Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании заявление (вх.№38) конкурсного управляющего ПАО «Интехбанк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ответчикам – 1. ПАО «Интехбанк», РТ, <...>. ФИО1, о признании недействительной банковской операции по выдаче наличных денежных средств из кассы ПАО «Интехбанк» в пользу ФИО1 в размере 12 000 154,91 руб. и применении последствий недействительности сделки: о взыскании с ФИО1 в пользу ПАО «Интехбанк» в лице Конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» денежные средства в размере 12 000 154,91 рублей; о восстановлении задолженности ПАО «Интехбанк» перед ФИО1 в размере 12 000 154,91 рублей;

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора– 1. ФИО2, РТ, <...>. ФИО3, РТ, г. Зеленодольск; 3. ФИО4, РТ, г. Казань; 4.Кукарова Сергея Владимировича, РТ, г. Казань; 5. ФИО5, РТ, г. Казань; 6. ФИО6, РТ, г. Казань; 7. ФИО7, РТ, г. Казань; 8. ФИО8, РТ, г. Казань,

с участием:

от конкурсного управляющего (заявитель) – представитель ФИО9 по доверенности от 11.062019г.;

от ответчика №1 - не явился, извещен;

от ответчика №2 - представитель ФИО10 о доверенности от 11.06.2019 г.;

от третьих лиц №№1-8– не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.03.2017 г. принято к производству заявление Центрального банка Российской Федерации в лице Отделения – Национального банка по Республике Татарстан Волго – Вятского главного управления о признании несостоятельным (банкротом) публичного акционерного общества «ИнтехБанк» (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Казань, (далее - должник); назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.04.2017г. должник признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство сроком на один год; конкурсным управляющим должника утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.04.2018г. срок конкурсного производства в отношении должника продлен до 10 октября 2018 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.10.2018г. срок конкурсного производства в отношении должника продлен до 10 апреля 2019 года.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.04.2019г. срок конкурсного производства в отношении должника продлен до 10 октября 2019 года.

В Арбитражный суд Республики Татарстан09 января 2018 года поступило заявление конкурсного управляющего Публичным акционерным обществом «ИнтехБанк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», г.Москва (далее – заявитель) к ответчикам – 1. ПАО «Интехбанк», РТ, <...>. ФИО1, о признании недействительной банковской операции по выдаче наличных денежных средств из кассы ПАО «Интехбанк» в пользу ФИО1 в размере 12 000 154,91 руб. и применении последствий недействительности сделки: о взыскании с ФИО1 в пользу ПАО «Интехбанк» в лице Конкурсного управляющего ГК «Агентство по страхованию вкладов» денежные средства в размере 12 000 154,91 рублей; о восстановлении задолженности ПАО «Интехбанк» перед ФИО1 в размере 12 000 154,91 рублей.

Заявление мотивировано тем, что ФИО1 получил предпочтительное удовлетворение своих требований перед требованиями других кредиторов банка, связи с чем, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением со ссылкой на пункты 1 и 2 статьи 61.3, статью 189.40 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.03.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельного требования относительно предмета спора в порядке ст.51 АПК РФ привлечена ФИО2, РТ, г. Казань.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.05.2018 в удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего Публичного акционерного общества «ИнтехБанк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», г.Москва отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2018 определение суда первой инстанции от 21.05.2018 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 13.12.2018г. определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.05.2018 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2018 отменены обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 14.01.2019г. назначено судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.05.2019г. в порядке ст.51 АПК РФ к участию в деле привлечены третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора – 1. ФИО3, РТ, г. Зеленодольск; 2. ФИО4, РТ, г. Казань; 3.Кукаров Сергей Владимирович, РТ, г. Казань; 4. ФИО5, РТ, г. Казань; 5. ФИО6, РТ, г. Казань; 6. ФИО7, РТ, г. Казань; 7. ФИО8, РТ, г. Казань.

Ответчик №1 и третьи лица №№1-8 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещены.

До начала судебного заседания от третьих лиц №№1-6,8 поступило ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствии.

Судом вынесено протокольное определение о рассмотрении дела в отсутствие ответчика №1 и третьих лиц №№1-8 в порядке ст. 156 АПК РФ.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал требования в полном объеме по основаниям, изложенным в заявлении.

В судебном заседании представитель ответчика №2 требования не признал, по мотивам указанным в отзыве и в письменных пояснениях.

При новом рассмотрении настоящего обособленного спора с учетом позиции Арбитражного суда Поволжского округа изложенной в постановлении от 13.12.2018 судом установлено следующее.

Между ПАО «Интехбанк» и ФИО1 26.02.2016 заключен договор срочного банковского вклада типа «Удобный» №УД372110004325. На основании указанного договора банк принял от ответчика вклад в размере 5 277 826 руб. 51 коп. на счет №42306810711010005869.

В последующем, ФИО1 в период действия указанного договора были проведены операции пополнения вклада по указному счету.

13.12.2016 в пользу ФИО1 осуществлены банковские операции по счетам, открытым в ПАО «Интехбанк» в общей сумме 12 000 154 руб. 91 коп.

Приказами Банка России №ОД-4709 от 23.12.2016, №ОД-4710 от 23.12.2016 назначена временная администрация по управлению ПАО «Интехбанк», функции которой возложены на ГК «Агентство по страхованию вкладов», сроком на шесть месяцев, и в отношении должника введен мораторий на удовлетворение требований кредиторов на срок три месяца, который действовал с 23.12.2016.

Приказом от 03.03.2017 №ОД-546 Банк России отозвал у кредитной организации ПАО «Интехбанк» с 03.03.2017 лицензию на осуществление банковских операций. Приказом Банка России от 03.03.2017 №ДО-546 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией ПАО «Интехбанк».

В ходе судебного заседания заявителем представлен план участия государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», (далее – план участия Агентства), в осуществлении мер по предупреждению банкротства ПАО «Интехбанк», утвержденный Комитетом банковского надзора Банка России от 22 декабря 2016 (протокол№84).

При этом, Приказ Центрального Банка Российской Федерации о введении моратория на удовлетворение требований кредиторов издан лишь 23.12.2016 N ОД-4710 и опубликован в "Вестнике Банка России" 28.12.2016. До указанной даты, ответчик не может иметь прямой доступ к Приказам Центрального Банка Российской Федерации до момента их официального опубликования, получая в кассе банка денежные средства без каких –либо затруднений, ответчик не мог знать о какой – либо предпочтительности в удовлетворении его требований перед другими кредиторами.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" по правилам главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств, банковские операции.

Из разъяснений, данных в п. п. 10, 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 63 от 23.12.2010, следует, что в силу п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими в отношении удовлетворения требований.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на то, что оспариваемая сделка совершена в месячный срок до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией и является недействительной, как совершенная в условиях неплатежеспособности Банка.

ФИО1 является клиентом Банка, и соответственно потенциальным кредитором Банка первой очереди в отношении тех средств, которые были отражены на принадлежащем заявителю расчетном счете и находились на расчетном счете до совершения оспариваемой сделки.

Другие клиенты Банка, не получившие удовлетворения, включены в первую очередь реестра требований кредиторов Банка, расчеты с ними производятся в ходе конкурсного производства за счет конкурсной массы должника, в соответствии с нормами Закона о банкротстве при соблюдении принципа очередности и пропорциональности.

Кредиторами Банка, в отношении которых следует соотносить вопрос оказания предпочтения, являются все клиенты Банка в отношении тех средств, которые отражены на принадлежащих им счетах, и чьи требования в последующем учтены в реестре требований кредиторов первой очереди, а не только те клиенты, которые в этот же период давали распоряжения Банку на те или иные операции.

Поскольку для целей решения вопроса о том, оказано ли было предпочтение ответчику при совершении оспариваемой сделки (выдача денежных средств) в силу абзаца 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве следует исходить из оказания предпочтения клиенту Банка не в день совершения сделки, а чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), то есть расчетов в соответствии с реестром требований кредиторов, оказание предпочтения заявителю, безусловно следует из фактического наличия у Банка кредиторов первой очереди реестра требований кредиторов.

Оспариваемая сделка совершена в течение месяца до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией, следовательно, она подпадает под регулирование пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве и для признания ее недействительной в силу разъяснений, содержащихся в пункте 11 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве (оказание предпочтения), в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В этой связи для решения вопроса о совершении сделки с предпочтением в соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве не имеет правового значения указание суда первой инстанции на то, что, получая в кассе Банка денежные средства без затруднений, ответчик не мог знать о какой-либо предпочтительности в удовлетворении его требований перед другими кредиторами.

При этом, суд не учитывает платежные поручения, которые перечислены в исковом заявлении (л.д.12-13, том 1) в качестве неисполненных обязательств и наличия предпочтения, поскольку требования кредиторов-юридических лиц по указанным платежным поручениям относятся к требованиям кредиторов третьей очереди (пункт 2 статьи 134, пункт 1 статьи 189.92 Закона о банкротстве). Требования ответчика по договору банковского счета относятся к первой очереди (пункт 3 статьи 189.92 Закона о банкротстве) и подлежат удовлетворению ранее требований кредиторов третьей очереди.

Принцип равенства кредиторов одной очереди положен в основу института оспаривания сделок, повлекших преимущественное удовлетворение. Определить получил ли кредитор первой очереди больше остальных возможно только после установления размера всех требований кредиторов соответствующей очереди и сопоставления этого размера с объемом имущества банка.

Бремя доказывания данных обстоятельств лежит на конкурсном управляющем, однако, он соответствующих доказательств не представил.

Доказательства наличия неудовлетворенных требований кредиторов первой очереди на момент совершения оспариваемого платежа в материалах обособленного спора отсутствуют.

Согласно пояснениям конкурсного управляющего, на момент совершения оспариваемой сделки Банк был фактически неплатежеспособным и имел значительную кредиторскую задолженность.

Вместе с тем в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 N 7372/12 по делу N А41-16922/2011 сформулирована следующая правовая позиция.

В преддверии банкротства кредитная организация испытывает определенные трудности в исполнении обязательств перед своими клиентами.

Однако данное обстоятельство не означает, что за месяц до назначения временной администрации кредитная организация перестает исполнять поручения клиентов.

Само по себе появление в этот период времени у банка сложностей не исключает возможность осуществления кредитной организацией обычной хозяйственной деятельности и, как следствие, не исключает возможность применения положений пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве к оспариванию действий кредитной организации по исполнению поручений ее клиентов.

При ином подходе, все банковские операции, совершенные кредитной организацией в течение месяца до назначения временной администрации, подлежат признанию недействительными.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 02.04.2018 N 305-ЭС17-22716 по делу N А40-35812/2016 указала на следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 и пункта 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве может быть признана недействительной сделка кредитной организации, совершенная до даты назначения временной администрации при наличии признаков предпочтительного удовлетворения требований одного из кредиторов. По общему правилу, ответчик по заявлению о признании предпочтительной сделки недействительной имеет право возражать по мотиву совершения данной сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности (пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве).

Особенность же оспаривания сделок при банкротстве кредитных организаций заключается в том, что помимо признаков предпочтения, обязанность доказать выход сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности (нетипичность сделки) по общему правилу изначально возлагается на истца, в рассматриваемом случае - на конкурсного управляющего (пункт 4 статьи 189.40 Закона о банкротстве).

Такое регулирование обусловлено тем, что появление у банка в предбанкротный период финансовых затруднений не исключает возможности осуществления до определенного момента обычной хозяйственной деятельности. При этом на стороне ответчика, являющегося контрагентом банка, всегда будут возникать объективные сложности в представлении доказательств, подтверждающих соответствующий критический момент приостановки операций из-за недостатка ликвидности.

Пунктом 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве предусмотрены опровержимые презумпции выхода сделки за пределы обычной хозяйственной деятельности. По смыслу указанной нормы бремя доказывания совокупности условий, составляющих любую из презумпций, лежит на оспаривающем сделку лице. Бремя опровержения данных презумпций и доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки.

Исходя из буквального толкования положений пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве, указанные в нем презумпции подлежат применению только в случае оспаривания расчетных и других платежей, а не любых операций с учетом того, что Закон четко разделяет данные виды операций (например, в пункте 4 данной статьи).

В связи с этим применение к рассматриваемым правоотношениям положений подпункта 1 пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве является ошибочным.

Наличие в банке картотеки не может образовывать презумпцию при оспаривании сделок по выдаче наличных денежных средств добросовестным вкладчикам (клиентам) банка. Такое обстоятельство принимается судом во внимание наряду с иными при исследовании вопроса о типичности сделки для конкретной кредитной организации. Иное означало бы применение подобного рода обособленным спорам пониженного стандарта доказывания к конкурсному управляющему, что не соответствует статусу обычных граждан-вкладчиков, являющихся, как правило, слабой стороной.

Так в указанный период к Банку не применялись меры воздействия в виде ограничения на осуществление расчетов в порядке, предусмотренном Инструкцией Банка России от 31.03.1997 N 59, в том числе ограничения на осуществление кредитной организацией переводов по поручениям физических лиц, выдаче вкладов физическим лицам.

Проверяя добросовестность действий ответчика №2 при повторном рассмотрении спора о признании недействительным сделки снятия денежных средств судом установлено, что 13.12.2016 ФИО1 не получал через кассу банка денежные средства в размере 12 000 154 руб. 91 коп. по расходному кассовому ордеру №985669.

13.12.2016 ФИО1 переоформил свой вклад путем разделения его на несколько частей и открытия вместо одного счета нескольких счетов на иных лиц без снятия и внесения денежных средств в кассу ПАО «ИнтехБанк».

Суд считает, что указанные денежные средства фактически остались на счете ответчика №1.

Так, 13.12.2016 в ПАО «Интехбанк» были подписаны следующие договора срочных банковских вкладов «Выгодный» в рублях и оформлены документы по внесению денежных средств: №ВГ110008061 между банком и ФИО1 на сумму вклада 1 400 000 руб. (по приходному кассовому ордеру №983162 от 13.12.2016); №ВГ110008062 между банком и ФИО2 на сумму вклада 1 400 000 руб. (по приходному кассовому ордеру №983691 от 13.12.2016); №ВГ110008063 между банком и ФИО3 на сумму вклада 1 400 000 руб. (по приходному кассовому ордеру №984142 от 13.12.2016); №ВГ110008065 между банком и ФИО4 на сумму вклада 1 400 000 руб. (по приходному кассовому ордеру №984545 от 13.12.2016); №ВГ110008066 между банком и ФИО11 на сумму вклада 1 400 000 руб. (по приходному кассовому ордеру №984808 от 13.12.2016); №ВГ110008067 между банком и ФИО5 на сумму вклада 1 400 000 руб. (по приходному кассовому ордеру №985084 от 13.12.2016); №ВГ110008068 между банком и ФИО6 на сумму вклада 1 400 000 руб. (по приходному кассовому ордеру №985218 от 13.12.2016); №ВГ110008070 между банком и ФИО7 на сумму вклада 1 400 000 руб. (по приходному кассовому ордеру №985565 от 13.12.2016); №ВГ110008071 между банком и ФИО8 на сумму вклада 1 400 000 руб. (по приходному кассовому ордеру №985845 от 13.12.2016).

Оформление расходного кассового ордера №985669 от 13.12.2016 Банком явилось необходимым следствием технической записи совершения внутрибанковской проводки о списании со счета ФИО1 суммы 12 000 154 руб. 91 коп. на счета третьих лиц №№1-8, в том числе самого ФИО1 в целях переоформления 9 вкладов на основании договоров срочного банковского вклада «Выгодный» по 1 400 000 руб., без фактического получения и передачи денежных средств.

Следует отметить, что при открытии вкладов, согласно представленным в материалы дела документам, фактически денежные средства ответчиком №2 и третьими лицами №№1-8 не были внесены.

Согласно ответам, полученными вкладчиками, за исключением ФИО1, им было отказано в выплате страхового возмещения в соответствии с нормами Федерального закона от 23.12.2003 №177-ФЗ «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации».

Отказ в выплате страхового возмещения Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» мотивировала следующим: «Анализ имеющихся в Банке документов и сведений показал, что 13.12.2016 Банком и одним из его клиентов, сумма вкладов которого превышала установленный законом максимальный размер страхового возмещения, создана видимость совершения операции о якобы снятии денежных средств через кассу банка. Одновременно осуществлены записи о «внесении» части этих средств на Ваш счет. Полагаем, что данные действия носили противоправный характер, не отражали действительного поступления денежных средств на Ваш счет, а лишь создавали видимость проведения банковских операций в вышеуказанных противоправных целях».

Таким образом, позиция Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», выраженная ранее в письменных ответах, фактически подтверждает доводы ФИО1 об отсутствии операции по снятию и получению денежных средств в размере 12 000 154 руб. 91 коп. по расходному кассовому ордеру №985669 от 13.12.2017.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства осуществления выплат страхового возмещения по всем вкладам.

Конкурсным управляющим договоры срочного банковского вклада «Выгодный» в рублях от 13.12.2017, заключенные Банком с ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО11, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 не оспорены, в связи с чем, оснований считать их незаключенными или недействительными в условиях их исполнения с обеих сторон оснований не имеется.

Как указано в судебных актах по делу N А40-184548/2013 (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2015 N 305-ЭС15-5815) совершение внутрибанковских операций по снятию денежных средств со счетов одних клиентов банка с одновременным зачислением соответствующих сумм на другие счета технически возможно путем осуществления только записей по счетам клиентов с оформлением расходных и приходных документов без реального совершения кассовых операций по выдаче и приему наличных денежных средств.

На основании вышеизложенного, судом установлено, что ответчик №2 действовал разумно и в своих интересах. Переоформление вклада самого ответчика №2 и третьих лиц №№1-8 без реального снятия и внесения денежных средств является обычной банковской операцией.

Из материалов настоящего дела следует, что переоформление своего вклада путем разделения его на несколько частей и открытия вместо одного счета нескольких счетов на иных лиц было осуществлено клиентом - физическим лицом при отсутствии прямого запрета ЦБ РФ на переоформление и открытия новых счетов по вкладам физических лиц и до отзыва лицензии у банка.

В спорный период переоформления ФИО1 своего вклада путем разделения его на несколько частей и открытия нескольких счетов на иных лиц, к Банку не применялись меры воздействия в виде ограничения на осуществление расчетов в порядке, предусмотренном Инструкцией Банка России от 31.03.1997 N 59, в том числе ограничения на осуществление кредитной организацией переводов по поручениям физических лиц, выдаче вкладов физическим лицам.

Доказательств того, что сторонами совершены действия по дроблению вклада ФИО1 с целью получения страхового возмещения путем технических проводок в материалы дела не представлено, поскольку никаких страховых выплат по вкладам ответчика №2 и третьих лиц №№1-8 Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" не осуществляло.

Согласно представленной конкурсным управляющим отчетности формы 0409101 в части оборотов по счету 30223 (незавершенные переводы и расчеты по банковским счетам клиентов при осуществлении расчетов через подразделения Банка России), по состоянию на 13.12.2016 г. остаток требований на конец операционного дня 13.12.2016 г. составил 244131 тыс. руб. В оборотной ведомости по состоянию на 12.12.2016 г. счет 30223 отсутствует.

При этом на конец операционного дня 12.12.2012 г. и 13.12.2016 г. остаток составлял соответственно: по балансовому счету 20202 (касса кредитных организаций) – 237099 тыс.руб. и 428550 тыс.руб., по счету 20208 (денежные средства в банкоматах и платежных терминалах) – 27452 тыс. руб. и 21357 тыс. руб., 30102 (корсчета кредитных организаций в Банке России) – 848704 тыс. руб. и 356613 тыс.руб., 30110 (корсчета кредитных организаций в банках корреспондентах) – 1759594 тыс.руб. и 1750238 тыс. руб., 30114 ( корсчета кредитных организаций в банках нерезидентах) – 6471 тыс.руб. и 7567 тыс. руб.

Следовательно, на 12.12.2016 г. и 13.12.2016г. у должника имелось достаточно средств для исполнения всех поступивших требований клиентов должника.

Причем при наличии, по мнению конкурсного управляющего, неплатежеспособности должника с 12.12.2016 г., в материалах дела отсутствуют также неисполненные требования клиентов должника от 13.12.2016 г., являвшегося следующим рабочим днем, и платежные поручения от этой даты также не могли быть исполнены должником.

Кроме того, конкурсный управляющий не доказал, что на момент совершения оспариваемой сделки ФИО1 было известно о наличии у банка финансовых затруднений. Факт осведомленности ФИО1, являющегося клиентом - физическим лицом, относительно возникших у банка в преддверии банкротства затруднений, не нашел своего подтверждения в материалах дела; клиент не является аффилированным или заинтересованным лицом по отношению к банку. Клиент является слабой стороной оспариваемой сделки.

Банк в силу норм действующего гражданского законодательства вправе был исполнить поручение указанного клиента банка. При этом, содержание и экономическая целесообразность оспариваемых банковских операций отвечали признакам обычной хозяйственной деятельности банка (309, 310, 834, 835 ГК РФ).

Доказательств обратного конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

О наличии злоупотребления со стороны вкладчика, которое может выразиться в намерении получения предпочтительного удовлетворения минуя иных кредиторов может свидетельствовать лишь известность этого факта владельцу банковского счета, а именно, должны свидетельствовать прямые доказательства осведомленности владельца счета о невозможности осуществления платежа (например, наличие ранее не исполненных банком платежных поручений клиента), либо достаточная совокупность косвенных доказательств, прежде всего, не получившее разумного объяснения несоответствия поведения вкладчика при снятии денежных средств.

Клиенты кредитной организации, прежде всего, физические лица, не являются профессиональными участниками банковского сектора, как правило, не имеют сведений о возникновения проблем в банковском учреждении до того, как проблема приобрела общеизвестный характер. Именно по причине того, что такие субъекты не являются профессиональными участниками банковского сектора, возложение на них бремени отслеживания неофициальной, не ставшей общеизвестной информации о проблемах в банковском учреждении, является необоснованным.

Изложенное согласуется с правовой позицией, выраженной применительно к сходному вопросу в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 N 7372/12.

Аналогичные выводы изложены в Определении Верховного Суда РФ от 26 сентября 2017 года №305-КГ17-6981.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 02.07.2013 N 1048-О изложил позицию, согласно которой пункты 1 и 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве не предполагают вынесения судом решения о признании сделки недействительной по одному лишь формальному основанию (оказание предпочтения) и не препятствуют суду при рассмотрении соответствующего дела исследовать по существу и принять во внимание все фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Закон о банкротстве (пункт 5 статьи 189.40) содержит опровержимую презумпцию, что сделка, совершенная в отношении заинтересованного либо контролирующего лица, выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности.

Подпункт "г" пункта 35.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" связывает статус аффилированного (заинтересованного) лица с доступностью такому лицу информации о внутренних делах кредитной организации и о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве лицензии на осуществление банковских операций.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. Операции, подобные оспариваемым, в принципе относятся к обычной хозяйственной деятельности кредитных организаций.

Ответчик №2 не мог знать о неплатежеспособности банка или о возможном отзыве лицензии.

В соответствии с п.14 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

Согласно имеющегося в открытом доступе агрегированного баланса должника на 01.12.2016 г. размер активов должника составлял 336 334 840 тыс. руб. Оспариваемые банковские операции в размере 2 000 000 руб., 327,87 руб., 1 354 936,94 руб., 248,03 руб. не превышает один процент активов должника в размере 336 334 840 руб.

Конкурсный управляющий не оспаривает, что сумма сделок меньше одного процента от стоимости активов банка. Картотека неисполненных платежных поручений "открыта" позже оспариваемой операции. Отзыв лицензии банка был связан с "неспособностью удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам", поэтому на момент совершения сделок должны были существовать объективные обстоятельства, которые бы позволяли ответчику сделать вывод о наличии финансовых затруднений и причинении вреда иным кредиторам.

Какие-либо объективные обстоятельства, которые могли бы указывать на знание ответчика данных обстоятельствах, на момент совершения операции отсутствовали. Доказательств обратного конкурсным управляющим не представлено.

С учетом изложенных в совокупности обстоятельств, оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего не имеется.

Государственная пошлина относится на заявителя в силу норм Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь положениями ст.110, 184-188, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛ:

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего публичным акционерным обществом «Интехбанк», г. Казань о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки отказать.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок через Арбитражный суд Республики Татарстан.

Судья Н.Ю. Бредихина