Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Зайцевой А.В., в отсутствие в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в Четвертом арбитражном апелляционном суде представителей лиц, участвующих в деле, при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в Арбитражном суде Иркутской области:

от ООО «Иркутск-АВТОВАЗ»: ФИО1, доверенность от 12 июля 2016 года;

от ООО «Квант»: ФИО2, доверенность от 1 февраля 2017 года,

с участием судьи Арбитражного суда Иркутской области, осуществляющего организацию видеоконференц-связи, ФИО3, при ведении протокола совершения отдельного процессуального действия помощником судьи Явцевой Н.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Квант» на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 15 февраля 2017 года по делу № А19-10277/2015 по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Иркутск-АВТОВАЗ» (ОГРН <***>, ИНН <***>; место нахождения: <...>) к Обществу с ограниченной ответственностью «Квант» (ОГРН <***>, ИНН <***>; место нахождения: Иркутская область, г. Ангарск, Населенный пункт Южный, квартал 3-й, стр. 1) о взыскании 589 487,99 рублей,

(суд первой инстанции: Михайлова В.В.)

и установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Иркутск-АВТОВАЗ» (далее – ООО «Иркутск-АВТОВАЗ», истец) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Квант» (далее – ООО «Квант», ответчик) о взыскании 589 487,99 рублей, из которых: 273 759,50 рублей – расходы на восстановление автомобиля, 15 728,99 рублей – расходы на проведение экспертизы топлива, 300 000 рублей – размер арендных платежей.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 9 марта 2016 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 8 июня 2016 года (с учетом определения от 10 июня 2016 года об исправлении опечатки), заявленные ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» исковые требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 17 августа 2016 года названные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции счел преждевременным выводы арбитражных судов относительно протокола от 19 июня 2015 года № НО469 об отпуске истцу некачественного топлива; судами не дана оценка тому обстоятельству, что в принятом ими в качестве надлежащего доказательства протоколе испытаний от 5 июня 2015 года № Н0427 проводилось исследование образца топлива на предмет его соответствия ГОСТ Р 51105-97, в то время как в рамках экспертизы, назначенной определением Арбитражного суда Иркутской области от 22 октября 2015 года, установлено, что топливная система автомобиля пришла в негодность в результате несоответствия топлива требованиям иных нормативных документов - ГОСТ Р 51313-99, ГОСТ Р 51866-2002, что подтверждается заключением эксперта от 5 ноября 2015 года №16/15 (ответ на шестой вопрос – т. 1, л.д.265, 267), при этом взвешенных частиц экспертом в ходе исследования не обнаружено (ответ эксперта на дополнительный вопрос № 5 – т. 1, л.д.318); мотивов возможности причинения ущерба в результате заправки топлива, не соответствующего пункту 7.3 ГОСТ Р 5 1105-97, и ссылок на доказательства, подтверждающие это обстоятельство, судебные акты не содержат, а следовательно, выводы судов относительно наличия причинно-следственной связи между отпуском некачественного топлива и причинением ущерба также являются преждевременными.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа указал, что при новом рассмотрении судам следует учесть изложенное, установить все входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного рассмотрения спора обстоятельства, истребовать необходимые доказательства, и с учетом этого и полной, всесторонней оценки всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, представленных ими доказательств принять законное и мотивированное решение, а также с учетом результатов рассмотрения спора решить вопрос о распределении между сторонами судебных расходов, в том числе на оплату услуг представителя, проведение экспертизы, уплате государственной пошлине за кассационное рассмотрение дела.

По результатам повторного рассмотрения дела решением Арбитражного суда Иркутской области от 15 февраля 2017 года заявленные ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» исковые требования удовлетворены в полном объеме, с ООО «Квант» в пользу ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» взысканы убытки в сумме 589 487,99 рублей, судебные расходы в сумме 50 000 рублей, расходы по судебной экспертизе в сумме 38 000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины – 13 064,96 рублей. С ответчика в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина – 1 725,04 рублей.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела доказано наличие вины ответчика в причинении истцу убытков, а также причинной связи между действиями ответчика и понесенными убытками.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «Квант» обжаловало его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, ссылаясь на неправильное применение норм материального права и несоответствие выводов, изложенных в решении обстоятельствам дела. В частности, ответчик указывает, что законодательством, а именно действующими в Российской Федерации нормами ГОСТ и техническими условиями, четко регламентировано каким качественным характеристикам должен соответствовать тот или иной бензин; все марки бензина, реализуемых на автозаправочных станциях ООО «Квант», соответствуют нормам действующего законодательства, что подтверждается паспортами качества и декларациями о соответствии, находящимися на АЗС; при приобретении любого вида топлива на АЗС покупатели вправе ознакомиться с данными документами в свободном доступе. По мнению ООО «Квант», спорный договор содержал условия о качестве товара.

Как отмечает заявитель апелляционной жалобы, суд первой инстанции применил пункт 1 статьи 518 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), указав, что покупатель, которому поставлен товар ненадлежащего качества, вправе предъявить поставщику требования, предусмотренные статьей 475 этого Кодекса. При этом ответчик указывает, что исковые требования ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» не содержали ни одного требования, предусмотренного пунктом 2 статьи 475 Гражданского кодекса; истец не требовал заменить товар ненадлежащего качества, не требовал возврата уплаченной за товар суммы; более того, он продолжал сотрудничать с ответчиком по договору купли-продажи еще на протяжении четырех месяцев. На основании изложенного, ООО «Квант» полагает, что в данной части суд первой инстанции применил нормы закона, не подлежащие применению.

Ответчик не согласен с выводом суда первой инстанции о том, что показания свидетеля ФИО4 (сервисный консультант Общества с ограниченной ответственностью «Бакайлит-Авто» (далее – ООО «Бакайлит-Авто»)) являются объективными. Как указывает заявитель апелляционной жалобы, судом не было учтено, что автомобиль MERCEDES-BENZ E-350 4, государственный номер <***>, обслуживаемый ООО «Байкалит-Авто», находился на гарантии и от того, кто будет виновен в выходе из строя данного автомобиля (гарантийный случай или некачественное топливо) зависело, понесет ли официальный представитель «Мерседес» (ООО «Байкалит-Авто») расходы по гарантийному ремонту. Таким образом, по мнению ответчика, работник ООО «Байкалит-Авто» являлся заинтересованным лицом.

ООО «Квант» обращает внимание на то обстоятельство, что оно никогда не опровергало факт своего участия при отборе проб. При этом ООО «Квант» указывало только на то, что именно первая проба была взята без его участия.

По мнению ответчика, наличие существенных противоречий в показаниях свидетелей дает веские основания для отказа в принятии судом протокола испытаний № 0427 от 5 июня 2015 года в качестве надлежащего доказательства.

В апелляционной жалобе ООО «Квант» отмечает также, что суд первой инстанции основывает свои выводы о поставке ответчиком бензина ненадлежащего качества на сведениях Прокуратуры Иркутской области за 2014 год, не принимая при этом во внимание отсутствие каких-либо жалоб в 2015 году со стороны истца. При этом письмо Прокуратуры Иркутской области № 7/1-28-15 от 31 июля 2015 года содержит информацию о том, что проверки, проведенные в 2015 году, нарушений по качеству бензина не выявили.

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы указывает на отсутствие заинтересованности в правоотношениях ООО «Ресурс» и ООО «Квант»; взаимоотношения между данными организациями ограничены исключительно заключенным договором хранения; при этом совпадение номеров телефонов и электронной почты связано только с тем фактом, что обслуживание данных юридических лиц осуществляется одним и тем же секретариатом, который, помимо ООО «Ресурс» и ООО «Квант», обслуживает еще более 10 организаций.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу ООО «Иркутск-АВТОВАЗ», выражает согласие с решением суда первой инстанции, просит оставить его без изменения.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 АПК Российской Федерации, проанализировав доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей ООО «Квант» и ООО «Иркутск-АВТОВАЗ», изучив материалы дела, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 24 февраля 2014 года между ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» (покупателем) и ООО «Квант» (поставщиком) заключен договор № КВ-219-14 (т. 1, л.д. 11-15) на реализацию (поставку) нефтепродуктов с использованием электронных карт, по условиям которого поставщик обязуется передавать в собственность покупателю через автозаправочные станции нефтепродукты (продукцию), а покупатель обязуется принимать нефтепродукты посредством пластиковых карточек, предоставленных ему в пользование поставщиком, и оплачивать полученные нефтепродукты согласно условиям договора.

Как указывает ООО «Иркутск-АВТОВАЗ», в нарушение обязательств по договору № КВ-219-14 ООО «Квант» в его адрес были отпущены некачественные нефтепродукты, что привело к поломке топливной системы служебного автомобиля ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» - MERCEDES-BENZ E-350 4, государственный номер <***>; указанное обстоятельство, в частности, подтверждается протоколом испытаний изъятого из топливного бака бензина на соответствие ГОСТ, которым установлено, что поставленный ответчиком бензин не соответствует ГОСТ.

По утверждению истца, общая стоимость работ по ремонту автомобиля составляет 273 759,50 рублей; данные расходы являются его убытками, возмещение которых подлежит ответчиком, как лицом, поставившим некачественные нефтепродукты.

Названные обстоятельства послужили поводом для обращения ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Кроме того, принимая во внимание, что ввиду поломки автомобиля истец не имел возможности использовать автомобиль, однако обязательства по внесению арендной платы в соответствии с договором аренды от 1 июля 2014 года исполнять был обязан, ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» просило взыскать с ответчика убытки в размере 300 000 рублей, составляющие размер ежемесячной платы за аренду автомобиля, а также понесенные им расходы на оплату экспертизы топлива, изъятого из топливного бака автомобиля, в сумме 15 728,99 рублей.

Суд апелляционной инстанции считает правильными выводы суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения заявленных ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» требований, исходя из следующего.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

При этом из пункта 5 статьи 454 Гражданского кодекса следует, что договор поставки относится к отдельным видам договора купли-продажи и регулируется положениями о нем, если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса об этом виде договора.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 октября 1997 года № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением Положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки» разъяснено, что при рассмотрении споров, связанных с заключением и исполнением договора поставки, и отсутствии соответствующих норм в параграфе 3 главы 30 Кодекса суду следует исходить из норм, закрепленных в параграфе 1 главы 30 Кодекса (пункт 5 статьи 454), а при отсутствии таких норм в правилах о купле-продаже руководствоваться общими положениями Кодекса о договоре, обязательствах и сделках.

Как отмечалось выше, 24 февраля 2014 года между ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» (покупателем) и ООО «Квант» (поставщиком) заключен договор № КВ-219-14 на реализацию (поставку) нефтепродуктов с использованием электронных карт, по условиям которого поставщик обязуется передавать в собственность покупателю через автозаправочные станции нефтепродукты (продукцию), а покупатель обязуется принимать нефтепродукты посредством пластиковых карточек, предоставленных ему в пользование поставщиком, и оплачивать полученные нефтепродукты согласно условиям договора (т. 1, л.д. 11-15).

Раздел 2 названного договора определяет права и обязанности сторон.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 469 Гражданского кодекса продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи. При отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется.

Реализуемый на территории Российской Федерации автомобильный бензин должен соответствовать требованиям Технического регламента Таможенного союза «О требованиях к автомобильному и авиационному бензину, дизельному и судовому топливу, топливу для реактивных двигателей и мазуту» (ТР ТС 013/2011), утвержденного Решением Комиссии Таможенного союза от 18.10.2011 № 828.

Согласно пункту 2.1.4 договора от 24 февраля 2014 года № КВ-219-14 поставщик обязуется отпускать покупателю продукцию, соответствующую ГОСТ и техническим условиям, по видам, маркам и количеству, определенным покупателем в заявке на выдачу электронных карт.

В силу пункта 4.1 договора за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих договорных обязательств виновная сторона несет ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента (пункт 1 статьи 476 Гражданского кодекса).

Как следует из материалов дела, 2 июня 2015 года в 20 часов 21 минуту водителем ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» на автомобильной заправочной станции «ОМНИ» № 7 (далее – АЗС) в соответствии с договором поставки № КВ-219-14 от 24 февраля 2014 года была произведена заправка автомобиля MERCEDES-BENZ E-350 4, государственный номер <***>, находящегося во владении истца на праве аренды.

Названные обстоятельства подтверждаются представленным в материалы дела чеком терминала от 2 июня 2015 года (т. 1, л.д. 17).

Статьей 393 Гражданского кодекса предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1). Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2).

В свою очередь, статьей 15 Гражданского кодекса установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимают расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Убытки являются мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому истец, заявивший требование об их взыскании, должен доказать совокупность условий ответственности, а именно: факт причинения убытков, их размер, вину ответчика в возникновении данных убытков, а также причинную связь между понесенными истцом убытками и виновными действиями ответчика. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Из содержания приведенных выше норм следует, что для возложения на сторону договора обязанности по возмещению убытков, возникших у контрагента, необходимо наличие в действиях данного лица состава гражданского правонарушения, включающего в себя неправомерность деяния лица, в частности выразившееся в нарушении существовавшего между сторонами обязательства, а также возникновение убытков в определенном размере и причинную связь между совершенным деянием и возникшими убытками.

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении в совокупности всех указанных элементов деликтной ответственности.

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7) разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса).

В рассматриваемом случае исковые требования мотивированы тем, что вследствие поломки автомобиля, вызванной заправкой некачественным топливом на автомобильной заправочной станции ответчика, ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» были причинены убытки.

Из пояснений истца следует, что 3 июня 2015 года автомобиль MERCEDES-BENZ E-350 4, государственный номер <***> перестал заводиться и был доставлен официальному дилеру «Мерседес» - ООО «Байкалит Авто», специалистами которого был диагностирован выход из строя всей топливной системы автомобиля из-за некачественного топлива, а также зафиксировано наличие геля на внутренних стенках топливного бака, элементах насоса и фильтра.

Далее, в присутствии представителя ответчика был произведен забор топлива из топливного бака автомобиля и впоследствии топливо, отобранное из топливного бака автомобиля, передано на экспертизу в Федеральное бюджетное учреждение «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Иркутской области» (доказательства обратного в имеющихся у суда материалах дела отсутствуют).

С 4 июня 2015 года по 5 июня 2015 года специалистами (экспертами) Испытательного цента Федерального бюджетного учреждения «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Иркутской области» проведены испытания, в результате которых установлено, что представленный образец бензина не соответствует требованиям ГОСТ Р 51105-97 (протокол испытаний от 5 июня 2015 года контрольный номер № Н0427, т. 1, л.д. 23).

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал, что отбор топлива 3 июня 2015 года производился без участия представителя поставщика.

Суд кассационной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции, указал, что в материалах дела имеется протокол испытаний Федерального бюджетного учреждения «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Иркутской области» от 19 июня 2015 года контрольный номер № Н0469 (т. 1, л.д. 73), в котором отражено, что изъятый из бензобака автомобиля бензин является чистым и прозрачным. При этом в указанном протоколе имеется информация, что исследованная проба изъята из бензобака автомобиля 3 июня 2015 года.

Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа также указано, что отклоняя ссылки ответчика на протокол от 19 июня 2015 года контрольный номер № Н0469, суды со ссылкой на акт ООО «Байкалит-Авто» от 3 июня 2015 года указали, что данная проба изъята после заправки автомобиля новым топливом, однако из указанного акта (т. 1, л.д. 18) не усматривается, что отбор проб, указанных в рассматриваемом протоколе, произошел после заправки автомобиля новым топливом; отклоняя доводы ответчика относительно того, что один из отборов образцов проб проведен в его отсутствие, суды сослались на ответ ООО «Квант» от 5 июня 2015 года № 625 на претензию, в котором указано, что отбор пробы был произведен в присутствии представителя ответчика 3 июня 2015 года (т. 1, л.д. 25), однако не обосновали, каким образом они пришли к выводу о том, что данная информация касается пробы, указанной в протоколе испытаний от 5 июня 2015 года № Н0427 (где установлены нарушения ГОСТ Р 51105-97), а не пробы, отобранной 3 июня 2015 года и указанной в протоколе испытаний от 19 июня 2015 года контрольный номер № Н0469 (где никаких нарушений не установлено).

Выполняя в соответствии с требованиями части 2.1 статьи 289 АПК Российской Федерации приведенные выше указания Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа, суд первой инстанции в порядке статьи 88 АПК Российской Федерации опросил в качестве свидетелей: заместителя главного инженера ООО «КВАНТ» ФИО5, сервисного консультанта ООО «Байкалит-Авто» ФИО4 и бывшего водителя ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» ФИО6

В частности, в судебном заседании 16 января 2017 года судом первой инстанции был опрошен свидетель ФИО5, из пояснений которого следует, что он является заместителем главного инженера по производству ООО «Квант»; свидетель пояснил, что в начале лета 2015 года ему позвонил генеральный директор и указал, что возникла проблема, необходимо взять отбор бензина в мастерской. Приехав в мастерскую ООО «Байкалит-Авто», ФИО5 потребовал произвести отбор бензина, однако работник ООО «Байкалит-Авто» и водитель ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» ему пояснили, что ими отбор бензина уже взят в его отсутствие, показав две бутылки.

Согласно пояснениям ФИО5, работник ООО «Байкалит-Авто» предложил «раскачать» автомобиль, поскольку имеется вероятность, что бензин в баке еще остался; работником ООО «Байкалит-Авто» был разобран автомобиль и с бензобака удалось набрать бензин в бутылку, привезенную ФИО5; впоследствии бутылка была опечатана, на бутылке расписались работник истца, работник автомастерской и ФИО5, сторонами был составлен акт.

По утверждению ФИО5, при нем «новый» бензин в бензобак не заливался.

Опрошенный в судебном заседании 16 января 2017 года свидетель ФИО6 пояснил, что в июне 2015 он являлся водителем автомобиля «Мерседес», заправку автомобиля производил исключительно по электронной карте «ОМНИ»; представитель ответчика присутствовал в ООО «Байкалит-Авто» при проведении диагностики автомобиля, автомобиль был разобран при его участии, забор бензина был произведен также при участии представителя ООО «Квант», с бензобака была взята проба бензина и залита в пластиковую бутылку, которая была опечатана, на бутылке расписались представитель ООО «Квант» и работник ООО «Байкалит-Авто»; после полного опорожнения бака на его стенках был обнаружен гель и представитель ООО «Байкалит-Авто», очистив бензобак от геля, предложил заправить бензобак «иным» бензином, за которым съездил ФИО6; представитель ответчика пробу бензина в свою бутылку взял именно после заправки бензобака привезенным ФИО6 бензином и очистки мастером ООО «Байкалит-Авто» бензобака от геля; далее ФИО6 бутылка с бензином была отвезена на экспертизу.

Судом первой инстанции обоснованно указано, что в свидетельских показаниях имеются противоречия, в связи с чем суд пришел к выводу о том, что к свидетельским показаниям ФИО5 и ФИО6 следует относиться критически, поскольку ФИО5 по настоящее время является работником ООО «Квант», находится в служебной зависимости, следовательно, объективно дать суду свидетельские показания не может; показания же ФИО6, по мнению суда первой инстанции, являются противоречивыми: свидетель указывает на то, что на его опечатанной бутылке представитель ответчика расписался, однако, исходя из представленных суду фотографий, на этикетке подпись ФИО5 отсутствует.

В судебном заседании 6 февраля 2017 года судом первой инстанции был опрошен свидетель ФИО4, который является сервисным консультантом ООО «Байкалит-Авто». Свидетель пояснил суду, что электронная диагностика автомобиля «Мерседес» выявила неисправность топливной системы автомобиля, в связи с чем, было принято решение о вскрытии топливного бака; представитель АЗС «ОМНИ» был вызван до разборки автомобиля; после разборки бензобака в топливной системе автомобиля в присутствии представителей истца и ответчика им было обнаружено большое количество геля на приемных сетках топливного фильтра и насоса, стенках бензобака.

Свидетель ФИО4 указал также, что после разборки топливного бака в присутствии представителя АЗС «ОМНИ» был произведен забор топлива в емкости, которые были подписаны работниками сервисного центра и водителем автомобиля «Мерседес»; на тот момент проблемы в городе с топливными системами автомобилей возникали часто, в течение трех месяцев, проблемы возникали с бензином АЗС «ОМНИ» марок АИ-92, АИ-95 и АИ-98; однако в некоторых случаях помогала замена топлива, в связи с чем, топливо с автомобиля было слито и в топливный бак был залит бензин с иной заправки, однако автомобиль не заработал; после чего, работник АЗС «ОМНИ» попросил дополнительно ему в его емкость залить тот бензин, который был привезен с другой заправки, его просьба была выполнена, то есть у представителя АЗС «ОМНИ» оказалось две бутылки топлива – одна с бензином, который был в автомобиле первоначально и вторая – с бензином, взятым с иной заправки и залитым позднее.

По утверждению ФИО4, отбор проб бензина во всех случаях (при разборке топливной системы и после заправки новым топливом) производился исключительно в присутствии представителя АЗС «ОМНИ», при этом последний отказался ставить свою подпись на опечатанных бутылках с бензином, указав на отсутствие полномочий на это.

При этом судом первой инстанции верно отмечено, что пояснения свидетеля ФИО4 подтверждаются актом ООО «Байкалит-Авто» от 3 июня 2015 года.

Как следует из акта от 3 июня 2015 года (т. 1, л.д. 18), в ходе диагностики автомобиля MERCEDES-BENZ E-350 4, государственный номер <***> VIN <***> выявлена некорректная работа форсунок и низкое давление в низком контуре топливной системы. Принято решение о вскрытии топливного бака: на дне топливного бака выявлены следы постороннего вещества, похожего на гель. Также данное вещество обнаружено: на стенках топливного насоса и на его приемной сетке грубой очистки, в приемной трубке топливного фильтра тонкой очистки (топливный фильтр не является разборным, вероятность его засорения данным гелем велика). Произведено опорожнение топливного бака, на дне обнаружены следы постороннего гелеобразного вещества. В акте также указано, что произведен забор топлива в отдельную емкость; в автомобиль залит другой бензин; двигатель работает некорректно; требуется мойка топливного бака со снятием, замена топливного фильтра с комплектом прокладок, топливного насоса с комплектом прокладок, установочного комплекта всех форсунок, а также замена всех свечей зажигания.

Таким образом, показания ФИО4 практически повторяют показания ФИО6, при этом ФИО4 не состоит ни в каких трудовых (служебных) отношениях с истцом и ответчиком, что было принято во внимание судом первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что показания свидетеля ФИО4 являются последовательными и объективными, а доводы ООО «Квант» и наличии у данного свидетеля некой заинтересованности в положительном для истца результате рассмотрения дела надуманными и бездоказательными.

С учетом изложенного судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» на исследование был направлен бензин, отобранный именно 3 июня 2015 года, а ООО «Квант» для проведения экспертизы мог быть был направлен бензин с другой заправки, который был залит в бензобак позднее, поскольку у ФИО5 имелось две бутылки с образцами.

Таким образом, протокол испытаний от 19 июня 2015 года, представленный ООО «Квант», обоснованно не принят судом первой инстанции в качестве доказательства соответствия качества топлива установленным стандартам.

Кроме того, как уже отмечалось ранее, доводы ответчика о том, что отбор топлива 3 июня 2015 года производился без участия представителя поставщика опровергается ответом ООО «Квант» от 5 июня 2015 года № 625 на претензию, в котором указано, что отбор пробы был произведен в присутствии представителя ответчика 3 июня 2015 года (т. 1, л.д. 25).

Служебную записку работника ООО «Квант» ФИО5 от 4 июня 2015 года суд первой инстанции обоснованно оценил критически, поскольку ФИО5 является работником ответчика и, следовательно, является заинтересованным лицом по отношению к ООО «Квант».

Чек терминала подтверждает заправку на АЗС «ОМНИ» автомобиля MERCEDES-BENZ E-350, принадлежащего истцу на праве аренды.

Учитывая наличие указанных доказательств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что материалами дела, в частности, протоколом испытаний Федерального бюджетного учреждения «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Иркутской области» подтверждено, что бензин, поставленный ответчиком истцу через АЗС «ОМНИ» 2 июня 2015 года в рамках договора № КВ-219-14 от 24 февраля 2014 года, не соответствовал требованиям ГОСТ, в то время как в силу пункта 2.1.4 спорного договора поставщик обязался отпускать покупателю продукцию, соответствующую ГОСТ и техническим условиям, по видам, маркам и количеству, определенным покупателем в заявке на выдачу электронных карт.

Согласно части 1 статьи 82 АПК Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Поскольку арбитражный суд не обладает специальными знаниями в области ремонта автомобилей, учитывая наличие между сторонами спора о причинах выхода из строя топливной системы автомобиля, целесообразности замены всех деталей топливной системы, возможности их восстановления без замены определением суда от 22 октября 2015 года по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено эксперту Научно-учебно-экспертного и консультационного центра технической эксплуатации, обслуживания и ремонта автомобилей «Автотранспортные технологии» ФИО7; на разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1) какие ошибки регистрирует диагностический сканер при проверке двигателя автомобиля MERCEDES-BENZ E-350 4, государственный номер <***>?;

2) какие неисправности имеются в системе питания двигателя автомобиля?;

3) какие неисправности имеет топливный насос автомобиля и какова природа их возникновения?;

4) какие неисправности имеют топливные форсунки автомобиля и какова природа их возникновения?;

5) в каком техническом состоянии находятся топливные фильтры автомобиля?;

6) имеется ли и какова причинно-следственная связь между топливом, не соответствующим ГОСТу и вышеуказанным неисправностям?;

7) возможна ли дальнейшая эксплуатация топливного насоса? Если да, то какие существуют методы его восстановления? Если нет, то обосновать невозможность восстановления;

8) возможна ли дальнейшая эксплуатация форсунок? Если да, то какие существуют методы восстановления? Если нет, то обосновать невозможность восстановления;

9) могли ли возникшие неисправности произойти из-за заправки автомобиля бензином с октановым числом ниже 95?

Из представленного в материалы дела экспертного заключения № 16/15 от 5 ноября 2015 года (т. 1, л.д. 260-284) следует, что экспертом были установлены такие неисправности в системе питания двигателя топливом, как-то: низкое давление топлива, нагар черного цвета на распылителях форсунок, седлах клапанов и клапанах; на распылителях форсунок, седлах клапанов и клапанах имеется нагар черного цвета, нарушающий их герметичность; топливные фильтры имеют повышенное сопротивление, возникшее вследствие образования на фильтрующих элементах бесцветных, микроскопических отложений, перекрывших поры фильтрующих элементов; неисправности топливных фильтров и форсунок вызваны эксплуатацией автомобиля на топливе, не соответствующем ГОСТ Р 51313-99, ГОСТ Р 51866-2002; дальнейшая эксплуатация топливного насоса, форсунок и восстановление их работоспособности невозможны, при этом эксперт указал, что возникшие неисправности не могли произойти из-за заправки автомобиля бензином с октановым числом ниже 95.

Таким образом, экспертом подтверждено, что топливная система автомобиля вышла из строя именно по причине ненадлежащего качества топлива.

Ответчик в обоснование своей позиции ссылался на наличие противоречий между выводами эксперта и заключением Федерального бюджетного учреждения «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Иркутской области» (контрольный номер № Н0427 от 5 июня 2015 года) в части установления несоответствия отобранных образцов требованиям тех или иных ГОСТ.

Действительно, как следует из протокола испытаний Федерального бюджетного учреждения «Государственный региональный центр стандартизации, метрологии и испытаний в Иркутской области» (контрольный номер № Н0427 от 5 июня 2015 года), в пробе представленного образца бензина имеются взвешенные частицы, тогда как согласно экспертному заключению эксперта ФИО7 и ответам последнего на вопросы сторон, в ходе исследования взвешенных частиц обнаружено не было.

Кроме того, согласно протоколу испытаний контрольный номер № Н0427 от 5 июня 2015 года) образец бензина не соответствует требованиям ГОСТ Р 51105-97, в то время как в рамках экспертизы установлено, что топливная система автомобиля пришла в негодность в результате несоответствия топлива требованиям иных нормативных документов – ГОСТ Р 51313-99, ГОСТ Р 51866-2002.

Арбитражным судом Иркутской области с учетом названных возражений и указаний суда кассационной инстанции были направлены дополнительные вопросы эксперту ФИО7

7 ноября 2016 года в Арбитражный суд Иркутской области поступили пояснения эксперта ФИО7 (т. 3, л.д. 5-8), из содержания которых следует, что ГОСТ Р 51866-2002 является одним из нормативных документов при разработке изменений к ГОСТ Р 51105-97, что отмечено в разделе втором «Нормативные ссылки» ГОСТ (а) Р 51105-97, в связи с чем, требования к физико-химическим и эксплуатационным показателям бензина Регуляр-92, представленные в Таблице 1 вышеуказанных ГОСТов идентичны, то есть противоречий между ними нет; по этой причине однозначно можно сделать вывод, что неисправности в автомобиле Мерседес вызваны эксплуатацией на топливе, которое не соответствует ГОСТ Р 51105-97; ссылка на ГОСТ Р 51313-99 в заключении эксперта от 5 ноября 2015 года № 16/15 представлена как пример системного совершенствования и развития требований к физико-химическим и эксплуатационным показателям бензина и последующим переходам к ГОСТ Р 51866-2002.

Эксперт ФИО7 также пояснил, что в ходе исследования в топливном фильтре не обнаружено взвешенных частиц в виде геля, растворяющегося в бензине при положительных температурах, но бесцветные, микроскопические отложения частиц геля, перекрывшие поры фильтрующего элемента, значительно повысили его сопротивление, что вызывает недостаточное давление топлива в рампе и сопровождается включением лампы Check.; установленные неисправности топливного фильтра вызваны эксплуатацией автомобиля на топливе, не соответствующем требованиям ГОСТ Р 21105-97; физико-химические и эксплуатационные показатели бензинов марок Премиум ЕВРО-95, приведенные в таблице 1 ГОСТ Р 51866-2002, идентичны аналогичным требованиям ГОСТ Р 51105-97 и являются одновременно показателями, которым должен соответствовать бензин марки Регуляр-92, кроме октанового числа топлива, которое должно быть не ниже 92,0 по исследовательскому методу.

Кроме того, экспертом однозначно указано, что неисправности в спорном автомобиле возникли в результате эксплуатации автомобиля на топливе, не соответствующем требованиями ГОСТ Р 51105-97, и присутствовали в нем до заливания в бак бензина в сервисном центре.

На основании изложенного доводы ООО «Квант» в указанной части также подлежат отклонению.

Судом первой инстанции верно отмечено, что само по себе отсутствие жалоб иных автовладельцев на качество бензина марки АИ-92 в период с 20 мая 2015 года по 15 июня 2015 года не свидетельствует о том, что поставленный ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» бензин был надлежащего качества, при этом судом также указано, что наличие или отсутствие жалоб на качество топлива не представляется возможным проверить, поскольку такая информация не относится к публичной.

Более того, как следует из статьи, размещенной на интернет-портале weacom.ru (http://weacom.ru/news/irk/transport/161345), коммерческий директор компании «ОМНИ» Игорь Шептал наличие жалоб на качество топлива подтвердил, указав на появление геля в топливных фильтрах после заправки (т. 1, л.д. 87-88; уведомление от 7 августа 2015 года, т. 1, л.д. 89).

Из письма Прокуратуры Иркутской области от 31 июля 2015 года № 7/1-328-15 (т. 1, л.д. 90) также следует, что в ходе проведенной в 2014 году проверки автозаправочных станций, в том числе АЗС «ОМНИ», было установлено, что на автозаправочных станциях указанной организации использовался бензин ненадлежащего качества.

Подобные доказательства, хотя и не подтверждают прямо факт заправки на АЗС «ОМНИ» 2 июня 2015 года в 20 часов 21 минуту автомобиля MERCEDES-BENZ E-350 4, государственный номер <***> некачественным автомобильным бензин, но определенно свидетельствуют о том, что в 2014-2015 года ответчиком в ряде случаев осуществлялась реализация некачественного бензина, следствием чего являлось появление геля в топливных фильтрах (как и в рассматриваемом случае).

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ответчиком по договору поставки было реализовано топливо ненадлежащего качества, что привело к выходу из строя автомобиля, находящегося во владении истца; при этом суд полагает также обоснованными доводы истца о том, что образование геля на топливных частях автомобиля происходило длительное время (договор на реализацию (поставку) нефтепродуктов заключен между истцом и ответчиком 24 февраля 2014 года и заправка автомобиля производилась на АЗС «ОМНИ» с 1 июля 2014 года).

Само по себе отсутствие в заявке на выдачу смарт-карт указания на автомобиль MERCEDES-BENZ E-350 4, как верно отметил суд первой инстанции, правового значения в рассматриваемом деле не имеет, поскольку из договора поставки не усматривается запрета на передачу карт для заправки иных транспортных средств.

Относительно доводов ООО «Квант» о том, что все реализуемые ответчиком марки бензина соответствуют нормам действующего законодательства, что подтверждается паспортами качества и декларациями о соответствии, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как установлено судом первой инстанции, ООО «Ресурс», выдавшее паспорт качества на бензин ООО «Квант», находятся по одному адресу (паспорт качества ООО «Ресурс» - т. 2, л.д. 109); у указанных организаций на их фирменных бланках совпадают номера телефонов (т. 2, л.д. 109; т. 1, л.д. 25), при этом исходя из скриншотов электронной переписки истца и ответчика, с электронной почты, которая указана на фирменном бланке ООО «Ресурс», истцу направлялись письма от имени ответчика.

Названные обстоятельства, по обоснованному замечанию суда первой инстанции, могут свидетельствовать о наличии заинтересованности (взаимозависимости) в правоотношениях ООО «Ресурс» и ООО «Квант».

Согласно статье 401 Гражданского кодекса лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (пункт 1). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2). Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25) и пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 указано, что если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Оценив по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе экспертное заключение, ответы эксперта на вопросы сторон, показания свидетелей, суд первой инстанции пришел к обоснованному и мотивированному выводу о наличии всех предусмотренных статьями 15, 393 и 401 Гражданского кодекса условий наступления гражданско-правовой ответственности ответчика за неисполнение (ненадлежащее исполнение) своих обязательств по договору: наличие убытков (в виде необходимости оплаты выставленных сервисным центром счетов на оплату запасных частей), их размер, ненадлежащее исполнение ответчиком договорных обязательств (отпуск топлива ненадлежащего качества; невозмещение истцу возникших убытков по причине продажи некачественного товара), наличие причинно-следственной связи между допущенным ответчиком нарушением обязательств и возникшими убытками (именно по причине продажи ответчиком - при осуществлении обычной хозяйственной деятельности - бензина ненадлежащего качества истцом были понесены убытки).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации Ф № 25 указано, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Обращаясь с требованием о взыскании убытков в виде расходов на ремонт автомобиля, ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» просит взыскать стоимость замененных при ремонте запасных частей и выполненных сервисных центром работ в сумме 273 759 рублей.

В подтверждение понесенных расходов истцом в материалы дела представлены:

- платежное поручение № 961 от 27 октября 2015 года на сумму 21 940 рублей (т. 1, л.д. 288);

- счет № 54286 от 26 октября 2015 года (т. 1, л.д. 289);

- акт выполненных работ к ремонтному заказ-наряду от 26 октября 2015 года (т. 1, л.д. 307);

- товарная накладная № 0000018391 от 21 июля 2015 года (т. 1, л.д. 290-291);

- платежное поручение № 451 от 8 июня 2015 года на сумму 251 819 рублей (т. 1, л.д. 29).

Довод ООО «Квант» о том, что необходимость в замене топливных форсунок отсутствовала, опровергается заключением эксперта.

Учитывая изложенное, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о том, что требования истца в части возмещения убытков в виде расходов на ремонт автомобиля подлежат удовлетворению в полном объеме, в сумме 273 759 рублей.

Относительно требований истца в части взыскания убытков в сумме 300 000 рублей в виде стоимости арендных платежей по договору аренды транспортного средства без экипажа от 1 июля 2014 года, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как следует из материалов дела, 1 июля 2014 года между ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» (арендатор) и ООО «Арлан-Сибирь» (арендодатель) заключен договор аренды транспортного средства без экипажа (т. 1, л.д. 20-21).

Согласно пункту 1.1 названного договора арендодатель передает во временное владение и пользование арендатору принадлежащий ему на праве собственности легковой автомобиль MERCEDES-BENZ E-350 4, государственный номер <***>, 2013 года изготовления, VIN <***>, цвет – черный, кузов № <***>, № двигателя 27695230430107 для использования в соответствии с производственной деятельностью арендатора.

В соответствии с пунктами 2.1 и 2.2 договора арендодатель предоставляет, а арендатор возвращает автомобиль в исправном состоянии; арендатор обязуется по истечении срока действия договора возвратить автомобиль арендодателю в надлежащем техническом состоянии с учетом нормального износа.

Арендная плата по договору составляет 150 000 рублей, в том числе налог на добавленную стоимость, и выплачивается арендатором ежемесячно перечисление денежных средств на расчетный счет арендодателя, не позднее 2 числа текущего месяца до окончания срока действия настоящего договора (пункт 3.1 договора).

Во исполнение обязательств, принятых по договору аренды транспортного средства без экипажа от 1 июля 2014 года истцом произведена оплата арендных платежей в размере 300 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 553 от 7 июля 2015 года (т. 1, л.д. 76), № 562 от 9 июля 2015 года (т. 1, л.д. 75).

Ранее уже отмечалось, что пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса установлено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса).

Учитывая то обстоятельство, что предмет договора аренды от 1 июля 2014 года – автомобиль MERCEDES-BENZ E-350 4, государственный номер <***> в течение 2 месяцев (с июня по июль 2015 года включительно) не использовался по назначению по вине ответчика, то имеются основания для возложения на него обязанности по возмещению убытков и по этому виду расходов.

Следовательно, в качестве убытков взысканию с ответчика подлежат расходы по уплате арендной платы за пользование транспортным средством в период невозможности его использования – простоя (июнь и июль 2015 года).

Суд апелляционной инстанции также соглашается с выводом суда первой инстанции об обоснованности требования ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» о взыскании убытков в размере 15 728,99 рублей, связанных с проведением экспертизы качества топлива, поскольку указанные убытки также возникли по вине поставщика, отпустившего бензин ненадлежащего качества.

Иные доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, относящиеся к существу спора, судом апелляционной инстанции также проверены, но при изложенных выше фактических обстоятельствах, правовом регулировании они не опровергают правильных и мотивированных выводов суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания убытков в виде произведенных им арендных платежей за июнь и июль 2015 года в размере 300 000 рублей, а также убытков, связанных с проведением экспертизы топлива в размере 15 728,99 рублей.

В частности, ссылка суда первой инстанции на неподлежащие применению при рассмотрении настоящего спора положения статей 475 и 518 Гражданского кодекса не привела к принятию неправильного по существу решения.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны (часть 1 статьи 110 АПК Российской Федерации).

ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» при обращении в суд уплачена государственная пошлина в сумме 13 064,96 рублей платежным поручением № 516 от 26 июня 2015 года.

Исходя из положений статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, размер госпошлины по настоящему делу составляет 14 790 рублей.

В этой связи по правилам статьи 110 АПК Российской Федерации с ООО «КВАНТ» подлежат взысканию в пользу ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» судебные расходы по уплате государственной пошлины 13 064,96 рублей; в доход федерального бюджета государственная пошлина в неоплаченном истцом размере – сумме 1 725,04.

Кроме того, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы за проведенную по делу судебную экспертизу в сумме 38 000 рублей.

ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» также заявило о взыскании судебных расходов в сумме 50 000 рублей, понесенных в связи с рассмотрением настоящего дела в суде.

В подтверждение понесенных расходов истцом в материалы дела представлены, в частности, следующие доказательства: договор № 01-03/15 об оказании юридических услуг от 3 июня 2015 года (т. 1, л.д. 49) и расходный кассовый ордер № 1187 от 1 декабря 2015 года об оплате услуг в сумме 50 000 рублей (т. 1, л.д. 297).

На основании пункта 1 названного договора заказчик (ООО «Иркутск-АВТОВАЗ») поручает и оплачивает, а исполнитель (ФИО1) принимает на себя обязательство оказать услуги по досудебному и, в случае необходимости, судебному сопровождению спора с ООО «Квант» о взыскании убытков по договору № КВ-219-14 от 24 февраля 2014 года. В рамках настоящего договора исполнитель обязуется выполнить полный комплекс юридических мероприятий, направленных на защиту интересов заказчика.

В обязанности исполнителя, согласно пункту 2.2 договора, входит судебная работа по взысканию долга в арбитражном суде (при невозможности урегулирования спора в досудебном порядке), которая в себя включает формирование необходимого пакета документов, составление искового заявления и направление их в суд, участие в судебных заседаниях арбитражного суда первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, представление всех необходимых заявлений, ходатайств, пояснений, реализации иных прав, предоставленных законом, в целях достижения максимального положительного эффекта в пользу заказчика. Сопровождение исполнительного производства либо самостоятельная работа исполнителя по получению заказчиком присужденных сумм также входит в обязанности исполнителя.

Пунктом 5 договора предусмотрено, что стоимость услуг исполнителя формируется следующим образом: 15 000 рублей оплачивается в течение 5 дней с момента подписания настоящего договора; 35 000 рублей - в течение 5 дней с момента обращения в арбитражный суд, при наличии такой необходимости.

Из материалов дела усматривается, что во исполнение условий пункта 2 договора об оказании юридических услуг № 01-03/15 от 3 июня 2015 года (т. 1, л.д. 49) ФИО1 составила исковое заявление и подготовила необходимые приложения к иску, дополнения к исковому заявлению, уточнения к исковому заявлению, иные процессуальные документы, приняла участие в нескольких судебных заседании по настоящему делу в арбитражных судах первой и кассационной инстанций.

Расходным кассовым ордером № 1187 от 1 декабря 2015 года (т. 1, л.д. 297) истцом оплачены юридические услуги в сумме 50 000 рублей.

Оценив указанные доказательства по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации, суд апелляционной инстанции полагает, что они достоверно подтверждают факт несения ООО «Иркутск-АВТОВАЗ» (в связи с рассмотрение настоящего дела) судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.

Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека исходит из того, что судебные издержки и расходы возмещаются в истребуемом размере, если будет доказано, что расходы являются действительными, понесенными по необходимости и что их размер является разумным и обоснованным (& 79 Постановления Европейского Суда по правам человека от 25 марта 1999 года по делу № 31195/96 «Nikolova v. Bulgaria», & 56 Постановления Европейского Суда по правам человека от 21 декабря 2000 года по делу № 33958/96 «Wettstein v. Switzerland» и & 220 Постановления Европейского Суда по правам человека от 27 сентября 1995 года по делу № 18984/91 «McCann and others v. the United Kingdom»).

Из Постановлений Европейского суда по правам человека от 18 ноября 2004 года по делу № 58255/00 «Prokopovich v. Russia», от 24 февраля 2005 года по делу № 25964/02 «Poznakhirina v. Russia» и от 9 июня 2005 года по делу № 55723/00 «Fadeyeva v. Russia» следует, что возмещению подлежат только те расходы, которые вынужденно возникли в связи с действиями, которые являются полезными для надлежащего судебного разбирательства и эффективной защиты прав заявителя.

В пункте 20 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 82 разъяснено, что при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности: время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

При этом согласно правовой позиции, выраженной в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1), лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2 и 41 АПК Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1).

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 2 статьи 110 АПК Российской Федерации) (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1).

В пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 5 декабря 2007 года № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» указано, что лицо, требующее возмещения судебных издержек, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21 декабря 2004 года № 454-О, следует, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК Российской Федерации). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 41 АПК Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

При этом разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1).

Ответчиком в материалы дела не представлено доказательств неразумности либо чрезмерности заявленных истцом ко взысканию судебных расходов.

Кроме того, в рассматриваемом случае в целях определения разумности заявленной суммы судебных издержек на представителя судом первой инстанции принята во внимание стоимость аналогичных услуг, указанная в Рекомендациях о порядке определения размера вознаграждения при заключении соглашений об оказании юридической помощи, оказываемых адвокатами, утвержденных решением Совета Адвокатской палаты Иркутской области 27 сентября 2012 года.

Пунктом 2.6. Рекомендаций о порядке определения размера вознаграждения при заключении соглашений об оказании юридической помощи, оказываемых адвокатами, минимальный размер вознаграждения адвоката за оказание юридической помощи в арбитражном суде определен в размере 50 000 рублей за каждую инстанцию.

Учитывая характер спора, сложность поднимаемых правовых вопросов, объем совершенных представителем истца процессуальных действий и представленных доказательств, а также принимая во внимание длительность рассмотрения дела, суд апелляционной инстанции полагает обоснованными заявленные расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.

При этом в апелляционной жалобе убедительных доводов о неразумности или чрезмерности судебных расходов на оплату услуг представителя не приведено.

При изложенных фактических обстоятельствах и правовом регулировании, имеющихся в материалах дела доказательствах, а также принимая во внимание, что судом первой инстанции в полной мере выполнены указания Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа, приведенные в постановлении от 17 августа 2016 года по настоящему делу, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных процессуальным законом оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Рассмотрев апелляционную жалобу на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 15 февраля 2017 года по делу № А19-10277/2015, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 15 февраля 2017 года по делу № А19-10277/2015 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Кассационная жалоба подается через Арбитражный суд Иркутской области.

Председательствующий судья Г.Г. Ячменёв

Судьи Д.В. Басаев

В.А. Сидоренко