Гражданский кодекс часть 1

Судья Арбитражного суда Челябинской области Гладышева В.И., при ведении протокола секретарем судебного заседания Варгановой А.И., рассмотрев в открытом судебном заседании

заявление финансового управляющего ФИО1 к ФИО2, г. Челябинск, о признании сделки должника недействительной,

предъявленное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

при участии в судебном заседании:

представителя заявителя - ФИО4 по доверенности от 18.08.2020;

представителя должника – ФИО5 по доверенности от 10.07.2020 серия 74 АА № 4797839;

УСТАНОВИЛ:

определением от 25.04.2019 заявление акционерного общества «Уральский промышленный банк» (далее – кредитор, АО «Уральский промышленный банк») о признании несостоятельной (банкротом) ФИО3 (далее – должник, ФИО3) принято к производству суда.

Определением от 16.09.2019 (резолютивная часть от 12.09.2019) заявление кредитора АО «Уральский промышленный банк» признано обоснованным; в отношении ФИО3 введена процедура - реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО1 (далее – финансовый управляющий, ФИО6).

Решением от 23.12.2019 (резолютивная часть от 16.12.2019) реструктуризация долгов гражданина завершена, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6

ФИО6 19.10.2020 обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просит признать недействительной сделкой - договор найма жилого помещения от 01.09.2019, заключенный между ФИО2 (далее – ответчик, ФИО2) и ФИО3, применить последствия недействительности сделки.

Определением от 20.10.2020 заявление финансового управляющего принято к производству, очередное судебное заседание по рассмотрению заявления назначено на 25.03.2021, в котором в порядке ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) объявлялся перерыв до 30.03.2021.

Представитель финансового управляющего должника в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель должника в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился по основаниям, изложенным в письменном отзыве (л.д. 64-66).

Кроме того, представителем должника заявлено ходатайство в порядке ст. 51 АПК РФ о привлечении к участию в обособленном споре в качестве третьего, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, супруга должника – ФИО7, поскольку судебный акт, вынесенный по итогам рассмотрения настоящего обособленного спора, может повлиять на права и обязанности указанного лица.

Рассмотрев ходатайство должника о привлечении ФИО7 к участию в деле, суд не усматривает оснований для его удовлетворения на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Исходя из смысла и содержания части 1 статьи 51 АПК РФ, основанием для вступления в процесс третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является правовая ситуация, при которой судебный акт по рассматриваемому делу может повлиять на его права или обязанности по отношению к одной из сторон. Иными словами, у данного лица имеются материально-правовые отношения со стороной по делу, на которые может повлиять судебный акт по рассматриваемому делу в будущем (предъявление регрессного иска и т.п.).

Рассматриваемый обособленный спор касается оспаривания договора найма жилого помещения, заключенного между должником и ответчиком, ФИО7 стороной сделки не является. Тот факт, что по условиям договора определено совместное проживание ФИО7 с должником в нанимаемом жилом помещении не позволяет отнести указанное лицо к числу заинтересованных в исходе рассмотрения настоящего обособленного спора лиц, в связи с чем, суд не усматривает оснований для привлечения супруга должника к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Кроме того, следует обратить внимание на то, что ходатайство о привлечении ФИО7 к участию в деле заявлено в итоговом судебном заседании, после объявления судом перерыва в судебном заседании, что, по мнению суда, направлено на затягивание рассмотрения обособленного спора по существу. ФИО7, являясь участником иных обособленных споров, рассматриваемых в рамках дела о банкротстве супруги – ФИО8, безусловно осведомлен о рассмотрении настоящего дела, что не лишило его возможности вступить в настоящий обособленный спор ранее, или иным образом выразить свою позицию по делу.

Ответчик в судебное заседание не явился о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом; в материалы дела представил письменный отзыв с возражениями на заявленные требования (л.д. 55-56). В отзыве ФИО2 указывает на то, что находился в должником и её супругом в давних доверительных отношениях, в связи с чем был заключен оспариваемы договор найма. Основным мотивом для заключения договора послужил факт содержания имущества ответчика в надлежащем состоянии, поскольку сам ФИО2 в силу возраста не мог осуществлять круглогодичный уход за домом. Ответчик указывает на то, что договор является реальным, денежные средства от должника получены, доходы от аренды дома задекларированы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения извещены надлежащим образом.

Рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив представленные в материалы дела письменные доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, 01.09.2019 между ФИО3 (наниматель) и ФИО2 (наймодатель) заключен договор найма жилого помещения, по условиям которого наймодатель предоставляет нанимателю во владение и пользование, принадлежащий ему на праве собственности дом, расположенный по адресу: <...>, общей площадью 291,8 кв.м., этажность – 2, подземная этажность – 1 (п. 1.1, 1.2 договора). Вместе с нанимателем будут проживать следующие граждане: муж, ФИО7 (п. 1.6 договора).

Наниматель обязуется ежемесячно вносить наймодателю плату за пользование домом до 10 числа месяца, следующего за отчетным. Указанная плата составляет 10 000 руб. Оплата коммунальных услуг входит в плату за пользование домом (п.п. 3.1-3.3 договора).

Настоящий договор заключен сроком на 11 месяцев с 01.09.2019 по 31.07.2020. По истечении срока действия договора, в случае если ни одна из сторон не заявит о его расторжении, договор считается пролонгированным на тех же условиях на новый срок (п.п. 5.1, 5.2 договора).

В период с сентября 2019 года по июль 2020 года ФИО3 передала ФИО2 денежные средства в счет оплаты за наём жилого помещения в общей сумме 110 000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела расписками (л.д. 9-14).

Финансовый управляющий полагая, что оспариваемая сделка является недействительной по основаниям, установленным п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку совершена после возбуждения дела о банкротстве, между заинтересованными лицами, с целью причинения вреда кредиторам, обратился с рассматриваемым заявлением в арбитражный суд. Кроме того, финансовый управляющий полагает, что оспариваемая сделка имеет признаки мнимости.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

По правилам пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном законе.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после его принятия и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснил, что норма пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 7 Постановления № 63, абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо (статья 19 Закона о банкротстве) если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Бремя доказывания обстоятельств и приведенных оснований для признания оспариваемой сделки недействительной, в силу статьи 65 АПК РФ, возложено на заявителя, а бремя опровержения - на ответчика.

Как было указано ранее, производство по делу о банкротстве должника возбуждено 25.04.2019, оспариваемый договор найма заключен 01.09.2019, то есть после возбуждении дела о банкротстве должника и подпадает под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Представленными в материалы дела доказательствами, подтвержден факт неплатежеспособности должника на дату совершения оспариваемой сделки. Кроме того, обстоятельства неплатежеспособности исследованы арбитражным судом в определении от 16.09.2019 (резолютивная часть от 12.09.2019) о введении в отношении ФИО3 процедуры - реструктуризации долгов, вынесенном спустя 2 недели после заключения оспариваемого договора.

При установлении факта осведомленности стороны сделки о признаках неплатежеспособности судом установлено, что ответчик с должником и ее супругом состоит в давних доверительных отношениях, что прямо следует из отзыва ФИО2 (л.д. 55-56).

Такие обстоятельства очевидно свидетельствует об осведомленности наймодателя об имущественном положении должника и о цели совершения оспариваемой сделки - причинения вреда правам и интересам кредиторов.

При определении цели причинения вреда имущественным правам кредиторам судом установлено следующее.

В отношении должника определением суда 16.09.2019 (резолютивная часть от 12.09.2019) введена процедура - реструктуризация долгов гражданина; решением суда от 23.12.2019 (резолютивная часть от 16.12.2019) введена процедура - реализация имущества гражданина.

В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в том числе денежные средства, составляющие сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении.

Сумма, составляющая разницу между получаемой должником пенсией и величиной прожиточного минимума, подлежит передаче финансовому управляющему с целью пополнения конкурсной массы должника.

Вместе с тем, согласно п. 2 ст. ст. 213.25 Закона о банкротстве, по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание. Общая стоимость имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, не может превышать десять тысяч рублей.

Разрешение вопроса об исключении из конкурсной массы денежных средств на содержание должника-гражданина сверх установленного законом прожиточного минимума носит заявительный характер, по результатам рассмотрения ходатайства выносится судебный акт.

В рамках настоящего дела о банкротстве судом рассмотрен обособленный спор об обязании должника вернуть в конкурсную массу денежных средств в общем размере 36 136,90 руб., составляющих разницу между полученной должником пенсией в период с января по май 2020 года и прожиточным минимумом.

Вступившим в законную силу определением от 10.12.2020, вынесенным по итогам рассмотрения вышеуказанного обособленного спора, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Вместе с тем, указанным судебным актом установлено, что должником с даты введения процедуры реализации имущества не исполнялась обязанность по передаче финансовому управляющему денежных средств, составляющих положительную разницу между прожиточным минимумом и получаемой должником пенсией. Договор найма жилого помещения от 01.09.2019, на который ссылался должник в обоснование своих возражений, представлен в суд и финансовому управляющему несвоевременно в судебном заседании от 30.07.2020, то есть спустя более 7 месяцев с момента введения процедуры реализации имущества, и более 10 месяцев со дня его заключения.

Таким образом, до вышеуказанной даты (30.07.2020) финансовому управляющему и суду не было известно о заключении должником оспариваемого договора, который фактически представлен в рамках вышеуказанного обособленного спора. Кроме того, не смотря на требования п. 2 ст. ст. 213.25 Закона о банкротстве, должник с ходатайством об исключении из конкурсной массы денежных средств, необходимых на оплату аренды жилого помещения не обращался.

Таким образом, целью совершения оспариваемой сделки являлось недопущение поступления в конкурсную массу должника денежных средств составляющих положительную разницу между прожиточным минимумом и получаемой должником пенсией.

По мнению суда, причинение вреда кредиторам выразилось в не поступлении в конкурсную массу денежных средств, составляющих положительную разницу между прожиточным минимумом и получаемой должником пенсией, поскольку указанные денежные средства могли быть направлены на погашение требований кредиторов.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, учитывая совершение сделки после возбуждения дела о банкротстве должника, между заинтересованными лицами, с целью причинения имущественного вреда кредиторам, при установлении факта причинения вреда, суд приходит к выводу на наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, указанным в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В пункте 73 Постановления № 25 также указано, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

В рамках рассмотрения дела должником указано на отсутствие в его собственности какого-либо жилого недвижимого имущества, в котором могли проживать должник и супруг должника. Жилой дом по прежнему адресу регистрации, расположенный по адресу: <...>, принадлежит дочери должника и ее супругу – ФИО9 и ФИО10 на основании договора купли-продажи от 04.12.2014, по которому ФИО3 и ФИО7 выступали продавцами, а дочь должника с супругом – покупателями.

Договор купли-продажи от 04.12.2014 также оспаривается финансовым управляющим в рамках настоящего дела о банкростве.

Перед заключением вышеуказанного договора купли-продажи от 04.12.2014 должник и её супруг (ФИО7) 27.10.2014 подписали нотариальное обязательство о снятии с регистрационного учета в течение 14 дней с момента оформления сделки купли-продажи по вышеуказанному адресу. Однако, фактически регистрация по адресу: <...>, с одновременным снятием с регистрационного учета по прежнему адресу произведена должником и её супругом в мае 2020 года (14.05.2020), т.е. спустя 6 лет после оформления договора купли-продажи от 04.12.2014 и спустя 9 месяцев после заключения оспариваемого договора найма.

Кроме того, финансовым управляющим в материалы дела представлены сведения из территориального отделения пенсионного фонда (ответ УПФР в Металлургическом районе г. Челябинска от 26.05.2020 № 6838) о том, что ФИО3 с 01.11.2019 является получателем пенсии в размере 16 139,18 руб. ежемесячно, которую должник получал по адресу: <...>, а после возбуждения производства по настоящему обособленному спору (20.10.2020) на основании заявления должника от 29.10.2020 адрес доставки изменен на новый: <...>.

Финансовым управляющим также указано на то, что вся корреспонденция, направленная финансовым управляющим должнику по адресу: <...>, в период с даты введения процедуры реструктуризации была получена ФИО3, что подтверждается почтовыми квитанциями от 14.09.2019, 30.10.2019, 12.11.2019, 28.11.2019, 21.12.2019, 17.01.2020, 25.01.2020, 09.03.2020, 17.03.2020, 19.04.2020, 19.05.2020 и отчетами об отслеживании указанных почтовых отправлений. Корреспонденция, направленная финансовым управляющим супругу должника - ФИО7, по адресу: <...>, также была получена им (л.д. 17-29).

Более того, в ходе рассмотрения дела о банкротстве после заключения оспариваемого договора (01.09.2019) должником направлялась корреспонденция, а также предоставлялись документы, согласно которым адресом должника является: <...>, что подтверждается:

почтовым конвертом об оправке ФИО3 корреспонденции финансовому управляющему от 11.05.2020;

запросом ФИО3 в Прокуратуру Металлургического района г. Челябинска от 20.03.2020;

запросом ФИО3 в Межрайонную ИФНС России № 22 по Челябинской области от 20.03.2020;

запросом ФИО3 в ГУ МЧС России по Челябинской области по адресу (л.д. 31-35).

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что заключая оспариваемый договор найма, должник не преследовал цель проживать в указанном жилом помещении, а фактически продолжает проживать по адресу: <...>.

Указанные обстоятельства также подтверждаются нетипичным поведением должника в процедуре банкротства, а именно: несвоевременным представлением сведений финансовому управляющему и суду, в том числе оспариваемого договора; смена регистрации по месту жительства спустя 9 месяцев после заключения оспариваемого договора; смена адреса получения пенсии после возбуждения производства по настоящему обособленному спору.

Ссылка должника на то, что финансовым управляющим при осмотре жилого дома установлено фактическое проживание должника по адрес: <...>, и, как следствие установлена реальность арендных отношений, отклоняется судом на основании следующего.

Как было указано ранее, стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

В рассматриваемом случае, при составлении 02.12.2020 акта осмотра жилого дома, расположенного по адресу: <...>, финансовым управляющим проведена опись имущества, расположенного в указанном доме, в том числе установлено наличие мебели, техники и иных предметов домашнего обихода. Описанное финансовым управляющим имущество является обычным наполнением жилого дома и не подтверждает фактическое проживание должника в нем.

По тем же основаниям отклоняются доводы ответчика о том, что доход, полученный от сделки, задекларированы ФИО2 и подтверждает реальность арендных отношений.

Так, в материалы дела представлена копия налоговой декларации по форме 3-НДФЛ за 2019 год, из которой следует, что ответчиком за указанный налоговый период задекларирован доход в сумме 30 000 руб. (л.д. 51-53). Налоговая декларация представлена в налоговый орган 30.07.2020, т.е. с нарушением срока, установленного ст. 229 Налогового кодекса Российской Федерации. Более того, сумма дохода, задекларированная ответчиком, на 10 000 руб. меньше суммы полученной по распискам от должника, поскольку в материалы дела представлены расписки с сентября по декабрь 2019 года, подтверждающие передачу денежных средств от должника к ответчику в общей сумме 40 000 руб.

Указанные обстоятельства подтверждают формальный подход к составлению документов и дополнительно подтверждают вывод суда о мнимом характере отношений, вытекающий из оспариваемого договора найма.

Следовательно, суд приходит к выводу о том, что договор найма жилого помещения от 01.09.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО3 является недействительным по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и на основании статьи 170 ГК РФ.

Учитывая изложенные обстоятельства имеются и правовые основания для применения последствий недействительности данной сделки.

В силу пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В соответствии с положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Как следствие, учитывая представленные в материалы дела расписки, суд приходит к выводу о необходимости применения в данном случае последствий недействительности сделки в виде возврата ФИО2 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 110 000 руб.

При этом ссылка должника на то, что часть переданных ФИО2 денежных средств составляла пенсию супруга должника – ФИО7 отклоняется судом, как не подтвержденная соответствующими доказательствами. Кроме того, как указывалось ранее, ФИО7 не является стороной оспариваемой сделки.

Судебные расходы, понесенные финансовым управляющим должника в сумме 6 000 руб., подлежат возмещению за счет ответчика в соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьей 61.2 Закона о банкротстве, статьями 184, 185, 223 АПК РФ, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительной сделкой договор найма жилого помещения от 01.09.2019, заключенный между ФИО2 и ФИО3

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать с ФИО2 в конкурсную массу ФИО3 денежные средства в размере 110 000 руб. в качестве последствий недействительности сделки, а также 6 000 руб. в качестве расходов на уплату государственной пошлины, итого 116 000 руб.

Определение подлежит исполнению после вступления в законную силу и может быть обжаловано в апелляционную инстанцию - Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Челябинской области в течение 10 дней со дня его вынесения.

Судья В.И. Гладышева