Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Наваковой И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мисроковой И.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в открытом судебном заседании в рамках дела №А63-5505/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» заявление конкурсного управляющего должником о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки,

в отсутствие участников обособленного спора,

УСТАНОВИЛ:

руководитель ООО «ТехноСтавПрицеп» в порядке статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обратился в суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 21.04.2020 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу № А63-5505/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТехноСтавПрицеп».

Определением суда от 11.05.2021 (резолютивная часть определения оглашена 26.04.2020) процедура наблюдения в отношении ООО «ТехноСтавПрицеп» прекращена, в отношении должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден ФИО1.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 11.05.2021 (резолютивная часть объявлена 26.04.2021) общество с ограниченной ответственностью «ТехноСтавПрицеп» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, арбитражным управляющим утвержден ФИО1.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы арбитражным управляющим в порядке, установленном статьей 28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» №81(7043) от 15.05.2021.

04 августа 2021 года конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании недействительным договора залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020, заключенного между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО2.

Дело №А63-5505/2020 находится в производстве судьи Величко Е.С. На основании пункта 46 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», заявление передано на рассмотрение судье Наваковой И.В.

Рассмотрение обоснованности заявленных требований назначено в судебное заседание, суд признал ФИО2, ФИО3 лицами, участвующими в рассмотрении заявления об оспаривании сделки должника.

Определением от 26.10.2021 суд привлек ПАО КБ «Центр Инвест» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора.

Определением суда от 12.04.2022 судом принято уточнение требований, согласно которым конкурсный управляющий просил суд признать недействительным договор залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020, заключенный между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО2; признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства ToyotaLandCruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска, Vin<***>, заключенный между ФИО2 и ФИО3 и применить последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО3 вернуть в конкурсную массу ООО «ТехноСтавПрицеп» спорный автомобиль.

10 июня 2022 года из Промышленного районного суда предано по подсудности дело по заявлению ФИО3 о признании его добросовестным приобретателем автомобиля марки Toyota Land Cruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска.

Определением суда от 17.06.2022 суд назначил рассмотрение ФИО3 о признании его добросовестным приобретателем в судебное заседание для совместного рассмотрения с обособленным спором по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительным договора залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020, заключенного между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО2, о признании недействительным договор купли-продажи транспортного средства ToyotaLandCruiser 150 (Prado), 2018 года выпуска, заключенного между ФИО2 и ФИО3

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 26.09.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 28.12.2022 определение от 26.09.2022 отменено. Заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично. Недействительной сделкой признан договор залога движимого имущества от 29.09.2020 № 1, заключенный должником и ответчиком. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 3 450 тыс. рублей. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 01.04.2021 транспортного средства, заключенного ФИО2 и ФИО3 отказано. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о применении последствия недействительности сделки в виде возврата транспортного средства в конкурсную массу должника отказано.

Постановлением суда кассационной инстанции от 04.04.2023 определение Арбитражного суда Ставропольского края от 26.09.2022 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2022 по делу отменено в части, дело направлено на новое рассмотрение.

Выводы судов в части отказа в удовлетворении требования управляющего о признании недействительным последующего договора купли-продажи спорного транспортного средства, заключенного ФИО2 с ФИО3, и применения последствий ее недействительности в виде обязания ФИО3 возвратить автомобиль в конкурсную массу, признаны обоснованными.

Вместе с тем, судом кассационной инстанции указано, что применяя последствия недействительности сделки, суд сослался на договор купли-продажи от 01.04.2021, согласно которому спорное ТС отчуждено ФИО2 ФИО3 за 3 450 тыс. рублей. Между тем, не учтен факт оплаты ФИО2 остаточной стоимости автомобиля и ее размер, что имеет существенное значение для определения соразмерности стоимости автомобиля и должно учитываться при применении последствий недействительности сделки в виде восстановления задолженности должника перед ответчиком.

Поскольку выводы судов в части отказа в удовлетворении требования управляющего о признании недействительным последующего договора купли-продажи спорного транспортного средства, заключенного ФИО2 с ФИО3, и применения последствий ее недействительности в виде обязания ФИО3 возвратить автомобиль в конкурсную массу, признаны обоснованными, заявление рассматривается в части требования о признании недействительным договора залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020, заключенного между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО2.

До судебного заседания от управляющего поступило уточнение требований в части применения последствий недействительности сделки о признании недействительным договора залога, а именно: просит суд взыскать с ФИО2 денежную сумму в размере 2 814 950 рублей.

Уточненные требования принимаются судом, дело рассматривается с их учетом.

Представители участников обособленного спора, надлежащим образом извещенные о месте и времени проведения судебного заседания, не явились.

На основании статьи 156 АПК РФ судебное заседание проводится в отсутствие не явившихся участников процесса.

Изучив материалы дела, оценив доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности с учетом относимости, допустимости и достаточности, суд считает заявленные требования конкурсного управляющего подлежащими удовлетворению.

Как следует из заявления, ООО «Ресо-Лизинг» (лизингодатель) и должником заключен договор лизинга от 17.05.2018 № 1869СТ-ТСП/01/2018, по условиям которого общество приобрело у лизинговой компании автомобиль спорное ТС по цене 2 895 тыс. рублей.

В соответствии с пунктом 2.1 договора имущество передается лизингополучателю во временное владение и пользование (лизинг) на срок до 31.05.2021.

По условиям договора лизинга имущество передается в собственность лизингополучателя по истечении срока действия договора или до его истечения при условии выполнения лизингополучателем всех обязательств перед лизингодателем, предусмотренных договором.

Согласно пункту 9.2 приложения к договору лизинга (условия договора) лизингодатель вправе в одностороннем порядке расторгнуть договор, в том числе, в случае возбуждения в отношении лизингополучателя в суде дела о несостоятельности (банкротстве), ухудшения его финансового положения. Договор считается расторгнутым по истечении 10 дней с момента получения уведомления стороной о расторжении договора.

Получив информацию о введении в отношении общества процедуры наблюдения, ООО «Ресо-Гарантия», руководствуясь положениями договора, направило должнику уведомление о расторжении договора от 15.06.2020, в котором предложило исполнить один из предложенных вариантов закрытия лизинговой сделки: доставить имущество на место, предварительно согласованное с сотрудниками лизингодателя и передать его по акту приема-передачи или произвести выкуп имущества путем уплаты лизингодателю суммы закрытия лизинговых платежей в общей сумме (с учетом аванса) 630 955 рублей и получить имущество в собственность.

На основании указанного выше уведомления о расторжении договора 25.09.2020 ООО «Ресо-Лизинг» составили акт изъятия спорного автомобиля.

22 сентября 2020 года должником и ответчиком заключен договор займа денежных средств на сумму 635 050 рублей, которые должником направлены на погашение суммы закрытия платежа по уведомлению о расторжении договора лизинга.

В материалах дела имеется платежное поручение от 23.09.2020 № 40098767, согласно которому ФИО2 оплатил со своего счета 625 336 рублей 44 копейки ООО "Ресо-Лизинг" с назначением платежа: "Выкупной платеж по договору лизинга N 1869СТ-ТСП/01/2018 от ООО "Техноставприцеп".

В обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 22.09.2020 N 1 должником и ФИО2 заключен договор залога спорного ТС.

В связи с погашением обязательств по договору лизинга ООО "Ресо-Лизинг" и должник заключили договор купли-продажи спорного ТС от 29.09.2020 N 1869СТ-ТСП/01/2020.

23 октября 2020 года в связи с неоплатой по договору займа должник по акту приема-передачи предмета залога спорный автомобиль передал ФИО2 вместе с оригиналом ПТС.

Полагая, что договор залога является мнимой сделкой, в нарушение положений части 2 статьи 64 Закона о банкротстве не было получено одобрение временного управляющего, сделка совершена при наличии признаков злоупотребления правом с причинением вреда имущественным правам кредиторов, ссылаясь на положения статей 10, 168, 170, ГК РФ, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании договора залога транспортного средства и последующего договора купли-продажи автомобиля.

Удовлетворяя заявление в указанной части, суд руководствуется следующим.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Материалами дела подтверждается, что оспариваемая сделка совершена 29.09.2020, определением суда от 18.05.2020 (дата объявления резолютивной части) в отношении должника введена процедура наблюдения, следовательно, спорный договор совершен после введения в отношения должника процедуры наблюдения.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте «д» Информационного письма от 14.04.2009 № 129 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами положений абзаца второго пункта 1 статьи 66 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предусмотренные пунктом 2 статьи 64 Закона о банкротстве сделки, которые были совершены органами управления должника без согласия временного управляющего, являются оспоримыми.

В силу пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев прямо предусмотренных настоящим Законом сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения.

При этом в соответствии с абзацем 3 пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве сделки, связанные с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и гарантий, уступкой прав требования, переводом долга, а также с утверждением доверительного управления имуществом должника, органы управления должника в процедуре наблюдения могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме.

С учетом изложенного, ввиду того, что договор залога заключен в обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 22.09.2020 № 1, указанный договор подлежал согласованию с временным управляющим.

Таким образом, для признания оспоримой сделки на основании ст. 64 Закона о банкротстве необходимо установить наличие письменного согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме.

В нарушение указанной нормы Закона о банкротстве согласия временного управляющего в письменной форме на совершение перечисленных выше сделок получено не было (доказательств обратного не предоставлено).

В соответствии с п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу статьи 174.1. Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180).

Учитывая изложенное, совершенные сделки в отсутствие согласия на их совершение временного управляющего являются ничтожными, по причине не соответствия их требованиям законодательства - пункту 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, приведенных в пункте «д» информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.04.2009 N 129 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами положений абзаца второго пункта 1 статьи 66 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", следует, что совершение органами управления должника сделки, предусмотренной пунктом 2 статьи 64 Закона о банкротстве, без согласия временного управляющего является самостоятельным основанием для признания оспоримой сделки недействительной.

Кроме того, имеются основания для признания спорной сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно положениям ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума № 63) указано, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в том числе, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления N 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

То, что на момент совершения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества следует из определения Арбитражного суда города Ставропольского края от 21.05.2020 (резолютивная часть от 18.05.2020), которым в отношении должника введена процедура наблюдения.

Согласно указанного определения кредиторская задолженность ООО "ТехноСтавПрицеп" составляет 174 596 527,36 рубля перед: АО "Агентство инвестиционного развития" в размере 54 078 423,84 руб. по инвестиционному соглашению N 3 от 27.11.2018; ООО Рынок "Московский" в размере 45 503,07 руб. по договору аренды от 02.04.2019 N 04/2019-1; ООО "Нацлизинг" в размере 11 672 717,58 руб. по договору купли-продажи оборудования от 16.05.2019 N НЛК/КРД-09629/КП, по договорам финансовой аренды (лизинга): оборудования N НЛК/ГДК-06575/ДЛ от 26.04.2017, N НЛК/КРД-07567/ДЛ от 06.04.2018; N НЛГ/ГДК-06492/ДЛ от 16.03.2017; ФКУ ИК-1 УФСИН России по Ставропольскому краю в размере 2 738 046,39 рубля по договору подряда N 4 от 21.01.2019; ООО "ЮгТехЦентр" в размере 1 450 000 рублей по договору N 146 от 20.08.2019; ФКУ ИК-2 УФСИН России по Ставропольскому краю в размере 1 811 913,82 рубля по договорам подряда от 30.01.2019 N 1 и от 13.05.2019 N 78; ООО "Крым Тайм" в размере 572 933,56 рубля ввиду неосновательного обогащения путем ошибочного перечисления денежных средств по платежным поручениям от 22.08.2018 N 142 и N 143; ООО "ТехноСтавПрицеп" в размере 1 735 013,73 рубля перед предпринимателем ФИО4 по договорам поставки N 092 от 17.12.2018 и N 095 от 09.01.2019; Межрайонной ИФНС N 12 по Ставропольскому краю составляет 1 800 000 рублей ООО "Ставприцеп-Инвест" в размере 98 691 975, 37 рубля ввиду ненадлежащего исполнения обязательств по оплате за поставленный товар - комплектующие к транспортным средствам.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, а также лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные лица - это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

В соответствии с пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

-руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

-лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

-лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что ФИО2 являлся заместителем директора по АХЧ должника, что подтверждено личной карточкой работника. Кроме того, согласно приказов о выполнении дополнительной работы в связи с совмещением должностей № 1 от 31.03.2021, № 2 от 16.04.2021, ФИО2 временно назначался на должность директора должника, что свидетельствует о наличии признаков аффилированности между ответчиком и должником.

Кроме того, согласно объяснений ФИО5 от 16.09.2022, данных оперуполномоченному ОУР ОП № 1 Управления МВД России по г. Ставрополю старшего лейтенанту полиции ФИО6, фактическим руководителем должника являлся ФИО2, а после его ареста фактическое руководство должником осуществляли его близкие родственники.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об осведомленности ответчика относительно финансового положения должника, что очевидно свидетельствует о направленности сделки на причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

Вышеуказанные обстоятельства очевидно свидетельствуют о том, что должник не руководствовался интересами своих кредиторов и преследовал цель вывода ликвидного имущества, в связи с чем, в действиях ответчика в рассматриваемом случае отсутствуют признаки добросовестности и усматривается цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Кроме того, проанализировав бухгалтерские документы, суд не установил факт поступления денежных средств от ФИО2 по договору займа на счет предприятия. Доказательств выдачи займа в наличной форме также не представлено, факт получения займа не отражен в бухгалтерской документации должника. Доказательств обратного в настоящий обособленный спор не представлено.

Ссылка на то, что спорные денежные средства были перечислены напрямую в лизинговую компанию, судом не принимается, поскольку в данном случае договор займа заключен между должником и ответчиком, следовательно, денежные средства подлежали поступлению на счет должника. Также суд исходит из того, что договор займа не содержит положений, возлагающих на ответчика обязанность в счет выдачи займа перечислить денежные средства лизинговой компании.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для признания договора залога недействительной сделкой.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В силу ч. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В случае применения последствий недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В данном случае, применяя последствия недействительности сделки, суд принимает во внимание замечания суда кассационной инстанции и исходит из того, что согласно договору купли-продажи от 17.05.2018 № 1869СТ/2018, заключенном ООО "Ставрополь-Авто", лизинговой компанией и должником, стоимость спорного имущества определена в размере 2 895 тыс. рублей, в акте приема-передачи к договору также указана названная сумма.

29 сентября 2020 года лизинговой компанией (продавец) и должником (покупатель) подписан договор № 1869СТ-ТСП/01/2020, согласно которому лизинговое имущество должником выкуплено, а сумма договора составляет 642 063 рубля.

В материалах дела имеется письмо от ООО "Ресо-Лизинг" (дата регистрации 28.02.2022), согласно которому в связи с оплатой суммы закрытия лизинговой сделки предмет лизинга выкуплен лизингополучателем; задолженность по договору лизинга отсутствует.

Согласно статье 313 ГК РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

Согласно части 2 статьи 313 ГК РФ, если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях: должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество.

В материалах дела имеется информация от ПАО «Сбербанк», согласно которой ФИО2 22.09.2020 произведен платеж в адрес ООО «Ресо-Лизинг» в размере 625 336, 44рубля, в основании платежа указано, что это выкупной платеж по договору лизинга № 1869 СТ-ТСП/01/2018 от ООО «ТехноСтавПрицеп», то есть, подтвержден факт оплаты ФИО2 остаточной стоимости автомобиля в сумме 625 336,44 рубля за должника, что имеет значение для определения соразмерности стоимости автомобиля и встречного предоставления.

Принимая во внимание отсутствие у ответчика спорного имущества, а также учитывая наличие доказательств осуществления ответчиком частичной оплаты по договору, суд усматривает основания для применения последствий недействительности спорной сделки, в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника действительной стоимости отчужденного транспортного средства в размере 2 895 тыс. руб. (по договору купли-продажи от 17.05.2018 № 1869СТ/2018, заключенном ООО «Ставрополь-Авто», лизинговой компанией и должником), и восстановления задолженности должника перед ФИО7 на сумму выкупного платежа в размере 625 336,44 рубля, внесенного ответчиком за должника.

Конкурсному управляющему при обращении в суд предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины, в связи с чем, расходы по ее уплате за рассмотрение обособленного спора в соответствии со статьей 110 АПК РФ возлагаются на ответчика и подлежат взысканию с ФИО7 в доход бюджета.

руководствуясь статьями 65, 71, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 61.1, 61.2, 61.6, 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

заявление конкурсного управляющего должником удовлетворить.

Признать недействительным договор залога движимого имущества № 1 от 29.09.2020, заключенный между ООО «ТехноСтавПрицеп» и ФИО2.

Приметь последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 2 895 000 рублей.

Восстановить задолженность ООО «ТехноСтавПрицеп» перед ФИО2 в размере 625 336,44 рубля.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета государственную пошлину в размере 6 000 рублей.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Ставропольского края в течение десяти дней со дня его вынесения (изготовления в полном объеме).

Судья И.В. Навакова