Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Егожа А.К., в судебном заседании принимали участие: внешний управляющий общества с ограниченной ответственностью «Монолог» ФИО1 лично; финансовый управляющий ФИО2, лично, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу внешнего управляющего общества с ограниченной ответственностью «Монолог» ФИО1 на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 28.06.2022 по делу № А73-3309/2020 (вх.№ 157257)по заявлению финансового управляющего ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Монолог» (ИНН <***>) о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделок, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 23.03.2020 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО3. Решением от 17.02.2020 ФИО3 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Определением от 21.06.2021 ФИО4 освобожден от обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО3 Определением от 09.08.2021 финансовым управляющим утвержден ФИО2.

28.10.2021 финансовый управляющий обратился в суд, в рамках дела о банкротстве, с заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи транспортных средств от 19.04.2017 № 3, от 19.04.2017 № 2, от 19.04.2017 № 4 по цене 1 700 000 руб. каждое, применении последствий недействительности сделки. В обоснование заявления финансовый управляющий указал, что действия должника по отчуждению имущества общей стоимостью 5 100 000 руб., при наличие признаков неплатежеспособности, повлекшее причинение ущерба имущественным интересам кредиторов должника, является недействительным на основании п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, ст. 10 ГК РФ.

Определением от 14.04.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, в порядке ст. 51 АПК РФ, привлечён Росфинмониторинг в лице Межрегионального управления Федеральной Службы по Финансовому Мониторингу по ДФО.

Внешний управляющий ООО «Монолог» по доводам заявления возражал, указывая на отсутствие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, а также представляя доказательства оплаты по договорам (выписка с расчетного счета ООО «Монолог» в ПАО «Сбербанк России», из которой следует, что счёта №40702810570000019743810 в пользу ФИО3 общество совершило платежи: по договору №1 - № 45 от 19.04.2017 на сумму 160 000 руб., № 53 от 03.05.2017 на сумму 1 000 000 руб.; по договору №2 - № 46 от 19.04.2017 на сумму 1 700 000 руб.; по договору № 3 - №58 от 03.05.2017 на сумму 700 000 руб., № 60 от 18.05.2017 на сумму 278 000 руб.; по договору № 4 - №59 от 03.05.2017 на сумму 600 000 руб., №54 от 03.05.2017 на сумму 1 000 000 руб., всего на 5 436 000 руб.). Письмом от 20.05.2017 произведено изменение назначения платежей, с указанием, что платёж № 53 от 03.05.2017 исполнен по договору №3 от 19.04.2017, платёж № 45 от 19.04.2017 - по договору № 4.

Росфинмониторинг представлен письменный отзыв, из содержания которого следует, что ФИО3 в период с 15.05.2012 по 26.10.2012 являлся руководителем ООО «Монолог», до 12.07.2012 также являлся учредителем организации с долей 40 %. В отношении должника кредитными организациями представлены сообщения о совершенных подозрительных операциях как имеющих спутанный или необычный характер, не имеющих очевидного экономического смысла или законной цели с характеристикой «регулярное зачисление крупных сумм денежных средств от третьих лиц на банковский счёт физического лица с последующим снятием этих денежных средств в наличной форме в течение короткого промежутка времени через АТМ/ПВН банка или переводом на банковские счета физических лиц, операции обладают признаками фиктивных сделок», «регулярное осуществление переводов без открытия счета физ. лицу без предоставления информации о происхождении денежных средств и документов, разъясняющих экономический смысл операций», «зачисления крупных сумм денежных средств от третьих лиц на счета физических лиц с последующим снятием этих средств в наличной форме, или с их последующим переводом на банковские счета третьих лиц» и иные сообщения.

Указано, что учредителем ООО «Монолог» после должника являлся ФИО5 с долей 40%, входящий в группу лиц с АО «Сила Востока», ООО «Тутта», а также являвшийся руководителем пяти организаций и учредителем четырех организаций, имеющих негативный рейтинг по данным ФНС, ввиду недостоверности сведений в ЕГРЮЛ, их последующего исключения, а также наличия задолженности по налоговым обязательствам. Кроме того, имелись и иные сообщения о совершении транзакций, имеющих признаки транзитных и направленных на легализацию доходов.

Определением от 28.06.2022 требования финансового управляющего удовлетворены частично: договор от 19.04.2017 № 3 признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Монолог» 1700 000 руб. в пользу ФИО3

Не согласившись с судебным актом, внешний управляющий ООО «Монолог» обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит судебный акт отменить в части признания недействительным договора купли-продажи от 09.04.2017 № 3, заключенным между ФИО3 и ООО «Монолог» (в отношении транспортного средства марки «SHAANXI» модели «SX3317DT366», г. в. 2012, номер и серия ПТС 28УВ238382, г.р.з В519СР27), применений последствий недействительности сделки, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований в полном объеме. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что доказательств неравноценности встречного предоставления (оплата в размере 1 700 000 руб.) в материалы дела не представлено. Вместе с тем, представлены доказательства перечислений общества в пользу ФИО3 денежных средств по договорам купли- продажи транспортных средств в сумме 5 438 000 руб., даны пояснения об ошибке в назначении платежей. Кроме того, по состоянию на 2017 год у ФИО3 отсутствовали признаки несостоятельности (банкротства), согласно судебным актам о включении в реестр требований кредиторов у должника имелась незначительная просрочка по транспортному налогу за 2016 год, при наличие имущества более чем на 30 000 000 руб. Полагает, что вывод суда о мнимости договора от 19.04.2017 № 3 является необоснованным, противоречащим материалам дела, поскольку по договору № 3 совершено три платежа, два из которых, на сумму 978 000 руб., судом признаются, что свидетельствует о реальности сделки. При этом, даже в случае признания оплаты 57,5 % стоимости транспортного средства условия сделки могут быть признаны рыночными; основания для признания сделки недействительной не установлены.

В письменном отзыве финансовый управляющий ФИО3 просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, указывая на исследование всех существенных доказательств судом первой инстанции.

Определением Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 20.09.2022.

В судебном заседании от 20.09.2022 объявлен перерыв, определением от 27.09.2022 рассмотрение апелляционной жалобы отложено до 11.10.2022.

Определением от 10.10.2022 удовлетворено ходатайство финансового управляющего ФИО2 об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции.

Определением от 11.10.2022 в составе суда на основании ч.3 ст. 18 АПК РФ произведена замена судьи Ротаря С.Б. на судью Козлову Т.Д.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции внешний управляющий ООО «Монолог» ФИО1 на доводах апелляционной жалобы настаивала, просила судебный акт отменить в обжалуемой части.

Финансовый управляющий ФИО3 ФИО2 по доводам апелляционной жалобы возражал, просил судебный акт оставить без изменения.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте суда в сети Интернет, в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257 - 262, 266, 270, 272 АПК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее - Закон о банкротстве, дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, за должником имелись зарегистрированные транспортные средства, отчужденные в пользу ООО «Монолог» по договорам купли-продажи от 19.04.2017 №№ 2-4.

По условиям договоров цена каждого составила 1 700 000 руб.

Перерегистрация транспортных средств в органах ГИБДД не произведена до настоящего времени. Доказательств оплаты по договорам финансовому управляющему не представлено.

Полагая, что указанные сделки совершены с заинтересованным лицом в отсутствие равноценного встречного предоставления в период подозрительности, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о признании сделок недействительными на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 170 ГК РФ.

Судом установлено, что сделки совершены (19.04.2017) в течение срока подозрительности, установленного п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, - менее чем за три года до подачи заявления о признании должника банкротом (23.03.2020).

В соответствии с п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

Из разъяснений ППВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст.2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Вместе с тем, для целей применения содержащихся в абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в ст. 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно ст. 19 Закона о банкротстве, с учетом правовой позиции, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, допускается доказывание заинтересованности, как через формальные признаки, так и исходя из фактических обстоятельств по делу.

Оценивая обстоятельства совершенных сделок, суд также уставил основания признания сделки № 3 недействительной на основании общих положений гражданского законодательства.

Так, в силу разъяснений в п. 9.1 ППВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании ч. 1 ст. 133 и ч. 1 ст. 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В абз. 4 п. 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований для оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10, 168 ГК РФ).

Вместе с тем нормы о злоупотреблении правом могут быть применены, только если сделка имела пороки, выходящие за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Положениями ст. 10 ГК РФ установлена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений. Вместе с тем, при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) установлены повышенные стандарты доказывания при рассмотрении заявлений сторон, в том числе, при доказывании наличия правоотношений с должником.

Из материалов дела следует, что на момент совершения сделки у ФИО3 имелись признаки неплатежеспособности.

Так, согласно представленной информации Росфинмониторинга, системы СПАРК и установленных в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) №№ А73-15173/2020, А73-14263/2017, А73-4033/2020 обстоятельств следует, что ФИО3, ФИО5, ООО «Монолог», ООО «Премиум», ООО «Тутта», ООО «Диалог» являются участниками аффилированной группы лиц, по признаку устойчивых хозяйственных, экономических и корпоративных связей.

Также на основании судебных актов (решение Краснофлотского районного суда г. Хабаровска от 20.06.2019 по делу № 2-718/2019 и Кировского районного суда г. Хабаровска от 29.05.2019 по делу № 2-629/2019) установлены перекрестные обязательства группы по договорам займа, в качестве поручителей, на сумму свыше 183 млн. руб.

В том числе, определением от 15.03.2021 по настоящему делу задолженность ФИО3 перед АО КБ «Интерпромбанк» по договорам ипотеки включена в реестр требований кредиторов в размере 15 458 100 руб. основного долга.

По состоянию на дату совершения сделок у должника имелась собственная задолженность по налоговым обязательствам в размере 403 676,74 руб. и перед ПАО «Сбербанк России» по кредитным обязательствам.

Данные обязательств, с учётом судебных актов о включении требований в реестр, указывали, что группой, в которую входил должник, взяты на себя обязательства в значительном объёме, не позволявшие исполнить обязательства перед своими кредиторами, что свидетельствует о недостаточности имущества на момент совершения оспариваемых сделок.

Доводы апелляционной жалобы о наличие у ФИО3 имущества, стоимостью 30 000 000 руб., подлежат отклонению, поскольку сделаны без учета обстоятельств дела.

Реальная стоимость имущества, установленная в процедуре банкротства, указывает на отсутствие реальных активов у должника на указанную сумму. Кроме того, имущество находится под обременением, в виде залога, по обязательствам группы, следовательно, его стоимость подлежит определению с учетом указанных обстоятельств (решения суда общей юрисдикции об обращении взыскания).

Согласно представленным внешним управляющим ООО «Монолог» выпискам по счету, общество перечислило в пользу ФИО3 по договорам купли - продажи транспортных средств 5 438 000 руб.: по договору № 1 19.04.2017 1 160 000 руб.; по договору № 2 19.04.2017 на сумму 1 700 000 руб.; по договору № 3 03.05.2017, 18.05.2017 на сумму 978 000 руб.; по договору № 4 03.05.2017 на сумму 1 600 000 руб.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции внешним управляющим ООО «Монолог» даны разъяснения, что письмом от 20.05.2017 произведено изменение в назначении платежей, согласно содержанию которого договор №1 не заключался и является мнимой сделкой, следовательно, платежи с назначением и указанием на договор от 19.04.2017 № 1, подлежат отнесению к договорам № 3 и № 4.

Судом, со ссылкой на ст.862 ГК РФ, а также положения Банка России от 19.06.2012 №383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» (действовавших в спорный период платежей и изменения назначений платежей) правомерно отклонен довод об изменении назначения платежа письмом, поскольку изменение назначение платежа, подтверждающее реальность совершение хозяйственной операции произведено минуя банк-исполнитель.

Кроме того, в ходе хозяйственной деятельности сторонами не производилась перерегистрация транспортных средств, из ответа ГИБДДД следует, что спорные транспортные средства были зарегистрированы за должником с 15.11.2012 и числятся по настоящее время, за исключением автомобиля Shaanxi г.р.з. В520СР27, который был снят с регистрационного учёта 17.04.2015.

Также, по сведениям официального сайта Российского союза автостраховщиков следует, что 30.03.2016 в отношении спорного транспортного средства с г.р.з. В519СР27 был оформлен страховой полис серии ЕЕЕ № 0378939664 в АО «АльфаСтрахование», собственником транспортного средства при заключении страхового полиса выступало ООО «Тутта» (ИНН <***>). Доказательств, указывающих, что транспортное средство отчуждалось в 2016 году ООО «Тутта», а равно сведений о регистрации транспортных средств – не представлено. Аналогичный полис серии ЕЕЕ № 0378939663 от 30.03.2016 был заключён на имя собственника ООО «Тутта» в АО «АльфаСтрахование» в отношении В518СР27, сведений о переходе права на которое – не представлено, перерегистрация транспортного средства в ГИБДД на нового собственника также не производилась.

По информации, переданной Росфинмониторингом, перечисления денежных средств в группе, куда входил ФИО3 и ООО «Монолог» носили необоснованный хаотичный порядок, имеющий признаки легализации доходов.

На основании изложенного, довод об изменении назначения платежей аффилированному лицу письмом руководителя ООО «Монолог» подлежит отклонению.

С учетом хозяйственных правоотношений сторон (создание формального документооборота) достоверно установить назначение платежей по договору № 1 не представляется возможным, что, вместе с тем не свидетельствует о внесении денежных средств в счет исполнения договора № 3.

При этом, исходя из признака неравноценности встречного предоставления, как обязательного условия для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст.61.2 Закона о банкротстве, договор №2 от 19.04.2017 совершён при равноценном встречном исполнении, в условиях полной оплаты стоимости имущества. Сведений об иной стоимости имущества – не представлено.

По договору № 4 от 19.04.2017 платежами №59 от 03.05.2017 на сумму 600 000 руб., №54 от 03.05.2017 на сумму 1 000 000 руб., всего на сумму 1 600 000 руб., ответчиком недоплачено 100 000 руб., что с учётом общего размера оплаты по договору указывает на наличие дебиторской задолженности и наличие права должника требовать полной уплаты ООО «Монолог» стоимости имущества. Следовательно, судом признак неравноценности также не установлен.

В удовлетворении требований в части признания договоров № 2 и 4 от 19.04.2017 недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судом отказано. Судебный акт в указанной части не обжалуется.

Признавая недействительной сделкой договор купли-продажи от 19.04.2017 № 3 на основании ст.ст.10, 168, п.1 ст.170 ГК РФ, п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, суд обоснованно исходил из признака неравноценности, с учетом совершения сделки между аффилированными лицами при наличие признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, а также принимая во внимание иные обстоятельства правоотношений между сторонами.

Исследовав указанные обстоятельства, суд соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований признания сделки недействительной как по общим основаниям гражданского законодательства, так и по специальным основаниям.

При оценке приведенных управляющим доводов значимым является выяснение вопроса о равноценности встречного предоставления по сделке со стороны покупателя, то есть о соответствии согласованной договором купли-продажи цены имущества его реальной (рыночной) стоимости на момент отчуждения. Неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена существенно отличается от рыночной.

В Законе о банкротстве отсутствуют единые критерии определения существенности разницы цены сделки по отношению к рыночной стоимости, вместе с тем такие критерии могут быть определены по аналогии в рамках сложившейся правоприменительной практики; заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены применению не подлежат (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2022 № 306-ЭС21-4742).

Таким образом, квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае, исходя из конкретных обстоятельств сделки и характеристик отчуждаемого имущества.

Стоимость транспортного средства по договору № 3 от 19.04.2017 составляет 1 700 000 руб. Платежами от 03.05.2017, 18.05.2017 покупателем произведена частичная оплата по договору в сумме 978 000 руб. (57,5 %).

Учитывая, что доказательств неисправности транспортного средства не представлено, изменений условий договора сторонами не производилось, перерегистрация транспортного средства на собственника также не совершена, принимая во внимание наличие формального документооборота между сторонами, отклонение оплаченной стоимости имущества от установленной в договоре, при изложенных обстоятельствах, является существенным.

В качестве неравноценных оцениваются сделки, стороны которых заведомо рассматривали условие о размере стоимости предоставления контрагента должника как фиктивное, заранее осознавая, что оно не будет исполнено, что по сути своей прикрывает соглашение об иной стоимости имущества или отсутствии встречного предоставления, - притворная сделка, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 .

В связи с изложенным, арбитражный суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда о притворности условия о цене сделки (п.2 ст. 170 ГК РФ) и совершения сделки со злоупотреблением правом, выходящим, при сложившихся обстоятельствах, за пределы диспозиции специальных оснований недействительности п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из обстоятельств совершения сделки, суд правомерно оценил сделку по совокупности признаков, выделенных в самостоятельный состав правонарушения, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), вместе с тем, пороки оспариваемой сделки не ограничиваются дефектами, установленных специальными основаниями Закона о банкротстве, применительно к ст. 10 ГК РФ.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст.ст. 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

При формировании условий сделок по распоряжению своими активами должник обязан учитывать интересы своих кредиторов, как имеющихся в момент отчуждения актива, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит после совершения сделок.

Изучив материалы дела, в совокупности с доводами сторон, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что договор купли-продажи № 3 является убыточной для должника, привела к уменьшению конкурсной массы должника, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов. Доказательств иного, в нарушение ст. 65 АПК РФ, сторонами в материалы дела не представлено.

В соответствии с п. 6 ст. 61.8 Закона о банкротстве по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд также применяет последствия недействительности ничтожной сделки.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Данное правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

Из содержания отчёта внешнего управляющего ООО «Монолог», представленного в рамках дела №А73-17329/2019, а также пояснений, данных в судебных заседаниях, следует, что транспортное средство в настоящее время у ООО «Монолог» отсутствует.

С учётом нахождение ответчика в процедуре внешнего управления, отсутствие имущества, применительно к статьям 166 ГК РФ и 61.6 Закона о банкротстве подлежит применению последствие недействительности сделки в виде взыскания денежных средств в конкурсную массу должника, что также следует из разъяснений, содержащихся в п.36 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019, и в п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 – как реституционного последствия, отвечающего интересам должника и кредиторов.

Последствия недействительности сделки в виде взыскания в конкурсную массу установленной стоимости имущества должника, применены судом первой инстанции верно.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, оценив указанные обстоятельства, установленные в настоящем деле о несостоятельности (банкротстве) должника, в их совокупности и сопоставив их, коллегия судей пришла к выводу, что суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба не подлежат удовлетворению.

Расходы за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 28.06.2022 по делу № А73-3309/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Е.В. Гричановская

Судьи

Т.Д. Козлова

И.Е. Пичинина