Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Щецко Ю.О., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Открытого акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 8 февраля 2016 года по делу № А19-16274/2015 по заявлению Открытого акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» в лице филиала Открытого акционерного общества «Иркутская электросетевая компания» «Восточные электрические сети» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: <...>) к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: <...>) о признании незаконным предупреждения о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, направленного сопроводительным письмом № 8851 от 9 сентября 2015 года,

третье лицо: ФИО1 (адрес: г. Иркутск),

(суд первой инстанции: Мусихина Т.Ю.)

в отсутствие в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,

и установил:

Открытое акционерное общество «Иркутская электросетевая компания» (далее – ОАО «ИЭСК», Общество) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Иркутской области (далее – антимонопольный орган, Иркутское УФАС) о признании незаконным предупреждения о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, направленного сопроводительным письмом № 8851 от 9 сентября 2015 года.

Определением Арбитражного суда от 12 октября 2015 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО1 (далее – ФИО1).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 8 февраля 2016 года в удовлетворении заявленного Обществом требования отказано. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемое предупреждение антимонопольного органа соответствует закону и не нарушает прав и законных интересов ОАО «ИЭСК».

Не согласившись с решением суда первой инстанции, Общество обжаловало его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, ссылаясь на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение судом норм материального права.

В частности, ОАО «ИЭСК» указывает на то, что в его действиях отсутствует вмененное нарушение антимонопольного законодательства, у него не возникло обязательств по выдаче проекта договора о технологическом присоединении, поскольку поданные ФИО1 заявки на технологическое присоединение энергопринимающих устройств не соответствуют установленным требованиям. При направлении в адрес ФИО1 уведомлений от 15 апреля 2015 года № 251 и от 14 мая 2015 № 18323 о необходимости привести заявку в соответствие с требованиями Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила технологического присоединения), Общество действовало в соответствии с действующим законодательством.

В письменных отзывах на апелляционную жалобу Иркутское УФАС и ФИО1 выражают согласие с решением суда первой инстанции и просят оставить его без изменения.

О месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 АПК Российской Федерации, что подтверждается, в том числе, почтовыми уведомлениями №№ 67200296236212, 67200296236205 и 67200296236182, а также отчетом о публикации 24 марта 2016 на официальном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет» (www.arbitr.ru) определения о принятии апелляционной жалобы к производству, однако явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что не является препятствием для рассмотрения дела по существу.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 АПК Российской Федерации, проанализировав доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, проверив правильность применения судом первой инстанции норм процессуального и материального права, пришел к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 9 апреля 2015 года гражданка ФИО1 обратилась в ОАО «ИЭСК» с заявкой на технологическое присоединение к электрическим сетям энергопринимающего устройства, расположенного по адресу: г. Иркутск, Куйбышевский район, СНТ «Солнышко-1», ул. Сливовая, 8А (т. 1, л.д.42-43).

В ответ на поступившую заявку ОАО «ИЭСК» 15 апреля 2015 года направило в адрес ФИО1 уведомление № 251, в котором со ссылкой на пункт 8(5) Правил технологического присоединения разъяснило о наличии двух способов подачи подобной заявки (т. 1, л.д. 49-50).

28 апреля 2015 года ФИО1 повторно обратилась в ОАО «ИЭСК» с письменной заявкой на технологическое присоединение к электрическим сетям энергопринимающего устройства, расположенного по адресу: г. Иркутск, Куйбышевский район, СНТ «Солнышко-1», ул. Сливовая, 8А (т.1, л.д. 51-52).

В ответ на поступившую заявку ОАО «ИЭСК» 14 мая 2015 года направило в адрес ФИО1 уведомление № 18323, в котором опять же со ссылкой на пункт 8(5) Правил технологического присоединения разъяснило о наличии двух способов подачи подобной заявки (т. 1, л.д. 58-59).

4 сентября 2015 года ФИО1 обратилась в Иркутское УФАС с жалобой на действия ОАО «ИЭСК» по отказу в заключении договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям энергопринимающего устройства, расположенного по адресу: г. Иркутск, Куйбышевский район, СНТ «Солнышко-1», ул. Сливовая, 8А (т.1. л.д. 84).

По итогам рассмотрения жалобы ФИО1 антимонопольным органом в действиях ОАО «ИЭСК» были выявлены признаки нарушения пункта 5 части 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (в редакции, действовавшей до 5 января 2016 года, далее – Закон о защите конкуренции), состоящего в уклонении от заключения договора об осуществлении технологического присоединения энергопринимающего устройства, расположенного по адресу: по адресу: г. Иркутск, Куйбышевский район, СНТ «Солнышко-1», ул. Сливовая, 8А (т. 1, л.д. 51-52).

9 сентября 2015 года Иркутским УФАС России в адрес ОАО «ИЭСК» направлено предупреждение (т. 1, л.д. 110-111), которым Обществу указано на необходимость прекращения действий (бездействия), содержащих признаки нарушения антимонопольного законодательства, путем принятия соответствующих мер, а именно направления в адрес гражданки ФИО1 проекта договора об осуществлении технологического присоединения энергопринимающего устройства.

Полагая, что данное предупреждение антимонопольного органа не соответствует требованиям закона, а также нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании данного ненормативного акта незаконным.

Суд апелляционной инстанции считает правильными выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного Обществом требования, исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 39.1 Закона о защите конкуренции в целях пресечения действий (бездействия), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции и (или) ущемлению интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо ущемлению интересов неопределенного круга потребителей, антимонопольный орган выдает хозяйствующему субъекту предупреждение в письменной форме о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, либо об устранении причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, и о принятии мер по устранению последствий такого нарушения.

На допустимость оспаривания в арбитражном суде предупреждений антимонопольного органа как ненормативных правовых актов указано в пункте 3 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2016 года, и постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2014 года № 18403/13.

Принимая во внимание взаимосвязанные положения части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 и части 2 статьи 201 АПК Российской Федерации, а также правовую позицию, выраженную в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации», суд апелляционной инстанции полагает, что заявленное Обществом требование может быть удовлетворено только в том случае, если будут установлены следующие обстоятельства: 1) несоответствие оспариваемого предупреждения Иркутского УФАС закону или иному нормативному правовому акту; 2) нарушение прав и законных интересов Общества данным ненормативным актом.

При отсутствии хотя бы одного из данных обстоятельств требование ОАО «ИЭСК» удовлетворению не подлежит.

Лицами, участвующими в деле (в том числе и заявителем апелляционной жалобы), не оспаривается, что ОАО «ИЭСК» является сетевой организацией.

Согласно статье 3 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-Ф3 «Об электроэнергетике» (далее - Закон об электроэнергетике) под территориальной сетевой организацией понимается коммерческая организация, которая оказывает услуги по передаче электрической энергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, не относящихся к единой национальной (общероссийской) электрической сети, а в случаях, установленных законом, - с использованием объектов электросетевого хозяйства или части указанных объектов, входящих в единую национальную (общероссийскую) электрическую сеть, и которая соответствует утвержденным Правительством Российской Федерации критериям отнесения владельцев объектов электросетевого хозяйства к территориальным сетевым организация.

Статьей 26 Закона об электроэнергетике установлено, что технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.Данным порядком регламентируется процедура такого присоединения, предусматриваются существенные условия договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, а также требования к выдаче индивидуальных технических условий для присоединения к электрическим сетям.

В соответствии с пунктом 6 Правил технологического присоединения, технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные данными Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации.

Для заключения договора заявитель направляет заявку в сетевую организацию, объекты электросетевого хозяйства которой расположены на наименьшем расстоянии от границ участка заявителя (пункт 8 Правил технологического присоединения).

Согласно пункту 10 Правил технологического присоединения к заявке должны быть приложены следующие документы:

а) план расположения энергопринимающих устройств, которые необходимо присоединить к электрическим сетям сетевой организации;

б) однолинейная схема электрических сетей заявителя, присоединяемых к электрическим сетям сетевой организации, номинальный класс напряжения которых составляет 35 кВ и выше, с указанием возможности резервирования от собственных источников энергоснабжения (включая резервирование для собственных нужд) и возможности переключения нагрузок (генерации) по внутренним сетям заявителя;

в) перечень и мощность энергопринимающих устройств, которые могут быть присоединены к устройствам противоаварийной автоматики;

г) копия документа, подтверждающего право собственности или иное предусмотренное законом основание на объект капитального строительства (нежилое помещение в таком объекте капитального строительства) и (или) земельный участок, на котором расположены (будут располагаться) объекты заявителя, либо право собственности или иное предусмотренное законом основание на энергопринимающие устройства (для заявителей, планирующих осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств потребителей, расположенных в нежилых помещениях многоквартирных домов или иных объектах капитального строительства, - копия документа, подтверждающего право собственности или иное предусмотренное законом основание на нежилое помещение в таком многоквартирном доме или ином объекте капитального строительства);

д) доверенность или иные документы, подтверждающие полномочия представителя заявителя, подающего и получающего документы, в случае если заявка подается в сетевую организацию представителем заявителя.

Пунктом 14 Правил технологического присоединения определено, что в заявке, направляемой заявителем - физическим лицом в целях технологического присоединения энергопринимающих устройств, максимальная мощность которых составляет до 15 кВт включительно (с учетом ранее присоединенных в данной точке присоединения энергопринимающих устройств), которые используются для бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, и электроснабжение которых предусматривается по одному источнику, должны быть указаны:

а) фамилия, имя и отчество заявителя, серия, номер и дата выдачи паспорта или иного документа, удостоверяющего личность в соответствии с законодательством Российской Федерации;

б) место жительства заявителя;

в) сведения, предусмотренные подпунктами «б», «и» и «л» пункта 9 настоящих Правил (наименование и место нахождения энергопринимающих устройств, которые необходимо присоединить к электрическим сетям сетевой организации;сроки проектирования и поэтапного введения в эксплуатацию энергопринимающих устройств; наименование организации - субъекта розничного рынка, с которым заявитель намеревается заключить договор, обеспечивающий продажу электрической энергии (мощности) на розничном рынке);

г) запрашиваемая максимальная мощность энергопринимающих устройств заявителя.

Оценив по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что заявка ФИО1 на технологическое присоединение от 9 апреля 2015 года входящий № 3480 (т. 1, л.д. 42-43) соответствует требованиям, установленным Правилами технологического присоединения.

К заявке от 9 апреля 2015 года были приложены поименованные в пункте 10 Правил технологического присоединения документы, а именно: план расположения энергопринимающего устройства (т. 1, л.д. 45), свидетельство о государственной регистрации права собственности на земельный участок (т. 1, л.д. 46), доверенность, подтверждающая полномочия представителя заявителя (т.1 л.д. 48).

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что направленное Обществом в адрес ФИО1 уведомление от 15 апреля 2015 года № 251 не содержит ссылок на отсутствие сведений и документов, предусмотренных вышеназванными пунктами Правил технологического присоединения; в уведомлении имеется только указание на два способа подачи заявки (для членов садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения и для граждан, ведущих садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке); при этом в уведомлении не указано на то, каким именно способом ФИО2 должна подавать в сетевую организацию заявку на технологическое присоединение.

В этой связи суд отклоняет довод заявителя апелляционной жалобы о том, что к заявке ФИО1 от 9 апреля 2015 года в нарушение требований подпункта «г» пункта 10 Правил технологического присоединения не была приложена копия документа, подтверждающего право собственности или иное предусмотренное законом основание на объект капитального строительства (нежилое помещение в таком объекте капитального строительства) и (или) земельный участок, на котором расположены (будут располагаться) объекты заявителя, поскольку на подобные недостатки заявки не было указано в уведомлении от 15 апреля 2015 года № 251.

Более того, как отмечалось выше, к заявке была приложена копия свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельный участок (т. 1, л.д. 46).

Довод ОАО «ИЭСК», заявленный при обращении в арбитражный суд первой инстанции и в апелляционной жалобе, об отсутствии у него на момент рассмотрения заявки сведений о наличии либо отсутствии у ФИО1 членства в СНТ «Солнышко-1», также подлежит отклонению в силу следующего.

В соответствии с абзацем первым пункта 8(5) Правил технологического присоединения в случае технологического присоединения энергопринимающих устройств, принадлежащих садоводческому, огородническому или дачному некоммерческому объединению либо его членам, заявка на технологическое присоединение этих энергопринимающих устройств подается в сетевую организацию указанным некоммерческим объединением либо его представителем. В случае технологического присоединения энергопринимающих устройств, принадлежащих гражданам, ведущим садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке на территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, и иным лицам, расположенным на территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, заявка на технологическое присоединение этих энергопринимающих устройств подается в сетевую организацию непосредственно гражданами, ведущими садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке на территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, или иными лицами.

В рассматриваемом случае заявка на технологическое присоединение подана в сетевую организацию представителем ФИО1 по доверенности с приложением свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельный участок, из чего можно сделать вполне определенный вывод о том, что ФИО1 на момент обращения с заявкой (входящий № 3480) не являлась членом СНТ «Солнышко-1» и осуществляла ведение садоводства в индивидуальном порядке.

Неправомерным является и довод ОАО «ИЭСК» о необходимости представления ФИО1 доказательств отсутствия у нее членства в садоводческом, огородническом или дачном некоммерческом объединении, а также представления договора об использовании объектов инфраструктуры и другого имущества общего пользования СНТ «Солнышко-1».

Из положений пункта 14 Правил технологического присоединения, определяющих требования к содержанию заявки, направляемой физическим лицом, не следует, что заявитель должен обязательно указать в заявке сведения о наличии или отсутствии членства в садоводческом, огородническом или дачном некоммерческом объединения, а в установленном пунктом 10 указанных Правил перечне приложений к заявке отсутствует требование о представлении доказательств отсутствия статуса члена в садоводческом, огородническом или дачном некоммерческом объединении.

В силу пункта 11 Правил технологического присоединения сетевая организация не вправе требовать представления сведений и документов, не предусмотренных настоящими Правилами, а заявитель не обязан представлять сведения и документы, не предусмотренные настоящими Правилами.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что ФИО1 должна была представить в качестве приложения к заявке (входящий № 3480) предусмотренную подпунктом «з» пункта 10 Правил технологического присоединения копию договора об использовании объектов инфраструктуры и другого имущества общего пользования рассмотрен, но также признан необоснованным.

Согласно подпункту «з» пункта 10 Правил технологического присоединения копия договора об использовании объектов инфраструктуры и другого имущества общего пользования должна быть представлена вместе с заявкой только в случае технологического присоединения энергопринимающих устройств, указанных в абзаце третьем пункта 8(5) настоящих Правил.

В свою очередь, абзацем третьим пункта 8(5) Правил технологического присоединения предусмотрено, что в случае если технологическое присоединение энергопринимающих устройств, принадлежащих гражданам, ведущим садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке на территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, осуществляется с использованием объектов инфраструктуры и другого имущества общего пользования этого объединения, указанные граждане заключают с этим объединением договор использования объектов инфраструктуры и другого имущества общего пользования в соответствии с Федеральным законом от 15.04.1998 № 66-ФЗ «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан».

Однако из содержания заявки от 9 апреля 2015 года можно сделать вполне определенный вывод о том, что она подана на основании абзаца первого пункта 8(5) Правил технологического присоединения, согласно которому в случае технологического присоединения энергопринимающих устройств, принадлежащих гражданам, ведущим садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке на территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, и иным лицам, расположенным на территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, заявка на технологическое присоединение этих энергопринимающих устройств подается в сетевую организацию непосредственно гражданами, ведущими садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке на территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, или иными лицами.

Следовательно, пунктом 8(5) Правил технологического присоединения предусмотрена возможность технологического присоединения непосредственно к сетям сетевой организации энергопринимающих устройств, принадлежащих гражданам, ведущим садоводство, огородничество или дачное хозяйство в индивидуальном порядке на территории садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения и без заключения с последним договора об использовании объектов инфраструктуры и другого имущества общего пользования.

С учетом изложенного следует признать, что заявка ФИО1 от 9 апреля 2015 (входящий № 3480) была подана с соблюдением требований Правил технологического присоединения, приведение ее в соответствие с требованиями данных Правил (в том числе требованиями подпункта «з» пункта 10) не требовалось.

К заявке ФИО1 на технологическое присоединение от 28 апреля 2015 года (входящий № 4123) также были приложены документы, предусмотренные пунктом 10 Правил технологического присоединения: план расположения энергопринимающего устройства (т. 1, л.д. 53); свидетельство о государственной регистрации права собственности на земельный участок (т. 1, л.д. 54); доверенность, подтверждающая полномочия представителя заявителя (т.1, л.д. 56).

В качестве приложения к заявке от 28 апреля 2015 года была представлена справка-разъяснение, выданная председателем ДНТ «Солнышко-1» (т. 1, л.д. 55), в которой указывается на возможность технологического присоединения к внутренним электрическим сетям ДНТ «Солнышко-1».

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, подобный документ не является надлежащим доказательством, подтверждающим факт членства ФИО1 в дачном некоммерческом товариществе «Солнышко-1».

Кроме того, в отзыве на апелляционную жалобу ФИО1 указывает, что заявка от 28 апреля 2015 года подавалась ею как лицом, осуществляющим садоводство в индивидуальном порядке, что подтверждается приложением к заявке от 28 апреля 2016 года свидетельства о праве собственности на земельный участок № 38:36:000017:557 (т.1 л.д.54); при этом документы, подтверждающие членство ФИО1 в каком-либо садоводческом некоммерческом объединении, к заявке не прилагались.

Данный довод заявителем апелляционной жалобы не опровергнут.

В соответствии с пунктом 15 Правил технологического присоединения при отсутствии сведений и документов, указанных в пунктах 9, 10 и 12 - 14 данных Правил, сетевая организация уведомляет об этом заявителя, однако направленное в адрес ФИО1 в уведомлении от 14 мая 2015 года № 18323, равно как и в уведомлении № 251, не содержится ссылок на нарушение указанных пунктов, а лишь указываются два способа подачи заявки, без указания, каким именно образом должна быть оформлена заявка ФИО1

Довод заявителя апелляционной относительно подписания заявки от 28 апреля 2015 года неуполномоченным на то лицом, поскольку к заявке на технологическое присоединение ФИО1 была приложена доверенность, выданная ФИО1, не может быть принят апелляционным судом во внимание в силу следующего.

В указанной заявке содержатся сведения о паспортных данных ФИО1 (т. 1, л.д. 51), полностью совпадающих с паспортными данными, указанными в свидетельстве о государственной регистрации права собственности (т. 1, л.д. 54), что позволяло Обществу при имеющейся в доверенности опечатке достоверно идентифицировать лицо, подавшее заявку не только по фамилии, имени и отчеству, но и по серии и номеру паспорта.

В этой связи суд апелляционной инстанции отмечает, что выявленное противоречие, на которое обращено внимание в апелляционной жалобе, не помешало ОАО «ИЭСК» правильно указать отчество ФИО1 в письме-уведомлении от 14 мая 2015 года № 18323 (т. 1, л.д. 58).

При этом, как уже отмечалось ранее, в данном письме-уведомлении не содержится ссылок на отсутствие сведений и документов, указанных в пунктах 9, 10 и 12-14 Правил технологического присоединения, в том числе документа, предусмотренного подпунктом «д» пункта 10 этих Правил (доверенности представителя), на противоречия в поданных документах также не указано.

Изложенное выше (в том числе относительно совпадения паспортных данных в заявке и правоустанавливающем документе на земельный участок и возможности в связи с этим идентифицировать лицо, подавшее заявку) относится и к доводам заявителя апелляционной жалобы о том, что указанное в заявке ФИО1 от 9 апреля 2015 года и приложенной к ней доверенности отчество (Ростиславовна) не совпадало с отчеством, указанным в свидетельстве о государственной регистрации права (Ростиславна).

В соответствии с пунктом 15 Правил технологического присоединения сетевая организация направляет адрес заявителей в бумажном виде для подписания заполненный и подписанный проект договора в двух экземплярах и технические условия как неотъемлемое приложение к договору в течение 15 дней со дня получения заявки от заявителя (уполномоченного представителя).

Обществом данное требование Правил не исполнено.

Между тем, пунктом 5 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции (в редакции, действовавшей до 5 января 2016 года, то есть и на момент вынесения оспариваемого предупреждения) запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц, в том числе экономически или технологически не обоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности производства или поставок соответствующего товара, а также в случае, если такой отказ или такое уклонение прямо не предусмотрены федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами.

ОАО «ИЭСК» как сетевая организация занимает доминирующее положение на товарном рынке услуг по передаче электрической энергии в границах принадлежащих ей электрических сетей.

Следовательно, действия ОАО «ИЭСК» по необоснованному отказу ФИО1 в технологическом присоединении ее энергопринимающего устройства по адресу: г. Иркутск, Куйбышевский район, СНТ «Солнышко-1», ул. Сливовая, 8А, содержат признаки нарушения пункта 5 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

Как видно из вышеизложенного, Общество дважды в течение непродолжительного периода времени уклонилось от заключения договора с ФИО1, тогда как для квалификации действий ОАО «ИЭСК» как нарушающих положения Закона о защите конкуренции достаточно установления и одного факта необоснованного уклонения от рассмотрения по существу заявки на технологическое присоединение.

Одной из функций антимонопольных органов является выявление нарушений антимонопольного законодательства и принятие мер по прекращению нарушений антимонопольного законодательства (пункт 2 статьи 22 Закона о защите конкуренции).

Частью 2 статьи 39.1 Закона о защите конкуренции определено, что предупреждение выдается хозяйствующему субъекту, занимающему доминирующее положение, в случае выявления признаков нарушения пунктов 3, 5, 6 и 8 части 1 статьи 10 данного закона.

В рассматриваемом случае основанием для вынесения предупреждения послужило наличие в действиях Общества признаков нарушения антимонопольного законодательства, а именно пункта 5 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

В соответствии с частью 4 статьи 39.1 Закона о защите конкуренции и пунктом 2.2 Порядка выдачи предупреждения о прекращении действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, утвержденного приказом ФАС России от 14.12.2011 № 874 (далее – Порядок № 874), предупреждение должно содержать: выводы о наличии оснований для его выдачи; нормы антимонопольного законодательства, которые нарушены действиями (бездействием) лица, которому выдается предупреждение; перечень действий, направленных на прекращение нарушения антимонопольного законодательства, устранение причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, устранение последствий такого нарушения, а также разумный срок их выполнения.

Оспариваемое предупреждение Иркутского УФАС приведенным требованиям Закона о защите конкуренции и Порядка № 874 отвечает.

Согласно правовой позиции, выраженной в пункте 3 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2016 года, и постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2014 года № 18403/13, судебный контроль при обжаловании предупреждения как при проверке его соответствия закону, так и при оценке нарушения им прав и законных интересов должен быть ограничен особенностями вынесения такого акта, целями, достигаемыми этим актом, соразмерностью предписанных мер и их исполнимостью.

Поскольку предупреждение выносится при обнаружении лишь признаков правонарушения, а не его факта, то судебной проверке подлежит факт наличия таких признаков по поступившим в антимонопольный орган информации и документам как основаниям вынесения предупреждения.

Суд не устанавливает обстоятельства, подтверждающие факт совершения правонарушения, которые должны быть установлены антимонопольным органом при производстве по делу в случае его возбуждения, и не предрешает выводы антимонопольного органа в порядке главы 9 Закона о защите конкуренции. Суд ограничивается констатацией соответствия либо несоответствия предупреждения требованиям статьи 39.1 Закона о защите конкуренции и положениям Порядка № 874, с учетом того, что предписанные действия должны отвечать целям предупреждения и не могут выходить за пределы мер, необходимых для прекращения действий (бездействия), которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, устранения причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, а также его последствий.

Суд апелляционной инстанции полагает, что в рассматриваемом конкретном случае антимонопольный орган правильно усмотрел в имевших место на момент вынесения предупреждения действиях Общества признаки нарушения требований пункта 5 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции (в редакции, действовавшей до 5 января 2016 года) и, соответственно, правомерно выдал оспариваемое предупреждение.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы также рассмотрены, но при изложенных выше фактических обстоятельствах и правовом регулировании они не опровергают правильных по существу и мотивированных выводов и суждений суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявленного Обществом требования, в связи с чем обжалуемый судебный акт отмене или изменению не подлежит.

При подаче апелляционной жалобы ОАО «ИЭСК» по платежному поручению от 29 февраля 2016 года № 965 (т. 2, л.д. 25) уплачена государственная пошлина в сумме 3000 рублей, в то время как в соответствии с подпунктами 3 и 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации необходимо было уплатить 1500 рублей, в связи с чем излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 1500 рублей подлежит возврату Обществу из федерального бюджета.

Рассмотрев апелляционную жалобу на решение Арбитражного суда Иркутской области от 8 февраля 2016 года по делу № А19-16274/2015, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 8 февраля 2016 года по делу № А19-16274/2015 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить Открытому акционерному обществу «Иркутская электросетевая компания» (ИНН <***>) из федерального бюджета излишне уплаченную по платежному поручению от 29 февраля 2016 года № 965 государственную пошлину в сумме 1500 рублей, выдав справку.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Кассационная жалоба подается через Арбитражный суд Иркутской области.

Председательствующий судья Г.Г. Ячменёв

Судьи Д.Н. Рылов

Д.В. Басаев