответчикам но данному обособленному спору и связанные: с заключением между Банком и указанными заемщиками (ООО «Созидание», ООО ТК «Траисойл», ООО «Трансойл») кредитных договоров. Необходимо принять во внимание то обстоятельство, что руководством должника была передана временной администрации Банка вся документация, что подтверждается имеющимся в материалах дела актами приема-передачи от 15.06.2016 г. (том 8 л.д.34).

Таким образом, заключение кредитных договоров с ООО «Созидание от 27.08.2014, 27.08.2014, ООО ТК «Трансойл» от 06.10.2014, с ООО «Трансойл» от 02.09.2014, от 11.08.2014 не может выступать основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, в связи с пропуском годичного срока исковой давности.

Конкурсный управляющий в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ссылается на выдачу технических кредитов в период с 26.01.2015 по 15.02.2016.

К указанному периоду относятся совершение следующих кредитных сделок, причинивших ущерб Банку:

1. ООО ТК "ТРАНСОЙЛ" (договор № 336-П от 28.04.2015 на сумму 100 млн. руб., и договор № 330-П от 13.04.2015 на сумму 72 млн. рублей), подписанты: ФИО4, ФИО2, ФИО3, ФИО7, ФИО5, ФИО8

2. ООО "ПЕНЗАВТОДОР" (договор № 369-П от 05.08.2015 на сумму 265 млн. руб. и договор № 286-П от 26.01.2015 на сумму 215 млн. рублей), подписанты: ФИО4, ФИО2, ФИО3, ФИО7, ФИО5, ФИО8

3. ООО "Орфей" (договор № 28800 от 21.10.2015 на сумму 130 млн. руб.), подписанты: ФИО5, ФИО3, ФИО7, ФИО2

4. ФИО27 (договор № 001-100-0000504 от 15.02.2016 на сумму 43,2 млн. руб), подписанты: ФИО5, ФИО7, ФИО3, ФИО2)

По результатам анализа конкурсным управляющим ссудной задолженности на момент представления заемщикам кредитных средств установлены следующие существенные обстоятельства, являющиеся основанием для признания данных заемщиков лицами заведомо неспособными исполнить обязательства перед Банком, а также переоценки спорной ссудной задолженности в 5 (пятую) категорию качества и начислением резерва на возможные потери по ссудам в размере 100%:

ООО "ПЕНЗАВТОДОР", ООО ТК "ТРАНСОЙЛ": погашение задолженности ООО ТК "ТРАНСОЙЛ" в исследуемом периоде носило не существенный характер и составило 670 тыс. руб. Погашение задолженности ООО "ПЕНЗАВТОДОР" денежными средствами в исследуемом периоде носило не существенный характер и составило 296 тыс. руб.

Показатели бухгалтерской отчетности на момент предоставления кредитных средств свидетельствуют о том, что объемы деятельности ООО "Пензавтодор" и ООО ТК "ТрансОйл" не сопоставимы с объемом предоставленных Банком кредитных средств. Согласно отчетности за 2014 год выручка ООО "Пензавтодор" составила 423 464 тыс. руб., чистая прибыль 834 тыс. руб., выручка ООО ТК "ТрансОйл" составила 91 740 тыс. руб., чистая прибыль: 361 тыс. руб.

Кроме того, в результате правового анализа сведений из информационной системы Контур-Фокус, картотеки арбитражных дел, Росреестра и прочей информации, полученной из открытых источников, установлено следующее:

*На дату выдачи кредита уставный капитал сформирован в минимальном размере (10 тыс. руб.).

*На дату выдачи кредита заемщики зарегистрированы по адресу массовой регистрации.

*Контактный телефон заемщиков, при регистрации указан, как контактный телефон у более чем двух юридических лиц.

*В исследуемый период согласно сведениям, содержащиеся в информационном ресурсе Контур-Фокус, единоличный исполнительный орган/участник у заемщиков, являлся/является "массовым" заявителем/руководителем.

*Некоторые исполнительные производства по взысканию налогов (сборов) с ООО "Пензавтодор" окончены в связи с невозможностью установить место нахождения должника/имущества либо в связи с отсутствием имущества у должника.

*ООО "ТК "Трансойл" согласно сведениям из Контур-Фокус не представляли бухгалтерскую отчетность в уполномоченный орган более года, а ООО "Пензавтодор" вообще не предоставлял отчетность с момент регистрации юридического лица.

*Согласно бухгалтерскому отчету, размещенному на информационном ресурсе Контур-Фокус, у ООО "ТК "Трансойл" с момента регистрации отсутствуют основные средства, а активы состоят из дебиторской задолженности, что не характерно для организации, осуществляющей оптовую торговлю нефтепродуктами.

* среднесписочная численность сотрудников у данных заемщиков минимальна: 1 – 3 человека. Начиная с 2015 года ООО "ТК "Трансойл" направляло отчетность с "нулевыми" отчислениями.

*После отзыва лицензии у Банка уполномоченный орган признал сведения по адресу заемщиков, содержащиеся в ЕГРЮЛ, как недостоверные (единоличный исполнительный орган отсутствует по адресу регистрации).

*У заемщиков отсутствуют сайты, что нехарактерно для организаций, осуществляющих вид деятельности по оптовой торговле твердым, жидким и газообразным топливом.

*Банк выдал кредит ООО "ТК "Трансойл" по истечении чуть более двух месяцев после государственной регистрации в качестве юридического лица.

*ООО "ТК "Трансойл" находится в процедуре банкротства, дело № А49-15976/2016, заявитель – Банк в лице ГК "АСВ", 27.03.2017 введено наблюдение, 21.08.2017 – конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО30.

*ООО "Пензавтодор" находится в процедуре банкротства, дело № А55-1190/2017, заявитель – Банк в лице ГК "АСВ", 05.04.2017 введено наблюдение, 29.09.2017 – конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО31

*ООО "ТК "Трансойл" за всю историю своего существования не имело иных арбитражных споров, кроме как с Банком по вопросу взыскания задолженности по непогашенным кредитам. По указанным делам представители должников в суде не присутствовали, несмотря на надлежащее уведомление об арбитражном споре, процессуальные документы не подавали, решения/определения не обжаловали.

Анализ кредитного досье на предмет соответствия его формирования внутренним документам Банка, выявил следующее:

- кредитные досье имеют признаки технического формирования: минимальное количество документов по деятельности компании; состоят преимущественно из внутренних документов Банка (профессиональные суждения на разные даты, заключения от различных подразделений, распоряжения различных отделов Банка);

- документы заемщика (свидетельство, приказы, устав, протоколы и т.д.), как правило, незаверенные. Причем, юридические документы, состоят преимущественно из выписок из ЕГРЮЛ, многие из которых представляют из себя обычную распечатку со сайта ФНС России: https://egrul.nalog.ru/;

- в досье отсутствуют документы (например, акты проверки по месту нахождения исполнительных органов), подтверждающие, что Банк осуществлял выезды по адресу регистрации/ведения бизнеса заемщика;

- кроме того, бухгалтерская отчетность, имеющаяся в кредитных досье, в незаверенных копиях. В большинстве случаях отсутствуют документы, подтверждающие отправку отчетности в уполномоченные органы, а имеющаяся распечатка о направлении документов в электронном виде также никем незаверенная;

- в кредитных досье отсутствуют документы, подтверждающие, что сотрудники Банка осуществили проверку паспорта руководителя/учредителя по открытым источникам;

- отсутствуют письменные согласия на разглашение налоговой тайны в ФНС РФ;

- в кредитных досье отсутствуют сведения о направлении Баком запросов в БКИ с целью проверки кредитной истории.

Кроме недостатков в формировании юридических досье, указанных выше, следует также отметить:

• у заемщиков предмет договоров аренды не согласован (невозможно установить недвижимое имущество, передаваемое во временное пользование); краткосрочный (заключен менее чем на год); отсутствует документы, подтверждающие правомерность предоставления помещений в аренду;

• арендованная площадь по договорам аренды у заемщиков составляет от 12м2. Санитарные нормы (САНПИН 2.2.2/2.4.1340-03) на одно рабочее место (без принтера) с использованием ПЭВМ допускают минимальную площадь в размере 4,5м2, при использовании параллельно с ПЭВМ со вспомогательными устройствами (принтер, сканер) минимальная площадь – 6м2;

• у заемщиков в юридическом досье отсутствуют согласия на обработку персональных данных от представителей заемщиков Банка/участников/единоличного исполнительного органа.

Вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что указанные компании имеют признаки отсутствия ведения реальной хозяйственной деятельности. При надлежащей проверке платежеспособности данных заемщиков, выдача заемных средств не была бы произведена.

Следует также заметить, что согласно Предписанию Т436-9-9/4644ДСП от 17.02.2016 Волго-Вятского Главного управления Отделения по Самарской области Банка России имеются факты предоставления ООО ТК "ТРАНСОЙЛ" ссуд на льготных условия по сравнению с условиями предоставления сопоставимых (по срокам, суммам и целям) ссуд другим заемщикам (льготный порядок уплаты процентов).

Более того, заемщики Банка ООО "Трансойл", ООО "ТК "Трансойл" и ООО "Пензавтодор" можно выделить в одну группу лиц, которые взаимосвязаны между собой, как юридически, так и экономически:

• В исследуемый период состав органов управления ООО "Трансойл" и ООО "ТК "Трансойл" состоял из одного физического лица: ФИО32 ;

• После смены органов управления во второй половине исследуемого периода их состав у ООО "ТК "Трансойл" и ООО "Пензавтодор" стал состоять из одного физического лица: ФИО33 .

• ООО "Трансойл" и ООО "ТК "Трансойл" зарегистрированы по одному адресу: <...>;

• В качестве контактного телефона у ООО "Трансойл" и ООО "ТК "Трансойл" указан номер: +7 (841) 2560509;

• В деле № А49-15976/2016 о признании ООО "ТК "Трансойл" банкротом ООО "Пензавтодор" привлечено в качестве третьего лица;

• ООО "Пензавтодор" выступал залогодателем по обязательствам ООО "Трансойл" и ООО "ТК "Трансойл", а ООО "ТК Трансойл", в свою очередь, залогодателем по обязательствам ООО "Пензавтодор";

• Из анализа кредитного досье следует, что поставщиком ООО "Пензавтодор" выступало ООО "Трансойл";

• Согласно анализу кредитных досье указанных заемщиков основным контрагентом у них выступало ООО "Автомобильные дороги", у которого отсутствовали признаки ведения финансово-хозяйственной деятельности.

Учитывая изложенные обстоятельства следует сделать вывод о том, что ООО "ПЕНЗАВТОДОР", ООО ТК "ТРАНСОЙЛ" являются фирмами, заведомо неспособными исполнить принятые на себя денежные обязательства. Объёмы осуществляемой деятельности обществ несопоставимы с принятыми обязательствами перед Банком, заемщики не обладают собственным имуществом и доходами, позволявшими им обслуживать задолженность по кредитам.

ООО "ОРФЕЙ": 21.10.2015 Банк предоставил ООО "Орфей" кредитные средства в размере 130 000 тыс. руб., которые в тот же день в полном объеме перечислены на р/сч ФИО34 (акционер Банка, владеющий 3,002% уставного капитала), открытый в Банке с основанием: "за акции по договору купли-продажи ценных бумаг б/н от 20.10.2015". Далее, ФИО34 полученные за акции денежные средства в размере 128 466 тыс. руб. перечислил на депозитный счет с ПАО СБЕРБАНК (26.10.2015), а в размере 1 534 тыс. руб. снял наличными в кассе. На дату отзыва лицензии, задолженность ООО "Орфей" учитывалась в полном объеме.

Следует отметить, что ранее, в июне и августе 2015 года ФИО34 за счет собственных средств была оказана Банку финансовая помощь в общей сумме 110 000 тыс. руб.

Таким образом, юридическое лицо, конечным бенефициаром которого является Банк, выкупило денежными средствами Банка акции ФИО35, который в соответствии с действующим законодательством вправе был требовать принудительного выкупа акций непосредственно у Банка.

В данном случае, приобретение у ФИО34 привилегированных акций за счет кредитных средств было совершено в обход запрета, установленного ст. 73 Закона «Об акционерных обществах», поскольку на момент совершения сделки Банк уже отвечал признакам неплатежеспособности. Кроме того, данной сделкой контролирующие лица по сути вернули ФИО34 оказанную им ранее финансовую помощь.

Между тем, анализ бухгалтерской отчетности ООО "Орфей" выявил, что компания не в состоянии погасить имеющуюся задолженность самостоятельно. Деятельность предприятия являлась убыточной, чистые активы имели отрицательную величину, выручка отсутствовала или ее величина не сопоставима с объемом обязательств. Так, выручка ООО "Орфей" на момент предоставления кредитных средств составляла 1671 тыс. руб.

В исследуемом периоде ООО "Орфей" перечислило налоговых платежей на сумму 55 тыс. руб. (в том числе НДФЛ 16 тыс. руб.). Выплата заработной платы составила 109 тыс. руб. Хозяйственные платежи (арендные платежи, оплата электроэнергии, газа, воды, телефона и интернета) – 27 тыс. руб. Общий объем поступлений от основной деятельности с основанием "за продажу ювелирных изделий" составил 4 071 тыс. руб. Среднесписочная численность сотрудников за период с 2012 по 2017 у ООО «Орфей» составляла 1 (один) человек.

У ООО "Орфей" минимальное количество судебных споров с участием их представителей в судебных заседаниях. Процессуальные документы, в большинстве случаев, от имени заемщиков Банка не подавались, решения не обжаловались, а в случае направления процессуальных документов суммы предъявленных требований незначительные. Практически во всех судебных заседаниях процессуальное положение заемщиков – Ответчик.

Согласно сведениями из http://kad.arbitr.ru/ ООО "Орфей" не получало судебную корреспонденцию и отсутствовало по адресу регистрации.

По результатам анализа кредитных досье ООО "Орфей" на соответствие формирования досье внутренним документам Банка, выявлено следующее:

- кредитные досье имеют признаки их технического формирования: минимальное количество документов по деятельности компании; состоят преимущественно из внутренних документов Банка (профессиональные суждения на разные даты, заключения от различных подразделений, распоряжения различных отделов Банка).

- документы заемщика (свидетельство, приказы, устав, протоколы и т.д.), как правило, незаверенные. Причем, юридические документы по группе компаний, состоят преимущественно из выписок из ЕГРЮЛ, многие из которых представляют из себя обычную распечатку со сайта ФНС России: https://egrul.nalog.ru/.

- в кредитных досье отсутствуют документы, подтверждающие, что сотрудники Банка осуществили проверку паспорта руководителя/учредителя по открытым источникам.

- все договоры субаренды, которые находятся в кредитных досье, краткосрочные и заключены на срок менее года.

- в кредитном досье ООО "Орфей", находятся договоры аренды/субаренды, которые в нарушении пункта 3 статьи 670 ГК РФ, не согласованы (невозможно установить недвижимое имущество, передаваемое во временное пользование) и, как следствие, данные договоры считаются незаключенными.

- у ООО "Орфей" в кредитном досье отсутствуют документы, подтверждающие правомерность передачи Арендодателем нежилых помещений в аренду/субаренду заемщикам Банка.

- арендованная площадь договорам аренды/субаренды составляет от 5м2 до 15м2. Санитарные нормы (САНПИН 2.2.2/2.4.1340-03) на одно рабочее место (без принтера) с использованием ПЭВМ допускают минимальную площадь в размере 4,5м2, при использовании параллельно с ПЭВМ со вспомогательными устройствами (принтер, сканер) минимальная площадь – 6м2.

- отсутствуют письменные согласия на разглашение налоговой тайны в ФНС РФ.

- отсутствуют документы, позволяющие оценить финансовое положение поручителей – физических лиц.

- отсутствуют анкеты поручителей, согласие поручителей на обработку персональных данных и на предоставление сведений в БКИ.

Вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что ООО «ОРФЕЙ» не ведет реальную хозяйственную деятельность. При надлежащей проверке платежеспособности данного общества, выдача заемных средств не была бы произведена.

Кроме того, в настоящее время ООО "Орфей" находится в стадии ликвидации на основании решения высшего органа управления юридического лица (решение № б/н от 10.10.2016).

Таким образом, приведенные обстоятельства свидетельствуют о несопоставимости объемов осуществляемой деятельности ООО «Орфей» с имеющимися обязательствами перед Банком. У общества очевидно отсутствовали источники погашения не обладало собственным имуществом и доходами, позволявшими ему обслуживать задолженность по кредитам.

ФИО27: целевым использованием кредита являлась покупка квартиры по адресу: <...>. В качестве подтверждения целевого использования денежных средств в досье приложены оригиналы договоров купли-продажи объекта недвижимости, подписанные только сторонами: ФИО27 и ФИО36 В соответствии со сведениями, полученными от Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Росреестр), ФИО27 никогда не являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: <...>. Приблизительно в этот промежуток времени, согласно выписке из ЕГРП, собственник жилого помещения с ФИО36 поменялся на ФИО37

На дату отзыва лицензии данная ссудная задолженность составляла 43 200 тыс. руб. Следует отметить, что в период конкурсного производства Заемщик не производил обслуживание или погашение кредита.

В профессиональных суждениях, которые содержаться в кредитном досье, указывается, что заемщик работает в должности заместителя директора ООО "АРЦ" и ООО "Элит Моторс" с 01.07.2015. Согласно справкам о доходах за период 6 месяцев, выданных по форме Банка, у ФИО27 в ООО "АРЦ" среднемесячный доход составлял 520 тыс. руб., а в ООО "Элит Моторс" - 600 тыс. руб. В кредитном досье не содержатся документы, которые подтверждали бы место работы и стаж работы заемщика. Более того, сведения о доходе ФИО27 подтверждены в произвольной форме, справки 2-НДФЛ отсутствуют.

Согласно анализу операций по р/сч ФИО27 предпринимательская деятельность им не велась и иные доходы отсутствуют. Основной объем операций представляет собой обслуживание и погашение ссудной задолженности.

Таким образом, приведенные обстоятельства свидетельствуют о несопоставимости объемов осуществляемой деятельности ФИО27 с имеющимися обязательствами перед Банком, а значит, и об отсутствии источников погашения. Заемщик не обладал собственным имуществом и доходами, позволявшими ему обслуживать задолженность по кредитам. При надлежащей проверке платежеспособности данного заемщика, выдача заемных средств не была бы произведена.

Учитывая изложенное, вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что заемщики не вели никакой реальной хозяйственной деятельности, а представленные в кредитные досье документы о таковой не соответствовали реальным обстоятельствам дела. Элементарные действия по проверке заемщиков (выезд по адресам, запросы в налоговые органы, проверка сведений об учредителях и руководителях заемщиков и др.), проведенные сотрудниками Банка, свидетельствуют о том, что заемщиками не велась и не ведется какая-либо хозяйственная деятельность. При должной степени осмотрительности, разумности и добросовестности действий контролирующих лиц по организации работы банка кредиты данным организациям не подлежали выдаче, а выдача таковых привела к неплатежеспособности Банка.

В отношении совершения указанных сделок как оснований привлечения к субсидиарной ответственности ответчиками также было заявлено о применении срока исковой давности.

Указанный довод судом отклоняется ввиду следующего.

С момента утраты силы Закона о банкротстве кредитных организаций в связи с принятием Федерального закона от 22.12.2014 года №432-Ф3 особенности банкротства кредитных организаций были закреплены в § 4.1 гл. XI Закона о банкротстве.

Согласно п. 6 ст. 189.23 Закона о банкротстве (в ред. от 22.12.2014), заявление о привлечении лица, контролирующего кредитную организацию, к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, может быть подано не позднее трех лет со дня признания кредитной организации банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Как указывалось ранее, Решением Арбитражного суда Самарской области от 4 июля 2016 года (дата объявления резолютивной части) по делу № А55-9320/2016 Банк признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство в соответствии с требованиями Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Функции конкурсного управляющего возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

05.09.2018 года АО «ФИА-Банк» в лице конкурсного управляющего «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Соответственно, трехлетний срок исковой давности, установленный ст. 189.23 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим не пропущен.

С учетом изложенного, правовые основания для применения срока исковой давности, установленного ст. 10 Закона о банкротстве применительно к требованиям Конкурсного управляющего о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в части одобрения и заключения сделок с ООО «ТК «Трансойл» — №366-П от 28.04.2015 года и №330-П от 13.04.2015; с ООО «Пензавтодор» — №369-П от 05.08.2015 и №286-П от 26.01.2015 года отсутствуют.

Выявленные в ходе конкурсного производства обстоятельства свидетельствуют о наличии на балансе Банка в период с 01.04.2014 по 08.04.2016 значительной доли ссуд, оценка кредитных рисков и определение размера расчетного резерва по которым производились с нарушением требований N 254-П.

В результате недосоздания Банком резервов по ссудной задолженности заемщиков (искусственно завышалась величина собственных средств (капитала) Банка, что позволяло скрывать его реальное финансовое положение и продолжать осуществлять деятельность, не принимая мер по предупреждению банкротства, несмотря на наличие оснований, предусмотренных ст. ст. 3, 4 Закона), сделки по кредитованию неплатежеспособных заемщиков причинили существенный ущерб Банку.

Оценив представленные конкурсным управляющим доказательства, суд приходит к выводу о заведомой невозможности исполнения заемщиками и цессионарием обязательств по ссудам и цессии. Доводы ответчиков о том, что на момент заключения договоров организации-должники обладали всеми признаками реально действующих организаций, являются недоказанными, опровергаются совокупностью представленных конкурсным управляющим доказательств.

Кроме того, суд отклоняет довод конкурсного управляющего о заключении сделки с ФИО28 от 24.07.2015, 14.08.2015 как оснований привлечния к субсдиарной отвественности, поскольку как установлено судом и не оспаривается лицами, участвующими в деле, денежные средства, полученные ФИО28 были возвращены в Банк.

Кроме того, в обоснование довода о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылается на то, что 22.06.2015г. был заключен договор купли-продажи №27843 с ООО "Инкомцентр", в соответствии с условиями которого Банк приобрел имущество по цене 55 077 353,92 рублей. 15.06.2015г. был заключен договор купли-продажи №27841 с ИП ФИО38, в соответствии с условиями которого Банк приобрел имущество по цене 53 948 364,82 рублей. Оба договора были подписаны И.о. Председателя Правления ФИО5

Однако указанные сделки были предметом рассмотрения в Арбитражном суде Самарской области, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании их недействительными было отказано.

Судом установлено, что ежемесячная бухгалтерская отчетность Банка за период с 01.04.2014 по 08.04.2016, предоставляемая в Банк России, содержала сведения о достаточности собственных средств (капитала) банка (Н1). Однако, при проведении процедур банкротства, временная администрация установила, что банком предоставлялась недостоверная отчетность. К аналогичному выводу пришел конкурсный управляющий Банка при анализе финансового состояния кредитной организации.

Проведенный в конкурсном производстве анализ финансового состояния банка подтвердил, что в период с 01.09.2014 по 08.04.2016 капитал имел отрицательное значение (Н1 < 0%), стоимость имущества банка была недостаточна для исполнения обязательств перед кредиторами.

Между тем, суд оценил результаты анализа ссудной задолженности заемщиков банка, проведенного в соответствии с действовавшим в тот период Положением Банка России от 26.03.2004 N 254-П "О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности" (далее - Положение N 254-П), а также анализа обязательств некредитного характера, оценка которых производилась в соответствии с требованиями Положения Банка России от 20.03.2006 N 283-П "О порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери" (далее - Положение N 283-П), принял во внимание представленные сведения о выявленных конкурсным управляющим заемщиков физических и юридических лиц, ссудная задолженность которых необоснованно оценивались банком в 1-3 категории качества с начислением минимальных резервов, не соответствующих действительному уровню кредитных рисков по предоставленным банком ссудам.

Как следует из представленных в материалах дела документов, в спорный период указанные должности занимали следующие привлеченные к участию в деле заинтересованные лица:

ФИО1 - Председатель Правления Банка с 16.07.2013 по 28.01.2015 года, а также член Наблюдательного совета с 28.11.2013 года по 26.06.2015 года; член инвестиционного комитета.

ФИО2 - Член Правления Банка с 16.07.2013 по 08.04.2016 года; член инвестиционного и кредитного комитетов.

ФИО3 - Член Правления Банка с 16.07.2013 по 08.04.2016 года, а также Член Наблюдательного совета с 09.10.2015 года по 08.04.2016 года; член инвестиционного комитета.

ФИО4 - Член Правления Банка с 16.07.2013 по 24.04.2015 года, а также Исполняющий обязанности Председателя Правления Банка с 28.01.2015 года по 24.04.2015 года; член инвестиционного и кредитного комитетов.

ФИО5 - Член Правления Банка (заместитель Председателя Правления) с 16.07.2013 по 08.04.2016 года, а также Исполняющий обязанности Председателя Правления Банка с 24.04.2015 года по 08.04.2016 года; член инвестиционного комитета.

ФИО6 - Председатель Наблюдательного совета с 28.11.2013 года по 08.04.2016 года, а также акционер Банка, которому принадлежало 69,79% голосующих акций Банка.

ФИО7 - Член Наблюдательного совета с 28.11.2013 года по 08.04.2016 года; член инвестиционного комитета.

ФИО8 - Член Наблюдательного совета с 28.11.2013 года по 08.04.2016 года; член инвестиционного комитета.

ФИО39 (ранее- ФИО9) - Член Наблюдательного совета с 28.11.2013 года по 09.10.2015 года;

ФИО10 - Член Наблюдательного совета с 26.06.2015 года по 09.10.2015 года;

ФИО11 - Член Наблюдательного совета с 09.10.2015 года по 08.04.2016 года;

Из материалов дела следует, что ответчики ФИО7, ФИО8, ФИО39 (ранее- ФИО9), ФИО10, ФИО11 , ФИО6 являлись в спорный период членами Наблюдательного совета.

В соответствии с частью 1 статьи 66 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества избираются общим собранием акционеров в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом и уставом общества, на срок до следующего годового общего собрания акционеров.

По решению общего собрания акционеров полномочия всех членов совета директоров (наблюдательного совета) общества могут быть прекращены досрочно.

Таким образом, один из членов Наблюдательною совета не может быть выведен из его состава досрочно. Возможно лишь одновременное прекращение полномочий всех членов Наблюдательного совета с избранием нового состава Совета. Такая позиция подтверждается и судебной практикой (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 11.02.2016 №Ф06-4473/2015 по делу №А55-19780/2014).

В соответствии с разделом 6 Положения о Наблюдательном совете (т.З л.д.9) решения членами Наблюдательного совета принимаются в ходе проведения собраний.

В соответствии с п. 6.4. Положения, члены Наблюдательного совета извещаются о назначенном заседании Наблюдательного совета посредствам почтовой, электронной, факсимильной связи.

Как указано в ст. 165.1. Гражданского кодекса РФ правовые последствия для лица возникают только с момента, когда лицо получило юридически значимое сообщение.

Таким образом, возможность привлечения члена Наблюдательного совета к ответственности возможна только в случае: 1) получения им уведомления о созыве собрания Наблюдательного совета; 2) голосовании таким лицом за одобрение решения, которое повлекло убытки для юридического лица.

Конкурсный управляющий указывал, что члены Наблюдательного совета действовали недобросовестно и неразумно при управлении Банком. Нарушение выражается в отсутствии решения членов Наблюдательного совета о созыве и проведении внеочередного собрания Наблюдательного совета.

В п.1 ст. 68 Федерального Закона «Об Акционерных обществах» императивно установлено, что только Председатель Наблюдательного совета вправе созывать и проводить собрание совета. Члены Наблюдательного совета вправе только требовать проведения собрания от Председателя Наблюдательного совета.

Кроме того, направление такого требования является правом, а не обязанностью члена Наблюдательного совета и действующего законодательство не предусматривает ответственность именно ненаправление членом Наблюдательного совета требования о проведении собрания.

Компетенция Наблюдательного Совета установлена в подпунктах 1-33 пункта 10.29 Устава банка (т.1, л.д.222-223, т.2 л.д.18-19). Анализ названных положений Устава показывает, что все вопросы, входящие в компетенцию Наблюдательного совета подразделяются на несколько направлений:

- стратегические вопросы управления банком (определение приоритетных направлений деятельности и др.);

- кадровые полномочия (образование исполнительных органов управления банка и

др.);

- вопросы методологического обеспечения деятельности байка (создание системы внутреннего контроля, утверждение стратегии управления рисками и др.);

- некоторые вопросы текущей деятельности (одобрение крупных сделок в размере от 30 миллионов рублей).

Конкурсный управляющий вменяет в вину ответчикам - членам Наблюдательного совета банка то обстоятельство, что они не инициировали ликвидацию банка в связи с наступлением объективных признаков банкротства.

В свою очередь, эти признаки банкротства, с позиции конкурсного управляющего наступили в связи с тем, что ряд активов банка были учтены на балансе по завышенной цене, а по ряду выданных ссуд были недосозданы резервы на возможные потери.

Вне зависимости от обоснованности данного утверждения, следует отметить, что из положений Устава, устанавливающих компетенцию Наблюдательного совета, наиболее релевантной обсуждаемому вопросу является та часть попномочий, которая касается методологического обеспечения деятельности банка (создание системы внутреннего контроля, утверждение стратегии управления рисками и др.).

Данные полномочия Наблюдательного совета должны также оцениваться в системной связи с иными положениями Устава, в частности, с Разделом 11 Устава (организация внутреннего контроля в банке, т.1 л.д.228-235). В данном разделе установлено, что в банке создается Департамент контроля и управления банковскими рисками, а также Департамент внутреннего аудита (пункт 11.15 Устава, т.1, л.д.229-230).

Банк в лице органов управления (в том числе, в лице Наблюдательного совета) обязан обеспечить постоянство деятельности, независимость и беспристрастность Департаментов, профессиональную компетентность руководства Департаментов (пункт 11.17,11.31 Устава, т 1 гг д ?30, 23-1).

В свою очередь, сам Департамент внутреннего контроля осуществляет оценку эффективности сделок банка, тестирует достоверность и полноту бухгалтерского учета (пункт 11.18 Устава, т.1 л.д. 230), осуществляет проверки по всем направлениям деятельности банка (пункт 11.22 Устава, т.1 л.д.231).

Из совокупности данных положений Устава следует, что Наблюдательный Совет ответственен за организационно-методологические аспекты работы банка, тогда как непосредственные текущие вопросы проверки достоверности отчетности относятся к

Следует отметить, что ни в многочисленных проверках банка со стороны Центрального банка РФ, ни в заявлении конкурсного управляющего не приводятся доводы о том, что Наблюдательный Совет ненадлежащим образом выполнял свои организационно-методологические функции. Все предусмотренные Уставом банка внутренние службы были организованы, организационные аспекты их работы были обеспечены.

При таких обстоятельствах, с учетом отсутствия претензий контролирующих органов к системе внутреннего контроля банка, у членов Наблюдательного совета в период с 28.11.2013 по 08.04.2016 не было оснований сомневаться в качестве и эффективности работы данных служб.

Положения Устава банка о компетенции Наблюдательного совета не предполагают возможность и обязанность члена Наблюдательного совета лично проводить аудит бухгалтерской отчетности банка, лично давать оценку правильности ведения бухгалтерского учета, оценивать активы и пассивы банка

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума №53), обязанность руководителя по обращению и суд е заявлением о банкроте! не возникает и момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся и сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определит!» наличие одного из обстоятельств, укачанных в пункте I статьи 9 Закона о банкротстве. Несет руководитель должника докажет, что само но себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, указанных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 №14-П).

Субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 № 302-')С14-1472). При рассмотрении настоящего обособленного спора таких обстоятельств не установлено.

Доводов о совершении ответчиками, являющимися членами Наблюдательного совета каких-либо иных действий или бездействий, служащих основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности, либо к ответственности в виде взыскания убытков, конкурсный управляющий не привел.

На основании изложенного, суд полагает, что члены Наблюдательного совета ФИО7, ФИО8, ФИО39 (ранее- ФИО9), ФИО10, ФИО11 , ФИО6 не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности.

Относительно ФИО1, Р.Т.ВБ., ФИО3, ФИО4, ФИО5 суд полагает, что имеются основания для их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка в виду следующего.

ФИО2 - Член Правления Банка с 16.07.2013 по 08.04.2016 года; член инвестиционного и кредитного комитетов.

ФИО5 - Член Правления Банка (заместитель Председателя Правления) с 16.07.2013 по 08.04.2016 года,

Согласно п.1 ст.69 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров.

Уставом общества, предусматривающим наличие одновременно единоличного и коллегиального исполнительных органов, должна быть определена компетенция коллегиального органа. В этом случае лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора), осуществляет также функции председателя коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции).

В соответствии с п. 10.39 Устава Банка руководство текущей деятельностью Банка осуществляется председателем Правления.

Пунктом 10.42 Устава предусмотрено, что к компетенции Председателя Правления Банка относятся все вопросы текущей деятельности Банка, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции Общего собрания акционеров, Наблюдательного Совета и Правления Банка

Пунктом 10.51. Устава Банка определен круг вопросов, относящихся к компетенции Правления, а именно, согласно данному пункту Правление:

- определяет основные направления деятельности Банка,

- рассматривает текущие и перспективные планы работ,

- координирует работу служб и подразделений аппарата Банка,

- принимает решения по важнейшим вопросам текущей деятельности Банка,

- принимает решение об открытии и закрытии внутренних структурных подразделений Банка (дополнительных офисов, операционных касс вне кассового узла, операционных офисов, кредитнокассовых офисов),

- утверждает сметы доходов и расходов Банка,

- принимает решения о выпуске неэмиссионных ценных бумаг (сертификатов, векселей), об осуществлении операций по доверительному управлению,

- утверждает ежеквартальные отчеты по ценным бумагам,

- принимает решения о признании качества обслуживания долга и классификации ссуд по группам риска в случаях, предусмотренных нормативными документами Банка России;

- утверждает лимиты и полномочия кредитных комитетов Банка,

- решает другие вопросы, отнесенные к его компетенции настоящим Уставом, внутренним документом о Правлении или решением Наблюдательного совета Банка, а также иные вопросы, не отнесенные к компетенции Общего собрания акционеров, Наблюдательного совета и Председателя Правления Банка.

В соответствии с п.5.1. Положения о Правлении ЗАО «ФИА-Банк», члены Правления Банка имеют право заключать от имени Банка договоры, совершать иные сделки при наличии у них соответствующей доверенности.

Таким образом, суд полагает, что Председатель Правления и члены Правления относятся к тем лицам, чьи действия (бездействия) имеют причинно-следственную связи с банкротством Банка.

В период деятельности ФИО1 как председателя правления Банка была заключена сделка с ООО «Пензавтодор» (кредитный договор от 26.01.2015 на сумму 215 000 000 руб.)

В период деятельности ФИО40, ФИО3, ФИО4, ФИО5 в качестве членов правления Банка были заключены кредитные договоры с ООО ТК «Трансойл»от 28.04.2015, от 13.04.2015, с ООО «Пензавтодор» от 26.01.2015, 05.08.2015, с ФИО27 от 15.02.2016.

Оценив данные обстоятельства, установив, что конкурсным управляющим доказан факт того, что предоставление кредитов осуществлялось бывшими руководителями должника без проведения комплексного и объективного анализа деятельности заемщиков, то есть без адекватной оценки кредитного риска выдачи таких кредитов, при неполной и недостоверной информации о заемщиках, заключались договоры с "техническим" компаниями, по "технической" ссудной задолженности, и именно эти действия ответчиков привели к снижению собственного капитала банка ниже размера его уставного капитала и, как следствие этого, к ухудшению финансового положения кредитной организации с ее последующим банкротством,

Довод заявителей о том, что конкурсным управляющим не доказаны все обстоятельства, необходимые для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, подлежат отклонению в силу следующего.

Сложившейся судебной практикой выработаны критерии повышенного стандарта и бремени доказывания в рамках дела о банкротстве для лиц, входящих в одну группу лиц: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения определенных действий, выбора модели ведения бизнеса.

Данный подход обусловлен тем, что группа лиц по общему правилу предполагает интеграцию входящих в нее звеньев не только через общую управленческую политику, наличие общей стратегии, но также через объединение финансовых ресурсов и капиталов.

Все указанные лица, обладая информацией о финансовом положении Банка и качестве его активов, не могли не осознавать, что совершение действий по такому ненадлежащему кредитованию юридических лиц, выдаче банковских гарантий заведомо влечет причинение Банку ущерба и его неспособность удовлетворить требования кредиторов в полном объеме.

Судом на основании материалов дела сделан вывод о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и банкротством Банка, невозможностью удовлетворения требований его кредиторов.

Как правомерно указал суд, контролирующие Банк лица имели реальные возможности для надлежащего исполнения обязательств, а именно получения информации и ее проверки для принятия взвешенного и обоснованного решения, а также использования предусмотренных действующим законодательством механизмов для недопущения совершения операций по кредитованию организаций и выдачи банковских гарантий, однако соответствующие действия контролирующими банк лицами предприняты не были. Указанные лица, обладая информацией о реальном состоянии банка и качестве активов, не могли не осознавать, что совершение вышеприведенных сделок и операций заведомо повлечет причинение банку ущерба и его дальнейшее банкротство.

Указанная правовая позиция отражена в Постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18.10.2019 по делу№А19-1813/2015, в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 25.02.20220 по делу №А40-127725/2016.

В соответствии с п. 5 ст. 14 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций", размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, в соответствии с настоящей статьей определяется исходя из разницы между размером установленных требований кредиторов и рыночной стоимостью имущества должника за вычетом текущих обязательств.

На момент приостановления производства по обособленному спору процессуальные особенности рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства регулировались абзацем шестым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, по смыслу которого при невозможности точного определения размера этой ответственности суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение соответствующего заявления, в том числе, до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно приведенному правилу суд, разрешая спор о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности, сначала проверяет наличие условий для возложения такой ответственности на привлекаемое лицо, а затем определяет ее точный размер. При доказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности и невозможности (ввиду несформированности конкурсной массы) достоверного определения суммы, подлежащей взысканию с контролирующего лица, суд выносит определение, содержащее выводы о наличии оснований привлечения к ответственности и о приостановлении рассмотрения соответствующего заявления.

Как следует из отчета конкурсного управляющего, на момент рассмотрения обособленного спора конкурсная масса не реализована, а, следовательно, рыночная стоимость имущества должника не могла быть достоверно установлена, расчеты с кредиторами произведены не были.

При таких обстоятельствах у суда отсутствует возможность определить размер субсидиарной ответственности, в связи с чем, рассмотрение вопроса об установлении размера субсидиарной ответственности подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Руководствуясь статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктами статьями, 9, 61.10 – 61.16, 129, 223 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении М.Л.ИБ., Ш.Е.ВБ., Густафсон Юлианы, ФИО21, ФИО11, ФИО6 к субсидиарной ответственности отказать.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1, Р.Т.ВБ., ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам Акционерного общества «ФИА-БАНК».

Приостановить рассмотрение заявления конкурсного управляющего к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определение может быть обжаловано в течение 10 рабочих дней после его принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области

Судья

Е.А. Анаева