Гражданский кодекс часть 1

Судья Арбитражного суда Забайкальского края Л.В. Малышев, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Рудневой Т.Э., рассмотрел в открытом судебном заседании заявление финансового управляющего должника ФИО1 – ФИО2 о признании сделок должника недействительными и о применении последствий недействительности сделок, с привлечением к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – публичное акционерное общество "Сбербанк России",

при участии в судебном заседании:

от финансового управляющего – представитель не явился;

от должника – ФИО1, ФИО3, представителя по доверенности от 01.08.2017;

от заинтересованного лица (ФИО4) - ФИО5, представителя по доверенности от 23.04.2018;

от третьего лица – ФИО6, представителя по доверенности от 19.02.2018.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Распоряжением исполняющего обязанности председателя Арбитражного суда Забайкальского края №А78-К-3/18-18 от 04 апреля 2018 года в связи с назначением судьи Корзовой Н.А. судьей Четвертого арбитражного апелляционного суда находящиеся в его производстве дела на основании части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переданы в отдел делопроизводства для дальнейшего их распределения среди судей с учетом специализации. Автоматизированной информационной системой распределения дел дело №А78-11268/2017 распределено судье Малышеву Л.В.

Определением суда от 09.04.2018 произведена замена судьи Н.А. Корзовой в деле №А78-11268/2017 на судью Л.В. Малышева.

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» (основной государственный регистрационный номер 1027700132195, ИНН <***>) обратилось в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением о признании банкротом индивидуального предпринимателя ФИО1 в порядке главы Х Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Заявление 07 августа 2017 года принято к производству суда.

Идентифицирующие сведения индивидуального предпринимателя ФИО1, подлежащие обязательному указанию в судебном акте в силу положений пункта 5 статьи 213.7 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон о банкротстве):

основной государственный регистрационный номер индивидуального предпринимателя: 304753419800116;

идентификационный номер налогоплательщика: 753400313773;

место жительства согласно данным паспорта о регистрации: <...>, кв. 3;

данные о рождении: 18 апреля 1955 года рождения;

страховой номер индивидуального лицевого счета застрахованного лица в системе обязательного пенсионного страхования: отсутствуют сведения.

ФИО1 состоит в зарегистрированном браке с ФИО7 (по данным паспорта).

С 01 октября 2015 года Федеральный закон от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» применяется в редакции Федерального закона от 29.06.2015 года № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», определившего правила о банкротстве физических лиц.

Определением суда от 04 октября 2017 года заявление публичного акционерного общества «Сбербанк России» о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО1признано обоснованным, и в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим утвержден ФИО2.

15.05.2018 финансовый управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением о признании договора от 07.11.2015, договора от 02.12.2015, договора от 29.03.2016 недействительными и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника имущества. Договоры заключены между ФИО1 и ФИО4.

Определением суда от 21.05.2018 заявление оставлено без движения.

Определением суда от 25.06.2018 года данное заявление принято к производству.

Определением суда от 21.09.2018 года к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора судом привлечено публичное акционерное общество "Сбербанк России".

В судебном заседании представитель заинтересованного лица поддержал доводы, изложенные в дополнении к отзыву. Суду пояснил, что 07.11.2015г., 02.12.2015г. и 29.03.2016г. между ФИО1 и ФИО4 заключены три договора дарения, по условиям которых ФИО1 подарил ФИО4 указанное в них недвижимое имущество.

Финансовый управляющий, опираясь на нормы ст.61.2 Закона о банкротстве, полагает, что данные сделки были заключены должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации -десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б)в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам
кредиторов;

в)другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к
моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной но данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Анализ приведённых норм права позволяет сделать вывод, что для признания сделки недействительной по основаниям предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать совокупность следующих критериев:

наличие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделки;

осведомлённость другой стороны сделки о намерении причинить вред имущественным интересам кредиторов;

непосредственное причинение сделкой имущественного вреда кредиторам; -стоимость переданного в результате совершения сделки имущества составляет двадцать

и более процентов балансовой стоимости активов должника;

-факт пользования имуществом после совершения сделки;

Финансовый управляющий в своём заявлении не привел ни одного доказательства указывающего на наличие хотя бы одного из приведённых критериев, что в свою очередь является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Более того, он ограничивается лишь указанием на принятие Арбитражным судом Забайкальского края 07.08.2017г. заявления о признании индивидуального предпринимателя ФИО1 несостоятельным (банкротом) и заключение сделок в пределах предшествующих трех лет.

Между ООО «Элис» (основной должник) и ПАО «Сбербанк России» были заключены кредитные договоры:

от 01 июня 2015 года№ 8600000-50032-0.

от 07 мая 2015 года№ 8600000-50021-0.

от 06 июля 2015 года № 8600000-50042-0.

от 03 марта 2015 года № 8600000-50009-0.

от 02 апреля 2015 года№ 8600000-50011-0.

от 10 декабря 2015 года № 8600000-50090-0.

от 30 сентября 2015 года № 8600000-50064-0.

Поручителем, обеспечивающим исполнение ООО «Элис» обязательств перед банком по кредитным договорам, наряду с иными лицами, выступил индивидуальный предприниматель ФИО1 на основании договоров поручительства заключенных также как и кредитные договоры 01 июня 2015 года, 07 мая 2015 года, 06 июля 2015 года, 03 марта 2015 года, 02 апреля 2015 года, 10 декабря 2015 года, 30 сентября 2015 года соответственно.

До 01.07.2016 года обязательства по вышеуказанным кредитным договорам исполнялись ООО «Элис» надлежащим образом, по ним производились соответствующие выплаты. После 01.07.2016 года ООО «Элис» перестало осуществлять выплаты но заключенным кредитных договорам. Соответственно признакам банкротства, установленными в ст. 3-6 Закона о банкротстве, ООО «Элис» стало отвечать только к 01.10.2016 года.

В свою очередь срок исполнения обязательств ФИО1 вытекающих из договоров поручительства, наступил только после выставления 08.07.2016г. банком требования о необходимости погашения задолженности за ООО «Элис». А соответствовать формальным признакам неплатежеспособности ФИО1 стал после вынесения 27.07.2017г. апелляционного определения Забайкальским краевым судом, изменившим в части решение Центрального районного суда г. Читы от 09 февраля 2017 года по делу № 2-54-2017.

Спорные договоры дарения были заключены:

-07.11.2015г.

-02.12.2015г.

-29.03.2016г.

Таким образом, ни ООО «Элис», ни ФИО1 на момент заключения договоров дарения не обладали признаками банкротства позволяющими оспаривать сделки опираясь на нормы н.2 ст.61.2 Закона о банкротстве. Более того, ФИО1 на момент совершения сделок в принципе не мог знать о том, что основным должником ООО «Элис» в будущем не будут исполнены обязательства, по которым он выступает поручителем.

Исходя из этого, считаем заявленные требования необоснованными, поскольку ФИО1:

не обладал признаками неплатёжеспособности на момент заключения оспариваемых договоров дарения и не приобрёл этих признаков в результате заключения названных сделок;

имущественных прав, которым должник мог причинить вред, на момент заключения договоров дарения, у кредиторов по отношению к должнику еще не возникло;

другая сторона сделки ФИО4 не мог знать о намерении причинить вред имущественным интересам кредиторов, поскольку как уже говорилось выше, таких имущественных прав у кредиторов еще не возникло;

пользование отчуждённым имуществом после заключения сделок ФИО1 не осуществлялось;

Доказательств обратного, как уже говорилось выше, финансовым управляющим не предоставлено.

Кроме того, другая сторона сделки ФИО4 не мог знать о намерении причинить вред имущественным интересам кредиторов или о наличии признаком неплатежеспособности и недостаточности имущества ФИО1

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу п.З ст. 19 Закона о банкротстве Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

ФИО4 не приходится ФИО1 родственником по прямой восходящей и нисходящей линии, братом или его родственником по нисходящей линии, сыном, братом супруги.

Это в свою очередь позволяет говорить о том, что ФИО8 II.В. не является заинтересованным лицом в том смысле, который придаётся этому понятию нормами законодательства о банкротстве.

Каких либо сообщений, подлежащих обязательной публикаций о признании ФИО1 банкротом и о введении в отношении него процедуры реструктуризации долгов на момент заключения спорных договоров аренды не было.

Должник и его представитель поддержали доводы, изложенные ранее в судебных заседаниях.

Представитель банка поддержал доводы, изложенные в отзыве от 05.12.2018. Суду пояснил, что согласно разъяснениям, приведенных в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009г. № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В силу пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Вместе с тем принцип свободы договора, характерный для гражданского права, не означает, что участники гражданского оборота вправе совершать действия, нарушающие закон, а также права и законные интересы других лиц.

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (пункт 3 статьи 10 ГК РФ).

Свобода договора (статья 421 ГК РФ) не является безграничной и не исключает разумности и справедливости его условий.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, а также в обход закона, в результате причинен вред третьим лицам, либо созданы условия его причинения.

При этом злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес с учетом разъяснений, данных Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 10 постановления от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, в частности совершение сделки, направленной на уменьшение конкурсной массы по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При этом цель причинения вреда кредиторам не может быть связана с наличием признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если у должника на момент совершения сделки имеются признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, однако указанное не означает, что иные обстоятельства при отсутствии таких признаков не могут расцениваться как цель причинения вреда кредиторам.

Лицо может преследовать цель причинить вред кредиторам и с этой целью заблаговременно предпринять меры, направленные на уменьшение собственной имущественной массы с тем, чтобы осложнить взыскателю возврат имущества для погашения собственных требований.

Поручитель начинает исполнять договор поручительства в тот момент, когда принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору. Если договором поручительства не предусмотрено иное, такая обязанность возникает при его подписании, поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам.

Предполагается добросовестным и разумным поведение поручителя как акцессорного должника в обязательстве, знание о вероятности наступления обязанности по оплате долга по кредитным обязательствам. В противном случае, поручительство представляет собой фикцию. Заключая договор поручительства, поручитель действует на свой страх и риск, и, поскольку поручительство выдается добровольно, с учетом принципа свободы договора, именно на поручителе лежит обязанность оценки степени риска заключения договора поручительства. Лицо, имеющее намерение исполнить взятые на себя обязательства в соответствии с условиями договоров поручительства, не должно своими умышленными действиями создавать ситуацию, которая может привести к ослаблению, либо полной утрате финансовой возможности исполнить принятые на себя обязательства.

Кредитор вправе предъявить свои требования к любому из солидарных должников, в том числе к ФИО1 ФИО1, отчуждая принадлежащее ему имущество должен был это предусмотреть.

Таким образом, на дату совершения сделок ФИО1 имел обязательство перед ПАО Сбербанк отвечать в случая неисполнения ООО «Элис» взятых на себя обязательств и не мог однозначно полагаться на то, будет оно исполнено или нет, соответственно, отчуждение значительной части имущества в такой ситуации не может являться добросовестным поведением.

Представленные должником доказательства в качестве доводов, подтверждающих наличия имущества для погашения задолженности заёмщиков перед банком, в которых ФИО1 выступал поручителем не являются состоятельными, поскольку имущество не принадлежит должнику. В соответствии данным Выписки ЕГРН о правах отдельного лица на имевшихся (имеющиеся) к него объекты недвижимости большинство объектов, принадлежащих должнику на правах собственности на момент заключения оспоримой сделки отчуждено (список отчужденного имущества прилагается)

Согласно данным Выписки ЕГРН о правах отдельного лица на имевшихся (имеющиеся) к него объекты недвижимости, у ФИО1 на момент заключения оспоримой сделки в собственности находилось имущество, согласно списку (список прилагается), не достаточное для погашения задолженности перед банком.

ПАО Сбербанк включены в реестр требований кредиторов как залоговые кредиторы ФИО1 на сумму всего 11 627 209,99 руб. при наличии задолженности более 540 млн. руб. по причине прекращения права собственности на прочее имущество, лишь на следующее имущество:

1/3 доли земельного участка общей площадью 470 кв.м. по адресу: <...> (п. 9.1.11 КД № 8600000-50021-0 от 07.05.2015);

1/3 доли спортвно-оздоровительный комплекс общей площадью 483,1 кв.м. по адресу: <...> (п. 9.1.11 КД № 8600000-50021-0 от 07.05.2015);

1/3 доли здание - складские помещения в комплексе с офисными помещениями и гаражом-стоянкой, назначение: смешанное использование, общей площадью 618,3 кв.м. по адресу: <...> (п. 9.1.11 КД № 8600000-50021 -0 от 07.05.2015);

ФИО1 намеренно вводит суд в заблуждение относительно обстоятельств предоставления обеспечения.

Стоимости указанных объектов явно недостаточно для покрытия размера обязательств ООО «Элис» перед ПАО Сбербанк.

Также ПАО Сбербанк считает, что ФИО4 не мог не знать о наличии у ФИО1 обязательств по договору поручительства за ООО «Элис» перед ПАО Сбербанк и недостаточности его личного имущества, поскольку состоит в родственных отношениях с ФИО1 (что не отрицается ответчиками) и являлся супругом ФИО9, которая работала на должности главного бухгалтера ООО «Элис».

Кроме того, просит суд обратить внимание на обстоятельства сделки, которые являются подозрительными:

-Оспариваемые сделки совершены на безвозмездной основе в отношении коммерческого имущества,предпринимательской деятельностью с правом сдачи коммерческих помещений в аренду. Одаряемый, ФИО4, зарегистрирован по адресу, <...> и не имел статус индивидуального предпринимателя. Данный факт может свидетельствовать о нецелесообразности сделок по дарению объектов недвижимости коммерческого назначения.

-ФИО4 на момент заключения договоров не проживал на территории Забайкальского края и не осуществлял в этом регионе предпринимательскую деятельность;

Кроме того, в целях подтверждения доводов о недействительности указанных сделок, просим суд предложить ФИО1 и ФИО4 представить доказательства несения бремени содержания имущества и (или) договоры аренды (или иные договоры о передаче спорного имущества в пользование третьим лицам) за период с даты совершения оспариваемых сделок по настоящее время.

ПАО Сбербанк просит суд признать договоры дарения коммерческой недвижимости от 07.11.2015, 02.12.2015, 29.03.2016 недействительной, заключенного между ФИО1 и ФИО4, недействительным, применить последствия недействительности данного договора в виде возврата оспариваемого недвижимого имущества в конкурсную массу должника.

Представитель должника заявил ходатайство об отложении судебного заседания на более поздний срок для представления дополнительных документов и пояснений.

Суд считает возможным удовлетворить ходатайство представителя должника, судебное разбирательство отложить в порядке ч.5 ст.158 АПК РФ.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 158, 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ОПРЕДЕЛИЛ:

1. Удовлетворить ходатайство представителя должника об отложении судебного заседания.

2. Отложить судебное разбирательство по заявлению финансового управляющего должника ФИО1 – ФИО2 о признании сделок должника недействительными и о применении последствий недействительности сделок до 15 часов 30 минут 21 февраля 2019 года.

Судебное заседание проводится в помещении суда по адресу: <...>, телефон <***>; факс <***>.

2. Предложить лицам, участвующим в деле, обеспечить явку представителей с документами, подтверждающими их полномочия на ведение дела.

В случае невозможности явки в судебное заседание, необходимо письменно либо по телефону уведомить о возможности рассмотрения дела в отсутствие представителей.

Должнику: представить документы, подтверждающие, что ФИО1 являлся учредителями обществ «ЭЛИС», «ЭЛИС +» и других указанных в списке активов обществ, представить все договоры залога по каждому кредитному договору, представить дополнительные документы относительно позиций 7, 11-15 списка активов, принадлежащих ИП ФИО1, переданного в залог банку по обязательствам ООО «ЭЛИС», документы, подтверждающие выбытие имущества из собственности должника, указанного в списке активов, подтвердить наличие имущества на момент совершения оспариваемых сделок, представить письменные пояснения с документальным подтверждением того, кто фактически осуществлял эксплуатацию и содержание спорного имущества после совершения сделок.

Финансовому управляющему и третьему лицу: представить доказательства наличия кредиторской задолженности на момент совершения каждой сделки.

При представлении документов в суд ссылаться на номер дела №А78-11268/2017.

Сторонам все документы представлять суду в подлинниках для обозрения в судебном заседании и надлежащим образом заверенных копиях для приобщения к материалам дела и вручения лицам, участвующим в деле.

«Надлежащим образом заверенной копией» может быть признана либо нотариально заверенная копия документа, осуществленная нотариусом в соответствии с требованиями статей 77 и 79 «Основ законодательства РФ о нотариате», либо копия документа, заверенная с соблюдением требований пункта 5.26 ГОСТа Р 7.0.97-2016.

Если документ содержит более одного листа, все листы копий должны быть прошиты, пронумерованы и скреплены подписью и печатью.

Указанный порядок заверения копий документов распространяется не только на юридических, но и на физических лиц, как имеющих, так и не имеющих статус индивидуального предпринимателя.

Лицам, участвующим в деле, разъясняется, что в соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 122 АПК РФ, если арбитражный суд располагает доказательствами получения лицами, участвующими в деле и иными участниками арбитражного процесса определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, информации о времени и месте первого судебного заседания, судебные акты, которыми назначаются время и место последующих судебных заседаний или совершения отдельных процессуальных действий, направляются лицам, участвующим в деле и иным участникам арбитражного процесса посредством размещения этих судебных актов на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в разделе, доступ к которому предоставляется лицам, участвующим в деле, и иным участникам арбитражного процесса.

Доступ к судебным актам по делу № А78-11268/2017, выполненным в форме электронных документов, может быть получен на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru), с использованием кода – .

Судья Л.В. Малышев