Гражданский кодекс часть 1

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 13.11.2015 принято к производству заявление индивидуального предпринимателя ФИО5 о признании индивидуального предпринимателя ФИО4 (далее – ФИО4, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 26.05.2016 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим в деле о банкротстве утвержден ФИО1 (далее – финансовый управляющий ФИО1).

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 28.11.2016 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества.

В рамках дела о банкротстве в арбитражный суд 13.06.2017 финансовый управляющий ФИО1 обратился с заявлением о признании недействительной сделки должника по переводу 18.03.2016 денежных средств в пользу ФИО3 (далее – ФИО3) в размере 2 421 579 руб. и взыскании с ФИО3 в пользу должника указанной суммы в порядке применения последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 21.08.2017 заявление удовлетворено в полном объёме.

Не согласившись с определением суда, ФИО3 в апелляционной жалобе, поданной в Шестой арбитражный апелляционный суд, просит определение суда от 21.08.2017 отменить и отказать в удовлетворении заявления. В обоснование жалобы заявитель ссылается, что судом неверно применены положения ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Указывает, что, признавая ФИО3 «гражданской супругой» должника, как заинтересованным лицом, суд при этом не применил положения Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) и ГК РФ о режиме общей собственности супругов. Считает необоснованной позицию суда о необходимости подтверждения наличия встречного исполнения со стороны ФИО3, поскольку спорные денежные средства составляют бюджет семьи.

Приводит доводы о том, что часть денежных средств была направлена в целях содержания совместных детей супругов, что также не учтено при вынесении судебного акта судом первой инстанции. Считает, что учитывая правовую природу денежных средств, суд первой инстанции обязан был привлечь орган опеки и попечительства для рассмотрения обособленного спора.

В апелляционной жалобе заявитель ссылается на пропуск срока исковой давности при подаче заявления об оспаривании недействительной сделки.

В судебном заседании Шестого арбитражного апелляционного суда представитель финансового управляющего ФИО1 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, считает судебный акт законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые надлежащим образом, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены Шестым арбитражным апелляционным судом в порядке статей 258, 266 и 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО4 на банковский счёт №40817810708030000217 в ПАО «ФК ОТКРЫТИЕ», открытый 17.03.2016 18.03.2016 поступили денежные средства от ООО «Дальневосточная дорожно-строительная компания» в размере 2 421 279 руб., с назначением платежа: «оплата по договору уступки права требования от 17.03.2016.

18.03.2016, следующей банковской операцией со счёта должника №40817810708030000217 в ПАО «ФК ОТКРЫТИЕ» на счёт ФИО3 №40817810808039812652 в ПАО «ФК ОТКРЫТИЕ» осуществлён перевод всех денежных средств в размере 2 421 579 руб. После проведения указанной банковской операции счёт должника №40817810708030000217 был закрыт 18.03.2016.

Ссылаясь на обстоятельства совершения сделки по перечислению денежных средств после принятия заявления должника о признании его банкротом, с заинтересованным лицом, поскольку ФИО3 является матерью детей должника ФИО4, при отсутствии встречного предоставления по сделке, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд в порядке предусмотренном пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) с заявлением о признании сделки недействительной и возвращении денежных средств в конкурсную массу должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался статьей 61.2, ст. 213.32 Закона о банкротстве, положениями ст. 10 ГК РФ, и исходил из того, что заключенная после принятия к производству заявления о признании должника банкротом сделка заключена с заинтересованным лицом на безвозмездной основе с целью причинения имущественного вреда интересам кредиторов должника.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Вместе с тем, как следует из разъяснений пункта 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно положениям статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с разъяснениями, указанными в п. 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Поскольку сделка по перечислению денежных средств оспаривается в рамках дела о банкротстве, при установлении факта заключения сделки с намерением причинить вред другому лицу следует установить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Оспариваемая сделка, по своей сути является безвозмездной, в связи с заключением данной сделки намеренно ухудшено имущественное положение должника и уменьшен объём его активов. Заявителем доказательств наличия признаков возмездности данной сделки, в порядке ст. 65 АПК РФ, не представлено, на что верно указано судом. Следовательно, сделка совершена в ущерб имущественным интересам кредиторов должника.

Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки по переводу денежных средств ФИО3 должнику было известно о принятии к производству определением суда от 13.11.2015 заявления ФИО5 о признании ФИО4 банкротом.

Согласно п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником.

Так, согласно п. 7 ч. 1 ст. 9 Закона о защите конкуренции, группой лиц признаются физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры. К группе лиц также причисляются лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку.

Таким образом, учитывая, что ФИО3 и ФИО4 входят в одну группу лиц, как родители ФИО6 и ФИО7, суд первой инстанции правомерно признал их заинтересованными в имущественном положении должника, применительно к ст. 19 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.10.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделок с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

Таким образом, ФИО3, являясь заинтересованным лицом и проживающая совместно с должником, также была информирована о финансовом состоянии ФИО4

Более того, на намерение должника скрыть имущество от взыскания в порядке процедуры реализации имущества гражданина указывают факт открытия банковского счёта №40817810708030000217 в ПАО «ФК ОТКРЫТИЕ» с целью получения для получения оплаты по договору цессии от 17.03.2016 с ООО «ДДСК» и перевода денежных средств ФИО3 и последующее закрытие счёта по окончанию операций в период с 17.03.2016 по 18.03.2016.

Судом обоснованно принято во внимание и обстоятельства установленные определением Арбитражного суда Хабаровского края от 10.01.2017, которым признана недействительной сделка дарения одной четвёртой доли в праве общей долевой собственности на помещение бильярдного клуба «Карамболь» (назначение: нежилое, общей площадью 219 кв.м., этаж 1, расположенное по адресу: <...> Лит. А), заключенная 20.06.2014 между ФИО4 и ФИО8, что указывает на наличие в действиях должника намерения сокрыть имущества от взыскания.

С учетом того, что оспариваемая сделка была совершена безвозмездно в отношении заинтересованного лица при наличии у должника признаков неплатежеспособности, суд пришел к правомерному выводу о совершении спорной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (в целях предотвращения возможного обращения взыскания на него), причинения такого вреда в результате ее совершения (утраты должником права собственности на имущество, что повлекло невозможность его включения в конкурсную массу), а также о наличии признаков злоупотребления правом в действиях сторон спорной сделки, признав доказанным заявителями совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки в нарушение статьи 10 ГК РФ.

Доводы заявителя о наличии режима совместной собственности супругов к денежным средствам, переданным от ФИО4 ФИО3, как фактически проживающих совместно и обладающих общими детьми – судом апелляционной инстанции отклоняются.

Режим совместной собственности супругов установлен ст. 34 СК РФ и ст. 256 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 10 СК РФ брак заключается в органах записи актов гражданского состояния. Права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния (п. 2 ст. 10 СК РФ).

Таким образом, в отсутствии государственной регистрации супружеских отношений, режим общей собственности супругов к правоотношениям и имуществу ФИО3 и ФИО4 переданного по оспариваемой сделке применяться не может.

При этом, доводы заявителя о том, что суд признал ФИО3 «гражданской супругой» должника противоречат выводам суда, изложенным в мотивировочной части судебного акта. Судом первой инстанции указано, что ФИО3 является «гражданской супругой» по пояснениям представителя заявителя, исходя из обстоятельств наличия совместных детей и совместного проживания с должником, что лишь указывает на наличие заинтересованности в имущественном положении должника ФИО3, согласно ст. 19 Закона о банкротстве, но не приравнивается к наличию брачных отношений.

Исследовав и оценив все представленные в дело доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд, установив доказанность всей совокупности обстоятельств, необходимой для признания совершенной сделки недействительной (ничтожной), правомерно удовлетворил заявление финансового управляющего.

Признав сделку недействительной, суды правильно применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 полученного по сделке в конкурсную массу должника в соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ.

Ссылка заявителя на нарушение судами п. 5 ст. 213.32 Закона о банкротстве: непривлечение органа опеки и попечительства при оспаривании сделки, судом апелляционной инстанции отклоняется.

Пункт 5 ст. 213.32 Закона о банкротстве позволяет привлекать орган опеки и попечительства к участию в рассмотрении заявления об оспаривании сделки должника-гражданина, затрагивающей права несовершеннолетнего лица или права лица, признанного судом недееспособным. Задачей органа опеки и попечительства является дача заключения об оценке последствий признания сделки недействительной, в том числе о возможном ухудшении положения прав несовершеннолетнего лица или прав лица, признанного судом недееспособным, которое суд обязан учесть при рассмотрении заявления об оспаривании сделки должника-гражданина.

Таким образом, обязанность суда по привлечению органа опеки и попечительства установлена лишь в отношении сделок, которые напрямую затрагивают законные права и интересы несовершеннолетних лиц.

В рамках настоящего обособленного спора выгодоприобретателем в сделке выступала ФИО3, но не несовершеннолетние дети должника. Само по себе наличие у ответчика несовершеннолетних детей не является основанием для привлечения судом органа опеки и попечительства.

Более того, заявителем не представлено доказательств того, что спорные денежные средства были переданы должником в целях исполнения обязанностей по содержанию детей, установленных Семейным кодексом Российской Федерации.

Доводы заявителя о пропуске срока исковой давности финансовым управляющим были рассмотрены судом первой инстанции и правомерно отклонены ввиду следующего.

При признании сделки недействительной (ничтожной) в порядке статей 10, 168 ГК РФ срок исковой давности в отношении соответствующего требования составляет три года в силу норм п. 1 ст. 181 ГК РФ (т.е. правовая защита по сделкам, совершенным при злоупотреблении правами, предусмотрена законом с применением трехлетнего срока исковой давности).

Трёхлетний срок на момент обращения финансового управляющего с настоящим заявлением 14.06.2017 – не истёк.

Более того, в рамках дела № А73-15171/2015 финансовым управляющим были проведены мероприятия по направлению запросов и выявлению имущества должника: 07.06.2016 направлены запросы должнику, государственным органам о предоставлении сведений о составе имущества должника; непосредственный запрос должнику содержал, в том числе, и требование о предоставлении выписок за период с 01.01.2013. Ответ от ФИО4 был получен 03.07.2016 и не содержал сведений о спорных перечислениях. 27.04.2017 были получены сведения о том, что был переуступлен долг перед ФИО4 ООО «Риал», а цессионарием произведена оплата ФИО4 Ввиду получения этой информации, 05.05.2017 финансовым управляющим был направлен запрос в филиал ПАО Банка «ФК Открытие» об информации по движению денежных средств. Банк предоставил запрашиваемые сведения ответом № 27Ф-4/84681 от 12.05.2017.

Следовательно, срок исковой давности подлежит исчислению с момента, когда финансовый управляющий узнал о совершении должником сделки, то есть с момента получения ответа банка от 12.05.2017. Данное обстоятельства также учтено судом первой инстанции при проверке заявления о пропуске срока исковой давности.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции, признав сделку должника недействительной в порядке ст. 10 ГК РФ, также обоснованно применил последствия признания сделки недействительной и взыскал денежные средства с ФИО3 в конкурсную массу должника, руководствуясь положениями 167 ГК РФ.

Судом первой инстанции всецело и в полной мере проверены обстоятельства дела в порядке ст. 71 АПК РФ, и сделаны верные выводы.

Следовательно, обжалуемый судебный акт отмене или изменению по приведенным в жалобах доводам не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы, судебные расходы по уплате государственной пошлины при подаче жалобы относятся на заявителя в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение от 21.08.2017 по делу № А73-15171/2015 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

И.Е. Пичинина

Судьи

Ж.В. Жолондзь

С.Б. Ротарь