Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Караман Ю.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Кошкиной М.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО1, возбужденного по заявлению ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк»,

обособленный спор по заявлению финансового управляющего ФИО2 к ответчикам ФИО1, ФИО3 о признании недействительным договора дарения от 06.03.2017; о прекращении права собственности ФИО3 и восстановлении права собственности ФИО1 на объект недвижимого имущества; об обязании Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области внести изменения в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним в части регистрации права собственности ФИО1 на объект недвижимого имущества,

при участии:

должника ФИО1;

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

УСТАНОВИЛ:

20.09.2019 открытое акционерное общество «Тихоокеанский Внешторгбанк» в лице конкурсного управляющего – Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее - Банк, ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк») обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о признании ФИО1 (далее – должник, ФИО1) банкротом. Определением от 27.09.2019 заявление принято к производству суда, возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО1

Определением суда от 18.06.2020 (резолютивная часть от 11.06.2020) ФИО1 признан банкротом, в отношении него ведена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 (член Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих). Данные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 20.06.2020 № 108(6829).

Решением суда от 14.12.2020 (резолютивная часть от 07.12.2020) ФИО1 признан банкротом, в отношении него ведена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев – до 07.06.2021, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 (член Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих). Данные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» сообщением от 19.12.2020 № 234(6955).

Определением суда от 17.05.2021 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего гражданина ФИО1 Определением суда от 16.06.2021 финансовым управляющим должника утвержден ФИО2 (член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Меркурий»).

23.12.2021 финансовый управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением, в котором просит:

1.Признать недействительным договор дарения от 06.03.2017г., заключенный между ФИО1 и ФИО3;

2. Возвратить в конкурсную массу ФИО1 объект недвижимого имущества - квартиру площадью 95,8 кв.м, кадастровый № 65:01:0000000:1463, адрес: <...>;

3. Прекратить право собственности ФИО3 и восстановить право собственности ФИО1 на объект недвижимого имущества - квартиру площадью 95,8 кв.м, кадастровый № 65:01:0000000:1463, адрес: <...>;

4. Обязать Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области внести изменения в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним в части регистрации права собственности ФИО1 на объект недвижимого имущества - квартиру площадью 95,8 кв.м, кадастровый № 65:01:0000000:1463, адрес: <...>.

Одновременно финансовым управляющим заявлено ходатайство об отсрочке уплаты госпошлины в связи с тяжелым материальным положением должника.

Рассмотрение заявления назначено на 02.02.2022, к участию в обособленном споре привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области.

В судебном заседании должник ФИО1 с предъявленными требованиями не согласился, указав, что заключение договора дарения с ФИО3 (мать должника) обусловлено намерением переезда мамы в Сахалинскую область.

От ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного заседания в целях поиска юриста для подготовки мотивированного отзыва по заявленным требованиям. В удовлетворении ходатайства отказано за необоснованностью.

В отзыве на заявление Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области возражало против удовлетворения требований о возложении обязанности на регистрирующий орган по внесению изменений в ЕГРП, поскольку основанием для внесения соответствующих изменений в реестр служит судебный акт о восстановлении или признании права на объект недвижимости либо о применении последствий недействительности сделки.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, уведомлены надлежащим образом, в связи с чем, суд на основании ст. 156 АПК РФ определил рассмотреть спор в их отсутствие.

Выслушав должника, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

Как следует из материалов дела, 06.03.2017 между должником ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемой, а одаряемая принимает в качестве дара квартиру №4, находящуюся по адресу <...>. По акту приема-передачи от 06.03.2017 квартира передана ФИО3 В реестре прав ЕГРН 15.03.2017 зарегистрировано право собственности ФИО3 на указанную квартиру.

Полагая, что данный договор дарения заключен с целью вывода активов должника и причинения вреда кредиторам, является мнимой сделкой, финансовый управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением об оспаривании указанной сделки на основании п.2. ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10, 170 Гражданского кодекса РФ.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда Сахалинской области 27.09.2019, оспариваемый договор дарения заключен 06.03.2017, т.е. в период подозрительности 3 года и может быть оспорен по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, закрепленных в абзацах третьим - пятом пункта 2 данной статьи Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановления Пленума N 63) в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

На момент совершения сделки у должника ФИО1 имелись не исполненные обязательства перед кредиторами ПАО «Сбербанк России» в размере 318232 руб. 55 коп. (взыскана на основании судебного приказа от 09.08.2017 №2-1877/2017 за период с 26.12.2016 по 10.07.2017 по кредитной карте от 26.12.2013) и ООО «Феникс» (правопредшественник АО «Тинькофф Банк») задолженность по договору кредитной линии от 19.08.2016 № 0215994336 за период с 04.03.2017 по 10.11.2017 в размере 141 604 руб., взыскана решением Южно-Сахалинского городского суда от 20.02.2020.

Остальная задолженность перед кредитором ПАО «Сбербанк России» возникла после заключения оспариваемого договора дарения: по кредитному договору №16244 от 28.11.2013 задолженность в сумме 428 327 руб. 62 коп. взыскана на основании судебного приказа от 27.02.2018 по делу №2-36/2018 за период с 28.09.2017 по 29.01.2018; по кредитному договору №46957 от 19.06.2015 взыскана задолженность в размере 925 730,8 руб. по судебному акту от 13.04.2018, начало просрочки платежей 30.09.2017.

Обязательства перед ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк» на основании кредитного договора <***> от 08.04.2014, договора поручительства №ДП-Ц-52/2/2014 от 08.04.2014 возникли у должника по состоянию на 02.05.2017, что следует из определения суда от 18.06.2020 по настоящему делу. Указанная задолженность взыскана решением Южно-Сахалинского городского суда от 17.12.2018 по делу № 2-476/2018.

Требования «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) в сумме 480 643 руб. 22 коп. основаны на кредитном договоре от 27.12.2017 № 0070/0771152.

Из изложенного следует, что по состоянию на дату заключения оспариваемого договора дарения (06.03.2017) у должника ФИО1 имелись неисполненные обязательства перед двумя кредиторами ПАО «Сбербанк» и АО «Тинькофф Банк», данные обязательства включены в реестр кредиторов должника.

Документально не подтверждено, что должник по состоянию 06.03.2017 располагал достаточным имуществом и денежными средствами для удовлетворения требований данных кредиторов. Ссылки на наличие в собственности ФИО1 объектов недвижимости и земельного участка несостоятельны, поскольку данные объекты обременены залогом в пользу ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк». Доказательств наличия дохода достаточного для погашения долга перед кредиторами по состоянию на 06.03.2017 не имеется.

Таким образом, на дату заключения договора дарения должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку прекратил исполнение обязательств перед своими кредиторами, требования которых были включены в реестр кредиторов должника, в последующем задолженность перед кредиторами только возрастала.

Договор дарения от 06.03.2017 заключен с ФИО3, которая приходится матерью должника, т.е. с аффилированным лицом, в связи с чем, осведомленность контрагента по сделке о наличии у должника признаков неплатежеспособности предполагается.

Согласно пункту 7 постановления Пленума N 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Учитывая, что договор дарения носит безвозмездный характер, ФИО3 не могла не знать, что в результате его заключения из собственности должника выбывает принадлежащий ему актив, что может причинить вред его кредиторам.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25)).

Оспариваемая сделка подпадает под признаки недействительности, установленные п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, не может быть признана ничтожной на основании ст. 10 ГК РФ, при том, что обстоятельств для вывода о наличии признаков злоупотребления правом сторон сделки, не имеется.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок, то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение, например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче этого имущества, сохранив контроль продавца (учредителя управления) за ним, и осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Мнимость (притворность) сделки состоит в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов, волеизъявление сторон не совпадает с их главным реальным намерением, и в сокрытии действительного смысла сделки заинтересованы обе ее стороны, а, совершая сделку лишь для вида, стороны верно оформляют все документы, но стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость, поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон суд устанавливает путем анализа обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений (пункт 7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020).

Из пояснений должника следует, что его мать ФИО3 проживает в г.Липецке, заключение договора дарения квартиры было обусловлено её намерением переехать на постоянное место жительства в Сахалинскую область, в виду чего должником принято решение об обеспечении её спорной квартирой.

Фактически квартира не выбывала из владения должника, он как проживал, так и продолжает проживает в ней, иного пригодного для проживания жилья у него не имеется, никаких сделок по отчуждению с иными объектами недвижимости он не совершал. На праве собственности ему также принадлежат административное здание, земельный участок, разрешенное использование: под производственную базу в составе: Склад (Литер Г), здание рыбного цеха, административное здание (Литер Д); по адресу г. Южно- Сахалинск, ул. Транзитная, 33-Б; которые обеспечивают обязательства перед ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк».

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 4Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Учитывая, что как до заключения договора дарения от 06.03.2017, так и после спорная квартира являлась и является для должника его единственным жильем, иных жилых помещений у должника не имеется, суд считает, что основания для признания спорного договора дарения недействительным, прекращении права собственности на квартиру за матерью должника, возложении на регистрирующий орган обязанности внести соответствующие изменения в ЕГРП не имеется, несмотря на наличие формальных признаков недействительности оспариваемого договора.

Судом не установлено и документально не подтверждено, что должник и его мать действовали недобросовестно, противоправно, со злоупотреблением правом, исключительно с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

В случае возврата спорной квартиры в конкурсную массу должника, она будет защищена исполнительским иммунитетом согласно ст. 446 ГПК РФ, в связи с чем, не может быть реализована с целью расчетов с кредиторами должника. В этой связи суд не может согласиться с доводами финансового управляющего ФИО2 о том, что единственной целью должника при заключении договора дарения являлось недопущение обращения взыскания на данную квартиру в исполнительном производстве либо в ходе процедуры банкротства. В силу ст. 446 ГПК РФ на спорный объект недвижимости обращение взыскания невозможно.

Вопреки доводам финансового управляющего ФИО2 правовые последствия признания спорного договора дарения недействительным не направлены на получение того результата, который предполагается при оспаривании сделок должника и применении соответствующих последствий недействительности сделок, т.е. возврат имущества в конкурсную массу и максимальное удовлетворение требований кредиторов должника. Сохранение права собственности за матерью должника либо восстановления права на спорную квартиру самого должника, не влечет изменение статуса данной квартиры как единственного пригодного для проживания должника жилья, независимо от того, на чье имя оформлено право собственности. В результате совершения сделки как указывалось выше ситуация не изменилась, должник как проживал, так и проживает в спорной квартире, иных жилых помещений у него нет, каких-либо сделок, направленных на отчуждение иного имущества, имущественных прав должник не совершал, доказательств наличия признаков злоупотребления правом сторон сделки не установлено.

При этом, суд не толкует исполнительский иммунитет как абсолютный запрет на обращение взыскания на единственное жилье, учитывая толкование института исполнительского иммунитета, данное Конституционным Судом Российской Федерации изложенное в постановлении от 26.04.2021 N 15-П (далее - постановление N 15-П) при оценке конституционности части 1 статьи 446 ГПК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации по применению института исполнительского иммунитета к единственному жилью сводятся к следующему:

- сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи;

- ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта;

- отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма;

- отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника.

Таким образом, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

В первом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления - отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). Во втором случае суд должен разрешить вопрос о возможности (как минимум потенциальной) реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. При этом замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

Ввиду того, что правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества. При этом для судебной перспективы оспаривания сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения таких ограничений, так как результатом оспаривания сделок должника может быть только возвращение имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы происходит в иных процедурах (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 N 304-ЭС21-9542(1,2) по делу N А27-17129/2018).

Применительно к настоящей ситуации, из обстоятельств настоящего дела о банкротстве судом не установлено фактов, которые свидетельствовали бы о том, что в отношении спорной квартиры должник действовал со злоупотреблением правом, отчуждал принадлежащее ему имущество с целью придания спорной квартире статуса единственного жилья.

Возможность отнесения данной квартиры к категории роскошного жилья, за счет продажи которого с высокой степенью вероятности реально приобрести должнику иное жилое помещение меньшей площадью, и погасить требования кредиторов с учетом необходимых затрат на реализацию спорной квартиры и приобретения нового жилья взамен, судом не установлена. Как пояснил должник, спорная квартира расположена в каркасном модульном доме, роскошной не является.

Более того, суд также исходит из наличия у должника иного ликвидного имущества в виде производственной базы, состоящей из 4х объектов недвижимости и земельного участка, реализация которых возможно позволит погасить не только залоговые требования банка, но и требования иных кредиторов.

С учетом изложенного, у суда отсутствуют основания для признания оспариваемого договора недействительным.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ с должника в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 6000 рублей, размер которой суд снижает согласно ст. 333.40 НК РФ до 300 рублей учитывая тяжелое финансовое положение должника, находящегося в банкротстве.

В соответствии со ст. 97 АПК РФ после вступления настоящего определения в законную силу обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Сахалинской области от 24.12.2021, подлежат отмене.

Руководствуясь статьями 32, 61.8, 213..7 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, статьями 97, 184-186, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ОП Р Е Д Е Л И Л :

В удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

После вступления настоящего определения в законную силу отменить обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Сахалинской области от 24.12.2021 в виде:

- запрета ФИО3 совершать сделки, направленные на отчуждение и обременение принадлежащего ей имущества: квартиры площадью 95,8 кв.м, кадастровый № 65:01:0000000:1463, адрес: <...>.

- запрета Управлению Росреестра по Сахалинской области совершать любые регистрационные действия в отношении квартиры площадью 95,8 кв.м, кадастровый № 65:01:0000000:1463, адрес: <...>.

Определение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд в течение 10 дней через Арбитражный суд Сахалинской области.

Судья Ю.А. Караман