Гражданский кодекс часть 1

о признании недействительными (притворными) сделками договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, заключенного 23.09.2014 между обществом с ограниченной ответственностью «Ярстрой» и ФИО8, и договора дарения того же имущества, заключенного 17.10.2014 между ФИО8 и ФИО6, действующим в интересах несовершеннолетних ФИО17 и ФИО5,

о признании недействительной сделки по безвозмездной передаче квартиры, расположенной по адресу: <...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер 76:23:021802:61, от общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой» ФИО17 и ФИО5,

о применении последствий недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой»,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

с участием:

заявителя конкурсного управляющего ФИО1,

представителя конкурсного кредитора общества с ограниченной ответственностью «Рыбинский грузовой порт» ФИО9 по доверенности посредством web-конференции,

представителя конкурсного кредитора общества с ограниченной ответственностью «Строймастер» ФИО10 по доверенности от 15.04.2021,

представителя ответчика ФИО3 ФИО11 по доверенности от 28.05.2020,

представителя законного представителя несовершеннолетнего ответчика ФИО5 ФИО7, также являющейся третьим лицом без заявления самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО12 по доверенности от 14.12.2020,

установил:

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 27.07.2017 (резолютивная часть от 24.07.2017) общество с ограниченной ответственностью «ЯрСтрой» (далее – ООО «ЯрСтрой», должник, общество) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 27.07.2017 (резолютивная часть от 24.07.2017) конкурсным управляющим ООО «ЯрСтрой» утвержден ФИО1 (далее – ФИО1, заявитель).

Конкурсный управляющий ООО «Ярстрой» ФИО1 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 23.09.2014, заключенного между ООО «Ярстрой» и ФИО8 (далее – ФИО8), применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО8 стоимости квартиры № 4, общей площади 214,1 кв.м., с кадастровым номером 76:23:021802:61, расположенной по адресу: <...>, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ярстрой».

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 22.03.2018 заявление конкурсного управляющего принято к производству, назначено судебное заседание по его рассмотрению.

В рамках рассмотрения указанного обособленного спора 07.06.2018 от Управления записи актов гражданского состояния поступила копия записи акта о смерти № 5200 от 05.08.2017, согласно которой ФИО8 умер 04.08.2017.

05.09.2018 по запросу суда нотариусом ФИО13 представлена копия наследственного дела ФИО8, из которой следует, что наследниками ответчика являются ФИО14 (далее – ФИО14), ФИО3 (далее - ФИО3), ФИО2 (далее – ФИО2).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 01.11.2018 по настоящему делу к участию в указанном обособленном споре в качестве соответчиков по ходатайству заявителя привлечены ФИО14, ФИО3, ФИО2

На основании определения суда от 18.01.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО15 о замене ФИО8 на правопреемников ФИО14, ФИО3, ФИО2 было отказано, поскольку суд пришел к выводу о том, что к наследникам ФИО8 ФИО14, ФИО3, ФИО2 не могли перейти права и обязанности по спорным правоотношениям; производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Ярстрой» ФИО1 в части признания недействительной сделки – договора купли-продажи от 23.09.2014, заключенного между должником и ФИО8, применении последствий недействительности сделки прекращено, а в остальной части требований было отказано.

Общество с ограниченной ответственностью «Рыбинский грузовой порт» (далее – ООО «Рыбинский грузовой порт», кредитор) с принятым определением суда не согласилось, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило определение суда первой инстанции отменить, направить вопрос на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Основанием обжалования судебного акта явилось несогласие с выводами суда о наличии оснований для прекращения производства по делу, поскольку они основаны на неверном толковании норм права. По мнению данного кредитора, в состав наследства не включаются только права и обязанности, которые неразрывно связаны с личностью наследодателя, а также обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается. Как следует из материалов дела ФИО2, ФИО3, ФИО14 наследство принято. При этом конкурсным управляющим заявлялось реституционное требование о возмещении стоимости вещи, а не о ее возврате. Следовательно, то, что сама вещь не вошла в состав наследственной массы не может служить основанием для отказа в процессуальной замене умершего его правопреемниками.

Постановлением Второго апелляционного арбитражного суда от 11.04.2019 определение Арбитражного суда Ярославской области от 18.01.2019 по делу №А82-3934/2015 в обжалуемой части изменено, апелляционный суд постановил считать ФИО14, ФИО3, ФИО2 правопреемниками ФИО8 в порядке универсального правопреемства; признал недействительной (ничтожной) сделку – договор купли-продажи от 23.09.2014, заключенный между ООО «Ярстрой» и ФИО8

16.04.2019 конкурсный управляющий ФИО16 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просит признать недействительными (притворными) сделками договор купли-продажи от 23.09.2014 квартиры площадью 214,1 кв.м., расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 76:23:021802:61, заключенный между ООО «Ярстрой» и ФИО8, договор дарения того же имущества от 17.10.2014, заключенный между ФИО8 и ФИО6, действующим в интересах ФИО17 и ФИО5, признать недействительной сделку по безвозмездной передаче указанной квартиры от ООО «Ярстрой» ФИО17 и ФИО5, которую стороны действительно имели в виду, применить последствия недействительности сделки в виде возврата ООО «Ярстрой» в натуре спорной квартиры.

В обоснование требований конкурсным управляющим указывается, что в рамках анализа хозяйственной деятельности должника конкурсным управляющим было выявлено, что 23.09.2014 между обществом и ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) был заключен договор купли-продажи квартиры площадью 214,1 кв.м., расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 76:23:021802:61 (далее - Договор).

Разделом 2 Договора предусмотрена стоимость квартиры 4 282 000,00 руб.

В разделе 3 Договора было также указано, что согласно справке ЖСК «Приозерное» от 12.09.2014 на момент заключения договора в указанной квартире зарегистрированы, в том числе, следующие лица:

1) ФИО6,

2) ФИО7,

3) ФИО17,

4) ФИО5,

5) ФИО18.

Посчитав указанную сделку подозрительной, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением от 22.02.2018 о признании ее недействительной и применении последствий недействительности сделки.

По результатам рассмотрения указанного заявления и истребования необходимых доказательств, как указывает конкурсный управляющий, им было установлено следующее.

17.10.2014, то есть спустя менее одного месяца с момента заключения договора купли-продажи, между ФИО8 с одной стороны и ФИО6 (далее – ФИО6), действующим в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО17 (далее – ФИО17) и ФИО5 (далее – ФИО5), был заключен договор дарения спорной квартиры, расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 76:23:021802:61 (далее также - объект недвижимости, предмет спора).

На основании указанного договора объект недвижимости передавался несовершеннолетним ФИО17 и ФИО5 в общую долевую собственность (по 1/2доли в праве собственности на объект недвижимости).

Согласно выписке из ЕГРН объект недвижимости принадлежит на праве долевой собственности ФИО17 и ФИО5

Как следует из поступившей в материалы дела записи акта о смерти № 5200 от 05.08.2017, ФИО8 умер 04.08.2017.

05.09.2018 по запросу суда нотариусом ФИО13 представлена копия наследственного дела ФИО8, согласно информации, представленной нотариусом, наследниками ответчика являются ФИО14 (мать), ФИО3 (сын), ФИО2 (сын).

Конкурсный управляющий полагает, что договор купли-продажи от 23.09.2014 и договора дарения от 17.10.2014, опосредовавшие переход имущества от ООО «Ярстрой» к ФИО17 и ФИО5, являются притворными, прикрывают сделку по выводу активов в преддверии банкротства, совершенную в отношении заинтересованных лиц.

Данный вывод, по мнению конкурсного управляющего, подтверждается следующими обстоятельствами.

Согласно протоколу общего собрания участников ООО «Ярстрой» от 25.08.2014 №07/14 сделка по продаже объекта недвижимости ФИО8 была одобрена участниками ООО «Ярстрой» ФИО19 и ФИО18 (далее – ФИО35 В.Ф).

При этом ФИО18 являлся участником должника с 28.06.2007 по 29.09.2016 с долей в размере 50% уставного капитала, с 29.09.2016 по настоящее время ФИО18 является единственным участником ООО «Ярстрой», с 05.09.2013 был зарегистрирован в указанном объекте недвижимости по месту жительства, что подтверждается справкой ЖСК «Приозерное» от 12.09.2014.

Наряду с ним в квартире зарегистрированы и проживают его сын ФИО6, а также несовершеннолетние внуки ФИО17 и ФИО5, что также подтверждается указанной справкой.

Менее чем через месяц после перехода права собственности к ФИО8 (03.10.2014), им было совершено безвозмездное отчуждение имущества (заключен договор дарения) в пользу внуков участника ООО «Ярстрой», одобрившего сделку по продаже имущества, и одновременно лица, фактически проживающего в подаренной квартире.

Кроме того, как указывал конкурный управляющий при рассмотрении дела об оспаривании договора купли-продажи, отчуждение квартиры было совершено по цене, существенно заниженной по сравнению с рыночной ценой такого имущества. При этом, сведений об оплате даже суммы, указанной в договоре, у конкурсного управляющего не имеется, денежные средства в размере 4 282 000,00 руб. на расчетный счет должника не поступали.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 установлена недействительности договора купли-продажи от 23.09.2014 в силу его притворности на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Судом было установлено следующее: поскольку недвижимое имущество было передано аффилированным лицам должника за полгода до возбуждения дела о банкротстве в отношении ООО «Ярстрой», при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, при отсутствии экономической целесообразности покупки квартиры и ее последующего дарения в течение одного месяца, а также при отсутствии сведений об оплате ФИО8 приобретенного недвижимого имущества, заключенный с ним Должником договор купли-продажи является притворной сделкой, прикрывающей договор дарения с ФИО17, ФИО5

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу пункта 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Заявитель указывает, что поскольку совершенные сделки по продаже и последующему дарению имущества не имели экономической целесообразности для ООО «Ярстрой» и ФИО8, были совершены в преддверии банкротства, опосредовали безвозмездный переход имущества в пользу лиц, аффилированных с участником должника с долей в размере 50 % уставного капитала, одобрившего первоначальную сделку по отчуждению, а также учитывая, что ФИО18, а также его внуки, к которым имущество перешло на основании договора дарения, уже на момент заключения договора купли-продажи проживали в спорной квартире, конкурсный управляющий делает вывод о том, что договор купли продажи от 23.09.2014, а также договор дарения от 17.10.2014 являются притворными, прикрывают собою сделку по безвозмездной передаче имущества заинтересованным по отношению к ООО «ЯрСтрой» лицам.

Сделка, которую стороны действительно имели в виду, по мнению конкурсного управляющего ФИО1, недействительна в силу следующих обстоятельств.

В силу пункта 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Как следует их заявления конкурсного управляющего, материалами дела подтверждается наличие всех условий, необходимых для признания сделки недействительной по указанному основанию, поскольку спорные сделки совершены 23.09.2014 и 17.10.2014, то есть в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом определением Арбитражного суда Ярославской области от 31.03.2015.

Спорные сделки опосредовали безвозмездный переход имущества ООО «Ярстрой» к заинтересованным лицам, следовательно имела место неравноценность встречного исполнения.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Материалами дела по утверждению заявителя подтверждается наличие всех условий, необходимых для признания сделки недействительной по указанному основанию:

1. Сделки были совершены 23.09.2014 и 17.10.2014, то есть пределах установленного настоящим пунктом срока подозрительности;

2. В преддверии банкротства были выведены ликвидные активы, которые должны были на основании Закона о банкротстве быть включены в конкурсною массу, в связи с чем, конкурсные кредиторы ООО «ЯрСтрой» в настоящее время лишены возможности удовлетворить свои требования за счет данного имущества. Таким образом, подтверждается причинение вреда имущественным правам кредиторов;

3. Имеет место цель причинения вреда.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве такая цель предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Во-первых, ООО «Ярстрой» на момент совершения сделок уже отвечало признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества, имело непогашенные обязательства перед кредиторами на сумму более 97 миллионов рублей, кредиторы ООО «Ярстрой», не имея возможности получить от ООО «Ярстрой» удовлетворение своих требований, были вынуждены обращаться в арбитражные суды за защитой своих прав, что подтверждается сведениями, содержащимися в системе kadarbitr.

Во-вторых, сделка была совершена в отсутствие какого-либо встречного предоставления;

В-третьих, сделка была совершена в отношении родственников по прямой нисходящей линии (внуков) участника ООО «ЯрСтрой» с долей в размере 50 % уставного капитала ФИО18, которые в силу статьи 19 Закона о банкротстве являются по отношению к Должнику заинтересованными лицами;

4. Другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). При этом предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом.

Согласно пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В связи с тем, что согласно выпискам из ЕГРН недвижимое имущество находится в собственности ФИО17 и ФИО5, конкурсный управляющий полагает, что последствием недействительности сделок должно быть возвращение недвижимого имущества в натуре в конкурсную массу.

Определением суда от 27.05.2019 заявление конкурсного управляющего принято к производству суда, назначено к рассмотрению.

На основании определения суда от 24.07.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ФИО6, ФИО18, ФИО20, ФИО7, финансового управляющего ФИО18 ФИО21, финансового управляющего ФИО6 ФИО22, Управление Федеральной государственной службы регистрации, кадастра и картографии по Ярославской области.

От ФИО20 (далее – ФИО20) и ФИО7 (далее – ФИО7) на заявление поступили письменные возражения, в которых указывается на необоснованность требований конкурсного управляющего, их противоречие фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем ФИО20 и ФИО7 находят заявление не подлежащими удовлетворению на основании следующего.

Заявление конкурсного управляющего фактически построено на обстоятельствах и выводах сделанных судом апелляционной инстанции в постановлении Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 в рамках дела о банкротстве ООО «Ярстрой» по обособленному спору по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительной сделки - договора купли-продажи от 23.09.2014, заключенного между ООО «Ярстрой» и ФИО8, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО8 стоимости спорной квартиры.

При этом к участию в деле по вышеуказанному обособленному спору, не была привлечена ФИО20, зарегистрированная и постоянно проживающая в данной квартире, также не участвовала в рассмотрении дела ФИО7

После того как ФИО7 и ФИО20 стало известно о рассматриваемом споре, ими была подана совместная кассационная жалоба на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 и определение Арбитражного судаЯрославской области от 18.01.2019 по делу №А82-3934/2015.

Судом кассационной инстанции прекращено производство по кассационной жалобе ФИО20, а в удовлетворении кассационной жалобы ФИО7 отказано.

Как полагают ФИО20 и ФИО7, судом ранее не были исследованы обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения возникшего спора, по причине нахождения документов, являющихся доказательствами по настоящему спору, у ФИО20, не привлеченной ранее к рассмотрению дела судом.

ФИО7 является законным представителем (родителем) ответчиков ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - собственников квартиры № 4 по адресу:6 <...>, также привлечена к участию в деле по настоящему спору в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

ФИО20 зарегистрирована и постоянно проживает спорной квартире, привлечена к участию в деле по настоящему спору в качестве третье лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

По мнению указанных лиц, ранее судом не исследовались следующие существенные обстоятельства дела.

Между ФИО20 и ООО «Ярстрой» 15.05.2013 был заключен предварительный договор купли-продажи предмета спора.

Денежные средства на покупку спорной квартиры № 4 предоставлялись ФИО6 и ФИО20 в результате продажи ими квартир, принадлежащих им на праве собственности по договорам купли-продажи от 18.03.2013.

ООО «Ярстрой» на момент заключения предварительного договора купли-продажи квартиры принадлежало право требования на спорную квартиру № 4 на основании Договора №2-4 уступки прав по Договору долевого участия в строительстве № 2, заключенному между должником и Жилищно-строительным кооперативом «Березовая роща» 25.06.2010, зарегистрированном в установленном законом порядке.

По условиям предварительного договора купли-продажи квартиры от 15.05.2013 основной договор стороны обязались заключить в течение двух месяцев после регистрации права собственности ООО «Ярстрой» на квартиру.

Поскольку покупателем ФИО20 обязательства по оплате предварительного договора были выполнены в срок, о чем свидетельствует квитанция об оплате денежных средств по договору, а ООО «Ярстрой» обязательства по предварительному договору в срок не были исполнены, между ФИО6 (Наниматель) и ООО «Ярстрой» (Наймодатель) был заключен договор найма жилого помещения от 20.08.2013, по которому в пользование передавалась Квартира № 4. Плата за помещение составляла 1000,00 руб. в месяц.

После чего в соответствии с договором в квартиру № 4 были прописаны и стали постоянно проживать ФИО20 (мать), ФИО6 (сын), ФИО17 (внук), ФИО5 (внук) и ФИО18 (муж).

Также в квартире постоянно проживает законный представитель ФИО17 и ФИО5 ФИО7 (мать).

По истечении более года после заключения предварительного договора купли-продажи и договора найма жилого помещения относительно квартиры № 4, договор купли-продажи и, соответственно, переход права собственности так и не был заключен, кроме того, ФИО20 стало известно о том, что 23.09.2014 ООО «Ярстрой» заключило договор купли-продажи квартиры № 4 с ФИО8

06.10.2014 ФИО20 и ФИО6 обратились к ООО «Ярстрой» с досудебной претензией, с требованием урегулирования спора мирным путем, в противном случае ФИО20 была намерена обратиться в суд и в правоохранительные органы за защитой своих нарушенных прав.

09.10.2014 между ФИО20, ФИО6, ФИО8 и ООО «Ярстрой» было заключено соглашение, по которому стороны подтвердили все ранее заключенные договоры, также ООО «Ярстрой» обязалось вернуть ФИО8 денежные средства, оплаченные им по договору купли-продажи от 23.09.2014.

Соглашением ФИО8 обязался заключить договор дарения спорной квартиры № 4 с внуками ФИО20: ФИО5 и ФИО17 в лице их законного представителя ФИО6 в срок до 20.10.2014.

После заключения данного соглашения 17.10.2014 между ФИО8 и ФИО5 и ФИО17 в лице их законного представителя ФИО6 был заключен договор дарения квартиры.

Таким образом, фактически договор купли-продажи от 23.09.2014, заключенный между ООО «Ярстрой» и ФИО8 не являлся ничтожной сделкой, а договор дарения квартиры от 17.10.2014 был заключен во исполнение соглашения от 09.10.2014.

Вопреки доводам конкурсного управляющего ФИО1, ФИО20, по ее мнению и мнению ФИО7, представлены доказательства возмездного перехода имущества:

-доказательства наличия денежных средств для приобретения квартиры,

- доказательства оплаты стоимости квартиры № 4 по предварительному договору купли-продажи, опровергающие доводы заявителя о неравноценности встречного исполнения, выводе активов должника, имущественном вреде кредиторам и отсутствии какого-либо встречного предоставления.

На основании изложенного, ФИО20 и ФИО7 полагают, что заявление удовлетворению не подлежит.

В подтверждение возражений были представлены копии следующих документов: договора № 2-4 уступки прав по договору долевого участия в строительстве № 2 от 25.06.2009, заключенного между ООО «Ярстрой» и ЖСК «Березовая роща», договора купли-продажи квартиры по адресу: <...>, заключенного 18.03.2013 между ФИО20 и ФИО23, договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>, заключенного между ФИО6 и ФИО24, предварительный договор купли-продажи спорной квартиры, заключенный 15.05.2013 между ООО «Ярстрой» и ФИО20, квитанции к приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013, в соответствии с которым должником от ФИО20 было принято 9 317 275,00 руб., договора найма жилого помещения от 20.08.2013, в соответствии с которым ООО «Ярстрой» предлставило ФИО6 во владение и пользование жилое помещение - <...> для проживания ФИО6, ФИО7, ФИО17, ФИО5, ФИО18 и ФИО20, претензии ФИО6 и ФИО20 ООО «Ярстрой» от 06.10.2014, соглашения от 09.10.2014, заключенного между ФИО6, ФИО8 и ООО «Ярстрой» в отношении жилого помещения.

В судебное заседание 04.10.2019 представителем ФИО20 и ФИО7 были представлены пояснения, в которых указывается о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям. В обоснование заявления со ссылкой на пункт 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных в применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункт 1 статьи 67, статью 70 Закона о банкротстве указывается, что ФИО1 был утвержден временным управляющим ООО «Ярстрой» на основании определения Арбитражного суда Ярославской области от 08.12.2016, определением суда от 27.07.2017 (резолютивная часть от 14.07.2017) ФИО1 был утвержден конкурсным управляющим должника.

Поскольку арбитражным управляющим анализируются сделки должника, то об оспариваемых сделках ему должно было быть известно еще в процедуре наблюдения, то есть до 27.07.2017.

Также отмечается, что поскольку ранее конкурсный управляющий обращался в суд с заявлением об оспаривании сделки о признании недействительным договора купли-продажи квартиры от 23.09.2014, заключенного ООО «Ярстрой» и ФИО8, где конкурсным управляющим также указывается на оспариваемую в настоящем деле сделку – договор дарения от 17.10.2014, то есть конкурсному управляющему по состоянию на 22.02.2018 (дата заявления об оспаривании договора купли-продажи квартиры от 23.09.2014) было известно, что подтверждается материалами дела, о сделке – договоре дарения от 17.10.2014. Однако заявление об оспаривании указанной сделки конкурсным управляющим подано только 16.04.2019, то есть с пропуском годичного срока исковой давности.

От конкурсного кредитора общества с ограниченной ответственности «Рыбинский грузовой порт» (далее – ООО «Рыбинский грузовой порт») в судебное заседание 01.10.2019 также была представлена письменная позиция по требования конкурсного управляющего, в которой конкурсный кредитор полагает, что в преддверии банкротства должника обществом был осуществлен вывод его имущества, который был опосредован последовательно совершенными, взаимосвязанными сделками:

1.Договором купли-продажи от 23.09.2014 между ООО «Ярстрой» и ФИО8;

2.Договором дарения от 17.10.2014 между ФИО8 и ФИО6, действующим в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО17 и ФИО5

ООО «Рыбинский грузовой порт» поддержаны доводы конкурсного управляющего о притворности указанных сделок, их взаимосвязи, направленности на вывод активов в преддверии банкротства, что подтверждается следующими обстоятельствами:

1.Заключение договора купли-продажи было одобрено единогласным решением общего собрания участников ООО «Ярстрой», оформленного протоколом от 25.08.2014 № 07/14, при участии ФИО18, доля участия в остановом капитале которого составляла на дату заключения сделки 50 %. При этом как на дату принятия данного решения, так и на дату заключения договора купли-продажи от 23.09.2014 в квартире были зарегистрированы и непосредственно проживали сам ФИО18 и члены его семьи.

2..Сделка с ФИО8 не имела экономического смыссла для ООО «Ярстрой».

3.Для ФИО8 совершение дарения в отношении ФИО17 и ФИО5 также не имело никакого экономического смысла с учетом отсутствия каких-либо сведений о состоянии родства или иных близких отношений между ними.

Денежные средства на счетах на момент смерти ФИО8 практически отсутствовали.

На основании изложенного, ООО «Рыбинский грузовой порт» делает вывод о том, что сделка по приобретению недвижимого имущества, стоимость которого превышала стоимость всего иного принадлежащего ФИО8 имущества в два раза, будь она реальной, не могла рассматриваться ФИО8 в качестве ординарной, требовала тщательной подготовки, в том числе, привлечения денежных средств для единовременной выплаты (размел 2 договора купли-продажи).

На основании изложенного кредитор делает вывод о том, что дарение ФИО8 имущества в пользу лиц, не являющихся его близкими родственниками, делает данную сделку его более сомнительной.

Об источнике поступления средств, предоставивших возможность совершения данной покупки (за счет реализации имущества, привлечения заемных

Средств и проч.) суду также не было сообщено наследниками ФИО8

Также отмечается, что оспариваемые сделки были совершены в короткий временной период.

По доводам ФИО20 и ФИО7 ООО «Рыбинский грузовой порт» также возражает по следующим основаниям.

Впервые о заключении предварительного договора купли-продажи спорного имущества от 15.05.2013, оплате покупной цены по данному договору, нарушении ООО «Ярстрой» своих обязательств по передаче имущества в собственность ФИО20 и заключении четырехстороннего соглашения от 09.10.2014, на основании которого был заключен договор дарения от 17.10.2014 было заявлено третьими лица в кассационной жалобе на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019, поступившей в Арбитражный суд Ярославской области 13.05.2019.

До этого в рамках обособленного спора об оспаривании договора купли-продажи от 23.09.2014 о наличии возражений зарегистрированными в квартире лицами не заявлялось, не смотря на то, что к участию в деле были привлечены ФИО17 и ФИО5 как собственники квартиры, ФИО18 и ФИО6

Судом в адрес указанных лиц направлялись извещения по адресу их проживания (<...>), конкурсным кредитором была направлена апелляционная жалоба, которые были получены указанными лицами.

ФИО6 являлся стороной соглашения от 09.10.2014, у него имелся экземпляр данного соглашения, что подтверждается пунктом 9 соглашения, им по указанию ФИО20 предоставлялись денежные средства для оплаты стоимости квартиры по предварительному договору, следовательно, обо всех приведенных обстоятельствах он не мог не знать, однако ни разу не сообщил о них муду или конкурсному управляющему.

Привлеченные к участию в настоящем обособленном споре ФИО7 и ФИО6 проживали и проживают в спорной квартире, являются законными представителями ФИО17 и ФИО5, получали направляемые им документы, в связи с чем, ООО «Рыбинский грузовой порт» полагает, что конкурсный управляющий делает правильный вывод о том, что они были осведомлены о начавшемся судебном процессе и о характере предъявленных требований, однако ходатайств о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц не подавалось, документов в обоснование своих возражений не представлялось.

Также отмечается, что денежные средства, которые были уплачены ФИО20, на расчетные счета ООО «Ярстрой» не вносились, кассовые документы, которые могли бы подтвердить внесение денежных средств в кассу общества (приходный кассовый ордер, кассовая книга) конкурсному управляющему не передавались, что подтверждается решением Арбитражного суда Ярославской области от 13.05.2019 по делу № 3245/2019, которым бывший руководитель ООО «Ярсрой» ФИО25 был привлечен к административной ответственности по части 4 статьи 14.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

У конкурсного управляющего отсутствуют какие-либо сведения о поступлении денежных средств в оплату квартиры, а также об их расходовании.

Кроме того, третьи лица не указали, по мнению кредитора, на источник поступления данных денежных средств (реализация имущества, привлечение кредитных средств) и не предоставили доказательства их поступления от последующей передачи ООО «Ярстрой».

ООО «Рыбинский грузовой порт» полагает, что все приведенные доводы и приведенные доказательства (заверенные копии документов) даже в случае их подлинности, которая не может быть подтверждена без наличия оригиналов документов, не только не устраняют имеющиеся сомнения в обоснованности и разумности действий сторон оспариваемых сделок, но и, напротив, лишают эти действия всякого смысла.

ФИО18 являлся участником ООО «Ярстрой» с долей в размере 50% уставного капитала, что позволяло ему заблокировать принятие любого решения общим собранием участников общества, однако, не смотря на наличие такой возможности, 25.08.2014 он одобрил заключение договора купли-продажи квартиры от 23.09.2014, при том, что постоянно проживал в ней и не мог не знать о заключении предварительного договора от 15.05.2013 с его супругой ФИО20, а также о полной оплате ее стоимости, что, по мнению, кредитора, не только отклоняется от стандартов добросовестности и разумности, но и противоречит здравому смыслу.

Третьи лица ссылаются на то, что в связи с неисполнением своих обязательств ООО «Ярстрой» по предварительному договору между обществом и ФИО6 от 20.08.2013 был заключен договор найма спорного имущества, на основании которого ФИО6 и члены его семьи стали в нем проживать.

Между тем, согласно пункту 1.3 предварительного договора основной договор должен был быть заключен в течение двух месяцев после государственной регистрации права собственности ООО «Ярстрой» на спорное имущество. Однако, согласно имеющемуся в материалах дела свидетельству серия 76-АБ № 765943, право собственности ООО «Ястрой» на спорное помещение было зарегистрировано 20.08.2013, то есть непосредственно в день заключения договора найма, в связи с чем обязательства ООО «Ярстрой» из предварительного договора еще не были нарушены.

В спорном помещении ФИО6 и члены его семьи были зарегистрированы 05.09.2013, что подтверждается справкой ТСЖ «Приозерное» от 12.09.2014, имеющейся в материалах дела.

Поскольку при предоставлении заявления о регистрации гражданина по месту жительства требуется подпись лица, предоставившего жилое помещение (собственника помещения, то есть ООО «Ярстрой»), ФИО6, а также члены его семьи не могли не знать о том, что право собственности общества зарегистрировано в установленном порядке.

Между тем, третьими лицами не указано на какие-либо меры, которые предпринимались ими для побуждения ООО «Ярстрой» к исполнению его обязательств по предварительному договору, кроме направления досудебной претензии от 06.10.2014 (по истечении более одного месяца с момента заключения договора найма жилого помещения).

Также конкурсный кредитор отмечается, экономическая необоснованность заключения соглашения от 09.10.2014 для ФИО8, поскольку к тому моменту стал собственником спорной квартиры, сведений о мотивах, способных побудить его к заключению договора дарения, стороны не представили.

Кроме того, исходя из того, что в акте приема-передачи спорного имущества к договору купли-продажи от 23.09.2014 отражены результаты его осмотра, а также из того, что ФИО8, заключая договор и принимая квартиру по акту, должен был проверить ее состояние, он не мог не знать, что участник ООО «Ярстрой» и члены его семьи фактически проживают в приобретаемой им квартире.

Равным образом, при проявлении должной осмотрительности он не мог не узнать, что приобретаемая квартира не только обременена права проживающих в ней лиц, но и предполагается к передаче в собственность иному лицу на основании предварительного договора.

Соответственно, при наличии всех перечисленных обстоятельств, с учетом своего финансового состояния, ФИО8, будучи разумным и осмотрительным участником гражданского оборота, действующим в собственной выгоде, не принял бы помещение по акту приема-передачи от 23.09.2014.

На основании изложенного, ООО «Рыбинский грузовой порт» полагает, что представленные третьими лицами доказательства в совокупности подтверждают, что:

- воля ООО «Ярстрой» была изначально направлена на передачу имущества членам семьи участника должника ФИО18,

- все совершенные сторонами сделки не имеют в отрыве друг от друга никакого экономического смысла и направлена исключительно к выгоде внуков ФИО18, которые в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве относятся к числу заинтересованных по отношению к должнику лиц,

- отсутствуют доказательства оплаты имущества, поступившего в собственность ФИО17 и ФИО5, что позволяет сделать кредитору вывод о том, что фактически была совершена сделка по безвозмездной передаче имущества в собственность заинтересованных по отношению к должнику лиц прикрытая цепочкой взаимосвязанных сделок: договором купли-продажи от 23.09.2014, договором дарения от 17.10.2014, а в случае подтверждения достоверности представленных ФИО20 и ФИО7, доказательств, и соглашением от 09.10.2014.

По мнению кредитора, сделка, которую стороны действительно имели в виду, недействительно на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В обоснование требований к наследникам ФИО8 ООО «Рыбинский грузовой порт» указывает, что договор купли-продажи, заключенный с ФИО8 23.09.2014, является одним из цепочки притворных сделок, прикрывавших сделку по безвозмездной передаче имущества в собственность ФИО17 и ФИО5

При это, несмотря на то, что притворность данного договора уже констатирована постановлениями Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 02.08.2019, и данный факт имеет для настоящего спора преюдициальное значение, лица, участвующие в деле, не лишены права оспаривать данные судебные акты, и, в случае их отмены, факт ничтожности договора необходимо будет устанавливать в обычном порядке.

В дополнительных пояснениях от 19.11.2019 ООО «Рыбинский грузовой порт» отмечается, что, его мнению, конкурсным управляющим срок исковой давности пропущен не был, поскольку в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности.

При этом срок исковой давности в данном случае начинает исчисляться с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии основания для оспаривания сделок, предусмотренных Законом о банкротстве.

ФИО1 был утвержден Арбитражным судом Ярославской области в качестве конкурсного управляющего ООО «Ярстрой» определением от 27.07.2017, Дата утверждения ФИО1 в качестве временного управляющего на срок предъявления требования, по мнению ООО «Рыбинский грузовой порт» правового значения не имеет, поскольку временный управляющий не наделен полномочиями на оспаривания сделок должника.

В нарушение положений статьи 126 Закона о банкротстве бывший руководитель должника ФИО25 документацию общества конкурсному управляющему не передал, в связи с чем, конкурсный управляющий из общедоступных источников установил, что спорная квартира принадлежала на праве собственности не ФИО8, а ФИО17 и ФИО5, однако получить информацию об основаниях перехода права собственности конкурсный управляющий был не вправе.

В связи с этим при подаче заявления об оспаривании договора купли-продажи от 23.09.2014 конкурсный управляющий, исходя из того, что имущество принадлежит на праве собственности иным лицам, высказал предположение о его дальнейшей судьбе (указал, что имущество предположительно было продано ФИО8 ФИО17 и ФИО5, которые являются внуками ФИО18

На основании изложенного конкурсный кредитор приходит к выводу о том, что на дату подачи первого заявления 13.03.2018 конкурсный управляющий не знал о заключении между сторонами договора дарения от 17.10.2014 и не мог знать о нем.

Также отмечается, что об обстоятельствах перехода права собственности на спорную квартиру стало известно только в процессе рассмотрения спора о признании недействительным договора купли-продажи от 23.09.2014 из ответа Росреестра № 15-09/11770, поступившего в материалы дела 20.08.2018.

На основании изложенного, кредитор делает вывод о том, что годичный срок исковой давности оспаривания цепочки взаимосвязанных сделок, опосредовавший переход имущества от ООО «Ярстрой» к ФИО17 и ФИО5 подлежит исчислению с 20.08.2018 и к моменту подачи заявления 16.04.2019 не истек.

Также отмечается, что поскольку суд апелляционной инстанции не применил последствия недействительности сделки и прямо указал на наличие цепочки взаимосвязанных сделок, 16.04.2019 конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Ярославской области с рассматриваемым заявлением.

Кроме того, ООО «Рыбинский грузовой порт» отмечается, что для рассмотрение заявления конкурсного управляющего не имеет правового значение, имеет ли предмет спора статус единственного жилья для ответчиков.

Также ООО «Рыбинский грузовой порт» было заявлено о фальсификации квитанции к приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013.

Определением суда от 01.10.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен орган опеки и попечительства в лице департамента образования мэрии города Ярославля.

На основании определения суда от 28.12.2019 по настоящему делу была назначена судебная экспертиза по определению давности составления квитанции к приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013, на разрешение которой был поставлен вопрос о том, в какой период времени была изготовлена квитанция к приходному кассовому ордеру № 7, датированная 15.05.2013. Проведение экспертизы было поручено Федеральному бюджетному учреждению Ярославская лаборатория судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации, производство по делу было приостановлено до истечения срока окончания проведения экспертизы.

12.11.2020 заключение экспертов №71/1-3-3.1, 102/1-3-3.2 от 06.11.2020 было представлено в материалы дела. В соответствии с выводами эксперта ФИО26 оттиск печати ООО «Ярстрой» в квитанции к приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013 нанесен не ранее 2018 года, определить период времени выполнения подписи в строке «Главный бухгалтер» и подписи с расшифровкой в строке «Кассир» в квитанции к приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013 не представилось возможным.

Эксперт ФИО27 пришел к выводу о том, что установить, в какой период времени был нанесен оттиск печати ООО «Ярстрой» и выполнен печатный текст в указанной выше квитанции не представилось возможным.

Определением суда от 19.11.2020 рассмотрение дела было возобновлено, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены финансовый управляющий ФИО18 ФИО21 и финансовый управляющий ФИО6 ФИО22.

Представителем ФИО7 20.01.2021 было заявлено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы в связи с наличием противоречий в выводах экспертов ФИО27 и ФИО26, составлении заключения с нарушением закона.

В подтверждение доводов о составлении заключения с нарушением закона ФИО7 были представлены заключения специалиста Межрегиональной общественной организации «Союз криминалистов» ФИО28 № 150-1-1/21 от 15.01.2021 и № 3003-2/21 от 30.03.2021 и негосударственного эксперта ФИО29 № 01/2021 от 26.04.2021.

В судебном заседании 25.03.2021 ФИО28 пояснил, что проверить достоверность выводов экспертов ФИО26 и ФИО27 возможно лишь при наличии данных исследования, которые у него отсутствовали, в связи с чем, проверить достоверность выводов, изложенных в заключении экспертов он не мог.

От эксперта ФИО26 по заключению ФИО28 поступили пояснения, в которых указывается, что в соответствии со статьей 85 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) комплексная экспертиза проводится не менее, чем двумя экспертами разных специальностей, в заключении экспертов указывается, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факторы он установил и к каким выводам пришел. Каждый эксперт, участвовавший в проведении комплексной экспертизы, подписывает ту часть заключения, которая содержит описание проведенных им исследований, несет за нее ответственность.

Приведены рекомендации, на основании которых проведено исследование и оформлено заключение.

Различие коэффициента R связано с различной насыщенностью окраски штрихов, о чем свидетельствуют результаты оптической плотности (D) в таблице 1 (стр. 7 заключения эксперта). Оценка возраста производилась по наименьшему значению R, который позволял установить максимально возможный возраст штрихов.

В соответствии со статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» документы, фиксирующие ход, условий и результаты исследования хранятся в государственной судебно-экспертном учреждении. По требованию органа или лица, назначивших судебную экспертизу, указанные документы предоставляются для приобщения к делу. Расчет коэффициента R приведен на стр. 7 пункт 1 исследовательской части заключения.

Согласно пункту 6.1. применяемой методики реквизиты в документе, выполненные чернилами различных видов, возраст которых на начало исследования составляет заведомо два года и более, - не пригодны для применения рассматриваемой методики, данное утверждение не относится к оттискам печатей и штампов, выполненных с использованием штемпельных красок.

Кроме того, эксперт не утверждает, что оттиск печати ООО «Ярстрой» выполнен в конце 2018 года, в выводе указано, что исследуемый оттиск печати выполнен не ранее 2018 года, то есть реальный период времени выполнения данного оттиска может быть и позднее.

В дополнительных пояснениях эксперта ФИО26 от 04.06.2021 указывается, что ФИО28 некорректно проводится оценка хроматографических данных, так как значения высот пиков, приведенные в расчетной таблице, и значения высот пиков на изображениях хроматограмм не могут быть идентичны. Это связано с дрейфом базовой линии, а также с наличие фонового сигнала пламенно-ионизационного дефектора, значение которого всегда индивидуально и может меняться в определенных рамках на каждом конкретном приборе, что при этом не влияет на метрологические характеристике оборудования.

Эксперт полагает, что некорректно проводить количественную оценку хроматографических данных по изображению хроматограммы, так как полученные в результате подобного расчета значения будут вырваны из контекста. Правильнее будет оценивать характеристики пиков по расчетным данным в таблице компонентов.

Также экспертом ФИО26 были представлены пояснения о том, каким образом ею производился расчет хроматограмм.

Также экспертом ФИО26 был представлен отзыв на заключение специалиста ФИО29, в котором доводы, изложенные в заключении эксперта, были поддержаны в полном объеме.

По результатам рассмотрения ходатайства представителя ФИО7 о назначении по делу повторной экспертизы, судом, с учетом мнения представителя ФИО3, поддержавшей заявленное ходатайство, представителя ООО «Рыбинский грузовой порт», возражавшего против назначения повторной экспертизы, было отказано в назначении по делу повторной экспертизы в виду отсутствия правовых оснований.

Судом было учтено следующее.

В соответствии с частью 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

При этом, назначение повторной экспертизы является правом суда, а не обязанностью.

Доводы заявителя ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы, поскольку судебная экспертиза проведена с нарушениями и не может быть использованы в качестве доказательств по делу судом отклоняются, поскольку экспертное заключение соответствуют требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и содержат все предусмотренные частью 2 статьи 86 названного кодекса сведения, в том числе ход исследования, примененные в ходе экспертизы методики и полученные данные.

Ссылка ФИО7 на заключение специалиста ФИО28 судом не принимается, поскольку доказательств исследования приходного кассового ордера, аналогичного результату, исследованному судебным экспертом, не имеется. Кроме того, проведшее его лицо, которое проводило исследование не было предупреждено о привлечении к уголовной ответственности за представление заведомо ложного заключения.

При этом указанный документ является субъективным мнением специалиста. Составление одним экспертом критической рецензии на заключение другого эксперта без каких-либо процессуальных оснований не может расцениваться как надлежащее доказательство, опровергающее выводы судебной экспертизы.

Приведенные заявителем замечания к экспертным исследованиям опровергаются данными как в судебном заседании, так и письменными пояснениями экспертов и не свидетельствуют о неверности изложенных в них выводов.

Выводы экспертов, в целом, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу, и имеющимся в деле доказательствам.

Кроме того, ФИО7 было заявлено об истребовании у органа опеки и попечительства в лице департамента образования мэрии г. Ярославля заключения об оценке последствий признания недействительной оспариваемой сделки в соответствии с положениями пункта 5 статьи 61.8 Закона о банкротстве, который подлежит применению по аналогии.

Представитель ФИО3 заявленное ходатайство поддержала, представители ООО «Рыбинский грузовой порт», ООО «Строймастер» и конкурсный управляющий по данному ходатайству возражали.

Судом в удовлетворении заявленного ходатайства было отказано в виду отсутствия правовых оснований, поскольку оспариваемые сделки не отнесены к сделкам должника – гражданина, оснований для применения аналогии не усматривается.

От ФИО3 в судебное заседание 25.03.2021также поступил отзыв, согласно которому требования конкурсного управляющего не являются законными по следующим основаниям.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 оспариваемый договор купли-продажи указанной квартиры от 23.09.2014 признан недействительным.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 150 АПК РФ, если арбитражный суд установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том жепредмете и по тем жеоснованиям судебный акт арбитражного суда, то производство по делу подлежит прекращению.

В силу указанной нормы производство по требованиям конкурсного управляющего в указанной части подлежит прекращению.

Также ФИО30 заявлено о применении срока исковой давности по требованиям о признании договора дарения от 17.10.2014 года недействительным по «банкротным» основаниям.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

На основании статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.) и т.п.

Определением суда от 27.07.2017 года конкурсным управляющим утверждён ФИО1

Договор дарения от 17.10.2014 зарегистрирован в ЕГРН, сведения из которого доступны и открыты.

Таким образом, учитывая данные разъяснения, срок исковой давности для оспаривания указанной сделки по заявленным основаниям истёк, по мнению ФИО3, 27.07.2018.

Наряду с указанным, конкурсный управляющий также располагал возможностью оспорить данную сделку, в том числе при первичном обращении в суд об оспаривании сделки купли-продажи, заключённой с ФИО8 Имеются ссылки на договор дарения в принятых судебных актах.

Данное заявление было предъявлено 13.03.2018. Довод заявителя, что стало известно о безвозмездности при рассмотрении указанного спора, по мнению данного ответчика, не состоятелен, так как правовая природа договора дарения -безвозмездность (ч.1 ст. 572 ГК РФ).

Заявление о признании договора дарения недействительным предъявлено в суд 16.04.2019.

Таким образом, указанные требования заявлены с пропуском годичного срока, установленного законом.

Также в отзыве ФИО3 указывается, что согласно предварительного договора купли-продажи квартиры от 15.05.2013 года, заключенного между ООО «Ярстрой» и ФИО20 стороны договорились о приобретении спорной квартиры за 9 317 275 руб.

В соответствии с п. 2.3 данного договора покупатель производит уплаты цены квартиры в день подписания предварительного договора.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 12.2018 №49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются, например, заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже имущества, которое будет создано или приобретено в последующем, но при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя до заключения основного договора уплатить цену имущества или существенную ее часть, такой договор следует квалифицировать как договор купли-продажи с условием о предварительной оплаты. Правила статьи 429 ГК РФ (предварительный договор) к такому договору не применяются.

С учетом изложенного ФИО3 полагает, что предварительный договор от 15.05.2013 следует рассматривать, как самостоятельный договор и квалифицировать его как договор купли-продажи с условием о предварительной оплаты.

Ответчик полагает, что все последующие действия сторон были направлены на исполнение данного договора с учетом фактических обстоятельств настоящего дела, на основании чего, ФИО30 полагает, что имела место двойная продажа со стороны ООО «Ярстрой» спорного имущества.

Подтверждением данных обстоятельств является регистрация ответчиков в спорном помещении, прямое указание об этом имеется в пункте 3.5 договора купли-продажи от 23.09.2014, письменное соглашение от 09.10.2014, заключение договора дарения в рамках указанного соглашения.

Касаемо договора дарения, то в силу части 2 статьи 572 ГК РФ при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением, к такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, поскольку оспариваемый договор дарения имел встречное представление, что доказывается документально.

Ответчик обращает внимание, что соглашение от 09.10.2014 действительно, следовательно, условия этого соглашения полежат учёту и правовой оценке при рассмотрении настоящего спора.

Таким образом, ответчик считает, что указанный договор дарения в совокупности с другими письменными доказательствами был направлен на исполнение и прикрывал предварительный договор купли-продажи от 15.05.2013, который следует квалифицировать, как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате.

При указанных обстоятельствах, ответчик полагает, что юридически значимым обстоятельствами, входящими в предмет доказывания по настоящему делу и подлежащими установлению и исследованию в рамках настоящего дела является факт исполнения сторонами указанного договора.

Кроме того, ответчик указывает, что согласно статье 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Указанные нормы прямо предусматривают, что проверка действительности сделок должна производиться на соответствие требованиям закона в момент совершения (заключения) договора. Отсутствие правовых пороков сделки в этот момент делает невозможным признание ее недействительной в независимости от того, как будут исполняться впоследствии договорные и иные связанные с договором обязательства. Неисполнение или ненадлежащее исполнение самого договора или иных обязательств, условия которых не оговорены в оспариваемом договоре, не могут являться основанием для признания сделки недействительной, поскольку эти обстоятельства не характеризуют соответствие условий соглашения требованиям закона именно в момент заключения договора.

Таким образом, подлежит установлению факт наличия или отсутствия на момент совершения и регистрации оспариваемой сделки притязаний третьих лиц.

В отношении требований конкурсного управляющего о применении последствий в виде возврата спорного имущества в натуре, ответчик полагает, что в силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или всчет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

Согласно статье 24 ГК РФ гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание.

Согласно пункта 1 статьи 7 Федерального закона "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации" органы государственной власти Российской Федерации, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, должностные лица указанных органов в соответствии со своей компетенцией содействуют ребенку в реализации и защите его прав и законных интересов с учетом возраста ребенка и в пределах установленного законодательством Российской Федерации объема дееспособности ребенка посредством порядка защиты прав, установленных законодательством Российской Федерации.

Указанное имущество невозможно возвратить в натуре, поскольку принадлежит на праве собственности несовершеннолетним ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (на момент заключения договора), ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые проживают в данном жилом помещении, иного жилого помещения не имеют.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первомпункта 3 постановления от 8 июня 2010 года N13-П указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

В силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища.Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2) (абзац первый пункта 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2010 г ШЗ-П).

Постановлением Конституционного Суда РФ от 14.05.2012 N 11-П «По делу о проверке конституционности положения абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО31 и ФИО32», в которых заявители ставили вопрос о не конституционности ст. 446 ГПК РФ, запрещающей продажу единственного жилья должника, признано положение абзаца второго части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации, устанавливающее имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащегогражданину-должнику на праве собственности жилого помещения (его частей), которое является для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в данном жилом помещении, единственным пригодным для постоянного проживания, не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку данное законоположение направлено на защиту конституционного права на жилище не только самого гражданина-должника, но и членов его семьи,а также на обеспечение указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав и, в конечном счете, - на реализацию обязанности государства охранять достоинство личности.

Ответчик обращает внимание на то, что согласно Конституции Российской Федерации политика Российской Федерации как социального государства направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, в том числе путем государственной поддержки семьи, материнства, отцовства и детства (статья 7); при этом материнство и детство, семья находятся под защитойгосударства,

Согласно Декларации прав ребенка (принята Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1959 года) ребенок ввиду его физической и умственной незрелости нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту. Конвенция о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года) обязывает подписавшие ее государства обеспечивать детям такую защиту и заботу, которые необходимы для их благополучия (пункт 2 статьи 3), принимать все необходимые законодательные, административные и другие меры для осуществления прав, признанных в Конвенции (статья 4), признавать право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (пункт 1 статьи 27).

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, регулирование прав на жилое помещение, в том числе при переходе права собственности на жилое помещение, должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав; при этом гарантии прав членов семьи собственника жилого помещения должны рассматриваться в общей системе действующего правового регулирования как получающие защиту наряду с конституционным правом собственности; признание приоритетным прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении нанимателей, как и обеспечение взаимного учета их интересов зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, т.е. не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданского дел.

Таким образом, права несовершеннолетних, в том числе на недвижимое имущество находятся под особой правовой защитой.

В рассматриваемом случае в качестве собственности несовершеннолетних выступает дом, являющийся для него единственным пригодным для проживания жилым помещением.

Применение последствий в виде изъятия указанного жилого помещения нарушает права и охраняемые законом интересы, приведёт к лишению имущества несовершеннолетних, что прямо противоречит указанным разъяснениям Конституционного Суда РФ.

В связи с изложенным, учитывая данную конкретную жизненную ситуацию, возможно и необходимо, если суд придёт к выводу об удовлетворении требований конкурсного управляющего, применить указанные выше нормы и возвратить в конкурсную массу не имущество в натуре, а его действительную стоимость, заявленную конкурсным управляющим в первоначальном иске, что составляет 4 282 000,00 руб.,чем будет соблюдён баланс участников гражданских правоотношений.

Конкурсным управляющим ФИО1 были представлены письменные пояснения на заявления о пропуске срока исковой давности, в которых указывается первоначальный иск о признании недействительным договора купли-продажи от 23.09.2014, заключенного между должником и ФИО8 был подан на основании тех документов, которыми располагал управляющий, в частности, на основании договора купли-продажи имущества заключенного должником с ФИО8

18.01.2019 определением Арбитражного суда Ярославской области было отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о замене стороны сделки – ФИО8 на его правопреемников, прекращено производство по заявлению о признании недействительной сделкой договора купли-продажи квартиры от 23.09.2014, отказано в удовлетворении остальной части заявленных требований.

11.04.2019 постановлением Второго арбитражного апелляционного суда, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 02.08.2019, изменено определение суда первой инстанции от 18.01.2019, правопреемниками ФИО8 признаны ФИО14, ФИО3 и ФИО2, договор купли-продажи квартиры от 23.09.2014 признан недействительным (ничтожным), как притворная сделка.

29.11.2019 Определением Верховного суда Российской Федерации № 301-ЭС19-21669(1), судебные акты апелляционной и кассационной инстанции были оставлены без изменений, при этом, Верховный суд в своем определении указал: «Изменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд, основываясь на оценке представленных в дело доказательств в соответствии с правилами главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 10, 168, 170 и 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», исходил из притворности сделки, прикрывающей дарение должником заинтересованным лицам ликвидного имущества в целях исключения возможности обращения на него взыскания, признал ФИО14, ФИО3 и ФИО2 правопреемниками ФИО8 в порядке универсального правопреемства, отвечающим по долгам наследодателя в пределах стоимости принятого имущества».

О заключении последующего договора по распоряжению имуществом, являющимся предметом сделок, конкурсный управляющий узнал при предоставлении документов из Росреестра в первый обособленный спор, обратного в материалы дела не представлено.

Рассматриваемый обособленный спор фактически направлен на применение последствий ничтожной сделки (притворной сделки), которая уже признана такой в рамках предыдущего обособленного спора.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ. Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 06.03.2006 № 35-ФЗ "О противодействии терроризму".

Конкурсный управляющий считает, что установленный законом срок исковой давности им не был, поскольку первое заявление о признании сделки недействительной было подано управляющим в установленный Законом годичный срок, второе заявление, производство по которому идет в настоящем обособленном споре, было подано также в течение одного года с того момента, как оно могло быть подано, - только после квалификации судом первой сделки как прикрывающую другую сделку - договор дарения, заключенный между должником и ответчиком (11.04.2019 - дата вынесения судом апелляционной инстанции постановления).

До раскрытия обстоятельств совершения первой сделки с ФИО8, второй сделки, управляющий не мог сделать вывод о взаимосвязи данных сделок, о ничтожности первой и второй (недействительности); в настоящем случае, заявлены требования о применении последствий ничтожной сделки совершенной формально без участия должника, соответственно, об обстоятельствах совершения данной сделки, конкурсный управляющий мог узнать только при рассмотрении первого заявления.

Согласно пункту 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Соответственно, с момента подачи первого заявления о признании сделки недействительной, 22.03.2018 и до момента разрешения спора 11.04.2019, срок исковой давности не течет.

Учитывая, что 27.05.2019 уже было принято второе заявление (по настоящему обособленному спору), срок исковой давности пропущен не был.

Установленный статьей 196 ГК РФ десятилетний срок исковой давности пропущен не был.

Также заявителем обращается внимание на то, что 15.02.2018 определением Арбитражного суда Ярославской области было принято ходатайство конкурсного управляющего об истребовании документов у ФИО18, ФИО25, ФИО33.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 18.10.2018 производство по истребованию документов в рамках дела о банкротстве было прекращено, в связи с получением документов от последнего руководителя ООО «Ярстрой» ФИО25, при этом, ФИО18, ФИО33 в рамках данного производства, сведения об обстоятельствах заключения сделок в части спорного недвижимого имущества не сообщали, в том числе, о предварительном договоре и обо всех иных обстоятельствах заключения сделок, о которых стороны сообщают сейчас. Утаивание документов об обстоятельствах совершения ничтожных сделок говорит о злоупотреблении лицом в осуществлении своих гражданских прав, в связи с чем, в силу статьи 10 ГК РФ конкурсный управляющий просит отказать ответчикам в защите принадлежащего им права полностью, так как, если бы лицо действовало добросовестно, то лица, участвующие в совершении сделок, знающие об обстоятельствах их заключения (ФИО33, ФИО18) могли сообщить управляющему о данных обстоятельствах после возбуждения производства по истребованию документов касательно хозяйственной деятельности должника.

На основании вышеизложенного, конкурсный управляющий считает, что установленный Законом срок исковой давности пропущен не был с учетом того, что ответчик сознательно скрывал данные об обстоятельствах совершении ничтожных сделок.

В возражениях на пояснения конкурсного управляющего относительно срока исковой давности, ФИО7 12.08.2021 сообщила, что в материалах первого обособленного спора имеется выписка из ЕГРН от 14.02.2018 в отношении спорной квартиры, приобщенная конкурсным управляющим, из которой следует, что она выдана по запросу от 13.02.2018, заверена и представлена конкурсным управляющим в материалы первого обособленного спора 06.03.2018.

В указанной выписке из ЕГРН имеются сведения о правообладателях квартиры ФИО5 и ФИО17, при этом указано, что сведения о документах-основаниях не предоставляются.

При этом в судебном заседании 09.08.2021 конкурный управляющий устно пояснил, что выписку из ЕГРН в отношении спорной квартиры получил первый раз 24.07.2017.

Таким образом, из представленных документов и пояснений конкурсного управляющего следует, что имеются противоречия и не ясно, когда же первый раз арбитражному управляющему стало известно о последующей сделке (о новых правообладателях спорной квартиры, а, следовательно, должно было стать известным о договоре дарения от 17.10.2014.

Вместе с тем, действующим законодательством о банкротстве предусмотрено право арбитражного управляющего на получение таких сведений самостоятельно.

В ходе рассмотрения дела суду стало известно о смерти ответчика ФИО14, в связи с чем, к участию в деле в качестве соответчика была привлечена ее наследник ФИО4, которая суду сообщила об отсутствии у нее сведения об оспариваемых сделках, а также подтвердила уверенность в честности и порядочности ФИО8

11.08.2021 в материалы дела без сопроводительного письма поступили копии следующих документов, заверенные ФИО33:

- накладной от 11.10.2014, в соответствии с которой ФИО8 ООО «Ярстрой» был возвращен кирпич силикатный в количестве 500 000 штук на сумму 4 000 000,00 руб.,

- товарно-транспортные накладные от 08.08.2014, 28.08.2014, 05.08.2014, 30.08.2014, 05.09.2014, 14.09.2014, 16.09.2014, 17.09.2014, 21.09.2014, 11.09.2014, 22.09.2014, 20.09.2014, 19.08.2014, 20.08.2014, 18.08.2014, 10.08.2014, 15.08.2014, 15.08.2014, 10.08.2014, 10.08.2014, 16.08.2014, 06.06.2014, 05.08.2014, № 23 от 22.09.2014, в соответствии с которыми ФИО8 поставил ООО «Ярстрой» кирпич силикатный и бетон М-100.

Определением суда от 12.08.2021 к участию в деле в качестве третьего лица был привлечен ФИО33 (далее – ФИО33), явка которого в судебное заседание была признана обязательной.

В судебное заседание 04.10.2021 ФИО33 не явился, просил об отложении рассмотрения дела в связи с тем, что копия заявления не была направлена конкурсным управляющим в его адрес, а также в связи с нахождением в служебной командировке в г. Санкт-Петербурге.

Представитель ФИО3 по представленным товарно-транспортным накладным пояснила, что со слов ФИО33 ей известно, что между ООО «Ярстрой» и ФИО8 имелись правоотношения по поставке кирпича и бетона, в связи с чем, оплата за приобретенную у должника спорную квартиру подлежала зачет требований по оплате по договору поставки, однако кирпич был поставлен ФИО8 ненадлежащего качества, в связи с чем, возвращен.

В судебном заседании в порядке статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв, после перерыва представитель ФИО8 просила об отложении рассмотрения дела в связи с нахождением в отпуске за пределами Российской Федерации.

Суд, с учетом мнения представителя ФИО7, поддержавшей заявленные ходатайства об отложении рассмотрения дела, и представителя конкурсного кредитора ООО «Строймастер» возражавшего против отложения дела, рассмотрев ходатайства ФИО33 и представителя ФИО3 пришел к следующему.

В Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID19) №1, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 указано, что вопрос о необходимости отложения разбирательства дела, приостановлении производства по делу, продлении срока рассмотрения дела должен решаться судом, арбитражным судом, в производстве которого находится дело, самостоятельно применительно к каждому конкретному делу с учетом необходимости соблюдения сроков рассмотрения дела судом соответствующей инстанции и разумного срока судопроизводства (статья 6.1 ГПК РФ, статья 6.1 АПК РФ, статья 10 КАС РФ, статья 6.1 УПК РФ).

Судом явка представителя ФИО3 обязательной не признавалась, позиция данного лица подробно изложена в отзыве на заявление конкурсного управляющего, неоднократно озвучивалась в судебном заседании, суду понятна и пояснений не требует.

Явка ФИО33 была признана судом обязательной, кроме того, ему предлагалось представить оригиналы товарно-транспортных накладных, а также письменный отзыв по заявленным требованиям, которые представлены не были.

Суд полагает, что действия данной стороны направлены на явное затягивание рассмотрения дела, поскольку представлены дополнительные документы были лишь после того, как судом было отказано в назначении по делу повторной экспертизы, не смотря на длительное рассмотрение спора.

Применительно к настоящему спору суд учитывает, что с момента принятия заявления конкурсного управляющего к производству дополнительных доводов ответчиками и третьими лицами не было заявлено, аргументов, свидетельствующих о невозможности рассмотрения дела по имеющимся в деле доказательствам, не приведено.

Суд, приняв во внимание изложенные обстоятельства, а также учитывая отсутствие ходатайств иных участников процесса об отложении судебного заседания, приходит к выводу, что при указанных обстоятельствах отложение судебного заседания приведет к необоснованному затягиванию рассмотрения дела, с учетом общего срока его рассмотрения, в связи с чем не усматривает оснований для отложения судебного разбирательства и, на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отказал в удовлетворении ходатайства.

Выслушав участников спора, исследовав и оценив письменные материалы дела, суд установил следующее.

31.03.2015 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью "Коми-СК" Арбитражным судом Ярославской области возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО "Ярстрой".

На основании определения суда от 08.12.2016 (резолютивная часть от 01.12.2016) в отношении ООО "Ярстрой" введена процедура наблюдения, временным управляющим общества утвержден ФИО1

В соответствии с решением Арбитражного суда Ярославской области от 27.07.2017 (резолютивная часть от 24.07.2017) ООО "Ярстрой" признано несостоятельным (банкротом), в отношении общества введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО1

13.03.2018 конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением к ФИО8 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>, заключенного 23.09.2014.

В ходе рассмотрения указанного обособленного спора было установлено, что 04.08.2017 ФИО8 умер, в связи с чем, конкурсный управляющий просил суд признать его наследников ФИО3, ФИО2 и ФИО14 правопреемника по оспариваемой сделке.

Постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 11.04.2019 в порядке универсального правопреемства правопреемниками ФИО8 были признаны Гульцева Зоя Никандровнау ФИО3, ФИО2, а также была признана недействительной (ничтожной) сделка – договор купли-продажи от 23.09.2014, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Ярстрой» и ФИО8.

В обоснование данных выводов суд апелляционной инстанции указал, что в силу статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе, имущественные права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя. Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (абзац 2 пункт 1 статьи 1175 ГК РФ).

Принятие и отказ от наследства является универсальным, то есть наследник, принявший часть наследства, считается принявшим все наследство, аналогично наследник, отказавшийся от части наследства, считается отказавшимся от всего наследства. Не допускается принятие наследства под условием или с оговорками, то есть нельзя принять одну часть наследства, а от другой отказаться; нельзя принять наследство, но не принять на себя долги наследодателя и т.п. При этом, наследство считается принятым, вне зависимости от того, совершен ли отказ от наследства.

Следовательно, ФИО14, ФИО3, ФИО2 являются наследниками (универсальными правопреемниками) ФИО8 Соответственно, в пределах стоимости принятого имущества в порядке универсального правопреемства они 6 А82-3934/2015 продолжают отвечать по долгам наследодателя (пункт 1 статьи 1110, абзац второй пункта 1 статьи 1175 ГК РФ).

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», под долгами наследодателя понимаются не только обязательства с наступившим сроком исполнения, но и все иные обязательства наследодателя, которые не прекращаются его смертью. В частности, к таким долгам может быть отнесено и еще не возникшее (не наступившее) реституционное требование к наследодателю по сделке, имеющей пороки оспоримости, но еще не признанной таковой судом на момент открытия наследства (потенциально оспоримой сделке). Соответственно, риск признания такой сделки недействительной и предъявления реституционного требования в пределах стоимости наследства также возлагается на наследника.

На основании изложенного, апелляционный суд указал, что имеются основания для признания ФИО14, ФИО3, ФИО2 правопреемниками ФИО8 в порядке универсального правопреемства.

Также судом было установлено, что между ООО «Ярстрой» и ФИО8 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры 23.09.2014, в которой также были зарегистрированы ФИО6, ФИО18, ФИО17, ФИО5, ФИО20

Вместе с тем факт оплаты стоимости квартиры материалами дела не подтвержден, при этом уже 17.10.2014 покупателем ФИО8 был заключен договор дарения квартиры с ФИО17, ФИО5, в интересах которых действовал ФИО6

Каких-либо разумных причин покупки квартиры и ее последующего дарения в течение одного месяца из материалов дела не усматривается, экономическая целесообразность отсутствует.

Однако из выписки из ЕГРЮЛ усматривается, что учредителем должника с долей 50% является ФИО18, при этом спорная квартира была передана по оспариваемому договору за полгода до возбуждения дела о банкротстве в отношении ООО «Ярстрой», при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, требования по которым впоследствии были включены в реестр.

Изложенное позволило суду прийти к выводу, что целью сделки являлась не купля-продажа квартиры, а совершение дарения квартиры должником аффилированным лицам (ФИО17, ФИО5), с направленностью данных действий на вывод ликвидного имущества должника в целях исключения возможности расчетов с кредиторами должника, имеющими к нему обоснованные требования.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, право собственности на квартиру у ФИО8 не возникло и заключенный с ним должником договор купли-продажи является притворной сделкой, прикрывающей договор дарения с ФИО17, ФИО5

В силу пункта 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку в настоящем случае ФИО8 квартира не приобреталась, договор купли-продажи являлся притворной сделкой, прикрывающей договор дарения с ФИО17, ФИО5, оснований для применения последствий недействительности сделки апелляционный суд не усмотрел.

16.04.2019 в Арбитражный суд Ярославской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО34 с заявлением к ФИО2, ФИО3, ФИО14, ФИО17 и ФИО5 в лице их законного представителя ФИО6 с заявлением о признании недействительными (притворными) сделками договора купли-продажи от 23.09.2014 спорной квартиры, заключенного между должником и ФИО8, договора дарения того же имущества от 17.10.2014, заключенного между ФИО8 и ФИО6, действующим в интересах своих несовершеннолетних детей ФИО5 и ФИО17, признании недействительной сделки по безвозмездной передаче спорной квартиры от ООО «Яртсрой» ФИО5 и ФИО17, которую стороны действительно имели в виду, применении последствий недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

В случае прекращения производства по делу повторное обращение в арбитражный суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается, за исключением прекращения производства по делу о защите прав и законных интересов группы лиц в порядке, установленном частью 7 статьи 225.15 настоящего Кодекса (часть 3 статьи 151 АПК РФ).

С учетом того, что судом апелляционной инстанции договор купли-продажи от 23.09.2014 признан недействительной сделкой и постановление суда вступило в законную силу 11.04.2019, производство по требованиям конкурсного управляющего в данной части подлежит прекращению.

Вместе с тем, суд полагает, с учетом выводов, сделанных в вышеуказанном постановлении Второго апелляционного арбитражного суда от 11.04.2019, между ООО «Ярстрой» и ФИО6, действующим в интересах своих детей ФИО17 и ФИО5, был заключен договор безвозмездной передачи квартиры (дарения) от должника несовершеннолетним внукам участника ООО «Ярстрой» ФИО18, которому принадлежало на дату заключения оспариваемого договора 50 % доли в уставном капитале общества, а впоследствии 100 % доли.

Данные выводы суда основаны на следующем.

Судом апелляционной инстанции было установлено, что в ходе рассмотрения дела факт оплаты квартиры со стороны ФИО8 в пользу ООО «Ярстрой» подтвержден не был.

Также данное обстоятельство не было подтверждено и в ходе рассмотрения настоящего спора, не были раскрыты экономически и разумные мотивы действий ФИО8 по приобретению и последующей продаже квартиры в столько короткий период.

В подтверждение осуществления расчетов между ФИО8 и ООО «Ярстрой» были представлены товарно-транспортные накладные, согласно которым ФИО8 в адрес должника была осуществлена поставка кирпича, который обществом впоследствии был возвращен, как пояснила представитель ФИО3, в связи с не качественностью.

Вместе с тем, доказательств того, что ФИО8 занимался поставкой строительных материалов, в деле не имеется.

Из сведений о доходах ФИО8, представленных уполномоченным органом следует, что в 2013, 2014, 2015 годы он работал в обществе с ограниченной ответственностью «Мазсервис», в котором участником является ФИО18

Также ФИО8 осуществлял трудовую деятельность в обществах с ограниченной ответственностью «Соть», «Двина», «Транзит», «Транзит-1», в которых руководителями и участниками также являлись ФИО6 и ФИО18

Статусом индивидуального предпринимателя ФИО8 не обладал, совокупный доход являлся незначительным.

Из материалов наследственного дела ФИО8 следует, что в его наследственную массу были включены однокомнатная квартира по адресу: <...>, которая не сопоставима по стоимости с предметом спора, а также незначительные денежных суммы на расчетных счетах в банках, какое-либо дорогостоящее имущество им не продавалось, не приобреталось, что свидетельствует о том, что располагать столько значительной суммой (более 4 000 000,00 руб.) ФИО8 не мог.

Кроме того, сведения о том, что расчеты между ФИО8 и ООО «Ярстрой» за квартиру производились, ранее в материалы дела не представлялись, были представлены в суд спустя три с половиной года с даты начала рассмотрения первого обособленного спора, предметом которого являлась квартира на ул.Охотничьей в г. Ярославле.

Также судом отмечается наличие сомнений относительно достоверности представленных копий накладных и товарно-транспортных накладных, которые не были устранены в ходе рассмотрения дела.

Так, судом предлагалось ФИО33, представить оригиналы данных документов, однако они представлены не были.

К тому же, как верно указано представителем кредитора ООО «Строймастер», содержание данных документов подтверждает, что они были составлены в 2021 году.

Так, в товарной накладной № 23 от 22.09.2014 имеется указание на то, что отпуск груза был произведен 06.08.2021, при этом суд отмечает, что данные документы были представлены в суд 12.08.2021.

Согласно подпункту "в" пункта 3 статьи 1 Федерального закона от 03.08.2018 № 303-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах" с 1 января 2019 года в отношении товаров (работ, услуг), имущественных прав, указанных в пункте 3 статьи 164 Налогового кодекса Российской Федерации, налоговая ставка по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) установлена в размере 20 процентов.

Ранее, в том числе, в 2014 году, налоговая ставка по НДС составляла как и указано в товарной накладной 18 %.

Вместе с тем, расчет сумм налога от стоимости поставленного товара подтверждает, что примененная ставка НДС составляет 20 %, которая в заявленный временной период не применялась.

К тому же факт возврата поставленного кирпича в связи с его некачественностью не подтвержден иными доказательствами, поскольку не представлены акты выявления дефектов и иные подобные документы, следовательно, данные документы не могут быть расценены судом как достоверные и допустимые.

Согласно пояснениям ФИО20 и ФИО7 15.05.2013 между ФИО20 и обществом был заключен предварительный договор купли-продажи квартиры № 4 в строении 2 по адресу: г. Ярославль, в квартале, ограниченном ул. Маяковского, ул. Охотничьей<...> Парковой, в соответствии с которым стороны договорились о подготовке и заключении в будущем договора купли-продажи квартиры в течение двух месяцев с момента государственной регистрации права собственности за продавцом. Цена квартиры сторонами была определена сторонами в размере 9 317 275,00 руб.

Оплата покупателем должна была быть произведена в день подписания предварительного договора путем внесения наличных денежных средств в кассу продавца.

Также из пояснений указанных лиц следует, что в целях приобретения данной квартиры ФИО20 и ФИО6 были проданы принадлежащее им на праве собственности жилье – квартиры № 5 и № 4 по адресу: <...>, за 4 000 000,00 руб. и 5 500 000,00 руб. соответственно.

Данные договоры были заключены 18.03.2013, расчет между сторонами был произведен в день подписания договоров.

Вырученные от продажи указанных жилых помещений денежные средства были, согласно пояснениям ФИО20 и ФИО7, внесены в кассу ООО «Ярстрой», в подтверждение чего была представлена квитанция в приходному кассовому ордеру № 7 от 15.05.2013.

Вместе с тем, указанные обстоятельства подтверждают, что на 15.03.2015 (дату внесения денежных средств в кассу общества) ФИО20 указанных деньгами не обладала, поскольку они, согласно договорам купли-продажи квартир ФИО20 и ФИО6, были получены лишь 18.03.2013.

Сведений о наличии иных денежных средств в достаточном размере на 15.05.2013 ФИО20 не представлено.

В ходе рассмотрения дела было установлено и не отрицалось сторонами и третьими лицами, что ответчики ФИО5, ФИО17 являются детьми ФИО6 и ФИО7, ФИО18 и ФИО20 являются родителями ФИО6, и квартиры на ул. Папанина в г. Ярославле были проданы ФИО20 и ФИО6 в целях приобретения общего жилого помещения – квартиры на ул. Охотничьей в г. Ярославле.

Согласно выпискам из ЕГРН на момент продажи 18.03.2013 квартира № 5 по адресу: <...>, являлась единственным жильей ФИО20 и ФИО18, а квартира № 4 по тому же адресу – единственным жильем ФИО6, ФИО7 и их несовершеннолетних детей ФИО5 и ФИО17

Таким образом, приобретение спорной квартиры для всей семьи ФИО35 имело особое значение.

ФИО36 являлся участником ООО «Ярстрой», что также не оспаривается участникам спора.

Из представленного дела правоустанавливающих документов в отношении спорного жилого помещения следует, что право собственности ООО «Ярстрой» на объект недвижимости возникло на основании договора долевого участия общества в строительстве № 2 от 25.06.2009, заключенного с ТСЖ «Березовая роща», который был зарегистрирован 20.08.2013, о чем, ФИО18 не мог не знать.

Согласно условиям предварительного договора купли-продажи, заключенного между ФИО20 и должником, спорная квартира должна была быть передана ФИО20 не позднее 20.10.2013, о чем также должно быть известно ФИО18

Вместе с тем, 25.08.2014 участниками ООО «Ярстрой» было проведено внеочередное собрание участников общества (ФИО18 и ФИО19), на котором было одобрено заключение договора купли-продажи спорной квартиры ФИО8 за 4 282 000,00 руб. в срок до 30.10.2014.

С учетом позиции ответчиков и третьих лиц семьи ФИО35, а также имеющихся в материалах дела доказательств, какого-либо разумного обоснования поведения ФИО18, реально имеющего возможность контроля исполнения обязательств по передаче квартиры ООО «Ярстрой» ФИО20 и имеющего непосредственный интерес в этом, суду не представлено.

При этом, 20.08.2013 между ООО «Ярстрой» и ФИО6 был заключен договор найма, согласно которому в спорной квартире проживали и были зарегистрированы по месту жительства вышеуказанные члены семьи ФИО35.

Необходимость заключения данного договора при условии возможности с 20.08.2013 заключить договор купли-продажи квартиры суду не обоснована.

Также судом учитывается, что для осуществления регистрации по месту жительства необходимо согласие собственника данного помещения в соответствии с пунктом 49 Приказа МВД России от 31.12.2017 № 984 "Об утверждении Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по регистрационному учету граждан Российской Федерации по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации", зарегистрированного в Минюсте России 05.04.2018 №50635.

Таким образом, на момент осуществления регистрации в спорном жилом помещении 05.09.2013 все члены ФИО35, в том числе ФИО6 и ФИО20, знали о принадлежности спорной квартиры обществу и о наличии возможности передачи данной квартиры в их собственность, однако мер понуждению ООО «Ярстрой» к заключению договора купли-продажи не предпринимали вплоть до 06.10.2014, что является неразумным и нелогичным с учетом вышеописанных обстоятельств.

Суд критически относится в пояснениям ФИО20 и ФИО7 о том, что проживая в одном жилом помещении и являясь членами одной семьи ФИО20, ФИО6, ФИО7 не знали о передаче квартиры сначала в собственность ООО «Ярстрой», а затем с согласия ФИО18 в собственность ФИО8, поскольку данная модель поведения является надуманной, не вписывающейся в стандарты обычного поведения людей, имеющих намерение приобрести жилое помещение, за которое были уплачены денежные средств в значительной сумме и имеющие реальную возможность влиять на вторую сторону сделки в целях передачи жилого помещения в собственность ФИО20 либо иного лица по ее указанию.

По ходатайству конкурсного кредитора ООО «Рыбинский грузовой порт», заявившего о фальсификации квитанции к проходному кассовому ордеру № 7 от 15.03.2013, по настоящему делу была назначена экспертиза по определению давности составления указанной квитанции, проведение которой было поручено Федеральному бюджетному учреждению Ярославская лаборатория судебной экспертизы Министерства Юстиции Российской Федерации.

12.11.2020 в материалы дела было представлено заключение экспертов ФИО26 и ФИО27 № 71/1-3-3.2, 102/1-3-3.1 от 06.11.2020.

Согласно выводам эксперта ФИО26 оттиск печати ООО «Ярстрой» в данной квитанции нанесен не ранее 2018 года, определить период времени выполнения подписи в строке «Главный бухгалтер» и подписи с расшифровкой в строке «Кассир» в квитанции не представляется возможным.

К аналогичным выводам о невозможности установления период времени нанесения оттиска печати, выполнения печатного текста пришел и эксперт ФИО27

Оснований не доверять вышеуказанному заключению экспертов у суде не имеется по причинам, описанным судом ранее, на основании чего, суд приходит к выводу о том, что доказательств внесения денежных средств в кассу ООО «Ярстрой» ФИО20 в материалы дела не представлено.

Данные выводы суда также подтверждаются тем, что поступление денежных средств не отражено в бухгалтерской документации должника, сведения о зачислении денежных средств на счет общества отсутствуют в выписках с расчетных счетов ООО «Ярстрой», а также тот факт, что по состоянию на 15.05.2013 у ФИО20 отсутствовали денежные средства в заявленном размере.

Все выше изложенное подтверждает вывод суда, как рамках настоящего дела, так и вывод суда апелляционной инстанции, отраженный в определении Второго апелляционного арбитражного суда от 11.04.2019 о том, что между ООО «Ярстрой» и ФИО5 и ФИО17 фактически был заключен договор безвозмездной передачи (дарения) спорной квартиры, оформленный договором купли-продажи от 23.09.2014 и договором дарения от 17.10.2014.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

По правилам пункта 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

При этом сделкой, на основании статьи 153 ГК РФ, признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно статьям 420, 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами.

Существо каждого договора определяется его содержанием, а не названием. Статья 431 ГК РФ предусматривает, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений и в случае неясности буквальное значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. При невозможности определить содержание договора изложенным способом данная статья предписывает выяснить действительную волю сторон, имея в виду цель соглашения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

Из содержания указанной нормы следует, что в притворной сделке имеют место две сделки: притворная сделка, совершаемая для вида (прикрывающая сделка) и сделка, в действительности совершаемая сторонами (прикрываемая сделка).

Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

Как указывалось ранее, ООО «Ярстрой» и ФИО8 был заключен договор купли-продажи спорной квартиры 23.09.2014, в которой также были зарегистрированы ФИО6, ФИО18, ФИО17, ФИО5, ФИО20

Факт оплаты стоимости квартиры материалами дела не подтвержден, при этом уже 17.10.2014 покупателем ФИО8 был заключен договор дарения квартиры с ФИО17, ФИО5, в интересах которых действовал ФИО6

Как указывалось в постановлении суда апелляционной инстанции, каких-либо разумных причин покупки квартиры и ее последующего дарения в течение одного месяца из материалов дела не усматривается, экономическая целесообразность отсутствует.

Доказательств иного в рамках рассматриваемого спора также не представлено.

Изложенное позволяет суду прийти к выводу, что целью сделки являлась не купля-продажа квартиры, а совершение дарения квартиры должником аффилированным лицам (ФИО17, ФИО5), с направленностью данных действий на вывод ликвидного имущества должника в целях исключения возможности расчетов с кредиторами должника, имеющими к нему обоснованные требования.

С учетом изложенного, в постановлении от 11.04.2019 суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что право собственности на квартиру у ФИО8 не возникло и заключенный с ним должником договор купли-продажи является притворной сделкой, прикрывающей договор дарения с ФИО17 и ФИО5

К аналогичным выводам суд приходит по результатам рассмотрения настоящего спора.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закон о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Учитывая то обстоятельство, что факт оплаты спорной квартиры со стороны ФИО17 и ФИО5 установлен не был, суд полагает, что данная сделка была совершена в целях выведения ликвидного актива ООО «Ярстрой» в преддверии банкротства при наличии неисполненных обязательств перед кредитора, требования которых впоследствии были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника.

С учетом изложенного, спорное жилое помещение подлежит возврату в конкурсную массу должника.

Суд не принимает доводы ФИО20, ФИО7 и ФИО3 о пропуске срока исковой давности конкурсным управляющим по следующим причинам.

Как указывалось выше, согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГКРФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Применительно к пункту 3 указанной статьи конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Статьей 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью). При этом в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

По смыслу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Под сроком защиты гражданских прав понимается срок, в течение которого лицо, право которого нарушено, может требовать принудительного осуществления или защиты своего права.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий ООО «Ярстрой» оспаривает договор дарения имущества между ООО «Ярстрой» и ФИО5, ФИО17 по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также договор дарения от 17.10.2014 по статье 170 ГК РФ.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимой сделки, то есть сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий, в том числе, просил признать договор дарения недействительным как мнимую сделку. По данному основанию этот договор и был признан недействительным судом.

К требованию о признании мнимой сделки недействительной применим трехлетний срок исковой давности (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса).

Исходя из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 4 постановления № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В силу положений пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно пункту 30 Постановления № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано только в процедурах внешнего управления или конкурсного производства. В процедурах же наблюдения или финансового оздоровления по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, сделки (в том числе совершенные после введения этих процедур) оспорены быть не могут; в случае поступления соответствующего заявления временного или административного управляющего об оспаривании сделки по таким основаниям в этих процедурах суд выносит определение об оставлении его без рассмотрения применительно к пункту 7 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В пункте 32 Постановления № 63 указано, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац 3 пункт 3 статьи 75 Закона о банкротстве) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Процедура конкурсного производства в отношении должника введена и конкурсный управляющий имуществом должника утвержден 27.07.2017 (резолютивная часть от 24.07.2017).

Таким образом, течение срока исковой давности для оспаривания сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве, началось 25.07.2017.

С первоначальным заявлением конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд 13.08.2018, ссылаясь на осведомленность лишь в части заключения договора купли-продажи между ООО «Ярстрой» и ФИО8

Безвозмездная передача спорного имущества от ФИО8 внукам ФИО18 конкурсным управляющим предполагалась, однако достоверные доказательства заключения данной сделки были представлены в материалы дела лишь 20.08.2018.

Доказательств того, что ранее указанной даты конкурсному управляющему было известно о заключении договора дарения между ФИО8 и ФИО17 и ФИО5, в материалах дела не имеется.

Таким образом, суд полагает, что обратившись с заявлением о признанрии недействительным договора дарения 16.04.2019, годичный срок обращения всуд пропущен не был.

Заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (пункт 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63).

Поскольку заявителю, чьи требования судом признаны обоснованными и удовлетворены, при принятии заявления была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения дела по существу, государственная пошлина подлежит взысканию с ответчиков.

Руководствуясь статьями 61.1 - 61.9 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 110, 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

о п р е д е л и л:

производство по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой» ФИО1 в части требований о признании недействительной сделкой договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, заключенного 23.09.2014 между обществом с ограниченной ответственностью «Ярстрой» и ФИО8, прекратить.

В остальной части требования удовлетворить.

Признать недействительной сделкой договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, заключенный 17.10.2014 между ФИО8 и ФИО17 и ФИО5 в лице законного представителя ФИО6.

Признать недействительной сделкой передачу обществом с ограниченной ответственностью «Ярстрой» ФИО17 и ФИО5 квартиры, расположенной по адресу: <...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, оформленную договором купли-продажи указанного имущества от 23.09.2014 между обществом с ограниченной ответственностью «Ярстрой» и ФИО8, и договором дарения того же имущества от 17.10.2014 между ФИО8 и ФИО17 и ФИО5 в лице законного представителя ФИО6.

Применить последствия недействительности сделки.

Вернуть квартиру, расположенную по адресу: <...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой» путем восстановления права собственности общества с ограниченной ответственностью «Ярстрой» на квартиру, расположенную по адресу: <...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, прекращения права собственности ФИО17 и ФИО5 на указанную квартиру и возложения на ФИО17, ФИО5 в лице законных представителей ФИО6 и ФИО7 обязанности по возврату квартиры по адресу: <...>, площадью 214,1 кв.м., кадастровый номер: 76:23:021802:61, в конкурсную массу должника.

Взыскать с ФИО17 и ФИО5 в солидарном порядке в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Определение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства во Второй арбитражный апелляционный суд в десятидневный срок со дня его принятия (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ярославской области, в том числе посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет», - через систему «Мой арбитр» (http://my.arbitr.ru).

Судья

В.Д. Белякова