Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи Н.И. Опариной, при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем судебного заседания А.А. Поповой, после перерыва помощником судьи Е.В.Невструевой, рассмотрев заявление финансового управляющего ФИО1 о признании сделки супруги должника ФИО2 с обществом с ограниченной ответственностью «ЮРАЛ ТРЕЙД» (ИНН <***>, ОГРН <***>) недействительной и применении последствий ее недействительности

в рамках дела по заявлению ФИО3 (ИНН <***>) о признании его несостоятельным (банкротом),

при участии в качестве заинтересованных лиц с правами ответчика общества с ограниченной ответственностью "Юрал Трейд", ФИО2

при участии в судебном заседании 06.09.2021:

ФИО2, пасп., ФИО4, представитель по доверенности от 22.07.2021.

В судебном заседании, начавшемся 06.09.2021 в 15 часов 53 минуты, объявлен перерыв до 13.09.2021 10 часов 20 минут.

После перерыва судебное заседание продолжено в прежнем составе суда при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Е.В. Невструевой, при участии:

от ФИО2 – ФИО4, представитель по доверенности от 22.07.2021.

Представители иных лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично - путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Свердловской области по веб-адресу www.ekaterinburg.arbitr.ru.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассматривает заявление в отсутствии лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Отводов составу суда не заявлено.

10.12.2020 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением от 24.12.2020 заявление о признании должника банкротом принято к производству.

Решением от 28.01.2021 ФИО3 признан банкротом, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 09.07.2021. Финансовым управляющим имуществом должника назначен ФИО1 (ИНН <***>, регистрационный номер в сводном реестре арбитражных управляющих – 13268, адрес для направления корреспонденции: 452780, Башкротостан Респ., Серафимовский с., 21 <...>), член Союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих».

15 июля 2021 года в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление финансового управляющего ФИО1 о признании сделки супруги должника ФИО2 с обществом с ограниченной ответственностью «ЮРАЛ ТРЕЙД» (ИНН <***>, ОГРН <***>) недействительной и применении последствий ее недействительности.

Определением от 22.07.2021 заявление оставлено без движения.

В материалы дела 02.08.2021 поступило ходатайство во исполнение определения от 22.07.2021.

Определением от 05.08.2021 заявление принято к производству.

От ответчика ФИО2 поступил отзыв, просит отказать по изложенным в отзыве мотивам о приобретении спорного имущества на собственные средства.

В судебном заседании объявлен перерыв для направления отзыв в адрес финансового управляющего, после перерыва представитель ответчика пояснил, что отзыв направлен финансовому управляющему.

Рассмотрев материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

Финансовый управляющий просит признать недействительной сделку –договор купли-продажи от 02.02.2021 транспортного средства SKODA RAPID, 2019 г.в., VIN <***> заключенный между супругой должника ФИО2 и ответчиком ООО «ЮРАЛ ТРЕЙД», в лице директора ФИО5, применить последствия недействительности сделки в виде возложения обязанности на ООО «ЮРАЛ ТРЕЙД», в лице директора ФИО5 возвратить указанное имущество в конкурсную массу.

Признать сделку недействительной финансовый управляющий просит на основании ст. 61.2, 61.3, ст. 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 1 ст. 10, ст. 168, ст. 166, ст. 170 ГК РФ.

Во избежание нарушения имущественных прав и законных интересов конкурсных кредиторов Законом о банкротстве закреплен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (статья 61.2).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абз. 2 - 5 названной статьи.

Таким образом, совершенная должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующих критериев подозрительности (сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В силу пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

При этом с учетом разъяснений, содержащихся в постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Согласно пункту 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной (пункт 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Отсутствие доказательств признака заинтересованности по отношению к должнику по смыслу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве само по себе не исключает осведомленности о совершении сделки с целью причинения вреда кредиторам должника. Безвозмездное предоставление в отсутствие доказательств наличия правовых оснований с очевидностью свидетельствует о том, что должник не руководствовался какими-либо экономическими интересами, а преследовал цель вывода ликвидного имущества из собственности. Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения.

Вместе с тем, при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной, подлежат обязательному установлению следующие обстоятельства: противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Следуя разъяснениям, изложенным в пункте 5 Постановления № 63 оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех обстоятельств, в том числе того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В частности, осведомленность презюмируется в случае безвозмездного предоставления в отсутствие доказательств наличия правовых оснований с очевидностью свидетельствует о том, что должник не руководствовался какими-либо экономическими интересами, а преследовал цель вывода ликвидного имущества из собственности, что, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения (пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

В обоснование поданного заявления финансовый управляющий ссылается на то, что в ходе анализа сделок ФИО3 и супруги должника ФИО2 по распоряжению автотранспортным средством финансовым управляющим установлено, что согласно учетным данным МВД по Республике Башкортостан ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., проведены регистрационные действия, направленные на отчуждение транспортного средства SKODA RAPID, 2019 г.в., <***> (период владения с 13.02.2020 по 18.02.2021).

Из материалов дела следует, что 02.02.2021 между супругой должника ФИО2 и ответчиком ООО «ЮРАЛ ТРЕЙД», в лице директора ФИО5, заключен договор купли-продажи транспортного средства SKODA RAPID, 2019 г.в., VIN <***>.

Указанный автомобиль был продан по цене – 950 726 тысяч рублей 94 коп.

Заявление о признании должника банкротом принято к производству определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2020.

В соответствии с пунктом 4 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации суд может признать имущество, нажитое каждым из супругов в период их раздельного проживания при прекращении семейных отношений, собственностью каждого из них.

Согласно данной норме наличие брака не исключает возможность возникновения у супруга права личной собственности на приобретенное имущество, если доказан факт приобретения этого имущества в период раздельного проживания супругов при прекращении ими семейных отношений.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущества не приобретали, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения общего хозяйства.

Указанная правовая позиция изложена в частности в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 03.03.2020 N 46-КГ19-32.

Таким образом, при решении вопроса об общности имущества, нажитого супругами во время зарегистрированного органами ЗАГС брака, юридическое значение имеет то, на какие денежные средства приобретено имущество и состояли ли супруги фактически в брачных отношениях (вели совместное хозяйство, имели общий бюджет).

Действующее законодательство Российской Федерации предусматривает два основания для признания имущества, нажитого в браке, личным имуществом:

1) имущество приобретено на личные средства одного из супругов. Это могут быть денежные средства, полученные в дар либо в порядке наследования. Однако данный факт должен быть подтвержден достоверными доказательствами. Судебная практика показывает, что свидетельские показания близких родственников не всегда признаются судом как объективные и достоверные. Неопровержимыми доказательствами являются подлинные письменные документы, например договор дарения;

2) имущество приобретено в момент фактического прекращения семейных отношений между супругами, когда они уже не вели совместный бюджет. При этом значение имеет временной период, после которого приобретено имущество.

Как указывает ответчик, 08.06.1991 года между ФИО3 и ФИО2 был заключен брак.

13.03.2009 года указанный брак расторгнут на основании решения о расторжении брака Мирового судьи судебного участка № 2 Богдановичского района Свердловской области, что подтверждается свидетельством о расторжении брака от 17.03.2009 года серии <...>.

21.11.2019 года ФИО3 и ФИО2 зарегистрировали брак. Однако, в связи с появившимися неустранимыми противоречиями, ФИО6и ФИО2 прекратили брачные отношения, начиная с 09.01.2020 года.

Как следует из представленных ответчиком – супругой должника ФИО2 документов, приложенных к отзыву, спорное транспортное средство приобретено в полном объеме на взятые ей кредитные денежные средства, что подтверждается следующим.

В силу договора купли-продажи транспортного средства № 37-433925-КР от 09.02.2020 года, стоимость автомобиля составила 1 194 000 рублей.

В соответствии с п. 3.2.1.1., 3.2.1.2. денежная сумма в размере 254 000 рублей вносится Покупателем наличными денежными средствами в кассу Продавца; сумма в размере 940000 рублей выплачивается денежными средствами, предоставленными - кредитной организацией.

В силу договора займа № 37-433925-ЗМ от 09.02.2020 года, ФИО7 предоставила ФИО2 заем в размере 252 000 рублей путем внесения их в кассу ООО «ПРАЙМ» по договору купли-продажи транспортного средства № 37-433925-КР от 09.02.2020 года.

Дополнительным соглашением к договору купли-продажи транспортного средства № 37-433925-КР от 09.02.2020 года предусмотрено, что стоимость автомобиля составляет не 1 194 000 рублей, а 942 000 рублей, а разница в размере 252 000 рублей ООО «ПРАЙМ» возвратил заимодавцу ФИО7

Таким образом, фактически, автомобиль был приобретен за 942 000 рублей.

В силу кредитного договора <***> от 09.02.2020 года, ФИО2 был предоставлен кредит на покупку транспортного средства SKODA RAPID, 2019 года выпуска, VTN XW8AG2NHOLK117701 в размере 1 020 616 рублей 32 копейки.

Таким образом, спорное транспортное средство было приобретено без первоначального взноса за счет кредитных денежных средств ПАО «БыстроБанк». Кредитные денежные обязательства исполнялись ФИО2 единолично из личных денежных средств, должник в указанных кредитных обязательствах и производимых в счет их погашения платежах участия не принимал.

19.12.2020 года указанное спорное транспортное средство было реализовано ООО «Юрал Трэйд» по агентскому договору. В рамках договоренностей, ООО «Юрал Трэйд» обязалось погасить задолженность по кредитному договору <***> от 09.02.2020 года в размере 950 726, 94 рублей, что подтверждается гарантийным письмом от 02.02.2021 года, а, в свою очередь, ФИО2 обязалась доплатить ООО «Юрал Трэйд» 130 000 рублей в качестве разницы между задолженностью по кредиту и ценой реализации автомобиля третьим лицам. Указанную сумму ФИО2 внесла 02.02.2021 года, что подтверждается квитанцией от 02.02.2021 года на сумму 130 000 рублей.

В соответствии с выпиской движения по счету от 09.02.2020 года по 08.02.2021 года, 08.02.2021 года в счет погашения кредита внесена сумма 10 815, 42 рублей, а также 939 911,51 рублей, всего 950 726, 93 рублей во исполнение обязательств ООО «Юрал Трэйд» исходя из вышеуказанного гарантийного письма.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что спорное имущество приобретено на личные средства одного из супругов - ФИО2, и не может быть признано общим имуществом супругов. Иное финансовым управляющим не доказано (ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Российской Федерации).

Отсутствует предусмотренная в пункте 5, 7 Постановления № 63 совокупность всех обстоятельств, в том числе того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о цели должника к моменту совершения сделки. Из совокупности обстоятельств конкретного дела не следует цель вывода из конкурсной массы ликвидного имущества должника.

Оснований для признания сделки в порядке статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации судом не установлено.

Разрешая рассматриваемый обособленный спор, суд, основываясь на оценке представленных в дело доказательств в соответствии с правилами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 61.1, 61.2, 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ст. 38 СК РФ пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительной оспариваемой сделки после фактического прекращения супругами брачных отношений, приобретения спорного имущества на личные средства ответчика; ввиду недоказанности заявителем обстоятельств злоупотребления сторонами своим правом, и отсутствия совокупности обстоятельств, предусмотренных специальными нормами Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной.

При таких обстоятельства, в удовлетворении заявления суд отказал.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются со стороны.

Руководствуясь ст. 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о признании сделки супруги должника ФИО2 с обществом с ограниченной ответственностью «ЮРАЛ ТРЕЙД» (ИНН <***>, ОГРН <***>) недействительной и применении последствий ее недействительности, отказать.

Взыскать с ФИО3 (ИНН <***>) 6000 руб. государственной пошлины в доход федерального бюджета.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней со дня его вынесения. Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший определение.

Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

Судья Н.И. Опарина