Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нур-Альянс»
(ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1
на определение Арбитражного суда Чувашской Республики - Чувашии
от 30.06.2022 по делу № А79-3001/2020,

принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нур-Альянс» ФИО1
о признании недействительным договора уступки прав требования (цессии)
от 27.11.2019 № Ц-46/2019, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Нур-Альянс» и обществом с ограниченной ответственностью «Про Фактор», применении последствий недействительности сделки,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью
«Нур-Альянс» (далее – ООО «Нур-Альянс», должник) конкурсный управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договора уступки прав требования (цессии) от 27.11.2019 № Ц-46/2019, заключенного между ООО
«Нур-Альянс» и обществом с ограниченной ответственностью «Про Фактор» (далее – ООО «Про Фактор») недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде взыскания в пользу должника 5 915 982 руб. долга, 155 000 руб. процентов, 53 239 руб. госпошлины.

Требования конкурсного управляющего обоснованы правовыми ссылками на пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ
«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также на статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Уфимский Комбинат Хлебопродуктов» (далее - АО «Уфимский комбинат хлебопродуктов»).

Определением от 30.06.2022 Арбитражный суд Республики Марий Эл отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает, что на дату заключения договора ООО «Нур-Альянс» обладал признаками неплатежеспособности, поскольку информация о взыскании задолженности
с должника является открытой. ООО «Про Фактор», проявив должную осмотрительность, должен был изучить контрагента. Полагает, что в данном случае экспертиза по установлению рыночной стоимости не требуется, поскольку твердая сумма долга подтверждена судебным актом. Настаивает, что сделка совершена
с неравноценным встречным исполнением, что причинило имущественный вред правам кредиторов должника.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе и дополнении
к ней.

АО «Уфимский комбинат хлебопродуктов» в письменных пояснениях указывает на отсутствие заинтересованности его, должника и ООО «Про Фактор».

ООО «Про Фактор» и конкурсный управляющий ходатайствовали
о рассмотрении жалобы в отсутствие их представителей.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Доводов относительно невозможности рассмотрения апелляционной жалобы по существу в его отсутствие по каким-либо причинам, в материалы дела
от заявителя жалобы или иных лиц, участвующих в деле, не представлено. Ходатайств об отложении рассмотрения апелляционной жалобы лицами, участвующими в деле, не заявлено. Явка лиц, участвующих в деле, не признавалась судом апелляционной инстанции обязательной.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «Нур-Альянс» (поставщик) и ответчиком ОАО «УКХП» (покупатель) заключен договор поставки от 17.10.2018 № УКХП-01/257,
по условиям которого поставщик передает, а покупатель принимает и оплачивает товар, в количестве и качестве, в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим договором и приложениями к нему.

В период с июля по август 2019 года ООО «Нур-Альянс» осуществлена поставка товара на общую сумму 5 975 200 руб.

АО «Уфимский комбинат хлебопродуктов» обязанность по оплате не исполнена, в связи с чем 27.08.2019 ООО «Нур-Альянс» направило в адрес
АО «Уфимский комбинат хлебопродуктов» претензию о погашении задолженности в размере 5 975 200 руб.

Отсутствие оплаты по договору поставки послужило основанием для обращения ООО «Нур-Альянс» в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском о взыскании суммы основного долга в размере 5 915 982 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 131 754 руб. 54 коп. за период с 16.07.2019 по 25.10.2019, процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с 26.10.2019, исходя из ключевой ставки Банка России, за каждый день просрочки, по день фактического исполнения обязательств.

Между ООО «Нур-Альянс» (цедент) и ООО «Про Фактор» (цессионарий) заключен договор уступки прав (требований) от 27.11.2019 № Ц-46/2019, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает права требования
к ОАО «Уфимский комбинат хлебопродуктов» в размере 5 969 221 руб., принадлежащие цеденту на основании договора поставки от 17.10.2018
№ УКХП-01/257.

Согласно условиям договора стоимость уступленного права требования составила 3 549 589 руб. 20 коп.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 20.01.2020 по делу №А07-36534/2019 произведена замена истца ООО «Нур-Альянс» на ООО «Про Фактор» в порядке процессуального правопреемства.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.02.2020, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2020, исковые требования удовлетворены.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы ОАО «Уфимский комбинат хлебопродуктов» в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 25.08.2020 по указанному делу дана оценка доводам в части целей причинения уступкой вреда ответчику и оплаты за уступленное право требования. При этом суд округа отметил, что доказательства обжалования судебного акта
о процессуальном правопреемстве не представлено.

В материалы дела не представлены доказательства обжалования судебных актов непосредственно конкурсным управляющим, учитывая, что оспаривая сделку, им указана ссылка на положения статьей 10, 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

АО «Уфимский комбинат хлебопродуктов» погасило задолженность, взысканную на основании решения Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.02.2020 по делу № А07-36534/2019, что подтверждается платежными поручениями № 10 от 21.07.2020 в сумме 63401 руб. 23 коп., № 60582 от 16.10.2020 в сумме 1987 руб. 06 коп., № 213218 от 18.11.2020 в сумме 6058832 руб. 71 коп.

Оплата должнику за уступленное право требование в размере
3 549 589,20 руб. произведена 10.12.2019 и 13.12.2019, что подтверждается выпиской по счету, открытому в ПАО «Сбербанк», что не оспаривается конкурсным управляющим.

Решением суда от 02.03.2021 ООО «Нур-Альянс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Предметом рассматриваемого заявления является требование о признании договора уступки прав (требований) от 27.11.2019 № Ц-46/2019 недействительной сделкой, как совершенной при неравноценном встречном исполнении со стороны ООО «Про Фактор», и применении последствий
ее недействительности в виде взыскания с ООО «Про Фактор» в пользу должника
5 975 200 руб.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться,
в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий
и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия,
на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного
для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи (разъяснения, приведенные в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).

Оспоренная сделка совершена 27.11.2019, то есть в течение шести месяцев до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (30.04.2020), в связи
с чем может быть оспорена по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно последнему абзацу пункта 9 Постановления № 63, в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления
о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо
о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5 и 6 Постановления № 63 разъяснено следующее. Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется статьями 67 и 68 данного Кодекса об относимости и допустимости доказательств.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам упомянутых норм права, суд апелляционной инстанции приходит к выводу
о недоказанности конкурсным управляющим всей совокупности условий для признания сделки недействительной на основания статьи 61.2 Закона о банкротстве, исходя из следующего.

Судом установлено и не противоречит материалам дела, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, о чем свидетельствовали возбужденные в отношении должника дела по взысканию с него задолженности в пользу контрагентов, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника, в том числе перед ООО «Агро-Эксперт», ООО «Агромаяк», ООО «АГРО», ЗАО «АгроТранс Капитал», сельскохозяйственным потребительским снабженческо-сбытовым, перерабатывающим, обслуживающим кооперативом «Калита Агротех».

Указанные обстоятельства указывают на наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемой сделки.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В рассматриваемом случае доказательств наличия у ООО «Про Фактор» признаков аффилированности с должником, как и доказательств того, что ООО «Про Фактор» знало, что в результате указанной сделки нарушаются интересы кредиторов должника, в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсный управляющим
не представлено.

Доводы заявителя жалобы относительно того, что информация о взыскании задолженности с должника является открытой, следовательно, ООО «Про Фактор», проявив должную осмотрительность, должен был изучить контрагента, отклоняются коллегией судей,поскольку не подтверждает заинтересованность сторон сделки, применительно толкования статьи 19 Закона о банкротстве,
и не образует соответствующие презумпции.

При изложенных обстоятельствах, бремя опровержения доводов конкурсного управляющего на ответчика не перешло.

Как указано ранее, реальность перечисления ООО «Про Фактор»денежных средств в сумме 3 549 589 руб. 20 коп. по договору уступки подтверждается выпиской по лицевому счету ООО «Нур-Альянс» (10.12.2019 в сумме 1000 руб., 13.12.2019 в сумме 3548589 руб. 20 коп.).

Данный факт конкурсным управляющим не оспаривается, однако указывает на неравноценность встречного исполнения.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ООО
«Про Фактор» является 64.99 - Предоставление прочих финансовых услуг, кроме услуг по страхованию и пенсионному обеспечению, не включенных в другие группировки и 69.10 – Деятельность в области права. Общество входит в группу компаний ФК «Содружество» и занимается покупкой долговых обязательств юридических лиц. Таким образом, из представленных ООО «Про Фактор» документов следует, что оспариваемая сделка относится к сделкам, совершенных
в рамках обычной хозяйственной деятельности. Согласно сведениям ООО
«Про Фактор» за период с 2019 года заключено 95 договоров об уступке прав требования, дисконт по которым составил от 20 до 80%, средний – 45%.

При этом, как следует из материалов дела, задолженность оспаривалась
АО «Уфимский комбинат хлебопродуктов» вплоть до высшей судебной инстанции,
которая получена ООО «Про Фактор» лишь через значительное время после спорного правопреемства.

Таким образом, довод конкурсного управляющего о неравноценности встречного предоставления отклоняется коллегией судей.

Уступка права требования по номиналу либо по сумме, равной размеру реальной к получению задолженности, не соответствует обычаям делового оборота и теряет экономический интерес для цессионария.

При этом судом учтено, что цена уступленного права требования
не отличалась существенно в худшую сторону от цены аналогичных сделок, совершаемых в сравнимых обстоятельствах.

Доказательств чрезмерности дисконта, с которым должник уступил задолженность по договору поставки, учитывая в совокупности перечисленные выше обстоятельства, в материалы дела в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

В рассматриваемом случае юридически значимым обстоятельством является то, что конкурсным управляющим не представлены доказательства заинтересованности (аффилированности) цедента, цессионария, третьего лица,
в том числе фактической.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности
и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что договор уступки прав требования заключен в ходе судебного спора по взысканию долга с АО «Уфимский комбинат хлебопродуктов», основной вид деятельности ООО «Про Фактор», реальность перечисления ООО «Про Фактор»денежных средств по договору уступки, отсутствие доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу
о недоказанности конкурсным управляющим неравноценности встречного исполнения при заключении договора уступки права требования.

Помимо того, суд первой инстанции правомерно отметил, что при несогласии со стоимостью, установленной в договоре цессии, конкурсным управляющим не заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы
по определению рыночной стоимости уступленного права требования. При этом доводы заявителя о нецелесообразности проведения экспертизы, поскольку размер требований установлен судебным актом, отклоняется коллегией судей. Как указано ранее, цена договора цессии не могла быть равной стоимости уступаемых прав, так как данное условие не соответствует целям предпринимательской деятельности,
а именно извлечению прибыли.

При этом не доказано, что на момент совершения сделки должник располагал информацией, что дебиторская задолженность однозначно будет взыскана в полном объеме в незначительный период времени, без дополнительных затрат на судебные споры.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, в соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим
не представлены доказательства о наличии в спорных сделках дефектов, выходящих за пределы пороков, установленных в статье 61.2 Закона о банкротстве.

Указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательствами и признаются судом апелляционной инстанции правомерными.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные
с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

По правилам пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно
с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона
с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости
от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с презумпцией добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений, а также общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Бремя доказывания обратного лежит на стороне, заявляющей
о злоупотреблении участниками сделки правами.

Фактически доводы конкурсного управляющего основаны на том, что в результате совершения сделки по заключению договора уступки должнику предоставлено неравноценное встречное исполнение, чем причинен имущественный вред правам кредиторов.

Однако вышеуказанные обстоятельства, приведенные конкурсным управляющим в обоснование заявленного требования, являются основанием для признания сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным в статье 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, оснований для признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, судом апелляционной инстанции
не установлено.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Доводы заявителя жалобы, повторяют доводы, изложенные в суде первой инстанции, которым дана надлежащая правовая оценка. Заявленные доводы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на должника.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 30.06.2022
по делу № А79-3001/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью
«Нур-Альянс» ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго‑Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 ‑ 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Д.В. Сарри

Судьи

Е.Н. Беляков

О.А. Волгина