Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Шаркевич М.С., при ведении протокола судебного заседания до перерыва помощником судьи Сажиной А.В., после перерыва помощником судьи Сидеговой Н.В., рассмотрев заявление конкурсного управляющего о признании сделки должника недействительной, применении последствий недействительности

ответчик – общество с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательский проектный институт «Нефтегазпроект» (ИНН <***>)

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Тюменская буровая компания» (ИНН <***>),

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий ФИО1 (до перерыва),

от конкурсного кредитора ФГБОУ ВО «ТИУ» - ФИО2 по доверенности от 06.05.2019,

от ответчика - ФИО3 по доверенности от 01.02.2019, ФИО2,

установил:

Решением суда от 28.09.2017 (резолютивная часть объявлена 27.09.2017)
ООО «Тюменская буровая компания» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО1.

Соответствующая публикация произведена в газете «Коммерсантъ» 07.10.2017.

Определением суда от 26.10.2017 конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий 05.09.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок по перечислению денежных средств ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» в общем размере 40 339 736,57 руб. недействительными, применении последствий недействительности сделки в виде возложения на ответчика обязанности возвратить в конкурсную массу должника денежные средства в размере 40 339 736,57 руб.

Кредиторы ООО «Транспортная экспедиционная компания», ООО «МБК», ООО «Недра-М», ООО «НПП «Инновации ТЭК», ООО «Союзгазтехнология – Буровой сервис», ООО «БурНефтеГаз - Технолоджи» поддерживают требования конкурсного управляющего.

Ответчик возражает в отношении заявленных требований, представил отзыв, уточнения к отзыву. Ссылается на пропуск срока исковой давности. Также указывает, что денежные средства в размере 260 405,76 руб. возвращены ответчиком должнику 12.09.2016 с назначением платежа: «Возврат излишне уплаченной суммы процентов по договору займа № 1-12/2015 от 21.12.2015 согласно письма № 065/16 от 09.09.2016».

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлен перерыв до 21.11.2019 до 08 час. 40 мин.

После перерыва судебное заседание продолжено с участием прежних представителей ответчика и кредитора, а также с участием конкурсного управляющего.

Конкурсный управляющий настаивает на заявленных требованиях.

Ответчик поддерживает ранее заявленные возражения.

Заслушав лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Между ООО «Научно-исследовательский проектный институт «Нефтегазпроект» (займодавец) и ООО «ТБК Менеджмент» (заемщик) 07.09.2015 заключен договор займа № 54, по условиям которого займодавец предоставляет заемщику одним или нескольким траншами заем, общая сумма по которому не может превышать 55 000 000 руб.

Согласно пункту 3.1 договора заемщик уплачивает займодавцу проценты за пользование фактически полученной суммой займа в размере 14,5% годовых.

Заключение договора займа одобрено единственным участником ответчика, в подтверждение чего в материалы обособленного спора представлена копия решения от 04.09.2015 № 13.

В соответствии с заявкой на транш № 1 от 07.09.2015 ответчик произвел перечисление денежных средств ООО «ТБК-Менеджмент» в размере 35 000 000 руб. платежным поручением от 08.09.2015 № 3248, срок погашения (возврата) – 07.09.2016.

ООО «ТБК-Менеджмент» на основании договора от 21.12.2015 №1-12/2015 произвело перевод долга по договору займа от 07.09.2015 на должника.

Согласно пункту 1.1. договора о переводе долга от 21.12.2015 №1-12/2015 сумма долга на момент подписания договора составила 36 446 027, 39 руб., включая 35 000 000 руб. сумму долга и 1 446 027, 39 руб. проценты.

Должником 08.09.2016 произведено перечисление денежных средств ответчику в общем размере 40 339 737 руб., в том числе на основании:

- платежного поручения от 08.09.2016 № 1330 в размере 5 339 736, 57 руб. с назначением платежа «Оплата процентов по договору займа №1-12/15 от 21.12.2015»;

- платежного поручения от 08.09.2016 №1329 в размере 35 000 000 руб. с назначением платежа «Возврат процентного займа по договору займа №1-12/15 от 21.12.2015».

Платежным поручением от 12.09.2016 № 3120 ответчик произвел возврат денежных средств в размере 260 405,76 руб. должнику, указав назначение платежа: «Возврат излишне уплаченной суммы процентов по договору займа № 1-12/2015 от 21.12.2015 согласно письма № 065/16 от 09.09.2016».

Полагая оспариваемую сделку недействительной на основании статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63) судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2. и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок. В связи с этим в силу статьи 166 ГК РФ такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.1 Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве конкурсному управляющему необходимо доказать одновременное наличие следующих обстоятельств: сделка совершена должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; условия сделки о встречном исполнении обязательств другой стороной сделки неравноценны предоставлению должника по сделке, при этом неравноценность имеет место в пользу другой стороны и в нарушение интересов должника.

Только при наличии совокупности обоих признаков оспариваемая сделка может рассматриваться как подозрительная.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с этим наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Из пункта 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 следует, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной необходимо установление того обстоятельства, что оспариваемая сделка в момент ее совершения предполагала встречное исполнение обязательств, но такое встречное исполнение неравноценно, поскольку цена сделки на момент ее совершения существенно в худшую для должника сторону отличается от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При этом не имеет значения, была оспариваемая сделка исполнена одной из сторон сделки или обеими сторонами или нет.

Таким образом, по правилам пункта 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве неравноценность сделки определяется исходя из условий этой сделки, а не исходя из последствий ее исполнения или неисполнения.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В статье 2 Закона о банкротстве даны понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности должника: недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Исходя из вышеизложенных разъяснений постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов является обязательным условием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 5 Постановления).

В свою очередь, для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника и наличие хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления).

Как следует из разъяснений пункта 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если при заключении договора было допущено злоупотребление правом, то такой договор является недействительным (ничтожным) как противоречащий закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

В силу абзаца первого части 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ. Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для установления недействительности договоров на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что стороны договора действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 17.03.2017, оспариваемая сделка совершена 08.09.2016, то есть в период, указанный в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На дату возврата займа у должника имелись неисполненные обязательства перед иными лицами.

Факт наличия у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами, в частности, подтверждается следующим:

- судебный приказ мирового судьи судебного участка № 10 Ленинского судебного района города Тюмени от 26.06.2017 № 2-7570/2017/10м о взыскании с должника в пользу ФИО4 задолженности по заработной плате в размере 403 803, 61 руб. за период с 08.08.2014 по 12.07.2016;

- решение Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2016 по делу № А60- 43314/2016 о взыскании с должника в пользу ООО «Правовые профессиональные технологии» задолженности в размере 762 080,66 руб. на основании актов приемки услуг за период с 30.11.2015 по 31.05.2016;

- определение Арбитражного суда Тюменской области от 10.08.2017 по делу № А70-1759/2017 о признании обоснованной задолженности должника перед ИП ФИО5 в размере 420 000 руб. за период с момента заключения договора № 04/14 от 01.07.2014 об оказании юридической помощи по декабрь 2016 года;

- судебный приказ Арбитражного суда Удмуртской области от 17.04.2017 по делу № А71-4734/2017 о взыскании с должника задолженности в пользу ООО «ЗТС-ГИРО» в размере 228 050 руб. по акту № 2 от 08.08.2016;

- решение Арбитражного суда Тюменской области от 26.12.2016 по делу № А70- 14174/2016 о взыскании с должника в пользу ООО «Научно-производственное объединение ГеоМаш» задолженности в размере 3 055 766 руб. 77 коп. по товарным накладным и актам приемки услуг за 2015 год;

- решение Арбитражного суда Тюменской области от 29.12.2016 по делу № А70- 13350/2016 о взыскании с должника в пользу ООО «Союзгазтехнология – буровой сервис» задолженности в размере 3 852 464 руб. по актам о приемке предоставленных услуг № 6 от 12.07.2015 и № 7 от 24.08.2015.

Вместе с тем, все установленные судебные акты состоялись после совершенной сделки, обстоятельства того, что ответчик знал или должен был знать о существовании неисполненных обязательств у должника перед кредиторами, знать о цели должника – причинить вред имущественным правам иных кредиторов, конкурсным управляющим не раскрыто и представленными в материалы дела доказательствами не подтверждается.

В обоснование довода о заинтересованности ответчика по отношению к должнику конкурсный управляющий ссылается на то, что единственным участником должника является ООО «Телекор-Инвест», которому принадлежит 25% долей в уставном капитале, участниками которого в свою очередь являлись: ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9

Согласно данными ЕГРЮЛ правопредшественниками должника являлись ООО «ТБК-Менеджмент» (ИНН<***>) и ООО «ТБК-Инжиниринг» (ИНН <***>).

13.07.2016 ООО «ТБК-Менеджмент» прекратило свою деятельность в форме присоединения к должнику, участниками ООО «ТБК-Менеджмент» до присоединения к должнику являлся ФИО6 Ранее участниками общества являлись ФИО9, ООО «Телекор-Инвест», ФИО10, ФИО8

Единственным участником ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» является ФГБУ ВО «ТИУ» (ранее – ФГБО УВО «Тюменской государственный нефтегазовый университет»), в котором ФИО9 занимал должность директора департамента стратегического развития. В свою очередь ФИО4, бывший руководитель должника, является родственником ФИО9

Суд, оценив указанные доводы конкурсного управляющего, отклоняет их, поскольку прямых доказательств, указывающих на наличие признаков аффилированности должника и ответчика, суду не представлено.

Между тем, вступившим в законную силу приговором Центрального районного суда г. Тюмени от 29.03.2018 по делу № 1-86/2018 установлено следующее.

ФИО9, осуществляющий на основании трудового договора № 53667/нп от 01.07.2009 трудовую деятельность в федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Тюменский государственный нефтегазовый университет» (далее по тексту - Университет, ФГБОУ ВПО «ТюмГНГУ»), расположенном по адресу: <...>, которое в соответствии с Уставом, утвержденным приказом Министерства образования и науки Российской Федерации № 1816 от 25.05.2011 (приказом Министерства образования и науки Российской Федерации № 314 от 25 03.2016 внесены изменения в Устав) является некоммерческой организацией, созданной для достижения образовательных, научных, социальных, культурных и управленческих мелей, в целях удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей граждан в образовании, а также в иных целях, направленных на достижение общественных благ, внесенного 24.10.2002 в Единый государственный реестр юридических лиц, с присвоением идентификационного налогового номера 7202028202, переименованного на основании приказа Министерства образования и науки Российской Федерации № 314 от 2503.2016 в федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Тюменский индустриальный университет» (далее но тексту ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет»), являясь в соответствии с приказом № 3697/К от 11.07.2016, дополнительным соглашением № 97466/НП от 11.07.2016 проректором по стратегическому развитию, в должностные обязанности которого как руководителя в соответствии с должностной инструкцией проректора по стратегическому развитию СМК ДИ-01-2016, утвержденной 27.10.2016 проректором Университета ФИО7, входило руководство работой но формированию и реализации стратегии, коммерческому продвижению «продуктов и услуг», взаимодействию с клиентами и партнерами, контролю качества основных процессов и результатов деятельности, формированию имиджа и корпоративной культуры Университета; разработка и обеспечение реализации проектов и мероприятий утвержденной программы развития, закрепленных за проректором но стратегическому развитию, и достижение установленных показателей результативности; взаимодействие с учредителем, органами государственной власти и местного самоуправления, предприятиями и организациями по вопросам, входящим в компетенцию проректора но стратегическому развитию; организация участия в конкурсах и грантах Министерства образования и науки Российской Федерации, органов власти субъектов федерации и бизнеса, международных фондов; обеспечение коммерциализации результатов научной, исследовательской и инновационной деятельности Университета и организаций инновационного пояса; обеспечение выполнения показателя но доходам от реализации «продуктов и услуг» Университета; взаимодействие с юридическими лицами, созданными в интересах или с участием Университета, организация работы и взаимодействия структурных подразделений Университета, находящихся в его ведении: управление маркетинга, управление международного сотрудничества, коммерческое управление, управление по качеству, управление профессиональной ориентации и координации довузовской подготовки; руководство работой по формированию материально-технической базы с учетом достижений в области развития высшего и дополнительного профессионального образования, использования новейших техники и технологий, отечественного и зарубежного опыта в образовании, развития профессиональных знаний, обмена опытом, прогрессивных форм управления и организации груда, обоснованных норм расходования и рационального использования материальных и технических ресурсов и иные трудовые функции в пределах занимаемой должности, выполняя тем самым административно-хозяйственные и организационно-распорядительные функции в организации и, обладая служебным положением, действуя умышленно, из корыстных побуждений, в группе лиц по предварительному сговору с ФИО11, занимающим должность начальника коммерческого управления университета и должность генерального директора ООО «ТБК», в период времени с 23 час. 59 мин. 01.09.2016 до 23 час. 59 мин. 30.10.2016, находясь по адресу: <...>, совершил с использованием своего служебного положения хищение путем обмана денежных средств в сумме 169 006 906 руб., принадлежащих ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», выделенных из бюджета для реализации программы финансирования центра «Геонавигация при бурении нефтяных и газовых скважин», распоряжения Министерства № Р-91 от 06.08.2014 «Об организации работы в Министерстве образования и науки Российской Федерации по принятию решений о распределении бюджетных ассигнований, для предоставления субсидии из федерального бюджета в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 78.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации на приобретение основных средств свыше 3 000 рублей за единицу», а также программы по развитию опорных ВУЗов, при следующих обстоятельствах.

Так, ФИО9, являясь одним из участников ООО «ТБК», а также в соответствии с протоколом № 01/14 общего собрания участников ООО «ТБК» от 22.01.2014, он (ФИО9), назначенный единоличным исполнительным органом - генеральным директором указанного общества, в чьи обязанности входило руководство текущей деятельностью общества, одновременно исполняя обязанности директора департамента стратегического развития ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», достоверно зная о предстоящем переводе на новую должность - проректора по стратегическому развитию Университета, что увеличивало объем его (ФИО9) должностных полномочий, понимая, что у ООО «ТБК» имеются долговые обязательства перед ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» и закрытым акционерным обществом «Нефтегазстройсервис» (далее по тексту - ЗАО «Нефтегазстройсервис») по договорам займа на сумму более 115 000 000 руб., которые приведут к финансовой несостоятельности ООО «ТБК», с целью обеспечения функционирования операционной деятельности общества, в неустановленное следствием время, но не позднее 23 час. 59 мин. 01.09.2015, находясь по адресу: <...>, решил умышленно, из корыстных побуждений, с использованием своего служебного положения, похитить путем обмана денежные средства, принадлежащие ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», в связи с чем разработал план преступных действий, заключающийся в привлечении третьего лица для управления хозяйственной деятельностью ООО «ТБК» и организации получения денежные средств, выделяемых Министерством в качестве субсидии на нужды ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», с последующим их выводом через подконтрольные организации на расчетный счет ООО «ТБК».

ФИО9, с целью реализации своего преступного корыстного умысла, направленного на хищение путем обмана денежных средств, принадлежащих ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», действуя согласно разработанному плану преступных действий, достоверно зная, что получение бюджетных денежных средств в рамках программы финансирования инжинирингового центра «Геонавигация при бурении нефтяных и газовых скважин», распоряжения Министерства № Р-91 от 06.08.2014 «Об организации работы в Министерстве образования и науки Российской Федерации по принятию решений о распределении бюджетных ассигнований, для предоставления субсидии из федерального бюджета в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 78.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации на приобретение основных средств свыше 3 000 рублей за единицу», а также программы по развитию опорных ВУЗов, возможно при наличии у Университета потребности в достижении образовательных, научных, социальных, культурных и управленческих целей, а также в удовлетворении духовных и иных нематериальных потребностей граждан в образовании и общественных благах, под видом необходимости финансирования прикладных научных исследований по развитию технологии реконструкции скважин методом зарезки бокового ствола в многоствольных нефтяных скважинах, с использованием своего служебного положения, в период времени с 00 час. 01 мин. 02.09.2015 до 00 час. 01 мин. 01.02.2016, находясь по адресу: <...>, решил организовать приобретение мобильного бурового комплекса марки «МБК-160», 2015 г.в., заводской номер машины 001 (Y3K700300E1200128), а также комплектующего к нему оборудования для оснащения бригадного хозяйства, находящегося в собственности ООО «ТБК Инжиниринг», которое с 31.01.2016 реорганизовано в форме присоединения к ООО «ТБК», посредством проведения аукциона в электронной форме.

ФИО9, предвидя возможный отказ в финансировании приобретения ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет» мобильного бурового комплекса марки «МБК-160», 2015 г.в., заводской номер машины 001 (Y3K700300E1200128), а также комплектующего к нему оборудования для оснащения бригадного хозяйства, преследуя цель хищения путем обмана денежных средств, принадлежащих ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», в период времени с 00 час. 02 мин. 01.02.2016 до 23 час. 59 мин. 15.03.2016, предоставил в Министерство, а также Департамент образования и науки Тюменской области (далее по тексту - Департамент) документы, указав в показателях результативности приобретения вышеуказанного имущества не только объем выручки по заказам организаций реального сектора экономики в сфере бурения нефтяных скважин, но и численность привлекаемых студентов и аспирантов, которые должны пройти практическое обучение на приобретенном оборудовании в рамках модульной практико-ориентированной подготовки студентов направления «Нефтегазовое дело», профиля «Бурение нефтяных и газовых скважин», тем самым создав видимость необходимости приобретения Университетом мобильного бурового комплекса марки «МБК-160», 2015 г.в., заводской номер машины 001 (Y3K700300E1200128), а также комплектующего к нему оборудования для оснащения бригадного хозяйства.

ФИО9, понимая и осознавая, что приобретение мобильного бурового комплекса марки «МБК-160», 2015 г.в., заводской номер машины 001 (Y3K700300B1200128), а также комплектующего к нему оборудования для оснащения бригадного хозяйства, находящегося в собственности ООО «ТБК» и активно использующегося обществом по назначению с 2015 года, не связано с достижением ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет» образовательных, научных, социальных, культурных и управленческих целей, а также удовлетворением духовных и иных нематериальных потребностей граждан в образовании и общественных благах, а практическое обучение студентов и аспирантов носит формальный характер, с целью сокрытия признака сделки - заинтересованности и факта аффилированности ООО «ТБК» при проверки законности проведения аукциона и выделения бюджетных денежных средств Министерством, антимонопольными службами и иными государственными органами, реализуя свой преступный корыстный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств, принадлежащих ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», действуя согласно разработанному плану, с использованием своего служебного положения, в период времени с 00 час. 02 мин. 01.02.2016 до 23 час. 59 мин. 15.03.2016, находясь в неустановленном следствием месте, не являясь с 01.09.2015 участником ООО «ТБК» на основании заявления об увольнении его (ФИО9) с должности генерального директора указанного общества, предложил ФИО11 (в отношении которого 17.10.2017 вынесен вступивший в законную силу приговор Центрального районного суда г. Тюмени) вступить в преступный сговор, сообщив последнему план своих преступных действий и пообещав возможность трудоустройства в ООО «ТБК» и ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет» на руководящие должности с последующим получением в будущем необходимых материальных благ.

В свою очередь ФИО11, преследуя цель личного материального обогащения, осознавая противоправность и преступный характер своих последующих действий, направленных на хищение путем обмана денежных средств, принадлежащих ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», при организации и проведении аукциона, связанного с приобретением мобильного бурового комплекса марки «МБК-160», 2015 г.в., заводской номер машины 001 (Y3K700300E1200128), а также комплектующего к нему оборудования для оснащения бригадного хозяйства, достоверно зная, что данное оборудование находится в собственности ООО «ТБК» и активно используется обществом по назначению с 2015 года, на предложение ФИО9 согласился, в связи с чем, был назначен ФИО9 на должность начальника коммерческого управления ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», а также трудоустроен на должность генерального директора в ООО «ТБК».

ФИО11, являясь генеральным директором ООО «ТБК», выполняя организационно - распорядительные и административно - хозяйственные функции, имея право подписи во всей документации, касающейся деятельности общества, а также в единственном лице уполномоченным распоряжаться денежными средствами, находящимися на расчетном счете № <***> ООО «ТБК», открытом в ПАО «Запсибкомбанк» по адресу, <...>, заинтересованный в улучшении и развитии деятельности ООО «ТБК» в области нефтегазовой промышленности, преследуя личную корыстную заинтересованность, реализуя совместный и согласованный с ФИО9 план преступных действий, направленный на хищение путем обмана денежных средств, принадлежащих ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», осведомленный о наличии долговых обязательств у ООО «ТБК» перед ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» и ЗАО «Нефтегазстройсервис» по договорам займа на сумму более 115 000 000 руб., действуя согласно отведенной ему преступной роли, в группе лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в период времени с 00 час. 01 мин. 19.04.2016 до 13 час. 42 мин. 24.06.2016, находясь по адресу: <...>, исполняя обязанности начальника коммерческого управления ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», предоставил в управление закупок заведомо подложные коммерческие предложения в обоснование стоимости комплекта мобильного бурового комплекса и оборудования для оснащения бригадного хозяйства на рынке нефтегазовой промышленности, сформировав стоимость указанного имущество на сумму 169 006 906 руб. с учетом имеющихся у ООО «ТБК» долговых обязательств и текущих расходов.

ФИО9, состоя на должности директора департамента стратегического развития Университета, продолжая реализацию своего преступного корыстного умысла, направленного на хищение путем обмана денежных средств, принадлежащих ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», действуя совместно и согласованно с ФИО11, в группе лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему преступной роли, с использованием своего служебного положения, находясь по адресу: <...>, в период времени с 00 час. 01 мин. 19.04.2016 до 13 час. 42 мин. 24.06.2016, дал устное указание сотрудникам управления закупок, состоящих у него (ФИО9) в прямом подчинении и не подозревающих о преступном корыстном умысле последних, сформировать предмет аукциона, состоящий из товароматериальных ценностей, технологически и функционально не связанных между собой, одним лотом, а также разработать проект гражданско-правового договора, одним из условий которого будет наличие неиспользованных деталей оборудования, имеющих дату выпуска не ранее 2015 года, что полностью соответствовало техническим характеристикам мобильного бурового комплекса марки «MБК-160», 2015 г.в., заводской номер машины 001 (Y3K70O3O0B120O12I), а также комплектующего к нему оборудования дня оснащения бригадного хозяйства, находящегося в собственности ООО «ТБК» и фактической эксплуатации с 2015 года, при этом, понимая и осознавая, что указанные условия приведут к ограничению конкуренции и победе на аукционе только одного аффилированного участника, попреки требованиям Федерального закона № 44 от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупки товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

После чего, ФИО9 и ФИО11, понимая и осознавая, что ООО «ТБК» не может участвовать в аукционе ввиду наличия явных признании аффилированности, для реализации совместного преступного корыстного умысла, направленного на хищение путем обмана денежных средств в сумме 169 006 906 руб., принадлежащих ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», в неустановленное следствием время, но позднее 08 час. 25 мин. 11.07.2016, привлекли для участия и аукционе 20 А70-1759/2017 общество с ограниченной ответственностью «ТЕЛЕКОР - ЭНЕРГЕТИКА» (далее – ООО «ТЕЛЕКОР - ЭНЕРГЕТИКА»), с которым у ООО «ТБК» ранее имелись договорные отношения.

ФИО11, продолжая реализацию совместного с ФИО9 преступного корыстного умысла, направленного на хищение путем обмана денежных средств в сумме 169 006 906 руб., принадлежащих ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», действуя в группе лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему преступной роли, с использованием своего служебного положения, 01.08.2016 период времени с 00 час. 01 мин. до 23 час. 59 мин. находясь в неустановленном следствием месте, под видом мнимой купли-продажи мобильного бурового комплекса марки «МБК-160», 2015 г.в., заводской номер машины (Y3K700300E1200128), а также комплектующего к нему оборудования для оснащения бригадного хозяйства, находящегося в собственности и фактической эксплуатации ООО «ТБК» с 2015 года, подписал гражданско-правовой договор № 1-08/2016 от 01.08.2016, заключенный между ООО «ТБК» (Поставщик) в лице генерального директора ФИО11 и ООО «ТЕЛЕКОР - ЭНЕРГЕТИКА» (Покупатель) в лице генерального директора ФИО12, согласно которому поставщик обязуется передать в собственность покупателю вышеуказанное имущество, а покупатель принять оплатить поставленный товар, стоимостью 167 716 827 руб.

Далее, ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», ввиду победы в аукционе единственного участника - ООО «ТЕЛЕКОР - ЭНЕРГЕТИКА», на основании подписанного гражданско-правового договора № 440-16 от 08.08.2016, заключенного между Университетом в лице ФИО13 и ООО «ТЕЛЕКОР - ЭНЕРГЕТИКА» в лице ФИО12, товарных накладных с отметкой ответственного лица о приеме мобильного бурового комплекса марки «МБК-160», 2015 г.в., заводской номер машины 001 (Y3K700300E1200128), а также комплектующего к нему оборудования для оснащения бригадного хозяйства, акта приемочной комиссии о приемке (экспертиза поставленных товаров от 29.08.2016 и фиктивного экспертного заключения от 29.08.2016) в период времени с 00 час. 01 мин. 02.09.2016 до 23 час. 59 мин. 09.11.2016 осуществило перечисление денежных средств на расчетный счет ООО «ТЕЛЕКОРЭНЕРГЕТИКА» в сумме 169 006 906 руб., из которых денежные средства в сумме 117 716 827 руб. в период времени с 00 час. 01 мин. до 23 час. 59 мин. 07.09.2016 поступили на расчетный счет № <***> ООО «ТБК», открытый в ПАО «Запсибкомбанк» по адресу: <...>.

ФИО11, реализовав совместный и согласованный с ФИО9 преступный умысел, похитив путем обмана денежные средства в сумме 169 006 906 руб., принадлежащие ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», получив реальную возможность пользоваться и распоряжаться похищенными денежными средствами, действуя в группе лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему (ФИО11) преступной роли, с использованием своего служебного положения, являясь единственном лицом, уполномоченным осуществлять денежные переводы с расчетного счета № <***> ООО «ТБК», открытого в ПАО «Запсибкомбанк» по адресу: <...> д. I, находясь по адресу: <...>, в период времени с 00 час. 01 мин. 08.09.2016 до 23 час. 59 мин. 09.09.2016, осуществил перечисление денежных средств на расчетный счет ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» в сумме 102 456 722 руб., на расчетный счет ЗАО «Нефтегазстройсервис» в сумме 15 260 103 руб., всего на общую сумму 117 716 825 руб., распределив денежные средства на оплату текущих расходов общества и стабилизацию операционной деятельности ООО «ТБК».

Далее, ФИО9, являясь в период времени с 17.02.2014 до 01.09.2015 одним из участников ООО «ТБК», а также в период времени с 22.01.2014 до 19.04.2016 генеральным директором указанного общества, с 11.07.2016 исполняя обязанности проректора по стратегическому развитию ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», достоверно зная, что у ООО «ТБК» имеются долговые обязательства перед третьими лицами, полученные им (ФИО9) для осуществления операционной деятельности общества в период его руководства, ввиду отсутствия финансовой возможности погашения долгов из личных средств и средств ООО «ТБК», осведомленный о наличии свободных денежных средств у ООО «НИПИ «Нефтегазпроект», в котором уставным капиталом 100% доли владеет ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», минуя процедуру согласования займа с Министерством, решил умышленно, из корыстных побуждений, с использованием своего служебного положения, похитить путем обмана денежные средства, принадлежащие ООО «НИПИ «Нефтегазпроект», в связи с чем, разработал план преступных действий, в соответствии с которым он (ФИО9) в неустановленное следствием время, но не позднее 00 час. 01 мин. 01.09.2016 привлек для осуществления совместной преступной деятельности генерального директора ООО «ТБК» ФИО11, для заключения договора займа между ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» и ООО «ТБК», пообещав последнему возможность получения в будущем необходимых материальных благ, связанных со стабильной деятельностью ООО «ТБК», на что последний согласился, осознавая противоправный характер своих последующих действий.

Далее, ФИО9, исполняя обязанности проректора по стратегическому развитию ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», являясь в рамках своих должностных полномочий куратором деятельности ООО «НИПИ «Нефтегазпроект», с целью реализации своего преступного корыстного умысла, направленного на хищение путем обмана денежных средств, принадлежащих ООО «НИПИ «Нефтегазпроект», получив согласие ФИО11 на осуществление совместной преступной деятельности, понимая, что совершение крупных сделок с участием ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» возможно при оформлении решения учредителя, а именно ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет» в лице ФИО14, представляющего интересы Университета на основании доверенности № 198 от 07.04.2016, действуя совместно и согласованно с ФИО11, в группе лиц по предварительному сговору, в период времени с 00 час. 01 мин. до 23 час. 59 мин. 21.09.2016, находясь но адресу: <...>, с использованием своего служебного положения, предоставил в ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» решение учредителя № 28/32 от 21.09.2016 для заключения договора займа между ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» и ООО «ТБК», а также получения денежных средств в сумме 100 000 000 руб., направленных через ООО «ТБК» на погашение долговых обязательств перед третьими лицами.

ФИО15, исполняя обязанности генерального директора ООО «НИПИ «Нефтегазпроект», не подозревая о преступном корыстном умысле ФИО11 и ФИО9, находясь в должностном подчинении у ФИО9, в период времени с 00 час. 01 мин. до 23 час. 59 мин. 21.09.2016, получив от последнего решение учредителя № 28/32 от 21.09.2016, находясь но адресу: <...>, подписал договор займа № 157 от 21.09.2016, заключенный между ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» в лице генерального директора ФИО15, именуемое «Заимодавец», и ООО «ТБК» в лице генерального директора ФИО11, именуемое «Заемщик», согласно которому ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» предоставляет ООО «ТБК» одним или несколькими траншами заем, общая сумма по которому не может превышать 100 745 378 руб. 48 коп., послужившим основанием для перечисления денежных средств в сумме 100 000 000 руб., в период времени с 00 час. 01 мин. 22.09.2016 до 23 час. 59 мин. 07.10.2016 на расчетный счет № <***> ООО «ТБК», открытый в ПАО «Запсибкомбанк», расположенном по адресу: <...>.

ФИО16, реализуя совместный и согласованный с ФИО9 преступный корыстный план, направленный на хищение путем обмана денежных средств в сумме 100 000 000 руб., принадлежащих ООО «НИПИ «Нефтегазпроект», преследуя цель личного материального обогащения, получив реальную возможность пользоваться и распоряжаться похищенными денежными средствами, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, согласно отведенной ему (ФИО11) преступной роли, с использованием своего служебного положения, являясь единственным лицом, уполномоченным осуществлять денежные переводы с расчетного счета № <***> ООО «ТБК», открытого в ПАО «Запсибкомбанк» по адресу: <...>, находясь по адресу: <...>, в период времени с 00 час. 01 мин. 08.10.2016 до 23 час. 59 мин. 17.11.2016, осуществил перечисление денежных средств на расчетный счет третьих лиц в общей сумме 74 250 000 руб., распределив остальные денежные средства на оплату текущих расходов ООО «ТБК» и стабилизацию операционной деятельности указанного общества, при этом у ООО «ТБК» отсутствовала реальная финансовая возможность выполнить свои обязательства по договору займа № 157 от 21.09.2016.

Таким образом, ФИО9, являясь проректором по стратегическому развитию ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», действуя умышленно, из корыстных побуждений, в составе группе лиц по предварительному сговору с ФИО11, в период времени с 00 час. 01 мин. 01.09.2016 до 23 час. 59 мин. 17.11.2016, находясь по адресу: <...>, путем обмана, под видом заключения договора займа № 157 от 21.09.2016 между ООО «ТБК» и ООО «НИПИ «Нефтегазпроект», с использованием своего служебного положения, похитил денежные средства в сумме 100 000 000 руб., принадлежащие ООО «НИПИ «Нефтегазпроект». Похищенными денежными средствами в сумме 100 000 000 руб. ФИО11 и ФИО9 распорядились по своему усмотрению, чем причинили ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» материальный ущерб на указанную сумму, в особо крупном размере

В силу части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приговор Центрального районного суда г. Тюмени от 29.03.2018 по делу № 1-86/2018 обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Поскольку ООО «ТБК Менеджмент» присоединено к должнику, то имело место универсальное правопреемство (пункт 2 статьи 58 ГК РФ), с учетом чего сделки ООО «ТБК Менеджмент» также являются и сделками должника для целей банкротства.

Между тем наличие у ООО «ТБК Менеджмент» признаков неплатежеспособности на момент заключения договора займа от 21.12.2015 не доказано.

Заключение ООО «ТБК Менеджмент» договора займа 21.12.2015, то есть тогда, когда у должника имелись формальные признаки неплатежеспособности, не может считаться совершенным при наличии признаков неплатежеспособности, поскольку при заключения договора ООО «ТБК Менеджмент» являлось самостоятельным хозяйствующим субъектом, и на него не может быть распространено наличие признаков неплатежеспособности лица, к которому оно впоследствии присоединилось.

Таким образом, оснований расценивать предоставление денежных средств по договору займа от 21.12.2015 как выбранную форму выхода из кризисной финансовой ситуации должника путем увеличения оборотных средств общества (докапитализация) у суда с учетом изложенного, а также установленных приговором и фактических обстоятельств по делу не имеется.

Материалами дела подтверждено и участвующими в деле лицами не оспаривается факт того, что денежные средства передавались ответчиком в заем ООО «ТБК Менеджмент» под условием возврата с процентами. Размер стоимости пользования денежными средствами (14,5 % годовых) нерыночным признан быть не может, оснований полагать установленную процентную ставку льготной и недоступной для иных участников рынка не имеется, обратного сторонами не раскрыто.

Фактически полученные в заем денежные средства были возвращены должником ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» на 1 день позже ранее оговоренного сторонами срока (срок возврата до 07.09.2016, возврат произведен 08.09.2016).

В условиях предоставления займа ответчик действовал с целью извлечения прибыли.

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7), от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)) выработаны критерии распределения бремени доказывания в рамках дела о банкротстве для лиц, входящих в одну группу лиц: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Данный подход обусловлен тем, что группа лиц по общему правилу предполагает интеграцию входящих в нее звеньев не только через общую управленческую политику, наличие общей стратегии, но также через объединение финансовых ресурсов и капиталов. В такой ситуации стороннее лицо ограничено в сборе доказательств по вопросу за счет средств какого конкретно лица, входящего в группу лиц, фактически сделан тот или иной платеж, предоставлено либо погашено обязательство, в то время как аффилированным кредиторам не составит труда раскрыть порядок экономического взаимодействия внутри группы, доказать финансовую самостоятельность того или иного субъекта группы.

Применительно к рассматриваемому случаю, ответчиком надлежащим образом раскрыт порядок экономического взаимодействия с должником.

В отсутствие доказательств иного, действуя добросовестно, ответчик принял возврат займа и процентов по нему в установленный договором срок, повода усомниться в добросовестности должника при возвращении суммы займа, а также ответчик усмотреть не мог, последующее предоставление займа должнику по договору от 21.09.2016 указанное не опровергает.

Кроме того, как установлено в рамках обособленного спора о включении требования ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» в реестр требований кредиторов ООО «ТБК» задолженности, вытекающей из договора займа от 21.09.2016, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2019, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 30.08.2019, 21.09.2016 между ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» (займодавец) и ООО «ТБК» (заемщик) заключен договор займа № 157, по условиям которого займодавец предоставляет заемщику одним или несколькими траншами заем, общая сумма по которому не может превышать 100 745 378 руб. 48 коп., а заемщик обязуется возвратить займодавцу полученную сумму в порядке, установленном в разделе 2 настоящего договора, а также уплатить проценты за пользование денежными средствами в срок и на условиях, установленных настоящим договором.

Согласно пункту 2.1 Заимодавец предоставляет Заемщику заем отдельными суммами (траншами) на основании Заявок на транш, составленных по форме приложения № 1 к настоящему Договору, с указанием суммы займа, процентной ставки, дат предоставления и возврата денежных средств; заемщик уплачивает займодавцу проценты за пользование фактически полученной суммой займа в размере 14,5% годовых (пункт 3.1 договора); заемщик обязан осуществить погашение задолженности по сумме транша займа в полном объеме не позднее даты возврата денежных средств, установленной в соответствии с заявкой на транш (пункт 4.1 договора).

В соответствии с заявками на транш № 1, № 2 и № 3, подписанными со стороны должника ФИО11, заявитель перечислил должнику денежные средства в размере 100 000 000 руб. (платежные поручения от 22.09.2016 № 3273 на сумму 50 000 000 руб., от 27.09.2016 № 3309 на сумму 25 000 000 руб., от 07.10.2016 № 3521 на сумму 25 000 000 руб.).

Изложенное свидетельствует о том, что ответчик, получив 08.09.2016 возврат предоставленных по договору займа №54 денежных средств, через короткий промежуток времени (21.09.2016) предоставил в заем денежные средства должнику в общем размере 100 000 000 руб. на аналогичных условиях возвратности и платности.

Принимая во внимание тот факт, что поступившие на счет должника денежные средства в размере 74 250 000 руб. были распределены между аффилированными лицами (ФИО17, ФИО6, ФИО18), суд пришел к выводу о мнимом характере заемных отношений и том, что перечисление денежных средств носило транзитный характер.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 № 677/10 разъяснено, что транзитное движение денежных средств, оформленное договорами займа, может представлять собой сделку, совершенную лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение окружающих относительно характера возникших между сторонами правоотношений.

При таких обстоятельствах суд, учитывая указанную правовую позицию, установил, что стороны совершили транзитное движение денежных средств, которое представляет собой сделки, совершенные лишь для вида, либо для прикрытия другой сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, с целью введения в заблуждение иных лиц относительно характера возникших между сторонами правоотношений и неправомерного включения необоснованных требований в реестр требований кредиторов должника.

Выявленное позволяет сделать вывод, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для подобного рода сделок, указанные денежные средства не имели целью опосредовать финансово-хозяйственные операции должника.

Оборот денежных средств со ссылкой на договор займа, которые впоследствии распределялись между аффилированными по отношению к должнику лицами говорит о мнимости (ничтожности) сделок, денежные средства, полученные по спорным договорам, не использовались по назначению, выводились в виде транзитных платежей иным аффилированным компаниям группы, вследствие чего указанные платежи не могут быть признаны в качестве реальной задолженности, возникшей на стороне должника.

Также приговором Центрального районного суда г. Тюмени от 29.03.2018 по делу № 1-86/2018 в отношении ФИО11 установлено, что ФИО11, из полученной от ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» суммы осуществил перечисление денежных средств на расчетный счет третьих лиц в общей сумме 74 250 000 руб., распределив остальные денежные средства на оплату текущих расходов ООО «ТБК» и стабилизацию операционной деятельности указанного общества.

Приговором Центрального районного суда г. Тюмени от 29.03.2018 в отношении ФИО9 установлены аналогичные обстоятельства, а именно, что из 100 000 000 руб., полученных в качестве займа у ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» денежные средства в размере 74 250 000 руб. были перечислены в адрес третьих лиц, а оставшаяся часть (25 750 000 руб.) были потрачены на текущие расходы должника и стабилизацию его деятельности.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «ТБК» включено требование ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» сумме 25 750 000 руб., в удовлетворении требования в остальной части (74 250 000 руб.) отказано.

С учетом фактически установленных обстоятельств уголовно-правовой квалификации действий бывших руководителей должника, направленных на вывод денежных средств, и транзитности денежных средств через ООО «НИПИ «Нефтегазпроект», при недоказанности факта участия и сговора ответчика в совершении вывода денежных средств, суд пришел к выводу от том, что возврат денежных средств по оспариваемой в рамках настоящего обособленного спора сделкам был совершен формально, с целью создания видимости такового для получения нового займа и вывода транзитом денежных средств на аффилированных к должнику лиц.

Фактически оспариваемые сделки по перечислению денежных средств ответчику не повлекли возврата заемных денежных средств, поскольку денежная сумма поступила обратно в распоряжение должника и использована им по своему усмотрению.

Как указано выше и следует из приговора Центрального районного суда г. Тюмени от 29.03.2018 по делу № 1-86/2018, ФИО9, являясь проректором по стратегическому развитию ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет», действуя умышленно, из корыстных побуждений, в составе группе лиц по предварительному сговору с ФИО11, в период времени с 00 час. 01 мин. 01.09.2016 до 23 час. 59 мин. 17.11.2016, находясь по адресу: <...>, путем обмана, под видом заключения договора займа № 157 от 21.09.2016 между ООО «ТБК» и ООО «НИПИ «Нефтегазпроект», с использованием своего служебного положения, похитил денежные средства в сумме 100 000 000 руб., принадлежащие ООО «НИПИ «Нефтегазпроект». Похищенными денежными средствами в сумме 100 000 000 руб. ФИО11 и ФИО9 распорядились по своему усмотрению, чем причинили ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» материальный ущерб на указанную сумму, в особо крупном размере.

Признание ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» потерпевшим в результате преступных действий ФИО9 и ФИО11, фактический транзит денежных средств через расчетный счет ответчика с целью создания видимости возврата заменых средств и обратно должнику с дальнейшим распределением по усмотрению контролирующих лиц последнего, очевидным образом не свидетельствует о фактическом причинении вреда кредиторам, поскольку выбытия из конкурсной массы должника имущества (денежных средств) в результате возврата займа ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» не произошло, к увеличению кредиторской задолженности не привело, ответчик от сделки не получил преимущество.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ). Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ).

В силу частей 4, 5 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. При этом ни одно из доказательств, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы - все они оцениваются судом по существу в их совокупности.

Вместе с тем круг подозрительных сделок и ответчиков определен заявителем, пополнение конкурсной массы с использованием института оспаривания сделок должника осуществляется за счет возврата незаконно выведенных активов.

В рассматриваемом случае ответчик, получив денежные средства, возвратил их, а должник использовал их по своему усмотрению, что свидетельствует об отсутствии факта причинения вреда имущественным правам кредиторов должника именно действиями ответчика.

ООО «НИПИ «Нефтегазпроект» применительно к рассматриваемому спору выгодоприобретателем не является. Спорный платеж сам по себе подозрительную сделку не образует, поскольку является частью иной сделки, в связи с чем оснований для возложения на ответчика обязанности повторно возвратить денежные средства должнику, суд не усматривает.

Исследовав и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание совершение всех взаимосвязанных сделок, суд ввиду отсутствия совокупности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, полагает требования конкурсного управляющего не подлежащими удовлетворению, оснований для признания оспариваемых платежей от 08.09.2016 на сумму 40 339 737 руб. недействительной сделкой у суда не имеется.

Помимо прочего, платеж от 08.09.2016 с назначением платежа: «Оплата процентов по договору займа 1-12/15 от 21.12.2015» в части 260 405,76 руб. не подлежит признанию недействительным, ввиду того, что денежные средства в указанном размере возвращены ответчиком должнику платежным поручением от 12.09.2016 № 3120 с назначением платежа: «Возврат излишне уплаченной суммы процентов по договору займа № 1-12/2015 от 21.12.2015 согласно письма № 065/16 от 09.09.2016».

Кроме того, суд соглашается с доводом ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности при обращении с настоящими требованиями, поскольку материалами спора подтверждено получение конкурсным управляющим документов должника, изъятых в рамках уголовного дела, 03.07.2018, в то время как с настоящим требованием конкурсный управляющий обратился только 05.09.2019.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

С учетом изложенных обстоятельств суд полагает, что на момент обращения конкурсного управляющего с настоящим заявлением срок исковой давности истек.

Относительно доводов конкурсного управляющего о наличии в действиях сторон оспариваемой сделки при ее совершении признаков злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) суд пришел к следующим выводам.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В силу изложенного доводы конкурсного управляющего о наличии у оспариваемой сделки признаков сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ) могут быть признаны обоснованными только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемом соглашении пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069.

Между тем конкурсным управляющим обстоятельства, выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, не указаны.

С учетом изложенного у суда не имеется оснований для квалификации оспариваемой сделки, в качестве сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ).

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на должника.

Руководствуясь статьей 61.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184-187 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

определил:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Определение подлежит немедленному исполнению, может быть обжаловано в Восьмой арбитражный апелляционный суд в течение десяти дней с даты вынесения судебного акта в полном объеме.

Судья

Шаркевич М.С.