Гражданский кодекс часть 1

финансовый управляющий ФИО1 ФИО2 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением к ФИО3 (далее – ответчик) о признании недействительным договора дарения от 16.11.2013 жилой квартиры по адресу: Санкт-Петербург, Петергофское ш., д. 59, лит. А, кв. 277, заключенного ею со ФИО1 (далее – должник) и истребовании квартиры из чужого незаконного владения в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.11.2017 рассмотрение заявления назначено в судебном заседании на 22.01.2018.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.01.2018 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4 (далее – третье лицо), судебное заседание по рассмотрению заявления отложено на 05.03.2018.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.03.2018 в удовлетворении заявления финансовому управляющему отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.05.2018 определение суда от 20.03.2018 оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.09.2018 определение суда от 20.03.2018 и постановление апелляционной инстанции от 28.05.2018 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.09.2018 судебное заседание по рассмотрению заявления назначено на 03.12.2018, которое было отложено на 04.02.2019.

До судебного заседания от должника поступили дополнительные документы и письменный отзыв, в котором он против удовлетворения заявления возражал со ссылкой на то, что в настоящее время фактически проживает в спорной квартире со своей семьей и данная квартира для него и членов его семьи в период заключения договора дарения являлась единственным жильем.

В судебном заседании от 04.02.2019 финансовый управляющий представил дополнительные документы для приобщения к материалам дела, уточненное им ранее заявление, в котором просил признать договора дарения недействительной сделкой и применить последствий недействительности сделки в виде взыскания действительной стоимости квартиры с ответчика, а также в виде виндикации квартиры у конечного приобретателя – третьего лица, и обязании Управления Росреестра по Ленинградской области внести в ЕГРН сведения о недействительности записей о регистрации права собственности за ответчиком и третьим лицом на указанную квартиру, поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика против заявления возражал по мотивам, изложенным в ранее представленном отзыве.

Судом был объявлен перерыв до 11.02.2019 до 11 час. 50 мин. для изучения представленной должником позиции.

11.02.2019 после перерыва судебное заседание продолжено в том же составе.

Финансовый управляющий представил уточненное заявление, указывая на недобросовестные действия должника и ответчика, которые после направления дела на новое рассмотрение поменяли свои позиции со ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 48), в то время как его положения не применимы в данной ситуации, поскольку оспариваемое имущество в настоящее время не принадлежит должнику и никак не связано в его личностью в результате двойной перепродажи, соответственно, результаты оспаривания сделки не приведут к изъятию единственного жилья у должника. В связи с этим просил признать договор дарения недействительным и применить последствия недействительности в виде взыскания действительной стоимости квартиры с ответчика, обязать Управление Росреестра по Ленинградской области внести в ЕГРН сведения о недействительности записей о регистрации права собственности за ответчиком и третьим лицом на указанную квартиру.

Представитель ответчика изложил ранее озвученную позицию о недоказанности финансовым управляющим признаков недействительности сделки, так как ответчик не является заинтересованным лицом по отношению к должнику, равно как и третье лицо; сделки в отношении квартиры не имеют признаков мнимых, так как не совершались с целью причинения вреда кредиторам должника; на момент заключения договора дарения ответчик и должник не знали о поданном в отношении ООО «Ар Си Би», где должник осуществлял обязанности генерального директора, заявлении о признании его несостоятельным (банкротом); ответчик фактически распорядился переданным ему по спорной сделке имуществом, что исключает характер мнимости сделки; дальнейшая сделка купли-продажи имущества в пользу третьего лица не являлась безвозмездной; финансовым управляющим пропущен срок исковой давности; применение последствий недействительности сделки невозможно, в том числе, ввиду добросовестности конечного приобретателя.

Представитель ФИО8 поддержал заявление финансового управляющего, настаивал на его удовлетворении.

Судом уточненное заявление финансового управляющего принято в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания третье лицо и должник не явились. В соответствии со статьей 156 АПК РФ заявление рассмотрено в их отсутствие.

Рассмотрев и оценив материалы дела, заслушав мнения финансового управляющего, представителей ответчика и ФИО8, суд установил следующее.

ФИО8 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.06.2017, резолютивная часть которого объявлена 26.06.2017, должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

Срок процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника продлевался, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.12.2018 срок процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника продлен на шесть месяцев до 29.06.2019, судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего по итогам процедуры реализации имущества гражданина назначено на 24.06.2019.

Основанием для обращения финансового управляющего с настоящим заявлением послужило, по его мнению, совершение должником сделки с ответчиком с целью недопущения обращения взыскания на объект недвижимости по обязательствам должника при недобросовестном поведении (злоупотреблении) правом с обеих сторон сделки, а также указал на осуществление сделки исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника и на то, что в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов. Оспариваемая сделка совершена в период, когда у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторами, заключение договора дарения повлекло безвозмездное отчуждение ликвидного имущества, что является злоупотреблением правом, сделка совершена с намерением сокрыть имущество от возможного обращения на него взыскания кредиторами должника, в связи с чем просил признать договор дарения недействительной сделкой на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Из материалов дела следует, что должником и ФИО3, являющейся родной сестрой должника, 08.10.2013 заключен договор дарения квартиры, согласно которому должник передал в собственность ответчику в качестве дара квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, Петергофское шоссе, д.59, лит. А, кв.277, кадастровый номер 78:40:0008339:4422.

Переход права собственности к ФИО3 зарегистрирован в ЕГРН 16.11.2013, о чем сделана запись №78-78-74/008/2013-250.

В свою очередь 16.12.2014 ФИО3 заключила с ФИО4 договор купли-продажи квартиры, зарегистрированный в ЕГРН 30.12.2014, о переходе права собственности сделана запись №78-78-70/121/2014-474.

Данные обстоятельства установлены судом при первом рассмотрении заявления и подтверждены в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.09.2018. Кроме того, судом кассационной инстанции установлено, что фактически квартира ответчику была передана в счет уплаты имеющейся у должника перед ним задолженности по договору займа в сумме 1 000 000 руб., в связи с чем указано на необходимость дачи соответствующей правовой оценки приведенным обстоятельствам, как и доводам финансового управляющего об аффилированности участников сделок, наличии у них общих экономических интересов и цели вывода квартиры из состава имущества должника во избежание его ответственности перед кредиторами. При этом вывод суда об отсутствии оснований для признания обоснованным ходатайства ответчика о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности не оспорен, в связи с чем повторно ходатайство ответчика об этом не оценивается.

Исходя из системного толкования статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы Х Закона о банкротстве, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников – главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IХ и параграфом 2 главы ХI Закона о банкротстве.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрена возможность оспаривания сделок, совершенных, в том числе, должником, которые могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) разъяснил, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти. По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться:

действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);

банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента);

выплата заработной платы, в том числе премии;

брачный договор, соглашение о разделе общего имущества супругов;

уплата налогов, сборов и таможенных платежей как самим плательщиком, так и путем списания денежных средств со счета плательщика по поручению соответствующего государственного органа;

действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения;

перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

Положениями пункта 1 статьи 61.9 и абзаца 1 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовому управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

При этом, как установлено пунктом 13 статьи 14 Федерального закона Российской Федерации от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного кодекса Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», датой принятия заявления о признании должника банкротом следует считать дату вынесения определения об этом.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце третьем пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», датой возбуждения дела о банкротстве является дата принятия судом первого заявления независимо от того, какое заявление впоследствии будет признано обоснованным.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.02.2017 судом было возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Соответственно, спорный договор заключен должником за три с половиной года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, финансовым управляющим заявление подано правомерно.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ определено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Назначение субъективного права состоит в предоставлении уполномоченному субъекту юридически гарантированной возможности удовлетворить свои потребности, не нарушая при этом интересов других лиц, общества и государства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2015 № 32-КГ14-17).

При осуществлении субъективного права в противоречии с его назначением происходит конфликт между интересами общества и отдельно взятого лица.

Злоупотребление правом, по смыслу статьи 10 ГК РФ, то есть осуществление субъективного права в противоречии с его назначением, имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки правовой норме, предоставляющей ему соответствующее право, не соотносит свое поведение с интересами общества и государства, не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для квалификации сделки как совершенной с целью причинения вреда кредиторам в дело должны быть представлены доказательства того, что обе стороны осознавали противоправность данной сделки.

Как указано в статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должникаи (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований или возражений.

Оценив вышеизложенные обстоятельства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд считает, что имеются основания для признания договора дарения мнимой сделкой.

Так, пунктом 1 статьи 170 ГК РФ установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Также ничтожна притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Договор дарения считается заключенный с момента непосредственной передачи дарителем вещи во владение, пользование и распоряжение одаряемого, то есть является реальной сделкой.

Между тем, как установлено судом, должник (даритель) на протяжении более пяти лет после отчуждения квартиры продолжает пользоваться подаренным им имуществом как своей собственностью и проживать в квартире вместе со своей супругой ФИО10 и дочерью ФИО11, что подтверждается справкой о регистрации по форме 9, при этом зарегистрирован в указанной квартире с 21.02.2018.

Данные обстоятельства указывают на отсутствие реальных намерений у должника отчудить свое имущество в пользу ответчика, ввиду чего договор дарения является мнимой сделкой в силу ее притворности, так как данная сделка совершена с целью прикрыть другую сделку.

При этом суд считает недоказанным факт наличия у должника к моменту заключения договора дарения неисполненных обязательств перед иными кредиторами ввиду предположительного характера доводов финансового управляющего в условиях, когда сроки исполнения обязательств перед КБ «Ренессанс Кредит», ПАО «Росбанк», ООО «Роуд Сити Билдинг» к 08.10.2013 не наступили, при недоказанности факта недостаточности имущества должника для произведения расчетов с кредиторами, принимая во внимание, что обязательства перед ПАО «Росбанк» были обеспечены залогом имущества должника – транспортного средства.

Также суд считает недоказанным факт аффилированности должника и третьего лица, поскольку ФИО4 являлась акционером АО «Группа компаний «Роуд Сити Билдинг» до 01.03.2017, после чего она продала свои акции ФИО12 по договору купли-продажи акций от 01.03.2017, при том что должник в период заключения сделок с ответчиком и третьим лицом акционером данного общества не был; и напротив, должник являлся единственным участником и учредителем ООО «Ар Си Би», и с 04.05.2012 по 06.05.2013 являлся генеральным директором ООО «РосСтройКом-Логистик», участи в которых ФИО4 в тот период не принимала, что исключает вывод о наличии у них общего имущественного интереса, и по причине чего, в свою очередь, необходимо оценивать цепочку взаимосвязанных сделок в отношении имущества должника – гражданина в рамках дела о его несостоятельности (банкротстве).

Вместе с тем, необходимо принять во внимание наличие в момент совершения сделки у спорного жилого помещения статуса единственного пригодного для проживания жилья.

В силу статьи 24 ГК РФ гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

В силу пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Согласно статье 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в абзаце первом части 1 статьи 446 ГПК РФ имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание; земельные участки, на которых расположены объекты, указанные в абзаце втором части 1 статьи 446 ГПК РФ, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

Пунктом 4 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 48 предусмотрено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Таким образом, наличие исполнительского иммунитета распространяется и на сделки с единственно пригодным для проживания жилым помещением. Наличие данного иммунитета позволяет прийти к выводу о том, что сделки с таким имуществом не направлены на причинение вреда кредиторам, поскольку такое имущество не подлежит включению в конкурсную массу.

Как следует из пояснений должника и представленной в материалы дела справки о регистрации граждан от 14.06.2018 в спорной квартире, являющейся собственностью ФИО4, зарегистрированы с 07.12.2017 ФИО10 (супруга должника), ФИО11 (дочь должника), с 21.02.2018 зарегистрирован сам должник. При этом им указано, что иного жилья должник в собственности не имеет, и после отчуждения квартиры продолжал фактически проживать в ней.

В этой связи отсутствует признак причинения вреда имущественным правам кредиторов при совершении оспариваемой сделкой.

Финансовым управляющим были заявлены возражения в части возможности применения с данной ситуации указанного пункта постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 48.

Данная позиция является ошибочной применительно к тому, что постановлениями Пленумов Верховного Суда Российской Федерации не создаются новые правовые нормы, а только даются соответствующие разъяснения и толкования по применению уже действующих норм права, что имеет место быть в данном случае.

Кроме того, о наличии исполнительского иммунитета должником было заявлено в его позициях при первом рассмотрении заявления и его позиция об этом отражена также в постановлении кассационной инстанции, а исходя из общих начал гражданского права и специальных положений ГПК, Закона о банкротстве, возможность обращения взыскания на спорную квартиру в случае признания сделки недействительной отсутствовала как таковая.

При таких обстоятельствах заявление финансового управляющего удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 60, 61.1, 61.2, 61.8, 61.9, 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

определил:

в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности отказать.

На определение может быть подана апелляционная жалоба в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его принятия.

Судья Матвеева О.В.