Гражданский кодекс часть 1

в составе судьи Ломаевой Е.И., при ведении протокола секретарем судебного заседания Плетневой Д.М., рассмотрев в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «Петрарко» заявление конкурсного управляющего ФИО1 к Банку «ТРАСТ» (ПАО) о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

при участии представителей:

от конкурсного управляющего: не явился – уведомлен,

от Банка «ТРАСТ» (ПАО): ФИО2, – представитель, доверенность от 17.09.2020, паспорт; ФИО3 – представитель, доверенность от 02.12.2020, паспорт,

иные лица: не явились, извещены о времени и месте заседания суда надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в сети Интернет по адресу http://www.udmurtiya.arbitr.ru,

установил:

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.03.2021 (резолютивная часть от 02.03.2021) публичное акционерное общество «Петрарко» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее – ПАО «Петрарко», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника; конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

01.03.2022 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании сделок должника, в котором просит:

- признать недействительной сделкой договор купли-продажи ценных бумаг от 27.12.2016, заключенный между ПАО «Петрарко» и АО «Рост Банк» (правопреемник – Банк «ТРАСТ» (ПАО); применить последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующей задолженности ПАО «Петрарко» перед АО «Рост Банк» в размере 920 732 017 руб. 01 коп. за вознаграждение по договору, взысканной решением Арбитражного суда г. Москвы от 08.06.2018 по делу № А40-42248/18-57-198; передачи в собственность ПАО «Петрарко» обыкновенных бездокументарных акций ЗАО «Уралнефтегазпром» (ИНН <***>) в количестве 199 387 штук;

- признать недействительной сделкой договор залога акций от 28.12.2016, заключенный между ПАО «Петрарко» и АО «Рост Банк» (правопреемник – Банк «ТРАСТ» (ПАО));

- признать недействительной сделкой договор последующего залога доли от 03.04.2017, заключенный между ПАО «Петрарко» и АО «Рост Банк» (правопреемник – Банк «ТРАСТ» (ПАО)).

В соответствии со статьями 60, 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) заявление конкурсного управляющего принято к производству и рассмотрению в рамках дела о банкротстве ПАО «Петрарко».

Сделки оспорены конкурсным управляющим как недействительные по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; указано, что в результате заключения и последующего длительного нерасторжения заведомо неисполнимого для должника договора купли-продажи ценных бумаг от 27.12.2016, а также обеспечительных договоров (договора залога акций от 28.12.2016, договора последующего залога доли от 03.04.2017) Банком искусственно наращена кредиторская задолженность с целью обращения взыскания на активы должника; на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи у должника имелась непогашенная задолженность перед ООО «УНГП Менеджмент» в размере 100 280 000 руб.; у должника отсутствовала реальная экономическая возможность погасить задолженность перед кредиторами на момент заключения оспариваемых сделок, в результате которых задолженность должника только увеличилась; оспариваемые сделки являются экономически необоснованными и совершенными в пользу заинтересованного лица; заключая оспариваемый договор купли-продажи ценных бумаг от 27.12.2016 АО «Рост Банк» было осведомлено о его неисполнимости для должника по причине отсутствия у последнего имущества или источника доходов, способных обеспечить погашения обязательства в столь существенной сумме, однако АО «Рост Банк» не предприняло действий по расторжению договора несмотря на истечение предусмотренного (180 дней) договора срока на предъявление должником требования о продаже ценных бумаг по цене, согласованной в договоре; Банк предпринимал активные действия по управлению активом АО «УНГП», что свидетельствует об отсутствии у последнего намерения реализовать акции в пользу ПАО «Петрарко»; Банк пытался получить активы ООО «Первомайское» в обход процедуры банкротства; Банк, несмотря на подписание меморандума с АО «Зарубежнефть» о стратегическом партнерстве по проекту УНГП, согласовывающем условия сделки по продаже акций АО «УНГП», продолжал начислять процентное вознаграждение по договорукупли-продажи ценных бумаг от 27.12.2016.

В материалы дела поступил письменный отзыв Банка, согласно которому Банк просит в удовлетворении заявления отказать, в частности, Банком указано следующее: оспариваемые сделки не могут быть оспорены с использованием механизма, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, т.к. отсутствуют независимые кредиторы, в интересах которых указанные сделки могут оспариваться; оспариваемые сделки были совершены в интересах группы компаний с целью реструктуризации задолженности, т.е. являлись экономически целесообразными; оспариваемые сделки не могут квалифицироваться как вывод активов в ущерб ООО «УНГП Менеджмент», поскольку совершались и частично исполнялись с ведома и под контролем ООО «УНГП Менеджмент»; вступившими в законную силу судебными актами установлено, что оспариваемые сделки не причинили ущерба ПАО «Петрарко» и цель совершения сделок в виде вывода активов ПАО «Петрарко» не доказана, напротив, данные сделки заключались с целью сохранения корпоративного контроля прежними бенефициарами (в том числе акционерной компанией с ограниченной ответственностью ГОК-Б Корпорация (далее – ГОК-Б Корпорация)) над активами; довод конкурсного управляющего о том, что АО «Рост Банк» блокировало получение ПАО «Петрарко» дивидендов, чем лишило возможности рассчитаться с кредиторами, не соответствует законодательству и фактическим обстоятельствам; факт того, что Банк лишь после длительной просрочки со стороны должника по выкупу акций АО «УНГП» получил контроль над исполнительными органами данного общества, нельзя признать недобросовестным поведением Банка; довод конкурсного управляющего о том, что Банк пытался получить активы ООО «Первомайское» в обход процедуры банкротства опровергается фактическим обстоятельствами; начисление Банком процентов по договору купли-продажи ценных бумаг от 27.12.2016 является законным и не свидетельствует о недействительности указанного договора.

В судебном заседании представителями Банка поддержаны доводы отзыва на заявление об оспаривании сделки, заявление о признании сделки недействительной считают не подлежащим удовлетворению.

Надлежащим образом уведомленный о месте и времени судебного заседания, в том числе, публично, путем размещения соответствующей информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Удмуртской Республики, конкурсный управляющий, в судебное заседание не явился, заявил ходатайство о рассмотрении настоящего спора в отсутствие указанного лица, в связи с чем, в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд счел возможным рассмотреть заявление по имеющимся документам, в отсутствие конкурсного управляющего.

Заслушав пояснения участников процесса, исследовав в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела о банкротстве, 29.01.2016 ПАО «Петрарко» выдана независимая гарантия в пользу АО «Рост Банк», по условиям которой должник принял безусловное и безотзывное обязательство уплатить АО «Рост Банк» любую сумму или суммы, не превышающие в итоге обязательства ГОК-Б Корпорация перед АО «Рост Банк» в размере 6 718 606 312,07 руб. по получении первого письменного требования АО «Рост Банк»; независимая гарантия заключена во исполнение обязательствГОК-Б Корпорация перед АО «Рост Банк» по договору купли-продажи ценных бумаг от 04.12.2015.

В связи с неисполнением ГОК-Б Корпорация своих обязательств по договору купли-продажи ценных бумаг от 04.12.2015, АО «Рост Банк» 23.12.2016 предъявило требование ПАО «Петрарко» по независимой гарантии.

26.12.2016 ПАО «Петрарко» платежным поручением № 318 перечислило в пользу АО «Рост Банк» денежные средства в сумме 100 000 000 руб.; 27.12.2016 между АО «Рост Банк» и ПАО «Петрарко» заключено соглашение об отступном, по условиям которого должник передал АО «Рост Банк» 56,16% акций АО «УНГП», ранее заложенные в пользу АО «Рост Банк», общей стоимостью 5 573 405 023,87 руб.; согласно пункту 3.3. Соглашения об отступном от 27.12.2016 стоимость отступного полностью погашает все требования АО «Рост Банк» по обязательствам, вытекающим из независимой гарантии.

27.12.2016 между ПАО «Петрарко» и АО «Рост Банк» заключен договор купли-продажи ценных бумаг, по условиям которого Банк обязался передать в собственность должника ценные бумаги на условиях договора, а должник обязался принять и оплатить ценные бумаги: обыкновенные именные акции, эмитент: закрытое акционерное общество «Уралнефтегазпром» (ОГРН <***>), государственный регистрационный номер выпуска ценных бумаг 1-01-00514-Р в количестве 199 387 штук, общая сумма сделки составила 5 573 405 023 руб. 87 коп.

28.12.2016 между ПАО «Петрарко» и АО «Рост Банк» заключен договор залога акций, по условиям которого должник в обеспечение обязательств по договору купли-продажи ценных бумаг от 27.12.2016 передал в залог Банку 21 683 шт. акций ЗАО «Уралнефтегазпром» (6,11 % уставного капитала); в соответствии с п. 2.11.2. договора залога акций от 28.12.2016 залог имущества обеспечивает, в том числе, исполнение обязательства по уплате вознаграждения за возможность покупки ЦБ в течение срока действия договора; залогодатель обязан в течение срока действия договора не отчуждать или иным образом пользоваться имуществом (пункт 3.1.8. договора залога акций от 28.12.2016).

03.04.2017 между ПАО «Петрарко» и АО «Рост Банк» заключен договор последующего залога доли, по условиям которого ПАО «Петрарко» передало в залог АО «Рост Банк» долю в размере 100% в уставном капитале ООО «Первомайское».

Согласно пункту 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в данном пункте условий.

В пункте 5 постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 63) разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указано в статье 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Кроме того, в силу статьи 10 ГК РФ, с учетом разъяснений, данных в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки. По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155, заявление о признании в рамках дела о банкротстве подозрительной сделки недействительной направлено на защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника. При разрешении такого требования имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного лица противопоставляются интересам контрагента (выгодоприобретателя) по сделке.

Соответственно, право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые.

В ситуации, когда должник заключает договор в интересах связанной с ним группы лиц, права членов этой группы не подлежат защите с использованием механизма, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В отсутствие у должника независимых кредиторов необходимо установление действительной цели оспаривания сделок. В ситуации, когда оспаривание сделки направлено на пересмотр внутригрупповых управленческих решений, конкурсное оспаривание не предполагает его использование в таких целях (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155).

Как следует из материалов дела, ООО «УНГП Менеджмент» заявлено три требования о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в общем размере 172,5 млн. руб., требования основаны на договорах займа.

11.10.2022 Банком заявлены ходатайства о процессуальном правопреемстве, в которых Банк просил заменить ООО «УНГП Менеджмент» на Банк «ТРАСТ» (ПАО) в связи с заключением договора уступки права (требований) № 0683-22/Ц от 10.10.2022.

Права по договорам займа, задолженность по которым ООО «УНГП Менеджмент» заявляло к включению в реестр требований кредиторов должника, перешли от ООО «УНГП Менеджмент» к ФИО4 на основании соглашения № 1 об уступке прав от 15.07.2022, а от ФИО4 к Банку «ТРАСТ» (ПАО) - на основании договора уступки права (требований) № 0683-22/Ц от 10.10.2022.

Кроме того, Банком заявлен отказ от требований ООО «УНГП Менеджмент» по включению в реестр требований кредиторов должника.

19.10.2022 (резолютивные части объявлены 11.10.2022) судом произведена процессуальная замена кредитора ООО «УНГП Менеджмент» на Банк по заявлениям о включении требований ООО «УНГП Менеджмент» в реестр требований кредиторов ПАО «Петрарко» на общую сумму 172,5 млн. руб., а также прекращены производства по указанным заявлениям в связи с отказом Банком «ТРАСТ» (ПАО) от заявленных требований.

Оспариваемые сделки не могут быть признаны недействительными по причине отсутствия экономической целесообразности, так как указанные сделки совершены во внутригрупповом интересе, данные обстоятельства установлены судебными актами по настоящему делу, в частности, постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2021, от 24.06.2022.

По результатам рассмотрения требований Банка «ТРАСТ» (ПАО), основанных на договоре купли-продажи ценных бумаг от 27.12.2016, суды пришли к выводу о наличии разумных экономических мотивов совершения должником оспариваемых сделок, было установлено, что оспариваемые сделки представляли собой совокупность сделок, направленных на реструктуризацию задолженности компаний, входящих в одну группу с должником.

Доводы о ничтожности сделки, злоупотреблении правом при совершении оспариваемых сделок, также являлись предметом рассмотрения по иску акционеров должника общества «Дельта-Финанс» и общества «УНГП-Финанс» о признании недействительными сделок по выдаче независимой гарантии, соглашения об отступном, договоров залога акций и доли в уставном капитале и оспариваемого договора купли-продажи ценных бумаг от 27.12.2016; вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 07.02.2020 по делу № А40-98619/19 исковые заявления оставлены без удовлетворения; при рассмотрении спора судами установлено, что оспариваемые сделки не причинили ущерба должнику и цель совершения сделок в виде вывода активов должника истцами не доказана, напротив, данные сделки заключались с целью сохранения корпоративного контроля акционерной компанией ГОК-Б Корпорация.

Соглашение об отступном, в соответствии с которым Банку были переданы акции АО «УНГП» (56,16%), являлось частью реструктуризации раннее предоставленного финансирования, поскольку в тот же день в отношении вышеуказанного пакета акций между Банком и ПАО «Петрарко» был заключен оспариваемый в настоящем деле договор купли-продажи (обратный РЕПО), согласно которому Банк обязался обратно продать пакет акций в пользу ПАО «Петрарко». На момент одновременного заключения соглашения об отступном и договора купли-продажи по обратному выкупу (сделка РЕПО), у ПАО «Петрарко» была задолженность перед Банком по уплате 5 млрд. руб. по независимой гарантии с наступившим сроком исполнения. Сделка РЕПО по своей сути предоставляла отсрочку по уплате указанной суммы. Это была обеспечительная сделка по возврату ранее предоставленного финансирования с уплатой процентов в качестве платы за пользование денежными средствами.

Судом не установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии всей совокупности условий для признания сделок недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом принятого судебного акта расходы по оплате государственной пошлины относится на должника в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 61.1, 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, статьями 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

определил:

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Петрарко» ФИО1 о признании недействительными сделками договора купли-продажи ценных бумаг от 27.12.2016, договора залога акций от 28.12.2016, договора последующего залога доли от 03.04.2017, заключенных между ПАО «Петрарко» и АО «РОСТ БАНК», и о применении последствий недействительности сделок отказать.

Определение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Пермь через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Информация по делу опубликована на официальном сайте Арбитражного Суда Удмуртской Республики в сети Интернет по адресу http://www.udmurtiya.arbitr.ru.

Судья Е.И.Ломаева