Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Маннановой А.К., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Степановой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление конкурсного управляющего Муниципального унитарного предприятия «НУР», РТ, Зеленодольский район, с.Нурлаты, (ИНН <***> ОГРН <***>) ФИО1 о взыскании убытков с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7,

с участием:

от конкурсного управляющего – ФИО1 – личность установлена по паспорту;

от ответчика (ФИО3) – ФИО5 – представитель по доверенности от 30.07.2018; ФИО6 – представитель по доверенности от 13.07.2018;

от ответчика (ФИО7) – не явился –извещен;

от ответчика (ФИО2) – не явился –извещен;

от ответчика (ФИО4) – не явился –извещен;

от третьего лица ИК Зеленодольского муниципального района РТ – ФИО8 – представитель по доверенности от 03.12.2018;

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан 29 сентября 2017 года (через канцелярию арбитражного суда) поступило заявление Федеральной налоговой службы России о признании Муниципального унитарного предприятия «НУР», РТ, Зеленодольский район, с.Нурлаты, (ИНН <***> ОГРН <***>), несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04 октября 2017 года заявление принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14 ноября 2017 года (резолютивная часть решения оглашена 13 ноября 2017 года) признано обоснованным заявление Федеральной налоговой службы России и в отношении Муниципального унитарного предприятия «НУР», РТ, Зеленодольский район, с.Нурлаты, (ИНН <***> ОГРН <***>), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должником утверждена кандидатура ФИО1, являющейся членом некоммерческого партнерства Союз арбитражных управляющих «Возрождение»; соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №220 от 25.11.2017.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 09 июля 2018 года поступило заявление конкурсного управляющегоконкурсного управляющего Муниципального унитарного предприятия «НУР», РТ, Зеленодольский район, с.Нурлаты, (ИНН <***> ОГРН <***>)ФИО1 о взыскании убытков с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 (вх.№37678).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 июля 2018 года заявление оставлено без движения.

Заявителю предложено устранить обстоятельства, послужившие основанием для оставления заявления без движения.

Обстоятельства, послужившие основанием оставления заявления без движения, заявителем устранены в срок, установленный определением суда.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24 августа 2018 года, требование уполномоченного органа принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании на 09 час. 45 мин. 02 октября 2018 года. Определением от 02 октября 2018 года, судебное заседание отложено на 14 час. 40 мин. 01 ноября 2018 года. Определением от 08 ноября 2018 года, судебное заседание отложено на 12 час. 30 мин. 04 декабря 2018 года.

В судебном заседании в порядке ст. 163 АПК РФ объявлен перерыв до 05.12.2018 08 час. 10 мин.

После перерыва судебное заседание продолжено с участием представителей. Представитель ответчика ФИО3 заявил ходатайство о допросе в качестве свидетеля Главу сельского поселения ФИО9

Судом в удовлетворении ходатайства отказано, поскольку указанные ответчиком обстоятельства, могут быть подтверждены лишь соответствующими доказательствами в силу ст.67, ст.68 АПК РФ. Кроме того, ответчиком нарушен порядок вызова свидетеля, поскольку свидетель с начала процесса находился в зале судебного заседания в качестве слушателя.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленном статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, руководствуясь ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил рассмотреть заявление в отсутствие не явившихся лиц.

Конкурсный управляющий заявление поддержала, дала пояснения.

Представитель ответчика с заявлением не согласен по основаниям, изложенным в отзыве.

Заявление конкурсного управляющего мотивировано тем, что в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО2 (с 19.04.2013 по 24.02.2014); ФИО3 (с 24.02.2014 по 18.12.2014); ФИО4 (с 18.12.2014 по 15.01.2016); ФИО7 (с 15.01.2016 по 27.11.2016), ответчики неправомерными действиями причинили обществу убытки.

При налаженном рынке сбыта (поставка продукции осуществлялась в ООО «Коровкино», ООО «Спектр+», АО «Зеленодольский молочноперерабатывающий комбинат») ФИО2 заключил договор поставки с недобросовестным контрагентом ООО «Кувшин молока+». Реальность взыскания задолженности отсутствует, поскольку ООО «Кувшин молока+» фактически не ведет деятельность с 01.07.2014, о чем свидетельствуют, по мнению конкурсного управляющего, бухгалтерская отчетность общества и позиция по делу, отраженная в отзыве на исковое заявление о взыскании задолженности.

Поставка продукции в ООО «Кувшин молока+» продолжала осуществляться, несмотря на непогашение контрагентом задолженности за поставку пяти предыдущих партий продукции, что привело к увеличению размера дебиторской задолженности. Указанное обстоятельство также нашло отражение в акте МУ Контрольно-счетной палаты Зеленодольского муниципального района.

При этом, меры по взысканию задолженности с в ООО «Кувшин молока+» не принималась.

Образование безнадежной к взысканию дебиторской задолженности в сумме 2 910 056,10 рубля, возникшей в результате поставки продукции в ООО «Кувшин молока+», срок исковой давности по взысканию, которой истек, лежит в зоне ответственности бывших руководителей должника ФИО3, ФИО4, ФИО7 В указанной части убытки состоят из суммы задолженности в размере 2 876 300 рублей и государственной пошлины в размере 33 786,16 рубля по иску, в удовлетворении которого судом было отказано в связи с применением срока исковой давности.

Также, образовалась безнадежная к взысканию дебиторская задолженность в сумме 100 258,39 рубля, возникшая в результате поставки продукции в ООО «Билдинг» в период исполнения обязанностей руководителя ФИО4 и ФИО10 По данным бухгалтерского учета должника в программе 1С имеется задолженность ООО «Билдинг» перед МУП «Нур» на сумму 100 258,39 рублей, между тем отсутствуют оригиналы документов. Кроме того, ФИО4 и ФИО10 не предприняли мер по взысканию задолженности с ООО «Билдинг».

Кроме того, как заявляет конкурсный управляющий, руководством предприятия должника допущена утрата имущества, а именно агрегатов индивидуального доения. В 2013-2014 гг. предприятие должника приобрело 44 доильных аппарата на общую сумму 748 000 рублей (44 * 17 000 рублей).

Агрегаты индивидуального доения были переданы в пользование поставщикам молочной продукции (физическим лицам и сельским поселениям) без оформления надлежащим образом первичных документов. Частично оформлены договоры аренды, однако в указанных договорах не предусмотрена арендная плата за пользование передаваемым предприятием должника имуществом, что говорит о фактической безвозмездной передаче имущества в пользование. Окончание срока пользования имуществом в договорах не определено. Оригиналы договоров конкурсному управляющему не переданы. В некоторых имеющихся копиях договоров отсутствуют данные об адресе принимающей имущество стороны, что затрудняет/исключает возможность предъявления требований о возврате имущества.

Также, в отношении части агрегатов индивидуального доения были оформлены накладные о передаче агрегатов индивидуального доения сельским поселениям через физических лиц. При этом, сами договоры на передачу имущества отсутствуют. Наименования сельского поселения, указанные в накладной и на печати в доверенности, отличаются. В документах к подписям принимающей стороны не приводится расшифровка подписей. Подпись уполномоченного лица в доверенности отличается от подписи принимающей стороны на накладной.

Согласно акта приема-передачи основных средств, оборудования и материальных ценностей от 18.12.2014 директор МУП «Нур» ФИО4 принял от ФИО3 агрегаты индивидуального доения АИД-2 в количестве 9 штук на общую сумму 153 000 рублей, 17.02.2015 года был осуществлен возврат поставщику оборудования ООО «ДаМилк-Агро» в количестве 7 штук на общую сумму 119 000 рублей по причине ненадобности. Еще 2 штуки были возвращены арендаторами в конкурсную массу.

Всего, в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 было утрачено агрегатов индивидуального доения в количестве 12 штук на сумму 204 000 рублей, приобретенные в 2013 году (12 штук * 17 000 рублей (закупочная цена)).

Также, были утрачены агрегаты индивидуального доения в количестве 23 штук на общую сумму 391 000 рублей (17 000 рублей * 23), в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО3, ФИО4, ФИО7, приобретенные в 2014 году.

Конкурсным управляющий считает, что руководили должника причинили обществу убытки, поскольку допустили утрату товарно-материальных ценностей путем их безвозмездной передачи не установленным лицам, без оформления правоустанавливающих документов, на основании которых возможно было бы предъявить в установленном порядке требование о возврате имущества или взыскании убытков.

При этом, ни одним их руководителей предприятия должника не принимались меры по возврату агрегатов индивидуального доения, несмотря на прекращение должником сбора молока.

В обоснование своих доводов о том, что руководство предприятия должника не надлежащим образом вело бухгалтерский учет и документооборот, конкурсный управляющий ссылается на выявленные контрольно-счетной палатой Зеленодольского муниципального района допущенные нарушения на общую сумму 27 005 183 рублей согласно акт проверки отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности муниципального унитарного предприятия «Нур» от 08.10.2014. Также на основании приказа ТОДК МФ РТ Зеленодольского района и г. Зеленодольска №42-к от 20.05.2015 с 31.05.2016 по 03.06.2016 проведена внеплановая проверка межрайонным контрольно-ревизионным отделом финансово-хозяйственной деятельности предприятия и эффективного использования бюджетных средств, выделенных Зеленодольским муниципальным районом Республики Татарстан должнику за период с 01.01.2014 по 31.12.2015 , по результатам которого составлен акт от 03.06.2016.

Заявляя настоящее требование, конкурсный управляющий указывает, что допущение дебиторской задолженности, безнадежной к взысканию, в сумме 3 010 344,55 рублей (2 876 300 рублей долга ООО «Кувшин молока+» + 33 786,16 рублей госпошлины по иску к ООО «Кувшин молока+» + 100 258,39 рублей ООО «Билдинг»), утрата бывшими руководителями МУП «НУР» оборудования должника на сумму 595 000 рублей (35 шт. х 17000 руб.) причинили должнику убытки в размере 3 605 344,55 рублей.

Ответчики с заявлениями не согласны, просят в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

Ответчик ФИО3 заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности. Учитывая, что предъявленная к взысканию сумма убытков в виде допущенной дебиторской задолженности, по которой последняя поставки была осуществлена 01.05.2014 и утрата имущества в 2013-2014 г.г., трехлетний срок исковой давности на дату подачи заявления в суд 24.08.2018 пропущен. Кроме того, возражая против требований, ФИО3 указывает, что договор поставки с ООО «Кувшин молока+» был еще заключен в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО2 На момент вступления в должность ФИО3, дебиторская задолженность уже существовала. О наличии дебиторской задолженности ФИО3 доводил до сведения учредителей собственника имущества. Руководитель ООО «Кувшин молока+» гарантировал погашение задолженности, что по мнению ответчика, свидетельствует о принятии ФИО3 мер по взысканию задолженности. По факту утраты агрегатов индивидуального доения, ФИО3 поясняет, что указанные аппараты были переданы в пользование КФХ и ЛПХ в целях увеличения сбора объема молока у населения. В последующем должны были быть заключены договоры аренды. В период работы предприятия, основным видом деятельности которого являлось сбор молока, у ФИО3 отсутствовала обязанность по истребованию агрегатов индивидуального доения, поскольку это могло привести к утрате возможности продолжения хозяйственной деятельности. Кроме того, все действия были согласованы с учредителями должника. Также, ответчик полагает, что отсутствие у конкурсного управляющего первичных документов, подтверждающих основание передачи агрегатов индивидуального доения, не лишает его права обратиться к указанным лицам с требованием о возврате имущества или взыскания убытков.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 53 постановления от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) и т.д.), могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, лицо, требующее их возмещения, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Для удовлетворения требования заявителя о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

Разъяснения по вопросам, касающимся возмещения убытков, причиненных действиями (бездействием) лиц, входящих или входивших в состав органов юридического лица даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62).

Согласно пункту 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее по тексту - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличения размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в ущерб юридическому лицу.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ N 62, в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Согласно пункту 6 вышеназванного постановления по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков. Привлечение руководителя юридического лица к ответственности зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей. Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В соответствии со статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В ходе проведения мероприятий конкурсного производства выявлен актив в виде дебиторской задолженности на сумму 2 157 232 рубля.

Дебиторская задолженность образовалась при следующих обстоятельствах. При налаженном рынке сбыта (поставка продукции осуществлялась в ООО «Коровкино», ООО «Спектр+», АО «Зеленодольский молочноперерабатывающий комбинат») ФИО2 заключил договор поставки с недобросовестным контрагентом ООО «Кувшин молока+».

Поставка продукции в ООО «Кувшин молока+» продолжала осуществляться в период руководства ФИО3, несмотря на непогашение контрагентом задолженности за поставку пяти предыдущих партий продукции, что привело к увеличению размера дебиторской задолженности.

При этом, меры по взысканию задолженности с ООО «Кувшин молока+» ФИО3, ФИО4, ФИО7 не принимались, срок исковой давности по взысканию дебиторской задолженности истек на момент утверждения конкурсного управляющего.

Работа с дебиторской задолженностью в обычной практике делового оборота предполагает проведение следующих мероприятий: направление дебиторам претензий, а при отсутствии удовлетворения в добровольном порядке, обращение в суд с иском о взыскании долга, получение исполнительного листа на вступивший в законную силу судебный акт, предъявление его в службу судебных приставов, контроль за ходом исполнительного производства.

В случае, если вышеназванные мероприятия проведены, но исполнение оказалось невозможно (например, по обстоятельствам, вызванным неплатежеспособностью должников, отсутствием у дебиторов денежных средств и имущества, за счет которых возможно произвести взыскание, ликвидацией дебитора либо иными объективными обстоятельствами, не зависящими от действий кредитора и его директора), следует исходить из того, что приняты исчерпывающие меры по работе с дебиторской задолженностью.

Предъявление требований к дебитору или обращение в суд с иском в пределах срока исковой давности само по себе не гарантирует его удовлетворения. Возможно получение негативного результата по исковым требованиям и при предъявлении иска в пределах срока исковой давности. В таком случае будут известны фактические обстоятельства, приведшие к такому результату: недоказанность требований или отсутствие задолженности.

А в рассматриваемом случае, речь идет о получении негативного результата именно по причине несвоевременного обращения за защитой нарушенных прав и такое обращение зависело исключительно от добросовестного отношения руководителей должника (ФИО3, ФИО4, ФИО7) по защите прав юридического лица.

Доказательств принятия руководителями ФИО3, ФИО4, ФИО7 каких-либо мер по работе с дебиторской задолженностью не имеется, в переданных управляющему документах таковые отсутствуют.

Судом отклоняется довод ФИО3 об отсутствии оснований для удовлетворения требования к нему, как к руководителю, по заявленным конкурсным управляющим основаниям, поскольку договор поставки был заключен еще предыдущим руководителем. Поскольку основанием для привлечения к ответственности по настоящему делу, является совершение ФИО3 действий по наращиванию дебиторской задолженности, а также не совершению необходимых действий по взысканию дебиторской задолженности, что не было сделано всеми последующими руководителями в период исковой давности.

На момент прекращения полномочий директора ФИО2 24.02.2014 и вступления в должность ФИО3 дебиторская задолженность ООО «Кувшин Молока+» составляла не более 100 000 рублей, поставка была осуществлена 31.01.2014 и 15.02.2014.

При этом, именно в период исполнения обязанностей директора ФИО3, уже при наличии дебиторской задолженности, в короткие сроки, в течение трех месяцев, предприятие произвело поставку молока в адрес дебитора ООО «Кувшин Молока+» по товарным накладным 01.04.2014, 01.05.2014, 31.05.2014, 30.06.2014. Дебиторская задолженность составила более 2 000 000 рублей.

Объективных препятствий для совершения необходимых мероприятий в период действия полномочий руководителя у ответчиков не установлено (из материалов дела наличие таковых не усматривается).

Ответчиками не представлены допустимые доказательства, подтверждающие принятие всех необходимых мер для взыскания дебиторской задолженности: направление дебиторам претензий, а при отсутствии удовлетворения в добровольном порядке, обращение в суд с иском о взыскании долга, получение исполнительного листа на вступивший в законную силу судебный акт, предъявление его в службу судебных приставов, контроль за ходом исполнительного производства.

Голословные утверждения ФИО3 о проведении переговоров с директором ООО «Кувшин молока+» о погашении задолженности, не отвечает разумности, осмотрительности и добросовестности поведения руководителя при сложившихся обстоятельствах.

То обстоятельство, что исковое заявление было подано в Арбитражный суд Республики Марий Эл в период исполнения обязанностей руководителя ФИО4, не является основанием для освобождения его ответственности. Так исковое заявление было подано с нарушением ст.125, ст.126 АПК РФ. Определением суда исковое заявление было оставлено без движения, в последующем срок оставления искового заявления без движения был продлен. Определением суда от 20.02.2016, в период уже вступления в должность руководителя должника ФИО7, исковое заявление было возвращено в связи с не устранением обстоятельств, послуживших основанием для оставления иска без движения.

После обращения в арбитражный суд уже конкурсным управляющим, с соблюдением всех требований, установленных АПК РФ, в удовлетворении искового заявления судом было отказано, в связи с заявлением ответчиком о пропуске срока исковой давности.

Подобное поведение руководителей не является разумным и добросовестным, что может служить основанием для освобождения их от ответственности.

В связи с чем, поведение бывших руководителей с очевидностью не соответствует критериям разумности и добросовестности.

Учитывая момент возникновения обязательств дебиторов, арбитражный управляющий верно отметил, что к моменту введения процедуры конкурсного производства задолженность отнесена к задолженности с истекшим сроком давности. Данное обстоятельство ответчиками не оспорено и не опровергнуто.

В условиях недоказанности факта принятия необходимых и достаточных мер по взысканию дебиторской задолженности в пределах сроков давности, ссылки ответчиков на недоказанность конкурсным управляющим факта возможности реального взыскания задолженности нельзя признать обоснованными.

В данном случае, на ответчиков перешло бремя доказывания обстоятельств невозможности фактического получения исполнения с дебиторов даже в случае принятия необходимых мер по взысканию долга в период осуществления полномочий руководителя. Между тем, таких доказательств ответчиками не представлено.

Следовательно, суд признает правомерным требование конкурсного управляющего о привлечении бывших руководителей ФИО3, ФИО4, ФИО7 обязанными по возмещению обществу убытков в размере безнадежной к взысканию задолженности в размере 2 157 232 рубля и уплаченной государственной пошлины в размере 33 786 рублей в солидарном порядке.

Исходя из основ гражданского законодательства предпринимательская деятельность является самостоятельной, осуществляемой на свой риск, направленной на извлечение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке,

Принимая во внимание изложенное, суд пришел к выводу о том, что неоднократное осуществление поставки молока в адрес покупателя, при наличии уже просроченной задолженности со стороны покупателя не имеет под собой разумной и экономически целесообразной основы, не направлено на достижение уставных задач и целей общества, а именно извлечение прибыли и не подпадает под понятие обычного делового (предпринимательского) риска. Каких-либо доводов относительно того, что указанные действия соответствовали интересам общества, ответчик не привел.

Таким образом, суд не может согласиться с доводами ответчика ФИО3 о том, что наращивание дебиторской задолженности, неосуществление действий по ее взысканию охватываются понятием обычных условий делового оборота и разумного предпринимательского риска.

Согласно пункту 4 статьи 113 ГК РФ и статье 21 Федерального закона "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" единственным органом государственного и муниципального унитарного предприятия является руководитель унитарного предприятия (единоличный исполнительный орган).

Поскольку муниципальное предприятие, как и иное юридическое лицо осуществляет свои права и принимает на себя обязательства через единоличный исполнительный орган, именно ФИО3, ФИО4, ФИО7 - действующие руководителями в период образования, возрастания дебиторской задолженности, являются ответственными лицами за исполнение возложенных обязанностей, в настоящем случае за непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности.

Ответственность за непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности не может быть возложена на иных лиц, в том числе учредителей должника.

Учредители должника не являются лицами, на которых возложена обязанность по осуществлению мероприятий по оперативному руководству организацией. Лицом, осуществляющим контрольные и исполнительные функции, является руководитель должника.

В соответствии со статьями 6, 17 Федерального закона "О бухгалтерском учете" руководитель несет ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения первичных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности.

Отсутствие контроля за деятельностью директора со стороны учредителя никак не связана с необходимость совершения действий со стороны руководителей по взысканию задолженности. Несовершение действий по контролю не находится в причинно-следственной связи с возникшими убытками.

У учредителей предприятия отсутствует обязанность постоянного самостоятельного контроля за деятельностью предприятия, в том числе, посредством регулярной проверки состава его основных средств и иного имущества.

В деле также отсутствуют доказательства недобросовестности либо неразумности действий учредителей.

В деле отсутствуют доказательства недобросовестности либо неразумности действий учредителей.

При этом, суд считает не доказанным факт безнадежной к взысканию задолженности с ООО "Билдинг".

В настоящий момент не установлена невозможность взыскания дебиторской задолженности с ООО "Билдинг".

В связи с чем, требование в указанной части удовлетворению не подлежит.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 г. N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что МУП «Нур» приобрело у ООО «ДаМил-Агро» агрегаты индивидуального доения в количестве 44 штук на общую сумму 748 000 рублей агрегаты индивидуального доения, что сторонами не оспаривается.

В последующем, агрегаты индивидуального доения были переданы в пользование поставщикам молочной продукции (физическим лицам и сельским поселениям) без оформления надлежащим образом первичных документов. Оригиналы договоров конкурсному управляющему не переданы. В некоторых имеющихся копиях договоров отсутствуют данные об адресе принимающей имущество стороны, что затрудняет/исключает возможность предъявления требований о возврате имущества.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Статьей 277 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

Пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", разъяснено, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В соответствии со ст.11 Федерального закона от 06.12.2011 г. N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (действовавшего в спорный период) для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности организации обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка.

Порядок и сроки проведения инвентаризации определяются руководителем организации, за исключением случаев, когда проведение инвентаризации обязательно.

В соответствии с пунктом 3 этой же статьи проведение инвентаризации обязательно, в том числе, при смене материально ответственных лиц.

Приказом Минфина России от 29.07.1998 N 34н (ред. от 11.04.2018) "Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации" установлено обязательное проведение инвентаризации, в том числе при смене материально ответственных лиц.

При проведении инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформления ее результатов должны быть соблюдены также и требования Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства Финансов Российской Федерации от 13.06.1995 г. N 49.

Как усматривается из акта по проверке отдельных вопросов финансово- хозяйственной деятельности МУП «Нур» за период с 19.04.2013 по 01.08.2014 установлен факт наличия только 10 агрегатов индивидуального доения на сумму 170 000 рублей. Таким образом, в ходе проведения контрольного мероприятия, в период исполнения обязанностей руководителей предприятия ФИО2 и ФИО3 была установлена недостача товарно-материальных ценностей на общую сумму 578 000 рублей (34 агрегата) (т.1 л.д.85-86, 100).

Также, в акте внеплановой проверки финансово –хозяйственной деятельности предприятия МУП «Нур» за период с 01.01.2014 по 31.12.2015, когда ответственными за финансово- хозяйственную деятельность являлись ФИО2 с 19.04.2013 по 23.02.2014, ФИО3 с 24.02.2014 по 04.12.2014, ФИО4 с 18.12.2014 по 14.01.2016, ФИО7 с 15.01.2016 по 29.04.2016, установлено, что в нарушение Приказа Минфина РФ от 30.03.2001 №26н «Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету «Учет основных средств», приобретенное оборудование –агрегаты индивидуального доения «АИД-2» в количестве 44 единиц на общую сумму 784 000 рублей, числится на счете 10 «Материалы».

При проведении инвентаризации установлено отсутствие в наличии агрегатов.

В ходе проведения инвентаризации представлены первичные документы на отпуск вышеуказанного оборудования.

Однако, в нарушение ст.ст.9,10 ФЗ №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 представленные к проверке первичные документы не имеют отражения по бухгалтерскому учету, что является несоответствием данных бухгалтерского учета первичным документам (т.1 л.д.119).

При этом, в отсутствие первичных документов бухгалтерского учета, конкурсный управляющий не имеет возможности установить пользователей товарно-материальных ценностей с целью предъявления требование о возврате имущества или взыскания убытков.

В связи с чем, судом отклоняется довод ответчика о том, что требование конкурсного управляющего к ответчикам о взыскании убытков является преждевременным, так как конкурным управляющим не исчерпана возможность предъявления требование к третьим лицам о возврате имущества.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Стороны, согласно положениям статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиками не представлено доказательств, подтверждающих нахождение товарно-материальных ценностей у предприятия, а также документов, подтверждающих списание или передачу агрегатов.

Исследовав и оценив представленные доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что материалами дела подтверждается наличие условий, необходимых для возложения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков на ФИО2 в размере 204 000 рублей, на ФИО3, ФИО4, ФИО7 солидарно в размере 595 000 рублей убытков (204 000 рублей + 391 000 рублей).

Суд отклоняет заявление ответчика о пропуске заявителем срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.

В соответствии с правилом пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 10 Постановления N 62 разъясняется, что в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" отмечено, что поскольку требование о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника, подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

В рассматриваемом споре конкурсный управляющий выступает от имени и в интересах должника - юридического лица. В связи с чем начало течения срока исковой давности определяется с того момента, когда конкурсному управляющему стало известно об основаниях для взыскания убытков, но не ранее даты его утверждения, и не с момента заключения договора поставки и передачи имущества третьим лицам.

Конкурсный управляющий утвержден судом решением от 13.11.2017, в Арбитражный суд обратился 09.07.2018, то есть в пределах срока исковой давности.

При этом, трехлетний срок исковой давности по требованию общества о возмещении убытков, причиненных директором следует исчислять с момента, когда самому обществу должно было стать известно.

Суд считает, что реальную возможность узнать о нарушении своих прав общество получило только после прекращения полномочий ответчиков как директоров.

Если учитывать начало течения срока исковой давности с момента утверждения нового руководителя, а именно с даты назначения ликвидатора -27.11.2016, срок исковой давности также не является пропущенным.

При таких обстоятельствах суд считает доказанной совокупность условий гражданско-правовой ответственности ответчика.

На основании вышеизложенного, заявление подлежит частичному удовлетворению.

В соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации заявления, жалобы, заявляемые в рамках дела о банкротстве, обложению государственной пошлиной не подлежат.

руководствуясь ч.ч.1-4 ст.184, ч.1 ст.185, ст.187, ч.ч.1,3 ст.223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

ОПРЕДЕЛИЛ:

заявление конкурсного управляющего Муниципального унитарного предприятия «НУР», РТ, Зеленодольский район, с.Нурлаты, (ИНН <***> ОГРН <***>) ФИО1 о взыскании убытков с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Муниципального унитарного предприятия «НУР», РТ, Зеленодольский район, с.Нурлаты, (ИНН <***> ОГРН <***>) 204 000 рублей убытков.

Взыскать с ФИО3, ФИО4, ФИО7 в пользу Муниципального унитарного предприятия «НУР», РТ, Зеленодольский район, с.Нурлаты, (ИНН <***> ОГРН <***>) солидарно 3 505 056,16 рубля убытков.

В удовлетворении остальной части заявления, отказать.

Выдать исполнительные листы.

Определение подлежит немедленному исполнению.

Определение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок со дня вынесения настоящего определения.

Судья А.К. Маннанова