Гражданский кодекс часть 1

кредитор ОАО «Сбербанк России» - представители ФИО11, доверенность от 22.10.2014, ФИО10 доверенность от 29.12.2012, ФИО12, доверенность от 20.08.2014,

кредитор ЗАО «Банк «Советский» - представитель ФИО13, доверенность от 28.10.2015,

установил:

определением от 04.12.2013 (резолютивная часть объявлена 28.11.2013) заявление ФИО14 о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 банкротом признано обоснованным. В отношении
ИП ФИО2 введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО15.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.12.2013 № 231.

Решением от 26.03.2014 индивидуальный предприниматель ФИО2 признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО15.

Публикация указанных сведений осуществлена в газете «Коммерсантъ» 05.04.2014 № 58.

28.11.2014 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО15 (с учетом уточнений) о признании недействительным соглашения о разделе совместно нажитого имущества супругов от 27.02.2012, заключенного между ФИО2 и ФИО3, в части раздела земельного участка, площадью 2500 кв.м, расположенного по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Петровское сельское поселение, пос.Петровское, кадастровый номер 47:03:0702002:19, и применении последствий недействительности сделки (т.1, л.д.5-6, 18-19, 128). Заявлению присвоен номер №А56-52247/2013/сд.1.

24.03.2015 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО15 о признании сделки должника недействительной, а именно: соглашения от 27.02.2012, заключенного между ФИО2 и ФИО3 о разделе супружеского имущества. Заявлению присвоен номер №А56-52247/2013/сд.2.

Определением арбитражного суда от 08.05.2015 объединены в одно производство заявления конкурсного управляющего ФИО15 о признании сделки должника недействительной (дело №А56-52247/2013/сд.1 и дело №А56-52247/2013/сд.2) для их совместного рассмотрения; делу присвоен №А56?52247/2013/сд.1.

Определением арбитражного суда от 16.01.2015 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена ФИО4.

Определением арбитражного суда от 08.05.2015 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ООО «Монолит», ООО «Лаком», ООО «Пищевой комбинат «ЛАДОГА», ЗАО «Первая Бисквитная Фабрика».

Определением арбитражного суда от 04.06.2015 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО5.

Определением арбитражного суда от 02.07.2015 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО6.

Определением арбитражного суда от 06.11.2015 (резолютивная часть объявлена 15.10.2015) арбитражный управляющий ФИО15 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего индивидуального предпринимателя ФИО2.

Определением арбитражного суда от 06.11.2015 (резолютивная часть объявлена 29.10.2015) конкурсным управляющим индивидуального предпринимателя ФИО2 утвержден ФИО7

В силу части 6 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) утвержденные судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих.

Конкурсный управляющий ФИО7 в судебном заседании 12.11.2015 уточнил заявленные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просит суд:

- признать соглашение о разделе совместно нажитого имущества супругов от 27.02.2012, заключенное между ФИО2 и ФИО3 в части раздела земельного участка, расположенного по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Петровское сельское поселение, пос.Петровское, кадастровый номер 47:03:0702002:19, недействительным;

- признать соглашение о разделе совместно нажитого имущества супругов от 27.02.2012, заключенное между ФИО2 и ФИО3 в части раздела квартир, расположенных по адресам: Санкт-Петербург, Московский <...>, и Санкт-Петербург, Московский <...>, недействительным, -

ранее заявленные основания для признания сделки недействительной поддержал.

Ответчики ФИО2, ФИО3 в судебное заседание 12.11.2015 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом и заблаговременно, не сообщили причину неявки и не ходатайствовали об отложении слушания дела в связи с их неявкой; ответчик ФИО3 направила суд представителя ФИО9; судебные извещения, направляемые ФИО2 по адресу регистрации проживания, возвращаются с отметкой органов почтовой связи «за истечением срока хранения»; в предыдущих судебных заседаниях ответчик ФИО3 возражала против удовлетворения иска; ответчик ФИО2 в лице представителя ФИО9 (доверенность от 29.08.2012 сроком действия на 3 года) возражал против удовлетворения иска в полном объеме (судебные заседания от 23.04.2015, 04.06.2015, 02.07.2015); при указанных обстоятельствах и с учетом требований статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Возражения ответчиков сводятся к тому, что брак между ними расторгнут 23.03.2012, соглашение о разделе супружеского имущества (оспариваемая сделка) заключено 27.02.2012, то есть за 10 месяцев до введения в отношении должника процедуры наблюдения (до 28.11.2013); в качестве индивидуального предпринимателя должник зарегистрирован 04.03.2013; сделка, по мнению ответчиков, не противоречит действующему законодательству о банкротстве; кроме того, оспариваемое соглашение заключено во исполнение брачного договора от 01.09.1995, заключенного между ФИО2 и ФИО3, передача спорного имущества осуществлялась не только на основании оспариваемого соглашения, но и на основании указанного брачного договора; действительность брачного договора в установленном законом порядке не оспаривалась. Также ответчики ссылаются на то, что по условиям оспариваемого соглашения ФИО2 получил в счет раздела супружеского имущества 3 000 000 рублей, что в стоимостном выражении соразмерно со стоимостью имущества, которое выделено в порядке радела имущества ФИО3; по мнению ответчиков, исполнение условий соглашения не повлекло уменьшения конкурсной массы должника; в качестве доказательства получения ФИО2 денежных средств в размере 3 000 000 руб. во исполнение условий соглашения о разделе имущества представлена копия расписки. Кроме того, ответчиками заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания соглашения о разделе супружеского имущества (т.1, л.д. 21-22; т.2, л.д.102; т.3 л.д.164, 186, 187, объяснения ФИО3 от 11.11.2015).

3-е лицо ФИО5 (сын ответчиков) в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом и заблаговременно, не сообщил причину неявки и не ходатайствовал об отложении рассмотрения дела в связи с его неявкой в судебное заседание, направил в судебное заседание представителя ФИО9; при указанных обстоятельствах и с учетом требований статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО5; представитель ФИО9 возражал против удовлетворения иска.

3-е лицо ФИО16 (в ее пользу состоялось отчуждение вышеуказанного спорного земельного участка), в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом и заблаговременно, не сообщила причину неявки и не ходатайствовала об отложении рассмотрения дела; ранее представила в суд письменные возражения по существу иска (т.3 л.д.132), ссылаясь на то, что приобрела земельный участок на законных основаниях; при указанных обстоятельствах, с учетом исключения конкурсным управляющим требования о применении последствий недействительности сделки, требований статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанного лица.

3-е лицо ФИО6 (в его пользу состоялось отчуждение спорной квартиры 103 дома 167 по Московскому пр. в Санкт-Петербурге), в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения спора был извещен по адресу регистрации постоянного проживания: Республика Крым, ПГТ Гаспра, <...>, а также по адресу приобретенной им спорной квартиры; судебные извещения в виде телеграмм ФИО6 не вручены со ссылкой на то, что он за телеграммой не является, квартиры закрыты; о судебном извещении, направленном к судебном заседанию 15.10.2015 по адресу проживания в Республике Крым, по данным сайта «Почта России», ФИО6 известно, о чем свидетельствует запись «адресат заберет отправление сам» (л.д.112, 115, 116а, 118, 149 т.3); информация о рассмотрении дела надлежащим образом и заблаговременно размещалась на официальном сайте суда 13.10.2015 (л.д.165, т.3), 17.10.2015 (л.д.172 т.3), 31.10.2015, 10.11.2015; при указанных обстоятельствах, с учетом исключения конкурсным управляющим из исковых требований заявления о применении последствий недействительности оспариваемой сделки, применяя положения статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО6

3-и лица ООО «Монолит», ООО «Лаком», ООО «Пищевой комбинат «ЛАДОГА», ЗАО «Первая Бисквитная Фабрика» представителей в судебное заседание не направили; о времени и месте рассмотрения дела были извещены по месту нахождения юридического лица, суд с учетом уточненного иска конкурсного управляющего, требований статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей указанных третьих лиц. Кроме того, суд учитывает, что представитель бывшего конкурсного управляющего ФИО15 ФИО17 является конкурсным управляющим ООО «Монолит»; ответчик ФИО2 является единственным участником ЗАО «Первая Бисквитная Фабрика», 3-е лицо ФИО5 является единственным участником ООО «Лаком» и ООО «Пищевой комбинат «ЛАДОГА».

Представитель собрания кредиторов должника ФИО10 (избрана решением собрания кредиторов от 25.05.2015) поддержала заявление конкурсного управляющего.

Представитель кредитора ЗАО «Банк Советский» поддержали заявление конкурсного управляющего, обратив внимание на то, что на момент заключения соглашения от 27.02.2012 о разделе совместно нажитого имущества супруги ФИО2 и ФИО3 находились в браке, при этом должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку последним было прекращено исполнение обязательств, возникших в рамках кредитных договоров и подтвержденных решениями судов, а именно:

- решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 07.11.2013 по делу №2-2712/13, в соответствии с которым с ФИО2 в пользу ОАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитным договорам от 16.04.2010 №2006-100509-РКЛ-5, от 03.09.2010 № 2006-104310-РКЛ-1; от 27.01.2011 №2006-100509-РКЛ-6; от 17.03.2011 №20006-1-105011 по состоянию на 28.10.2013 в размере 472 954 844,95 руб. (основная сумма задолженности), 51 214 697,85 руб. (неустойка);

- решением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 01.04.2013 по делу №А2-1115/13, в соответствии с которым с ФИО2 в пользу ЗАО «Банк «Советский» взыскана задолженность по кредитному договору от 15.04.2011 №123/11 12 304 717,82 руб.; по кредитному договору от 17.08.2011 №318/11 – 5 845 987,98руб.;

- решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 13.11.2012 по делу №2-3647/2012, в соответствии с которым с ФИО2 и ООО Лаком» солидарно в пользу ООО «ПетроИнвест» взыскано 58 556 557,37 руб. задолженности по кредитному договору от 14.11.2011 №276-11;

указанными судебными актами установлено, что на момент 27.02.2012 ФИО2 не исполнялись обязательства по возврату кредитов банкам; общий размер задолженности на дату заключения спорного соглашения составлял сумму не менее 539 958 260,81 руб. (без учета процентов за пользование кредитом и неустоек); учитывая имущество, перечисленное в соглашении о разделе имущества, ФИО2 обладал признаками недостаточности имущества, о чем не могла не знать супруга ФИО3 (т.1, л.д.130-131). Кроме того, представители Банка обратили внимание на то, что регистрация перехода права собственности в отношении земельного участка на имя ФИО3 состоялась лишь 28.01.2014, то есть после возбуждения дела о банкротстве должника.

Представители кредитора ОАО «Сбербанк России» поддержали заявление конкурсного управляющего и позицию ЗАО «Банк Советский».

Кредитор-заявитель по делу о банкротстве ФИО14 о времени и месте рассмотрения дела извещена, в судебное заседание не явилась, представителя не направила, не сообщила причину неявки, не ходатайствовала об отложении рассмотрения дела. Суд принимает во внимание то, что 28.01.2015 кредиторами выбран представитель кредиторов ФИО18, в дальнейшем 25.05.2015 представителем кредиторов избрана ФИО10, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве», суд считает, что ФИО14 утратила статус основного участника дела о банкротстве должника.

Изучив материалы дела, материалы основного дела о банкротстве должника, выслушав мнение лиц, явившихся в судебное заседание, суд считает, что заявление конкурсного управляющего подлежит удовлетворению.

Конкурсным управляющим оспаривается соглашение о разделе супружеского имущества от 27.02.2012 со ссылкой на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 202 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до 01.10.2015) к отношениям, связанным с банкротством гражданина, применяются правила, установленные главами I-VIII Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено главой Х (банкротство граждан). Правила, предусмотренные параграфом 1 главы Х Закона о банкротстве, применяются к отношениям, связанным с банкротством индивидуальных предпринимателей с учетом особенностей, предусмотренных параграфом 2 главы Х Закона о банкротстве (особенности банкротства индивидуальных предпринимателей).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также на основании и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве и с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», - в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В абзаце 2 пункта 1 вышеуказанного постановления конкретно указаны виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), в том числе, брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: первое - на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; второе - имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

При проверке сделки предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о конкуренции) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника (пункт 1 статьи 19 Закона о банкротстве).

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети и браться сестры супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

В ходе слушания дела судом установлено, что до 28.01.2014 вышеуказанный спорный земельный участок был зарегистрирован на праве собственности на имя должника ФИО2; 28.01.2014 зарегистрирован переход права собственности в пользу ФИО3; в обоснование перехода права собственности ФИО3 в органы Росреестра представлено соглашение о разделе общего имущества супругов, датированное 27.02.2012.

Из текста соглашения от 27.02.2012 следует, что ответчики решили разделить общее имущество супругов следующим образом:

ФИО3 является собственником следующего имущества:

- две квартиры, распложенные по адресу: Санкт-Петербург, Московский пр., дом 167 квартира 92, общей площадью 96,3 кв.м. и квартира 103 общей площадью 97,4 кв.м.;

- земельный участок, расположенный по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Петровская волость, пос.Петровское, урочище Старо-Калинино, общей площадью 2500 кв.м, кадастровый номер 47:Р1:7-7-1:0138;

- транспортное средство ПОРШЕ CAYENNE, 2008 года выпуска;

- доли в уставном капитале ООО «Монолит» (ИНН<***>) - 99%;

- доли в уставном капитале ООО «Лаком» 100%;

- доли в уставном капитале ООО Пищевой комбинат «ЛАДОГА» 100%;

- акции ЗАО «Первая Бисквитная фабрика» 100%.

ФИО2 является собственником следующего имущества:

- денежных средств в размере 3 000 000 рублей;

- всего остального движимого имущества, нажитого во время брака.

Согласно свидетельству о расторжении брака, сведений, отраженных в актовой записи о расторжении брака №324 от 23.03.2012, (л.д.23, 111 т.1) ответчики состояли в браке с 01.09.1990 по 23.03.2012.

Суд считает, что доводы конкурсного управляющего, кредиторов о том, что дата изготовления оспариваемого соглашения не соответствует дате, указанной в тексте соглашения (27.02.2012); появление соглашения связано с возбуждением в отношении ответчика ФИО2 дела о банкротстве с целью не допустить реализацию имущества должника, в том числе нажитого в период брака, для погашения требований кредиторов, заслуживает внимание.

Суд обращает внимание на то, что 17.09.2013 в отношении должника возбуждено дело о банкротстве; из материалов регистрационного дела в отношении спорного земельного участка следует, что оспариваемое соглашение было предъявлено в органы Росреестра для регистрации перехода права собственности 28.10.2013, то есть после возбуждения дела о банкротстве должника и спустя более 1,5 года после расторжения брака ответчиков (л.д.66-88 т.1).

При этом из материалов регистрационного дела следует, что ранее ответчик ФИО2 предпринимал действия по отчуждению спорного земельного участка в пользу иного лица; 20.11.2012 в органы Росреестра был представлен для регистрации перехода права собственности договор купли-продажи спорного земельного участка от 12.11.2012, заключенный между ФИО2 и ФИО19 (л.д.47-65 т.1).

Кроме того, в материалы регистрационного дела для регистрации перехода права собственности в пользу ФИО19 было предъявлено заявление ответчика ФИО3 от 08.11.2012, подпись на котором удостоверена нотариусом ФИО20 (реестр №Д-2047), с согласием на отчуждение спорного земельного участка как имущества, нажитого в период брака; сведения о наличии соглашения о разделе имущества в данном заявлении отсутствуют (л.д.53 т.1).

Из вышеуказанного следует, что на момент отчуждения земельного участка в пользу ФИО19 полномочия собственника по распоряжению имуществом осуществлялись ФИО2; соглашение о разделе имущества не было реализовано.

Оценивая вышеуказанные обстоятельства, объяснения ответчиков по указанным обстоятельствам, а также то, что регистрация перехода права собственности в пользу ФИО19 не состоялась в связи с наличием в органах Росреестра сведений об аресте земельного участка на основании постановления судебного пристава-исполнителя, а не в связи с возражениями ответчика ФИО3, - суд считает надуманными доводы ответчиков о том, что выбранный ими способ реализации имущества (без оформления перехода права собственности на имя ФИО3) не противоречил условиям соглашения о разделе имущества супругов. Напротив, по мнению суда, условия договора купли-продажи от 12.11.2012 в части указания собственника, получателя платы за земельный участок, указания на отсутствие притязаний и прав иных третьих лиц противоречит условиям соглашения о разделе супружеского имущества, и свидетельствует об отсутствии по состоянию на 12.11.2012 оспариваемого соглашения.

Кроме того, суд обращает внимание на то, что из текста первоначально предъявленного заявления об оспаривании отчуждения спорного земельного участка в пользу ФИО4, из объяснений представителя конкурсного управляющего ФИО17 следует, что о существовании соглашения от 27.02.2012 о разделе общего имущества супругов конкурсному управляющему стало известно лишь в феврале 2015 года после предъявления данного соглашения в рамках данного обособленного спора (л.д.21-24 т.1).

Также суд обращает внимание на то, что по состоянию на 18.05.2015 и 28.08.2015 (согласно выписке из ЕГРЮЛ) должник ФИО2 является участником общества с ограниченной ответственностью «Монолит» (л.д.24-95 т.2, л.д.85-90 т.3); предприятие находится в стадии ликвидации; конкурсным управляющим данного предприятия является ФИО17 (она же представляла интересы конкурсного управляющего ФИО15).

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.11.2014 ООО «Монолит» (ИНН<***>) признано банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника; из текста решения следует, что дело возбуждено на основании заявления ликвидатора предприятия – ФИО2; согласно протоколу внеочередного общего собрания участников от 02.06.2014 участниками общества (ФИО2 и ФИО3) принято решение о ликвидации общества, о назначении ликвидатором ФИО2.

В отношении ООО «Пищевой комбинат «Ладога», ООО «Лаком» регистрация изменений в ЕГРЮЛ в части единоличного участника состоялась лишь 24.01.2014 на основании заявления ФИО2; при этом новым участником обществ заявлена не ФИО3, а их сын ФИО5 (л.д.24-95 т.2, 37-59, 97-106 т.3).

Вышеуказанные обстоятельства ответчиками не опровергнуты и свидетельствуют не в пользу позиции ответчиков о том, что давность изготовления соглашения соответствует дате 27.02.2012.

Кроме того, судом предпринимались меры для выяснения фактических обстоятельств дела, в том числе для установления срока давности изготовления оспариваемого соглашения; ответчикам предоставлялась возможность опровергнуть доводы конкурсного управляющего и кредиторов относительно срока давности изготовления оспариваемого соглашения, однако, ответчики не воспользовались своим процессуальным правом, предусмотренным статьями 64, 64, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представить доказательства в подтверждение своих доводов, в опровержение доводов конкурсного управляющего и кредиторов.

Так, в судебном заседании 20.08.2015 представителем ЗАО «Банк «Советский» заявлено о фальсификации доказательства – оспариваемого соглашения. Кредитором заявлено ходатайство о проведении экспертизы по определению срока давности изготовления документа (части документа); на разрешение эксперта предложено поставить следующие вопросы: Имеются ли следы искусственного старения соглашения от 27.02.2012 о разделе общего имущества супругов? Соответствует ли временной период подписания ФИО2 и ФИО3 соглашения о разделе общего имущества супругов от 27.02.2012 дате, указанной в названном документе, а именно 27.02.2012?

Определением арбитражного суда от 03.09.2015 суд обязал ФИО2 и ФИО3 представить подлинное соглашение от 27.02.2012 о разделе общего имущества супругов.

В судебном заседании 07.10.2015 ответчиком ФИО3 в лице представителя ФИО9 предъявлено заявление об исключении из числа доказательств соглашения от 27.02.2012 (л.д.131 т.3); указание в тексте заявления даты «27.02.2015» суд расценивает как описку с учетом высказанной в судебном заседании позиции представителя ответчика об исключении из доказательств именно оспариваемого соглашения.

В судебном заседании 15.10.2015 представителем ЗАО «Банк Советский» заявлено об отказе от заявления о фальсификации соглашения от 27.02.2012; при этом поддержано ходатайство о назначении экспертизы указанного документа по заявленным вопросам.

В судебном заседании 22.10.2015 представитель ответчика ФИО3 ФИО9 заявил о том, что в случае проведения экспертизы в Федеральном бюджетном учреждении Северо-Западного регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, запрашиваемое судом соглашение о разделе имущества будет представлено; пояснения представителя ответчика зафиксированы в протоколе судебного заседания, письменное заявление приобщено к материалам дела (л.д.167, 173 т.3). То обстоятельство, что в качестве автора заявления указан «ФИО21.», суд расценивает как описку с учетом того, что ФИО9 заявлено об участии в деле в качестве представителя ответчика ФИО3, предъявлена доверенность от 07.02.2015.

27.10.2015 в арбитражный суд экспертным учреждением (ФБУ Северо-Западным региональным центром судебной экспертизы) представлена информация о возможности, стоимости и сроках проведения судебно-технической экспертизы документов (письмо от 27.10.2015 №1826, л.д.178).

В судебном заседании 29.10.2015 суд повторно предложил ответчикам представить подлинное соглашение о разделе имущества от 27.02.2012, необходимое для проведения экспертизы, в связи с чем в судебном заседании был объявлен перерыв до 16 час. 00 мин. 05.11.2015.

В судебное заседание 05.11.2015 ответчики не явились, представитель ответчика ФИО3 – ФИО9 отказался представить суду подлинное соглашение о разделе имущества со ссылкой на то, что в ходе проведения экспертизы соглашение может быть подвергнуто частичному уничтожению (производство вырезок из штрихов исследуемых подписей и образцов сравнения), ответчик возражает против частичного уничтожения документа.

Определением суда от 05.11.2015 в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы отказано; при этом суд учитывал положения статьи 82 АПК РФ, разъяснения, изложенные в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» (далее – Постановление №23), согласно которым объектами экспертизы могут быть вещественные доказательства, документы, предметы, образцы для сравнительного исследования, пробы, материалы дела, по которому производится судебная экспертиза; если объектом исследования является не сам документ, а содержащиеся в нем сведения, в распоряжение эксперта в силу положений части 6 статьи 71 и части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут быть предоставлены надлежаще заверенные копии соответствующих документов после того, как они были приобщены к материалам дела; суд исходил из того, что поскольку кредитором заявлено о проведении экспертизы по определению срока давности изготовления документа (части документа), в настоящем случае объектом исследования является сам документ - соглашение о разделе общего имущества супругов от 27.02.2012, его непредставление ответчиками исключает возможность проведения экспертизы по настоящему делу.

В дальнейшем в судебном заседании 12.11.2015 представителем ФИО3 – ФИО9 было предъявлено суду подлинное соглашение от 27.02.2012; конкурсным управляющим заявлено ходатайство о назначении по делу экспертизы для определения срока давности изготовления документа (части документа); для разрешения экспертам предложено задать вопросы:

1. Имеются ли следы искусственного старения соглашения от 27.02.2012 о разделе общего имущества супругов?

2. Соответствует ли временной период подписания ФИО2 и ФИО3 соглашения о разделе общего имущества супругов от 27.02.2012 дате, указанной в названном документе, а именно 27.02.2012?

3. Определить верхние и нижние границы периода подписания соглашения от 27.02.2012 о разделе общего имущества супругов?

В рамках обсуждения заявленного ходатайства представитель ответчика ФИО3 – ФИО9 возражал против назначения и проведения экспертизы со ссылкой на то, что в результате экспертизы документ будет поврежден (в результате производства вырезок документа или его части); ответчик возражает против частичного уничтожения документа.

Учитывая вышеизложенное, а также то, что ответчиком ФИО3 ранее было заявлено конкретное экспертное учреждение, экспертам которого она доверяет и которым готова представить подлинное соглашение для проведения экспертизы – Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы Минюста РФ (Санкт-Петербург, ул.Некрасова д.8); согласно сообщению указанного экспертного учреждения (л.д.177, 178 т.3) для проведения вышеуказанной экспертизы необходимо дать письменное разрешение на производство вырезок из штрихов исследуемых подписей и образцов сравнения; указанное требование экспертов соответствует положениям статьи 10 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»; отсутствие со стороны ФИО3 разрешения на производство вырезок исключает возможность назначения и проведения экспертизы, - суд определением от 12.11.2015 отказал в назначении экспертизы.

Оценивая вышеуказанное поведение ответчиков, в том числе в лице их представителей, учитывая длительное уклонение ответчиков от предоставления суду для обозрения и проведения экспертизы подлинного соглашения, выставление условий при выборе экспертного учреждения (при том, что конкурсный управляющий и кредиторы готовы были согласиться с выбором ответчиками экспертного учреждения) и в дальнейшем непредоставление необходимого разрешения для проведения определенных действий в рамках проведения экспертизы в отношении оспариваемого документа, - суд приходит к выводу о том, что со стороны ответчиков имеет место злоупотребление процессуальными правами; ответчики уклоняются от предоставления оспариваемого документа для оценки срока давности его изготовления; при том, что данное обстоятельство имеет правовое значение для разрешения спора с учетом позиции конкурсного управляющего и кредиторов; у суда имеются все основания считать, что оспариваемое соглашение составлено не 27.02.2012, и не ранее августа 2013 года.

26.08.2013 в Московский районный суд Санкт-Петербурга поступило исковое заявление ФИО3 о признании права собственности на спорное имущество в порядке раздела супружеского имущества (л.д.12-135 т.2); в тексте искового заявления имеется ссылка на соглашение от 27.02.2012; иных доказательств, свидетельствующих о том, что соглашение было заключено, подписано ранее августа 2013 года, суду не представлено ответчиками, а судом в ходе слушания дела не добыто.

Таким образом, оспариваемое соглашение как сделка совершена менее чем за месяц до возбуждения дела о банкротстве должника индивидуального предпринимателя ФИО2, то есть в пределах срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В судебном заседании 12.11.2015 конкурсным управляющим ФИО7 заявлено ходатайство об истребовании из Управления Федеральной службы кадастра и картографии по Ленинградской области оригинала оспариваемого соглашения от 27.02.2012.

Суд, отказывая конкурсному управляющему в удовлетворении ходатайства об истребовании документа, исходил из того, что в соответствии с требованиями статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оспариваемое соглашение, оформленное в письменном виде, является письменным доказательством состоявшегося между супругами соглашения о разделе совместно нажитого имущества; с учетом того, что действительность соглашения оспаривается, наличие или отсутствие соглашения подлежит доказыванию лицами, ссылающимися на данное соглашение, в данном случае ответчиками; таким образом, по мнению суда, документ должен быть представлен ответчиками; уклонение стороны от предоставления подлинного документа, уклонение от проведения экспертизы для установления срока давности изготовления документа может быть оценено судом как признание факта отсутствия соглашения либо признание факта, для выяснения которого истребуется подлинный документ и назначается экспертиза, установленным или опровергнутым.

В результате совершения оспариваемой сделки из владения должника выбыло имущество, заявленное ответчиками как имущество, нажитое в период брака, в виде земельного участка, двух квартир.

Возражения ответчиков о том, что в данном случае имело место равноценное распределение имущества, не могут быть приняты во внимание, указанные обстоятельства не нашли подтверждение в ходе слушания дела; ответчиками не представлены доказательства в подтверждение своей позиции и в опровержение доводов и представленных доказательств конкурсного управляющего; в силу положений статьи 64, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предположения не могут быть положены в основу решения; напротив, доводы ответчиков опровергаются данными о кадастровой стоимости вышеуказанных объектов, а именно: квартиры №92 - 10 584 329,77 руб., квартиры №103 – 10 700 296,14 руб., земельного участка - 479 425,00 руб., всего на сумму 21 764 050,91 руб.; указанные доказательства представлены конкурсным управляющим; ответчиками не опровергнуты, с учетом местонахождения объектов, площади объектов, суд не усматривает оснований не доверять представленной информации о кадастровой стоимости объектов.

Выделение в пользу ФИО2 в счет раздела имущества супругов 3 000 000 руб. и движимого имущества (без указания перечня имущества), а в пользу ФИО3 вышеуказанного имущества, а также автомобиля, долей и акций четырех предприятий, по мнению суда, является неравноценным разделом супружеского имущества. Ответчиками не представлены доказательства и не приведены убедительные доводы в обоснование несоблюдения принципа равенства долей в общем имуществе супругов, предусмотренного пунктом 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации.

То обстоятельство, что ФИО2 получил по расписке 3 000 000 рублей в счет раздела имущества, по мнению суда, правового значения не имеет для разрешения заявленного спора; указанное обстоятельство может быть учтено, при условии доказанности, при новом разделе супружеского имущества.

Ссылка ответчика ФИО3 на брачный договор от 01.09.1995 (л.д.1, 2 т.3) также не может быть принята во внимание с учетом того, что предметом оспаривания в рамках настоящего дела является соглашение о разделе супружеского имущества; суд обращает внимание на то, что представленный брачный договор оформлен в простой письменной форме; суду представлена лишь нотариально заверенная копия документа; в органы Росреестра данный брачный договор не был представлены при регистрации перехода права собственности на земельный участок; действительность данного брачного договора может быть оценена лишь в рамках спора о разделе супружеского имущества.

Также суд обращает внимание на то, что в соответствии с пунктом 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации супруг обязан уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, об изменении или о расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

Ответчиками не представлены доказательства в подтверждение того, что кредиторы были поставлены в известность о наличии вышеуказанного брачного договора.

Учитывая вышеизложенное, а также то, что ответчики являлись супругами до марта 2012 года; оба являются акционерами ООО «Монолит»; ООО «Монолит», ФИО3 являлись владельцами акций ООО «Монолит-Недвижимость» (ИНН <***>) 99% и 1% соответственно, долг ФИО2 перед ОАО «Сбербанк России» возник на основании кредитных договоров и договоров поручительства, заключенных в пользу ООО «Монолит-Недвижимость»; сын ответчиков ФИО5 в настоящее время является участником двух предприятий, доли в уставном капитале которых также являлись предметом оспариваемого соглашения, указанные лица по отношению к друг другу являются заинтересованными лицами, - суд приходит к выводу о том, что ФИО3 имела сведения о реальном финансовом положении должника при заключении оспариваемого соглашения, оспариваемое соглашение было совершено с целью причинить вред имущественным правам кредиторов предпринимателя, в результате его совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, а другая сторона сделки знала об указанной цели должника.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью должника является прекращение исполнения им части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

По состоянию на август 2013 года должник имел обязательства поручителя по оплате задолженности по кредитным договорам от 16.04.2010 №2006-100509-РКЛ-5, от 03.09.2010 № 2006-104310-РКЛ-1; от 27.01.2011 №2006-100509-РКЛ-6; от 17.03.2011 №20006-1-105011; от 17.08.2011 №318/11; от 14.11.2011 №276-11, подтвержденные вступившими в законную силу решениями судом, а именно:

- решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 07.11.2013 по делу №2-2712/13, в соответствии с которым с ФИО2 в пользу ОАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитным договорам от 16.04.2010 №2006-100509-РКЛ-5, от 03.09.2010 № 2006-104310-РКЛ-1; от 27.01.2011 №2006-100509-РКЛ-6; от 17.03.2011 №20006-1-105011 в размере 472 954 844,95 руб. (основная сумма задолженности), 51 214 697,85 руб. (неустойка); при этом по состоянию на 20.02.2013 (дата направления банком в адрес ФИО2 требования о погашении задолженности как поручителя) долг по кредитным договорам составлял 469 043 409,98 руб.;

Следовательно, учитывая имущество, перечисленное в соглашении о разделе имущества, ФИО2 обладал признаками недостаточности имущества, о чем не могла не знать ФИО3, заключение соглашения о разделе совместного имущества супругов повлекло за собой уменьшение конкурсной массы должника, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

При изложенных обстоятельствах, совокупность обстоятельств, которые согласно разъяснениям пунктов 5, 6, 7, 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» свидетельствуют о совершении подозрительной сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов и о наличии неравноценности условий сделки, подтверждается представленными в дело доказательствами, равно как и факт осведомленности другой стороны сделки об этой цели.

Учитывая изложенное, заявление конкурсного управляющего должника о признании сделки недействительной следует удовлетворить; соглашение о разделе общего имущества супругов от 27.02.2012 признать недействительной сделкой; при этом с учетом объема заявленных требований соглашение подлежит признанию недействительным в заявленной конкурсным управляющим части – в отношении земельного участка, двух квартир.

То обстоятельство, что конкурсным управляющим заявлено о признании соглашения недействительным в части, по мнению суда, не может влиять на существо принимаемого решения, не может являться основанием для отказа в иске с учетом того, что при новом разделе имущества и определении долей каждого из супругов могут быть учтены условия соглашения, не оспоренные в установленном законом порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения, следовательно, в отношении спорного имущества восстанавливается режим совместной собственности супругов; то обстоятельство, что в отношении земельного участка и одной из квартир состоялось отчуждение в пользу третьих лиц, не исключает возможности определения долей каждого из супругов в отношении данного имущества с целью взыскания в конкурсную массу должника стоимости доли реализованного имущества за счет средств супруга, совершившего действия по отчуждения общего имущества в своих интересах; в данном случае применение последствий, предусмотренных статьей 61.6 Закона о банкротстве, возможно лишь после определения долей каждого из супругов в спорном общем имуществе.

Заявление ответчиков о применении правила пропуска срока исковой давности (л.д.186, 187 т.3) не подлежит удовлетворению. Первоначально заявление об оспаривании сделки по отчуждению земельного участка направлено в суд конкурсным управляющим 28.11.2014 (л.д.5 т.1); срок исковой давности, предусмотренный положениями статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации для оспоримых сделок в данном случае следует исчислять не ранее чем с 28.01.2014, то есть с момента государственной регистрации перехода права собственности в отношении земельного участка на имя ФИО3; следовательно, данное требование заявлено конкурсным управляющим в пределах срока исковой давности.

Требование о признании недействительным в полном объеме соглашения заявлено 24.03.2015 после того, как данное соглашение было предъявлено 09.02.2015 ответчиком ФИО3 в качестве приложения к отзыву по первоначально предъявленному требованию (л.д.21-24 т.1); с учетом того, что ответчиками не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что конкурсному управляющему было известно о существовании соглашения до февраля 2015 года, суд считает, что отсутствуют основания считать, что заявителем при предъявлении иска пропущен срок исковой давности; оснований для применения правила пропуска срока исковой давности и отказа в иске суд не усматривает.

Доводы о ничтожности оспариваемого соглашения по основанию мнимости, предусмотренному статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей в период спорных правоотношений), по мнению суда, являются несостоятельными с учетом того, что в отношении земельного участка и одной из квартир оспариваемое соглашение было реализовано, наступили соответствующие юридические последствия; при указанных обстоятельствах оснований считать соглашение мнимой сделкой суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Арбитражный суд определил:

Признать недействительным соглашение о разделе общего имущества супругов от 27.02.2012, заключенное между ФИО2 и ФИО3, в части раздела:

- земельного участка, расположенного по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Петровское сельское поселение, пос. Петровское;

- квартир, расположенных по адресам:

Санкт-Петербург, Московский <...>,

Санкт-Петербург, Московский <...>.

На определение может быть подана апелляционная жалоба в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд течение 10 дней со дня принятия.

Судья А.И. Володкина